Read Manga Mint Manga Dorama TV Libre Book Find Anime Self Manga GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8 Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Крылья феникса
Глава 2. Мелкие шалости

– Раз волей случая (которого именно, узнаем позже) мы все собрались здесь, то, думаю, нам стоит познакомиться. – Надо же, какой воспитанной и вежливой я могу быть!

– Ну меня вообще-то приглашали.

Демон взглянул на эльфа так, что, будь я на месте последнего, давно бы спряталась под стол. А этот лишь в булочку поглубже вгрызся. А ведь как глаза закатывал, обманщик. Есть он не хочет. Блин, второй Уголек ненасытный на мою голову.

– Меня зовут Таня, – кивнула я мужичку, притихшему за нашим большим столом. – А это Катинка, моя сестра, – уточнила я для эльфа. Зак умный, он все поймет. – Это наглое лопоухое… тьфу ты, остроухое существо, эльф Элестс. Он нанял нас для одного важного дела.

– Шантажист, – пихнула его в бок все еще злая Катинка.

– А это очаровательное, рогатое, хвостатое чудо – Заквиэль, мой друг.

– Можно сказать, родственник, – кивнул он.

Прикинув в голове, я решила, что можно.

– А я Петрик Валеж, – скромненько представился жертва произвола. – Цирюльник с соседней улицы.

– Вы простите меня. Ну что я так с вами. Просто Катинка варит такую жуткую кашу.

– Я понимаю, – скорбно вздохнул он.

– Сочувствую. Я, наверное, расстроила какие-то ваши планы?

– Да. Я свататься шел.

– Что?

– Понимаете, дорогая мама моей избранницы довольно… жесткая женщина. Но мы с Анкой любим друг друга. Сегодня я наконец набрался смелости, купил новый костюм, взял цветы и пошел ее сватать. А тут это… каша мне на голову. Они меня ведь ждали, готовились. Теперь мама моей Анки ни за что не простит мне, что я так их подвел. Ох!

– Не переживай так, Петрик. Что-нибудь придумаем. А что она за женщина – будущая теща?

– Зверь! – особо не раздумывая, выдал неудавшийся женишок. – От отца ей в свое время досталась гостиница. Замуж она вышла за игрока, польстившегося на ее деньги, еле отбрыкалась. Вот теперь и не верит мужчинам. Не верит, что я ее дочь искренне люблю. А мы с Анкой уже второй год встречаемся так, чтобы ее маман не узнала. Сколько уж можно, я жениться хочу, детей там завести, дом, семью, – сокрушался он.

А Катинка сочувственно, понимающе и, кажется, чуть грустно качала головой.

Да, пора девчонке замуж. Засиделась она у меня что-то. За кого бы ее сплавить? А главное – как? Уперлась ведь – «мне и так хорошо», дура наивная. Уж я-то знаю, как это «так». Конечно, сама не признаюсь и под самой жуткой пыткой, но дом и любимого в нем очень хотелось. И хочется, и колется, и вредность не дает.

А тут еще вопрос: какого именно любимого я там хотела бы увидеть? Или мне их чередовать? Сегодня один, завтра другой. Не, не получится, жених мой ревнив, Данте… брата не предаст. И что мне делать? Вечно скрываться от них обоих не получится. Не до глубоких седин мне бегать.

– Какие правильные мысли, – покосился в мою сторону Заквиэль.

– А сколько тебе лет? Извини, конечно, за бестактность, – сощурилась я.

– Тридцать один.

– Вот! В таком возрасте можно уже и начинать. В смысле, думать об этом. А кто-то очень старый у меня получит в рогатый лобешник. Кстати, Элестс, ведь я не ошиблась, тебе действительно под двести?

– Да, – недовольно сморщился он. Для эльфов это, можно сказать, юность. – А откуда ты узнала?

– Долго объяснять. Думаю, из того же источника, что и о твоей странной ауре. Она у тебя так занятно над головой стоит. – Я растопырила пальцы над своей макушкой. – Ты видишь, Зак?

– Угу. Ваш эльфийский дружок принц, не старший, конечно, но все же.

– Откуда знаешь? – сощурила я глаза.

– Видел в свите Элениэли, старшей принцессы правящего Дома.

– Где? – насторожился Элестс.

– А что, она мало по континенту покаталась? Ведь не сидится оторве дома. Там ни одного неопробованного мужика не осталось. Извините, девушки.

У-у, как у нас Заквиэля пробило. Чего это он взвился? Просто не узнаю своего рассудительно дружка.

Хотя он миленький, когда злится. Главное, чтобы не на меня. А то ведь пришибет запросто, а потом скажет, что так и было.

– Заквиэль, солнышко, хочешь еще булочку? Как раз последняя осталась, с маком, будешь?

– В меня уже не лезет. Спасибо, малышка, – нежно улыбнулся асур, насторожившись.

Нежность у них с клыками. Наш гость снова попытался свалиться в обморок, и только мои поспешные и оттого еще более громкие слова заставили его заинтересованно проморгаться.

– Раз поел, то колись давай, чего здесь забыл. А то я особа нервная, могут ведь и жертвы моего любопытства появиться.

Тяжкий вздох не вызвал у меня должного сочувствия и жалости. Пришлось говорить.

Только для начала мы перебрались в гостиную.

– А что тут у вас было? – заинтересовался хвостатый красавчик.

– Да так, – покраснела я. – Приступ плохого настроения.

– Ничего себе плохое настроение, – разозлилась Катинка. – Меня чуть не прибила. Мебель поломала, полквартала разнесла, это у нее «плохим настроением» зовется.

– Ну уж явно не хорошим. Нечего было меня провоцировать, знаешь же, куда лезть не стоит.

Подруга насупилась. Конечно, знала. Я ведь четко дала ей понять, о чем никогда не буду с ней говорить.

– Но ты все-таки погорячилась, – тряхнул блондинистой головой эльф.

Заквиэль усмехнулся:

– Это она умеет. Значит, ты погром устроила? Ну да, нужно было сначала подумать, прежде чем ломиться сюда. Или хотя бы вспомнить слова твоего папочки о том, что твои проделки отличает нелепость произошедшего. Все-таки мудрый был мужик, – с восхищением произнес он.

– Оставь папу в покое, – предостерегла я. – Так зачем ломился?

– Думал, что тебя обижают, – развел он когтистыми руками. – Ох, понимаешь, малышка, мы беспокоились. Последнее время дома и так неспокойно, а тут еще это.

– Что – это?

– Сон, – поднял на меня свои лиловые глаза демон. Долго так смотрел, только меня его взгляды не особо впечатляли. Не в этих условиях. Не с этими обстоятельствами. – Где Золотая Звезда?

– Сперли! – возмущенно фыркнула Катинка, не дав мне и рта открыть. Да, профессиональная гордость просто вопиет от негодования.

– Что? Но как? Это же практически невозможно.

– Как и воспользоваться чужому, так?

– Так, девочка. Звезда была настроена только на тебя.

– Если я правильно тебя поняла, тебя сюда привело именно это.

– Да. Мы очень испугались, когда пришла не ты. С восходом солнца я здесь, в этом городе. Я следил за твоим гнездышком, моя птичка, когда здесь началась эта свистопляска. Так кто мог забрать такую занятную вещицу? – все никак не мог успокоиться Заквиэль.

И я решила ему помочь. Глядишь, и себе чем подсоблю.

– Поймаю эту сволочь, наголо побрею. Странно, и куда вы смотрели, у нее же «стерва» на лбу написано, большими такими буквами, матерными. Хотя, помнится, подслушала я как-то один занятный разговор, где меня так же окрестили. Интересно, это закономерность? Не верю я в случайные совпадения. А, Зак?!

По хмурому выражению его лица можно было сказать, что он понял мои далеко не тонкие намеки.

– Но… как?

Я усмехнулась.

– Это случилось где-то с месяц назад.


Бинки резко остановилась, выведя меня из состояния глубокой задумчивости. Да уж, расслабилась, привыкла, что в городе мы с подружкой в авторитете, совсем по сторонам не смотрю.

Путь мне преграждала пятерка лошадей. Их всадники, с ног до головы закутанные в плащи, не вселяли никакого доверия. Осмотрев их и решив, что это явно по мою неспокойную душу, я досадливо вздохнула.

– Ну чего встали? По делу или просто пойти некуда? Я на бедность не подаю.

– Любопытно просто: и чего он в тебе нашел?

Капюшон с ближайшей фигуры упал, и я увидела самое прекрасное женское личико, какое только могло быть на свете. Белая алебастровая кожа, искрящиеся волосы, светло-голубые глаза, бледно-розовые, перламутровые губы, мягкий овал лица, чудный носик. Ну и маленькие хрустальные рожки, гармонично смотрящиеся на этом стервозном, высокомерном лице.

Эх, не везет мне. Соперницей, хотя это тоже вопрос, оказалась повелительница столь ненавистного мне льда.

– Так, может, это ты в постели как ледышка, – дернула я бровью, прекрасно поняв, о ком она. Ко мне от асуров могут быть претензии только в одном случае – когда дело касалось их Наследника.

Демонице моя версия явно не понравилась. Вон даже инеем покрылась, как от ярости распирало. За больное, что ли, задела?

– Заткнись, человечка.

– Ну и запросы! Вообще – ты кто такая, чтобы преграждать мне дорогу?

– Как будто ты не поняла. – Голос у нее тоже красивый. Презрительный, но это даже занятно. Правда, таким голоском о нежностях на ушко не пошепчешь. – Мое имя Изиабелис. Запомни его, это начало твоего конца, девчонка.

– Пугали, знаем. Мне, думаю, представляться не надо, знала, к кому идешь. Что тебе от меня понадобилось?

– Посмотреть. По царству ходит много слухов. Кто-то говорит, что ты красива, как фея. Кто-то – что страшна, как орк. И думаю, последние правы.

– И кто это распускает такие слухи? Ну уж точно не четверка, эти поостерегутся, я ведь им за такое хвосты не то что в бантик, в кружавчики свяжу. И не сталемордый, о таком позоре, как наша встреча, молчат в тряпочку. Так что, милая, не завирайся. Любопытство тебя съело, такую большую взрослую девочку. Захотелось посмотреть, кого он предпочел тебе. Так ведь? Если я правильно поняла, то ты его вторая, неудавшаяся невеста.

У демоницы все было написано на лице. Даже то, как именно она хотела меня убить. А вот ее спутники явно почувствовали неуверенность. Что, думали едете пугать человеческую девчонку? Тоже нашлись мне пугала огородные.

– Ты… ты всего лишь смертная. И быстро наскучишь ему. Зачем тебе это?

– Чтобы было. А тебе зачем? Власти захотелось?

– Меня с рождения растили как Владычицу асуров. А ты… Человек, ставший Владычицей асуров, это же гнусность. Наш народ никогда тебе не подчинится, и ему тоже. Владычицей должна быть асура. Это мое место.

– Да забирай! – Я рассмеялась. Ну правда смешно. Как будто она не знает, что обручение навсегда.

Сняв длинные перчатки под теплыми рукавицами (бр-р, холодно-то как), я продемонстрировала ей оживившуюся роспись рук. Ого, и колечко выползло. Похоже, блондинка ему тоже не нравится.

– Сможешь снять – оно твое. Только палец не откуси. – Заметив обалдевшую от таких заявлений демонессу, я пояснила: – А ты думала, мне так это нравится? Мужа я себе и сама найду. А мальчишки поорут, конечно, но они знали, с кем связываются.

У нее на лице прорезались звериные черты, надо же – злится. Должно быть, знает – его снимет лишь тот, кто надевал. Эти сведения я как-то выпытала у пьяного Бали.

– А теперь уйди, Изя. Ты ведь не хуже меня все понимаешь. Ничего плохого мне сделать не можешь, тебе этого не простят. Я, конечно, с Веельзевулом в прошлый раз поскандалила, но это мелочи, меня он в обиду не даст. Хотя бы просто ради своего сына.

– Это мы еще посмотрим. Ты скоро умрешь.

– Ну-ну. Проходили.


– Понимаешь, Заквиэль, почему-то именно в тот день мне приспичило надеть Звездочку. К костюму она, видите ли, шла. Обычно ее Катинка носит, – указала я в сторону.

И тут же замерла. Подруга, эльф и цирюльник сидели словно каменные.

– Я их заколдовал. Ни к чему всем знать о наших делах. Но назвать эту стерву Изей было сильно, – усмехнулся асур. – И очень жестоко. Она так носится со своим происхождением и воспитанием.

– Значит, я все правильно поняла?

– Да, малышка. Ее ведь действительно растили как будущую Владычицу. Их вообще три таких, на всякий случай. Когда Веельзевул заключил договор с твоим отцом, было решено ничего не менять. Для конспирации. Уж как высоко задрав нос ходила Изиабелис. А потом объявили о свадьбе Наследника с «дочерью Вольского короля», и она здорово обломалась. Сколько шуточек было в ее адрес.

– В общем, настрадалась она.

– А нечего было нос задирать. Тебе глубоко начихать, кто мы, а она даже служанок из простых не брала. Только власть и беспокоила. Эта ледышка всегда нас раздражала.

– Так зачем было… кхм, приближать ее к себе?

Заквиэль, умница, все понял.

– Время шло. Хананель наглел. Мы даже пару раз с ним сцепились. Наследника вообще порой приходилось за шкирку держать, а то нарвется, и его не убьет, и себя выдаст. А тот вообще ходил мимо нас с таким довольным видом, знал, подлец, что забрал любимого человека. Знал, что, как никто, больно сделал. – Глаза демона потемнели от злости и печали. Смотря в них, я осознавала, как больно было моим милым чертягам. И в то же время мое сердце дрожало от нежности, всегда приятно знать, что тебя кто-то так любит. – Мы ведь даже наказать его не могли. Знали, что это он, но где доказательства? Наследник видел? Это не аргумент. Да и выдавать его раньше времени опасно. Мы все еще слишком молоды, чтобы обрести силу Асурендры, нам надо еще минимум лет десять, а Наследнику пару лет, все же кровь Владыки сказывается. У асуров все слишком завязано на авторитете и силе. У Хананеля хватает и того и другого. – Заквиэль снова замолчал. Пушистый кончик хвоста нервно дрожал, выдавая демона с головой. Не просто им пришлось все эти годы. – Тогда отец принял решение попытаться второй раз. Пускай поспешно, но к свадьбе было все приготовлено. Отец Изиабелис, Асурендра над большой группой. А нам союзники не помешают. Вот отец и выбрал ее в жены Наследнику. Только ты не думай, тому вообще было на все плевать – что, где, когда. Если не ты, то все равно кто. Он, наверное, холодней самой Изиабелис был. А она все дни до обручения ходила гордая, как павлин. Столько гадостей наделать успела, стольким нахамить. Так вот, стоим мы на церемонии, эта стерва светится, как снег на солнце, а обручальное кольцо ей на палец не лезет. Кое-как мы его нацепили, так оно сваливаться начало. Ну тут уже ничего нельзя было поделать. Изиабелис визжала, истерики закатывала, грозилась, умоляла повторить церемонию. Только все это уже не имело значения. Поняв, что ты жива, Наследник уже и слышать ни о чем не хотел. Ее отослали домой вместе с отцом. Тот, конечно, недоволен был, но против традиций не пойдешь, его дочь не могла стать женой будущего Владыки. Вот она и решила на тебе сорваться.

– Мне очень стыдно, Зак.

– За что? – с надеждой улыбнулся он.

– Следовало сообщить вам о ней. Вот куда приводит излишняя гордость. – Я подперла подбородок кулаком. Ведь действительно глупость сделала. Притом из-за своей дурацкой гордости. – А вы-то как узнали, что случилось со Звездой?

– Все произошло этой ночью. Она в Царстве начинается раньше вашей. Будит нас сегодня Наследник и рассказывает занятную историю. Будто сработало заклинание, наложенное на эту Звезду. Помню я, как их изготавливали, думали – в кровь себе лбы расшибем, – сделал лирическое отступление Заквиэль. – Как ты знаешь, на Звезду было наложено заклинание, соединяющее ваши сны. Во сне к нему пришла ты, но, по его словам, вела себя ненормально.

– Ненормально – это как?

– Хорошо себя вела, – состроил гримасу Заквиэль. – В общении с тобой это настораживает. Вот и он поосторожничал, не стал поддаваться на провокации, когда его непривычно покладистая невеста стала очень изящно допытываться, кто же он такой. И, как оказалось, ненапрасно. Она была не тобой.

– И как же он отличил? – ощетинилась я.

– А как можно отличить одного человека от другого? Думаешь, только по внешности? Многих – да. Пойми, мы-то любим тебя не за внешность, а за то, какая ты есть. За душу.

– Извращенец! – округлила я глаза. – Я всегда знала, что вы чокнутые, но чтобы так… Зоофил.

Демон хихикнул:

– И где только таких слов набралась? Вот за это мы тебя и любим. Ты умненькая, нахальная, хитрая девочка. А та, что пришла во сне, была расчетливой, лживой куклой. Так тебе понятно? Он просто понял, что это не ты, почувствовал. Все же ваши души связаны сильнее, чем ты это только можешь себе представить. Как срастаются два дерева, выросшие слишком близко друг к другу. Наследник поднял шум. Раз Звезда не у тебя, то ты можешь быть в опасности. Ну и прислали меня. А ты тут развлекаешься.

– Эх, Заквиэль, почему бы тебе вчера не появиться! Расколдовывай этих, – махнула я рукой.

Тот сделал легкий пасс рукой, и на нас уставилась обалдевшая троица.

– Что это было? – тут же вскочил Элестс. Ну да, эльфы чувствительней к магии.

– Не волнуйся. Нам просто надо было поговорить.

– Не волноваться? Меня заколдовывает какой-то асур, и ты предлагаешь мне не волноваться?

– Не кричи на мою девочку, эльф, – чуть нахмурился мой нежный защитник. Обожаю его! Как приятно, когда рядом кто-то есть. Хоть время от времени приятно почувствовать защиту. – Кстати, мне интересно, что в вашей узкой компании делает этот тип.

Недолго думая я поведала Заквиэлю историю знакомства с Элестсом. Асур нахмурился и многообещающе посмотрел на эльфа. Лично мне его было нежалко.

– Я задам тебе несколько вопросов, а ты постарайся на них ответить, – сощурил лиловые глаза мой друг.

– С чего это? – откинулся на спинку кресла эльф.

О, так эти красавчики тут турнир догадались устроить? Вон как глазками сверкают. Даже вмешиваться страшно.

Мысленно прикинув возможности каждого из них, я пришла к заключению, что они, пожалуй, равны. Эльфийские принцы не слабые ребята, да и асурьи тоже. Вот только за спиной повелителя молнии всегда есть братья, которые любому глотку перегрызут, притом в прямом смысле. Я немного успокоилась и уже с любопытством следила за нахохлившимися, словно бойцовые петухи, мужчинами. Хорошее, право, зрелище.

– С того, что, если условия мне не понравятся, ты пойдешь разбираться со своими проблемами сам, вернув этим милым леди их родственников. Мне, конечно, не очень хочется ссориться со Светлым Лесом, но что поделаешь, рисковать нашей девочкой я не дам. А так, может, чем и помогу. Если малышка влезла в эту авантюру, то не вижу ничего плохого, чтобы и самому развлечься.

– А что, дома скучно? – влезла я.

Демон закатил глаза.

– Не напоминай.

– Тогда чего ты один пришел? Я по вам безумно соскучилась.

– По нам всем?

Я зарычала. Уж слишком сильным было желание банально покусать своего старого дружка.

– Давай прикинемся, что у нас временная потеря памяти. И дружно забудем одного злобного, эгоистичного, ревнивого типа. Он у меня еще за все заплатит.

– Да сколько уж можно платить-то? Он столько и не натворил.

– Угу. Если это не считается, то я вообще святая.

– Малышка, ты сама подумай – пропадаешь где-то два месяца, тебя все-таки ловят, а ты говоришь «я занята». Здорово! Чем, интересно?

Схватив нахала за ухо, я ткнула его носом в обалдевшую от такого Катинку.

– Вот этой очаровательной особой. Придурок! Мог бы сначала спросить, прежде чем орать.

Демон сел рядом с настороженно косящейся воровкой и хитро посмотрел на меня:

– Но согласись, вы оба погорячились.

– Наверное, – пожала я плечами, не в силах выносить такой знакомый мудрый взгляд.

– Итак, если здесь мы разобрались, – решил Зак, – то, может, эльф расскажет нам, зачем ему выкрадывать фамильный артефакт.

– Это наше семейное дело. Вам незачем об этом знать.

– Элестс, – сладкоголосо пропела я, отчего у того даже щека задергалась, – тебе никогда в детстве уши не драли?

У Катинки началась истерика, Зак тактично хихикнул в кулак, Петрик захлопал глазами.

– Почему как что, то сразу уши? – обиделся блондинчик.

– А они у тебя такие хорошенькие, – искренне восхитилась я. – Примечательные! Так мило топорщатся. Вон Зак подтвердит, у них все чаще хвосты страдают. Тоже, знаешь ли, занятная анатомия. Эх, себе, что ли, такой отрастить? А то я прям обзавидовалась вся.

Асур улыбнулся. И нагло обнял гибким, покрытым короткими темными волосками хвостом талию воровки. Та взвизгнула и ударила по нему ладонью, впрочем, больше досталось ее собственному животу, в то время как наглый асур вообще делал вид, что это не его конечность.

Ага, вот и ответ, что мне делать с этой «старой девой». Асуры умеют и не такие льды топить. Или плавить. Это кому как повезет.

Пока все были заняты отбрыкивающейся Катинкой, я змеей подобралась к Элестсу и все же ухватила его за кончик острого уха. Хорошенький все-таки этот парень, вон какие дивные глазищи раскрыл, чуть ли не с пол-лица.

– Ну будешь говорить или мне пытать твое ухо на откручиваемость?

– Не надо! Я все расскажу. Все, что посчитаю нужным, – тут же поправился он.

Все началось с той самой любвеобильной эльфийской принцессы, которую папочка Верховный эльф баловал, как хотел, по причине того, что дочь у него одна, да явно нагулянная со стороны. Девушка пустилась в большое турне по столицам всех дружественных, и не очень, государств с целью налаживания отношений, читай между строк – пошляться захотелось, разнообразия там, развлечений. А в нагрузку и для пущего присмотра дал ей отец одного из своих младших сыновей, кстати, тоже незаконнорожденного, только у эльфов это строго – от отцовства не отвяжешься, если случилась такая оказия. Да невзлюбили эти двое отпрысков одного папаши друг друга, все норовили подлянки противной стороне сделать. А тут случилось такое: доверил Верховный своей дочуре любимой в высшей степени важную вещь – не что иное, как артефакт Глауре. А его возьми да и уведи из-под самого носа эльфийской охраны, которую возглавлял знакомый нам блондинчик.

Ему дома устроили разнос по полной, наказали, изгнали из Светлого Леса, обрекая на вечное презрение и проклятие себе подобных.

Вот наш красавчик и уверен, что артефакт все еще припрятан у сестрички, так ловко избавившейся от братца.

– Да у вас там просто гадюшник какой-то, – всплеснула руками я. Потом покосилась на Зака и вздохнула: – Впрочем, у вас тоже.

– Ты свою мачеху вспомни, – обиделся асур. – Такая змея! Она ведь с самого начала была за твою кандидатуру, лишь бы сплавить подальше.

– Я бы еще и не так постаралась, чтобы сплавить себя. Святая женщина, терпеливая. Сколько я ей крови-то попортила. Мне лет пять было, когда она… ну, вышла наконец за папочку. Вот ты бы столько выдержал рядом со мной?

– Да хоть всю вечность. Не вопрос.

Погрозив ему кулаком, я перебралась на спинку кресла, в котором сидел эльф. Возражать он не стал, лишь повел остреньким ухом.

– Итак, что у нас получается? Завтра вечером красавица эльфийская принцесса проследует недалеко от Табольска вместе с караваном. Они наверняка решат задержаться на ночь в городе, так? Нет, не так. Не пойдут они в город, а с утра снимутся и съедут. За ночь мы вряд ли успеем пошурудить в их лагере на предмет завалявшегося меж баночек с губной помадой и гребешками могущественного артефакта. И что же следует из всего вышеперечисленного?

– Надо их задержать? – щелкнула пальцами воровка, вызвав искру.

Хорошее заклинание, улыбнулась я. Не вечное, конечно, но все же.

– Правильно. Предположим, мы их задержали, что дальше? Где у нас карта?

Вырвавшись из необычных объятий, Катинка принесла большую карту города и окружных сел и разложила прямо на полу. Низкий столик был безвременно утрачен во время предыдущего путча.

Проползав вокруг нее не меньше получаса, мы дружно пришли к решению, что ничего нормального придумать просто не могли.

Вздохнув, я приняла волевое решение… поесть.

Отказываться никто не собирался. Поэтому, приманив в окно очередную ворону, я надиктовала список желаемых нами блюд и отправила «почтового голубка» к Дику, хозяину ближайшей таверны. Заслышав заветное слово «еда», из горящего камина вылезла саламандра и с видом заморенного голодом заглянула в глаза жалостливой Катинки. Ну да, Уголек даже кашу ест, за что ей большое спасибо от благодарной домохозяйки-воровки и отдельное от нас, жертв ее кулинарных талантов.

Заквиэль погладил ящерку по гребню и улыбнулся:

– Привет, малышка. – Та что-то защелкала на своем занятном языке огня. – Неужели безмозглой, – сокрушался асур, насмешливо посматривая на меня. – Я попрошу ее больше не ругаться, хорошо?

– Предательница, – фыркнула я, отворачиваясь.

– Слушай… Таня, а Нагос что сейчас делает?

– Спит. Зима же на дворе, если ты не заметил.

– А проснуться он не в силах? Ради развлечения эльфийской принцессы.

Мысль мне понравилась. Только как разбудить многоголовую гидру?

– Поднимем, – кивнула я. – Но мне нужен особый отварчик, повонючей. Иначе этого наглеца при всем усилии не растолкаешь. Только для отвара того необходимо редкое растение. Где бы его достать? В табольских лавочках я такое не видела.

– Что за растение?

– Герань.

Все разом задумались. Потом воровка все же спросила:

– А как оно все же выглядит?

Пожав плечами, я притащила книгу и сунула ее под нос собравшимся.

– Вот.

– Так это та вонючка, что у Анкиной матери на окне цветет? – вдруг ткнул пальцем Петрик.

– Слушай, горе-жених, давай так, – ухватила я его за лацкан, – мы тебе невесту, ты нам герань. Пойдет?

– Что вы хотите сделать с Анкой?

– Ничего. Просто сделаем так, что теща тебя больше дочери полюбит. Договорились?

– Не надо!

В общем, на том и порешили. Вечером идем сватать девицу.

Наевшись до отвала, мы разлеглись на настоящем элерейском ковре и пытались обдумать свои планы. Я лениво выписывала основные ингредиенты зелья для экстренной побудки дорогого друга. Катинка что-то чертила в своей тетрадке. Эльф и асур устроили спор по поводу преобладания своей расы. Петрик сыто и довольно дремал.

– Ну, предположим, задержали мы кортеж. Что дальше?

– Выяснить, где именно, в каких условиях и как хранят артефакт.

– Каким образом? – покосилась на меня подруга.

– Заедем в гости, – пожала я плечами, вставая и с интересом поглядывая на поперечную балку под высокой покатой крышей. – Кто-то говорил, эта особа весьма любвеобильна. Почему бы не использовать слабостью обозначенной особы?

Бросив оценивающий взгляд на собравшихся мужчин, я тяжело вздохнула – выбор жиденький. Брата своего она знает, Петрик от такой перспективы хлопнется в обморок, а вот…

– Даже не думай, – предостерегающе заявил мой красавец-демон.

– Почему это? Ты ей понравишься. Думаю, девушка не будет против экзотики. Смотри, какой ты у нас хорошенький, а как улыбнешься – вообще неотразим. Вон Катинка и та в обморок свалилась.

Зак обиделся. Хвостом намахивает, что корова от оводов речных. Прихрюкнув, я повалилась на диван и, уткнувшись в подушку, тихо рыдала от смеха.

Демон быстро сообразил, в чем, собственно, дело, и обиделся еще сильней. Правда, хвост на этот раз прижал к ноге. Что, впрочем, не мешало ему нервно подрагивать, вызывая новый приступ хохота уже у всех собравшихся в комнате.

– Раз так хочешь, то почему бы тебе самой не наведаться к этой любительнице экзотики? – выдал он и засветился от сказанной гадости.

Я лично от такого опешила. Нечто подобное вполне могло исходить из уст Бальтазара, но не моего умницы Заквиэля.

– А это неплохая идея, – вскочил на ноги эльф. – Сестричка всегда была любительницей различных плотских развлечений. Особенно таких. Помнится, я несколько раз ловил ее на этом. К тому же ты ей понравишься, она всегда любила… неординарных особ.

– Хамы!

– Ну не Катинке ведь идти. – Все разом посмотрели на воровку, отчего та слегка раскраснелась. Откуда же им знать, что это от злости. Я прожила с ней под одной крышей несколько месяцев и сейчас настороженно попятилась в сторону. – Хотя, судя по ее поведению…

Недолго думая подруга засветила Элестсу в ухо. Тот округлил глаза и попытался отомстить. Не удалось. Спасающуюся бегством Катинку перехватил асур и, обняв за талию, спрятал у себя за спиной. Нарываться эльф не стал. К тому же заведомо был неправ и сам понимал это.

Вот теперь румянец на щеках моей подружки расцвел от смущения. Правильно, когда такой мужчина, как демон Заквиэль, закрывает тебя своей спиной, чувствуешь себя на седьмом небе.

Ну-ну!

– И все равно, – вспомнила я, усаживаясь на спинку дивана. – То, что на Зака она клюнет, это однозначно, а я в такие игры не играю.

– Клюнет, – кивнул асур. – Проверено.

Вид у меня, наверное, был глупый, еще бы – с раскрытым ртом и глазами-плошками.

– Было дело, – отмахнулся он, отворачиваясь.

– Теперь я понимаю, чего ты такую истерику устроила, когда я про девственность ее толкнула, – захихикала воровка, все так же прижимаясь к асуру. Смотри-ка – понравилось.

И лишь только эльф подозрительно косился на нас.

– Чувствую, у нас тут собрался клуб знатоков эльфийской принцессы.

Заквиэль вопросительно покосился на меня.

– Да, братец мой как-то развлечься соизволил.

– Это который?

– Старший, разумеется. Он тогда вообще мальчишкой зеленым был. Вот и попался в лапы коварной особы. Ты же видел, родственнички у меня как на подбор. А Филипп вообще красавец каких поискать. Но ты все равно лучше.

– Ой подхалимка! Все равно ведь тебе в гости идти. Кто, кроме тебя, провернет все это как надо. Я, конечно, тоже могу заглянуть по старой памяти, но возникнет слишком много вопросов.

– Каких? – Все же не удержавшись, я слевитировала до балки и удобно устроилась на ней, вытянувшись всем телом.

– Разных. Например – «чего приперся». И почему один.

– Заквиэль, только не говори, что… вы все поучаствовали. – От вида стыдливых глаз асура мне стало нехорошо. – Ну черти разноцветные, вы даете!

Катинка хихикнула.

– Это давно было. Нам тогда и тридцати не исполнилось, мальчишки еще, – начал оправдываться демон. – А тут эту на экзотику потянуло. И мы… В общем, не могу.

Мне надо было переварить только что услышанное. Я, конечно, всегда знала, что они очень синхронны, но чтоб настолько!

– Это, конечно, милые семейные разборки, но, может, вернемся к насущному, – вмешался эльф.

– Твоим семейным проблемам? – бросил раздраженный взгляд асур. У-у, злой.

– Да. – Элестс ответил не менее яростным взглядом. – Мы заключили соглашение.

– Не со мной.

– Разбудите, когда наконец соберетесь подраться, – зевнула я. – Можно даже ставки сделать. Катинка, ты за кого?

– Слушай, Элестс, а у тебя клыки есть? – деловито спросила подруга, пересчитывая на ладони мелочь из кармана. – Если нет, то я за этого, черненького.

Зак ухмыльнулся.

– Это ты еще его крылья не видела, – улыбнулась я. И воздушные крылья моего возлюбленного. – Зак у нас вообще галантный парень. Всегда рад подставить плечо, коленки и другие удобные места.

– Ага, – подмигнула мне снизу Катинка, – а еще активно хвост распускает.

Пара секунд, и визжащая девушка зависла рядом со мной, сидя на руках крылатого демона. Осторожно пересадив ее на балку и примостившись между нами, Заквиэль спросил:

– И где ты вечно находишь таких друзей, малышка? Нагос, Вадик, мы. Даже саламандра стала не просто твоим хранителем, а верным другом. Уж сколько Бали ее пытал, так эта только хамит. А у тебя научилась, мерзавка.

Перегнувшись через него, я посмотрела на подругу:

– Бали – повелитель огня, саламандра подчиняется ему. Один из тех, кому она может меня сдать со всеми потрохами.

– А! – понятливо протянула воровка. – Тоже твой друг?

– Тоже. Бес рогатый. – Тяжко вздохнув, я тюкнулась в плечо асура, едва не скинув его крылатое высочество с моего куриного насеста. – Я скучаю по нему. И по Аскару. Особенно по Аскару, – добавила я гнусаво. – И даже по Данте, вредине крылатой.

– По нему или крыльям? – хитро сощурил глаза Зак.

На несколько секунд кровь перестала течь по венам, застыв от испуга. А затем я лишь улыбнулась.

– И по тому и по другому. Правда, по крыльям больше.

Над нами раскрылся купол из кожистых нетопыриных крыльев. Катинка восхищенно вздохнула.

– Вот так сегодня и спать будешь. Здесь повиснешь вниз головой и отдыхай, вампиреныш ты мой ненаглядный.


Возвращение блудного жениха вышло как по нотам.

Когда мы привели к дому будущей тещи ковыляющего Петрика, уже начинало темнеть. Побитый и помятый цирюльник в сопровождении ведьмы и эльфа выглядел очень колоритно. Полквартала вышло полюбоваться. И конечно, грозная женщина из нужного нам дома.

Потом мы с Элестсом битых полчаса расписывали в лицах, как на подростка напал злобный крылатый вампир, подросток в лице Катинки засопел, злобный вампир в лице Заквиэля хихикал за углом. Потом мы поведали, как храбрый цирюльник бросился на защиту ребенка (тычок со спины от «милого дитяти»). Как позвал на помощь, отбиваясь от гадкого уродливого мракобеса (кулак из-за угла), ровно до тех пор, пока его не нашел проходивший мимо эльф, засвидетельствовавший сцену «храбрый Петрик против окаянного кровососа».

Кто не поверит эльфу? Вы только посмотрите в эти честные зеленые глаза.

В мои лучше не заглядывать, я и так едва стою на ногах от желания упасть от смеха.

Израненный, но выживший цирюльник в полубреду во время лечения у знатной, доброй, прекрасной, словно лунная ночь, волшебницы, снизошедшей в своей великой добродетели до отчаянного героя и согласившейся замарать свои тонкие взлелеянные белые ручки неземной красоты… (Возмущенное сопение со стороны «израненного героя», «невинного подростка-жертвы», «злобного клыкастого вампира» из-за угла. Невинные глаза увлекшегося эльфа, краска отнюдь не стыда на щеках прибалдевшей колдуньи.)

Начнем все сначала.

Израненный, но выживший цирюльник в полубреду во время лечения у местной магички шептал имя возлюбленной и отчаянно рвался принести ей тот чудом выживший букет, что он все это время трепетно прижимал к груди. (Демонстрация огромного веника из чудных большеголовых роз, мой морок даже пах как следует!) Как только герой пришел в себя, он начал сокрушаться, что так бесчеловечно подвел пресветлую благородную даму, являющуюся матерью его милой возлюбленной, женщину чистой души и добрых помыслов, столь уважаемую им. Квартал скептично посмотрел на «даму», возвышавшуюся над героем на добрых полголовы. И теперь, когда общими усилиями нам удалось поставить этого отважного цирюльника на ноги, не соблаговолит ли она выслушать его.

Ну Петрик, конечно, не подвел. Бухнулся на коленки и, чуть не плача (от страха, наверное), попросил руки Анки.

Весь квартал, ревя в три ручья, скандировал «Да!».


Полночи я провозилась с заклинаниями.

В комнате мирно посапывала Катинка. Мою постель занял демон. Место Иржика – эльф.

Я хмыкнула – полный дом незваных гостей.

Что касается этих нахалов, то получилось все так.

– Я остаюсь здесь, – посмотрел на меня асур.

– Что? – возмутились Катинка и Элестс (ему-то какое дело, право?).

– Он остается здесь, – подтвердила я, прижимаясь к своему рогатому чуду. – Не беспокойся, Катинка. Он нормальный парень, а рога и хвост – это так, приятное дополнение. Можешь лечь в мою постель. Ах вы дураки! Разумеется, без меня, просто на детских кроватях этот здоровый шкаф явно не уместится. А я вполне. Мне места много не надо.

– Тогда я тоже остаюсь, – выпятил грудь колесом эльф.

Катинка тихо обалдевала от наглости этой сладкой парочки.

Ну вот, теперь дрыхнут.

А мне ничего не оставалось, как готовить зелье, пропитавшее всю кухню своим едким запахом. Эх, жаль нет Аскара, уж он бы мне помог.

Все же герань – то еще растение! Запах – закачаешься.

Утро началось.

Уже одно это не вселяло оптимизма.

Где-то внизу шарахнули дверью. Я поморщилась.

– Танька, вставай. – Подруга прошла на кухню. Затем минут через пять к входной двери.

За булочками, облизнулась я.

Только вновь начала дремать, шарахнула вторая дверь. Заткнув уши, я перевернулась на другой бок…

И свалилась.

Уж не помню, как я вновь оказалась на своей родной балке, главное, что приземлилась я относительно мягко. Пришибленный эльф подо мной слабо застонал.

– С добрым утром, – улыбнулась я.

– Слезь с меня!

– Ой какие мы злые с утра! А еще кто-то вчера обижался за ухо. Элестс, убери руку. Да не эту. А теперь обе. Элестс!..

– Может, ему их оторвать?

И вот на разозленного демона, стоящего в дверях, смотрят две пары испуганных глаз.

– Ничего себе, – проговорил Элестс. – Сначала чуть не пришибли, теперь еще и грозят.

Я сонно потянулась и наконец поднялась с разлегшегося на полу мужчины.

– Ненавижу, когда меня будят рано.

– Встала? – хихикнула входящая Катинка. Уж кому как не ей знать, что утро никогда не было моим любимым временем суток.

По дому тут же разнесся запах булочек. Облизнувшись, я пошла умываться.

Наскоро позавтракав, направилась готовиться дальше.

Еще ночью, издеваясь над книгами, я на скорую руку составила один занятный рецептик, и теперь мне не терпелось его опробовать.

– Эй, ты куда? – высунул нос Зак.

– В лавочку к травнику. Надо купить кое-каких сборов.

– Я тебя одну не отпущу. Знаю я эти походы. Ничего хорошего. Подожди, сейчас соберусь.

– Кстати, Элестс, – вспомнила я. – Ты как хочешь, но без камнецвета я больше из дома не выйду. Сами будете магичить и воровать. Мне здоровье дороже.

– И где я его тебе возьму посреди зимы? – округлил он глаза.

– Где хочешь. Это не мое дело. Просто пойми, без камнецвета после сегодняшних мероприятий я вообще не встану. Зимний город я еще могу с трудом выносить, зимние поля меня убьют.

– У тебя же есть магия асуров.

– Милый наивный эльф! При всем своем могуществе никакая магия не может справиться с простейшей простудой. Уж поверь мне, за двадцать пять лет я чего только не перепробовала.

– Надо спросить у отца, – застегивая дубленку, вышел из комнаты демон. – Это слишком серьезная слабость, чтобы оставить ее без внимания.

– Ага, при учете ненависти со стороны Изиабелис. Я как-то встречалась с таким демоном – неприятные воспоминания. И выиграла только потому, что он не воспринял всерьез человеческую магичку, они ведь даже не трансформировались. Да еще огненные клинки.

– Клинки? Подожди, – замер Заквиэль. – Ты дралась с демоном льда?

– Он убил мою подругу, я – его.

– Но как? Убить асура, даже расслабленного, слишком тяжело любому человеческому магу.

– Это был демон льда, а Бали знал, что подсовывал. Не забывай, у меня огненное оружие и верная саламандра. Так что он дрался против нас обеих.

– Ты не понимаешь, малыш.

– Не называй меня так. Я уже давно выросла.

– Что-то не заметил, – вздохнул Зак, закрывая за мной дверь.


– Заквиэль, будь хорошим демоном, – ослепительно улыбнулась я, повиснув у него на руке, – скажи, почему я не засекла твоего присутствия. Чертова роспись появляется по малейшему поводу.

– Я не хотел пугать тебя раньше времени, вот и экранировался.

Нахмурившись, я задумалась.

– А это сложно?

– Не очень. Просто нужен подходящий амулет. Зачем тебе это?

– Чтобы каждый встречный-поперечный не тыкал в меня пальцем. А то вы столько напихали в меня своей майя, что я разве что не свечусь от нее. Для знающего существа это все равно что надпись на лбу. Притом явно матом.

– Да. При достаточном опыте засечь нас легко. Хорошо только, что желание это редко у кого бывает. Сделаю я тебе амулет. Что еще ты захочешь? У меня наставление выполнять каждый твой каприз.

Очень хотелось спросить о свойствах последнего подарка моего благоверного (хм, это еще вопрос, какой он верный, после того что я узнала), но я поостереглась. Разглагольства Зака тогда будет не остановить.

– Каждый? – хитро улыбнулась я.

– За исключением пары пунктов, да. Что ты задумала, малышка?

Мы шли через торговые ряды к лавочке знакомого травника. Большая шапка с лисьим хвостом все время съезжала на лоб, и приходилось ее поправлять. Огромные варежки грели руки, а недлинный залихватский тулупчик – тело. Поверх него я еще надела свой меховой плащ, которым очень гордилась, это была первая за долгое время действительно достойная вещь, которую я могла себе позволить. Тулупчик слегка пах моими заклинаниями и молодой шерсткой. Брючки на мне тоже были теплые, из короткого и густого черного меха, блестевшего, как зеркало в темноте.

А душу грела близость столь нежно любимого друга.

Прижавшись к нему теснее, я улыбнулась.

– В тебе что-то изменилось с последней нашей встречи.

– Подбородок. Это все феникс, он ему, видите ли, не нравился. Совсем пташка охамела.

– Этого я не заметил, – нахмурился асур. – Действительно изменился. Но я не об этом, на твою внешность я как-то внимания не обращал.

– Вот спасибо! – засопела я и даже попыталась вырваться из его рук.

– Ну не обижайся, – уцепил меня за пальцы Зак, не давая отойти от себя. – Ты очень красивая девочка. Правда, клянусь хвостом. Просто я смотрю глубже. У тебя внутри что-то поменялось. Аура как-то по-другому светится.

– Как? – тут же заинтересованно посмотрела я на асура.

– Когда мы тебя встретили, она была… чем-то удивительным. Розово-золотая и чистая, как первый снег. Потом, когда мы уходили, в ней начались изменения.

– Наследили? – приподняла я брови, хотя слушать Зака было интересно.

– Почти, – к моему удивлению, не стал отнекиваться он. – В Ринии ты вообще была совсем другой, нежели мы тебя помнили. И внешне и внутренне. Посмотри-ка, – приподнял он мой подбородок и заглянул в лицо, – какой хорошенькой стала.

– Как будто вы не знали, что так и будет, – тряхнула я головой, отчего шапка чуть не свалилась.

– Какая же ты все-таки глупенькая девочка, – улыбнулся он нежно. – Мы знали, что тебе суждено быть красивой, но… немного по-другому. Не так диковинно. Цвет волос, эти искорки в глазах и улыбка. Даже то, как ты держишься, тебя красит. Уж не знаю, что бы вышло, забери мы тебя сразу домой, но сейчас ты мне тоже нравишься. Не пожалели боги в тебя перчику, когда тесто замешивали.

– Угу, – согласилась я, – и полыни побольше.

Демон остановился, обнял меня и заставил посмотреть себе в лицо.

– Так все в твоих руках. Хочешь быть счастливой – будь.

– А если я не знаю, чего хочу? Если я боюсь, что, когда наконец получу то, что хотела, окажется, что это вовсе не то, чего я хотела.

– Тогда начнешь хотеть чего-то другого. Или кого-то, – проказливо улыбнулся он.

Мы вошли в лавочку травника. Поклонившись, я протянула список. Старик кивнул и посмотрел мне через плечо. Нахмурился и даже побледнел. Ухватив Заквиэля за полу, я притянула его к себе и положила ему руку на грудь, дав понять, что он пришел со мной.

– Это друг, – четко произнесла я одними губами.

Травник потерял слух в юности во время одной из войн. Но уже долгое время удачно обходился без него. Знахарка, которая выхаживала его после тяжелой контузии, поведала оглохшему пареньку свои тайные знания, а уж благодаря его природному и во много раз обострившемуся нюху распорядился он ими с толком. Лучшего травника в этом городе было не сыскать. Меня он знал и поэтому доверял. Вот и сейчас успокоился, отправившись собирать требуемые мешочки с травами и другими важными ингредиентами.

– Ты здесь надолго? – привалившись к стойке, спросил асур.

– Все займет около получаса. А что?

Демон улыбнулся во все клыки.

Вошедшая было тетка громко завизжала и кинулась прочь из лавки.

Эх, хорошо хозяин глухой. И ведь придется доплатить ему за понесенный ущерб в лице потерянной теперь уже навсегда клиентки.

Под шумок асур смылся, бросив только, что придет.

Здесь было хорошо. Из боковой двери вышла молоденькая внучка травника и приветливо поздоровалась. За кружкой травяного отвара мы обсудили местные новости, перемыли всем знакомым косточки – как же без этого. Попутно я узнала, что говорят по поводу облавы на двух воровок, уж меня-то девчонка в подобном не подозревала, для большей части города я просто магичка. Время от времени приходили люди, брали какие-то заготовки, которые всегда были готовы, и уходили. Мы ждали. Несколько раз приходил травник, уточняя мой список.

Я даже и не заметила, как пролетело время, очнулась, лишь когда на пороге появилась знакомая широкоплечая фигура. Зак легко поклонился зардевшейся девушке, а я сощурила глаза:

– Где был?

Асур хитро улыбнулся. Затем подошел ко мне и убрал прядь волос, упавшую на лицо.

В следующую секунду меня пронзила боль, которая, впрочем, тут же и пропала.

Дотронувшись до горящего уха, я обнаружила, что хрящик сбоку пробит, а в дырку продето колечко.

– Что это? – сразу начала заводиться я. – Заквиэль, ты мерзавец. Что ты сделал с моим ухом? Кто тебе позволил?

– Ты же хотела экранирующий амулет. – Горделивое сверкание асура пошло на убыль.

– Я хотела амулет, а не новую дырку. Все вы… одинаковые! Сделаете глупость, а потом удивляетесь, чего я на вас злюсь. Слушай, Мила, у тебя зеркало есть, дай посмотреть, что это чудо рогатое со мной сделало.

– Ну вот, опять не так, – тяжко вздохнул демон. – Нет, надо настоять, чтобы кандидатуру Изиабелис рассмотрели еще раз. У нее явно характер покладистей будет.

В мое ушко вцепился маленький паучок, держащийся за него всеми лапками, две из которых пробили хрящ. Тельце его сверкало черным хрусталем – одним из самых таинственных магических камней. Едва я дотронулась до нового украшения, как тут же не сдержалась и в голос завизжала:

– Моррий. Ты надел на меня моррий.

– Не бойся, малышка, – подошел ко мне Зак. – Этот амулет ничего плохого тебе не сделает, а вот майя сдержит внутри, а не снаружи. Я потом еще укреплю заклинание, но пока тебе и этого хватит. Кстати, по-моему, очень мило. Тебе идет.

– Подхалим! – успокоилась я, демонстративно вызвав фаербол.

Хотя в принципе новая побрякушка мне понравилась. Смотря на себя в зеркало, я заключила, что это весьма небанально. Такой магичке это вполне пойдет.

Уловив перемену моего настроения, асур улыбнулся и поцеловал меня сначала в щеку, а потом пробежал губами по шее.

Не скажу, что мне не понравилось, просто как-то страшно стало. Холодная дрожь по телу четко дала понять мое отношение к подобным ласкам со стороны старого друга.

Заквиэль нахмурился:

– Что он сделал с тобой?

Я прижалась к его груди. Заквиэль всегда был той жилеткой, в которую я могла поплакаться. Всегда все знал и мог помочь советом и поддержать. Именно это мне сейчас и было нужно.

Закинув голову, я посмотрела в лицо своему милому другу.

– Заквиэль! – прошептала я, смотря в его фиолетовые глаза.

– Малышка, – чуть слышно отозвался он, поглаживая меня по щеке.

А через секунду поцеловал.

Делал он это просто потрясающе, с мастерством, наработанным годами. И к тому же заметно получал удовольствие от происходящего.

В первый момент я растерялась, но затем очарование его поцелуя подействовало, и мне ничего не оставалось, как ответить.

Только где-то внутри все равно оставалось это напряжение. Нельзя, нельзя, твердил мне внутренний голос.

И я, опустив глаза, осторожно высвободилась из таких надежных объятий.

Демон больше ни о чем не спрашивал. Умница он, мой чертяга.


Проводив ее взглядом, Заквиэль вздохнул. Посмотрев в зеркало, он сказал:

– Что ты наделал? И как теперь ты собираешься приучить ее к своим рукам, если она боится?

Гладкая поверхность стыдливо затуманилась.


Отпинав злобного спросонок Нагоса, я вытащила его из уютной норки и отправила погулять по окрестностям Табольска. Даже успела до вечера кое-что приготовить. А за час до заката выехала в лес.

Большие сочные хлопья медленно кружились по воздуху, явно не желая встречаться с землей. Некоторые из них, противореча законам природы, летели в стороны, словно маленькие мотыльки с белыми дрожащими крылышками. Другие же вообще устремлялись ввысь, точно надеясь, что такая родная, материнская тучка примет их в свои влажные объятия.

Над головами в зеркальном отражении белого безмолвия, лежащего у нас под ногами, кружили черные птицы. Не нравились мне они. Впрочем, как и все то, что представляла собой эта холодная зима.

Особо бойкая снежинка уселась мне на нос, заставив скосить на нее глаза. Словно постеснявшись моего возмущенного взгляда, она растаяла, повиснув капелькой воды. Утерев нос, я оглянулась, силясь увидеть хоть что-то в этой бескрайней пустыне льда.

Это выглядело очень красиво. Во всяком случае, для мага.

Сверкающее белое безмолвие, переливающееся и горящее в розовом свете заходящего солнца. Далекий темнеющий лес, каемкой у пустынного поля с одной стороны, угадывающиеся изгибы реки – с другой и огромный разношерстный город. И погоня! Здоровенный, ну за время зимовки похудел бы хоть на немножко, темно-зеленый гидра-змей, извиваясь всем хвостом и помогая себе крыльями, драпает по снегу. Позади скользит по насту изящная, серая в белых пятнах лошадка. На ее спине гордо сидит наездница в алом развевающемся плаще и сверкает в сторону гидры молниями.

Потрясающее зрелище!

Эльфы так и обомлели, наблюдая эту круговерть.

Они уже пятый круг наматывали. И вот наконец лошадка споткнулась, и женская фигурка вывалилась из седла. Алый плащ окутал ее, надо признать, довольно стройный стан, с милыми любому мужскому глазу округлостями, забирая такие важные секунды. Еще немного, и магичка не успела бы выбраться из плена собственных одежд, когда, почуяв возможность, на нее бросилась огромная гидра.

В их стане раздался дружный вздох облегчения, когда над алым пятном взметнулся добрый метр стали. Метались искры, вырывалось пламя и неотвратимо блистал острый клинок.

Красивый вышел бой.

Только в какой-то момент гидра очень удачно махнула хвостом, сбив юную магичку с ног и откинув в сугроб. Алый плащ развевался над тем местом, как знамя.

– Этот змей сейчас разорвет мага! – испуганно воскликнул один из эльфов.

– Да помогите ей, чего встали! – заорала красавица-эльфийка.


За рвение и изобретательность надо бы поцеловать Нагоса в лобик. В каждый лобик. Но за исполнение – хорошенько пнуть в один толстый зад.

Киданул он меня хорошо. Я даже отключилась, чего делать была не намерена.

Вот лежу, оглядываюсь. Темно. Пахнет вкусно. А главное – тепло.

– Проснулась.

Красивый голос.

– Где я?

– У меня в гостях.

Я резко села.

Надо было на прошлом опыте понять, что делать этого не стоит, но жизнь, как я выяснила, ничему меня не учит.

Да, только лоб у эльфийской принцессы был не то что у принца асуров. Разлетевшись на разные стороны кровати, мы дружно застонали.

– Ой, простите, – сказала я, снова садясь. Только теперь медленно.

– Это было покушение? – усмехнулась эльфийка.

– С вами все в порядке? – Перекинувшись на ту сторону, я нависла над девушкой и посмотрела на ее лобик.

– Что это у тебя?

– Звездочки.

Эльфийка была красивой. Даже очень.

Тонкая, изящная, большие миндалевидные глаза небесной голубизны, кожа белая, как снег, а рот алый словно кровь. Золотой шелк волос разлетелся веером вокруг нее.

– Вы эльф? – невинно распахнула я глаза. – Откуда здесь эльфы?

– А гидры?

– Этот уже который день деревеньки местные тревожит, – отмахнулась я и с интересом посмотрела на красавицу: – Может, вы все же ответите, где я нахожусь? И кто вы?

– Можешь звать меня Элен. А ты кто? – села она.

– Меня Таней зовут. Я младшая магиана. Который час? Сестра будет волноваться.

– Уже давно ночь. Тебя не пустят в город. Так что останься здесь.

– Но… Я вам не помешаю?

– Нет. Места хватит.

– Н-ну ладно. Только мне надо передать сообщение сестре, а то она у меня такая – весь город на ноги поднимет, ведь знала, куда я еду.

Движением руки я создала иллюзорного голубка, у асуров научилась, и продиктовала ему:

– Со мной все в порядке. Буду утром. Скажи мальчикам, чтобы вели себя прилично, а то приеду и отлуплю обоих.

Эльфийка с интересом меня разглядывала. Хотя ведь нахалка и без того в одной рубахе исподней оставила да в панталонах (зимой незаменимая вещь, надо признать). Так что россказни о диком нраве любимицы Верховного оказались слишком приуменьшенными.

Меня это даже начало смущать.

Интересно, а если я разделю постель с женщиной, это тоже будет считаться изменой? Вот этого я не уточнила.

Хотя Элениэль почему-то не жалко.

Раз на то пошло, с Хананелем, что ли, переспать? Хоть на дело пойдет. Его ведь тем более не жалко. Надо будет обязательно у Зака проконсультироваться.

Читать далее

Фрагмент для ознакомления предоставлен магазином LitRes.ru Купить полную версию
Комментарии:
Написать комментарий

Комментарии

Добавить комментарий