Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Ледяная обнаженная
Глава 2

Покинув кабинет лейтенанта Шелла, я, следуя eго совету, отправился повидать одну из финалисток конкурса, а именно Луизу Ламон. Я посчитал это вполне логичным, а его намек на то, что она сексуальна и роскошна, повлиял на мое решение не больше чем на девяносто пять процентов.

Жилой дом, в котором находилась ее квартира, выглядел шикарно, наподобие кооперативных домов в нью-йоркском Ист-Сайде, где содержание одной только формы швейцара стоит, должно быть, около ста долларов в месяц. Ламон жила на шестом этаже. Быстроходный лифт доставил меня туда с презрительным шипением за пару секунд. Я нажал звонок рядом с дверью и стал ждать.

Ожидание оказалось недолгим. Дверь распахнулась, и в ней возник тип огромных размеров. Он глядел на меня так свирепо, словно я только что оскорбил его сестру. Ему было лет тридцать пять. Густые жесткие волосы спадали на его глаза, смотрящие с не менее грубого лица. Пока я приходил в себя от неожиданного шока, который вызвали его отвратительные черты, массивные ручищи схватили меня за лацканы пиджака и буквально внесли в квартиру.

– Итак, умник, – проскрипел тип голосом, похожим на наждак. – Наконец-то я узнал, кто приударяет за девкой Марти.

Краем глаза я заметил длинноволосую блондинку, которая заслуживала тщательного изучения, но в этот момент мои мысли были заняты более неотложными делами, а именно бездельником, приводившим в негодность мой пиджак, над которым так старательно поработала фирма «Братья Бруки».

– Надеюсь, вы не будете возражать, если я выскажусь откровенно, хоть официально нас не представили друг другу, – вежливо сказал я. – А ну-ка, убери свои вонючие лапы, пока я не рассердился и не отдубасил тебя!

Его кустистые брови поползли вверх и переплелись от изумления над переносицей.

– Послушай, козел! – Он сильно встряхнул меня пару раз в подтверждение серьезности своих намерений. – Если хочешь, чтобы в твоей глупой башке остались зубы, начинай говорить. Ты приударял за девкой Марти, так что рассказывай все без утайки. Понятно?

– Пит! – раздался откуда-то слева раздраженный голос блондинки. – Я никогда раньше не видела этого парня. Не сходи с ума!

– Заткнись! – прикрикнул он и встряхнул меня еще раз. – Ты слышал, козел? Выкладывай!

– Обязательно, – с иронией отозвался я. – Полагаю, ты это заслужил, приятель. Хочешь знать об уик-эндах, проведенных с нею, или только о ночах?

Как я и надеялся, у него был правильный автоматический рефлекс. Его правая рука отпустила мой лацкан и размахнулась, чтобы врезать мне кулаком между глаз. Ему, очевидно, и в голову не могло прийти, что я мог этого не позволить. Я отвел правую ногу назад и двинул носком ботинка по большой берцовой кости с достаточной силой, чтобы выбить коленную чашечку.

Пит издал жуткий вопль, его левая нога подломилась, он скосился набок. Пит все еще продолжал вопить, когда я резанул прямыми пальцами по его кадыку, и звук замер в его широко раскрытом рте. Тогда я крутанулся на одной ноге, размахнулся правой рукой и ударил ребром ладони по его мощной шее. Он опустился на пол, как корабль, пораженный торпедой, на дно, и остался лежать без движения.

– Вам не следовало делать этого, – сказала блондинка со знанием дела. – Питу такое не понравится.

– А разве можно так разговаривать с любовником, который наставляет рога какому-то Марти? – огрызнулся я. Затем аккуратно разгладил лацканы пиджака и бросил на блондинку первый внимательный взгляд.

Она его стоила. Мой неистовый старик ирландец придерживался теории, в соответствии с которой блондинок можно разделить на три основные категории: тупые, сомневающиеся и расчетливые. Данная блондинка принадлежала исключительно к третьей группе, начиная со счетчика, тихо пощелкивающего на дне ее глаз и отрицающего их лазурную невинность, и кончая тщательно рассчитанным впечатлением от короткого голубого шелкового пляжного платьица, что-то вроде прозрачной вуали, прикрывающего роскошные формы тела.

Пытаясь отделаться от моего проникновенного взгляда, она нетерпеливо встряхнула головой, и ее длинные белокурые волосы, спускающиеся изящными волнами ниже плеч, засветились радужным сиянием.

– Детка! – восхитился я. – Вам не хватает лишь большой белой лошади, чтобы добиться сногсшибательного успеха в качестве новой Леди Годивы!

– Чего-чего? – беспомощно воззрилась она на меня.

– В давние времени в Англии была такая дамочка, – устало пояснил я, – которая разъезжала на лошади по улицам Ковентри, прикрываясь лишь волосами.

– Ради чего?

– Ради… А, оставим это! – сухо ответил я. – Вы ведь Луиза Ламон?

– Конечно, – оживилась она, поскольку поняла, о чем идет речь. – А вы кто?

– Дэнни Бойд. Мистер Ильмо нанял меня, чтобы отыскать его бриллиантовую диадему.

– Вот как? – Судя по выражению лица, она подозревала, что ее надули.

– Хотел бы задать вам несколько вопросов, – добавил я с надеждой.

– Я уже говорила обо всем этом с полицией, – проговорила она скучающим и одновременно раздраженным голосом. – Во всяком случае, вам лучше выбрать другое время для этого, а сейчас уйти, пока у вас есть еще шанс. Я имею в виду, пока Пит не поднялся с пола и не убил вас.

– Я втопчу его голову в пол прежде, чем он попытается даже моргнуть, – самоуверенно заявил я. – Так что у нас уйма времени для вопросов и ответов.

– Ничего об этом не знаю, – решительно сказала она. – Мистер Мэчин привез меня в магазин, я надела диадему для съемок точно так же, как и другие две девушки. Потом мы ушли. Вот и все.

– Вы не заметили ничего подозрительного или необычного?

– Только не я, приятель. – Луиза покачала головой с быстро растущим нетерпением. – Послушайте! Сделайте мне одолжение, исчезните отсюда прежде, чем Пит откроет глаза, пожалуйста! Иначе мне будет затруднительно объяснить Марти, что произошло.

– Марти – ваш друг? – проявил я блестящую интуицию.

– Что-то в этом роде, – безразлично пожала она плечами.

– Что же в таком случае представляет собой этот Пит? – Я показал пальцем на безжизненную кучу на полу.

– Он как бы присматривает за интересами Марти, – неопределенно пояснила она. – Если вас не будет, когда он придет в себя, я, может быть, смогу убедить его в том, что он ошибся. А если мне уж очень повезет, то Пит даже не упомянет о случившемся Марти. Но если вы все же будете здесь, ничто уже не разубедит его в том, что он был прав относительно наших с вами отношений.

– О’кей! – Я даже поднял в умоляющем жесте руку, чтобы попытаться прервать ее словесный поток. – Детка, вы меня убедили, я уже ушел, но еще вернусь.

– Надеюсь, вы меня извините, если я не стану вас ждать? – В ее голосе послышался арктический холод, который никак не сочетался с прозрачным пляжным халатиком.

– Конечно, – откликнулся я, направляясь к двери. – Детка, я знаю в этой квартире все. Ты же помнишь наши совместные уик-энды, так что оставь мою пижаму на стуле.


В машине я взглянул на часы, было почти шесть. Имея в виду, что я прибыл в Санта-Байя вскоре после полудня, я решил, что достаточно уже поработал в этот день и заслужил выпивку.

В отеле я справился у портье, не звонил ли мне похититель бриллиантов, готовый вернуть диадему по дешевке, но мне не повезло. Я сказал клерку, что буду в баре, на случай если кто-то мне позвонит. И меня обидело выражение его глаз, говоривших: «Где же тебе еще быть?»

Назывался он «Луау бар» единственно потому, что в нем подавали разбавленные напитки с ромом в плохонькой имитации половинки скорлупы кокосового ореха и по двойной цене в сравнении с нормальным неразбавленным алкоголем. Я заказал мартини с долькой лимона и начал расслабляться. Где-то в начале третьего мартини почувствовал себя уже достаточно расслабленным, и тут сзади меня мягкий голос спросил:

– Мистер Бойд?

Я повернул голову и увидел стоящую рядом брюнетку – дамочку с хорошей фигурой, замаскированной деловым черным костюмом и накрахмаленной белой блузкой.

– В администрации мне сказали, что вы здесь. – Она нервно улыбнулась и представилась: – Я мисс Ламон.

– Милая, – мягко возразил я, – мне уже довелось познакомиться с дамочкой, носящей это имя, а вы даже через миллион лет не сможете стать мисс Ламон.

Нервная улыбка превратилась в маску.

– Вы, конечно, имеете в виду Луизу. – Ее пальцы нервно перебирали ремешок сумочки. – Я ее сестра, Пэтти Ламон.

– Не хотите ли присесть? – пригласил я. – Луиза не сказала мне, что у нее есть сестра. Кто вы? Глава семьи?

Девушка покраснела, усаживаясь напротив меня.

– Боюсь, я лишена очарования Луизы, мистер Бойд. Я всего лишь рабочая лошадка…

– Выпьете что-нибудь? – спросил я, полагая, что выпивка могла бы немного помочь ее нервам, да и моим тоже.

– Спасибо, нет. – Она опять поиграла своей сумочкой. – Вы должны извинить меня за вторжение, мистер Бойд. Я прочитала в газете, что вы пытаетесь вернуть мистеру Ильмо украденную диадему…

– Будьте моей гостьей, – щедро пригласил я. – Если хотите вернуть ее по дешевке, мы могли бы обговорить цену.

– Но речь вовсе не об этом! – Щеки Пэтти окрасились в ярко-красный цвет. – Я надеюсь, что вы сможете мне помочь. Я не хочу обращаться в полицию и…

Она замолчала, подбирая слова, а я отпил еще немного мартини, чтобы заполнить паузу.

– Видите ли, мистер Бойд, – продолжала девушка с напряженным выражением на лице, – все дело в моей сестре Луизе. Я очень о ней беспокоюсь, но не знаю, что предпринять. Мне нужна помощь.

– Если помощь вашей сестре поможет мне найти диадему, золотце, я – ваш, – любезно согласился я. – Что же такое происходит с вашей сестрой, что не дает вам покоя?

– Понимаете, мистер Бойд, Луиза всегда была дичком в нашей семье. – В ее голосе проскользнул намек на тоску. – Я же, как полагаю, принадлежу к домашнему типу женщин. Наши родители погибли несколько лет назад в автомобильной катастрофе. Поэтому, быть может, я, как старшая сестра, чувствую себя ответственной за нее. Я не хотела, чтобы она участвовала в конкурсе красоты, но не смогла ее отговорить. А сейчас Луиза замешана в эту жуткую историю вместе со всеми этими ужасными людьми, и у меня такое предчувствие, что с ней случится что-то страшное.

Пэтти Ламон откинулась на спинку стула, довольная своей отвагой, и лицо ее вновь приобрело природную чопорность. Она могла бы быть красивой – для этого у нее было все, что и у ее сестры, за одним важным исключением. Ей не хватало искры естественной, прирожденной сексуальной привлекательности. У одних она есть, у других ее нет. Это то качество, которое невозможно приобрести тем же путем, как прививается вкус к оливкам или покупается легкомысленное нижнее белье.

– Вы полагаете, она каким-то образом замешана в похищении диадемы? – спросил я с надеждой.

– Да нет же, господи! – При этой мысли Пэтти чуть не выпрыгнула из стула. – Я только считаю, что у нее плохая компания, мистер Бойд. Понимаете, я кое-что знаю о конкурсе красоты, поскольку работаю в «Пулсайд пластикс». Я – личный секретарь мистера Мэчина.

– Вы хотите сказать, что в этом конкурсе было что-то нечисто? – отчаянно пытался я извлечь хоть какой-нибудь смысл из ее слов, но это было все равно что пробираться через топь.

– Как бы это сказать… – Она помолчала, тщательно подбирая слова. – Луиза тоже работала в компании – она была секретарем самого президента Раттера.

– А вы работали с директором по рекламе Мэчином?

– Он директор по общественным связям, – холодно поправила меня Пэтти. – Примерно четыре месяца назад Луиза внезапно попросила расчет – без какого-либо повода, насколько я знаю, – и решила принять участие в конкурсе красоты, став одной из трех финалисток.

– Призы, наверное, внушительные? – предположил я.

– Но как она могла участвовать, будучи бывшей служащей компании? – В голосе Пэтти прозвучало очевидное неодобрение, и меня внезапно охватило сочувствие к ее боссу Мэчину. Я подумал, что лояльность Пэтти могла довести директора до смерти.

– Но Раттер, видимо, не имел ничего против своей бывшей секретарши? – нетерпеливо уточнил я. – Он же президент и мог установить свои собственные правила конкурса.

– Тут нечто большее, – твердо заявила она. – С первого же дня конкурса Луиза была абсолютно уверена в своей победе. С тех пор как моя сестра ушла из компании, она не проработала ни одного дня, но у нее, похоже, всегда было полно денег. Как вы можете это объяснить, мистер Бойд?

Одно очевидное объяснение я, конечно, мог бы привести, но только не Пэтти Ламон.

– Может, ваша сестра скопила денег… – неопределенно начал я.

– Только не Луиза! – резко возразила она. – Луиза не из тех, кто откладывает деньги на черный день. Я забыла сказать вам еще кое-что…

Ее остекленевшие глаза натолкнули меня на дикое предположение, что, возможно, есть еще и третья сестра, о которой никто не говорит, потому что у нее три головы.

– Луиза страшно повздорила с мистером Раттером в день своего ухода, – продолжила моя собеседница шепотом. – Я не знаю, по какому поводу, но слышала, как они орали друг на друга, а мой кабинет находится через три комнаты от приемной мистера Раттера. После той ужасной перебранки сестра ушла из компании, а он приказал не пускать ее даже на порог. Но через два месяца позволил ей принять участие в конкурсе.

– Может быть, он всепрощающий президент?

– И еще одно, – неумолимо договорила она. – Мне не нравятся люди, с которыми общается Луиза. Этот ужасный Марти Эстел – в нем есть что-то жуткое, мистер Бойд!

– С ним я пока незнаком, только с его другом Питом.

– И еще этот Вилли Байерс, – проигнорировала Пэтти мое замечание. – Очень странный, подозрительный и зловеще фальшивый тип, мистер Бойд.

Я прикончил мартини и поискал глазами официанта, пытаясь сообразить, как мне отделаться от этой прирожденной старой девы, которой мог показаться зловещим любой мужчина, дважды посмотревший на ее сестру. Только после того, как я привлек внимание официанта отчаянной сигнализацией, в мое сознание проникло значение ее последнего сообщения.

– Байерс?! – чуть не завопил я. – Тот самый, что работает в ювелирном магазине Ильмо?

Она пренебрежительно пожала плечами:

– Откуда мне знать, где он работает, если вообще работает, в чем я очень сомневаюсь. Я видела его лишь один раз в квартире Луизы, мистер Бойд. Во-первых, он слишком стар для нее, во-вторых…

– Вот что я вам скажу, мисс Ламон, – быстро перебил я ее. – Легко понять, почему вы думаете, будто ваша сестра в опасности…

– Вы понимаете? – Глаза ее радостно зажглись. – Вы действительно понимаете, мистер Бойд?

– Конечно, – пробурчал я. – Думаю, вы правы: она действительно окружена зловещими типами, и мне следует немедленно их прощупать.

– Большое спасибо! – произнесла она с придыханием и заблестевшими от благодарности глазами. – Вы не представляете, как много для меня это значит, мистер Бойд! Я буду вам очень благодарна.

– Забудьте об этом, милая, – поспешно сказал я. – Вы можете спокойно идти, а я займусь расследованием. Как только обнаружу что-нибудь действительно зловещее, обязательно вас извещу.

– Спасибо! – Пэтти твердо и прочувствованно пожала мне руку. – Я никогда вас не забуду, мистер Бойд. – Она покопалась в сумочке и протянула мне листок бумаги. – Я записала для вас мой адрес и телефон.

– Спасибо, – рассеянно отозвался я.

Пэтти Ламон меня уже не интересовала. Я жаждал лишь отделаться от нее, чтобы иметь возможность пообедать пораньше и посетить эксперта по бриллиантам Вилли Байерса, который оказался к тому же другом Луизы. Его адрес, как я помнил, фигурировал в списке, данном мне мисс Тамарой О’Киф. Но тут я почувствовал, что Пэтти хочет еще что-то сказать, и посмотрел на нее.

– Как ни странно, мистер Бойд, я была уверена, что вы мне поможете! – мягко сообщила она. Глаза ее увлажнились и стали похожи на мокрые оливки.

Потом она улыбнулась, а я почувствовал, что мои коротко остриженные волосы встали дыбом от отвращения.

Наконец Пэтти Ламон поднялась на ноги, подхватила свою сумочку и пошла к двери мелкими, напряженными шажками, словно вся была скреплена проволочками, как марионетка.

Читать далее

Фрагмент для ознакомления предоставлен магазином LitRes.ru Купить полную версию
Добавить комментарий

Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. правила

Скрыть