Read Manga Mint Manga Dorama TV Libre Book Find Anime Self Manga GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8 Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Одураченный Фортуной
Глава девятая. ОЛБЕМАРЛ ПРЕДЛАГАЕТ


Нед Такер не оставил неподтвержденным предложение, сделанное им Холлсу. Поэтому он явился в «Голову Павла» спустя три дня, в воскресенье, и долго беседовал с ним в маленькой приемной к глубокой досаде миссис Куинн, решившей, судя по манерам и одежде незнакомого джентльмена, что он – лицо весьма значительное.

Такер нашел полковника несколько более уступчивым и менее упорным в желании служить исключительно правительству in esse. Дело было в том, что, не получив в течение этих дней ни слова от Олбемарла, Холлс начал склоняться к мысли, что Такер правильно обрисовал ему положение вещей. Надежды его таяли, а страх перед ежедневно растущим счетом за проживание и услуги в «Голове Павла» соответственно рос.

Полковник еще не поддался на уговоры Такера, но не стал обескураживать его, когда тот обещал прийти на следующее утро вместе с еще одним старым другом времен их службы парламенту. Верный своему слову Такер пришел в понедельник в сопровождении джентльмена несколькими годами старше его по имени Ратбоун, знакомство с которым полковник Холлс припомнил с трудом. На сей раз они явились с конкретным предложением, уполномоченные, по их словам, человеком, чье имя они пока не могут назвать, но если бы они его назвали, то оно уничтожило бы всякие сомнения Холлса.

– В этом, Рэндал, можешь положиться на наше слово, – заявил Такер.

Холлс кивнул и выслушал посетителей. Они предложили ему в случае успешного установления нового правительства положение, казавшееся ослепительным не только для человека, подобно ему, находившегося в отчаянной ситуации. И если, вступая в эту игру, ему придется поставить собственную голову, то предлагаемая ими ставка была немногим менее значительной.

Они продолжали искушать его, рассказывая, насколько далеко продвинулись их приготовления.

– Небо на нашей стороне, – говорил Ратбоун. – Оно послало чуму, дабы расшевелить народ и заставить его подумать об избранных им правителях. Наши агенты обнаружили сегодня в городе четыре случая чумы: один на Вуд-Стрит, один на Фенчерч-Стрит и два на Крукед-Лейн. Власти надеются скрыть это от населения, но мы им помешаем. В настоящий момент наши проповедники оповещают об этом, сея ужас в сердцах людей, дабы направить их на верную дорогу.

– Понимаю, – усмехнулся Холлс. – Когда дьявол болен, его заменяет монах.

– Ты сам видишь, что все готово, и мина заложена, – убеждал его Такер. – Это твой шанс, Рэндал. Если ты упустишь его…

Он умолк, услышав стук в дверь, и вскочил, побуждаемый нечистой совестью заговорщика. Ратбоун также с беспокойством огляделся вокруг.

– Чего вы испугались? – спросил полковник, улыбаясь, чтобы успокоить их. – Это всего лишь моя добрая хозяюшка.

Миссис Куинн вошла в приемную с письмом, только что доставленным для Рэндала Холлса.

Полковник с интересом взял его и, увидев большую печать, слегка покраснел от волнения. Развернув письмо, он прочитал его под внимательными и беспокойными взглядами друзей и хозяйки.

Прежде чем заговорить, Холлс прочел письмо еще раз. Произошло неожиданное, причем как раз в тот момент, когда оно еще было в состоянии удержать его на краю того, что, как теперь он понимал, могло оказаться пропастью.

«Удача постигла Вас скорее, чем можно было ожидать, – писал Олбемарл. – Как я только что узнал из полученных писем, в Индии имеется вакантный пост для офицера. Он вполне достоин Ваших способностей, и там, за морями, Вам не будут грозить нежелательные расспросы. Если Вы сегодня заглянете ко мне в Кокпит, то получите дальнейшую информацию».

Холлс попросил друзей извинить его, взял из шкафа перо и бумагу и быстро написал несколько строк ответа.

Когда миссис Куинн удалилась, чтобы передать записку посыльному, и дверь за ней закрылась, оба заговорщика засыпали полковника вопросами. В ответ Холлс положил перед ними письмо Олбемарла. Такер схватил его и углубился в чтение, а Ратбоун заглядывал ему через плечо.

Когда Такер, наконец, положил письмо, его взгляд был серьезным и, печальным.

– Что же ты ответил? – осведомился он.

– Что я зайду сегодня к его светлости, как он того требует.

– Но с какой целью? – спросил Ратбоун. – Неужели вы примете назначение от правительства, которое обречено?

Полковник пожал плечами.

– Я уже говорил Такеру, что служу правительствам, а не создаю их.

– Но только что… – начал Такер.

– Это правда – я колебался. Но, как видите, на весы было брошено еще кое-что.

Они попытались спорить, но тщетно.

– Если я буду представлять ценность для вашего правительства, когда вы установите его, то вы будете знать, где меня найти, и, надеюсь, сочтете меня достойным доверия.

– Но ты представляешь для нас ценность теперь – когда готовится схватка, – убеждал Такер. – И за участие в ней мы согласны богато тебя вознаградить.

Однако Холлс оставался непреклонным. Письмо Олбемарла поспело вовремя.

Расставаясь с друзьями, полковник заверил их, что будет хранить их тайну и забудет все, сказанное ими. Впрочем, в этом не было особой необходимости, так как они по-прежнему не открыли ему никаких жизненно важных деталей, оповещение о которых могло бы угрожать их планам.

Посетители удалились, негодуя, но Такер вскоре вернулся один.

– Рэндал, – сказал он, – возможно, что, поразмыслив, ты поймешь ошибку, которую совершаешь, связывая себя с правительством, обреченным на падение, и с королем, над которым уже занесена рука Божья. Ты можешь быть разумным и предпочесть предлагаемое нами величие подачке, бросаемой тебе Олбемарлом. В таком случае тебе известно, где меня найти. Приходи и можешь рассчитывать на мою дружбу.

Они пожали друг другу руки и расстались. Со вздохом и улыбкой Холлс повернулся, чтобы набить трубку, думая, что ему едва ли когда-нибудь доведется снова увидеть Такера.

Этим же днем он явился к Олбемарлу, который сообщил ему подробности. Холлсу предлагался важный пост с хорошим жалованием, и если он будет достойно выполнять свои обязанности, в чем герцог не сомневался, то его в скором времени ожидает повышение по службе.

– Служба поможет вам стереть в памяти окружающих ваше прошлое. Когда впоследствии я, возможно, буду рекомендовать вас на какой-нибудь пост здесь, в Англии, то окажется вполне достаточным напомнить о ваших недавних заслугах в Индии, чтобы избежать других вопросов. Это временная ссылка, и вы можете верить мне, что она не продлится дольше, чем необходимо.

Холлс не нуждался в убеждениях согласиться на службу, важность которой превосходила все, на что он мог рассчитывать. Он откровенно заявил об этом, выразив глубокую признательность.

– В таком случае, если вы зайдете ко мне завтра утром, вас будет ожидать приказ о назначении.

Полковник удалился, торжествуя. Наконец-то, после долгих лет, фортуна улыбнулась ему. И в самое время, так как он, обуреваемый отчаянием, уже был готов связаться с компанией фанатиков, мечтавших об очередной революции.

Холлс вернулся в «Голову Павла» в приподнятом настроении и потребовал бутылку лучшего канарского. Миссис Куинн безошибочно распознала тревожные признаки.

– Значит, ваши дела в Уайт-холле процветают? – осведомилась она.

Холлс откинулся в кресле с трубкой в зубах, положив на табурет ноги, с которых успел снять сапоги.

– Процветают более, чем я заслужил, – ответил он, улыбаясь и глядя в потолок.

– Это просто невозможно, полковник, – в свою очередь, улыбнулась хозяйка, протягивая ему полный бокал.

Холлс привстал, чтобы взять его.

– Возможно, вы правы. Но я уже позабыл о своих заслугах.

– Зато не позабыли другие.

И она робко спросила о том, в чем заключается его успех.

Отхлебнув вино, полковник поставил бокал на стол и рассказал хозяйке о предложенной службе.

Чело миссис Куинн омрачилось. Холлс был тронут, приняв это за проявление дружбы и сожаления о его скором отъезде.

– Когда же вы уезжаете? – с беспокойством спросила она.

– Через неделю.

Полковнику показалось, что миссис Куинн слегка побледнела.

– В Индию! – воскликнула она. – К дикарям и черномазым язычникам! Да вы просто с ума сошли, если решились на такое!

– У нищих нет выбора, мэм. Я еду туда, где могу найти службу. Кроме того, там не так уж скверно, как вам кажется.

– Но зачем вам вообще уезжать? Я уже говорила вам, что такому человеку, как вы, следовало бы обосноваться на родине и жениться.

Миссис Куинн понимала, что наступило время дать бой. Теперь или никогда. Последним заявлением она отправила вперед застрельщиков.

– Посмотрите на себя, – продолжала хозяйка, прежде чем он успел ответить. – Во что вы превратились! – И она обвиняющим жестом ткнула пальцем в дыру на пятке его правого чулка. – Вам нужно не. ехать воевать за моря, а найти женщину, которая будет о вас заботиться.

– Отличный совет, – рассмеялся Холлс. – Единственная трудность состоит в том, что тот, кто женится, должен содержать жену, а я, оставшись в Англии, не смогу содержать даже себя. Поэтому я и еду в Индию.

Миссис Куинн подошла к столу и, облокотившись на него, посмотрела полковнику в глаза.

– Вы забываете, что существует немало хорошо обеспеченных женщин, и многие мужчины, пребывающие в положении, подобно вашему, находят себе жену, обладающую достаточным состоянием.

– Вы уже говорили нечто похожее. – Он снова рассмеялся. – Вы считаете, что мне следует стать охотником за богатыми наследницами. По-вашему, я подхожу для этой роли?

– По-моему, да, – ответила к его удивлению миссис Куинн. – Вы настоящий мужчина и можете предложить дворянское имя состоятельной женщине, которая им не обладает. Таким образом, обе стороны останутся в выигрыше.

– Честное слово, вы подумали обо всем! Тогда, миссис Куинн, распространите свою доброту дальше простого совета и найдите мне такую женщину, а я тогда подумаю об отказе от места в Индии. Но вам следует поспешить, так как у меня есть только неделя.

Слова эти сопровождались смехом, свидетельствовавшим об уверенности полковника в том, что его вызов не будет принят. Когда миссис Куинн смущенно отвела взгляд, он засмеялся еще громче.

– Это труднее, чем давать советы, те так ли? – поддразнивал он ее.

Хозяйка взяла себя в руки и вновь посмотрела на него.

– Не так уж это трудно, – заверила она Холлса. – Если вы говорите серьезно, тая могла бы найти для вас достаточно миловидную леди, примерно вашего возраста, обладающую тридцатью тысячами фунтов, не считая недвижимого имущества.

Холлс, прекратив смеяться, уставился на нее, держа трубку в руке.

– И эта женщина выйдет замуж за нищего бродягу? Она, должно быть, не в своем уме!

– Вовсе нет. Если вы серьезны, то я представлю вам ее.

– Черт возьми! Поневоле станешь серьезным, когда речь идет о тридцати тысячах фунтов. Да с такими деньгами я могу стать деревенским сквайром!

– Почему бы и нет?

Хозяйка сбивала полковника с толку своей уверенностью, что все зависит только от него.

– Потому что нет такой женщины.

– А если есть?

– Но ведь ее нет!

– Повторяю: вы неправы.

– Тогда где же она?

Отступив от стола, миссис Куинн подошла к Холлсу.

– Она… она здесь.

– Здесь? – недоуменно откликнулся он.

Хозяйка подошла еще ближе.

– Здесь, в этой комнате, – мягко произнесла она.

Полковник смотрел на нее, все еще не понимая. Затем он заметил робкую улыбку, которой миссис Куинн пыталась успокоить его, и до него наконец дошел смысл ее слов.

Глиняный мундштук трубки треснул у него между пальцами, и Холлс наклонился за обломками, радуясь предлогу отвести взгляд от лица собеседницы и дать себе несколько секунд на обдумывание неожиданной ситуации.

Когда полковник поднял голову, его лицо покраснело, что, возможно, являлось следствием прилива крови во время наклона. Ему хотелось смеяться, но он понимал, что это было бы крайне невежливо. Холлс встал, положив обломки трубки на стол, заговорил смущенно и мягко:

– Я… я не понимал, что вы имеете в виду… – Он не смог окончить фразу.

Смущение Холлса приободрило хозяйку.

– А теперь понимаете, полковник? – прошептала она.

– Я… Не знаю, что вам сказать…

Его мозг начал возобновлять свои функции. Холлсу стало ясно, почему человеку, явно испытывающему нужду, предоставили в этом доме неограниченный кредит.

– Тогда не говорите ничего, дорогой полковник, – замурлыкала миссис Куинн; – Кроме того, что вы откажетесь от намерения плыть в Индию.

– Но… но я уже дал слово.

В отчаянии он цеплялся за соломинку, но соломинка оказалась не слишком удачной, так как предполагала, что данное слово – единственное препятствие.

В результате хозяйка очутилась на максимально близком от него расстоянии, положила ему руку на плечо и пустилась в уговоры.

– Вы же дали слово до того… до того, как все узнали. Его светлость поймет. Стоит вам только объяснить, и он никогда не станет вас принуждать.

– Я… я не смогу, – продолжал отбиваться Холлс.

– Тогда смогу я.

– Вы? – Он уставился на нее.

Миссис Куинн выглядела бледной, но решительной.

– Да, – ответила она. – Если вас удерживает только ваше слово, то я сразу же найму экипаж и отправлюсь в Уайт-холл. Джордж Монк примет меня, а если нет, то это сделает его герцогиня. Я хорошо знала ее в прошлом, когда была молодой девушкой, а она – швеей, работавшей за гроши. Нэн Кларджес никогда не откажет старой подруге. Так что, если пожелаете, я быстро освобожу вас от данного слова.

Лицо Холлса вытянулось, и он снова отвел взгляд.

– Это еще не все, миссис Куинн, – запинаясь, проговорил он. – Дело в том, что я… едва ли смогу сделать женщину счастливой.

Однако она отмела его опасения, сочтя их признаком скромности.

– Я готова пойти на риск.

– Но… видите ли, я так долго вел бродячую жизнь, что вряд ли смогу осесть где-нибудь навсегда. Кроме того, мэм, что я могу вам предложить?

– Если я удовлетворена сделкой, к чему об этом думать?

– Ваши слова меня глубоко тронули, миссис Куинн. Я не думал, что смогу испытать к какой-нибудь женщине даже простое чувство признательности. Однако, мэм, это не может изменить моих намерений. Женитьба не для меня.

– Но…

Холлс властно поднял руку, удерживая хозяйку от продолжения. Он, наконец, нашел нужную формулировку отказа.

– Спорить бесполезно, мэм. Повторяю: я глубоко тронут и признателен вам, но мои намерения неизменны.

Твердость, звучащая в его голосе, заставила миссис Куинн побледнеть от унижения. Предложить себя и быть отвергнутой этим нищим, которому она кажется столь непривлекательной, что его не смогли соблазнить даже тридцать тысяч фунтов! Это оказалось горькой пилюлей. Лицо миссис Куинн покрылось пятнами. Теперь она испытывала к своему постояльцу смертельную ненависть.

Хозяйка ощущала настоятельную потребность наброситься на полковника с жестокими обвинениями, но обвинять его было не в чем. Если бы он поощрял ее, играл ее чувствами или пытался соблазнить, она могла бы выплеснуть наружу бушевавший в ней гнев. Однако Холлсу нельзя было предъявить никаких упреков, облеченных в словесную форму…

Миссис Куинн злобным взглядом сверлила полковника, который смущенно стоял перед ней, отведя глаза в сторону открытого окна и не пытаясь что-либо добавить к сказанному ранее.

– Понятно, – тихо произнесла она. – Очень жаль, что…

– Прошу вас, не надо! – вновь прервал ее Холлс, начиная ощущать сочувствие к своей хозяйке.

Миссис Куинн двинулась к двери, открыла ее, но задержалась на пороге и обернулась.

– Раз уж все так сложилось, может быть, вы найдете себе другое жилье не позднее, чем завтра?

Полковник склонил голову в знак согласия.

– Естественно… – начал он, но дверь с шумом захлопнулась, оставив его в одиночестве.

Со вздохом Холлс опустился на стул и поднес руку к влажному лбу.


Читать далее

Комментарии:
Написать комментарий

Комментарии

Добавить комментарий