Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Я найду тебя I'll Find You
Глава 8

Было три часа ночи. В отделении стояла тишина. Эмили зевнула. Шелли не напомнила о себе всю ночь. Эмили подозревала, что все решили: раз в палате работают два человека, то помощь ей не требуется. Хотя сама она не отказалась бы увидеть Шелли, чтобы минут пять поболтать. После своего последнего визита в палату Эмили оставила Джима одного и видела его сзади только раз, когда он выскочил в туалет. Она окликнула его и спросила, может, ей стоит понаблюдать за его пациенткой, но он лишь махнул рукой и, не оборачиваясь, покачал головой и выдал лаконичный ответ:

– Нет.

Странно. Тогда почему он все еще сидит в палате рядом с пациенткой и не удосужился выйти и помочь ей? Эмили встала со стула, решив, что заглянет к нему и спросит, не нужен ли ему перерыв, или чашка кофе, или даже подушка под голову, если он уже клюет носом. Джим мог даже лежать на другой кровати, кто его знает… Эмили это не беспокоило – ведь она этого не видела, – но она даст ему понять, что тоже не дура.

Сначала Эмили даже не заметила Джима, поскольку ожидала увидеть его стоящим у кровати или сидящим в кресле. Другая кровать оставалась пуста и была аккуратно застелена. Джим поднял голову от груди женщины, и Эмили увидела на его лице страх.

– По-моему, она не дышит!

Эмили немедленно включила верхний свет и шагнула к кровати. Положив руки на плечи женщины, громко произнесла:

– Здравствуйте! Вы слышите меня, миссис Харрис? Миссис Харрис! Вы меня слышите?

Женщина не ответила. Ни голосом, ни движением.

– Черт, – выругался Джим, стоя как статуя. – Ничего не понимаю. Я думал, с ней всё в порядке…

– Давай сюда тележку экстренной помощи, – сказала Эмили и, одновременно сняв с кровати тормоз, отодвинула ее от стены и снова закрепила.

– Где она? – спросил Джим, отчаянно оглядывая комнату, словно надеялся увидеть ее рядом с собой.

Стараясь сохранять спокойствие в голосе, Эмили нажала кнопку экстренного вызова.

– Выйди из двери, поверни налево. Она между этой и следующей палатой. Отключи от розетки и прикати сюда.

Джим пулей вылетел из палаты. Эмили сняла изголовье кровати и встала у головы пациентки. Просунув два пальца под подбородок женщины, наклонила ее голову назад и, поднеся ухо к самому рту, осмотрела ее грудную клетку. Та едва заметно поднималась и опускалась. Женщина слабо дышала.

Вынув из кармана ножницы, Эмили быстро разрезала на ней рубашку. Повязка была неповрежденной и сухой, но живот распух.

Когда вернулся Джим, она велела ему отодвинуть от кровати тумбочку и подкатить ближе каталку. Взяв из выдвижного ящика орофарингеальный воздуховод [8]Воздуховод орофарингеальный (ротовой) представляет собой трубку с физиологическим изгибом и имеет косой срез на внутреннем конце. Используется для обеспечения проходимости дыхательных путей., быстро вставила его в рот женщины и заменила носовые канюли маской с клапаном; затем присоединила трубку к кислородному крану на стене и поставила подачу на максимум. Женщина тотчас сделала еще одно слабое дыхательное усилие. Увидев это, Эмили сжала грушу, подавая ей в легкие больше кислорода.

– Джим, живо вызывай дежурного ординатора! – Она до сих пор не привыкла к этим новым наименованиям. В частной практике так называли дежурного врача, в то время как в больнице НСЗ она просто попросила бы вызвать ординатора. – И попроси анестезиолога вернуться; скажи, что у пациентки может произойти остановка сердца. А затем принеси два литра теплого раствора Хартмана и пакеты для быстрой инфузии.

Пока он еще раз выбегал из комнаты, прибыли Бэрроуз и Шелли.

– Какая от меня требуется помощь? – спросила старшая медсестра.

– Делайте ей вентиляцию легких, а я пока приготовлю дефибриллятор и вставлю еще одну канюлю. – Бэрроуз встала вместо нее у изголовья кровати. – Шелли, я не уверена, что Джим знает, где все найти. Мне нужны два нагретых пакета с раствором Хартмана и пакеты для быстрой инфузии. – Эмили подозревала, что женщине понадобится переливание крови, но пока доктор не даст добро, раствор Хартмана сможет восполнить любую кровопотерю. – И принесите заодно анализатор гемоглобина, хорошо?

Шелли кивнула и выскочила за дверь.

Раздав поручения, Эмили нажала на мониторе кнопку «Пуск», чтобы получить новые показания жизненно важных функций пациентки. Затем схватила подушечки дефибриллятора, сняла с них защитную пленку и, прилепив их, одну над правой грудью, другую под левой, включила дефибриллятор. Быстро вытащив из тележки еще один ящик, выбрала большую канюлю. Закрепив жгут выше локтя правой руки пациентки, дала руке свеситься с кровати. Как только рука сделалась фиолетовой и в локтевом изгибе начала появляться вена, вставила в нее канюлю – и тотчас обрадовалась, увидев мгновенный отток крови. Наполнив шприц физраствором, впрыснула его в канюлю, проверяя ее проходимость.

– Что тут у вас? – услышала она знакомый голос и с облегчением увидела входящую в палату Мередит.

– Слабое дыхательное усилие. Я сразу же дала ей кислородную маску. Сейчас у нее в горле стоит воздуховод, размер номер четыре. У нее также вздутый живот и тахикардия, систолическое артериальное давление восемьдесят пять. Я не знаю, как долго оно у нее такое низкое, поскольку не успела посмотреть предыдущие записи.

Взяв карту наблюдений, Мередит быстро пробежала глазами.

– Господи, ее верхнее давление ни разу не поднималось выше девяноста пяти за последние три часа! Почему вы меня не позвали?

– Я нахожусь в этой палате всего пять минут. Спросите у медбрата Лэннинга. Он пошел за раствором Хартмана.

– И это правильно; но ей нужна кровь, и как можно скорее. Для начала вольем в нее два пакета.

Быстро осмотрев женщину, особенно область живота, Мередит подошла к тележке экстренной помощи и вытащила длинную гибкую пластиковую трубку, которая проникла бы глубже в дыхательное горло пациентки, нежели уже вставленный воздуховод, позволяя воздуху свободно циркулировать, а значит, вентилировать пациента во время операции. Процедура требовала участия двух человек.

– Готовы помочь мне, Эмили?… Сестра Бэрроуз, я прошу вас найти мистера Дэллоуэя, он только что закончил во второй операционной. И заодно сообщите мистеру Дэвису о состоянии его пациентки.

Эмили кивнула, Бэрроуз тоже. В течение следующего получаса Эмили помогала Мередит, готовя и передавая необходимое оборудование. Одновременно она велела Джиму принести кровь и пронаблюдала за тем, как он на пару с Шелли проверил пакеты и поднял их на стойку капельницы. Пациентка была бледна, как смерть, и хотя ее кровяное давление стабилизировалось, общее состояние заметно не улучшилось. Что бы ни было причиной внутреннего кровотечения, его нужно было быстро обнаружить и остановить.

Швейцар в сопровождении Мередит повез каталку вместе с трубками капельниц, мониторами, портативным вентилятором и пациенткой обратно в операционную. Эмили, опустившись на пустую кровать, сделала пару глубоких вдохов. Ей было страшно подумать, что еще пара минут, и было бы поздно: женщина могла умереть. Но даже сейчас ее жизнь висит на волоске, и, пока не закончится операция, успокаиваться рано.

– Я приготовлю нам чай, – объявила Бэрроуз, сунув голову в дверь. – Медсестра Джейкобс, все ваши пациенты чувствуют себя нормально, поэтому передохните минут пять. То же самое касается вас, медбрат Лэннинг. В четыре утра – совещание в комнате для персонала.

Эмили посмотрела на часы и с удивлением осознала, что сейчас всего лишь без четверти четыре. Последние сорок пять минут показались ей вечностью. В двухместной палате остались следы чрезвычайной ситуации, повсюду валялись брошенное оборудование и инструменты. Пол с другой стороны кровати был забрызган кровью – в спешке Джим недостаточно прочно присоединил трубку к канюле.

Джим пока еще не говорил о том, что именно произошло, но ему явно требовались слова поддержки. Эмили же, исходя из собственного опыта экстренных ситуаций, решила этого не делать. Когда ее спросят, она изложит факты, а не свое мнение. Пусть сестра Бэрроуз выясняет, почему ухудшение пациентки не было замечено раньше.

Повращав плечами и мысленно встряхнув себя, она поднялась, чтобы привести палату в порядок. Начать лучше с тележки экстренной помощи: нужно пополнить запас лекарств, чтобы она снова была в любой момент готова к использованию.

Джим, последовав ее примеру, вернул на кровать изголовье. Его движения были слишком энергичными, а вздохи – слишком громкими. Он чертовски раздражал ее одним своим присутствием. Эмили сердито толкнула тумбочку. Поддон для инъекций соскользнул и упал на пол, использованные иглы и шприцы разлетелись во все стороны.

– Давай я подберу, – предложил Джим.

Но она уже стояла на коленях, игнорируя его, и собирала раскиданное.

– Просто передай мне коробку с острыми предметами.

– Я думал, с ней всё в порядке, – сказал он. – Я думал, что ты…

Эмили глянула на Джима, и тот замолчал. Осторожно уложив использованные иглы в желтую пластмассовую коробку, она обвела глазами пол: вдруг какая-то игла осталась незамеченной? И тут ее внимание привлекло нечто блестящее – в трещине, где пол соприкасался с плинтусом. Осторожно подцепив это нечто ногтем, Эмили потянула его наружу и увидела, что за ее пальцем тянется цепочка из маленьких звеньев. Чувствуя, как тревожно бьется в груди сердце, впилась взглядом в находку. Браслет. Она нашла браслет. Серебряный. Слишком большой, чтобы оставаться на маленьком запястье…

* * *

– Эй, Эмили, придержите лифт!

Эмили обернулась и увидела, что к ней бежит Мередит. Она вытянула руку, не давая двери закрыться. Анестезиолог была одета в розовые с темно-синим спортивные эластичные шорты и розовую рубашку-поло с коротким рукавом. На ногах у нее были синие кроссовки.

– Вы просто невероятная медсестра. Вы это знаете?

Эмили, застенчиво покраснев, поспешила отвернуться.

– Нет-нет, не отворачивайтесь, – сказала Мередит и положила руку на плечо Эмили, заставив ее повернуться к ней лицом. – Я только что прочла показания, ваши и этого неумехи, после чего отчихвостила нашу Рэтчед. У меня в голове не укладывается, как можно было поставить в эту палату такого неопытного работника, как он? Если б не вы, мы сейчас имели бы мертвую пациентку. Вы в курсе, что он даже не сделал анализ гемоглобина? Ведь было достаточно проколоть ей палец, чтобы понять, что происходит. Он сказал, что попросил вас сделать этот анализ. И вы якобы сказали, что гемоглобин в норме…

Эмили ошарашенно уставилась на нее:

– Я? Когда я предложила ему помощь, он не хотел пускать меня в палату!

Мередит весело улыбнулась:

– Не берите в голову. Мы знаем, что он солгал. Он знает, что вы спасли этой женщине жизнь. Дэллоуэй прямо сейчас поет вам дифирамбы перед мистером Дэвисом, поэтому не удивляйтесь, если тот вам позвонит. Это же его пациентка.

– Спасибо, Мередит, – наконец пролепетала Эмили, все еще в шоке от того, что сказал Джим. – Я рада, что смогла помочь.

– И вам спасибо, Эмили. Огромное спасибо.

Наконец лифт дополз до первого этажа, и обе женщины вышли. Эмили перебросила рюкзак на другое плечо. При этом тот задел грудь, и она поморщилась. Что не скрылось от Мередит.

– Эй, с вами всё в порядке? Вам следует быть осторожней. Хорошо было бы, если б у вас сидячая работа, но наша сопряжена с физическими нагрузками, так что поберегите себя, не поднимайте тяжестей и все такое прочее.

– Всё в порядке. Шов почти зажил.

– Вы – крепкий орешек, согласны? – заметила Мередит. Эмили улыбнулась.

– А чем было вызвано кровотечение? – спросила она, шагая к выходу. – Мне некогда было спросить.

Мередит подняла брови и тяжело вздохнула:

– Поврежденный сосуд. Мистер Дэвис ответит за это. К счастью для него, Дэллоуэй был на месте и вовремя все исправил; и, если повезет, у пациентки не будет никаких серьезных осложнений, кроме длительного выздоровления. Это было медленное кровотечение, и его следовало заметить гораздо раньше. Вряд ли мы снова увидим здесь медбрата Лэннинга.

Эмили благодарно вздохнула.

– Слава богу… Я не о Лэннинге, а о пациентке.

– Здесь точно не обошлось без божественного провидения.

Эмили улыбнулась. Она чувствовала себя измотанной.

– Кстати, вы уже теряете свой акцент.

– Знаю. – Мередит кивнула и, согнув правую ногу в колене, прижала ее к задней части бедра, делая растяжку. – Когда я вернусь в Штаты, мои коллеги подумают, что я говорю как аристократка… Боже, мой муж будет носить меня на руках.

Эмили засмеялась и чуть застенчиво добавила:

– А я рада, что вы все еще здесь. Хотя нет, если ваш родственник все еще болен…

Мередит покачала головой:

– Пока еще рано что-то говорить, но прогноз не слишком мрачный. Впрочем, я на всякий случай еще немного побуду тут. А нам с вами нужно как-нибудь вечером сходить выпить. Хочу попробовать уговорить вас уехать работать в солнечную Калифорнию… Вам бы там понравилось, Эмили.

От ее слов та почувствовала внутри приятное тепло; прежняя усталость исчезла. Было бы здорово начать жизнь заново. Иметь будущее, о котором можно мечтать. Совершенно новую жизнь… Затем она вспомнила Зои, и слабое тепло, которое она ощутила, превратилось в мокрый пепел. Как можно начать все заново? Разве может она бросить сестру?

Год назад Эмили сделала окончательный выбор. И теперь должна с этим жить. Она должна нести свою жизнь как крест, как наказание – пока не наступит день, когда она найдет Зои.

Анестезиолог убежала, крикнув на бегу Эмили, чтобы та назначила дату. Эмили тем временем искала ключ от велосипедного замка. Она уже обыскала карманы рюкзака, карманы спортивного костюма и, наконец, ощупала мятую форму. Нащупав сквозь ткань металл, вытащила… но только не ключ, а серебряный браслет, надежно спрятанный в кармане. Она никому не сказала о своей находке, так как еще не решила, кому можно о ней рассказать.

Читать далее

Фрагмент для ознакомления предоставлен магазином LitRes.ru Купить полную версию
Добавить комментарий

Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. правила

Скрыть