Read Manga Mint Manga Dorama TV Libre Book Find Anime Self Manga GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги #ЛюбовьНенависть
Глава 1. Свадьба

МНЕ, КАК И ЛЮБОМУ из нас, нравятся далеко не все люди. Среди них есть те, которые тихо раздражают – своими привычками, поведением, речью и даже мыслями. Их постоянно хочется одернуть, поправить, заставить замолчать… В моей жизни их приличное количество, но я стараюсь не обращать на них внимания.

Есть те, которые неимоверно бесят , и порой ты даже не знаешь, в чем причина твоей антипатии. Таких людей хочется прибить, за что – понятия не имеешь, но желание от этого не становится меньше. В моей жизни подобные личности имеются в количестве нескольких жалких штук. И, кажется, наша неприязнь взаимна. А еще есть те, которых ненавидишь до зубовного скрежета, до биения пульса в горле, до алых бликов в глазах – их существование вызывает в тебе внутреннего демона. В моей жизни такой человек присутствует в количестве лишь одного экземпляра, но поверьте, мне хватает!

Его зовут Клоун. По крайней мере, я так его называю. Чертов придурок. Позитивный психопат. Высоченный наглый тип с дерзкой улыбочкой. Сукин сын с чувством юмора, как у обкуренного лося. Я его НЕ-НА-ВИ-ЖУ От слов «совсем» и «навсегда». Он сумасшедший, просто повернутый, и от его поступков я скоро окончательно осатанею. А как он шутит?! Будто Боженька смолвил! До колик в печени и в душе. И с его легкой (проклятой) руки с детства весь двор и школа звали меня Пипеткой!

И этот человек должен стать моим мужем. Подумать только! Я сильнее стиснула небольшой букет белых роз, лежащий на коленях.

Сейчас он сидел рядом со мной, положив одну руку на руль, и спокойно вел машину по пробке. И если я была облачена в нежное свадебное платье с кружевным лифом и воздушной многослойной юбкой, поверх которого накинута кожаная куртка, то на нем был приталенный, сидящий по фигуре темно-синий костюм-тройка, белоснежная рубашка и галстук под цвет жилета. С левой стороны груди вместо бутоньерки – аккуратно сложенный платок. Темно-каштановые волосы делано небрежно зачесаны набок, открывая лицо с правильными чертами: высокий лоб, широкие темные брови с резким изломом, прямой нос, выступающие, четко очерченные скулы, упрямый подбородок. Его всегда считали красивым – высокий, с отличным спортивным телосложением, да еще такой симпатичный. Просто принц местного разлива!

Но мне больше всего нравились его глаза холодного серого цвета, обрамленные длинными коричнев о-черными ресницами. Они всегда казались мне похожими на предгрозовое небо. И были очень выразительными. Когда Клоун хотел показать недоверие, он забавно щурил их, когда был зол – широко распахивал, а когда смеялся, от их уголков разбегались тонкие лучики. А еще он умел пристально смотреть – так, будто заглядывал в душу. И когда он смотрел на меня так, я начинала особенно нервничать и злиться.

Идеальный образ портили только сбитые костяшки левой руки, но мы оба делали вид, что все в порядке.

– Опять ты на меня косишься.

– Все не могу нарадоваться, какой у меня жених прекрасный, – отвечала я, наматывая на палец и без того волнистый локон. Волосы у меня вились. И это тоже ужасно раздражало.

– Я тоже себе нарадоваться не могу, – весело отвечал он и, глядя в зеркало, провел большим и указательным пальцами по подбородку. – Красавчик. – И подмигнул сам себе, а после коротко рассмеялся.

Я закатила глаза. Чертов нарцисс.

– А ты будешь хорошей женой? – спросил он. – Имей в виду, я привык есть три раза в день.

– А я привыкла к адекватному общению. Хочешь есть – ешь дальше. Хоть пять раз. Я-то здесь при чем? – спросила я, разглядывая свадебный букет из белоснежных нежнейших роз.

Он был простым, но при этом очаровательным. Зеленые стебли переплели кобальтовой лентой – в тон костюму жениха. Только вот бутоньерку с небольшой изящной копией роз этот дурак надевать не захотел. И из-за этого мы ругались перед выходом.

– Жена должна кормить мужа, – заявил он весело.

– Может, мне тебе еще и детей родить? – прищурилась я.

– А это перебрасывает нас к проблеме номер два, – оскалился Клоун довольно и взглянул на меня – мы снова стояли в пробке, которой, казалось, не было конца и края.

– Какой еще проблеме?

– Проблеме супружеского долга, – объявил он все с той же поганой улыбкой.

– Слушай, милый, ты не мог бы помолчать? У меня от тебя голова болит.

– А у меня от тебя сердце ноет. Думаешь, я в восторге от всего этого? Ты моя невеста, и я… Вот же черт! – выругался он вдруг сквозь зубы, глядя вперед. Клоун всегда был слишком эмоциональным и умел заводиться с пол-оборота.

– Что?! – подпрыгнула я от неожиданности.

– Менты. Просят остановиться. Тут и без них пробка.

С этими словами он съехал на обочину. Я занервничала. Время поджимает, а тут еще и полиция! Свяжешься с Клоуном – неприятностей не оберешься. Опытным путем я убеждаюсь в этом еще с младшей группы детского сада. Вот сейчас как выяснится, что автомобиль находится в каком-нибудь угоне, – и плакала наша свадьба горькими слезами.

К нашей машине вразвалку подошел парень в форме. Он представился лейтенантом Смирновым и попросил документы, с интересом разглядывая нас, – понял, что мы жених и невеста. Я тут же стала мило улыбаться ему, призывая на помощь женскую магию. Может быть, мне удастся смягчить его сердечко своим невинным взглядом? Я даже ресницами похлопала, а Клоун недовольно на меня покосился. Наверное, не оценил моих флюидов.

– Я что-то нарушил? Если честно, мы с невестой опаздываем на свадьбу, – сказал мой будущий муж, пытаясь сохранить добродушное выражение.

Но я-то знала, что он злится – не любит, когда все идет не так, как он задумал! Клоун – истеричка, правда, маскируется хорошо.

– О, свадьба – это отлично! – радостно улыбнулся лейтенант. – Вообще-то я вас остановил, потому что машинка ваша под описание тачки из ориентировки подходит. Но если у вас свадьба… Давайте-ка мы вам поможем.

– Как? – У меня глаза округлились.

– Организуем коридор. Свадебный подарок от доблестной полиции, так сказать. Жених, поедешь за мной. Домчим до загса, иначе вы тут стоять еще часа два будете. Впереди авария и дорогу ремонтируют. А где гости-то? – спохватился лейтенант.

– На свадьбе почти никого не будет, – ответила я, скрывая усмешку.

Свадебка наша настолько спешная, что о ней никто не знает. Даже наши родители. А узнали бы, дружно упали бы в обморок.

– Неужто даже свидетелей? – удивился Смирнов.

– У нас тайная свадьба, – сообщил ему Клоун и доверительно прошептал, прикрыв рот рукой: – Не хочу тратить бабки на всякую чушь, мы лучше на море слетаем.

Ага, слетаем. Нам нужно заселяться в нашу совместную квартирку-студию, а не на море лететь. Сегодня вечером кровать привезти должны, кстати. А лейтенант неожиданно поддержал Клоуна.

– И правильно! У меня вон свадьба была в прошлом году, такая толпа родни приехала, мы с Наташкой чуть с ума не сошли. Столько на банкет потратили, что представить страшно… Так, молодожены, едем за нами.

Он сел в полицейскую машину к своему коллеге, они включили мигалку с душераздирающей сиреной и нагло стали протискиваться через пробку, заставляя машины расступаться. Клоун не растерялся и поехал следом, держась на некотором расстоянии. Мы довольно быстро пересекли улицу, выехали на широкий проспект, в котором пробка стала еще плотнее, и помчались следом за полицейскими по боковой полосе, предназначенной для автобусов и служебного транспорта.

До загса центрального района мы доехали за какие-то десять минут. С ветерком, что называется. И Смирнов любезно открыл нам двери, дабы мы могли торжественно выбраться наружу.

Полицейские машины всегда привлекают внимание. Полицейские машины с мигалкой и сиреной привлекают внимание вдвойне. А когда из машины, которую они сопровождают, выходят жених и невеста, внимание окружающих становится таким пристальным, что хочется провалиться сквозь землю.

К нам с Клоуном обернулись все, кто был около загса. Будущие молодожены, их многочисленные гости, прогуливавшиеся неподалеку люди. Кажется, я зарделась, и даже твердолобому Клоуну стало немного не по себе. Только лейтенант Смирнов и его коллега улыбались как ни в чем не бывало.

– Начальники, вы сидельца жените, что ль? – крикнул какой-то мужик в помятом костюмчике.

Кажется, он был слегка подшофе. Дородная женщина с букетом, что сопровождала его, толкнула мужика в бок – мол, не лезь.

– А чего такого?! Сидельцы что, жениться не могут? Вася, налей мне еще бокальчик, – обратился он к кому-то из свадебной процессии, с которой приехал в загс.

Я звонко рассмеялась. А Клоун мрачно уставился на мужика. Сидельцем его еще не называли.

– Не заключенный это, – отозвался Смирнов, жадно глядя на стаканчик в руках у мужика, который мгновенно наполнился шампанским. – Нормальный.

– Где нормальных привозят мусора… – Мужик осекся и получил еще один тычок в ребра от жены. – То есть господа полицейские. Эй, девушка, если бить вас будет, вы от него сразу уходите! – дал он мне ценный совет, перед тем как забраться в салон «девятки», такой же потрепанной, как и его костюм. – Бугай-то еще тот! Как даст, в стене отпечаток останется! А ежели один раз ударил, то и повторно треснет, ей-богу!

– Я тебя сейчас сама тресну! – заорала дородная женщина. – Хватит людям праздник портить! Поздравляю, – кинула она на нас извиняющийся взгляд. – Хлеб да соль, как говорится.

На этом они наконец отчалили.

– Мой бугай, – нежно пропела я и погладила Клоуна по плечу. – Ну-ка, напряги мышцы, продемонстрируй силушку богатырскую.

– Сергеева, захлопни ротик, – прошипел он. – Спасибо, что помогли добраться, у нас церемония через полчаса. – К полицейским он обращался куда дружелюбнее.

– Всегда пожалуйста. Живите, так сказать, дружно и счастливо. Деток нарожайте, – потребовал Смирнов.

– Троих хочу, – улыбнулся Клоун и погладил меня по животу. – Первый уже ждет своего выхода.

Я дернулась. Вот дурак. Пусть ему Каролина хоть с десяток родит и всех мальчиков в честь него назовет. Но я промолчала – только растянула губы в неестественной улыбке, которую почему-то приняли за смущение.

Полицейские от души поздравили нас с предстоящим бракосочетанием, получили от Клоуна бутылку дорогого шампанского и отбыли на дальнейшую службу. А мы неспешно направились к нарядному двухэтажному зданию со стенами уютного мятного цвета, перед которым расположился осенний парк с фонтанами, коваными скамьями, арками и статуями, символизирующими любовь и гармонию. Деревья были припорошены золотой пыльцой и багряной пудрой, на дорожках ковром стелились листья – отличный фон для нежной фотосъемки. Я насчитала три пары в парке, вокруг которых кружили фотографы и свидетели с бокалами шампанского.

На высоком крыльце загса было многолюдно. Там стояли чьи-то гости – и как только молодожены вышли, стали обсыпать их лепестками роз и дружно кричать: «Поздравляем!» Молодожены отряхнулись и тут же попались в сети к убеленному сединами дедушке, который предлагал им выпустить в небо двух голубей, разумеется, за некоторое денежное вознаграждение.

– Чей взлетит выше, тот в семье и будет главный, – сообщил дедушка.

Невеста и жених взяли в руки белоснежных голубей – ручных и послушных. Я почему-то засмотрелась на них.

– Тоже хочешь? – раздался над ухом голос Клоуна. – На обратном пути можем их запустить.

– Чтобы твой голубь мне на голову нагадил? – усмехнулась я. – Нет уж, спасибо. И вообще, бюджет у нас теперь общий. Будем рационально его использовать. Никаких голубей.

Клоун хотел мне ответить какой-то колкостью, но у него зазвонил телефон. И мы остановились около лестницы. Пока он разговаривал, я разглядывала людей и нарядные машины. Всюду царила праздничная торжественная атмосфера. Почему-то мне хотелось улыбаться, но я сдерживала себя – вдруг Клоун подумает, что я улыбаюсь ему. Он не переживет этого факта. А мне еще замуж выйти за него нужно!

Чьи-то подружки невесты, одетые в одинаковые лавандовые платья, заметили нас и, косясь на моего женишка, стали о чем-то перешептываться, не забывая кидать ему многозначительные улыбочки. Клоун закончил разговор, вернул им эти улыбочки, и теперь они стали бросать на него жадные взгляды.

– Наверное, они думают, что я заставила тебя жениться под дулом пистолета. Угрозами, – хихикнула я.

– Люди всегда рассуждают в понятной им системе координат, – сказал он задумчиво.

– В смысле?

– В прямом. Ты глупая, Дашка, всегда была глупой, оставаясь при этом умной, – объявил Клоун, странно глядя на меня сверху вниз. – А еще сегодня ты красивая. Очень красивая. Поэтому я тебя прощаю.

Он вдруг провел пальцем от моей скулы до уголка губ, заставив замереть. Я так его ненавижу, но почему меня так сильно к нему тянет? До сих пор.

– Что? – нахмурилась я, силой воли отогнав эту странную нежность прочь. – Руки об меня вытираешь?

– Какая подозрительная. Вообще-то, я пытаюсь быть нежным, – хмыкнул он. – Как-никак я твой жених. И совсем скоро стану мужем. Кстати, если хочешь, у тебя есть шанс смыться.

Он сказал это совершенно серьезно.

– Дурак. Обещала – значит, выполню.

– Ты же меня ненавидишь, – приподнял он темную изогнутую бровь.

– Это не означает, что я бросаю слова на ветер, – фыркнула я. – К тому же в этом есть и моя вина.

– Тогда заключаем временное перемирие?

– Заключаем.

Мы одновременно подняли руки, и наши сжатые кулаки легонько ударились друг об друга – как в детстве.

– И об этом не должна узнать ни одна живая душа, – предупредила его я уже в который раз.

– Я что, псих – рассказывать о таком? – хмыкнул Клоун.

– Ах да, Каролиночка не переживет.

В его глазах на секунду мелькнула боль.

– Нас уже ждут. Идем.

– Кольца у тебя?

– Да.

Перед тем как зайти в загс, я вдруг остановилась, оглянулась на высокое нежно-аквамариновое октябрьское небо и спросила тихо:

– Скажи… а я правда красивая?

– Правда. Идем, Пипетка. – Он галантно подал локоть, чтобы я взялась за него. – Исполнишь мечту детства. Станешь моей рабыней.

И мы пошли. Чтобы через полчаса выйти из загса мужем и женой. Мои губы горели от поцелуя – нас ожидало не совсем то, что мы планировали.

На самом деле это не просто ненависть. Это ненависть, которая стала любовью.

Читать далее

Фрагмент для ознакомления предоставлен магазином LitRes.ru Купить полную версию
Отзывы и Комментарии
комментарий

Комментарии

Добавить комментарий