Read Manga Mint Manga Dorama TV Libre Book Find Anime Self Manga GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Букет алых роз
9. Супруги Анохины

В том, что они не остановятся ни перед чем, не сомневался теперь и Евдокимов…

Для этой цели они выбрали одного из самых страшных, самых жестоких своих псов, который действительно не остановится ни перед чем, и приказали ему уничтожить Анохина. Убийство ни в чем не повинного ребенка должно было показать, что Анохину от его бывших хозяев пощады не будет. Было очевидно, что в Жадове не осталось ничего человеческого. Хищник до мозга костей, до самой глубины своего сердца! Он должен быть пойман и обезврежен во что бы то ни стало…

— Ну хватит, хватит, — резко сказал Евдокимов Анохину. — Возьмите себя в руки!

Евдокимов перевел взгляд на Шуру. Она стояла у стола и словно выжидала, скоро ли уйдут из ее комнаты посторонние; у Евдокимова даже сложилось впечатление, что она не столько напугана, сколько раздражена.

— Здравствуйте, товарищ Евдокимов, — произнесла она с приветливостью, мало гармонировавшей с тем, что произошло и происходило вокруг нее, и серьезно добавила: — Это хорошо, что вы приехали, теперь все будет в порядке.

Много раз, при разных обстоятельствах, приходилось Евдокимову слышать такие слова.

Вот и сейчас слова, сказанные ему этой молодой и очень простой женщиной, накладывали на него невероятную ответственность. Она совсем не знала Евдокимова, также как и он не знал ее, но в его лице она видела то, что охраняет ее покой, ее жизнь, ее благополучие. Она не сомневалась в том, что Евдокимов призван охранять ее благополучие, и, коли Евдокимов находился возле нее, она верила, что все будет в порядке.

Евдокимов ничего ей не ответил, подошел к лейтенанту милиции, писавшему протокол, пошептался с ним, и тогда тот оторвался от протокола, быстро навел необходимый порядок, выпроводил из комнаты посторонних, дописал протокол, еще пошептался с Евдокимовым и оставил комнату вслед за остальными.

Евдокимов остался с Анохиными.

— А теперь сядем и поговорим, — сказал он.

— Нет, я так не могу! — воскликнула Шура и тут же прикрикнула на мужа: — Да держи ты ее хорошо, а то руки дрожат, точно кур воровал!

Анохин и вправду как-то неуверенно прижимал к себе дочь.

— Сядь! — приказала ему Шура.

Он послушно сел с дочерью на диван.

— Вы меня извините, — сказала Шура Евдокимову и выбежала из комнаты.

Она тут же вернулась с ведром и тряпкой.

— Вы меня извините, — сказала она еще раз. — Как можно разговаривать, когда тут… — Она указала на заслеженный пол. — Вон сколько грязи нанесли. Я быстренько подмою, а уж тогда…

Она действительно очень быстро и ловко протерла сырой тряпкой крашеный пол, вынесла ведро, вернулась, расставила по местам стулья, взяла у мужа дочку, села рядом с ним на диван, и все вокруг нее снова приняло естественный и обжитой вид, точно ничего здесь и не случилось.

В ней не было ничего особенного — самая обыкновенная женщина, каких очень много, — но это деловое спокойствие, это стремление к порядку и чистоте делали ее необыкновенно привлекательной.

Евдокимов посмотрел на Анохина, который сидел, точно побитый, перевел опять взгляд на Шуру и вдруг понял, что привлекло в ней Анохина.

Неуравновешенный, не очень стойкий и даже в какой-то мере опустошенный за годы своих странствий, он в этой простенькой и неискушенной женщине черпал уверенность в своем завтрашнем дне; она была для него источником силы, которая помогала ему врастать в ту почву, где он когда-то рос, от которой был оторван и в которую ему необходимо было снова врасти.

В этой маленькой русоволосой женщине с веснушками на носу, подумал Евдокимов, заключалась та самая сила, которая позволила нашим женщинам вынести все тяготы войны, голодать и работать, растить детей и с непостижимым тер пением ждать возвращения своих мужей…

Сила жизни, которая в какой-то степени проявилась и проявлялась в Анохине, заключалась не столько в нем самом, сколько в этой самой Шурочке, которая, прибежав домой после такого страшного события, успела уже вымыть дочку протереть пол и сидела сейчас на диване и сердито посматривала на мужа. Она не успела только поплакать. Свои слезы она приберегла к ночи, когда уснет дочь, уснет муж и никто ее не увидит.

— А теперь поговорим, — сказала Шура. — Я сама-то еще толком ни в чем не разобралась.

Евдокимов взял стул и сел против дивана.

— Вам-то понятно, что произошло? — спросил он Анохина.

— Что ж тут понимать? — ответил он. — Моя песенка спета.

— Какая же это песенка? — спросила Шура.

— Да вы и петь-то еще не начинали, — сказал Евдокимов.

— Теперь Шура проклянет тот день, когда пошла за меня замуж, — печально промолвил Анохин. — Одни только заботы со мной!

— Сказал! — усмехнулась Шура. — А из-за чего же я за тебя замуж пошла?

— А из-за чего? — быстро спросил Евдокимов.

— Жалко его стало, — сказала Шура. — Беспризорный он был какой-то, один…

— Слышите? — спросил Евдокимов. — Или вы воображали, что она за героя вас приняла?

— Вот дурень! — сказала Шура.

— А вы понимаете, что произошло? — обратился Евдокимов к Шуре.

— Это из-за того, что он не стал служить тем? — спросила она.

Она пальцем указала на стену, подразумевая что-то, что осталось где-то там, далеко…

— Да, именно из-за того, — подтвердил Евдокимов. — Из-за того, что в вашем Анохине еще сохранилась совесть и он не смог стать иудой.

— Товарищ Евдокимов! — воскликнул Анохин. — Я и не хотел им стать!

— Хотели, — неумолимо сказал Евдокимов. — Но не смогли.

— Нет, он уже стал другим, — мягко сказала Шура. — Он еще боится тех, но он уже наш.

— Вот вы и воспитывайте его, — сказал Евдокимов. — Вам он больше всего должен быть обязан.

Машенька начала попискивать, вертеться; Шура каким-то очень свободным и легким движением подняла кофточку, придвинула Машеньку к своей груди, чтобы девочка не мешала разговору, и Машенька тут же к ней прильнула; Шура обнажила грудь так просто, точно в комнате не было постороннего мужчины, с таким целомудрием, что понравилась Евдокимову еще больше. Перед ним находилась действительно простая и хорошая женщина.

— Что же теперь делать? — спросил Анохин. — Вы не знаете Жадова!

— Знаю, — ответил Евдокимов. — Достаточно того, что он сделал сегодня, чтобы узнать вашего Жадова.

— Он не уедет, не выполнив задания, — сказал Анохин.

— А мы не позволим, — возразил Евдокимов. — Не думайте, это не так просто — ходить по советской земле и совершать убийства.

— Его самого убьют, если он не выполнит задания! — настаивал Анохин.

— Но ты же слышал товарища Евдокимова? — вмешалась Шура.

— А мы и его не дадим убить, — сказал Евдокимов.

— Что же делать, что же делать? — неуверенно спросил Анохин.

— А вот это другой разговор, — одобрительно улыбнулся Евдокимов. — Думаю, что об этом и хотела поговорить ваша жена.

— Конечно, — кивнула Шура. — Научите нас.

— Да в общем ничего, — сказал Евдокимов. — Мы сами последим, чтобы случаи вроде сегодняшнего не повторялись. А вам надо быть поосторожнее. Будьте побольше на людях, избегайте пустынных мест, темных переулков, занавешивайте вечером окно.

— Но ведь он будет нас выслеживать!.. — сказал Анохин с отчаянием.

— А мы его, — произнес Евдокимов.

— А если он опередит? — спросил Анохин.

— Не думаю, — ответил Евдокимов.

— А может, лучше уехать? — спросил Анохин.

— Куда?

— Не знаю. Куда-нибудь…

— Но ведь вы сами говорите, что они вас найдут всюду? — сказал Евдокимов.

— Значит, не ехать? — спросил Анохин.

— Не советую, — сказал Евдокимов.

— Да ты не сомневайся, — вмешалась Шура. — Разве у нас дадут погибнуть?!

— Вы слушайте жену, — сказал Евдокимов. — А вы, в случае чего, звоните мне, — ласково кивнул он Шуре. — И я тоже буду к вам наведываться.

Читать далее

Отзывы и Комментарии
комментарий

Комментарии

Добавить комментарий