Read Manga Dorama TV Libre Book Find Anime Self Manga GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8 Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Закон притяжения
Глава 4

– Скажите ей, что я буду рада ее увидеть. И перчатки пусть наденет боксерские.

Кинофильм «Ужасная правда»

Отвечать на письма надо, дабы не прослыть невежливой особой! Надо… А если писем этих три сотни и пришли они мне на почту всего за неполных две недели?!

Я сидела за компером, пытаясь разгрести эту кучу посланий. Сначала удалила рекламные рассылки, которые все-таки просочились через барьерный фильтр. Количество писем уменьшилось на треть. Потом отсортировала их по адресатам. О! От Леды было почти шестьдесят сообщений! Отчеты об успехах восстановления душевных качеств Алберта в количестве тридцати штук. Потом следовали требования отозваться. Отписалась сразу за все, сообщила свои новости, порадовалась за Алберта.

Господин Ланге, как только в нем прорезались зачатки романтических чувств, оказывается, стал влюбляться во всех подряд. Так что Леде пришлось постоянно его приводить в исходное состояние, пока его влюбленность не обрушилась на нее саму. Подруга стала выбивать из него дурь физическими упражнениями, которые переросли в бурные спарринги по карате сетокан. Парень немного остыл, а Леда была практически готова к получению коричневого пояса. Но Алберт, будучи человеком дисциплинированным и серьезным, справился с захлестнувшими его эмоциями и теперь свои душевные порывы излагал на бумаге, самозабвенно рифмуя: кровь – любовь – морковь… и прочую чепуху.

Образцы творчества господина Ланге занимали еще четверть посланий. Первые опусы читать было просто невозможно. В них его талант не уступал Жозефининому. Последние уже имели сносные рифмы и вполне ясные мысли. Похвалила.

Несколько писем было от Эрсель. Принцесса Хельская поведала, что на балу в честь возвращения реликвии они с Джорджем засияли практически сразу, чем несказанно порадовали всех присутствующих. Особенно господина Крайслера. Свадьба будет весной, и мы приглашены.

Положим, про то, как они сияли, я узнала из вторых первых рук от самого неугомонного Джорджа, который в шторм приплыл к нам на катере с «Виллы Рос» и весь вечер изливал душу. Я тогда с радостью узнавала нового, незнакомого мне Джорджа, который из ловеласа и бабника превратился в искренне любящего мужчину. Только не свернул бы он с этой дороги. Сама ведь прибью за огненную сестру! Серфом…

Письма от Хлои и Селены сводились к одной просьбе: помочь освоить телепортацию. Мой пример их вдохновил, и они надеялись, а местами просто требовали пройти с ними курс молодого бойца!

Надо поговорить с Вольфом и оказать девчонкам такую помощь.

Ванесса интересовалась, что из ее прогнозов у нас с Его Величеством Канисом сбылось и не желаем ли мы узнать свое будущее дальше. Перечень вопросов для дальнейших расчетов прилагался.

Но больше всего меня поразили два письма. От Клотильды и от… Жозефины. Леди Звейздец поздравляла меня с бракосочетанием в песках и тонко намекала на приглашение ее на нашу свадьбу в цивилизованных условиях.

Надо подумать над ее просьбой, с Вольфом опять же посоветоваться. Клотильда конечно же стерва, но забавная… Хотя без Жозефины это будет уже не то… Колорита не будет!

Баронесса Йенч со свойственной ей прямотой спрашивала, какой подарок приготовить на нашу свадьбу. Сумма, на которую я могла рассчитывать, была очень приличная…

Она что, решила нас купить? А собственно, чего я ждала от Жозефины? Умственной деятельности или проявления элементарного такта? Это все равно что ждать снега летом.

Мысли о снеге навели меня на одну занимательную идею.

Я настрочила ей письмо с условием, что подарком и одновременно пропуском на нашу свадьбу для баронессы Йенч будет корзина настоящих живых подснежников. И напомнила ей, что ботанику я люблю и в растениях разбираюсь с детства, чтобы не надумала подсовывать нам разные тепличные цветочки. Сумеет найти зимой подснежники – прощу ей все глупости… за сообразительность или изобретательность.

Разгребла почту и с чувством выполненного долга спустилась в гостиную, где Вольф скрупулезно изучал старинную энциклопедию.

– Во-о-ольф, – присела я на подлокотник кресла и запустила пальцы в его шевелюру, – девчонки просят поднатаскать их в МГТ.

– Угу… Алекс тоже. Что-то у них там не получается. – Он отложил книгу и пересадил меня к себе на колени. – Навестить их, что ли? А? Как ты думаешь? – уткнул нос мне в плечо.

– Мм… Что-то мне во дворец идти не очень хочется, – скривила я недовольную рожицу.

– Папы боишься? – усмехнулся Вольф.

– Не боюсь. Но не хочу. Опять со свадьбой приставать начнет.


…Его Величество последовательно и настойчиво требовал от нас с Вольфом подробного обсуждения предстоящего торжества. В один прекрасный для него момент мы сдались и явились на расширенное совещание.

– Надо составить четкий график посещения мероприятий, – потребовал Бернард. – Начинать будем здесь, во дворце. Надо же их поженить по фонландским законам!

– Разумеется, – поддержал его Рихтер. – А я успею через портал в Таруту вернуться.

– Телепортом пойдем, – обрадовал его Вольфганг.

Рихтер, как человек далекий от магии, изволил побледнеть. Он недолюбливал стационарные переходы, а уж МГТ, как мне казалось, просто боялся, но виду не показывал. Разве что цвет лица у него менялся непроизвольно.

Я попыталась взбодрить его позитивными жестами и подмигиванием, но брат лишь зябко поежился и снова вступил в разговор.

Наверное, ему таким способом легче было вернуть душевное равновесие.

Король Бернард, посол Темсарии, Рихтер и Вольф еще долго обсуждали детали графика, а я задумалась над одной важной для меня проблемой. Какое будет на мне платье?

Мужчины! Им нет дела до того, что у невесты сносит голову от возникшей проблемы! Вот как я буду себя чувствовать в песках, между костров в платье со шлейфом? Или наоборот. Как будет смотреть на меня мировая общественность, если на собственную свадьбу я выряжусь в расписную хламиду? Перо еще воткнуть можно для пущей красоты в за…тылок.

Мою хмурую физиономию заметил Рихтер и с подозрением уставился на Вольфа. Но тот тоже изучал мой недовольный вид. Я не стала ждать их заботливых вопросов о самочувствии, которыми меня постоянно мучили окружающие, стоило только улыбке исчезнуть с моего лица. Хоть ходи целый день, излучая тупую радость, чтобы, не дай боги… На что они надеялись, я, конечно, догадывалась, но мне надо еще университет закончить, диплом получить. Так что пусть и не надеются. В ближайшие два года мне некогда. М-да.

– Платье. – Краткость, как известно, сестра таланта.

Вольф меня понял сразу и тоже задумался. Ри теперь с удивлением смотрел на две задумчивых физиономии.

– А что тебя беспокоит? – решил он не мучиться догадками.

– Фасон.

– Петра, мы обратимся в самый лучший дом моды! – заверил меня король Бернард. – О чем ты беспокоишься?

– О том, как я в платье от-кутюр буду себя чувствовать в Темских песках.

– О-о-о! Женщины! – простонал приемный отец, хватаясь за голову. Потом закусил указательный палец, сверкнув лукавой улыбкой. Ну еще бы! Дизайнер от бога. Сейчас придумает мне фасончик. – Есть идея! Это будет прорыв в моде! Мое имя войдет в историю!

– Оно уже там с твоего рождения, – сообщил ему сын, до сих пор не принимавший участия в споре.

– Алеард, ты не понимаешь! Это будет НЕЧТО восхитительное! Петра, я тебе потом все объясню! Не расстраивайся, доченька, папа всегда с тобой!

Ну как не любить такого монарха, который готов не только праздник организовать, но и платье капризной невесте собственноручно разработать? Я с него балдею!

Все это, конечно, здорово! Но платьем я решила заняться сама. У меня тоже была идея, которую я наглым образом позаимствовала у Селены. Надеюсь, она мне поможет.

– Давай их лучше к нам пригласим? – Я убрала отросшие вихры мужу за уши. – Хлою с Жориком, Леду с Албертом, Селену с Алексом… Картошки опять напечем.

– Приглашай, – согласился он. – Заберем их в пятницу на все выходные. Заодно про энциклопедию расскажем. Я, знаешь, что тут нашел, – и водрузил мне фолиант на колени, – на букву «сы»… Вот, смотри. Сеть!

– Сеть. Магическая сеть. Сеть порталов… Порталов?

– Читай. – На его губах блуждала такая загадочная улыбка, словно он нашел формулу вечного двигателя.

Нет, все-таки какой он у меня… лапочка… лапуля… Тьфу, слюни розово-сиропные! Совсем охлорела в замужестве! Скоро шпильки полюблю… Я в них такая высокая становлюсь… Ангидрит твою, Петра! Соберись в кучу и прекрати мыльные пузыри пускать! Читай давай! Вон муж пальцами тычет. Глазки с Его Величества опустила в книжечку и-и-и…

– Сеть порталов, природный феномен, – начала вслух, плохо понимая, что читаю, – позволяющий не только осуществлять пространственные перемещения в этом мире, но и посетить параллельные миры… – Замерла, пробежала глазами текст еще раз. – Уфф. Вольф, я правильно поняла? – повернулась к нему с замершим сердцем. – Это правда? Параллельные?!

– Переверни страницу. – Вид у Вольфа был донельзя довольный. – Там чертеж сети приведен. Его бы теперь на карту местности того времени наложить, мы бы тогда природные порталы нашли. Современные-то все искусственного происхождения, энергии сколько пожирают. А если с природными разобраться… Эх, перспектив сколько! – мечтательно закатил он глаза.

– А на современную карту наложить разве нельзя?

– Попробовать можно, но на старинную лучше. Привязки-то делались к ним. А потом уже полученные данные на современные переносить. Надо по библиотекам порыться… У Бернарда атласы какие-то старинные были.

– Были. В одном из них я письмо Мелиссы нашла.

– Да, и твою изразцовую карту надо проверить.

Я вопросительно уставилась на упертого мужа.

– Почему ты настаиваешь, что этот узор является картой? – сползла с кресла и подошла к своей неоконченной работе. – Я ничего такого не вижу!

– Если просто смотреть, то и не увидишь. – Он тоже встал и подошел ко мне. – Ты фокус смести, когда смотришь, вперед или назад. Я тогда случайно заметил, когда про Мелиссу думал. Бросил взгляд, а оно вдруг выпуклым стало!

– Что – оно? – поинтересовалась на грани раздражения, но постаралась, чтобы муж этого не заметил.

– Изображение, – спокойно объяснил опытный преподаватель неразумной студентке. – Горы по краям появились, реки…

– Вольф, какие горы? – взмолилась я. – Там всего на треть собрано было, да и то кусками!

– Петь, я не знаю, как оно было собрано, но карту я увидел четко! Ты сама посмотри! Давай.

Я покорно уставилась немигающим взглядом на изразцовое панно, честно пытаясь сместить фокус зрения. Минута, другая. Глаза заныли от напряжения. Ни-че-го!

– Расслабься, – посоветовал Вольф и в помощь мне, непонятливой, стал разминать плечи и шею.

Я решила не мучиться с неподатливым фокусом и просто отдалась во власть приятных ощущений, доставляемых руками мужа. Взгляд поплыл. Я лениво моргнула, не отводя глаз от узора, и долго не могла понять, почему он словно ожил, изменяя очертания.

– О-о-о! А-а-а! Вольф! Это же… карта…

Обернулась к нему и встретилась с его довольным взглядом.

Легкое касание губ.

– Умница. Надо только ее поскорее до конца отреставрировать, чтобы всю карту было видно.

– Теперь это вопрос чести! – воодушевленно пообещала я, пытаясь скрыть за бурными эмоциями накативший стыд. Давала ведь себе слово верить ему в любых ситуациях, а все равно подвергаю его слова сомнению. – Девчонок к этому делу подключу! А правильно мы решили в гости их позвать!

– Какая ты практичная, – усмехнулся Вольф, не замечая моего смущения. Или только делая вид.

– Это плохо?

– По обстоятельствам, – закусил он нижнюю губу.


Самая большая лекционная аудитория была так заполнена, что мест не осталось ни на лестницах, ни в дверях. Их тоже облепили жаждущие знаний студенты. Казалось, что даже за распахнутыми настежь дверями стояла толпа слушателей. Причиной такой посещаемости обычных обзорных лекций была личность докладчика, так сказать. Кроме того, ректор так разрекламировал и без того известного профессора Сарториуса, что даже заслуженные ученые Тарутуского университета не погнушались сесть за ученические парты.

Я, благодаря близкому знакомству с ректором и, может быть, благодаря своему высокому титулу, сидела на первом ряду, прямо напротив кафедры лектора. С собой мне удалось протащить только Миранду. Остальная группа уселась где-то на верхних рядах. Габриэлла по этому поводу попробовала возмущаться. По ее мнению, я и так получила от жизни слишком много, а ей не дают воплотить заветную мечту. Какую – не сказала. Но мы, ее одногруппники, и так поняли, что девушка рвется в первые ряды не столько за знаниями, сколько глазки построить молодому профессору.

Я недобро прищурилась на наглую девицу, которая практически открытым текстом заявляла права на мое, законное… Миранда заметила мой взгляд и тихо спросила:

– Петра, ты что, своего препода ревнуешь к Габи?

– Да, – нахмурилась. Не позволю каким-то там…

– Тебе не все ли равно? Ты замужем.

– Ты не понимаешь… – Я задумалась на секунду, решая, посвящать подругу в семейные тайны или нет. Все равно рано или поздно узнает, а так хотя бы не будет считать, что веду себя неадекватно. – Видишь ли, Мира…

Договорить мне не дал стремительно вошедший в аудиторию Вольф. Я даже чуть вздрогнула, испытав дежавю. Черный глухой костюм, гладко зачесанные назад волосы, спокойный взгляд карих глаз… Только на мне нет косухи и розовой юбки. И свежеоткопанный труп я не напоминаю. А так ощущения точь-в-точь как в день знакомства.

Профессор Сарториус обвел аудиторию глазами, чуть задержав взгляд на мне, поздоровался и начал лекцию. Через какое-то время с верхних рядов стали передавать записки. Эштон, секретарь ректора, назначенный в помощники Вольфу, собирал их и складывал в стопку на кафедре. Через меня прошло тоже насколько записок. От двух ощутимо пахнуло духами с феромонами.

Хм, а неплохо девушки нашего университета подготовились к лекции знаменитого профессора! Мне лично интересно: они бельишко нижнее из последней эротической коллекции «Мадам Бовари» надели? Странно, что на нашем судьбоносном конкурсе никто из соперниц не додумался пользоваться духами с феромонами. Эх, узнать бы, кто эти целеустремленные девицы, они у меня точно фенолфталеином не отделались бы! Впрочем, сама виновата. Если бы они знали, что Вольф мой муж, не стали бы так нагло навязываться. Наверное…

Я немного успокоилась, но решила не пускать все на самотек. Что я, хуже Габи? Не могу любимому учителю записку написать? С признанием… аха, чистосердечным. Наша красотка уж точно ему послание настрочила и дорогущими духами сбрызнула.

Вырвала лист из блокнота и стала думать над текстом, совершенно не обращая внимания на тему, излагаемую Вольфом. Меня больше привлекали его мимика и жесты.

Вот он рассказывает какую-то прописную истину, но преподносит ее под таким углом зрения, что банальность превращается в откровение. Улыбается довольно, чуть прищурив глаза, видя реакцию зала. Развивает тему дальше…

Я засмотрелась на мужа и очнулась лишь оттого, что в мою голову словно кто из богов вложил строчки:

Дыханье в такт. И не имеют смысла

уже слова. И лишь огонь в крови…

Дальше как отрезало.

Мира заглянула в мою записку, и бровки ее поползли вверх. Весь недовольный вид подруги говорил о том, что она категорически не поддерживает меня в моих безрассудствах. Я ей подмигнула и скосила глаза на обручальное колечко.

– Вот именно! – прочитала по ее губам беззвучное возмущение.

Хм, не поняла…

Я опять скосила глаза на кольцо, а потом о-о-очень красноречиво перевела взгляд на Вольфа. Подруга замерла с полуоткрытым ртом, переваривая только что полученную информацию.

– Сарториус? – выговорили ее губы.

Я медленно моргнула в знак согласия.

– Муж? – уточнила Мира, видимо решив проверить все до конца.

Я подумала, что надо объяснить ей все и сразу. Оторвала от листа половину и написала: «Вольфганг Сарторус, он же король Темсарии Канис, он же муж Алфеи Олмарк. Теперь все понятно?»

Миранда кивнула, с каким-то диким восторгом взирая на меня. Потом внимательно посмотрела на Сарториуса и опустила глаза в столешницу, пытаясь скрыть ехидную усмешку.

Пихнула ее в бок, мимикой спрашивая: чего это она так веселится? Подруга взяла мой листок и написала: «Габи жалко! Ты представляешь, что с ней будет, когда она узнает, что Сарториус и есть твой муж?»

Я прочитала, согласно кивнула и спрятала записку в сумочку. Мало ли кому в руки попасть может. Пододвинула к себе вторую половинку листа и стала думать, как закончить романтическое признание мужу. Вдруг озарение меня второй раз посетит? Но вместо трепетных лирических строк в голову лезла всякая ерунда.

«Я на тебе пиявкою повисла…» Нет! «С тобой мне очень сладко, а не кисло…» Фу-у! Бред какой-то! «Я в эйфории постигаю числа…» При чем тут числа?! И смысл этот самый, романтический потерялся… Хлор! Как, оказывается, трудно писать стихи! Вот сейчас как зауважаю Жозефину! Она ведь целую оду умудрилась написать, а я на четырех строчках застряла.

Хотела привлечь Миру в качестве музы-помощницы, но подруга с вдохновенным лицом слушала лекцию. Впечатлилась известием о наших взаимоотношениях? Наверное, все-таки увлеклась. Я ведь сама профессора в первый раз с открытым ртом слушала. Как бы не получить от нее зеленых каракатиц за внедрение в личное пространство, когда она ЗАНЯТА! Вздохнула печально, дописала свой стих:

Звезда любви над хижиной повисла.

Приют сердец. В нем только мы одни…

Я старалась.

Оторвала уголок у листа и с очередной транзитной запиской передала Эштону и свою. До конца лекцию слушала внимательно, с любознательностью во взоре, за что удостоилась удивленного взгляда профессора. Получается, моя бурная творческая деятельность не осталась им незамеченной.

– …на этом позвольте закруглиться. Буду рад ответить на ваши вопросы. – Вольф принял у Эштона записки и начал споро их проглядывать и сортировать. Прочитав записок десять, примерно половину он отложил в правую сторону. Вид у него при этом был несколько озадаченный. Вольф подозвал к себе Эштона, что-то ему шепнул и передал послания обратно секретарю. Поднял задумчивый взгляд. – Я не ожидал, что столько записок будут касаться… э-э-э… моей личной жизни…

Аудитория замерла в ожидании ответа. Только секретарь быстро шуршал листочками, раскладывая их по кучкам. Правая росла гораздо быстрее.

А я и не предполагала, что у меня столько потенциальных соперниц, депилятора им на голову!

Обернулась на Миру. Она покачала головой, ехидно улыбаясь, но промолчала.

– Должен сообщить всем представительницам прекрасного пола, – профессор Сарториус вид имел смущенный, если не сказать сконфуженный, – что я женат.

Дружный девичий вздох разочарования огласил аудиторию. Вольф, не давая опомниться какой-нибудь настойчивой девице, поспешно взял записку из левой кучки, и стал отвечать на научный вопрос. Я же внимательно следила за Эштоном, пытаясь определить, в какую сторону он положит мою записку. Узнала свой листочек по оторванному углу. Зря, что ли, помечала? Секретарь прочел мой опус, задумался на мгновение, перечитал второй раз, поднял на меня напряженные глаза. Я криво усмехнулась. Мне показалось, что секретарь облегченно выдохнул и положил мою записку в центр. Я удивленно подняла бровки, но мою красноречивую мимику никто не оценил. Эштон, не поднимая глаз, сортировал записки дальше. Сарториус закончил отвечать на первый вопрос и протянул руку за следующей запиской, но взгляд его остановился на той, что в одиночестве лежала в центре. Вольф прочел ее, замер на мгновение, сунул в карман и потянулся за следующей. Я не удостоилась даже его мимолетного взгляда. Вот это выдержка! Ведь точно знаю, что мои страстные признания не могли оставить его спокойным и равнодушным! И почерк мой он узнал, без сомнения.

Ответив на все вопросы из левой стопки, профессор Сарториус поблагодарил всех за внимание и стремительно покинул аудиторию. Слушатели потянулись к выходам. В коридоре нас с Мирой догнала хмурая Габи и сразу же стала предъявлять претензии.

– Почему ты не сказала, что он женат? – нахраписто так спросила, словно я ее обманывала и убеждала в обратном.

Вокруг нас тут же образовалась толпа из таких же заинтересованных, но обломанных девиц, благоухающих пресловутыми духами с этими гадкими феромонами, которые я уже люто ненавидела.

– Вы что, газовую атаку на меня решили устроить? – вместо ответа возмутилась я и демонстративно зажала нос.

– Петра, не увиливай от ответа! – продолжала прессинговать меня Габриэлла.

– Отстань от нее! – окрысилась за меня Мира. – Она что, должна была тебе биографии всех мужчин с конкурса рассказать? Вон в Сеть залезь и посмотри!

– Я смотрела, – переключилась Габи на новую собеседницу, – там написано, что холост!

Ее поддержало еще несколько недовольных голосов.

– Знаете что, леди, – обвела всех холодным взглядом, – насколько мне не изменяет память, я никому из вас обещаний не давала делиться сведениями, ставшими мне известными во время пребывания во дворце Его Величества короля Бернарда! ПАПА не одобряет излишней болтливости!

Упоминание монарха в качестве приемного отца возымело действие, и толпа вокруг меня поредела настолько, что остались только мы с Мирой и упертая Габи. Я молча кивнула ей, изображая прощание, взяла Миранду за руку и пошла прочь, чувствуя спиной злобный взгляд Габриэллы.

– Вот ведь липучка приставучая, – возмущалась рядом со мной Мира, – не доложили ей! Не проинформировали! Не довели до сведения! Ты, Петь, плюнь на нее! Не обращай внимания.

– Да я и так не обращаю, – пробубнила я себе под нос.

– Да вижу!

– Серьезно! У нас на этом хлорноватистом конкурсе такие стервочки были! Габриэлла по сравнению с ними образец доброты и дружелюбия!

– Что, козни строили? – удивилась Мира.

– Козни… – хмыкнула я, старательно приглушая сарказм. – Если бы. Покушения… обвинения… подставы…

– Расскажешь? – У подруги алчно загорелись глаза.

– Расскажу как-нибудь потом. Извини, но сейчас мне некогда.

– Почему?

– Да я панно одно старинное реставрирую из мелких кусочков. Все время на это уходит.

– Так давай помогу! – воодушевилась Мира – Пазлы – это моя страсть!

– Помню твой последний кубок, – похлопала я ее по плечу. – Далеко ты их всех… – И тут до меня наконец дошло, кто мне предлагает свою помощь! Многократная чемпионка города по собиранию пазлов! – Миранда, миленькая! Я буду тебе так благодарна! МЫ будем тебе благодарны!

– С тебя сплетни! – подмигнула подруга.

– Леди Алфея, – подхватил меня под локоток Вольф, вынырнув откуда-то сзади, – разрешите вас проводить?

– Господин профессор, – повернулась я к нему, изображая великосветскую даму, – позвольте вас познакомить с моей институтской подругой Мирандой, которая согласилась оказать мне помощь в реставрации изразцового панно! – Вольф выразил молчаливое недоумение. – Она все знает, – сообщила ему шепотом, скосив глаза на его правое запястье.

Вольф понимающе хмыкнул.

– В таком случае я очень рад знакомству, Миранда! Буду счастлив видеть вас у нас в гостях, – с достоинством поклонился он, – и до встречи!

Миранда распрощалась и оставила нас с Вольфом вдвоем.

– Я готов к исполнению твоих мечт, – доложил мне муж серьезным тоном.

– Каких? – И глазки поскромнее.

– Дыхание в такт… огонь в крови…

– Э-э-э… Я не предполагала, что так буквально…

– Поздно, голубушка! Я уже на взводе…

Читать далее

Фрагмент для ознакомления предоставлен магазином LitRes.ru Купить полную версию
Комментарии:
Написать комментарий

Комментарии

Добавить комментарий