Read Manga Mint Manga Dorama TV Libre Book Find Anime Self Manga GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8 Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Огонь Изначальный
Глава 2. О сложностях переговоров

Обидно усомнившись в моих способностях к самостоятельному выживанию, Ксай выпустил из рук лямку сумки. Лишившись поддержки, я начала заваливаться на бок. Окончательно упасть мне все же не дали – арэйн поспешил обхватить мои плечи, заставляя снова принять вертикальное положение. Правда, теперь начали подгибаться ноги, да и голова снова закружилась – видимо, не могла смириться с долгим отсутствием внимания к себе, болезной.

– Инира, тебе плохо? – с беспокойством спросил Ксай, заглядывая в лицо. Судя по всему, списав мое самочувствие на неудачное появление прямо во время его разборок с незнакомым арэйном, хмыкнул: – Ни за что не поверю, что у человеческих магов нет ориентиров для перемещения в Арнаис.

– Да, конечно. Мне было бы намного лучше, если бы я очутилась в каком-нибудь горном ущелье, – пробормотала я. Эти слова отобрали последние силы, резко бросив меня в полуобморочное состояние. Перед глазами поплыло и даже слегка потемнело, колючие иголочки побежали по рукам и ногам, быстро поднимаясь от пальцев все выше. Ощущения смазались, приглушились – звуки стали доноситься издалека, сквозь противный звон, никак не удавалось сосредоточиться на том, что говорил мне Ксай.

Кажется, мужчина подхватил меня на руки и куда-то понес. Пнул по пути незнакомого арэйна, развалившегося на земле, иронично заметил:

– Хватит притворяться трупом – арэйна Смерти не обманешь. Поднимайся и проваливай отсюда. Надеюсь, конфликт улажен.

– Да-да, улажен! – подхватился незнакомец.

Обрадованная тем, что слух возвращается, а значит, мне становится лучше, пожелала ускорить данный процесс. Собравшись с силами, попыталась подвигать рукой, но лучше бы этого не делала – рука, конечно, шевельнулась, если так можно назвать конвульсивное подергивание, только снова накатила слабость, закружилась голова и потемнело в глазах. В следующий раз, вырвавшись из полубеспамятства, обнаружила себя лежащей на чем-то мягком и уютном, а сверху меня прикрывало теплое, пушистое одеяло.

– Более подходящего места и времени, чтобы здесь появиться, ты придумать не могла, – рассматривая меня, проговорил задумчиво Ксай. Он расположился неподалеку, кажется, даже на одном со мной покрывале. Сидел в позе лотоса, а локтем упирался в колено, подпирая рукой подбородок, и, размышляя о чем-то, скользил по мне взглядом. Убедившись, что я в состоянии слушать, пояснил: – Ты знаешь, что мы в кхарриате Огня?

Сердце защемило, сразу вспомнился Джаяр – первый арэйн, ставший моим спутником в Арнаисе. Огненный арэйн, несмотря на свою ненависть, не пожелавший бросить одинокую, наивную девчонку на растерзание опасностям этого мира. Вспомнились сильные руки и карие глаза с зеленым ободком вокруг зрачка. Глаза, полные неуверенной нежности, заботы, на дне скрывающие разочарование, боль, отчаяние и еще множество противоречивых эмоций, что не давали ему покоя ни на минуту. Но потом перед мысленным взором возникла сцена нашего знакомства и ей предшествующий забег по рынку, когда я спасалась от опознавших во мне эвиса арэйнов. Тогда их, случайно очутившихся в одном из городов кхарриата Воды, было всего несколько, а что может случиться теперь, в центре огненных земель, где почти каждый житель догадается, кто я?! Даже при всех удивительных способностях арэйна Смерти вряд ли мы сумеем выбраться отсюда!

Я попыталась приподняться на локте, желая рассмотреть окружающую обстановку, но рука, слабая и непослушная, от малейшего усилия подломилась, заставляя упасть обратно и откинуть голову на подушку из скатанной в рулон шерстяной ткани.

– Лежи и не паникуй раньше времени, – хмыкнул Ксай. – Похоже, ты слишком много сил потратила. Нужно отдохнуть.

– И ты это говоришь после намека на то, что в любой момент на нас может наброситься жаждущая моей смерти толпа арэйнов Огня? – возмутилась я, потрясенно вытаращив на Ксая глаза. – Как я могу расслабиться и ни о чем не беспокоиться?

– Скажи, стихия в тебе осталась? – спросил мужчина, устремив на меня пытливый взгляд. На секунду, всего на секунду мы встретились глазами, я погрузилась в черноту со сверкающими серебристыми искрами, успела почувствовать, как начинает кружиться голова, после чего торопливо спрятала глаза. К тому же вопросы Ксая затрагивали слишком болезненную тему. Я не хотела, чтобы он понял, насколько мне плохо. – Ты чувствуешь Огонь? Можешь им пользоваться?

– Нет, не могу, – приглушенно выдавила я, уткнувшись носом в одеяло. – Наверное, весь закончился.

Если раньше я и не предполагала, что подобное может произойти, что стихия, которой хватило бы на подчинение множества арэйнов, на магию для них и на прекрасное будущее для моих детей, которым бы передалась по наследству часть Огня, может иссякнуть из-за одного-единственного заклинания, то теперь, пережив события в заледеневшей долине, испытала это на себе. Освобождая сотворенного Гихесом Изначального из плена вырвавшейся из-под контроля магии – ведь тот был всего лишь арэйном и наполовину человеком, получившим невероятную силу, но не готовым ею управлять, – я почувствовала, как много стихии во мне. Весь Огонь, вся эта мощь были выплеснуты мною, использованы против ледяных оков. Да, я почувствовала, насколько велика сила Огня, как его много, как он прекрасен, однако… чтобы справиться с магией Изначального, пришлось отдать стихию целиком, вычерпать себя до дна.

– Если в тебе больше нет стихии, ее не почувствуют арэйны Огня, – заметил Ксай. – А значит, будут воспринимать тебя одной из них. Никто не заподозрит в тебя эвиса Огня.

– Хорошо, значит, мне бояться нечего, – проговорила я спокойно, совершенно равнодушным голосом. Я уже смирилась. Зачем снова расстраиваться, бередить свои раны? Все хорошо, а в свете последних событий так даже лучше. Я смогу притвориться обыкновенным арэйном.

– Поспи, Инира. Тебе нужно отдохнуть, чтобы восстановить потраченные силы.

Я не стала спорить и говорить тоже ничего не стала – просто прикрыла глаза, позволяя странным, покачивающим волнам подхватить меня. Немного непривычно было засыпать, не представляя, где сейчас нахожусь и что ожидает меня при пробуждении. Есть ли вокруг деревья, прячущие нас от любопытных взглядов, могут ли незваные гости внезапно появиться, есть ли поблизости дорога, или мы на пустынной, безжизненной равнине, где до самого горизонта виден только серый, мрачный камень? Согласится ли Ксай проводить меня до кхарриата Эфира, захочет ли тратить свое время, или скажет, что нам не по пути и зря я направилась к нему?

Постепенно, несмотря на тревожные мысли и неопределенность, ощущение тихого покачивания меня убаюкало, погрузив в удивительные миры сновидений.


Я снова падала в бездонную пропасть, проносясь сквозь холодную, липкую тьму. Волосы шевелились, словно в воде, забивались в рот, скользили по коже, лезли в глаза, мелькая перед взором тусклыми, красными лентами, едва различимыми в безграничной, всепоглощающей тьме. Я хватала воздух руками, пыталась поймать клочки темноты, хоть немного замедлить падение, задержаться, но черные, влажные клубы неумолимо выскальзывали из пальцев. Темнота вливалась в легкие, сдавливала грудь, оплетала сердце, заглушала всякие звуки, не позволяя услышать даже собственный крик – только нерушимая тишина и бесконечное падение, все глубже и глубже, туда, откуда нет возврата. Я все равно пыталась кричать, от боли и страха, от дикого желания почувствовать себя живой, разорвать потустороннее безмолвие, все равно отчаянно хваталась за неуловимую тьму, снова и снова. А потом я увидела его глаза. Такие же черные, как окружающая темнота, но серебристые искры, что подобно звездам во Вселенной вспыхивали в глубине этих глаз, затопили вдруг все вокруг, став для меня путеводной нитью, надеждой и новой жизнью. Я больше не боялась. Верила и знала, что арэйн Смерти не позволит мне утонуть, не позволит затеряться мелкой песчинкой на дне странного мира, не позволит бесследно раствориться…

Наутро я чувствовала себя значительно лучше. Сон, повторявшийся из раза в раз, не давал мне проснуться от ужаса – казалось, я на самом деле снова умирала и без помощи не могла вырваться из бездны, однако потом, когда приходило спасение, я успокаивалась. Мистический сон плавно перетекал в обычный, позволяя выспаться и отдохнуть. Быть может, Ксай теперь всегда меня оберегал? Быть может, смерть не отказалась от меня – лишь отступила, ожидая подходящего момента? А Ксай не давал ей мною завладеть, отгоняя почти каждую ночь, когда она возвращалась?..

От полусонных и оттого бредовых размышлений меня оторвал аппетитный запах чего-то мясного, приправленного смесью знакомых и незнакомых трав. Живот, очнувшийся раньше меня, голодно заурчал, требуя законную пищу, которой вчера явно недополучил – один завтрак за весь день иначе, нежели издевательством, не назовешь! И не важно, что половину этого дня я проспала, восстанавливая растраченные силы.

– Вставай, раз уж проснулась, – хмыкнул Ксай. Надеюсь, он догадался о моем пробуждении не из-за громкого урчания в животе, а заметил, например, как я завозилась под одеялом? Дождавшись, когда закончу с блаженством потягиваться и выберусь из постели, арэйн добавил: – Вот фляжка с водой – можешь умыться перед завтраком, он еще не готов.

– Спасибо, – поблагодарила я, с интересом озираясь.

Сколько хватало глаз, во все стороны тянулась каменистая равнина. Неровная поверхность была сложена из гигантских плит, где-то бугристых, волнообразных, а где-то гладких, местами потрескавшихся или переходящих в булыжники, большие, с человеческий рост, и маленькие, хрустящие под ногами россыпью крошки. Если вглядываться в даль, охватывая взором все пространство до горизонта, в то же время не фокусируясь на отдельных элементах пейзажа, начинало казаться, что по равнине когда-то гуляла волна, а затем внезапно застыла, превратившись в неподвижный камень. На горизонте серая равнина сливалась с таким же серым, пасмурным небом, сегодня полностью затянутым тучами, из-за чего однообразный, безжизненный пейзаж выглядел еще более мрачно.

Умывшись за крупным валуном, я вернулась к арэйну. Вспомнив о произошедшем накануне и моем весьма неудачном появлении, поискала глазами сумку с вещами. Нашла рядом с походной сумкой Ксая.

Завтрак прошел в молчании – ни мне, ни арэйну не хотелось портить аппетит разговорами. Готовить он умел, оказывается, очень вкусно, а потому оба наслаждались едой, не прерываясь на обсуждение сложившейся ситуации. Я к тому же старательно оттягивала момент объяснений. Если прогонит, наверное, смогла бы справиться сама. Уточнила бы направление, добралась до ближайшего населенного пункта, купила карту и отправилась к арэйнам Эфира. Наверное, я бы справилась, со мной же остались магия явлений и незримая, порой неожиданная поддержка стихии Эфира. Наверное, я бы не пропала и сумела за себя постоять, но все равно было страшно остаться одной в до сих пор незнакомом мире, ведь что я в нем видела в прошлое свое путешествие? Почти ничего! Мы шли лесами, избегая встреч с другими арэйнами, постоянно скрывались и держались обособленно от мира. Все, что я видела, – это наша небольшая компания, мужчины, готовые меня защитить. Нет, я не готова к путешествию в одиночку! Но как попросить Ксая о помощи, если он больше ничего мне не должен, если рассчитался еще в тот момент, когда отправился за грань между смертью и жизнью вслед за мной?

После еды, не спрашивая разрешения, отправилась за тот же валун мыть посуду, а Ксай принялся собирать вещи – одеяла, покрывало, импровизированные подушки, – все это он складывал и отправлял обратно в огромную походную сумку.

Внутри меня нарастало напряжение. Пора объяснить, зачем я к нему перенеслась, пора спросить, поможет он мне или нет. Ну же, хватит молчать, Инира, не трусь. Перестань сжимать в руках давно чистые тарелки. Подойди к Ксаю, скажи хоть что-нибудь!

Я сделала пару глубоких вдохов-выдохов, нисколько не успокоивших меня и, нервничая все больше, вышла из-за валуна. Закончив со сборами, Ксай повернулся ко мне, взял протянутые дрожащими руками тарелки и опустевшую фляжку, положил их в сумку. Застегнув молнию, снова выпрямился, взглянул на меня. Уголок губ дрогнул в намеке на улыбку. Похоже, он забавлялся, наблюдая за мной и дожидаясь, когда я наконец объясню, зачем свалилась ему на голову. Ну что ж…

Я набрала в легкие побольше воздуха и выпалила:

– Ксай, ты говорил, что мог бы проводить меня до кхарриата Эфира.

Некоторое время арэйн задумчиво рассматривал меня, заставляя волноваться и судорожно теребить пальцами край куртки, после чего медленно кивнул:

– Говорил.

Он издевается, что ли?! С трудом подавив мученический стон, я безжалостно смяла ткань несчастной куртки. Теперь, когда я разочаровалась в людях и арэйнах, когда перестала доверять кому бы то ни было, просить о помощи неимоверно трудно, однако я сумела себя пересилить и продолжила:

– Я хотела обратиться к тебе. Можешь помочь добраться до арэйнов Эфира? – чувствуя себя неловко под пристальным взглядом Ксая, опустила голову, вздохнула и нехотя призналась: – Мне больше некуда и не к кому пойти.

– Знаешь, Инира, ты появилась очень не вовремя, – заметил мужчина, продолжая задумчиво рассматривать меня – я чувствовала его взгляд на себе, но не решалась встретиться с ним глазами, даже на мгновение.

Ну зачем, зачем я сюда притащилась?! Могла бы воспользоваться любым другим ориентиром или просто уйти своей дорогой с самого утра. Нет, нужно было просить его о помощи. Зачем вообще было заводить этот разговор? Ведь кто я для него? Малолетняя девчонка, по случайному стечению обстоятельств спасшая его, раненого и умирающего, и оттого превратившаяся в очередную проблему, с которой необходимо было разобраться. Он и разобрался – отдал долг, спас меня в нужный момент. А что до остального – так мало ли в мире арэйнов Эфира, таких же, как я. Теперь я от них совершенно ничем не отличаюсь, разве что пользоваться способностями своими не умею, но это явно не в плюс мне зачтется. Подумаешь, прошли мы вместе с Ксаем через небольшое приключение. То была простая необходимость.

Иллюзий и глупых надежд я не питала и прекрасно понимала, что никому не нужна в этом мире. Хватит. Хватит верить в чужую доброту, в бескорыстность. Маленькая, наивная девочка умерла на ледяной равнине, когда освобождала от оков новоиспеченного Изначального Льда, заранее зная, чем это для нее обернется. Тень той девочки бесследно исчезла, когда неделями она пыталась выкарабкаться, собирала жизненные силы по крупицам, заставляла себя снова дышать, мыслить, бороться, каждый день глядя в равнодушные глаза приютившего ее светловолосого арэйна.

– Но… – неожиданно произнес Ксай, выдергивая меня из размышлений, – я мог бы, действительно мог бы тебе помочь. – Не отрывая взгляда от моего лица, арэйн приблизился, чуть наклонился и проникновенным голосом, от которого по спине побежали мурашки, добавил: – Все зависит от того, что ты готова мне предложить.

Я вздрогнула, когда его рука вдруг опустилась мне на талию. Оценивающим взглядом скользя по фигуре, прекрасно подчеркнутой фасоном куртки, мужчина обошел вокруг меня и остановился за спиной. Вслед за арэйном вдоль пояса пропутешествовала его ладонь, теперь устроившаяся на моем животе. Сам же Ксай чуть наклонился ко мне сбоку и, коснувшись губами прядки волос, прошептал в самое ухо:

– Так что ты можешь предложить мне, милая?

На мгновение сердце замерло, затаилось, будто испугалось, что Ксай его услышит, но уже спустя мгновение заколотилось как сумасшедшее. Голова закружилась, дыхание сбилось. Боги, что он делает и на что намекает? Что я могу ему предложить? Уж не себя ли?!

Разозлившись то ли из-за наглости арэйна, то ли из-за собственной реакции на него – а ведь казалось, после всего пережитого меня трудно вывести из равновесия, – сжала руки в кулаки. Да что он себе позволяет?! Как смеет?!

Я решительно оттолкнула его руку, шагнула вперед, отодвигаясь от мужчины, и, резко развернувшись, полоснула по его лицу яростным взглядом. На мгновение наши глаза встретились, но уже в следующую секунду мне пришлось опустить голову – нельзя дольше смотреть арэйнам Смерти в глаза. По крайней мере, тем, кто не собирается расстаться с жизнью, а мне, даже после всех злоключений, очень хочется жить. Наверное, еще сильнее, чем прежде. Пусть миру все равно, есть ли я. Пусть окружающим нет до меня никакого дела. Пусть! А я буду жить всем назло.

Постаравшись успокоиться, чтобы не нагрубить, я сделала глубокий вдох и твердо произнесла:

– Эфир. Эфир под моим управлением.

– Запомнила, значит, – хмыкнул Ксай. – Сделала выводы. Молодец.

Да он действительно надо мной издевается!

– Если ты решил просто развлечься и посмеяться надо мной, то разговаривать нам не о чем.

Я двинулась по направлению к сумке, намереваясь взять вещи и немедленно отправиться куда угодно, только подальше от этого арэйна, однако он не позволил – вмиг снова оказался рядом, поймал за плечи и заставил повернуться к себе.

– Инира, не нужно прятать взгляд. Теперь ты можешь смотреть мне в глаза, – на этот раз голос арэйна прозвучал мягко, без всякой насмешки. Коснувшись подбородка, Ксай приподнял мою голову и заставил на него посмотреть. Я хотела вырваться, оттолкнуть его руки, сказать, что не собираюсь умолять его о помощи, но слова арэйна настолько меня потрясли, что злость куда-то улетучилась. Пропала, растворилась в черноте удивительных глаз, в последнее время преследовавших меня во снах почти каждую ночь и спасавших от смерти. Спасавших… так неужели?..

– Почему?

– Потому что ты умирала, а я пошел за тобой. Потому что я вернул тебя к жизни. Стихия Смерти больше не заберет тебя. По крайней мере, в плату за могущество арэйнов Смерти. – Он сам отнял руку от моего лица и отодвинулся на приемлемое для деловой беседы расстояние. Улыбнулся, как ни в чем не бывало: – И я принимаю твое предложение. Услуга в обмен на услугу.

Я перевела дыхание. Конечно, Ксай говорил интересные и непонятные вещи, но выяснять подробности об особенностях арэйнов Смерти сейчас было не время, да и вряд ли он готов был раскрыть эту тайну. Потому постаралась успокоиться – в который уже раз за наш короткий разговор, а ведь за время своего восстановления у приютившего меня арэйна успела отвыкнуть от ярких эмоций и смириться с их отсутствием.

– Что я должна буду сделать, чтобы ты помог мне добраться до кхарриата Эфира? – как можно более равнодушно спросила я.

– А ты… – губы Ксая растянулись в предвкушающей и какой-то хищной улыбке, – ты, Инира, отведешь меня в Эфферас.

– Но туда могут пройти только арэйны Эфира!

– И арэйны Смерти. Наши стихии близки, Инира, – улыбнулся мужчина. – Однако, к сожалению, стихия Смерти дает плохую защиту.

Я зажмурилась и помотала головой, пытаясь уложить в ней все сказанное. Получалось не очень. Если арэйнов Эфира еще можно представить прогуливающимися по Эфферасу, потому как сам мир состоит из Эфира, эта же стихия является основой двух других, привычных нам миров и, соответственно, связующей между ними, то каким боком здесь стихия Смерти – совершенно непонятно!

– Ты говоришь так уверенно. Откуда ты все это знаешь?

– Я был там, – усмехнулся Ксай. – Вспомни мое появление в замке Дагала. Вернее, в каком состоянии я тогда был. Раны я получил именно в Эфферасе и едва выбрался оттуда живым.

– Ты встретил то, что убивает арэйнов Эфира?! – ошеломленно воскликнула я.

– Нет, конечно. Будь так, я бы оттуда не выбрался. Ни живым, ни даже мертвым. Просто моя стихия не справилась с функцией защиты в Эфферасе. Все-таки здесь нужен именно Эфир. Ты согласна на мои условия?

Мысли в голове по-прежнему путались и не укладывались в стройную картину. Путешествия по Эфферасу, кто бы мог подумать! Этот арэйн, который сейчас так непринужденно разговаривает со мной, совсем недавно побывал в удивительном, таинственном мире, недоступном для большинства живых существ. В мире, где рождаются стихии. Более того, он предлагает мне самой совершить нечто невероятное!

– Ну, если ты готов ждать, когда я этому научусь. Если уверен, что я вообще когда-нибудь смогу попасть в Эфферас, не говоря уже о том, чтобы провести тебя…

– Зачем ждать? Я буду тебя обучать. Выходу в Эфферас вряд ли смогу научить – стихия Эфира от Смерти все же отличается, но кое-чему ты научишься. Когда доберемся до кхарриата Эфира, освоишь остальное.

Похоже, сильно Ксаю нужно в этот Эфферас, если он готов отправиться туда с такой неопытной и на данный момент необученной спутницей. Или все дело в том, что другие арэйны Эфира на сделку с ним не согласятся? Ведь мало того что живут они обособленно, не подпуская к себе чужаков, а значит, наверняка строго охраняют свои тайны, так ведь еще и слишком опасно в последнее время стало гулять по Эфферасу! Снова, снова мне предлагают рискнуть своей жизнью. Потому что ему, как и остальным, все равно. Но что я теряю и есть ли у меня выбор? Пойти одной на поиски арэйнов Эфира или вместе с Ксаем, готовым меня защитить, но впоследствии использовать в еще более опасном предприятии? А с другой стороны… он обещал меня научить. Стихия Эфира таит в себе невообразимые возможности. В последний раз согласиться на сделку, в последний раз зависеть от кого-то, чтобы стать не только магом явлений, но и подчинить себе Эфир, чтобы суметь за себя постоять в любой ситуации, чтобы научиться выживать в этом незнакомом мире и больше не бояться быть пойманной жаждущими экспериментов людьми в мире родном. Я научусь, я справлюсь, я смогу!

– Хорошо, я согласна.

– Тогда нам пора, – кивнул Ксай, указывая на сумки. Я тоже посмотрела на кучу походных баулов – и как на нем все помещается? Да, похоже, свою мне придется нести самой, а впрочем, ни на что другое я и не рассчитывала. Даже на помощь надеяться перестала, пока арэйн надо мной издевался. – Остальное обсудим по дороге.

Ксай взвалил на плечи немалую ношу и двинулся в путь. Чуть помедлив, чтобы удобнее устроить за спиной сумку, я последовала за ним. Каким образом арэйн определил, куда нужно идти, когда во все стороны вокруг тянулась лишь серая, каменистая равнина, я не представляла, но в данном вопросе решила довериться мужчине. Путешествовал же он как-то все это время? Глупо опасаться, будто именно с моим появлением он вдруг заблудится.

– Пожалуй, мы полетим на гикари, – сообщил Ксай, коротко взглянув на меня. – Так будет быстрее.

– На гикари? А кто это? – В школе нам рассказывали о фауне Арнаиса, однако люди, даже самые ученые и образованные, слишком мало знали о таинственных, зачастую магических обитателях мира арэйнов.

– Животные для верховой езды, но, в отличие от лошадей, имеют крылья и обладают большей выносливостью.

– Но они, наверное, дорогие, – предположила я, прикидывая в уме, хватит ли мне выданных мамой денег на такую покупку, и даже если хватит, что я буду делать потом, оставшись без средств к существованию?

– Дорогие. Но я заплачу.

– Нет. Я сама, – для пущей убедительности замотала головой.

– Вряд ли у тебя найдутся лишние двести золотых, – скептически заметил Ксай.

– Ско-олько?!

– Вот видишь. Я заплачу.

– Нет! – Я даже остановилась, всем своим видом выражая протест. Если мы сейчас же обо всем не договоримся, наше сотрудничество, едва начавшись, прямо здесь и закончится. Арэйну тоже пришлось остановиться и повернуться ко мне, отставшей на несколько шагов. – Ксай, я не хочу быть твоей должницей. Тем более такие огромные деньги!

Арэйн усмехнулся, совсем как недавно, и предложил:

– Не беспокойся, ты вполне можешь отдать долг в ближайшей таверне. Хотя… – он сделал вид, будто задумался, – нет, за один раз не получится. Придется растянуть на все путешествие.

Я чуть не задохнулась от возмущения.

– Ты… да ты… Забудь. Сама доберусь до кхарриата Эфира. – И резко развернулась на сто восемьдесят градусов, намереваясь немедленно покинуть общество обнаглевшего арэйна с его грязными намеками.

– Ты имеешь что-то против уборки таверн? – донесся до меня насмешливый голос. Я остановилась, снова повернулась к арэйну, медленно, очень медленно, чтобы успеть стереть с лица зверское выражение. – Или ты подумала о чем-то другом?

И вправду, о чем это я могла подумать? Щеки обожгло румянцем. Нет, не из-за смущения – из-за раздражения: на Ксая, на саму себя и на ситуацию в целом. Из-за того, что я снова от кого-то зависела и не могла ничего изменить, вынужденная терпеть чужие издевательства.

– А что я должна была подумать, учитывая, что уборкой таверн много не заработаешь? – спросила я хмуро, поправляя лямку, несмотря на тяжесть сумки, постоянно сползавшую с плеча.

Ксай рассматривал меня так пристально, будто хотел пронзить взглядом насквозь, а может, действительно мои мысли и переживания были для него как на ладони.

– Ты изменилась, – констатировал он.

– Изменилась, – не стала спорить я. – Была причина, знаешь ли. Но и ты изменился. Вернее, не изменился – просто ведешь себя иначе. А я никогда не знала тебя по-настоящему.

– Думаешь, не знала? – Ксай заинтересованно приподнял бровь. Похоже, мне все-таки удалось его удивить.

– Конечно, нет. Я помню твою реакцию, когда ты узнал, что тебя спасла какая-то мелкая девчонка. Помню, с каким пренебрежением ты отнесся ко мне. Но потом… потом ты рассказывал мне интересные вещи, всегда отвечал на вопросы, поддерживал и помогал. Словом, делал все, чтобы добиться моего доверия. А зачем? Все очень просто – обдумав ситуацию, ты решил, что если я буду тебе доверять, то тебе будет проще меня защитить, а значит, и вернуть долг. Но как бы ты разговаривал со мной, если б не хотел завоевать доверие, если б не был вынужден меня охранять? – выпалив эти слова на одном дыхании, я прямо, с вызовом посмотрела на Ксая. Наконец-то не нужно было прятать глаза, наконец-то я могла встречать и удерживать его взгляд.

– Если ты настолько мне не доверяешь, то почему обратилась ко мне? – спросил мужчина.

– Всех моих знакомых из Арнаиса ты уже видел. Ни с Гихесом, ни с Тиларом я никаких дел иметь больше не желаю. А Джаяр… – Дыхание на мгновение перехватило. – У меня нет вещей Джаяра, чтобы открыть к нему проход, – назвала я одну из причин. На самом деле были и другие, более существенные, или, правильнее сказать, более важные, не относящиеся к технической стороне вопроса.

Я понимала, что Джаяр не виноват, что не мог предугадать дальнейшие события, ведь даже от Гихеса он вряд ли ожидал, что тот решит мною пожертвовать. А может, просто не задумывался. Да, я все это понимала, но не могла себя пересилить и простить его. Он ушел, бросил меня, зная, что оставляет одну перед сложным, опасным мероприятием по освобождению ледяного Изначального. Знал, но все равно ушел. И теперь внутри меня что-то противилось мысли о том, чтобы обратиться к нему. Стоило подумать о возможности нашей встречи, сразу вспоминалось, как я, умирая, тонула в черной бездне и отчаянно звала Джаяра. Я очень хотела, чтобы он появился, но Джаяр не пришел. Вместо него за мной отправился Ксай. И пусть я не доверяла арэйну Смерти, в тот момент во мне, наверное, что-то изменилось. Ведь именно Ксай меня спас. Неважно, почему он это сделал и чем руководствовался, – главное, что Ксай вытащил меня из-за черты. Я всегда буду ему благодарна.

– Пригодился, значит, кристалл связи, – хмыкнул арэйн. – Пусть и не тем, на что был рассчитан.

Судя по долгому, внимательному взгляду, которым меня просверлил Ксай, мужчина догадался, что рассказала я далеко не все. А впрочем, он не мог не заметить, что между мной и Джаяром что-то произошло, – иначе зачем арэйну Огня нужно было в спешке покидать нашу компанию? Спасибо Ксаю, расспрашивать он не стал, вместо этого вернувшись к первоначальному вопросу:

– Поскольку ты обратилась именно ко мне, придется тебе смириться и делать так, как я скажу. А я говорю – мы летим на гикари. Считай, их покупка входит в мои обязанности по выполнению нашего договора.

– Но…

– И никаких «но». Я не собираюсь терять драгоценное время из-за твоих принципов.

Сообразив, что спорить бесполезно, я только вздохнула:

– Жаль, Гихес не отдал мне деньги, которые обещал. Постой-ка! – до меня вдруг дошло: – Он считал меня погибшей, но, раз я выжила, магический договор должен был заставить Гихеса выполнить обещание! Или магия договора убила его?! Ведь деньги я не получила… Или после краткого мгновения моей смерти узы договора распались? – к концу своих рассуждений я окончательно запуталась.

– В момент смерти любые магические узы разрываются, – ответил Ксай. – Неужели вас в школе этому не учили?

– Учили! Но у нас нет арэйнов Смерти, способных воскресить умершего человека. И что происходит после воскрешения, мне знать неоткуда.

– Магия вашего договора рассеялась, когда ты умерла. Не важно, что после этого ты вернулась к жизни. Договор уже не восстановится, если только ты не захочешь заключить с Гихесом новый. – Ксай не удержался от смешка.

– Нет, не собираюсь, – заверила я, мотнув головой.

– Тогда предлагаю тебе порадоваться и продолжить путь. – Арэйн развернулся и зашагал в том направлении, в котором мы двигались до того, как начали выяснять товарно-денежные отношения в пределах нашей небольшой компании. Я последовала за ним, интересуясь уже на ходу:

– Чему радоваться?! Он мне триста золотых задолжал и теперь не отдаст никогда!

– Цена твоей жизни – триста золотых, – иронично хмыкнул мужчина, бросив на меня многозначительный взгляд. Да, знаю, что глупо получилось, но ведь тогда, заключая сделку, я даже помыслить не могла, что освобождение симпатичного парня от ледяных оков обернется для меня столь катастрофическими последствиями. И никаких последствий для меня не было б вообще, если бы не Ксай. – А радоваться, – продолжил арэйн наставительно, – нужно тому, что Гихес не узнает, что ты жива. Думаешь, он бы оставил тебя в покое?

Я содрогнулась, представив, будто Гихесу могло еще что-нибудь от меня понадобиться, но потом вспомнила, что лишилась стихии Огня. Только облегчения эта мысль не принесла, отозвавшись в душе гулкой тоской.

– Оставил бы, как только узнал, что я потеряла Огонь и больше ни на что не способна.

– Забыла о его любви к экспериментам?

– Убедил! – воскликнула я, снова содрогнувшись и почувствовав, как по спине пробежал неприятный холодок. От одних сбежала, чтобы на опыты не отправили, так не хватало еще очередного появления Гихеса, и в прошлый раз едва не ставшего причиной моей гибели. Да и почему «едва»? На какой-то миг я, наверное, по-настоящему умерла.

Воспоминания вновь набежали и мрачными тучами сгустились вокруг, отбрасывая на мысли черные тени.

После того как, увидев Ксая в бездонной темноте, я откликнулась и пошла за ним по серебристой, под цвет вспыхивающих в глазах арэйна искр, дороге, я провалялась в бреду около недели. Потому не заметила нашей поездки к знакомому Ксая и, даже очутившись в мягкой постели, долго не возвращалась в сознание. Непонятные, обрывочные видения затопляли разум, пока я наконец не очнулась. Ксай уже ушел – от него остался лишь подаренный им кристалл связи, висевший у меня на шее. Кристалл связи и моя жизнь. Однако вначале я не оценила данный мне второй шанс. Разбитая, совершенно опустошенная после всего произошедшего не только эмоционально, но и лишившись привычной с рождения огненной стихии, я зарыдала. Целыми днями, несмотря на дикую слабость и невозможность толком пошевелиться, я лежала на боку, свернувшись клубком, и горько, безутешно рыдала, не в силах прекратить истерику. Огонь, прекрасный, восхитительный Огонь, согревавший душу, покинул меня! Как дальше жить? Как жить, потеряв частицу себя? Как жить, если меня предали, мною пожертвовали ради своей цели? Пожертвовали без капли сожалений, без единого сомнения. Те арэйны, с которыми на протяжении многих дней мы путешествовали вместе, ели общую пищу, разговаривали, вместе выбирались из переделок. Казалось, Тилар стал моим другом, а Гихес… несмотря на его грубость и вспыльчивость, я успела привыкнуть к нему. Но все они предали меня. Предал Джаяр, которого я, наверное, искренне любила. Он ушел, зная, сколь сложное дело мне предстоит, оставил Гихесу, не заслужившему ни крохи доверия. Предал Тилар, поставивший свою выгоду выше моей жизни. Предал Гихес, заставляя делать то, что меня убьет. Я плакала и плакала, захлебываясь слезами, задыхаясь, скрючиваясь от боли.

Хозяин дома заходил иногда в мою комнату, приносил еду, полотенца и воду в тазике для умывания, потому что, не будь истерики, я все равно не смогла бы подняться с кровати из-за сковывающей тело болезненной слабости. Арэйн оставлял все эти вещи на тумбе, бросал на меня равнодушный, пустой взгляд и так же молчаливо, не говоря ни слова, уходил. Он не уговаривал меня поесть, не уговаривал жить. Ему было все равно, а я, чувствуя его пренебрежение, еще ярче ощущала свою ничтожность.

Постепенно слезы закончились, истерика прекратилась, и я впала в апатию. Иногда заставляла себя что-нибудь съесть – не ради поддержания жизни в исхудавшем, измученном теле, а просто потому, что от голода начинало тошнить и головная боль становилась совсем нестерпимой. Желая избавиться от этих ощущений, я брала ложку в дрожащую руку и заполняла бульоном желудок.

Однако лучше мне не становилось. Шли дни, а я по-прежнему добиралась до туалета по стеночке, из стороны в сторону качаясь на подгибающихся ногах. Качалось и что-то в тяжелой, звенящей голове. Наконец я поняла, что лучше мне не станет, пока я сама того не захочу. Ни истерика, ни апатия выздоровлению не способствуют. Что толку смотреть в потолок или в стену немигающим взглядом и постоянно думать о том, как мир несправедлив? Для чего мысленно себе повторять, что никому не нужна, что я – жалкое, никчемное существо, которым можно легко в случае необходимости пожертвовать? Пусть я больше не вижу смысла жить в таком мире, где всем наплевать на других, где нет ни преданности, ни благородства – лишь эгоистичный расчет. Но, как бы там ни было, я не умерла. А значит, придется жить. Не валяться же постоянно без сил на кровати? Хватит хандрить и тешить себя бестолковой жалостью. Пора выздоравливать, пора выкарабкиваться!

Вскоре после принятия решения, что нужно взять себя в руки и вернуть телу прежнюю форму, на смену апатии пришла злость. Ну и что, если никому нет дела до меня? Да, мир оказался вовсе не таким, как я наивно полагала. Ни людям, ни арэйнам верить нельзя, потому что каждый заботится лишь о себе. Никто не стремится помогать другим и нести окружающим счастье. Любой готов растоптать, уничтожить меня, если вдруг заприметит в этом какую-то выгоду. А я выжила и буду жить дальше! Назло всем, я не сдамся, буду бороться за себя и свои интересы! Больше я не позволю кому-либо использовать меня и никому не поверю, потому что знаю, какие они, арэйны и люди.

Читать далее

Фрагмент для ознакомления предоставлен магазином LitRes.ru Купить полную версию
Комментарии:
Написать комментарий

Комментарии

Добавить комментарий