Read Manga Dorama TV Libre Book Find Anime Self Manga GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8 Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Остров Голубых Дельфинов
Глава 21

Ночью я выбралась из пещеры, но Ронту с собой не взяла. Я даже заложила вход снаружи, чтоб он не мог пойти следом, ведь если алеуты привезли с собой собак, он непременно учует их. Я прокралась через кустарник к мысу.

Ещё не успев взобраться на скалу, я увидала разведённые алеутами костры. Охотники разбили лагерь на прежнем месте, на плато рядом с источником, меньше чем в полулиге от моей пещеры.

Я долго смотрела на костры и думала, не переселиться ли мне куда-нибудь подальше, например, в пещеру, которую раньше занимали одичавшие собаки. Что меня обнаружат мужчины, я не боялась, поскольку они либо были заняты работой на берегу, либо на целый день уходили охотиться в море. Меня пугала девушка. Конечно, лощина почти сплошь заросла кустарником, зато тут много корней и злаков. Когда-нибудь девушка может в поисках еды забрести к моему роднику, увидеть, что из него берут воду, и по следам выйти к пещере.

Я пробыла на скале, пока не погас последний алеутский костёр. Перебрав в голове все возможности, я решила остаться в лощине. На противоположной стороне острова не было ни одного источника. Кроме того, переселившись туда, я лишилась бы каноэ, поскольку там его негде было бы спрятать.

Я возвратилась в пещеру и не выходила из неё до самого полнолуния. К этому времени запасы еды почти кончились, и мы с Ронту пробрались ночью на мыс. Проходя мимо своей хижины, я заметила, что в ограде не хватает трёх китовых рёбер. Людей поблизости не было, иначе Ронту поднял бы лай. Подождав отлива, то есть почти до рассвета, я спустилась к морю и наполнила корзину водой и морскими ушками. Прежде чем окончательно рассвело, мы вернулись в пещеру.

Морская вода помогла надолго сохранить ушки свежими, но когда мы отправились за ними в следующий раз, ночь стояла такая тёмная, что мы не нашли дорогу к рифу. Пришлось заняться сбором корешков. Накопать их достаточно много до восхода солнца я не успевала, поэтому до нарождения новой луны ходила за корешками каждое утро, на заре. При лунном свете можно было снова пойти на риф за морскими ушками.

Алеутов я за это время ни разу не встретила. Не приближалась к пещере и девушка, хотя я видела её следы в глубине лощины, где она тоже копала корешки. Собак алеуты в этот раз не привезли, что было к лучшему, потому что они бы наверняка обнаружили следы Ронту и пришли по ним к нашему убежищу.

Мы с Ронту изнывали взаперти. Поначалу он ходил в пещере из угла в угол или стоял у входа, принюхиваясь к воздуху, который просачивался через щели между камнями. Одного его я не выпускала, боясь, что он пойдёт в алеутское становище и не вернётся. Постепенно он свыкся с такой жизнью и днями напролёт лежал, наблюдая за моими занятиями.

В пещере стояла непроглядная тьма, даже когда солнце было в зените, поэтому я поджигала запасённых в начале лета мелких рыбёшек. При этом освещении я начала делать себе баклановую юбку. Десять шкурок, добытых на Высоком утёсе, уже высохли, и их можно было сшивать. Все они принадлежали самцам, потому что оперение у них куда гуще и и более блестящее, чем у самок. В своё время мне ничего не стоило сделать юбку из волокон юкки. Я хотела, чтобы бакланья юбка получилась ещё наряднее, поэтому очень старалась – и когда кроила шкурки, и когда сшивала их.

Начала я с низа: положила три шкурки бакланов одну за другой и сшила их вместе. Оставшиеся шкурки я использовала для верха, сшив их в длину, так что на половине юбки перья лежали вдоль, а в самом низу – поперёк.

Юбка обещала быть очень красивой, и к исходу второй луны я заканчивала её. Работы оставалось на один день, но я уже сожгла всю рыбу, служившую мне для освещения, и, поскольку до отъезда алеутов наловить новой было невозможно, вынесла юбку наружу и стала дошивать там. Хотя мне ещё дважды попадались в лощине посторонние следы, они опять-таки не приближались к пещере, и я утратила всякую осторожность, рассуждая про себя, что скоро наступит сезон зимних бурь и алеуты уйдут. К следующей луне их тут не будет.

Впервые я могла рассмотреть юбку при дневном свете. Чёрная сверху, она просвечивала золотом и зеленью и переливалась, огнём горела на солнце. Юбка получалась даже красивее, чем я задумала. Работа под конец спорилась, однако я время от времени прерывала её, чтобы приложить юбку к талии и полюбоваться на себя.

У меня голова шла кругом от счастья, и я даже сказала Ронту, что, если б он был девчонкой, я бы и ему сшила такую юбку.

Ронту лежал, растянувшись около входа в пещеру; при этих словах он поднял голову, зевнул мне прямо в лицо и снова заснул.

Я в очередной раз прикладывала юбку к талии, когда Ронту вскочил на ноги. Со стороны родника донеслись шаги. Я мгновенно обернулась и увидела девушку: она смотрела на меня с каменного уступа на противоположном склоне лощины.

Моё копьё стояло рядом, у входа в пещеру. Нас с девушкой разделяло не более десяти шагов. Я могла рвануться к копью и успеть метнуть его. До сих пор не пойму, почему я этого не сделала, ведь девушка была из алеутов, которые истребили моё племя на берегу Коралловой бухты.

Алеутка что-то сказала, и Ронту неторопливо, словно нехотя, направился от пещеры к девушке. Шерсть у него на загривке встала дыбом, но он всё же подошёл к алеутке и дал себя погладить.

Подняв взгляд на меня, девушка жестом дала понять, что Ронту принадлежит ей.

– Нет! – замотала головой я и потянулась за копьём.

Алеутка отвернулась, и я решила, что она собирается бежать, скрыться в зарослях. Вместо этого девушка сделала ещё один жест, который должен был означать, что теперь Ронту принадлежит мне. Не доверяя ей, я держала копьё наготове, занесённым над головой.

– Туток, – сказала алеутка, тыча пальцем в себя.

Своего имени я ей не сказала, только позвала Ронту. Он послушно вернулся ко мне.

Девушка проследила за ним взглядом, посмотрела на меня… и улыбнулась. Явно старше меня по возрасту, она была ниже ростом. На её широком, скуластом лице поблёскивали маленькие, чёрные-пречёрные глаза. Когда девушка улыбнулась, я обратила внимание на её зубы: стёртые от жевания тюленьих жил, они зато сверкали белизной.

Я и не заметила, что всё ещё держу в руке баклановую юбку, а тут алеутка указала на неё пальцем и что-то проговорила. Я разобрала только одно слово, «уинча», потому что у нас тоже есть похожее слово, которое значит «красивый».

Безмерно гордая юбкой, я помимо своей воли приподняла её и показала, как она переливается на солнце. Второй рукой я продолжала сжимать копьё.

Девушка соскочила с уступа и подбежала ко мне потрогать юбку.

– Уинча, – снова сказала она.

Я не ответила тем же словом, однако позволила девушке взять юбку, когда поняла, что ей этого хочется. Приложив юбку к талии, алеутка расправила её по бёдрам и принялась вертеться из стороны в сторону. От изящных движений девушки юбка струилась вокруг её колен, как вода на перекате, но я отняла юбку, потому что ненавидела алеутов.

– Уинча, – повторила девушка.

Я настолько отвыкла от звуков человеческой речи, что они казались мне странными, и всё же мне было приятно слышать их… даже из уст врага.

Алеутка произнесла ещё несколько непонятных слов, глядя при этом через моё плечо в сторону пещеры. Она указала пальцем на вход, потом на меня и изобразила, как будто разводит костёр. Я прекрасно поняла, что она хочет услышать, однако не поддалась уговорам. Девушка хотела убедиться, что я живу в пещере, чтобы потом прийти с мужчинами и увести меня в их лагерь. Я покачала головой и показала в дальний конец острова: дескать, я живу там, далеко. Я не доверяла алеутке.

Девушка оставила эту тему, хотя и продолжала поглядывать в сторону пещеры. Моя рука по-прежнему сжимала копьё, которое я запросто могла бросить в девушку… и не бросала, хотя боялась, что она приведёт охотников.

Алеутка подошла ближе и дотронулась до моей руки. Мне стало не по себе от этого прикосновения. Сказав ещё несколько фраз, девушка снова улыбнулась и пошла к роднику напиться. В следующий миг она исчезла в кустах. Ронту даже не попробовал побежать за ней. Походка у девушки была лёгкая и совершенно бесшумная.

Я залезла в пещеру и принялась складывать вещи. У меня в запасе был целый день, потому что алеутские мужчины были заняты на промысле и не могли вернуться в лагерь раньше вечера.

К вечеру всё было собрано. Я намечала взять каноэ и провести его на западный берег острова, чтобы до отплытия алеутов спать там среди скал, в случае необходимости кочуя с места на место.

Я перенесла пять корзин вверх по лощине и спрятала их неподалёку от хижины. Смеркалось, а мне надо было сходить в пещеру ещё раз – захватить две оставшиеся корзины. Я ползком пробралась через заросли и замерла над входом в пещеру, прислушиваясь. Ронту был рядом со мной и тоже слушал. Только человек, знающий здесь каждый куст, мог бы в сумерках проскользнуть сквозь эти заросли совершенно бесшумно.

Сделав крюк, я миновала родник, снова какое-то время выждала и лишь потом направилась к пещере. У меня было ощущение, что здесь побывали посторонние. Возможно, кто-нибудь и теперь прячется в потёмках и наблюдает за мной. Ждёт, когда я войду в пещеру.

Напуганная, я не стала входить в неё, а торопливо огляделась. И тут взгляд мой упал на одну вещь. Она лежала перед входом на плоском камне, который заменял мне приступку. Это было ожерелье из никогда мною не виданных чёрных камушков.

Читать далее

Комментарии:
Написать комментарий

Комментарии

Добавить комментарий