Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Пять ящиков золота
Глава 11

Это был не конец, потому что, открыв глаза, я увидел не ангелов небесных, а взволнованное лицо Вирджинии.

— Как ты, Дэнни?

— Похоже, живой, — голос не слушался меня, сипел, норовил дать петуха. — Горло очень болит.

— Когда тебя сюда швырнули, ты без сознания был. Я сначала решила — убили! — Вирджиния говорила тихо, почти шепотом.

— Алоха ануэ оэ, Дэнни, — чьи-то пальцы погладили меня по щеке. Большие темные глаза, сейчас смотревшие тревожно, длинные черные волосы, милое девичье лицо.

— Улани, — просипел я, — а как ты здесь... Тебя что, тоже решили прихватить?

— Старайся не говорить много, ино алоха, — сказала она. — Приди в себя.

— Да... Я сейчас...

Я попробовал пошевелиться. Вроде ничего не сломано. Медленно встал, держась за грудь. Болели живот и горло, но больше, похоже, не били. Я увидел трюмо. Пошатываясь подошел к нему. Да, лицо не разбито. Значит, твой чеканный профиль цел, Дэнни Бойд. Уже неплохо, он тебе еще пригодится. Если выкрутимся из этой истории. А если не выкрутимся... В кармане ветровки я нашарил сигареты, закурил. Улани поднялась с пола — на ней был яркий саронг. Ах, девочка, ты же его для меня тогда одела. Потрясно смотришься...

— Где мы?

— В хозяйской каюте, — сказала Вирджиния. — Я позвала Эрика, немного постояла на палубе и пошла следом. Тут кто-то меня перехватил, зажал сзади рот, чтобы не закричала, потом оттащил и бросил сюда. Кто они?

— Мейз и Рошель, — сказал я. — Все сорвалось. Они знали заранее. Рид только вид сделал, что заглотил крючок, а эти двое, тем временем, с утра прятались на яхте. И матросы с ними. Это Эрик, болван, подумал, что уговорил их.

— Господи! — Вирджиния рухнула лицом вниз на широченную роскошную кровать с резной белой спинкой, несколько раз с силой ударила кулаком по подушке, сделанной в: виде огромного лебедя. — Я же чувствовала! Я так и чувствовала! Столько надежд, столько унижений... И все, все прахом!

— У меня надежд было меньше, но я разделяю твою оценку событий, — сказал я.

— Заткнись! — заорала она. — Все шутишь? Демонстрируешь чувстео юмора? А мне...

Не дослушав ее, я повернулся к Улани.

— Как это было вчера вечером? Мейз увидел тебя во дворике? Они с Рошелем увезли тебя?

— Аэ, — она кивнула, — привезли домой к Рошелю. Какая-то хибара в трущобах. Заперли там на всю ночь. Ой, Дэнни, Рошель такой плохой человек! Он меня бил.

Она расстегнула платье и показала мне спину. Вся кожа была в кровавых рубцах.

— Это Рошель? — меня передернуло. У дяди Пита ведь виды и на тебя, Дэнни Бойд.

Она кивнула.

— Ему нравится бить, Дэнни. Он от этого заводится. На зверя становится похож. Так страшно!..

— Н-да-а-а, — протянул я. — Ясно. А Кемо — где его перехватили?

— Кемо?

— Да. Его кто убил?

Ее глаза широко раскрылись, в них появились слезы.

— Кемо убили? — тихо сказала она. — Я же не знала, — она всхлипнула. — Он тоже был гаваец, пытался мне помочь, защитить... Жалко как! — слезы потекли у нее по щекам, она закрыла лицо руками.

Я осмотрелся. На столике стояла коробка с сигарами. Я взял одну, покрутил в руках. Кубинские, дорогие...

— У Рида здесь шикарно.

— Да, — Вирджиния уже успокоилась и тихо лежала на кровати, закрыв глаза. — Эмерсон это любит. Он считает, что у девушки должно дух захватывать, когда она сюда первый раз зайдет. А когда опомнится, будет поздно: он ее уже в постель завалил. Одного, правда, не учитывает.

— Чего?

— Своей рожи! — свирепо сказала Вирджиния. — Девчонки, глянув на нее, разбегаются до того, как он к ним подойдет — не то что в каюту пригласит!

Я покосился на часы — две минуты пятого. Если ход не сбавляли и расчеты Ларсона верные, то до острова идти еще часа четыре.

— Осел ты, Дэнни Бойд, — сказал я. — Как не подумал с самого начала, что слишком просто все представляется. Понадеялся на Као: уж этот-то... А Као сам лопухнулся.

— Мы все ослы, — хмуро сказала Вирджиния, глядя в потолок. — Только что толку сейчас обсасывать?

— Это точно, — согласился я. — Слушай, а ты, собираясь, на всякий случай револьвер за пояс не сунула?

— Я же тебе говорила, что пояс не ношу!

Послышалось, как в замочной скважине поворачивается ключ. Дверь открылась. Помахивая револьвером, вошел Рошель, за ним какой-то незнакомый тип, видно, кто-то из экипажа — у него в руках был поднос с тарелками.

— Жратва, — просипел Рошель. — Чтобы не вякали, что с вами плохо обращались!

Матрос поставил тарелки на стол, а Рошель подошел к кровати и начал разглядывать Вирджинию. Та лежала, закинув руки за голову, безучастно глядя в потолок. Черная шелковая блузка плотно обтягивала высокую грудь.

— Мы просто обязаны узнать друг друга поближе, детка, — хмыкнул Рошель. — Ты сейчас именно такая, как мне нравится.

Вирджиния медленно покосилась на него.

— Вали отсюда, павиан лысый!

Шрам на щеке Рошеля дернулся. Его рука вдруг быстро и цепко схватила Вирджинию за волосы. Одним рывком он сдернул ее с кровати на пол, она закричала, несколько раз Пит врезал ей носком ботинка по ребрам. Я рванулся к ним. Рошель вскинул револьвер. Черный зрачок дула уставился мне в глаза. Я остановился — ничего другого мне не оставалось.

— У тебя, крошка, слишком красивый ротик, мне его хочется поберечь для нашей любви, — бросил Рошель Вирджинии. — Но будешь говорить гадости — придется испортить!

Не спуская с меня револьвер, он обошел кровать и, пятясь, подошел к двери.

— Ребята сказали, чтоб пока тебя не трогал. Но ты, Бойд, готовься: возьмем золото — отыграюсь.

— Ну что ты меня пугаешь, Пит, — ответил я. — Я же не Улани. Это ее можно бить и не бояться, что в ответ схлопочешь. Лучше вот что: давно хочу спросить — ты чего тогда на Пали-Пасс своих бросил? Испугался, что и тебя шлепну?

Пересказывать все, что он мне высказал после этих слов, неинтересно — и так ясно. Кончил Рошель тем, что, уходя, со всей силы хлопнул дверью и запер замок на два оборота.

Вирджиния, бледная, поднялась с пола.

— Пусть только попробует в постель поволочь. Я ему яйца выдеру! — ее колотило от злости.

— Хорошая идея. Нечего будет есть — пожарим. А пока кормят. Будешь? — я пододвинул тарелку ей, потом Улани, потом себе. Подцепил вилкой кусок мяса.

— Не трогай. Могли отравить.

— Какая разница? Что так помирать, что иначе, — я надкусил мясо. — Говядина, как говядина. Я думал, будет по-китайски.

— Почему по-китайски?

— Они отправили Чоя работать на камбузе.

Вирджиния усмехнулась: похоже, она представила нашего бравого мафиози в белом колпаке, в фартуке и с поварешкой в руке. Помедлив секунду, взяла вилку. Улани присоединилась к нам.

Поели быстро. Я сложил тарелки одна в одну, поставил их на поднос. Потом подошел к кровати, лег, с хрустом потянулся. Боль уже почти не чувствовалась.

— Удобно? — язвительно спросила Вирджиния.

— К Ниихау подойдем около восьми. Если дергать не будут — можно чуть-чуть отдохнуть.

— А нам где лечь — на полу?

— Здесь всем места хватит, — сказал я. — Так что, девочки, устраивайтесь.

Улани первая решила, что в этой ситуации нечего усложнять жизнь. Через мгновение она уже лежала рядом, свернувшись калачиком и уткнувшись головкой мне в плечо. Вирджиния смерила нас взглядом, пожала плечами, обошла кровать и прилегла с другого бока — впрочем, не придвигаясь ко мне.

— Да ладно тебе, — сказал я, — ложись поудобнее.

— Мне и так удобно! — огрызнулась она. — И вообще: полмужчины — не мужчина.

— Смотря какая половина, — ответил я. — Или ты предпочитаешь интересные беседы?

* * *

Когда я проснулся, была половина восьмого. В каюте уже горел свет. Улани все еще посапывала рядом, а Вирджиния сидела у трюмо и лениво поправляла расческой волосы.

Я встал.

— Как спалось? — спросил я.

— Уснешь тут, — фыркнула Вирджиния. — Ты же храпишь, как паровоз. Часок помучилась и встала.

— Я — храплю? — возмутился я. — Да никогда!

— Ну, в таком случае я ношу пояс, — хмыкнула она. — Похоже, уже на месте.

— Почему так думаешь?

— А ты кончай зевать и начинай думать. Вибрации нет, чувствуешь?

— В самом деле.

— Значит, машины остановлены. Да не лезь ты в иллюминатор — все равно не поймешь, где мы. До сих пор яхта шла полным ходом, сейчас дизели заглушили. И время совпадает с графиком Эрика. Так что все просто.

— Ах ты, умничка!

— Зато ты тупой. Как тебя мама в детстве одного погулять выпускала, умственно отсталого?

— Попробовала бы не выпустить. Я бы дом в щепки разнес!

Мы флегматично перешучивались, но оба при этом понимали: если уже на месте — следующий акт пьесы начнется вот-вот. Ждать пришлось недолго.

Дверь распахнулась, в каюту вошли Рошель и Рид. Улани проснулась и села на кровати.

— Улани, — Рошель мотнул головой в сторону двери, — туда!

Улани встала, беспомощно посмотрела на меня и вышла.

Рид ухмыльнулся.

— Отоспались? Пообедали? Жалоб нет? А, Бойд?

— Жалоб нет, — сказал я, — если не считать, что у вон того лысого официанта с покарябанной рожей грязные ногти.

— Трепись, Бойд, трепись, — процедил Рошель, — тебе за каждое слово отвечать.

— Ты их еще много услышишь, пока я живой, — ответил я. — Можешь словарь составить. Назовешь «Необходимый набор слов для бесед с Питом Рошелем». Спрос гарантирован!

— На берег пойдешь, Бойд, — бодро сказал Рид. — Землю немножко покопаешь. Слежу за твоей фигурой. А то жрать да спать — пузо отрастишь, женщины любить не будут.

— Спасибо, дорогой, — усмехнулся я. — Если я найду золото, можно чуть-чуть возьму себе?

— Шевелись, гнида! — рявкнул Рошель. — Я от твоего трепа устал уже!

Я хмыкнул и пошел к двери. Вирджиния шагнула за мной.

— А ты, детка, тормознись! — Рошель нехорошо осклабился.

— Я что, и свежего воздуха не могу глотнуть? — прошипела Вирджиния.

— У тебя впереди масса удовольствий, детка, — Рошель подошел к ней. — Только не свежий воздух. — За ткань блузки он подтянул Вирджинию к себе и положил ей ладонь на грудь.

Вирджиния посмотрела на Рида.

— Эмерсон, — ее голос дрогнул, — что бы там ни было, я пока еще, между прочим, твоя жена. Ты что, собираешься спокойно смотреть на все это?

— Смотреть не собираюсь, — хмыкнул Рид. — Чего я у тебя не видел? Дело в том, дорогая, что Рошель мне друг, а ты нет. Друзьям надо делать подарки, а предательство наказывать. Так что, милая, у меня нет возражений против того, чтобы на обратном пути Пит немножко заперся с тобой в каюте.

— Пошел! — Рошель толкнул меня в плечо, и я оказался за порогом рядом с Улани, тихо стоявшей у дверей. Напротив Эдди Мейз равнодушно почесывал лоб мушкой «магнума».

Уже опустилась ночь. На палубе я полной грудью вдохнул прохладный свежий воздух. Слева по борту были видны темные очертания острова. Сразу бросалась в глаза огромная, тянувшаяся к луне гора.

— Каваихоа! — взволнованно сказала Улани и показала на вершину. — Там мой дом, Дэнни. Рядом с горой.

— Интересно...

С яхты спустили шлюпку, сбросили вниз лестницу. Я тщательно вглядывался в сторону острова — может, хоть кто-то нас заметит? Нет, надежды мало. Тихо, темно... Несколько далеких огоньков в ночи. Мейз внимательно наблюдал за нами. Вид у него был усталый. Откуда-то из темноты матросы вывели понуро молчащего Эрика.

На палубу вышел Рид, следом Рошель. Слишком мало времени они пробыли без нас в каюте. С Вирджинией, видимо, просто переругивались, ничего больше. Старина Пит сладкое решил оставить на закуску.

— Где Чой? — спросил Рид Мейза.

— На камбузе, где же еще? — пожал тот плечами. — Ужин готовит. Я сказал, что вы вернетесь голодные, пусть постарается.

— Ты его почаще навещай, — сказал Рид. — С Као надо ухо востро держать. Если что подозрительное заметишь — в выяснения не вдавайся: пуля в голову и труп за борт.

— А он уже знает, — протянул Мейз. — Его примерно это и ждет, если мне бифштекс не понравится.

Рид ухмыльнулся, потом повелительно поднял руку:

— Слушать всем! Разговоры стихли.

— Мы сходим на берег, — начал Рид. — Улани, Бойд, Ларсон, ваша дальнейшая жизнь зависит от поведения там. Пит помнит место, где спрятано золото, но не помнит, как они с Дейвисом тогда до него добирались. Ты, Улани, должна сообразить, где это место находится, и провести нас к нему.

— Аэ, — тихо сказала Улани.

— И чтоб без глупостей. Не вздумай нас завести в деревню или что-то вроде того. Даже если случайно встретим хоть одного туземца — умрешь первой! Ясно?

— Ясно, — одними губами произнесла Улани.

— Теперь ты, Ларсон, и ты, Бойд, — Рид повернулся к нам. — Оба идете с нами. В шлюпке для вас припасена парочка лопат. Золото ведь нужно сначала выкопать. Вот и покажете, на что способны. Потом потащите его обратно на яхту. Груз тяжелый, но вы и так готовились его носить. То, что я говорил Улани, касается и вас. Мы с Питом все время будем сзади, чуть что — стреляем без предупреждения.

— Есть вопрос, Рид, — сказал я. — Ну, выкопаем мы золото и перетащим — а дальше что? Нас стрельнут, перетащат и обратно закопают в вырытые нами ямы?

— Мы не заинтересованы оставлять на острове мертвые тела, — ответил Рид. — Если нас на то не вынудят обстоятельства.

— То есть на яхту мы вернемся, но Гонолулу уже не увидим? — продолжал настаивать я.

— Поглядим, — хмыкнул он. — Но, в принципе, я человек доброжелательный, Бойд: могу обеспечить пулю прямо сейчас! Чой пойдет вместо тебя.

— Да мне, вообще-то, всегда нравился здоровый физический труд, — сказал я. — Копать что-нибудь или там носить...

— Болтовне конец, — скомандовал Рид. — Все в шлюпку. Хорошо, что тебе нравится физический труд, Бойд! Грести тоже будете вы с Ларсоном.

— Не слишком ли много удовольствий для нас двоих? — усмехнулся я. — И, потом, если мы с Эриком все делаем, то зачем нам вы?

Ларсон спустился в шлюпку первым, я за ним, потом Улани, за ней эти двое. Мы с Эриком сели на весла. Должен признаться, что, катая дамочек на лодке по озеру в Центральном парке родного Нью-Йорка, я испытывал большее удовольствие. Зря ты во все это полез, Дэнни Бойд!

Читать далее

Добавить комментарий

Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. правила

Скрыть