Read Manga Mint Manga Dorama TV Libre Book Find Anime Self Manga GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Тарзан и люди-леопарды Tarzan and the Leopard Men
XXII. В ТИСКАХ ОПАСНОСТИ

Девушка и Старик шли, храня ледяное молчание, как будто и не были знакомы. Старик шагал впереди, и Кали-бвана бросала на него частые взгляды. Она сосредоточенно о чем-то размышляла, однако Старика в свои мысли не посвящала.

Вскоре они вышли к прелестной долине, где вился ручей. Под огромным деревом на его берегу Старик остановился.

– Здесь мы обоснуемся на время, – объявил он.

Девушка промолчала. Старик даже не поглядел в ее сторону, а тотчас принялся обустраивать стоянку.

Прежде всего набрал веток для сооружения шалаша, затем нарезал зеленых побегов, чтобы укрепить постройку.

В результате получилось нечто вроде вигвама индейцев, который он покрыл зелеными ветками и травой. С самого начала девушка помогала ему, не спрашивая ни о чем, а просто делая то же, что и он.

За все это время не было произнесено ни слова. Когда шалаш был готов, Старик стал собирать хворост для костра.

Девушка не отставала.

– Придется нам потуже затянуть ремни, – сказал он, – пока я не смастерю лук и стрелы.

И опять девушка ничего не сказала. Старик же отправился в лес искать подручный материал. Далеко заходить не стал, не желая выпускать место стоянки из поля зрения, и, добыв все необходимое, вскоре вернулся. С помощью ножа выстрогал лук, неказистый на вид, однако вполне пригодный. Затем стянул его концы гибкой тонкой лианой на манер туземцев. Работал он сноровисто, и девушка обратила внимание на его ловкие, сильные пальцы. Она незаметно наблюдала за ним, но всякий раз, когда он поглядывал в ее сторону, отводила глаза.

Ни он, ни она не подозревали, что чуть поодаль сквозь листву за ними пристально следит пара жестоких, налитых кровью глаз, близко посаженных под нависающим лбом. Мужчина продолжал мастерить оружие, а девушка – внимательно рассматривать его лицо. Она все еще чувствовала силу его объятий и жар поцелуя. Какой он сильный! В какой-то миг ей показалось, что он может сломать ее, как былинку, и все же, несмотря на тот неистовый порыв, он был по природе ласковый и нежный.

Девушка гнала подобные мысли, внушая себе, что он вел себя по-хамски. Она разглядывала его одежду, которая давно перестала быть таковой и представляла собой рваные лохмотья, державшиеся исключительно благодаря заплатам да милости божьей. И этот тип посмел обнять ее! Это ничтожество дерзнуло поцеловать ее! От одного воспоминания девушка залилась краской. Вновь принялась она разглядывать его лицо, стараясь видеть только лохматую бороду, но глаза ее невольно обнаруживали красивые черты лица. Девушка даже рассердилась на себя и, сделав над собой усилие, отвела взгляд и тут же вскочила.

– О, Боже! – вскричала она. – Глядите! Мужчина от неожиданности вздрогнул и тоже вскочил на ноги.

– Бегите! – крикнул он девушке. – Ради всего святого, Кали, спасайся!

Но девушка не стронулась с места, сжимая в руке палку, что он вырезал для нее. Мужчина также замер, держа наготове свою дубину.

На них горой вперевалку надвигалась огромная обезьяна-самец, самая крупная из всех, каких когда-либо доводилось видеть Старику.

Метнув взгляд вбок, он ужаснулся, увидев, что девушка осталась на месте.

– Кали, умоляю тебя, беги! – взмолился он. – Я не смогу с ним справиться, но постараюсь задержать, а ты должна убежать, не то он тебя схватит. Ну как ты не понимаешь, Кали? Ему же нужна ты!

Однако девушка не шелохнулась. Страшный зверь неумолимо приближался.

– Кали! – в отчаянии выкрикнул Старик.

– Вы же не бежали, когда мне грозила опасность, – напомнила она.

Он хотел было ответить, но слова его застыли на устах, ибо в тот же миг на них набросилась обезьяна. Старик ударил ее дубинкой, девушка подскочила и нанесла удар палкой. Напрасные старания.

Животное перехватило дубину, вырвало ее из рук человека и отшвырнуло в сторону. Другой лапищей оно наотмашь ударило девушку с силой, способной свалить быка, но в последний момент мужчина ослабил удар, повиснув на косматой лапе.

Обезьяна подхватила Старика, словно тряпичную куклу, и направилась в джунгли.

Шатаясь, полуоглушенная Кали-бвана поднялась на ноги и обнаружила, что осталась одна. Человек с обезьяной исчезли. Девушка громко крикнула, но никто не ответил. Она решила, что, наверное, потеряла сознание, и не могла понять, сколько времени прошло с тех пор, как обезьяна унесла Старика. Ей хотелось пойти за ними, но она не знала, куда. Ее охватил порыв догнать их и отбить мужчину, ее мужчину. Эта мысль, проникнув в сознание, ничуть не возмутила ее чувств.

Разве не назвал он ее "моя Кали" – моя женщина? Какую перемену совершило с ней это происшествие! Только что она старалась возненавидеть этого человека, выискивая любую деталь, которая могла бы внушить к нему отвращение – неумытость, всклокоченная борода, жалкие лохмотья. Теперь же она отдала бы все на свете, лишь бы вернуть его, и вовсе не потому, что нуждалась в его защите. Это было ясно, как божий день. И когда она осознала всю глубину своих чувств, то нисколько не устыдилась. Да, она полюбила его, полюбила человека в лохмотьях, безымянного бродягу!

* * *

Тарзан из племени обезьян терпеливо ожидал решения своей участи, каким бы оно ни оказалось. Он не тратил впустую силы на то, чтобы развязать прочные путы, и не предавался никчемным переживаниям, а просто лежал в обществе Нкимы, сидевшего рядом. В этом мире всегда что-нибудь да не так, думал Нкима, давно пора к этому привыкнуть, вот только себя жалко, а сегодня особенно. Вряд ли обезьянка чувствовала себя несчастнее, если бы за ней погналась пантера Шита.

День клонился к вечеру, когда чуткие уши Тарзана уловили звуки приближающихся шагов. Он услышал их прежде, чем Нкима или кто-нибудь из великих обезьян, и тихонько зарычал, предупреждая остальных. Звери тотчас встревожились, детеныши и самки сгрудились возле ощетинившихся самцов. Все насторожились, затаив дыхание.

Обезьяны нюхали воздух, но ветер дул от них и нельзя было определить, кто идет. Самцы заволновались, готовясь к немедленной битве или к мгновенному бегству.

Из леса, ступая неслышно, несмотря на громадный вес, вышла огромная фигура.

Это был Га-Ят. Под мышкой он нес человека. Зу-То зарычал. Он видел Га-Ята, но не мог распознать его запаха, а всем известно, что зрение и слух могут подвести, лишь обоняние никогда не ошибается.

– Я Зу-То, – проворчала обезьяна, обнажая острые, крепкие клыки. – Берегись!

– Я – Га-Ят, – возвестил пришелец, направляясь к Тарзану.

Почуяв запах Га-Ята, обезьяны немного успокоились, но запах человека не понравился им, привел в беспокойство, и, рыча, они двинулись вперед.

– Смерть тармангани! – зарычали животные. Га-Ят подошел к месту, где лежал Тарзан, и без лишних церемоний сбросил Старика на землю.

– Я – Га-Ят, – объявил он. – Принес тармангани. Га-Ят не видел ни одного гомангани.

Обезьяны подошли ближе, горя желанием наброситься на человека. Старику ранее не доводилось видеть такого множества великих обезьян, и он не подозревал, что они настолько огромные. Это не были гориллы, и они имели больше сходства с человеком, чем все другие обезьяны, которых Старик когда-либо видел. Ему вспомнились рассказы туземцев о волосатых людях леса, рассказы, которые он никогда не воспринимал всерьез.

Повернув голову, он увидел неподалеку лежащего на земле белого человека, связанного и совершенно беспомощного. Старик не узнал его и решил, что тот тоже пленник человекообразных обезьян.

Как они омерзительны! Слава Богу, что обезьяна схватила его, а не Кали. Бедняжка Кали! Что с нею теперь будет?

Обезьяны надвигались темной стеной. Их намерения были совершенно очевидны, и Старик решил, что ему пришел конец.

Но вдруг, к своему удивлению, Старик услышал грозное рычание, сорвавшееся с уст связанного человека, и увидел, как тот оскалил крепкие белые зубы.

– Этот тармангани собственность Тарзана, – прорычал человек-обезьяна. – Не троньте его, он мой.

Зу-То и Га-Ят принялись отгонять обезьян. Старик вытаращил от изумления глаза. Он не понял ни слова из того, что сказал Тарзан, более того, не поверил, что человек способен разговаривать с обезьянами, однако факты были таковы, что охотник был вынужден признать это вопреки здравому смыслу.

Он лежал и смотрел вслед удаляющимся косматым громадинам, казавшимся совершенно нереальными.

– Что, из огня да в полымя? – произнес вдруг на английском низкий звучный голос.

Старик метнул взгляд на говорившего. Голос оказался знакомый. Лишь теперь Старик узнал этого человека.

– Так это вы вызволили меня из заварухи в храме! – воскликнул он.

– Теперь и я вляпался в заваруху, – отозвался незнакомец.

– Вернее, мы оба, – уточнил Старик. – Как вам кажется, что с нами будет?

– Ничего, – ответил собеседник.

– Тогда зачем я им понадобился?

– Я попросил обезьяну привести сюда человека. Видимо, вы оказались первым, кто повстречался ей на пути. Я и не предполагал, что это будет белый.

– Вы послали обезьяну? Они вас во всем слушаются? Кто же вы и почему вам потребовался человек?

– Я – Тарзан из племени обезьян, и человек мне нужен для того, чтобы размотать проволоку на руках. Обезьяны не сумели.

– Тарзан из племени обезьян! – воскликнул Старик. – А я-то считал вас персонажем местных легенд!

Проговорив это, он принялся разматывать медную проволоку, которая легко поддалась.

– А что стало с белой девушкой? – спросил человек-обезьяна. – Когда вы увели ее из деревни бететов, я не смог вас догнать, поскольку меня схватили эти бесенята.

– Вы там были? Теперь мне все ясно. Значит, стреляли вы?

– Да.

– Как же им удалось схватить вас, и как вы сумели отделаться от них?

– Я затаился на дереве, но, к несчастью, подо мной обломился сук. Упав, я на минуту потерял сознание, а они тем временем связали меня.

– Так вот, значит, что за шум я слышал, покидая деревню?

– Наверное, – промолвил человек-обезьяна. – Я послал за великими обезьянами, и они перенесли меня сюда. А где теперь белая девушка?

– Мы возвращались в лагерь, когда вдруг меня схватила обезьяна, – пояснил Старик. – Девушка осталась одна в джунглях. Я должен спешить к ней.

– Я с вами. Где это произошло? В каком месте?

– Совсем недалеко, в паре миль отсюда, но я не уверен, что смогу найти.

– Тогда я сам найду, – сказал Тарзан.

– Каким образом? – недоверчиво спросил Старик.

– По следам Га-Ята. Они совсем свежие. Старик понимающе кивнул, хотя и сомневался в том, что им удастся отыскать хотя бы один отпечаток лап животного.

Освободив Тарзану руки, он принялся за проволоку на ногах. Спустя миг человек-обезьяна был на свободе и тотчас же вскочил на ноги.

– Пошли! – кинул он и стремительно направился к тому месту, откуда из джунглей вышел Га-Ят.

Старик поспешил следом, но из-за голода и усталости тут же отстал.

– Идите без меня! – крикнул он человеку-обезьяне. – Мне за вами не угнаться, а мешкать нельзя. Она там совсем одна.

– Если я вас оставлю, вы тут же заблудитесь, – возразил Тарзан. – Постойте, придумал!

Тарзан позвал Нкиму, который следовал за ними по деревьям, и обезьянка спрыгнула на плечо своего хозяина.

– Останешься с тармангани, – приказал человек-обезьяна. – Будешь показывать ему дорогу, по которой пойдет Тарзан.

Нкима запротестовал, ибо ему не было дела до этого тармангани, однако в конце концов подчинился. Старик наблюдал за тем, как они переговариваются. То, что они разговаривают друг с другом, казалось невероятным, однако иллюзия была полнейшая.

– Пойдете за Нкимой, – сказал Тарзан. – Он покажет дорогу.

С этими словами Тарзан мгновенно исчез.

* * *

Оставшись одна, девушка испытала приступ безысходного отчаяния. После недолгого периода безопасности, с тех пор, как Старик спас ее из деревни пигмеев, ее нынешнее положение казалось особенно непереносимым. Вдобавок ко всему, Кали-бвана переживала потерю ставшего ей родным человека. К ощущению опасности прибавилось также личное горе.

Она глядела на шалаш, выстроенный его руками для нее, и по ее щекам скатились две слезинки. Подняла с земли лук, который он смастерил, и прижалась губами к бесчувственному дереву. При мысли, что им уже никогда не суждено увидеться, она разрыдалась.

Кали-бвана не помнила, когда она плакала в последний раз. Она мужественно держалась перед лицом невзгод и лишений, но теперь заползла в шалаш и предалась безутешному горю.

Вечно она умудрится все напортить!

Поиски Джерри закончились впустую. Хуже того, в эти поиски оказался втянутым совершенно посторонний человек, что навлекло на него смерть, и он не первый, который погиб из-за нее. Преданный Андрайя, которого убили люди-леопарды при ее похищении, Влала, Ребега, затем еще трое воинов-бететов.

Их жизни прервались из-за упрямого отказа понять, что ее силы и возможности ограничены. Пытались же отговорить ее и белые чиновники, и офицеры в низовьях реки, но она даже слушать их не захотела. Настояла на своем, но какой ценой! Теперь она расплачивалась горем и угрызениями совести.

Так она пролежала в шалаше, терзаясь запоздалыми раскаяниями, пока не осознала тщетность переживаний и не взяла себя наконец в руки. Она внушала себе, что нельзя сдаваться, несмотря на постигший ее страшный удар. Пока что она жива, а Джерри по-прежнему не найден. Она обязана идти дальше.

Она постарается выйти к реке, с божьей помощью как-нибудь переправится, отыщет лагерь Старика и попросит помощи у его товарища. Сейчас же ей необходима еда, которая придаст ей силы, то есть мясо, без чего ей не выдержать долгой дороги. А в этом ей поможет лук, тот самый, который она прижимала к своей груди. С этой мыслью девушка встала и взяла стрелы. Еще не поздно было пойти на охоту.

Выйдя из шалаша, девушка увидела одного из тех, кого постоянно опасалась в глубине души, ибо знала, что рано или поздно встретит его. Девушка увидела леопарда.

Зверь стоял на опушке и глядел в ее сторону. Едва желтые глаза хищника заметили девушку, он тотчас припал к земле, ощерив морду в страшном оскале.

Зверь пополз вперед, поигрывая по-змеиному гибким хвостом. Леопард мог бы прыгнуть и растерзать девушку без излишних церемоний, но, судя по всему, хищник решил поиграть с ней, подобно тому, как кот забавляется с мышью.

Зверь подползал все ближе. Девушка заправила стрелу в лук. Она, конечно, понимала всю бесполезность своего жалкого оружия, однако преисполнилась решимости не отдавать свою жизнь без борьбы.

Леопард приближался. Кали-бвана пыталась угадать, когда же он прыгнет. За эти секунды перед ее мысленным взором пронеслось немало картин, но на первом плане неизменно стоял образ человека в ветхой, залатанной одежде.

И тут она увидела, как из леса за спиной леопарда выскочил белый человек высоченного роста, одетый лишь в набедренную повязку.

Человек, не колеблясь ни секунды, побежал к леопарду, который не видел его, так как глядел исключительно на девушку. Белый гигант мчался по мягкой траве совершенно бесшумными скачками, и вдруг Кали-бвана, к своему ужасу, увидела, что человек безоружен.

Леопард между тем подобрался, готовясь к смертоносному прыжку. И тут на глазах девушки человек взвился в воздух и приземлился прямо на спину страшного зверя. Ей хотелось зажмурить глаза, чтобы не видеть жуткой сцены, которая вот-вот последует, когда леопард обернется и разорвет своего неосторожного противника в клочья.

Но вдруг произошло нечто такое, что заставило девушку несказанно удивиться! Смуглое тело человека переплелось с туловищем гигантской кошки, замелькали когти, зубы, лапы, руки, пятнистая шкура слилась с бронзовой кожей, а в воздухе раздавались раскаты рычания двух жаждущих крови зверей. К своему ужасу, Кали-бвана поняла, что рычит не только леопард. Человек ни в чем не уступал зверю.

Затем она вдруг увидела, как человек вдруг вырвался из клубка тел и повлек за собой леопарда, вцепившись ему в загривок стальными пальцами. Хищник забился, вырываясь из мертвой хватки. Он уже не рычал.

Постепенно сопротивление зверя ослабело, и он, наконец, обмяк. Тогда человек освободил руку и заломил шею леопарда, на себя. Послышался хруст ломающихся позвонков. Человек бросил труп хищника на землю и на секунду склонился над ним. Казалось, он совершенно забыл про девушку. Затем поставил, ногу на мертвого леопарда, и джунгли многократным эхом подхватили победный клич обезьяны-самца.

Кали-бвана содрогнулась. Она почувствовала ледяной озноб. Ей хотелось убежать от этого страшного лесного дикаря, но тут он повернулся, и она поняла, что уже не успеет. Продолжая сжимать в руке лук, она задавалась вопросом, удастся ли ей остановить дикаря этим оружием.

Он отнюдь не походил на слабого противника.

Вдруг человек заговорил с ней.

– Кажется, я поспел вовремя, – спокойно произнес он. – Ваш друг сейчас подойдет, – добавил он, видя, что девушка боится его.

Тарзан из племени обезьян привык к тому, что внушает страх. Его побаивались многие, и потому он предполагал эту боязнь в каждом встречном.

– Опустите лук. Я вас не трону. Девушка подчинилась.

– Мой друг? – переспросила она. – Кто? Кого вы имеете в виду?

– Имени я не знаю. А у вас разве здесь много друзей?

– Только один, но он, наверное, погиб. Его утащила огромная обезьяна.

– Он жив и здоров, – заверил ее человек-обезьяна. – Сейчас он придет.

Кали-бвана, обессилев, осела на землю.

– Слава Богу! – прошептала она.

Скрестив руки на груди, Тарзан разглядывал ее. Какая она маленькая и хрупкая! Он не мог постичь, каким образом ей удалось пережить все, что выпало на ее долю. Повелитель джунглей всегда восхищался мужеством и высоко ценил отвагу, проявленную этой слабой девушкой, которая преодолела массу трудностей и после всего этого еще нашла в себе силы встретить нападающего леопарда тем жалким оружием, что валялось рядом в траве.

Вскоре из лесу послышались шаги.

Тарзан знал, кто идет. Появился Старик, задыхающийся от напряжения, но при виде девушки побежал к ней.

– Вы не ранены? – крикнул он, заметив труп леопарда.

– Нет, – ответила она.

Поведение мужчины показалось Тарзану весьма странным, как, впрочем, и поведение девушки. Он не мог знать о том, что произошло между ними перед тем, как их разлучили. Тарзан не подозревал, что творится у обоих на сердце, а Старик не знал, о чем сейчас думает девушка. Теперь, когда Старик оказался целым и невредимым, она из скромности постаралась скрыть от него свои истинные чувства.

Старик ощущал себя не в своей тарелке. Он прекрасно помнил все, что произошло между ними, в ушах его звенел ее возглас: "Я вас ненавижу"!

Вкратце рассказав девушке про то, что с ним было после того, как его утащила обезьяна, Старик стал обсуждать с Тарзаном планы на будущее. Тарзан сказал, что останется с ними, пока они не доберутся до лагеря Старика, либо же пока не доставит их к первому речному порту, но, к удивлению Старика, девушка заявила, что намерена идти в его лагерь, где организует новое сафари, чтобы продолжить поиски Джерри Джерома.

Перед тем, как стемнело, Тарзан отправился на охоту, прихватив с собой изготовленный Стариком лук и стрелы, и через некоторое время явился с мясом. Пока парочка жарила на огне свою долю, человек-обезьяна пристроился поодаль, где принялся разрывать оленину своими крепкими белыми зубами. Малыш Нкима, примостившись на его широком плече, сонно клевал носом.

Читать далее

Комментарии:
комментарий

Комментарии

Добавить комментарий