Read Manga Mint Manga Dorama TV Libre Book Find Anime Self Manga GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Поэзия трубадуров. Поэзия миннезингеров. Поэзия вагантов
ПОЭЗИЯ ТРУБАДУРОВ 

Старопровансальская рыцарская поэзия — первая лирическая поэзия на одном из новых романских языков средневековой Европы — просуществовала около двухсот лет: первый трубадур, Гильем Аквитанский, родился в 1071 году и умер в 1127 году, а последним поэтом старой формации считается Гираут Рикьер, деятельность которого падает на 1254—1292 годы.

Блестящая старопровансальская литература, служившая в свое время, по выражению Ф. Энгельса, «недостижимым образцом» для других молодых литератур Европы и как бы воскресившая среди глубочайшего средневековья «отблеск древнего эллинства», погибла насильственной смертью. Официальным поводом для войны против южнофранцузских феодалов послужило существование на юге Франции так называемой «ереси альбигойцев», а конечным результатом «альбигойских войн» оказалось присоединение южнофранцузских земель к землям французской короны, прекращение начинавшейся консолидации самостоятельного южнофранцузского государства и уничтожение блестящей старопровансальской культуры.

Старопровансальская литература не сразу сдала свои позиции; в самом конце XIII и в начале XIV века некоторые поэты Окситании[9] Благодаря тому, что Южная Франция так и не достигла национальной консолидации, для обозначения языка, литературы и территории этого неосуществившегося государства уже начиная со средних веков употреблялись различные наименования, самыми популярными из которых были производные от латинского provincia: «провансальский», «Прованс» и т. д. Мы изберем наименования «Окситаиия» и «Южная Франция» для страны, а язык трубадуров будем называть «старопроваисальским» — во избежание смешения с ныне существующим новопровансальским языком. Географический термин «Прованс» мы употребляем в узком его значении — как название графства Прованс, входившего в состав древней Окситании.* еще пытаются следовать старой традиции, по почти все они близки к бюргерству, и их стихи — это как бы связующее звено между рыцарской куртуазной поэзией и религиозно-назидательными поэмами трубадуров-бюргеров, основавших в 1323 году в Тулузе «Консисторию веселой науки», призванную поощрять усилия поэтов, прославляющих деву Марию. Разумеется, творчество этих поэтов-эпигонов не имеет ничего общего с блестящей поэзией предшествующего периода. Поэтому ограничение раздела поэзии трубадуров в настоящем томе БВЛ хронологическими рамками конца XI—конца XIII веков методологически оправдано.

Изучение окситанской литературы началось давно. Уже в XIII веке возникла необходимость объяснить творчество поэтов предшествующего времени современникам, незнакомым с обстоятельствами их жизни, в связи с чем появились «биографии» и «комментарии». Современная наука скептически относится к этим толкованиям, особенно в той их части, которая касается любовных приключений поэтов; некоторые ученые даже считают «биографии» и «комментарии» результатом сознательного художественного творчества, своего рода новеллами. Но уже давно отмечено, что конкретные биографические сведения (место рождения, дружеские связи поэта, его связи с покровителями и т. п.), содержащиеся в «жизнеописаниях» трубадуров, подтверждаются вполне достоверными документами. К тому же эти полубеллетристические произведения могут служить драгоценным свидетельством быта и литературных вкусов эпохи, когда старо- провансальская поэзия еще существовала как поэзия живая, и могут иной раз облегчить понимание ее весьма трудных текстов.

Важным этапом изучения старопровансальских текстов была работа итальянских комментаторов эпохи Возрождения, которые, быть может, мало отличались от авторов старопровансальских «биографии» с точки зрения методологии, но многое сделали для сохранения литературного наследия трубадуров. У некоторых итальянских гуманистов XVI века можно отметить попытки нового, научного подхода к окситанскому материалу, но, по целому ряду причин, их замыслы не были реализованы. Переворот в развитии провансалистики совпадает с общим прогрессом в области филологических наук в начале XIX века, когда, собственно, и были заложены основы романской филологии. Работы Ренуара и Форнеля во Франции, Дица в Германии надолго предопределили дальнейший ход исследований; монументальная двухтомная работа А. Жанруа, вышедшая в 1934 году, которую иногда называют «библией провансалисгов», ничего принципиально нового по сравнению с трудами Дица и Форнеля не содержит.

Следует особо остановиться на весьма интересной теории, родившейся в конце XIX века в связи с публикацией диссертации Л. Жанруа «О происхождении французской лирики». В рецензии на эту работу Г. Парис отметил, что материалы, собранные автором, подводят к совершенно определенному выводу: древняя лирика Франции родилась из фольклорных песен-плясок, связанных с майскими праздниками. Теория Жанруа — Париса о фольклорном происхождении старофранцузской и старопровансальской поэ- лиц долгое время пользовалась широким распространением в пауке. Однако, когда в XX. веке в западной фольклористике ярко проявились антидемократические тенденции и стало хорошим тоном отрицать влияние народных масс на развитие литературы, теория эта стала одиозной для буржуазных критиков. Кроме «фольклорной теории», в дальнейшем получили распространение теории, возводившие истоки окситанской поэзии к классической латинской, арабской и латинской средневековой литературам.

В настоящее время на Западе в ряде работ делаются попытки истолкования старопровансальских текстов в структуралистском плане, а также в духе философии экзистенциализма; встречаются и отдельные грубо-социологические работы, содержащие элементы неоправданной модернизации.

Рассматривая поэзию трубадуров с марксистских позиций, правильным было бы истолковать ее как художественное отражение «величайшего нравственного прогресса» (Энгельс), связанного с появлением индивидуальной половой любви, всему прежнему миру неизвестной. Эта первая в истории форма индивидуальной половой любви была, в силу исторических причин, враждебна феодальному браку.

Если в эпоху Возрождения и позднее, в XVII и XVIII веках, знакомство со старопровансальской поэзией было привилегией отдельных лиц, то начиная с первой четверти XIX века литература древней Окситании становится достоянием «читающей публики», объектом переводов и подражаний. Во Франции, Италии и Германии с давних пор имеется большое число антологий трубадуров, часто — двуязычных, на языке оригинала и в переведе. В последнее время увеличилось число таких изданий в Англии и США.

В России стихи трубадуров переводили К. Батюшков, А. Майков, А. Блок, Ф. де ла Барт, А. Сухотин и другие. Однако сколько-нибудь значительного собрания старопровансальских текстов до настоящего времени на русском языке издано не было. Публикуемые в настоящем томе переводы Валентины Дынник выполнены специально для «Библиотеки всемирной литературы». Эти переводы воспроизводят сложную систему рифм и строфики трубадурских текстов; издававшиеся до сих пор за рубежом антологии переводов трубадурской поэзии на другие европейские языки этого принципа не соблюдали. 

БЕ3ЫМЯННЫЕ ПЕСНИ

«Все цветет! Вокруг весна!..» — Стихотворение представляет собой образец древней фольклорной песни, связанной с пляской, а может быть, даже с драматизированной игрой, во время которой из хоровода подданных «королевы весны» изгонялся скучный «старый король», символизировавший одновременно и зимнюю стужу, и нелюбимых старых мужей. Как раз эта анонимная песня-пляска в свое время приводилась в качестве доказательства связи древнейшего пласта старопровансальс.кон .лирики с весенними обрядами.

«Я хороша, а жизнь моя уныла...»—Песня, близкая к фольклорному жанру так называемых «песен о несчастливом замужестве». Гастон Парис приписывал также и этому жанру большую роль в генезисе куртуазной лирики, хотя и воспринимал мотив несчастливого замужества как чисто обрядовый, «игровой» элемент, не имеющий никакой связи с реальной жизнью.

«Отогнал он сон ленивый...» — «Альба», или «песнь рассвета», также относится к числу жанров, близких к народной поэзии. Ситуация, рисуемая альбой, характерна для рыцарской любви. Феодальный брак был откровенной политической сделкой: принимались во внимание интересы сюзерена, интересы содружества вассалов, но никак не личные чувства будущих супругов. Поэтому «первая появившаяся в история форма половой любви, как страсть, и притом доступная каждому человеку (по крайней мере из господствующих классов) страсть, как высшая форма полового влечения,— что и составляет ее специфический характер,— эта первая ее форма, рыцарская любовь средних веков, отнюдь не была супружеской любовью. Наоборот. В своем классическом виде, у провансальцев, рыцарская любовь устремляется на всех парусах к нарушению супружеской верности, и ее поэты воспевают это. Цвет провансальской любовной поэзии составляют «альбы» (albas), по-немецки песни рассвета. Яркими красками изображают они, как рыцарь лежит в постели у своей красотки, чужой жены, а снаружи стоит страж, который возвещает ему о первых признаках наступающего рассвета (alba), чтобы он мог ускользнуть незамеченным...» (Ф. Энгельс. Происхождение семьи, частной собственности и государства.— К. Маркс и Ф. Энгельс. Собр. соч., т. 21, изд. 2-е, с. 72-73).

В публикуемых альбах говорится о тайном ночном свидании возлюбленных, которые должны будут расстаться на заре. Сетования по поводу расставания вкладываются в уста «друга», либо об этом говорит «донна». В соответствии с законами жанра, в припеве (рефрене) непременно фигурирует слово «рассвет».

«Глядя на зелень лугов...» — Стихи эти близки «песням о разлуке», бытующим у разных народов; интересен назидательный характер некоторых строк («Верность — не праздное слово...»). Голосистый гонец — жонглер, которому дама поручает спеть возлюбленному сочиненную ею песню. Жонглерами называли исполнителей поэм, в отличие от трубадуров — создателей поэтических текстов. Жонглеры должны были уметь исполпять длинные эпические произведения, дрессировать животных, демонстрировать различные фокусы. Они пользовались меньшим уважением, чем трубадуры, чей статус часто приближался к статусу служилого рыцарства, не говоря уже о тех случаях, когда в качестве трубадуров выступали знатнейшие вельможи. 

ГИЛЬЕМ IX (1071—1127)

Девятый герцог Аквитании и седьмой граф Пуатье (Пейтьеу)[10] Географические наименования приводятся в той форме, в какой они вошли в науку; иногда мы даем также и старопровансальскую форму. Имена собственные мы передаем в транскрипции, приближенной к звучанию старопровансальского языка — за исключением случаев, когда соблюдение этого принципа привело бы к неблагозвучию с точки зрения русского языка., носивший имя Гильема, старейший трубадур Окситании, был одним из самых крупных феодалов юга Франции. Остроумный, смелый и жизнелюбивый, он не упускал ни одной возможности увеличить свои огромные владения; своим вольным поведением он не раз навлекал на себя гнев папы и церковников. Принимал участие в первом крестовом походе; потерпев поражение и чудом избежав смерти и плена, вынужден был в 1102 г. бесславно вернуться в родные пределы. Через 10 лет после его смерти прекратилось самостоятельное существование всего его огромного феода, который, в качестве приданого его внучки Алиеноры Аквитанской, влился во владения французских королей (1137 г.), а затем, после развода Алиеноры с Людовиком VII в 1152 г., перешел ко второму мужу Алиеноры, семнадцатилетнему Генриху Плантагенету, ставшему английским королем под именем Генриха II (1154 г.).

Поэтическое наследие Гильема IX весьма разнообразно: он оставил шесть озорных Стихотворений (одно из них, из соображений пристойности, публикуется обыкновенно только в оригинале), четыре куртуазных «кансоны» (кансона — дословно «песнь» — самый высокий жанр в поэзии трубадуров) и стоящую особняком, совершенно оригинальную как по форме, так и по содержанию «покаянную песнь», публикуемую в данном томе («Желаньем петь я вдохновен...»).

Сторонники аристократического происхождения куртуазной лирики считают Гильема Аквитанского единоличным изобретателем окситанской поэзии с ее своеобразной куртуазной идеологией и терминологией; сторонники фольклорного происхождения этой поэзии резонно возражают, что герцог Аквитанский мог быть первым поэтом, творчество которого было записано и избежало забвения, ставшего уделом творений многих менее знатных поэтов. Так или иначе, при современном состоянии наших знаний, имя Гильема Аквитанского открывает список старопровансальских поэтов и знаменует таким образом переход от анонимной поэзии к осознанному личному творчеству.

«Желаньем петь я вдохновен...» — Пуату — область средневековой Франции, с главным городом Пуатье; по современному административному делению соответствует департаментам Вандея, Де-Севр и Вьенна. Старейшая часть владений графов Пуатье. Лимузен — область средневековой Франции, также входившая в феод Гильема IX. Соответствует современным департаментам Коррез и Верхняя Вьенна; главный город — Лимож. ... а сыну суждена ...— Сын поэта, будущий Гильем X Аквитанский, родился в 1099 г. и умер в 1137 г. Фолькон Анжерский — представитель знатной семьи графов Анжуйских, ближайших северных соседей Пуату; состоял в родстве в Гильемом Аквитанскйм. Отныне мне не даст утех ...— Существует мнение, что Гильем IX создал это стихотворение в 1111 или 1112 г., во время тяжелой болезни. 

СЕРКАМОН (ВТОРАЯ ТРЕТЬ XII в.)

Серкамон — буквально «Странствующий по свету»; это прозвище говорит о принадлежности поэта к «жонглерам». Автор семи стихотворений, в том числе двух куртуазных кансон, одна из которых публикуется в наст. томе.

«Ненастью наступил черед...» — Поэт начинает свою кансону не с «весеннего запева», а с описания осени, которая больше соответствует его невеселым думам. Интересны антитезы в описании психологических переживаний, связанных с чувством любви: «томленье... веселит», «счастлив... среди невзгод», «прост... сановит» и т. д. В дальнейшем антитетическое построение речи станет одной из особенностей поэтического стиля трубадуров. Эта изящная кансона пользовалась большим успехом. 

МАРКАБРЮ (ГОДЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ — 1130-1148)

Жонглер и наемный воин родом из Гаскони. Как поэт Маркабрю был одним из ранних представителей «темного», герметического стиля (trоbar clus): по его собственному горделивому признанию, он сам себя не всегда понимал. В современном литературоведении распространены самые разноречивые толкования творчества этого талантливого и плодовитого трубадура: одни считают его плебеем и врагом куртуазии; но мнению других, он один из основателей куртуазной поэтики; третьи считают его певцом супружеской любви; четвертые видят в нем религиозного поэта, певца любви к богу.

«Встретил пастушку вчера я...» — Публикуемое стихотворение — «пасторела», диалогизированное произведение, в котором описывается встреча поэта (или рыцаря) с пастушкой. Давно отмечено, что старопровансальская пасторела демократичнее севернофранцузской. Пастушка в стихотворении Маркабрю блестяще открывает портретную галерею умных и стойких героинь южнофранцузских пасторел. Сходные жанры встречаются в фольклоре ряда пародов.

«В саду, у самого ручья...» — Прекрасный образец средневекового «романса», небольшого лиро-эпического произведения, и котором повествование ведется от первого лица. Героиня поэмы горько жалуется на разлуку с возлюбленным, ушедшим на Восток с армией крестоносцев: она ропщет на бога («... не за тебя ль идет война? ») и проклинает французского короля Людовика VII, бывшего одним из вождей крайне неудачного и потому крайне непопулярного второго крестового похода (1147—1149 гг.). 

ДЖАУФРЕ РЮДЕЛЬ (СЕРЕДИНА XII в.)

С именем этого поэта связана одна из самых популярных легенд о возвышенной любви трубадуров. В старинной «биографии» поэта читаем: «Джауфре Рюдель де Блая был очень знатный человек — князь Блаи. Он полюбил графиню Триполитанскую, не видав ее никогда, за ее великую добродетель и благородство, про которые он слышал от паломников, приходивших из Антиохии, и он сложил о ней много прекрасных стихов с прекрасной мелодией и простыми словами. Желая увидеть графиню, он отправился в крестовый поход и поплыл по морю». На корабле знатный трубадур заболел, и его умирающего привезли в Триполи. «Дали знать графине, и она пришла к его ложу и приняла его в свои объятия. Джауфре же узнал, что это графиня, и опять пришел в сознание. Тогда он восхвалил бога и возблагодарил его за то, что бог сохранил ему жизнь до тех пор, пока он не увидел графиню. И таким образом, на руках у графини, он скончался. Графиня приказала его с почетом похоронить в соборе триполитанского ордена тамплиеров, а сама в тот же день постриглась в монахини от скорби и тоски по нем и из-за его смерти» (перевод М. Сергиевского) .

Блая — город, входивший в те времена в феод графов Ангулемских. Властители Блан, так же как и некоторые другие, даже мелкие, феодалы этой области, носили несколько необычный для юга Франции титул князя. Имя Джауфре Рюдель часто встречается в этой семье. Ряд косвенных данных говорит о том, что поэт Джауфре Рюдель действительно находился на Востоке во время второго крестового похода. Таковы факты. Все остальное могло быть придумано «биографами» на основании кансои поэта, в которых говорится о его «далекой любви». В свое время Джауфре Рюдель, оставивший потомству всего шесть стихотворений, особенным успехом не пользовался; только в двух старопровансальских текстах упоминается о нем и его романтической любви. Лишь в первой половине XIX в. легенда о Джауфре Рюделе становится широко популярной: Уланд, Гейне, Суинберн и ряд других поэтов, каждый по-своему, излагают историю жизни «князя» Блаи. К началу XX в. насчитывается уже около ста литературных обработок этого сюжета. Из всех этих произведений наибольшей известностью пользуется у нас драма Эдмона Ростана «Далекая принцесса» (в переводе Т. Л. Щепкиной-Куперник — «Принцесса-греза»). Таким образом печальный Джауфре Рюдель стал, по крайней мере для массового читателя, самой типичной фигурой старопровансальской лирики.

«В час, когда разлив потока...» — Кансона начинается с традиционного описания весны или лета. Гугон — очевидно, Гуго VII Лузиньян, участник второго крестового похода, представитель знаменитого феодального рода, члены которого принимали активное участие в воине против «неверных». Потомки Гуго VII Лузиньяна основали на острове Кипре христианское государство (Королевство Кипрское), которым и правили в течение нескольких сот лет (1192—1489 гг.). Манна — по библейскому мифу, чудесная пища, волею бога падавшая с небес, чтобы насытить древних израильтян, странствовавших по пустыне; также название растения. Стих романский — то есть стих на старопровансальском языке. «Романским» называли язык трубадуров еще в XIX в. Филъолъ — имя или прозвище жонглера.

«Мне в пору долгих майских дней...» — В первой строфе — традиционный «весенний запев». Царь царей — бог. В отрепья нищего одет ...— Трубадуры часто говорят о своей готовности переносить лишения и мучения ради того, чтобы добиться свиданья с любимой.

«Наставников немало тут...» — Трубадуры нередко рассматривали свою песнь как результат «весенней радости», буйного разгула сил, охватывающего всю природу. Эта мысль часто высказывалась в «весенних запевах». Здесь, как и во второй строфе (« Забавы вешние влекут ...»), Джауфре Рюдель подчеркивает, что ему недостаточно одного весеннего возбуждения. Всех, что оттуда род ведут ...— В феодальном государстве к людям относились в соответствии с тем местом, которое они занимали в сословной иерархии. Поэтому заявление поэта, что он готов «звать сеньорами» всех жителей страны, из которой происходит возллобленная, звучало как очень сильное выражение чувства. Ревнивец .— Так очень часто в языке трубадуров именуется муж возлюбленной. Враги, клеветники, любители злословья и т. д.— люди, старающиеся разгласить тайну сокровенных чужих чувств. Напомним, что речь идет о внебрачной любви и что соблюдение строжайшей тайны было первой обязанностью влюбленного рыцаря. 

БЕРН APT ДЕ BЕНТАДОРН (ГОДЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ - 1150-1180)

Бернарт де Вентадорн — величайший поэт древней Окситании. Родился в замке Вентадорн. «Биограф» утверждает, что его отец был пекарем замка; по другой версии, хлебы пекла мать поэта, а отец был наемным воином, но, как говорит древний биограф, «чьим бы сыном он ни был, госиодь дал ему красоту, доброе и благородное сердце — качества, которые в изначальные времена давали право на родовитость,— а также разум, знания, куртуазию и красноречие». Замок Вентадорн находился недалеко от города Тюль (департамент Коррез по современному административному делению). Это был мощный феодальный замок, если судить по внушительности руин, уцелевших до настоящего времени. Наделенный красотой, благородным сердцем и талантом плебей, по словам все того же «биографа», полюбил жену владельца замка, был любим ею и счастлив, пока муж, узнавший об их отношениях, не изгнал его из своих владений. Бернарт, покинув Вентадорн, побывал в Англии, при дворе внучки первого трубадура, знаменитой Алиеноры Аквитанской, ставшей, после развода с Людовиком VII, женой короля Англии Генриха II, посетил дочь Алиеноры от первого брака, Марию Шампанскую, двор которой был крупным литературным центром того времени. Рассказ о пребывании Бернарта в Англии и Шампани подтверждается косвенными данными. Что касается причип изгнания поэта из родного Вентадорна, то, хотя автор биографии (на этот раз не аноним, а весьма известный трубадур XIII в. Ук де Сен-Сирк) и утверждает, что узнал о них из первых рук — от сына возлюбленной поэта, мы не рискуем судить о достоверности его свидетельства в этом пункте. По, каковы бы ни были обстоятельства личной жизни Бернарта де Вентадорна, песни его несомненно относятся к лучшим образцам старопровансальской лирики.

«Люблю на жаворонка взлет...» — Нарцисс — прекрасный юноша, влюбившийся в собственное отражение, бросившийся в воду и утонувший; превратился в цветок, носящий его имя (греч. миф.). Тристан — «сеньяль», то есть вымышленное имя, псевдоним, даваемый возлюбленным, друзьям или покровителям. Недавно было высказано предположение, что речь идет о знатном трубадуре Рамбауте д'Ауренга (см. ниже).

«Нет, не вернусь я, милые друзья...»— Образ рыбы, погибающей на крючке рыболова, как символ рокового характера любви встречается в ряде литератур. Слуга и друг .— Этой формуле в текстах трубадуров симметрично соответствует другая: «Дама и подруга». Прованс (здесь — графство Прованс) — в средневековой Франции область на юго-востоке, у берегов Средиземного моря; приблизительно соответствует современным департаментам Буш-дю-Рон, Нижние Альпы, Вар, частично Воклюз и Дром. Овернец — сеньяль. В данном, случае речь идет о Раймоне V Тулузском (1148—1194); почему Бернарт называет этого видного феодала Овернцем, учеными не установлено. Очей Отрада — сеньяль, относящийся к знатной покровительнице.

«Чтоб стих вдохновенно звучал...»— От глаг любопытных скрывал...— Для того чтобы обмануть соглядатаев, поэт старается навести их на ложный след; этот мотив встречается и у других трубадуров. Я Донну к отваге б призвал ...— Прославление специфической «женской отваги» — тоже один из постоянных мотивов старопровансальской поэзии. Копье смертоносно метал Пелей ...— У легендарного царя Пелся (греч. миф.) было чудесное копье, наносившее незаживающие раны. Чтобы рана зажила, нужен был вторичный удар копьем» по больному месту. Бернарт сравнивает поцелуй возлюбленной с копьем Пелея, которое и ранит и залечивает им же нанесенные раны.

«Все зеленеет по весне...» — ...Я в забытьи несвязных снов...— Многие трубадуры с удовольствием описывают свою способность отдаваться любовным мечтам, делающую их безучастными ко всему окружающему миру.

«У любви есть дар высокий...» — В этой знаменитой кансоне отписывается колдовская сила любви, преображающей весь окружающий мир так, что зимняя стужа превращается в праздник весны. Эта модификация «весеннего запева» была подхвачена многими трубадурами. Так кораблик... виден средь тумана ...— Образ корабля или ладьи как символ мятущейся души—один из самых древних образов в мировой поэзии. Тристан (или — Тристрам) — герой одного из самых знаменитых в средние века романов о трагической любви, особенно хорошо известных нам во французской и немецкой версиях. Окситанская версия романа не была найдена, но трубадуры часто упоминают о Тристане и его возлюбленной Изольде. 

ПЕЙРЕ И БЕРНАРТ ДЕ BЕНТАДОРН

«Мой славный Бернарт, неужель...» — Стихотворение представляет собой так называемую «тенсону» (от «тенсо» — буквально: «спор») —название довольно широко распространенного в старопровансальской литературе жанра, предполагающего столкновении мнении, спор с реальным или вымышленным собеседником. Собеседником Бернарта в этой теисоне был, по-видимому, Пейре д'Альвернья (см. ниже). 

ПЕЙРЕ Д'АЛЬВЕРНЬЯ (ГОДЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ — 1158-1180)

Жонглер или наемный воин родом из Альверньи (Овернь). Талантливый и своеобразный поэт, творчество которого еще не получило достаточного объяснения.

«— Соловей, прошу тебя я...» — Этот «романс» и по жанру, и по манере изложения близок к народным песням; он интересен тем, что в нем изображаются чувства влюбленной женщины, во всем подобные чувствам влюбленных мужчин. 

РАМБАУТ Д 'АУРЕНГА (ГОДЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ — 1150-1173)

Властитель города Оранжа (Ауренга), основание которого восходит еще к римским временам. Связанный родственными узами со знатнейшими семьями Прованса и Лангедока, Рамбаут д'Ауренга умер в молодом возрасте, оставив довольно большое, по трубадурским масштабам, наследие (около 40 песен). Он был одним из самых ярких и трудных поэтов Окситании, общепризнанным представителем и защитником «темного стиля».

«В советах мудрых изощрен...» — Автор дает заведомо ложные советы «влюбленным»; элемент игры, иронии, самопародии свойствен многим произведениям Рамбаута. Жонглер прекрасный —сеньяль возлюбленной поэта или дамы, которую он сделал поверенной своих любовных переживаний. В науке было высказано предположение, что речь идет об Азалаиде де Поркайраргес (см. ниже), одной из двух поэтесс, с которыми легенда связывает имя Рамбаута. Верс — обозначение строфического поэтического произведения, иногда отличного от кансоны, иногда совпадающего с ней. Рамбаут часто употребляет этот термин, когда говорит о своих произведениях. Родез родимый .— Поэт не является уроженцем Родеза, и речь идет, по-видимому, о дани уважения графине Родезской, которую он иногда упоминает в торнадах своих песен. Торнада—завершающая строфа стихотворения, в которой обыкновенно упоминаются имена покровителей, возлюбленных, друзей, жонглеров. В торнаде обычно воспроизводятся рифмы предшествующей строфы: часто торнада короче предшествующей строфы, но это не обязательно. Самый термин происходит от глагола «торнар» — «возвращаться», или «обращаться», а также «сворачиваться» (есть предположение, что конец свитка с торпадои сворачивался так, чтобы можно было прочесть имя «адресата»), В разных рукописях встречаются разные имена «адресатов». 

ГРАФИНЯ ДЕ ДИА (КОНЕЦ XII в.)

Наиболее известная из куртуазных поэтесс Окситании. Самое существование куртуазных поэтесс-женщин противоречит традиционным взглядам на куртуазную любовь, издавна утвердившимся в западной науке, поскольку теории эти предполагают, что женщина должна была быть «неприступной владычицей», далеким божеством, а никак не активной участницей дуэта любви.

По старопровансальской «биографии», графиня де Диа была замужем за Гильемом де Пуатье (речь идет о ветви графского рода Пуатье, издавна обосновавшейся в одной из юго-восточных областей Франции) и любила поэта Рамбаута д'Ауренга, «о котором и сложила много хороших несен». К сожалению, графства Диа в период жизни Рамбаута д'Ауренга не существовало, город Диа не входил во владения графов Пуатье, а реальный Гильем де Пуатье был женат на другой. Обнаружить упоминания о «графине до Диа» в документах не удалось.

« Повеселей бы песню я запела...» — ... Что нежностью Сегвина превзошла я.. .— Средневековый роман о Сегвине и Валенсе известен нам только по упоминаниям поэтов.

«Я горестной тоски полна...» — Флор и Бланкафлора — герои средневекового любовного романа, имена которых очень часто встречаются у трубадуров. Известны французская и немецкая версии этого романа. 

АЗАЛАИДА ДЕ ПОРКАЙРАРГЕС

Знатная дама, родом из Лангедока. Как показывает единственное дошедшее до нас под ее именем стихотворение, она была современницей Рамбаута д'Ауренга. Есть предположение, что именно ее он воспевал под именем Жонглера.

«Вот и зимняя пора...» — Мысль Овидия проста ...— См. Овидий. «Метаморфозы», кн. II; «Между собой не дружат и всегда уживаются плохо // Вместе величье и страсть...» (перевод С. Шервинского). Мысль о том, что благородное чувство любви недоступно «дурным богачам», часто встречается в поэзии трубадуров. Правит Донна всей Нарбонной. ..— Имеется в виду знаменитая Эрменгарда, виконтесса Нарбонская (1143—1192), которую современники характеризуют как женщину одинаково способную предводительствовать в военной экспедиции и принимать участие в обсуждении государственных дел. Ее часто выбирали арбитром в спорах между феодалами; она покровительствовала поэтам, и они воспевали ее достоинства. 

ГИРАУТ ДЕ БОРНЕЙЛЬ (1165—1200)

Хотя в одном из публикуемых в нашем томе стихотворений («Сеньор Гираут, да как же так?..») поэт выступает в качестве противника «темного стиля», его собственное творчество отнюдь не легко для понимания. «Это был человек низкого происхождения,— говорит «биограф»,— но знающий и умный. И был он самым лучшим из всех предшествующих и последующих поэтов, за что его и назвали «магистром трубадуров»., да и теперь еще его так называют все те, кто разбирается в искусных, хорошо сложенных речах, касающихся любви или мудрости». Тот же источник утверждает, что зимой поэт «предавался занятиям», а лет,ом посещал дворы своих покровителей в сопровождении двух жонглеров, исполнявших его песни. «Он не был женат, и все, -что зарабатывал, отдавал своим бедным родственникам или церкви города, в котором родился...» Родиной поэта был город Эксидейль близ Периге (Перигор). Сирвенты (сирвента, или сирвентес,— стихотворение, затрагивающее общественно-политические темы) Гираута де Борнейля дышат высоким моральным чувством, и, вероятно, поэтому Данте называл его «поэтом справедливости».

«—Молю тебя, всесильный, светлый бог...» — этой альбе вместо традиционного стража фигурирует друг рыцаря, всю ночь горячо молившийся богу о спасении друга (или друга и его возлюбленной). Альба пользовалась большим успехом в свое время. По-русски неоднократно публиковалась в стихотворном переводе Ф. де ла Барта.

«—Увы мне!—Что с тобою, друг?..» — Описание робости влюбленного часто встречается в песнях трубадуров. В данном случае автор прибегает к тенсоне.

«Когда порою зуб болит...» — Я руку простираю ,— Образ пойманного сокола символизирует победу над возлюбленной. Метафора эта восходит к древнейшему сопоставлению любви с охотой. 

ГИРАУТ ДЕ БОРНЕЙЛЬ И ЛИНЬЯУРЕ

Линьяуре — сеньяль Рамбаута д'Ауренга (см. выше). 

АРНАУТ ДЕ МАРЕЙЛЬ (КОНЕЦ XII в.)

Родом из Марейля (Дордонь). По «биографии», вначале был клириком (лицом духовного звания), затем стал поэтом. Пользовался покровительством короля Альфонса II Арагонского и властителя Монпелье Гильема VIII.

«Нежным ветерка дыханьем...» — Елена — дочь Зевса и Леды, отличавшаяся необычайной красотой; ее похищение троянским царевичем Парисом послужило причиной Троянской войны (греч. м и ф.). Миф о Троянской войне был известен трубадурам.

«Вас, Донна, встретил я,— и вмиг...» — Публикуемое стихотворение является образцом особого жанра трубадурской поэзии— любовного послания (saint d'amor). Портрет возлюбленной в послании Арнаута является одним из немногих подробных описаний женской красоты в старопровансальской поэзии. Строгая строфическая кансона не допускала такого рода детализации. Яркое и подробное описание ночных грез влюбленного также стало одним из постоянных мотивов нестрофического «любовного послания». 

БЕРТРАН ДЕ БОРН (УМЕР В 1210 г., ГОДЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ — 1181-1194)

Рыцарь, владевший совместно с братом укрепленным замком Альтафорт (в наст, время небольшой городок Отефор в Дордони). Данте хвалит его как талантливого поэта, певца войны («О народном красноречии», II, II, 9), говорит о его щедрости («Пир», IV, XI, XIV), подвергает его тягчайшему наказанию за грехи среди «злосоветчиков» в восьмом круге ада: окситанский поэт предстает, держа свою отсеченную голову в руке, «как фонарь» («Божественная Комедия», Ад. XXVIII, 118—122). За что такая впечатляющая кара? По старопровансальской легенде, владелец Отефора играл решающую роль в политических событиях своего времени и был чуть ли не единоличным виновником кровавой междоусобицы, разыгравшейся во французских владениях английской королевской семьи Плантагенетов. Реальные события, однако, складывались иначе. Сын Генриха II Плантагенета Ричард (в дальнейшем Ричард I Львиное Сердце) был наделен еще при жизни отца большими владениями во Франции, а его старший брат — Генрих (так называемый «Молодой король») номинально носил титул наследника престола, но считал себя обделенным реальной властью и материальными благами по сравнению с братом и поэтому поднял против него оружие. Король Генрих II вступился за Ричарда. Таким образом, к соответствии с феодальными правами, брат выступил против брата, а сыновья, с оружием в руках, боролись против отца. Бертран де Борн был в числе тех южнофранцузскнх рыцарей, которые приняли сторону «Молодого короля». Как талантливый поэт, он очень ярко отразил идеологию мелкого рыцарства, всегда готового взяться за оружие и вынужденного, в силу экономических условий, жить войной, но он отнюдь не был единственным носителем этой идеологии. Его творчество как раз и интересно потому, что в наиболее талантливой форме выражает взгляды и чувства той части феодального класса, к которой он принадлежал. После весьма бурной жизни Бертран де Борн ушел в монастырь, где и умер в 1210 г.

«Мила мне радость вешних дней...» — Известнейший сирвентес поэта. Александр Блок дал яркий стихотворный пересказ I, II и IV строф этой поэмы в качестве песни первого менестреля в своей драме «Роза и Крест» (д. IV, сц. III). Вот эти строфы: 

Люблю я дыханье прекрасной весны

И яркость цветов и дерев;

Я слушать люблю средь лесной тишины

Пернатых согласный напев

В сплетенье зеленых ветвей:

Люблю я палаток белеющий ряд,

Там копья и шлемы на солнце горят,

Разносится ржанье коней,

Сердца крестоносцев под тяжестью лат

Без устали бьются и боем горят.

Люблю я гонцов неизбежной войны,

О. как веселится мой взор!

Стада с пастухами бегут, смятены.

И трубный разносится хор

Сквозь топот тяжелых коней!

На замок свой дружный напор устремят,

И рушатся башни, и стены трещат,

И вот — на просторе полей —

Могил одиноких задумчивый ряд,

Цветы полевые над ними горят.

Люблю, как вассалы, отваги полны,

Сойдутся друг с другом в упор!

Их шлемы разбиты, мечи их красны,

И мчится на вольный простор

Табун одичалых коней!

Героем умрет, кто героем зачат!

О, как веселится мой дух и мой взгляд!

Пусть в звене щитов и мечей

Все славною кровью цветы обагрят,

Никто пред врагом не отступит назад! 

Среди подготовительных работ А. Блока к драме сохранился полный перевод текста этого стихотворения в прозаической форме. Песнь Бертрана де Борна упоминается — или частично цитируется в русском переводе — в большом количестве учебных пособий и работ по французскому средневековью. Наиболее известен неоднократно публиковавшийся перевод А. Сухотина. Отметим, что в публикуемом нами переводе Валентины Дынник исправлена смысловая ошибка, встречающаяся не только в русских, но и во французских, немецких и других переводах. У А. Сухотина, например, конец стихотворения звучит так: «Бароны! жить войною // Завидней, чем своих домов // Закладом, сел и городов». Этого в оригинале нет.

«Наш век исполнен горя и тоски...» — Поэма представляет собой плач на смерть Молодого Короля (Генриха II Плантагенета), скончавшегося от болезни в г. Мартеле (департамент Лот), в самый разгар борьбы против объединенных сил брата и отца. Восхваление умершего входит в число «общих мест» плача как жанра. Следует заметить, что «Молодой король» пользовался очень большой популярностью в Окситании и стал героем многочисленных легендарных рассказов, донесенных до нас авторами ранних итальянских новелл (конец XIII- начало XIV в. и позднее).

«Люблю, чтоб под старость отдавали...» — Понятие «молодость» является одним из ключевых понятий идеологии трубадуров. Куртуазная идеология, по-видимому, сложилась под влиянием настроений самой многочисленной и самой необеспеченной части феодального сословия, которую составляли младшие сыновья крупных феодалов, мелкие рыцари, наемные воины, поэты, чье положение приближалось к положению служилого рыцарства. Это была одновременно и возрастная п социальная прослойка, и потому понятия «молодость», «молодой» получили широкий идейный смысл и совпали с понятиями «благородство», «благородный», а их антиподы—«старость» и «старый» слились с моральными понятиями «подлый», «подлость». Поэтому сирвентес, прославляющий молодость, и превратился под пером поэта в яркое морально-назидательное произведение, бичующее «пороки века». Ричард — король Ричард Львиное Сердце.

«Я сирвентес сложить готов...» — Ожье и Берар .— Имеются в виду Ожье Датчанин и Берар де Мондидье, хорошо известные персонажи французского эпоса. Жизор — город в нормандской части старинной провинции Вексен; входил во владения англичан и часто служил предметом спора во время их борьбы с французскими королями. В настоящее время в департаменте Эр. Папиолъ — жонглер поэта. Король Филипп —Филипп II Август, король Франция с 1180 г. (умер в 1223 г.).

«Донна! Право, без вины...» — Донна, по утверждению «биографа»,— Маз де Монтаньяк из знатного рода Тюреннов. Самбелида — сеньяль неизвестной дамы. Элиза — Элиза де Монфор — дама из рода Тюреннов. Изольдиным кудрям ...— Знаменитая героиня романа «Тристан и Изольда» обладала прекрасными «золотыми» волосами . Агнеса — виконтесса де Рокакорт (Рошешуар). Аудиарда — вероятно, Аудиарда де Маламор. Лучше Всех — сеньяль Гюискарды де Бельджок. Файдида, Донна Зеркальце — сеньяли неизвестных дам. Кансона о «составной донне», в которой поэт расточает комплименты целому ряду знатных красавиц, возвеличивая вместе с тем свою собственную «возлюбленную», пользовалась очень большим успехом и вызывала подражания. 

АРНАУТ ДАНИЕЛЬ (ГОДЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ — 1180-1210)

Поэт родом из г. Риберака (департамент Дордонь). По утверждению «биографии», был сыном дворянина, но увлекся наукой (имеются в виду знания, необходимые поэтам) и стал трубадуром. Один из самых известных представителей «темного стиля». Данте называет его «лучшим ковачом родного слова». По мнению Петрарки, «его новые и прекрасные речи все еще приносят честь его родине».

«На легкий, приятный напев...» — Нет ей и доступа к раю ...— Трубадуры часто выражают кощунственную мысль, будто бы дама лишится райского блаженства за отказ в «милостях любви»; на эту тему в лирике трубадуров мы встретим множество весьма темпераментных заявлений; посмертные муки «жестокосердых красавиц» описываются и в нелирических куртуазных текстах. Тема эта получила дальнейшее развитие в Италии эпохи Возрождения у Боккаччо и Ариосто. Люцерна — город в Испании. Монкли —по-видимому, имя героя не дошедшего до нас любовного романа. Зайцев мне травит бычок ...— Поэт прибегает к парадоксу, иллюстрирующему и трудности любви, и сложность поэтического мастерства. 

МОНАХ ИЗ МОНТАУДОНА (ГОДЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ — 1180-1213)

По сведениям «биографа», был монахом в Орильяке (департамент Канталь), затем приором в Монтаудонском монастыре, местоположение которого не установлено. Оба стихотворения принадлежат к жанру «фиктивной тенсоны» (разговор или спор с воображаемым собеседником).

«Давеча я в рай ходил...» — Король.— Речь идет о Ричарде Львиное Сердце (царствовал с 1189 по 1199 г.). Олерон — остров на реке Шаранте; входил в состав владений Ричарда Львиное Сердце. Стерлинг — расчетная денежная единица и Англии. После в плен король попал ...— Намек на события, хорошо известные современникам. В 1191 г., перед концом третьего крестового похода, Ричард Львиное Сердце, один из самых активных его участников, отправился на родину инкогнито почти без охраны. Он был опознан, схвачен и более года томился в тюрьме в Австрии, затем в Германии. Чтобы выкупить из плена своего неосмотрительного монарха, английский народ вынужден был выплатить тяжелый специальный налог. Акра — крепость в Сирин, завоеванная крестоносцами в 1191 г. Важная портовая база во время крестовых походов.

«Я к господу как-то попал...» — Изобличаемое в этом стихотворении употребление косметических средств воспринималось в средние века и вплоть до эпохи Возрождения, во-первых, как обман, во- вторых, как нарушение прерогатив господа бога — см. у Шекспира слова Гамлета: «Слышал я и про ваше малевание вполне достаточно; бог дал вам одно лицо, а вы себе делаете другое...» (акт 111, сц. 2). Жена Монфора — Элиза де Монфор— (см. выше, прим.). Эта «фиктивная тенсона» дается с некоторыми сокращениями ввиду непристойности оригинала. 

ФОЛЬКЕТ ДЕ МАРСЕЛЬЯ (ГОДЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ— 1180-1195)

Сын богатого генуэзского торговца, ставший придворным поэтом марсельского княжеского двора. В 1195 г. постригся в монахи. Во время альбигойских войн был епископом Тулузы и прославился как жестокий гонитель «еретиков». Современники рассказывают, что, когда во время пира жонглеры начинали исполнять какую-либо из сочиненных им ранее «суетных песен», Фолькет в знак раскаяния закрывал лицо и во все время трапезы не вкушал ничего, кроме хлеба и воды. Умер в 1213 г.

«Надежный Друг, скажи, знаток...» — Тенсона между Фолькетом и «Надежным Другом» (неизвестно, кто скрывался под этим сеньялем) относится к числу тех «греховных» произведений, в создании которых впоследствии так раскаивался поэт. Гауселъма — лицо неизвестное. Такого рода обращения к третьим лицам за разрешением «спора» обычны в торнадах тенсон. 

ГАУСЕЛЬМ ФАЙДИТ (ГОДЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ — 1185-1220)

Родом из Юзерша (департамент Коррез). Один из самых плодовитых и известных ноэтов своего времени. Пользовался покровительством Марии, жены Эбля V де Вентадорна (о ней см. ниже, прим. к с. 122), Бонифация Монферратского и ряда других нельмой;. По утверждению «биографий», женился на падшей женщине; был любителем вкусной еды и азартных игр. В 1202 г. принял участие в четвертом крестовом походе.

«Нет! Хватит воли морских...» — Стихотворение написано после возвращения из дальних восточных стран. Описание тягот морского путешествия, противопоставление трудностям военного похода радостей мирной жизни на родине, в веселой, культурной Окситании, осуждение несправедливостей, совершаемых под предлогом освобождения гроба господня,— темы, характерные для многих старонровансальских текстов, связанных с крестовыми походами. 

УК ДЕ ЛА БАКАЛАРИЯ (НАЧАЛО XIII в.)

Жонглер, родом из Башельри (департамент Дордонь).

«Вместо нежного привета...» — Это стихотворение — «альба на новый лад», в которой описываются муки влюбленного, проводящего бессонную ночь в одиночестве и мечтающего о рассвете, когда он сможет, но крайней мере, увидеть свою возлюбленную. Андрей .— Об «Андрее Парижском» или «Андрее из Франции» и его трагической любви к некоей французской королеве говорится в целом ряде средневековых текстов. Амелис — очевидно, образцовый возлюбленный, как и Тристан. Других упоминаний о нем мы не обнаружили. Хоть Евангельем осмелюсь // Я поклясться ...— Кощунственное использование религиозных образов и выражений — одна из характерных черт старопровансальской любовной лирики. Антиохия — город в Сирии, захваченный крестоносцами в 1098 г. 

КАСТЕЛЛОЗА

По «биографии», знатная дама из Альверньи (Оверни).

«Зачем пою? Встает за песней вслед...» — Самая Лучшая — сеньяль подруги, поверенной, а, может быть, и соперницы. Друг Славы — сеньяль возлюбленного. 

ПЕЙРЕ ВИДАЛЬ (ГОДЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ — 1180—1206)

Нет, кажется, ни одного старопровансальского поэта, чья бурная жизнь давала бы больший простор измышлениям «биографов». Влюбившись в даму, носившую несколько странное имя Волчицы, он, будто бы для того, чтобы оказать ей честь, напялил на себя волчью шкуру, за что и был избит пастухами и искусан собаками; во время пребывания в Греции он будто бы женился на племяннице греческого императора, почему и начал требовать, чтобы его жену титуловали императрицей, а его самого — императором... Лира Пейре Видаля была приспособлена и для нежных любовных напевом, и для резких политических нападок.

«Жарко издали впивая...» — Рона, Венса, Дюранса - реки, протекающие по территории средневекового графства Прованс. ... Даром песен награждая ...— Трубадуры часто говорят, что поэтами их делает любовь и, следовательно, любимая женщина.

«Жаворонок с соловьем...»— Виерна — сеньяль дамы. Предполагают, что речь идет об Азалаис, жене виконта Барраля до Бо, который покровительствовал поэту.

«Сеньор мой Драгоман, да мне б коня...» — Драгоман — покровитель поэта; о нем ничего не известно; Гвидон — лицо неизвестное. Роланд и Оливье — герои знаменитой «Песни о Роланде», образец мужества и воинской доблести. Берар де Мондидье — храбрый рыцарь и дамский угодник, фигурирующий, по крайней мере, в двух эпических поэмах. Король — здесь и далее — Альфонс II Арагонский, при дворе которого бывал Пейре Видаль; интересы Альфонса II были затронуты междоусобной борьбой окситанских феодалов. Валагьер — город в Каталонии. Граф - Раймон V Тулузский. Непостоянный Пейре Видаль то воспевал, то бранил графа Тулузского, как, впрочем, и других своих покровителей. Райньер — общий сеньяль Пейре Видали и Барраля де Во. Такие «парные сеньяли» (pseudonymes reciprocities), по-видимому, связаны с древними отношениями побратимства.

«Мила мне лета славная пора...» — Для этого стихотворения характерно повторение ключевых слов в каждой строфе, напр., мил, любовь, рад и т. д.

МАРИЯ ДЕ ВЕНТАДОРН И ГИ Д'ЮССЕЛЬ

Мария, из знатного рода Тюреннов, вышла замуж за Эбля V де Вентадорна, внука того властителя Вентадорна, в доме которого был так счастлив и так несчастлив Бернарт де Вентадорн. величайший лирик Окситании. Марию часто выбирали арбитром в тенсонах, ее воспевали поэты,— в частности, Гаусельм Файдит был самым преданным почитателем ее ума и красоты. Умерла она после 1225 г.

Ги д'Юссель делил с двумя братьями и кузеном власть над городом Юсселем (в наст, время Юссель на Сарзонне, департамент Коррез). Все четверо писали стихи. Надо думать, что феод приносил им но очень большие доходы. «У вас,— говорит братьям Гаусельм Файдит,— вместо серебряных чаш подаются любезные речи, вместо ржи и пшеницы—сирвентесы, а дорогие меха заменяются кансонами». Самым интересным из четверых был Ги, но он был человеком духовного звания, и, по словам «биографа», панский легат заставил его отказаться от поэзии. Умер около 1225 г.

«— Ужель, Ги д'Юссель, вы сполна...» — Виола — струнный инструмент, которым пользовались трубадуры и жонглеры. 

ПЕЙРОЛЬ (ГОДЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ – 1180–1225)

По сведениям «биографа», бедный рыцарь из замка Пейроль во владениях Дальфина Альвернского. Был приближенным Дальфина до тех пор, пока этот последний не заподозрил его в любовной связи со своей сестрой, знатной дамой, да к тому же мужней женой. Изгнанный из замка Дальфина, Пейроль оказался без средств и стал жонглером.

«Я велел с недавних пор...» — Эта тенсона представляет собой воображаемый спор с Любовью, которая якобы уговаривает поэта забыть о политике и вернуться к любовным песням. Пусть пред общею бедой ...— В январе 1188 г. Филипп-Август, король Франции, и Генрих II Английский обязались отправиться в крестовый поход, но через несколько месяцев вступили в вооруженный конфликт друг с другом. Маркиз — Конрад Монферратский, который после падения Иерусалима, не дожидаясь помощи, вел борьбу с войсками Саладина (султана Сирии и Египта, предводителя мусульманских войск во время третьего крестового похода). ... стен Давидовых... — Имеется в виду одно из укреплений Иерусалима. 

ГИЛЬЕМ ДЕ БЕРГЕДАН (НАЧАЛО XIII в.)

По-видимому, каталонский рыцарь из окружения Педро II Арагонского.

— «Ласточка, ты же мне спать не даешь...» — Единственное дошедшее до нас стихотворение поэта. 

ГИЛЬЕМ ДЕ КАБЕСТАНЬ (КОНЕЦ XII в.)

Рыцарь, родом из Кабестани (близ Перпиньяна). С именем этого поэта связана одна из самых романтических легенд о трагической любви, несущей смерть. Знатный барон Раймон Руссильонский, сеньор Гильема де Кабестаня,— рассказывает «биограф»,— догадавшись о любви своей жены к молодому поэту, приказал убить его, а сердце его велел зажарить и подать жене к столу. Ничего не подозревая, дама съела сердце своего возлюбленного. Когда муж показал ей голову убитого, она заявила, что никогда не осквернит своих уст никакой другой едой, и покончила с собою, бросившись с балкона. По приказу короля арагонского убийца был заточен в тюрьму, а убитые — похоронены. И долго еще рыцари окружающих областей «ежегодно отмечали годовщину их смерти, и все истинные вздыхатели и верные любовницы молились богу о спасении их душ». Старопровансальская легенда «о съеденном сердце» оставила след в литературе: Боккаччо использовал ее в одной из своих новелл. Стендаль приводит полный текст «биографии» Гильема де Кабестаня в своем знаменитом трактате «О любви».

«Я сердцем таю...» — Дары волхвов ...— Золото, ладан и миро (благовонное масло), по евангельской легенде, принесенные тремя восточными мудрецами, чтобы почтить новорожденного Христа. Раймон — друг или покровитель поэта. 

ГИЛЬЕМ ФИГЕЙРА (ГОДЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ — 1215—1245)

По «биографии», сын тулузского портного, сам некоторое время занимавшийся отцовским ремеслом. Поэтическая деятельность Фигейры, по- видимому, начинается с 1215 г., когда он покинул родной город, взятый и разграбленный войсками крестоносцев во время альбигойских войн. Пользовался покровительством Раймона VII Тулузского, затем, очевидно, направился в Италию и воспевал ФриДриха II Гогенштауфена. Антипапская сатира Фигейры является блестящим образцом гражданской поэзии.

«Сирвентес сложу...» (стр. 133).— Определить точную дату создания стихотворения затруднительно; во всяком случае, она была написана до 1229 г., когда Раймон VII Тулузский вынужден был смириться и подписать мирный договор с Людовиком IX Французским. ...Англии беспечной // Рану нанесла .— Намек на известный конфликт между папским престолом и королем Англии Иоанном Безземельным. Иоанн отказался признать архиепископом Кентерберийским Стефана Ленгтона, которого папа своею властью назначил на этот пост. Папа наложил на Англию интердикт (1208 г.), а затем (в 1212 г.) объявил Иоанна лишенным престола. Напуганный военными приготовлениями Филиппа II Августа, короля Франции, которому было поручено привести в исполнение папский приговор, Иоанн официально признал себя вассалом папы (1213 г.). ... А нам-то с вами, греки... — Поэт употребляет выражения «мы и греки», «греки и латиняне» в смысле «весь христианский мир». ... Торговлю там открыли ...— Фигейра протестует против продажи «индульгенций», то есть против прощения грехов за деньги. Как известно, продажа индульгенций будет в дальнейшем, в эпоху Реформации, рассматриваться как одно из серьезнейших нарушений христианской морали папской курией. Дамиетта — важный торговый город в Египте, был взят крестоносцами в 1219 г. По настоянию папского легата кардинала Пелагия, не дожидаясь подкреплений и не прислушиваясь к предостережениям, армия крестоносцев двинулась в путь к дальнейшим завоеваниям, была отрезана от Дамиетты и понесла огромные потери. В 1221 г. Дамиетта вновь оказалась в руках мусульман. Поэт приписывает алчности папской курии неудачи пятого крестового похода. Рим в поход повлек ...— Крестовый поход против альбигойцев является, по мнению Фигейры, братоубийственной войной. ...Людовика ты ж // Загубил.. .— Имеется в виду Людовик VIII Французский, принимавший участие в войне против южан и умерший в ноябре 1226 г., в разгар военных действий, в походе. ...звал, бесчинен, // Всех на Авиньон .— Трехмесячная осада Авиньона дорого обошлась и авиньонцам и французам, в армии которых вспыхнула жестокая эпидемия. ... Но тулузский граф ...— Имеется и виду Раймон VII Тулузский, оказывавший в это время сопротивление завоевателям. ... Чтобы вождем законным // Император стал ...— Об отношении трубадуров к Фридриху II см. также прим. к с. 149. Такому поэту, как Фигейра, должна была особенно импонировать антипапская политика Фридриха II. ... Вкупе с папой .— Имеется в виду Григорий IX, занимавший папский престол с 1227 по 1241 г. На Везье, в разбой // Зван Сито тобой ...— Безье— город в средневековом Лангедоке (ныне департамент Эро). Сито — знаменитый монастырь, основанный в 1098 г. в деревушке Сито (департамент Кот д'Ор). В 1209 г. город Безье был взят армией крестоносцев под предводительством аббата Сито Арнаута Амальрика. Известно, что, когда совестливые воины спросили у аббата, как им отличить католика от еретика, достойный пастырь ответил: «Убивайте всех! Господь отыщет своих». И руководимые рьяно выполняли распоряжение руководителя. Даже сторонник крестоносцев так рассказывает о массовой резне в Безье: «Они (крестоносцы) их всех убили... Убили и тех, что укрылись в монастыре, и, таким образом, ни крест, ни алтарь, ни распятие не смогли их защитить. Убили и священников, и женщин, и детей, так что, думаю, ни один человек оттуда не ускользнул. Пусть господь, если будет на то его воля, заберет их души в рай! Думаю, что со времен сарацинского завоевания не было столь лютых убийств, да и представить себе их было невозможно». 

ПЕЙРЕ КАРДЕНАЛЬ (1225-1272)

Самый мощный сатирический поэт Окситании, обличавший в своих пламенных сирвентесах церковников, вельмож и «дурных богачей». Родился в Пюи, главном центре средневекового Велэ (в наст, время департамент Верхняя Луара). По утверждению «биографа», вначале был клириком, а затем «прельстился тщетой мира сего» и стал трубадуром.

«Хоть клирик ядовит...» — Изенгрим .— Намек на эпизод «Романа о Лисе», в котором рассказывается, как Изенгрим (традиционное прозвище волка), прикрывшись овечьей шкурой, хозяйничал в овчарне.

«Ну вот, свободу я обрел...» — Одна из немногих любовных песен этого пламенного сатирика. В кансоне с насмешкой перечисляются описания психологических переживаний влюбленного, превратившиеся в расхожие штампы.

«Искусницы скрывать своп грешки...»  — Толедо — город в Испании. А в грабежах — бароны мастаки! — Пейре Карденаль был одним из тех немногих поэтов, кто выступал против грабежей, даже если добыча шла на нужды традиционного кланового гостеприимства.

«Всем суждено предстать на Страшный суд...» — Песнь свидетельствует о глубоком религиозном чувстве поэта и в то же время о воспринятых им еретических влияниях: мысль о «всеобщем прощении грехов», красной нитью проходящая через все стихотворение, была осуждена католической церковью как «еретическая». Апостол Петр — по католическим верованиям, «ключарь» у райских врат. Приснодева — дева Мария. Иоанн .— Речь идет об Иоанне Крестителе. 

АЙМЕРИК ДЕ ПЕГИЛЬЯН (ГОДЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ — 1195-1230)

Родился в Тулузе, в семье торговца сукнами. По утверждению «биографа», влюбился в соседку, жену тулузского горожанина, «и эта любовь научила его поэзии, так что он написал много хороших кансон». Поссорившись с мужем возлюбленной, нанес ему рану мечом и вынужден был уйти в изгнание.. Пользовался покровительством Раймона V Тулузского, Гаетопа VI Беарнского, Педро II Арагонского, семейств д'Эсте и Маласпина в Италии.

«В моей любви — поэзии исток...» — В торнаде («И в Арагон...») речь идет о покровителе поэта, короле Педро II Арагонском.

«Зря — воевать против власти Любви!» — К Фридриху ты, моя песня, плыви! — Фридрих II Гогенштауфен (род. в 1194 г., с 1211 г.— король, с 1220 г.— германский император, умер в 1250 г.). Трубадуры хорошо знали Фридриха, который почти всю жизнь провел в Италии, уделяя внимание главным образом своим итальянским владениям. Многие окситанские поэты видели в нем идеального правителя, способного обуздать феодальную анархию. 

АЙМЕРИК ДЕ ПЕГИЛЬЯН И ЭЛЬЯС Д'ЮССЕЛЬ

Собеседник Аймерпка—Эльяс, брат Ги д'Юсселя (см. выше, прим.). 

ПИСТОЛЕТА (ГОДЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ — 1195-1230)

Родом из Прованса. Вначале был жонглером Арнаута де Марейля (самая его кличка Пистолета — «письмецо» — говорит о жонглерской профессии, так как жонглеры часто выполняли функции гонцов), затем обрел самостоятельность.

«Мне б тыщу марок звонким серебром...» — В этой песне автор развивает утопические мысли и планы, тесно связанные с куртуазной идеологией южнофранцузского рыцарства (напомним, что Энгельс называл Окситанию эпохи трубадуров «дворянской республикой»). Песня Пистолеты пользовалась очень большим успехом: она дошла до пас в шестнадцати рукописях, есть французские ее переделки, сохранилась запись мелодии как в окситанских, так и во французских рукописях. 

СОРДЕЛЬ (1225—1270)

Несомненно, самый оригинальный из поэтов-итальянцев, писавших на провансальском языке, Сордель родился в небольшом селении близ Мантуи, в небогатой дворянской семье. Италию ему пришлось покинуть, по-видимому спасаясь от преследований: дело в том, что он похитил у графа ди Сан Бонифаччо его жену Куниццу да Романо. Она была сестрой страшного Эдзелино III да Романо, выделявшегося своей жестокостью даже на фоне тогдашней Италии, и предание говорит, что похищение было совершено по желанию Эдзелино и с его помощью. Покинув родину, Сордель отправился в Кастилию и Португалию, а затем обосновался на юге Франции, в Провансе, где пользовался покровительством ряда вельмож. Затем стал приближенным Карла Анжуйского (брата Людовика IX Французского), сопровождал его в походе в Южную Италию, за что был пожалован шестью замками в Абруццах. После 1269 г. следы поэта теряются. Сордель (по-итальянски «Сорделло») выведен в «Божественной Комедии» («Чистилище», VI, 61—76) среди людей, погибших насильственной смертью. Очевидно, Данте располагал сведениями, до нас не дошедшими.

«—Сеньор Сордель! Так вы опять...» — Знатная Дама, о которой идет речь,— либо графиня Гвида Родезская, либо Беатриса, графиня Прованская (жена Раймона Беренгария IV). С Блакацем вместе вам страдать! — О Блакаце см. прим. к след. стихотворению.

«Передаст эта песня под струн перезвон...» —Блакац, смерть которого оплакивает Сордель,— представитель старинной местной знати, оттесненной на второй план правившей в Провансе Арагонской династией, но сохранившей добродетели старых патриархальных времен: храбрость, любовь к поэзии, щедрость и гостеприимство. Мы не знаем имени, данного ему при крещении (Блакацы — это род); Блакац был владельцем селения Опс (в наст, время центр кантона близ Драптньяна, в департаменте Вар), покровительствовал поэтам и сам мог, в случае надобности, принять участие :в тенсоне (до нас дошла одна его кансона и шесть тенсон). Хвалебных упоминаний о нем очень много, и смерть его (между 1235 и 1239 гг.) не прошла незамеченной.

В своем плаче Сордель использует поверье, восходящее к очень древним временам и бытующее у разных народов: для того чтобы унаследовать храбрость умершего, нужно съесть его сердце. И мантуанский поэт предлагает разделить сердце Блакаца между европейскими королями, утратившими всякую доблесть. Так же как и Бертран де Борн и многие другие поэты эпохи, Сордель вовсе не является сторонником того или иного государя,— он готов воспевать доблесть совершенно беспристрастно, потому что в феодальном обществе, с его беспрерывной перегруппировкой сил, сегодняшний противник может завтра стать другом или сюзереном. В свое время плач Сорделя пользовался большим успехом и вызвал ряд поэтических откликов. Император римский — Фридрих II, который в ото время боролся против североитальянских городов, образовавших так называемую «вторую ломбардскую лигу». Центром лиги был Милан. ... Проворонил Кастилью ...— Людовик IX Французский, сын Бланки Кастильской, мог, по тогдашним законам, претендовать на наследство своего деда Альфонса III, так как прямых наследников по мужской линии не было. ... мамаша ему не велит ...— Бланка Кастильская долго правила именем своего малолетнего сына, по даже когда Людовик IX достиг совершеннолетия, он очень считался с матерью и, по-видимому, даже побаивался ее. Король англичан — Генрих III, безуспешно пытавшийся в 1230 г. вернуть утерянные Плантагенетами французские феоды. А Кастилец двойною короной венчан ...— Фердинанд III, двоюродный брат Людовика IX Французского, помимо Кастилии, полученной в наследство от их общего деда, в 1230 г. присоединил к своим землям королевство Галисии и Леона. Его мать, королева Беренгария, оказывала большое влияние на политику сына. Король Арагонский —Иаков I Арагонский, который мог считать себя ущемленным тем, что марсельцы принесли лепиую присягу Раймону VII Тулузскому и таким образом ускользнули из- под власти его двоюродного брата Раймона Беренгария IV Провансальского, на наследство которого, по тогдашним законам, он мог рассчитывать. На- варрский король .— Граф Тибо IV Шампанский в 1234 г. получил в наследство Наваррское королевство. В 1236 г. он участвовал в восстании французских феодалов, которое было тут же подавлено Людовиком IX. По-видимому, Сордель намекает на это поражение . Граф Тулузский —В результат «альбигойских войн» Раймон VII Тулузский потерял очень большую часть своих земель, что было санкционировано Парижским договором в 1229 г. Провансальский наш граф — Раймон Беренгарий IV, незадолго до этого потерявший власть над Марселем. 

РИГАУТ ДЕ БАРБЕЗЬЕУ (ГОДЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ — 1170-1200)

Барбозьеу — город недалеко от Коньяка (в наст, время в департаменте Шарант). По-вндимому, Ригаут был небогатым рыцарем.

«На землю упавший слон...» — Уже древний «биограф» отмечал пристрастие поэта к метафорам из жизни животных; метафоры эти основаны на фантастических сведениях, распространявшихся «бестиариями» (средневековыми «пособиями» по изучению животного мира). Двор Пюи .— В городе Пюи, по-видимому, время от времени собирались любители и знатоки поэзии, устраивавшие поэтические конкурсы. Поэтому слово «Пюи» стало обозначать самые эти собрания. Симон-маг — по христианским преданиям, лжечудотворец, посмевший соперничать с Иисусом Христом, за что и был посрамлен и тяжко наказан. Ригаут де Барбезьеу сравнивает свои притязании на любовь дамы с дерзостью Симона. Феникс — по сведениям «бестиариев», чудесная птица, сжигавшая себя раз в пятьсот лет, чтобы затем вновь возродиться из пепла.

«Жил в старину Персеваль...» — Персеваль — герой средневековой легенды о поисках «святого Грааля», драгоценного сосуда, в котором якобы хранилась кровь, пролитая Христом на кресте. Персеваль был излишне робок и, впервые увидев Грааль, от смущения не смог произнести ни слова, чем причинил много вреда и себе, и другим героям легенды о Граале.

ДАЛЬФИН И ПЕРДИГОН

Дальфин Альвернский — знатный вельможа, упоминания о котором встречаются в Документах с 1167 по 1235 г. На гербе его и на печати был изображен дельфин (по-окситански «дальфин»), и современники называли его Дальфином. Это не было ни титулом, ни именем, полученный при крещении: по-видимому, мы встречаемся здесь с тем же, что в Древней Руси называлось «княжое имя», то есть имя, бытующее в какой-либо знатной семье в придачу к крестному имени. К концу XII в. имя Дальфин превратилось в титул, а от титула образовалось название области, которой правили потомки и родичи старопровансальского вельможи. Так появилась средневековая провинция Дофине, аннексированная Францией в 1349 г. Тогда же титул «дофин» стал официльным титулом наследников французского престола. Дальфин Альвернский, проживший долгую жизнь, пользовался очень большой популярностью. Он поддерживал отношения с целым рядом трубадуров, и даже такой крупный поэт, как Гираут де Борнейль, считал его компетентным судьей в вопросах поэзии. Как-то он навлек на себя гнев римского папы тем, что начал нападать на монастыри с целью ограбления монастырских библиотек.

Пердигон (около 1190—1212)—сын бедпого рыбака из Леспероиа (небольшой городок, ныне в департаменте Ардеш), ставший жонглером. Пользовался покровительством целого ряда знатных лиц, начиная от Дальфина Альвериского и кончая Педро II Арагонским и Альфонсом VIII Кастильским. По некоторым сведениям — правда, по подтвержденным никакими документами,— так же как и Фолькет де Марселья, в дальнейшем изменил своим окситанским друзьям и стал ярым сторонником «крестового похода» против альбигойцев.

«— Пердигон! Порой бесславно...» — В тенсоне разбирается вопрос о том, что важнее, знатное происхождение или личное благородство. Обычно появление этой темы связывают с развитием буржуазного мировоззрения в эпоху Возрождения, приводя в качестве примера хотя бы трактат Поджо Браччолини «О благородстве». Как видно из публикуемой теисоны, трубадуры подняли этот вопрос зa две сотни лет до итальянских гуманистов. Кота-мурлыку сколь ни гладь ...— История кошки, «воспитанной в благородстве», но забывшей о высоких принципах при виде мыши,— традиционный пример, иллюстрирующий превосходство «породы» над «воспитанием». Файдит — трубадур Гаусельм Файдит (см. с. 111 наст, тома). 

ГАВАУДАН (ГОДЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ— 1195-1230)

Поэт родом из Гаваудана (Жеводана, в наст, время департамент Лозер). Принимал участие в походе против испанских мусульман. Представитель «темного стиля». 

АРНАУТ КАТАЛАН (ПЕРВАЯ ТРЕТЬ XIII в.)

О поэте известно только то, что он посещал Прованс — может быть, двор графа Тулузского — и североитальянские города (Ломбардию). Судя по имени, был родом из Каталонии. 

ПЕЙРЕ ДЕ БАРДЖАК (НАЧАЛО XIII в.)

По утверждению «биографа», рыцарь из Барджака (департамент Гар).

«К вам, моя Донна, пришел я просить...» (стр. 170).— Единственное дошедшее до нас под именем поэта стихотворение относится к жанру «комджата», то есть прощального послания. По сдержанности тона поэма Пейре де Барджака выгодно отличается от многих других «комджатов». Если вам страшно обет преступить ...— В средние века придавали очень большое значение клятвам и обетам, вплоть до самых кощунственных. 

ПЕЙРЕ РАЙМОН (1180-1225)

Сын тулузского горожанина, ставший жонглером. По-видимому, бывал в Арагоне. Безусловно, пользовался покровительством княжеских дворов Маласпина и д'Эсте в Италии.

«Знаю, как любовь страшна...» — В этой широко известной кансоне поэт использует формулу «любовь — болезнь», один из древнейших образов мировой поэзии. Ландрин и Айя — герои не дошедшего до нас средневекового романа. Алмаз — сеньяль жонглера. 

ЭЛЬЯС КАЙРЕЛЬ (ПЕРВАЯ ЧЕТВЕРТЬ XIII в.)

Родом из города Сарлата (департамент Дордонь). По утверждению «биографа», был золотых и серебряных дел мастером и «рисовальщиком гербов». Стал жонглером и в качестве такового провел несколько лет в Греции среди участников четвертого крестового похода. Затем жил в Италии, а может быть, и в Испании.

«— Сеньор Эльяс Кайрель, задать...» — Изабеллла - по-видимому, знатная итальянка из окружения Бонифация Монферратского, одного из вождей четвертого крестового похода. Иоанн — вероятно, Иоанн Каматерос, занимавший с 1109 г. престол константинопольского патриарха. Умер в 1206 г.

БЕРТРАН КАРБОНЕЛЬ (ГОДЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ — 1270-1300)

Поэт, несомненно, близкий к бюргерству.

«Господь велел, чтоб Ева и Адам...» В этом тексте Карбонель выказывает себя сторонником «ереси», официально осужденной христианской церковью: с точки зрения церкви, со времени «грехопадения» Адама и Евы все люди «зачинаются во грехе». 

ДАУДЕ ДЕ ПРАДАС (ПЕРВАЯ ПОЛОВИНА ХIII в.)

Поэт родом из Прадаса (в наст. время департамент Авейрон). Возможно, был лицом духовного звания.

«Сама Любовь приказ дает...» — Четвертая строфа этой песни («Закон Любви нарушит тот...»), вне контекста, обычно приводилась в старых русских работах в качестве единственного образца старопровансальской поэзии и в качестве доказательства «платонизма» любви трубадуров. 

КЛАРА АНДУЗСКАЯ (ПЕРВАЯ ПОЛОВИНА XIII в.)

По-видимому, знатная дама из Андузы (департамент Гар). В «биографии» поэта первой половины XIII в. Ука де Сен-Сирка упоминается о его долгом и полном драматических перипетий романе с некоей «дамой из Андузы». Предполагается, что это и была Клара Андузская. 

ГИРАУТ РИКЬЕР (ГОДЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ — 1254-1292)

Родом из старинного города Нарбонны, выходец из народа или из мелкого бюргерства. Единственный трубадур, который сам датировал свои произведения в рукописи. В течение нескольких лет воспевал окружение виконта Амальрика Нарбоннского, в дальнейшем посетил двор знаменитого Альфонса X Кастильского и, наконец, после 1279 г. нашел приют при дворе Генриха II Родезского. Гираут Рикьер много говорит об исчезновении старинной доблести и упадке поэзии. В длинной назидательной поэме, адресованной Альфонсу X, он умоляет короля установить своего рода табель о рангах для окситанских поэтов, чтобы «докторов поэтического искусства» (Don Doctor do trobar) не смешивали с самыми презренными из жонглеров. Эти претензии, может быть, еще яснее, чем жалобы, свидетельствуют о действительном упадке древней окситанской поэзии. Гираута Рикьера не без основания называют «последним трубадуром».

«Дама к другу не была...» — Благодаря этому стихотворению, старопровансальская поэтика обогатилась новым жанром - «сереной», или «вечерней песнью». Серена построена по «обратной аналогии» с альбой: в альбе возлюбленный опасается наступления утренней зари, в серене он торопит наступление ночи.

«Пора мне с песнями кончать...» .— Это стихотворение завершает творческий путь Гираута Рикьера. Оно написано в 1202 г. Нам час пришел — за ратью рать // Святую землю покидать .— Последний, по счету восьмой, крестовый поход, начавшийся в 1270 г., был цепью сплошных неудач для европейских завоевателей. Они теряли одно за другим свои владения в «святой земле». В мае 1291 г. пала Акра, последний укрепленный пункт крестоносцев. Потеря этой крепости считается заключительным эпизодом истории бесславных крестовых походов.

Таким образом, последняя песня последнего трубадура не только завершает целый период в развитии старопровансальского рыцарского общества, по и отмечает конец целой эпохи в истории европейского средневековья. 

Читать далее

Отзывы и Комментарии
комментарий

Комментарии

Добавить комментарий