Read Manga Dorama TV Libre Book Find Anime Self Manga GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8 Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Мэри Поппинс возвращается
Глава четвертая. Шиворот-Навыворот

— Держитесь рядом, пожалуйста, — сказала Мэри Поппинс, выходя из автобуса и раскрывая зонт.

На улице дождь лил, как из ведра.

— Когда я иду рядом, вода с вашего зонтика течет мне прямо за шиворот! — возразил Майкл.

— Не спорь. Иначе потеряешься и будешь искать дорогу с помощью полисмена, — фыркнула Мэри Поппинс, аккуратно обходя лужу.

Сказав это, она остановилась перед аптекой и стала рассматривать свое отражение, запечатленное сразу на трех огромных бутылях, выставленных в витрине. Одновременно она могла любоваться на зеленую, красную и голубую Мэри Поппинс. И каждая из них несла в руках новую кожаную сумку с металлической застежкой.

На ее лице тут же появилась довольная улыбка. Переложив сумочку из правой руки в левую, Мэри Поппинс задумалась над тем, что лучше: нести ее под мышкой или повесить на руку. После некоторого раздумья она остановилась на первом варианте.

Джейн с Майклом стояли рядом и, не смея сказать ни слова, лишь бросали друг на друга страдальческие взгляды да вздыхали про себя. А вода с зонтика стекала им прямо за воротник.

— Ну, не заставляйте меня ждать! — сердито бросила Мэри Поппинс, оторвавшись наконец от разноцветных бутылей с собственным отражением.

Джейн с Майклом обменялись взглядами. «Майкл, не надо!» — просигналила Джейн и сделала страшное лицо. Но Майкл уже взорвался.

— Это не мы! Это вы заставляете нас ждать!

— А ну-ка тихо! — прикрикнула Мэри Поппинс.

Больше возражать Майкл не осмелился.

Они шли по обе стороны от своей няни, временами переходя на бег, чтобы успеть за ее широкими, энергичными шагами. Иногда им, правда, приходилось подолгу стоять, переминаясь с ноги на ногу, и ждать, пока Мэри Поппинс насмотрится в очередную витрину и убедится, что ее новая сумочка выглядит и впрямь так красиво, как она об этом думает.

Дождь плясал на поверхности зонта с ручкой в виде головы попугая и ручьями стекал на шляпы Майкла и Джейн.

Под мышкой Джейн осторожно несла тщательно завернутое в коричневую бумагу Королевское Фарфоровое Блюдо. Они несли его дядюшке Мэри Поппинс, мистеру Навывороту, который занимался, по ее словам, починкой всевозможных вещей.

— Что ж, — сказала миссис Бэнкс перед их уходом, — надеюсь, он все сделает как надо. Иначе я просто не смогу взглянуть в глаза своей двоюродной тетушке Каролене! (Дело в том, что тетушка подарила миссис Бэнкс это Блюдо, когда той исполнилось три года, и поэтому очень бы расстроилась, узнай, что ее подарок разбили.)

— Члены моей семьи, — презрительно фыркнув, бросила в ответ Мэри Поппинс, — всегда и все делают как надо!

Она была так возмущена, что миссис Бэнкс почувствовала себя как-то неловко и за завтраком даже выпила лишнюю чашку чая…

Плюх!

Джейн оказалась посреди лужи.

— Будь добра, смотри лучше, куда идешь! — строго заметила Мэри Поппинс, стряхивая воду с зонтика. — Нет, этот дождь просто разрывает мне сердце на части!

— Мэри Поппинс! А если ваше сердце и впрямь разорвется, ваш дядя сможет его починить? — спросил Майкл. Ему было очень интересно, чинит мистер Навыворот абсолютно все или только определенные вещи.

— Еще одно слово, — оборвала его Мэри Поппинс, — и ты отправишься домой!

— Но я только спросил… — испуганно пролепетал Майкл.

— Больше не спрашивай! — сердито фыркнула Мэри Поппинс и, завернув за угол, вошла в старые железные ворота.

Скоро она уже стучала в дверь небольшого приземистого домика.

Бам! Бам! Бам! Бух!

Звук ударов эхом разнесся по дому.

— Боже, если его не окажется дома, это будет просто ужасно! — прошептала Джейн Майклу.

Но через мгновение до них донесся шум тяжелых шагов. Дверь, громко заскрипев, открылась, и перед ними предстала женщина с круглым, красным лицом. Волосы у нее были стянуты на макушке в пучок, а на лице застыло злое, раздраженное выражение.

— Ну-ну, — проворчала она, уставившись на ребят и Мэри Поппинс. — Если это не гости, то я датчанка!

Было не очень похоже, что она обрадовалась этой встрече. Мэри Поппинс тоже была не в восторге.

— Мистер Навыворот дома? — спросила она, не обращая внимания на тон краснолицей дамы.

— Гм! Не уверена, — отозвалась дама неприязненно. — Может дома, а может и нет! Все зависит от того, как на это взглянуть!

Мэри Поппинс протиснулась между дверным косяком и неприветливой леди и вошла в прихожую.

— Это его головной убор? — спросила она, показывая на фетровую шляпу, висящую на вешалке.

— Ну… если так можно выразиться, — нехотя кивнула головой краснолицая дама.

— Тогда он дома, — уверенно заявила Мэри Поппинс. — Потому что никто из членов моей семьи никогда не выходит на улицу без шляпы! Они слишком воспитаны!

Круглолицая дама пожала плечами.

— Сегодня утром он мне сказал так: «Мисс Тартлет! Я может буду к обеду, а может и нет. Не знаю». И это все. Если хотите, можете сами подняться и посмотреть. А меня увольте. Я не верхолаз.

Женщина выразительным взглядом окинула свою упитанную фигуру и тряхнула головой. Джейн с Майклом без слов поняли, что не с подобной комплекцией бегать туда-сюда по лестнице, а тем более по такой крутой, какая вела к комнате мистера Навыворота.

— Идите за мной, — позвала Мэри Поппинс ребят и стала подниматься по скрипучим ступенькам.

Достигнув верхней площадки, она постучала в дверь ручкой зонта. Ответа не последовало. Мэри Поппинс постучала снова — на этот раз чуть громче. Опять ни звука.

— Дядя Артур! — крикнула она в замочную скважину. — Дядюшка! Вы здесь?

— Нет! Меня здесь нет! — донесся изнутри приглушенный голос.

— Как же его может там не быть, если я слышу его голос! — прошептал Майкл Джейн.

— Дядя Артур! — снова позвала Мэри Поппинс и подергала за дверную ручку. — Я знаю, что вы там!

— Нет! Меня нет! — произнес тот же голос. — Говорю вам, я вышел! Сегодня второй понедельник месяца!

— О, Боже! Я совсем об этом забыла! — сказала Мэри Поппинс и что было силы дернула ручку. Дверь распахнулась.

Джейн с Майклом увидели большую и почти совсем пустую комнату. Лишь возле одной из стен стоял плотницкий верстак, доверху заваленный самыми разными вещами: фарфоровыми собаками с отбитыми носами, деревянными конями без хвостов, треснутыми тарелками, сломанными куклами, ножами без ручек, стульями без ножек — в общем, всем на свете, что требует починки. Вдоль стен от пола до потолка тянулись полки, которые тоже были заставлены растрескавшимся фарфором, битым стеклом и сломанными игрушками.

Больше ничего и — самое главное — никого в комнате не было.

— О… — разочарованно протянула Джейн, — он и правда куда-то вышел.

Не обратив внимания на замечание Джейн, Мэри Поппинс подошла к окну.

— Сейчас же возвращайся, Артур! На улице дождь, а у тебя прошлой зимой был бронхит!

И в следующую минуту изумленные Джейн с Майклом увидели, как Мэри Поппинс, ухватившись за длинную тощую ногу, свешивающуюся над подоконником, втянула в комнату высокого, худого человека. Казалось, тот был чем-то сильно опечален.

— Стыдно! — сердито сказала Мэри Поппинс, одной рукой продолжая крепко держать человека за ногу, а другой захлопывая окно. — У нас для тебя важная работа, а ты себя так ведешь!

— Вряд ли я смогу вам помочь, — извиняюще произнес дядя Артур, вытирая глаза большим носовым платком. — Я же сказал — сегодня второй понедельник месяца!

— И что это значит? — поинтересовался Майкл.

— Ах! — воскликнул с чувством мистер Навыворот и крепко пожал Майклу руку. — Как любезно с вашей стороны спросить меня об этом! Очень, очень любезно! — он замолчал и снова вытер платком глаза. — Видите ли, дело в том, что каждый второй понедельник месяца у меня все идет не так, как надо.

— А что именно? — спросила Джейн, чувствуя, что в ней просыпается жалость к дяде Артуру.

— Ну, например, сегодня! — охотно принялся он объяснять. — Сегодня как раз второй понедельник месяца. А поэтому, когда я захотел остаться дома (у меня скопилось очень много всякой работы), я автоматически очутился снаружи. А если бы я захотел куда-нибудь выйти, то, вне всяких сомнений, сидел бы дома.

— Ясно, — сказала Джейн, про себя решив, что ей этого, видимо, никогда не понять. — И поэтому вы…

Мистер Навыворот кивнул.

— Я услышал ваши шаги на лестнице, и мне еще больше захотелось остаться дома. Но как только это произошло, я мгновенно очутился за окном. Я бы до сих пор болтался там, если бы Мэри Поппинс не втащила меня!

Он тяжело вздохнул.

— Конечно, такие вещи происходят не весь день, а только между тремя и шестью часами. Но все равно это просто ужасно!

— Представляю! — посочувствовала Джейн.

— Но это еще не все! — жалобно продолжал дядя Артур. — Например, если я хочу подняться по лестнице наверх, то сразу же начинаю спускаться вниз! Кажется, только что свернул направо, а оказывается, что налево! Если отправляюсь на Запад, то непременно пойду на Восток!

Дядюшка громко высморкался.

— А хуже всего то, — сказал он, и его глаза наполнились слезами, — что меняется и мой характер. Глядя на меня, трудно представить, что именно сейчас я счастлив, как никогда!

И действительно — дядя Артур выглядел таким расстроенным, что у Джейн с Майклом появились сомнения, умеет ли он вообще смеяться.

— Но почему? Но как? — удивился Майкл.

Но мистер Навыворот лишь печально покачал головой.

— Ах! — вздохнул он обреченно, — я должен был родиться девочкой!

Джейн с Майклом переглянулись, недоумевая, что он хочет этим сказать.

— Видите ли, — поспешил объяснить дядя Артур, — моей маме очень хотелось, чтобы родилась девочка. А когда на свет появился я, то выяснилось, что я не девочка, а мальчик. Думаю, не надо объяснять, что произошло это как раз во второй понедельник месяца…

Дядя Артур снова принялся всхлипывать и сморкаться в носовой платок.

Джейн ласково дотронулась до его руки. Он с благодарностью посмотрел на нее, но лицо его оставалось все таким же печальным.

— Работать, — всхлипнул он, — нет никакой возможности! Вы только посмотрите!

И он указал на одну из самых длинных полок.

Глаза Майкла и Джейн расширились от удивления. Они увидели, что всю полку занимали сердца самых разных цветов и размеров — треснутые, переломленные напополам или вовсе разбитые вдребезги.

— Все это нуждается в срочном ремонте! — мрачно сказал дядя Артур. — Вы даже не представляете, как люди сердятся, если я вовремя не отсылаю сердца обратно! Они расстраиваются из-за них больше всего! А я не могу приступить к работе, пока не пробьет шесть часов! Если я начну раньше, они будут испорчены, как и вот эти вещи!

Он кивнул на другую полку. Повернув головы, Джейн с Майклом увидели, что она доверху забита неправильно починенными вещами. Фарфоровая Пастушка была разлучена со своим фарфоровым Пастушком и сжимала в объятиях вместо него свирепого медного Льва. Игрушечный моряк, которого кто-то вытащил из его парусника, был накрепко приклеен к расписной фарфоровой тарелке. А в его паруснике, привязанный за туловище к мачте и закрепленный для верности клейкой лентой, восседал серый плюшевый Слон. Кусочки разбитых тарелок были соединены неправильно, так что рисунок на них разобрать было невозможно. А нога от деревянного коня красовалась на крышке большой серебряной купели.

— Видите? — спросил дядя Артур и, убедившись, что видят, безнадежно махнул рукой. Джейн с Майклом почувствовали к нему еще большую жалость.

— Брось сейчас думать об этом, — нетерпеливо перебила Мэри Поппинс. — Мы принесли тебе Блюдо. Его надо починить.

Взяв сверток у Джейн, она стала одной рукой развязывать веревку. Другой она все время придерживала своего дядюшку.

— Гм! — важно хмыкнул дядя Артур, когда бумагу наконец развернули. — Королевский Фарфор! А вот трещина плохая! Похоже, его чем-то стукнули.

При этих словах Джейн почувствовала, что неудержимо краснеет.

— Если бы в какой-нибудь другой день, то — пожалуйста! Но сегодня… — он поморщился.

— Ерунда! — отрезала Мэри Поппинс. — Это же очень просто! Надо только поставить заклепки здесь, здесь и здесь.

Показывая, где именно следует ставить заклепки, она выпустила руку дяди Артура. И в тот же миг он принялся кувыркаться в воздухе, выделывая посреди комнаты бесчисленные сальто.

— Ой-ой-ой! — завопил он. — Зачем, зачем ты меня отпустила? Ах, я бедный! Ах, я несчастный! Я сейчас улечу!

— Закройте дверь! Быстро! — крикнула Мэри Поппинс.

Джейн с Майклом бросились к двери и успели захлопнуть ее как раз перед носом дяди Артура. Он стукнулся о косяк и, продолжая кувыркаться, отлетел назад. С его лица не сходило все то же унылое выражение.

Внезапно дядя остановился и застыл в странной позе посреди комнаты: перевернувшись вверх тормашками и стоя на голове.

— Господи, помилуй! — проговорил мистер Навыворот, брыкаясь ногами, — Господи, помилуй!

Но это не помогло. Его ноги по-прежнему болтались где-то высоко над головой.

— Что ж, — заметил он меланхолично, — это еще ничего. По крайней мере намного лучше, чем там, — он кивнул на окно, — под дождем и без пальто! Вот видите, — обратился он к Джейн и Майклу, — стоило мне захотеть встать на ноги, как я тут же перевернулся вниз головой! Ну да ладно, не обращайте внимания — я скоро привыкну. Ведь это длится почти 45 лет! Подайте-ка лучше ваше Блюдо.

Майкл взял Блюдо у Мэри Поппинс и поставил его на пол рядом с головой дяди Артура. Но едва Майкл это сделал, как с ним произошло что-то очень странное. Пол, как ему показалось, вдруг с силой подбросил его вверх.

— Ой! — закричал в страхе Майкл. — Что это?

Теперь и он, крутясь «колесом», летал от пола к потолку и обратно. Вскоре он приземлился на голову рядом с дядей Артуром.

— Очень любезно с вашей стороны, — пробормотал тот, с удивлением покосившись на Майкла. — Я не знал, что это так заразительно. Хи-хи-хи. Ну и ну! Эй-эй! Стой спокойно, не то ты смахнешь с полок все мои товары, и мне придется платить за бой! А это еще что?

Последний вопрос был обращен к Джейн, так как она тоже вдруг отделилась от пола и начала бешено вращаться посреди комнаты. В воздухе мелькали то ее ноги, то голова… Но вот наконец все успокоилось — и она очутилась с другой стороны от дяди Артура. И тоже вверх ногами.

— Знаете что, — сказал дядюшка, пожимая плечами, — все это очень любопытно. Никогда не думал, что такое может произойти с кем-то еще. Честное слово. Надеюсь, это вам не доставляет слишком уж большие неудобства.

Джейн, смеясь и болтая в воздухе ногами, повернулась к нему.

— Нисколечко! Если честно, мне уже давно хотелось постоять на голове, но все как-то не получалось! Это так здорово!

— Гм! — озадаченно хмыкнул дядя Артур. — Рад, что хоть кому-то это нравится. К сожалению, о себе я этого сказать не могу.

— А я могу! — воскликнул Майкл. — Я мог бы всю жизнь так простоять. Все вокруг выглядит так красиво, так необычно!

И действительно, все вокруг было крайне необычно. Из их странной позы ребятам казалось, что все предметы, сваленные в кучу на плотницком верстаке, — и сломанные куклы, и фарфоровые собаки, и деревянные табуретки — перевернуты вверх ногами.

— Смотри! — шепнула Джейн Майклу. Он обернулся и увидел, как из дырочки в стене вылезла маленькая мышка. Элегантно шевеля усиками, она вверх ногами шла по ковру.

Изумленные ребята некоторое время наблюдали за ней.

— Джейн! Посмотри в окно! — вдруг сказал Майкл.

Она осторожно повернула голову — а в подобном положении это было не так-то просто сделать — и ахнула: улица стала совсем другая. Дома перевернулись вверх ногами. Трубами они опирались о тротуар, а ступеньками и дверями смотрели в небо. Из некоторых ступенек поднимались клубы сизого дыма. Чуть поодаль на кончике своего шпиля тихо покачивалась Церковь. А дождь, сплошным потоком поднимаясь с земли, улетал в опрокинутое небо.

— Ой! — воскликнула Джейн. — Как красиво! И как необычно! Будто совсем другой мир! Я так рада, что мы пришли сюда!

— Вы очень, очень добры, — печально пробормотал дядя Артур. — Но вот что мне делать с Блюдом — ума не приложу!

Он протянул руку, чтобы взять его, но в тот же миг Блюдо вдруг подпрыгнуло и тоже перевернулось вверх ногами. Это было так забавно, что Джейн с Майклом не могли удержаться от смеха.

— Это совсем не смешно, — грустно заметил дядя Артур. — Я обязательно поставлю заклепки не туда, куда нужно! Эх, будь что будет!

И, вынув из кармана инструменты, он, тихо всхлипывая, взялся за работу.

— Все! Дело сделано! — провозгласила Мэри Поппинс через несколько минут и взяла Блюдо из рук своего дядюшки. — Нам пора идти!

— Правильно. Уходите, бросайте меня одного! — затянул плаксивым голосом мистер Навыворот. — Не надо мне помогать! Не очень-то нужно! Я мог бы предложить вам немного перекусить, но теперь не стану этого делать. А на верхней полке, в жестянке, сто ит, между прочим, сливовый торт! Но у вас и своих дел много, так что я не должен просить вас остаться… Ах, как грустно! Да, это очень несчастливый день!

Дядюшка снова достал из кармана платок.

— Ну… — начала Мэри Поппинс, думая, застегивать ей перчатки или нет.

— Мэри Поппинс! Давайте останемся! — закричали хором Джейн с Майклом и даже слегка подпрыгнули на своих головах.

— Мэри Поппинс! Если вы встанете на стул, то вполне сможете достать торт! — добавила Джейн.

Дядя Артур впервые за все время засмеялся. Хотя звуки, которые он издавал, напоминали, скорее всхлипы, это был самый настоящий смех.

— А ей не нужен стул! — сказал он. — Потому что она всегда получает то, что хочет, и так, как хочет.

И тут, к удивлению Джейн и Майкла, Мэри Поппинс сделала очень странную вещь. Приподнявшись на цыпочки, она медленно и с достоинством перекувырнулась в воздухе семь раз. Юбка плотно обтягивала ее колени, шляпка крепко сидела на голове. Подкатившись к верхней полке, Мэри Поппинс взяла торт и через мгновение опустилась на голову рядом с ребятами и дядей Артуром.

— Ура! Ура! — радостно закричал Майкл.

Но Мэри Поппинс наградила его таким взглядом, что он сразу же пожалел о своей несдержанности.

— Спасибо, Мэри! — поблагодарил дядя Артур. Казалось, он совершенно не был удивлен происшедшим.

— На сегодня это последнее, что я для тебя делаю! — фыркнула Мэри Поппинс и положила жестянку перед дядей. Неожиданно жестянка подпрыгнула и перевернулась вверх дном. Дядя Артур попытался установить ее как положено, но у него ничего не вышло — жестянка с тортом упорно переворачивалась крышкой вниз.

— Ах! — вздохнул он расстроенно. — Я должен был это предвидеть. Ведь сегодня все идет не так, как надо! Придется открывать ее снизу! Сейчас, я только попрошу…

Он подобрался к двери и крикнул в щель между ней и полом:

— Мисс Тартлет! Мисс Тартлет! Прошу прощения за беспокойство, но не могли бы вы принести консервный нож? Если, это, конечно, вас не затруднит!

Откуда-то снизу донеслось недовольное ворчание мисс Тартлет.

— Вздор! — раздался вдруг громкий каркающий голос. — Вздор и ерунда! Зачем зря беспокоить женщину? Лучше поручите это Полли! Красивой, замечательной и умной Полли!

Обернувшись, Джейн с Майклом вытаращили от удивления глаза, потому что голос исходил от зонтика Мэри Поппинс! Зонт кувыркался посреди комнаты и постепенно приближался к торту. Ручка в форме головы попугая нырнула вниз — и через две секунды в жестянке красовалась большая дыра.

— Вот так! — с гордостью воскликнула голова попугая. — Это сделала Полли! Замечательная и умная Полли!

Со счастливой улыбкой зонтик перевернулся вниз ручкой и опустился рядом с Мэри Поппинс.

— Гм! Очень, очень любезно! — уныло пробормотал дядя Артур, косясь на темную корочку торта.

Взяв нож, он отрезал кусочек. Потом придвинулся ближе к жестянке и в изумлении уставился на нее.

— Так! — сказал он и укоризненно взглянул на Мэри Поппинс. — Это твоя работа! Даже не отпирайся! Насколько я помню, этот торт был сливовым! А теперь…

— Бисквит полезней для здоровья, — назидательно проговорила Мэри Поппинс и отрезала Джейн и Майклу по маленькому кусочку. — Будьте любезны, ешьте медленнее! Вы не голодные дикари!

— Все это, конечно, очень хорошо, — недовольно проворчал дядюшка, в один момент проглотив свой кусочек торта, — но мне больше нравится сливовый. Н-да, но ничего не поделаешь. Такой уж, видно, сегодня день.

Внезапно в дверь постучали.

— Войдите! — крикнул дядя Артур.

Дверь открылась, и в комнату протиснулась мисс Тартлет. Она совершенно запыхалась, пока поднялась по лестнице.

— Вот консервный нож… — начала было она недовольным голосом, но тут же осеклась и, раскрыв рот, уставилась на них.

— Боже мой! — ахнула она и выронила консервный нож. — Да! Много я видела в жизни, но такого еще никогда!

Она шагнула вперед, неприязненно глядя на болтающиеся в воздухе четыре пары ног.

— Вверх ногами! — воскликнула она. — Причем все! Как мухи на потолке! И вы после этого называете себя добропорядочными горожанами! Нет, мне не место в этом доме! Я ухожу от вас, мистер Навыворот! Прошу это хорошенько запомнить!

Она сердито направилась к двери. Но тут широкая пышная юбка вдруг обернулась вокруг ее ног — и мисс Тартлет поднялась в воздух.

Выражение смертельного испуга застыло у нее на лице.

— Мистер Навыворот! Сэр! Поймайте меня! Опустите меня вниз! На помощь! Караул! — кричала мисс Тартлет, размахивая руками и выделывая в воздухе сальто.

— Ой! Ой! Весь мир перевернулся вверх ногами! Что мне делать? На помощь! На по-о-о-мо-о-о-щь! — завопила она еще громче, переворачиваясь вниз головой.

Но когда она перевернулась, в ней произошла непонятная перемена. Круглое лицо мисс Тартлет потеряло свое капризное выражение и осветилось улыбкой. Джейн и Майкл с большим интересом наблюдали, как ее прямые волосы вдруг взлохматились и завились в множество маленьких аккуратных колечек. А когда она заговорила, оказалось, что ее грубый голос стал нежным и тонким.

— Что со мной? — вскричала мисс Тартлет новым голосом. — Я чувствую себя так, словно я мячик! Прыгающий, летающий мячик! Или воздушный шар!

Она счастливо засмеялась.

— О, я так рада! Так рада! — кричала она, кружась и летая по комнате. — До этого замечательного дня я не любила жизнь! Но теперь все изменилось! Я напишу о том, что произошло, своей сестре! Своим тетушкам и дядюшкам! Я напишу им, что единственно правильный способ жить — это вверх ногами! Вверх ногами! Вверх ногами!

Мисс Тартлет снова звонко рассмеялась.

Джейн и Майкл с радостью смотрели, как она кружит по комнате. Дядя Артур, казалось, совершенно опешил, потому что раньше от мисс Тартлет не слышал ничего кроме капризов и беспрерывного ворчания.

— Очень, очень странно! — пробормотал он и покачал головой.

Внезапно в дверь снова постучали.

— Есть здесь кто-нибудь по фамилии Навыворот? — услышали они голос. В дверях появился Почтальон с письмом в руке. Увидев столь необычную картину, он замер на месте.

— Бог мой! — прошептал он, сдвигая фуражку на затылок. — По-моему, я куда-то не туда пришел… Мне нужен джентльмен… э-э-э… по фамилии Навыворот. У меня для него письмо. Кстати, я обещал жене вернуться домой пораньше. Но из-за этого письма мои планы расстроились, а слово свое я не сдержал…

— Гм! — отозвался с пола Дядя Артур. — Это не по моей части. Я не склеиваю расстроенных планов. И не чиню несдержанных слов. Извините.

Почтальон уставился на него.

— Может, я сплю? — пробормотал он. — У меня такое чувство, словно я попал в компанию лунатиков.

— Дорогой Почтальон! Давайте письмо мне! И переворачивайтесь, как мы, вверх ногами!

Мисс Тартлет подлетела к Почтальону и взяла его под руку.

— Меня зовут мисс Тартлет Шиворот, — представилась она. И не успела она закончить фразу, как ноги Почтальона отделились от пола. Мгновение спустя мисс Тартлет и незадачливый почтовый служащий уже кувыркались посреди комнаты, будто два футбольных мяча.

— Как замечательно! — счастливо кричала мисс Тартлет. — О, дорогой Почтальон! Мы впервые увидели жизнь такой, какая она есть! Еще раз! Еще! Ну, разве это не чудо?

— Да! Да! — поддержали ее Джейн и Майкл, присоединяясь к странному танцу Почтальона и мисс Тартлет. Вскоре и дядя Артур, не выдержав, неуклюже закружился по комнате. За ним последовала Мэри Поппинс и даже зонтик с ручкой в форме головы попугая.

Так они все вместе и кружились между полом и потолком, а мир вокруг переворачивался то вниз, то вверх ногами.

— Город с Парком и домами

Повернулся вверх ногами!

— громко распевала мисс Тартлет веселую песенку.

На полках кружились и выделывали сальто треснутые и разбитые сердца. Пастушка вместе со Львом изящно танцевала вальс, серый плюшевый Слон, стоя у мачты, поочередно вскидывал то правую, то левую ногу, а моряк, накрепко приклеенный к расписной фарфоровой тарелке, зажигательно отплясывал джигу, вполне обходясь только руками и головой.

— Какое счастье! — кричала Джейн, проносясь по комнате.

— Какое счастье! — вторил ей Майкл.

Дядя Артур, в очередной раз отскочив от оконного стекла, на лету вытирал платком глаза.

Мэри Поппинс и ее зонтик молча плавали по комнате вниз головой.

— Как мы все счастливы! — восклицала мисс Тартлет. — Это прекрасно!

Но Почтальон, который наконец обрел дар речи, похоже, был с ней не согласен.

— Эй! Эй! — завопил он, замирая от страха. — На помощь! На помощь! Где я? Кто я? Что я? Я все позабыл! Я потерялся! Караул!

Но никто не спешил ему на помощь, и Почтальон продолжал кружиться, кружиться, кружиться…

— Жил себе спокойно, никого не трогал, — причитал он, — вел себя как примерный горожанин! Как я теперь покажусь домой? Что скажет моя жена? Помогите! Пожар! Грабят!

Сделав огромное усилие, он резко вырвал свою руку из руки мисс Тартлет. Бросив письмо в жестянку из-под торта, он выкатился через дверь на лестницу, а оттуда — во двор, ни на минуту не переставая вопить:

— Я найду на вас управу! Я пожалуюсь в Полицию! Сообщу Директору Почты!

Скоро его голос затих где-то в конце улицы.

Бом-бом-бом-бом-бом-бом!

Часы на Площади пробили шесть.

И тут же ноги Джейн и Майкла с грохотом опустились на пол. Поднявшись, дети почувствовали, что у них кружится голова.

У дяди Артура после не очень удачной посадки сильно дрожали колени…

Только одна Мэри Поппинс изящно перевернулась вверх головой. Она была такой красивой и свежей, что походила на куклу с витрины магазина.

Разбитые сердца на полке лежали тихо. Не двигались ни Пастушка со Львом, ни Плюшевый Слон, ни игрушечный моряк. Взглянув на них, было невозможно представить, что всего несколько минут назад они кружились и танцевали.

Только мисс Тартлет по-прежнему летала по комнате, счастливо смеясь и звонко распевая песенку:

— Город с Парком и домами

Повернулся вверх ногами!

Вверх ногами!

Вверх ногами!

— Мисс Тартлет! Мисс Тартлет! — крикнул Дядя Артур, и его глаза радостно заблестели. Подойдя к ней, он взял ее за руку и поставил на пол перед собой.

— Как ваше полное имя? — спросил он, замирая от восторга. Мисс Тартлет застенчиво потупилась и покраснела.

— Мисс Тартлет, будьте моей женой! И тогда ваше имя будет миссис Тартлет Шиворот-Навыворот! Мне этого очень хотелось бы! К тому же вы кажетесь такой счастливой, что, возможно, будете смотреть сквозь пальцы на то, что со мной происходит каждый второй понедельник.

— Смотреть сквозь пальцы?! Да это будут мои самые большие праздники! — ответила мисс Тартлет. — Сегодня я впервые увидела мир вверх ногами! Мой взгляд на жизнь совершенно изменился! Уверяю, весь следующий месяц я с нетерпением буду ждать второго понедельника!

Она смущенно рассмеялась и подала дяде Артуру вторую руку. Джейн с Майклом были очень рады и тоже весело засмеялись.

— Думаю, что он снова стал самим собой, — шепнул Майкл Джейн, — ведь сейчас уже больше шести часов.

Джейн не ответила. Она смотрела на мышь, которая не стояла, как раньше, на носу, а бежала назад, в норку, держа в зубах маленький кусочек торта.

Мэри Поппинс подняла Королевское Фарфоровое Блюдо и стала заворачивать его в бумагу.

— Будьте добры, возьмите перчатки и наденьте шляпы! — строго сказала она, поворачиваясь к детям. Сунув под мышку новую сумочку и прихватив зонт, Мэри Поппинс направилась к двери. — А теперь…

— Мэри Поппинс! Ведь мы еще не уходим? — спросил в отчаянии Майкл.

— Гм! Если вы привыкли рассиживаться в гостях до утра, то я нет! — заметила она, подталкивая Майкла к выходу.

— Вам действительно надо идти? — спросил дядя Артур, хотя особого сожаления в его голосе ребята не услышали. Ведь теперь у него была мисс Тартлет!

Но мисс Тартлет сама подошла к ним. Ее кудри весело подпрыгивали в такт шагам, а с лица не сходила лучезарная, счастливая улыбка.

— Приходите еще, — сказала она, пожимая руку Мэри Поппинс и детям. — Мы, — она потупилась и покраснела, — всегда рады вас видеть. Теперь каждый второй понедельник месяца у нас будет чаепитие. Правда, Артур?

— Да! — отозвался мистер Навыворот. — Вы обязательно найдете нас здесь… Если, конечно, мы не будем там, — он кивнул в сторону окна и рассмеялся. Джейн с Майклом тоже засмеялись. Потом они с Мэри Поппинс спустились по ступенькам, а мисс Тартлет и дядя Артур стояли наверху и махали им вслед. Дядя Артур держал раскрасневшуюся мисс Тартлет под руку, и вид у него был торжественным и гордым…


— А я и не знал, что это так легко! — сказал Майкл, когда они с Джейн шли, прячась от дождя под зонтиком Мэри Поппинс.

— Что легко? — не поняла Джейн.

— Стоять на голове. Я дома обязательно еще раз попробую.

— Вот было бы здорово, — размечталась Джейн, — если бы и мы каждый второй понедельник…

— Нельзя ли поживее? — сердито поинтересовалась Мэри Поппинс, подсаживая детей на ступеньки автобуса…

Джейн с Майклом ехали домой. Они сидели позади Мэри Поппинс и тихо разговаривали о том, что произошло сегодня.

Мэри Поппинс обернулась и пристально посмотрела на них.

— Шептаться — верх неприличия! — раздраженно бросила она. — И сядьте прямо! Вы не мешки с мукой!

— Какая у вас забавная семья! — сказал Майкл, пытаясь завязать разговор.

Мэри Поппинс вскинула голову.

— Забавная? Что ты подразумеваешь под этим словом?

— Ну, странная. Дядя Артур, например, выделывает сальто и стоит на голове…

Мэри Поппинс уставилась на него, словно не верила собственным ушам.

— Уж не хочешь ли ты сказать, что мой дядя действительно выделывал сальто и стоял на…

— Но это правда! — возмутился Майкл. — Мы видели!

— Видели, как он разговаривал со мной, стоя на голове?!

Казалось, Мэри Поппинс даже выговорила эти слова с трудом. — Ну! Это… это…

Майкл испуганно отпрянул от ее свирепых глаз.

— …это последняя капля! Сначала ты мне нагрубил, а теперь оскорбил мои родственные чувства! Предупреждаю! Еще чуть-чуть — и я приму меры!

Отвернувшись, Мэри Поппинс откинулась на сиденье. Даже со спины она выглядела такой сердитой, какой ни Джейн, ни Майкл ее еще не видели.

— Я… я извиняюсь, — сказал Майкл, наклоняясь вперед.

Мэри Поппинс молчала.

— Простите меня, Мэри Поппинс!

— Гм!

— Простите, пожалуйста!

— Хорошо. Только впредь веди себя как подобает! — смилостивилась она.

Майкл пододвинулся поближе к Джейн и прошептал:

— Но ведь все было так, как я сказал! Правда?

Джейн покачала головой и прижала палец к губам.

Она смотрела на шляпку Мэри Поппинс.

Майкл взглянул туда же.

На полях шляпки Мэри Поппинс были рассыпаны желтые крошки от бисквитного торта! А попасть туда они могли лишь в том случае, если Мэри Поппинс действительно пила чай, стоя на голове!

Несколько мгновений Майкл смотрел на крошки, потом понимающе кивнул Джейн…

А автобус, подскакивая на ухабах, вез их домой. Спина Мэри Поппинс была прямой и сердитой, так что Джейн с Майклом предпочитали не обращаться к ней.

Но каждый раз, когда автобус заворачивал за угол, крошки подпрыгивали и выделывали сальто на полях ее элегантной соломенной шляпки…

Читать далее

Комментарии:
Написать комментарий

Комментарии

Добавить комментарий