Read Manga Mint Manga Dorama TV Libre Book Find Anime Self Manga GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8 Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Только правда (Некрасов) Nekrassov
КАРТИНА ШЕСТАЯ

Небольшой салон, примыкающий к большому залу и служащий буфетом. Слева полуоткрытое окно, за ним ночь. В глубине широкая, настежь распахнутая дверь в зал. Между окном и дверью расставлены большие столы, накрытые белыми скатертями. Тарелки с пирожными и сандвичами. Напитки. За дверью видно, как проходят гости; в зале толпа. Одни проходят за дверью, не заходя в салон, другие входят и направляются к буфету. Справа закрытая дверь. Мебели мало: ее вынесли, чтобы было больше места.

ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ

Госпожа Бунуми, Бодуэн, Шапюи, гости.


Бодуэн (останавливает госпожу Бунуми, и представляет ей Шапюи). Шапюи.

Шапюи (представляет Бодуэна). Бодуэн.

Оба вынимают свои удостоверения и предъявляют их.

Бодуэн и Шапюи (вместе). Политическая полиция...

Бодуэн. Особое распоряжение министра...

Шапюи. ... опекать Некрасова.

Бодуэн. Он приехал?

Бунуми. Нет еще.

Шапюи. Нехорошо, если он придет с парадного хода. Это неосторожно.

Бодуэн. Если вы разрешите...

Шапюи. ...мы примем все меры...

Бодуэн. ...черным ходом...

Шaпюи (показывая). Через эту дверь.

Бодуэн Так будет спокойнее ..

Бунуми. Но почему столько предосторожностей?

Шапюи (доверительно). Не исключена возможность покушения

Бунуми (потрясена). О!..

Бодуэн. Не волнуйтесь, госпожа Бунуми. Мы на посту.

Шапюи. Мы на посту.

Они исчезают. Входят гости.

ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ

Бунуми, Пердриер, Жюль, Hepсья, Перигор, гости, фотографы.


Нерсья (обнимая Пердриера). Как хорошо, что вы с нами, дорогой Пердриер! Господа, я пью за вновь обретенного нами Пердриера!

Все. За Пердриера!

Пердриер. Милостивые государи и милостивые государыни! Я был старым ослом. Я пью за здоровье человека, который раскрыл мне глаза.

Жюль (улыбаясь). Благодарю вас, господин Пердриер.

Пердриер (не слушая Жюля). За Некрасова!

Все. За Некрасова!

Жюль (обиженно). За Некрасова?.. А кто его сделал?

Пердриер. Я прошу о снисхождении. Простите мне мою слепоту, мое глупое упрямство, мое... (Рыдает.)

Бунуми. Дорогой Пердриер...

Пepдриep. Нет, нет, я хочу покаяться!

Бунуми. Забудем прошлое... Поцелуйте меня.

Целуются.

Жюль (фотографам). Фотографы!

Пердриер поднимает бокал, Жюль хватает его за руку, вино разливается.

Пeригор. Новая идея?

Жюль. Да. Записывайте все, что я скажу. (Всем.) Дорогие друзья! Мы все, и в первую очередь наш славный Пердриер, в черном списке. Все мы будущие жертвы. Я предлагаю превратить этот вечер в историческое событие. Я предлагаю организовать клуб «Б. Ж.».

Все. Что это значит? «Б. Ж.»... что это такое?

Жюль. Будущие жертвы. Бе же.

Все. Браво! Да здравствуют «Б. Ж.»!

Жюль. Мы сегодня же выберем временное правление, и оно выработает устав. В председатели я предлагаю себя.

Аплодисменты.

(Перигору.) Дай это завтра на первой странице. С моим портретом.

Появляется Баран.

Что такое? Баран? (Подбегает к Нерсья и Бунуми.) Вы видели, что Баран здесь?

ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ

Те же и Демидов, которого Баран не отпускает от себя.


Бунуми. Боже мой!

Нерсья. Кто его пригласил?

Бунуми. Не я. Кто с ним?

Жюль. Демидов.

Hepсья. Неслыханная наглость!

Бунуми. Какой ужас! Они готовят покушение!

Hepсья. Простите?

Бунуми. Возможность покушения не исключена...

Hepсья. Они пришли, чтобы..

Бунуми. Ах, я ничего не знаю! Но здесь два инспектора полиции. Надо их сейчас же предупредить.

Во время этого диалога Баран, не отпуская Демидова, подходит к гостям. Каждому из них он улыбается или протягивает руку. Но все поворачиваются к нему спиной. Он отвешивает поклон госпоже Бунуми.

Баран. Госпожа Бунуми...

Бунуми. Нет, господин Баран, нет! Мы обреченные. Мы будущие жертвы. Мы вам желаем благополучно здравствовать, но здороваться с вами мы не хотим. (Уходит.)

Гости (выходя из салона). Да здравствует «Б. Ж.»! Долой будущих палачей!

Выходят.

ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

Баран, Демидов.


Демидов (идет к буфету и накидывается на еду и питье). Пока что перекусим.

Баран. Нельзя сказать, чтобы они нас любезно приняли.

Демидов (с набитым ртом). Я к этому привык. А почему они не хотят с вами разговаривать?..

Баран. Это ужасное недоразумение... Простите, я снова забыл, как вас надо называть...

Демидов (не прекращая есть и пить). Федор Петрович.

Баран. Федор Петрович, этот список выдуман?

Демидов. Какой список?

Баран. Будущих жертв.

Демидов. Я вам говорил, что моя специальность — экономика. Захват большевиками всей мировой нефти.

Баран. Но, как крупный советский специалист, вы должны были знать...

Демидов. Я вам не говорю, что я не знаю. Я мог бы сам написать об этом списке. Но пятой моей статьи вы не хотели напечатать. Вы меня выбросили, как выжатый лимон.

Баран. Это самозванец. Он все выдумал. Вы, конечно, встречали настоящего Некрасова?..

Демидов. Я знаю всех министров, они все со мной советовались.

Баран. Вы должны его разоблачить. Ведь если этот список настоящий и меня в нем нет, — значит, я на них работаю.

Демидов. Все возможно. Вы все хотите договориться с большевиками. Вы должны были меня носить на руках. А что вы со мной сделали? Валяюсь в конуре. Я больше никому здесь не верю.

Баран. Значит, и вы меня подозреваете? Федор Петрович, посмотрите на меня. Разве я похож на коммуниста?

Демидов. А почему нет?

Баран. Я больше ничего не понимаю. Мне кажется, что я схожу с ума! Федор Петрович, я вас умоляю, докажите, что я не коммунист!

Демидов. Как вы хотите, чтобы я это доказал?

Баран. Разоблачите этого человека. Откройте всем глаза. Скажите миру правду, только правду. Поймите, вся моя судьба поставлена на карту. Ведь если это настоящий Некрасов...

Демидов (кусок застрял у него в горле). Что вы сказали? Вы говорили, что он жулик.

Баран. Я в этом убежден. Но все уверены, что он Некрасов. Я вам говорю: мне начинает казаться, что я схожу с ума.

Демидов. Значит, это может быть настоящий Некрасов? Зачем вы меня сюда привели? Я ненавижу балы. У меня голова занята другим. Я пойду домой.

Баран (удерживая его). Федор Петрович, вы один можете его разоблачить. Вы сразу увидите, что это не Некрасов.

Демидов. Я в жизни встречал столько людей... Трудно запомнить все лица. Здесь очень жарко. Я пойду домой.

Баран. Вы не можете уйти! Вы должны его разоблачить!

Демидов. Я здесь, чтобы разоблачать Советский Союз, а не какого-то Некрасова.

Баран (снова берет его под руку). Я вас умоляю! Он сейчас придет!

Демидов. Меня он не интересует. Я крупный экономист. Мне надоели ваши интриги. Я пойду домой.

Баран. Но я убежден, что это самозванец.

В глубине сцены появляется Гобле.

Я пригласил инспектора уголовной полиции. Его арестуют. Я его сгною в тюрьме.

ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ

Те же и Гобле.


Баран. Входите, Гобле, не стесняйтесь. Сейчас мы вам его покажем.

ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ

Те же, Бодуэн и Шапюи.


Бодуэн (показывает удостоверение). Политическая полиция. Ваши документы.

Баран. Я Шарль Баран.

Шапюи (Бодуэну). Он в списке неблагонадежных.

Бодуэн (проверяет документы Барана, которые тот предъявляет с негодованием). Проходите. (Демидову.) Тебя мы знаем. Лучше бы ты убрался отсюда.

Демидов хочет бежать.

Баран (не отпуская Демидова). Федор Петрович!

Бодуэн. Попрошу вас освободить эту комнату. Нам нужно поговорить с инспектором Гобле.

Баран (не выпуская Демидова, Гобле). Ждите нас здесь.

Баран и Демидов уходят.

ЯВЛЕНИЕ СЕДЬМОЕ

Бодуэн, Шапюи, Гобле.


Бодуэн. Ты что тут делаешь?

Гобле. Меня пригласили.

Шапюи. Скажите пожалуйста, «пригласили!». Мы здесь по служебному заданию.

Гобле. Я тоже.

Бодуэн. Ты, может быть, кого-нибудь ищешь?

Гобле. Это вас не касается!

Шапюи. Ну, знаешь...

Бодуэн. Оставь, он любит секреты...

Шапюи. Ищи кого хочешь, но нам не мешай. Понятно?

Гобле. Не мешать вам?

Шапюи. Не трогай Некрасова.

Гобле. Некрасова?

Бодуэн. Не трогай Некрасова, если ты дорожишь своим местом. Понятно?

Гобле. У меня свое начальство. Я вам не подчиняюсь! Понятно?

Шапюи. Твое начальство подчиняется нашему начальству. Понятно?

(Уходит смеясь.)

ЯВЛЕНИЕ ВОСЬМОЕ

Гобле, потом гости.


Гобле. Ничего не понятно. Некрасов... Я что-то читал про него в газете...

Первый гость (беря сандвичи). Вы знаете, как они расстреливают? Столб, два метра расстояния, пли!..

Второй гость. Два метра? Но это ужасно близко! Я попрошу, чтобы мне завязали глаза. (Уходит.)

Гобле. Загадочно разговаривают аристократы...

Гостья. Луиза говорит, что они стреляют в голову.

Третий гость. Нет. Это совершенно точно: они целятся прямо в сердце.

Гостья. Предпочитаю в сердце. Между нами, Луиза не блещет красотой, а я не хочу умереть изуродованной. (Уходит.)

Гобле. Как несправедливо судят об аристократах! Упрекают их в легкомыслии, а они даже на балах говорят о смерти.

ЯВЛЕНИЕ ДЕВЯТОЕ

Гобле, Жорж, Сибило, оба телохранителя.


Жорж (телохранителям). Можете идти танцевать.

Они уходят.

(Прикрывает за ними дверь.) Сибило, смелей! Веселей!

Сибило. Хорошо. Идем. (Заметил, что по залу прошли Баран и Демидов.) Ты видишь?

Жорж. Что там?

Сибило. Стань к ним спиной, не то мы пропали. Это Баран с Демидовым. Они ищут тебя.

Жорж. Наплевать мне на Демидова! Меня теперь интересуют Палотен и Нерсья. Я им покажу, кто из нас сильнее... Они должны снова взять на работу эту машинистку.

Входит один из гостей.

Гость (шатаясь, опорожняет рюмку, потом поднимает ее, как бы произнося тост). По выстроенным у стенки «Б. Ж.» — огонь! Пли! Да здравствует Франция! (Падает.)

Гобле (подбежав к нему из глубины сцены). Бедняжка! (Становится перед гостем на колени.)

Гость (приоткрыв глаза). Ну и харя! Пристрели меня, но не мучай. (Засыпает.)

Гобле злобно отпихивает его под стол.

Жорж (заметив Гобле, быстро отворачивается, Сибило). Гобле! Вот это мне не нравится!

Сибило. Не бойся, я им займусь.

Жорж. Ты?

Сибило. Мы с ним друзья. (Идет к Гобле, раскрыв объятия.)

Здравствуй, старина!

Гобле. Вы ошибаетесь...

Сибило. Я — Сибило. Неужели ты не помнишь? Ты меня не узнаешь?

Гоблe (недоверчиво). Вы не похожи на себя.

Сибило. Меня сюда прислал редактор. Он одолжил мне этот смокинг.

Гобле. У вас и лицо теперь другое...

Сибило. Лицо...

Гобле. У вас лицо человека, который много зарабатывает.,..

Сибило. Глупости! Это не мое лицо. Это лицо смокинга. Хочешь выпить?

Гобле. Да. Но я не могу ..

Сибило. Стесняешься, бедняга? Я тебя понимаю. Мы здесь не на своем месте. Знаешь, что мы с тобой сделаем? Пойдем на кухню. Там, наверно, симпатичные кухарки. Разопьем бутылочку.

Гобле (побежден). Пожалуй.

Сибило. Договорились. Там мы будем как у себя дома. (Увлекает Гобле за собой.)

ЯВЛЕНИЕ ДЕСЯТОЕ

Жорж, потом Бодуэн и Шапюи.


Жорж. Уф!

Шапюи появляется из одной двери, Бодуэн из другой.

Бодуэн. Мы инспекторы политической полиции.

Шапюи. Очень рады с вами познакомиться, господин Некрасов.

Бодуэн. Главное, не волнуйтесь!

Шапюи. Вы можете положиться на нас!

Бодуэн. В случае чего, мы здесь.

Жорж. «В случае чего»... А разве есть «что»?

Шапюи. Возможность покушения не исключена.

Жорж. Покушения? На кого?

Бодуэн. На вас.

Жорж (улыбаясь). На меня?

Шапюи. Тсс! Мы вас охраняем.

Исчезают в ту минуту, когда входят Бунуми и гости.

ЯВЛЕНИЕ ОДИННАДЦАТОЕ

Жорж, Бунуми, Нeрсъя, Жюль, Пердриер, Перигор, гости, фотографы.


Бунуми. Вот наш спаситель!

Все. Да здравствует Некрасов!

Гостья. До чего вы красивы!

Жорж. К вашим услугам.

Вторая гостья. О, как я хотела бы иметь от вас ребенка!

Жорж. Что ж, об этом можно подумать.

Бунуми. Дорогой друг, вы скажете нам несколько слов?

Жорж. Охотно. (Громко.) Милостивые государи, милостивые государыни! Цивилизации приходят и уходят. Европа теперь — фатальное понятие. Греческий миф в опасности. Спасем греческий миф!

Все. Умрем за греческий миф! Умрем!

Аплодисменты.

Бунуми (подводит Пердриера к Жоржу). Вот ваш горячий поклонник.

Жорж. Очень приятно. В таком случае и вы мне нравитесь. Можно узнать, с кем имею честь?..

Пердриер. Я вам обязан на всю жизнь. Вы мне так помогли, так помогли!..

Жорж (крайне удивлен). А, собственно говоря, в чем?

Пердриер. Вы помогли мне снять мою кандидатуру.

Жорж. Ах, значит, вы Пердриер?

Пердриер хочет поцеловать руку Жоржа. Жорж его обнимает.

Бунуми. Фотографы, скорей!

Вспышки ламп фотографов.

(Становится перед ними.) Теперь группа: мы втроем.

Жюль (хочет сняться). Разрешите?

Жорж. Нет.

Жюль (тихо). Ты на меня сердишься?

Жорж (отводит Жюля на авансцену). Я хочу, чтобы ты сейчас же восстановил на работе всех, кого ты уволил.

Жюль. Это тебя не касается, это дело газеты!

Жорж. Дела газеты — мои дела.

Жюль. Ты сошел с ума! Кто редактор?

Жорж. Ты. Но, если ты будешь так себя вести, тебя рассчитают. Я потребую у членов правления, чтобы тебя выгнали.

Жюль. Тебе не кажется, что ты немного преувеличиваешь свое значение?

Жорж. Преуменьшаю. Кто удвоил тираж твоей газетёнки?

Жюль. А кто тебе создал славу?

Жорж. Без меня тебя давно бы выгнали.

Жюль. Без меня ты бы валялся под мостом.

Жорж. С тобой или без тебя, я герой западного мира. А ты... знаешь, кто ты? Жалкий писака. Тебе повезло, что ты напал на великого человека!

Жюль. На великого человека?.. В общем, да. Ты великий человек.

Жорж (удивленно). Значит, ты это признаешь?

Жюль. Пожалуйста! На меня великие люди не производят никакого впечатления. Я их сам изготовляю. Пока «писака» пишет о них, они существуют. Перестанет писать — и нет больше великого человека.

Жорж. Но...

Жюль. Знаешь, сколько в Париже было великих людей в пятидесятом году? Четыреста восемьдесят семь! Четыреста девяносто девять в пятьдесят первом. А в этом году их будет по меньшей мере шестьсот Спрос растет. Не знаю прямо, откуда их достать. Великий человек!.. У нас сегодня пятнадцатое мая, а ты уже двести семьдесят восьмой «великий человек» в этом году.

Жорж. Слушай, Жюль...

Жюль. А что касается твоих протеже, их уволило правление. Можешь поговорить с Нерсья. Его выбрали председателем вместо Барана.

Жорж (подходит к Нерсья и берет его под руку). Дорогой господин Нерсья...

Нерсья. Дорогой господин Некрасов...

Жорж. Могу я вас попросить об одной услуге?

Нерсья. Для вас у меня нет отказа.

Жорж. Вы помните госпожу Кастанье?

Нерсья. Нет.

Жорж. Машинистку, которую вы уволили.

Нерсья. А-а! Конечно, помню. Она коммунистка.

Жорж. Она вдова.

Hepсья. Я вам говорю, что она коммунистка.

Жорж. У нее больная дочь.

Нерсья. Она коммунистка.

Жорж. Но что ей теперь делать? Броситься с дочкой в реку?

Нерсья. Двумя коммунистками будет меньше... Я пошутил. Я не хочу их смерти. Но я не вполне понимаю, о чем вы меня просите.

Жорж. Я хочу, чтобы вы ее восстановили на работе.

Нерсья. Но, дорогой господин Некрасов, это зависит не от меня одного. Я передам вашу просьбу правлению. Это все?

Жорж (он в бешенстве, но сдерживается.) Нет. (Вынимает из кармана номер «Суар-а-Пари»). Что здесь написано?

Нерсья (читает). «Некрасов заявил, что он хорошо знает журналистов Дюваля и Мэтра». Это ведь ваши слова?

Жорж. Нет!

Нерсья. Вы это не говорили?

Жорж. Нет!

Нерсья. Гм... (Жюлю, строго.) Дорогой Палотен, вы меня удивляете! Вы забыли принцип нашей газеты: «Правда, только правда».

Жюль (подозвав проходившего Перигора). Перигор, посмотри, здесь приписывают Некрасову вещи, которых он не говорил.

Перигор (читает заметку). А-а, это, должно быть, сочинил Тавернье.

Жюль. Тавернье? Нехорошо! Перигор, принцип нашей газеты: «Правда, только правда». Придется его уволить.

Жорж. Нет!

Жюль. Мы сейчас же его уволим.

Жорж. Вы достаточно наувольняли и без него.

Жюль. В таком случае ограничимся хорошим нагоняем. Скажи Тавернье, что он остался только потому, что за него заступился Некрасов.

Жорж. Так будет лучше. (Пауза.) Что касается меня, то я удовлетворюсь простым опровержением.

Жюль. Опровержением?

Нерсья. Опровержением?

Пeригор. Опровержением?

Переглядываются.

Жюль. Послушай, Некрасов, это было бы большой глупостью!

Пeригор. Читатели ничего бы не поняли...

Нерсья. Где вы видели, чтобы газета опровергала самое себя?

Жюль. Мы только привлечем внимание читателей к этой коротенькой заметке.

Пeригор. Никто ее не прочитал, я убежден!

Жюль (Нерсья). Скажите, дорогой председатель, вы обратили внимание на эту заметку?

Нерсья. Нет. А я ведь читаю газету от первой строки до последней.

Жюль. Такая игра завела бы нас слишком далеко. В каждом номере придется опровергать то, что было напечатано накануне...

Жорж. Что же вы собираетесь делать?

Жюль. Больше об этом ни слова.

Нерсья. Инцидент можно считать исчерпанным.

Жорж. Нет. Я требую, чтобы вы напечатали опровержение!

Нерсья. Вы требуете?

Жорж. Да! Я оказал вам достаточно услуг.

Нерсья. Мы вам за них заплатили.

Жорж. Моя слава...

Жюль. Твоя слава, Некрасов... Я не хотел тебе говорить, но твоя слава закатывается. В четверг мы продали два миллиона экземпляров. А сегодня — всего миллион семьсот тысяч...

Жорж. Это все-таки много больше вашего обычного тиража.

Жюль. Подожди еще неделю, и тираж упадет до девятисот тысяч. Что тогда останется от тебя? Ничего.

Жорж. Не торопись. У меня еще имеются про запас совершенно исключительные сенсации.

Жюль. Слишком поздно! Читатель объелся твоими сенсациями. Можешь завтра рассказать все что угодно — ни на кого больше это не подействует.

ЯВЛЕНИЕ ДВЕНАДЦАТОЕ

Те же, Баран и Демидов.


Баран (громким голосом). Господа! (Все замолкают и поворачиваются к нему.) Вас обманули!

Возгласы, движение.

Нерсья. Что вы здесь делаете, Баран?

Баран. Я пришел разоблачить мошенника. (Показывает на Демидова.) Вот Демидов. Знаменитый советский экономист. (Демидову, указывая на Жоржа.) Посмотрите на человека, который выдает себя за Некрасова. Вы его узнаете?

Демидов. Я вам сказал, что я хочу домой.

Жорж (бросается к Демидову и обнимает его). Наконец-то! (Всем.) Прошу всех выйти. У меня к Демидову секретное поручение.

Баран. Мы не уйдем, пока вас не выведут на чистую воду!

Между Бараном и Жоржем возникают Бодуэн и Шапюи.

Бодуэн. Нет, вам придется уйти!

Баран. Но я...

Бодуэн. Политическая полиция. Приказ!

Шапюи (остальным). Прошу всех удалиться!

Вытесняют гостей, остаются Жорж и Демидов.

ЯВЛЕНИЕ ТРИНАДЦАТОЕ

Жорж, Демидов.


Демидов. Ты не Некрасов.

Жорж. Не кричи! Какое это имеет значение?!..

Демидов (упрямо). Ты не Некрасов. Ты француз.

Жорж. Не старайся, мы одни. Демидов, я давно хотел с тобой поговорить!

Демидов. Я тебя не знаю!

Жорж. Но я тебя знаю. Я собрал о тебе кое-какие сведения. Ты был в Мюнхене диктором у американцев. У тебя голос старого пропойцы. Тебя прогнали. В пятидесятом году ты приехал во Францию и записался в партию «Освобождение России». Тебе доверили партийную кассу. В бухгалтерии оказались недочеты, и тебя исключили по идеологическим мотивам. Тогда ты образовал свою собственную партию, «МРН». Ты единственный член этой партии. Ты живешь в паршивой конуре. Американской визы тебе не видать. Ты сдохнешь под мостом.

Демидов (бросается на Жоржа). Гад!

Жорж. Не кричи! Ты напрасно на меня сердишься. Я могу тебя спасти. У меня есть идея. Мы должны вместе работать.

Демидов. Я? Вместе работать? Никогда! Я тебя разоблачу. Я это обещал Барану.

Жорж. Ты сам знаешь, что Баран — старый скряга. У тебя только один выход: мы должны вместе работать. Скажи, почему ты назвал свою партию «МРН»?

Демидов. «Многомиллионный русский народ».

Жорж. «Многомиллионный русский народ»! И в этой партии ты один?

Демидов. Многомиллионный русский народ спасет Россию и меня.

Жорж. Нет, Демидов, это я тебя спасу. Мы должны вместе работать. Я согласен сейчас же вступить в твою партию.

Демидов. Ты?

Жорж. Да. Я, Некрасов. Ты понимаешь, какой гигантский шаг ты сделаешь? Если в партии есть всего один член, у нее очень мало шансов, чтобы их стало когда-нибудь два. Но когда их два, — завтра их может быть миллион.

Демидов (потрясен). В «МРН» будут два члена?

Жорж. Да!

Демидов (подозрительно). Ты знаешь мой принцип — строжайшая партийная дисциплина? Глава партии — это я.

Жорж. Согласен.

Демидов. Я даю директивы!

Жорж. Я их выполняю.

Демидов. Малейший уклон — я тебя исключу!

Жорж. Я тебе обещаю: никаких уклонов. Но надо торопиться. Сегодня я знаменит. Завтра меня, может быть, забудут! Пользуйся случаем. Мои статьи печатаются во всем мире. Я буду писать под твою диктовку.

Демидов. Ты можешь покрыть Орлова? На всю Европу?

Жорж. Кто это — Орлов?

Демидов. Мой бывший начальник. Директор базы Нефтесбыта.

Жорж. Завтра он будет посмешищем всей Европы.

Демидов. Идет! (Протягивает Жоржу руку.)

ЯВЛЕНИЕ ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ

Гости робко заглядывают в аванзал. Входят Баран, Бунуми, Нерсья, Жюль, Пердриeр, Перигор, Бодуэн, Шапюи, гости.


Баран. Ну, Демидов, кто этот человек?

Демидов. Некрасов.

Одобрительные возгласы.

Баран. Вы лжете! Вы с ним сговорились.

Жорж. Мы с ним старые друзья. Я часто обращался к нему за советом, когда был министром...

Баран. Самозванец!

Жорж (всем). Беру вас в свидетели, господа: этот субъект работает на коммунистов.

Гости (Барану). Убирайтесь в Москву! В Москву!

Баран. Я покончу с собой, но я тебя перед этим застрелю! (Выхватывает револьвер.) Благодарите меня, господа: я избавил мир от мерзавца (показывая на Жоржа) и скрытого коммуниста! (Показывая на себя.)

Бунуми. Покушение! Покушение!

Бодуэн и Шапюи обезоруживают Барана и передают его телохранителям.

Шапюи (телохранителям). Уведите его!

Баран (вырываясь). Пустите! Пустите!

Гости. В Москву! В Москву!

Телохранители поднимают и выносят Барана.

Бодуэн (гостям). Мы предвидели это покушение. Господа, опасность миновала. Будьте добры, возвратитесь в зал. Мы на несколько минут похитим у вас господина Некрасова, чтобы договориться с ним о дальнейших мерах по его охране. Не бойтесь: мы его задержим ненадолго.

Гости уходят.

ЯВЛЕНИЕ ПЯТНАДЦАТОЕ

Жорж, Бодуэн, Шапюи и в течение минуты Гобле и Сибило.


Бодуэн. Признайтесь, что мы ваши ангелы-хранители.

Шапюи. Без нас вы были бы уже убиты.

Жорж. Благодарю вас, господа.

Бодуэн. Мы только выполнили наш долг!

Шапюи. Мы счастливы, что спасли вас!

Жорж делает легкий поклон, идет к выходу. Входит Гобле.

Гобле (Жоржу). Простите, вы не видели господина Шарля Барана?

Жорж (повернувшись к нему спиной). Нет!

Гобле. Он сказал, что будет здесь ждать меня. Получилось неудобно...

Сибило (появляется внезапно, сильно пьяный). Идем, Гобле, идем, золото мое! Кухарки по тебе соскучились! (Уводит Гобле.)

Бодуэн. Вы знаете этого человека?

Жорж. Нет.

Шапюи. Это инспектор уголовной полиции.

Жорж. А!..

Бодуэн. Будьте добры присесть.

Жорж. Но...

Шапюи. Нам очень нужна ваша помощь.

Жорж (сел). Чем могу быть полезен?

Шапюи. Мы раскрыли крупный заговор. Его цель — разложить Францию.

Жорж. Франция разлагается?

Шапюи. Нет еще: мы на страже.

Бодуэн. По злоумышленники хотят, чтобы Франция разложилась.

Жорж. Бедная Франция! Кто же на нее покушается?..

Шапюи. Два журналиста.

Жорж. На сорок миллионов французов? Если это так, вашу страну очень легко разложить.

Бодуэн. Эти два человека — только ширма. В их лице мы хотим покарать отвратительные газеты, которые усыпляют бдительность читателей...

Шапюи. ...уверяя их, будто ослабление международной напряженности возможно...

Бодуэн. Мало того! Желательно!

Шапюи. Мало того! Необходимо!

Бодуэн. Правительство хочет действовать быстро и решительно.

Шапюи. Их предадут суду...

Бодуэн. Военному трибуналу...

Шапюи. Трибуналу нужны неопровержимые доказательства...

Бодуэн. На этот раз нам повезло.

Шапюи. Вы здесь.

Жорж. Я?

Шапюи. Вы.

Жорж. Я здесь?

Бодуэн. А разве вы не здесь?

Жорж. Здесь...

Шапюи. Вы будете нашим свидетелем.

Жорж. Ага...

Бодуэн. Вы, как советский министр, конечно, пользовались услугами этих двух журналистов...

Шапюи. И вы нас очень обяжете, подтвердив это в письменной форме.

Жорж. Как их зовут?

Шапюи. Пьер Дюваль и Шарль Мэтр.

Жорж. Мэтр и Дюваль... Дюваль и Мэтр... Нет, я их не знаю.

Бодуэн. Этого не может быть!

Жорж. Почему?

Шапюи. Вы сами заявили вчера в «Суар-а-Пари», что вы их хорошо знаете.

Жорж. Я этого никогда не говорил.

Бодуэн. Возможно. Но это напечатано.

Жорж. Завтра будет опровержение.

Бодуэн. Опровержение?

Шапюи. «Суар-а-Пари» никогда не делает опровержений.

Бодуэн. Вы знаете имена двадцати тысяч будущих жертв, вы не могли не знать этих советских агентов.

Жорж. Иностранная пресса не входила в компетенцию моего министерства.

Шапюи. В конце концов, это не важно.

Бодуэн. Дело не в том, знаете вы их или нет.

Шапюи. Вы можете судить по их поступкам.

Бодуэн. Раз они ведут себя как советские агенты...

Шапюи. ...говорят то же самое, что сторонники мира...

Бодуэн. ...то у вас есть моральная уверенность...

Шапюи. ...в том, что они изменники.

Бодуэн (достает бумажку из портфеля). Вот короткое, но веское заявление: «Я признаю, что пользовался услугами журналистов Дюваля и Мэтра и оплачивал их работу по разложению Франции». Вам остается только подписать.

Жорж. Весьма сожалею, но я этого не подпишу.

Пауза.

Бодуэн. Очень хорошо!

Шапюи. Прекрасно!

Бодуэн. Франция — страна свободы.

Шапюи. Во Франции ни на кого не оказывают никакого давления.

Бодуэн. Но беда в том, что у господина Некрасова много врагов.

Шапюи. Эти враги уверяют, что вас прислала к нам Москва.

Жорж. Москва?

Бодуэн. Да. С особым поручением.

Жорж. С каким поручением?

Шапюи. Подготовить будущую оккупацию Франции.

Жорж. Это бред!

Бодуэн. Конечно... Но нужно заткнуть рот клеветникам. Нас и так упрекают в излишней терпимости.

Шапюи. Нам говорят, что вас следовало бы выпроводить из Франции.

Бодуэн. Франция — прекрасная страна...

Шапюи. Она умеет улыбаться...

Бодуэн. Но она умеет и гневаться.

Жорж. Я доверился французскому гостеприимству.

Бодуэн и Шапюи посмеиваются.

Шапюи. Скажите еще что-нибудь о праве убежища.

Бодуэн. Он думает, будто живет в средневековье.

Шапюи. Мы оказываем гостеприимство английским лордам...

Бодуэн. Немецким туристам...

Шапюи. Американским солдатам...

Бодуэн. ...но не советским гражданам!

Жорж. Это что же — шантаж?

Шалюй. О нет! Это дилемма. Или — или...

Пауза. Они встают и становятся по обе стороны Жоржа.

Жорж (наливает себе рюмку). Делайте что хотите.

Пауза.

Бодуэн (меняя тон). Вот как, дорогой Жорж! Мы упрямимся?

Шапюи. Мы играем в честность?

Жорж (вскакивая). Что?

Бодуэн. Садись, садись! (Усаживает его.)

Шапюи. Знаешь, ты нас напугал!

Бодуэн. Только мы не таких видали.

Шапюи. Мошенники — тряпки.

Бодуэн. Стоит их немножко пощекотать...

Шапюи. ...и они перестают ломаться.

Жорж. Я не понимаю, что вы хотите этим сказать?

Шапюи. Я думаю, что ты понимаешь.

Бодуэн. Если хочешь, можно тебе объяснить. Ты Жорж де Валера, крупный аферист и мошенник. И мы можем сейчас же передать тебя в руки инспектора уголовной полиции Гобле. Он тебя, кстати, ищет.

Жорж (пытаясь рассмеяться). Жорж де Валера? Это недоразумение! Очень смешное недоразумение! Я...

Шапюи. Не старайся! Твои телохранители целую неделю тебя фотографировали. Они сняли даже отпечатки твоих пальцев. Ты попался, голубчик!

Жорж. Черт!

Пауза.

Бодуэн. Имей в виду: мы люди не злые...

Шапюи. И потом мошенничество не по нашей части.

Бодуэн. Это дело уголовной полиции. А мы ее не очень-то любим.

Шапюи. На инспектора Гобле нам наплевать.

Бодуэн. Нам нужны двое журналистов.

Шапюи. И, если ты их нам выдашь, ты можешь оставаться Некрасовым сколько тебе вздумается.

Бодуэн. Будешь оказывать нам небольшие услуги.

Шапюи. Время от времени мы будем показывать тебе разных людей.

Бодуэн. А ты будешь подтверждать, что ты их знаешь. Как видишь, мы хотим немногого.

Шапюи. За это мы тебя покроем.

Бодуэн. Кроме нас, никто не знает...

Шапюи. Мы сказали только министру.

Бодуэн. Это ничего. Можешь не беспокоиться. Он знает, но он не знает.

Шапюи. Он сказал: «Я этого не хочу знать».

Бодуэн. А министр знает, чего он хочет.

Шапюи. Теперь ты понял, упрямец?

Жорж. Понял...

Бодуэн. Не хочешь подписать эту бумажку, пожалуйста, мы не настаиваем.

Шапюи. У тебя есть время подумать.

Бодуэн. Но в четверг мы придем за тобой и повезем тебя в трибунал.

Шапюи. Прокурор спросит тебя, знаешь ли ты Дюваля и Мэтра.

Бодуэн. Ты скажешь: «Знаю». Ничего другого тебе не останется.

Шапюи. До свидания, голубок мой! До скорого!

Бодуэн. До четверга, моя прелесть!

Уходят, посылая ему воздушные поцелуи.

ЯВЛЕНИЕ ШЕСТНАДЦАТОЕ

Жорж один, потом Демидов.


Жорж. Так... так, так, так!.. (Подходит к зеркалу.) Прощай, Некрасов! Прощай, слава, прощайте, тройки и метели! Да здравствует Жорж де Валера! (Осматривает карманы.) Семь тысяч франков и новый смокинг. Отвратительное ремесло! (В зеркало.) Жорж, дорогой мой Жорж, ты не представляешь себе, как я рад снова с тобой встретиться. Милостивые государи и милостивые государыни! Поскольку Некрасов скончался, Жорж де Валера уйдет не прощаясь. Но как? С парадного хода?.. Нельзя, там шпики. С черного? (Открывает правую дверь.) Черт побери, там мои телохранители! В окно? (Подходит к окну и высовывается.) По крайней мере десять метров, я сломаю себе шею. Нет ли поблизости водосточной трубы? (Лезет в окно.) Слишком далеко. Если бы можно было чем-нибудь занять моих телохранителей?

Демидов (увидав Жоржа в окне, бросается к нему, хватает и спускает на пол). Ты что это придумал? Мы с тобой договорились: ты должен уничтожать Орлова, а не прыгать в окна.

Жорж. Я...

Демидов. Я мог бы тебе сейчас диктовать, но я немножко выпил. Мне нельзя пить. Я, когда выпью, буяню.

Жорж (очень заинтересован). Да?

Демидов. Все ломаю. Вдребезги. Даже убить могу.

Жорж. Да что ты говоришь?..

ЯВЛЕНИЕ СЕМНАДЦАТОЕ

Те же, Бунуми, Пердриер, все гости.


Бунуми (Жоржу). Наконец-то вы освободились! Я надеюсь, вы нас не покинете? Мы сейчас будем играть в салонные игры.

Жорж. В салонные игры? Я знаю прелестную игру. Стоит Демидову выпить, как он становится душой общества.

Бунуми. Чудесно! Давайте подпоим его.

Жорж. Предупредите всех, остальное я беру на себя.

Бунуми (одному из гостей). Надо напоить Демидова, это будет очень весело.

Гости перешептываются, сообщая это друг другу.

Жорж (Демидову). Наши друзья хотят чокнуться с тобой!

Демидов. Ладно. За святую Русь!

Все. За святую Русь!

Демидов. За наш победный въезд в Москву!

Все. За въезд в Москву!

Жорж. Ты забыл Орлова?

Демидов. За то, чтобы Орлова повесили под моим окном.

Все. Ура!

Демидов. Долой Нефтесбыт!

Все. Долой!

Жорж. Ты забыл про нашу партию. Сейчас подходящий случай рассказать о ней всему миру.

Демидов. За нашу многомиллионную партию! За «МРН»!

Все. За «МРН»!

Большинство гостей совершенно пьяны. Они надевают бумажные шапочки, дуют в игрушечные трубы, бросают конфетти и серпантин.

Демидов. Еще за что будем пить?

Жорж. Не знаю. Может быть, за Францию? Все-таки надо быть вежливым.

Демидов. К черту Францию! За атомную бомбу! За водородную! За кобальтовую! За немецкую армию! Они повесят Орлова. Они разнесут вашу Францию.

Среди гостей некоторые повторяют тосты Демидова, другие смущены.

А ты почему не пьешь? За твою гибель, гад!

Пердриер. За мою гибель?

Демидов. Пей, когда тебе говорят!

Пердриер. Пью, пью.

Гость (жене). По-твоему, это весело?

Гостья. По-моему, нет. А по-твоему?

Демидов. Кто еще не пьет? Я вам покажу! (Хватает конец скатерти, сбрасывает все на пол, кидается на гостей.)

ЯВЛЕНИЕ ВОСЕМНАДЦАТОЕ

Те же, телохранители, Гобле и Сибило.


Жорж (подозвав телохранителей). Он сошел с ума. Уведите его.

Телохранители бросаются на Демидова и выводят его в среднюю дверь. Жорж хочет воспользоваться суматохой, чтобы убежать, но у правой двери сталкивается лицом к лицу с Гобле, который вносит на плечах вдребезги пьяного Сибило.

Гобле (кладет Сибило на кресло). Отдохни, старина. Сейчас я принесу мокрое полотенце.

Сибило. Гобле, дорогой Гобле, ты моя мать. (Рыдает.) Я обманул родную мать. Я тебя увел на кухню, чтобы ты не арестовал мошенника.

Гобле (насторожившись). Какого мошенника?

Сибило. Жоржа де Валера.

В это время Жорж сделал полный круг, обогнув комнату, снова дошел до правой двери.

Гобле. Жорж де Валера? Где он?

Жорж уже в дверях.

Сибило (показывает пальцем). Вот!

Гобле. Стой! (Выхватывает револьвер и бросается вслед Жоржу, стреляя на ходу.)

Гости (в ужасе). Большевики! Большевики! Нас уже расстреливают!


Занавес

Читать далее

Комментарии:
комментарий

Комментарии

Добавить комментарий