Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Путь к Семи Соснам
Глава 11

Месть бандита

Текс Миллиган увидел Джона Гора, когда тот был в нескольких милях, и не спускал глаз с одинокого всадника, думая, что это возвращается Кэссиди или Коротышка Монтана. Текс, разобрав, кто это, чуть не сломал ногу, опрометью сбегая вниз по склону холма, Френчи и Малыш Ньютон слонялись возле барака.

Боб Ронсон вышел из дома, увидев рискованный спуск Текса, вместе с ним вышли доктор Марш и сестры. Ронсон встревожено спросил:

— Кто это, Текс? Что случилось?

— Гор! — выдохнул Текс, едва переводя дыхание. — Сюда едет Джон Гор! Через минуту-две будет здесь. Под ним загнанная лошадка, а выглядит он злющим, как ощипанный петух!

— Вдруг он хочет поговорить о мире. Хорошо, если так. — Ронсон обвел глазами тесный круг своих ковбоев и тихо произнес: — Разговаривать буду я.

— Босс, — возразил Ньютон, — может, он нарывается на неприятности. Может, ему нужен я. Давайте я с ним потолкую.

— Или я, — спокойно вступил Рютерс. — Малыш уже получил свою долю Горов. Я тоже хочу.

— Нет, — голос Боба Ронсона звучал твердо и властно. — Я сам с ним разберусь и разберусь так, как сочту нужным.

Бешенство Джона Гора превратилось в холодное пламя, пожиравшее каждый его нерв. Он не имел понятия, что случилось в его отсутствие, да и сейчас ему было все равно. Позже, когда он успокоится, у него будет время подумать, но сейчас его сжигало одно неодолимое стремление: найти объект и излить на него свою ярость. Джон считал себя страшно обманутым, но не людьми, а обстоятельствами. Поездка в Корн-Пэтч изолировала его от главных событий, когда в нем нуждались больше всего. Он остался без коня, в брошенном горном поселке, где компанию ему составляли лишь два трупа.

Джон Гор не представлял, что произошло. Покинутое ранчо без продовольствия, оружия и лошадей предвещало самое худшее. Судя по всему, на «3 Джи» побывали ковбои с «Наклонного Р». Где его люди, живы ли они, он не знал. Если бы Гор увидел их сейчас, он скорее всего сошел бы с ума от ярости: ковбои «3 Джи» плелись по нескончаемой сухой и пыльной равнине, с трудом передвигая стертые в кровь ноги, в сапогах совсем не предназначенных для ходьбы. Сейчас они были так же готовы к драке и пастбищной войне, как только что родившийся теленок.

Глаза Джона Гора воспалились, покрытое слоем пыли лицо было сосредоточенным и угрюмым, губы крепко сжаты от гнева, когда он въезжал во двор «Наклонного Р».

Гор ожидал найти безжизненное ранчо — только лошадей в корралях, да, возможно, Ронсонов. К Бобу Ронсону он испытывал лишь презрение, к женщинам относился раздраженно и надеялся, что они не будут путаться под ногами. Вместо этого Джон увидел тесный полукруг ожидающих его людей. Френчи, Текс, Малыш Ньютон... в дверях барака появился Джо Хартли. Чуть дальше замерла еще одна группа — две девушки и Док Марш. Прямо перед ним стоял Боб Ронсон.

— Как поживаешь, Джон? — ровным, спокойным голосом произнес Ронсон. — Слезай с коня. Я полагаю, ты пришел говорить о мире?

Это слово было для Джона, как красная тряпка для быка.

— О мире! — от ярости он охрип. — Я тебе покажу мир, идиот!

На лице Ронсона не дрогнул ни один мускул. Он сохранял спокойствие, побледнел, но был собран. Френчи, самый старший из них, облизал губы. Боб Ронсон никогда раньше не попадал в подобную ситуацию. Втайне Френчи всегда побаивался, что у Боба не хватит мужества. Больше всего ковбою сейчас хотелось выйти вперед и, взяв инициативу в свои руки, избавить босса от поединка. Однако он знал, что гордость молодого хозяина будет уязвлена. Понимая, что остальные чувствуют то же самое, он прошептал:

— Не вмешивайтесь, это его драка.

Ронсон хладнокровно сказал:

— Гор, не валяй дурака. Как мы уже говорили, пастбищ здесь хватит для нас обоих. Только ты должен оставаться по другую сторону хребта. И не думай, что если отец умер, ты можешь распоряжаться всей округой. Кроме примирения, у тебя нет выхода. Сейчас твои люди идут пешком по пустыне, полумертвые от голода и жажды. На твоем ранчо нет лошадей, нет и там, где ты их расставил. Кэссиди позаботился об этом. Харрис, с которым ты, очевидно, пытался договориться, мертв. Через несколько часов мы сравняем Корн-Пэтч с землей. Это ультиматум, — продолжал он. — Мы можем мирно договориться, и ты подпишешь соглашение, по которому будешь держать скот на своей стороне гор. А если нет, мы налетим на «3 Джи» и сожжем его дотла. Потом выкинем твоих ковбоев вон с этой земли и тебя вместе с ними!

Френчи едва сдерживал радостное возбуждение. Даже Старый Бык Ронсон в свои лучшие дни не смог бы изложить все так просто и толково. Несмотря на царящее напряжение, Френчи невольно расплылся в ухмылке.

Джон соскочил с коня так поспешно, что на секунду потерял равновесие. Затем повернулся и проревел:

— Вначале я увижу всех вас в аду!

— Жаль, Джон, — спокойно сказал Ронсон.

Джон потерял голову. Он привык побеждать, и ни за что не хотел смириться с поражением. Сейчас им владели лишь ярость и жажда убийства. Джон зарычал, и его рука метнулась к револьверу.

Все дальнейшее Френчи воспринимал в замедленном темпе. Он видел, как Джон Гор выхватил револьвер — не так быстро, как некоторые другие, но намного стремительнее Ронсона. Увидел револьвер в руке хозяина, услышал сухой резкий грохот выстрела, но невероятно! Боб Ронсон остался стоять!

Более того, Ронсон, повернувшись к противнику боком, как на стрельбище, поднял руку с револьвером. Гор выстрелил снова. А затем Боб Ронсон нажал на спуск.

Колени Джона Гора подогнулись, он медленно осел на землю и, вытянувшись, упал лицом в пыль. Ни у кого не было сомнений, что он мертв. Ронсон, сам бледный, как смерть, медленно опустил револьвер.

— Френчи, — попросил он тихо, — пусть ребята положат тело в сарай. Если сегодня его не заберут люди с «3 Джи», утром мы его похороним. — Затем он обернулся к Маршу. — Док, вам бы лучше достать свои инструменты. Кажется, я ранен.

Когда Кэссиди с Коротышкой Монтаной въехали на главную улицу Семи Сосен, дождь лил как из ведра. Они страшно устали после многочасовой скачки и хотели есть. Поставив лошадей в городскую конюшню, ковбои низко надвинули шляпы, спрятали лица в воротники дождевиков и побрели вдоль домов. Позади них, чуть поотстав, ехал Бен Локк, лицо его было сурово.

— Вот проклятые места! — с чувством произнес Монтана. — Если тут не полыхает жара, значит, все затоплено дождем.

— Ну и пусть идет дождь, — сказал Хопалонг. — Лично меня сейчас интересует только койка с одеялами. Еще несколько миль такой езды, и Топпер протер бы меня своим хребтом до самого горла.

— Что станем делать с Харпером? — спросил Коротышка. Кэссиди ознакомил его с содержанием бумажника Такера.

— Это подождет. Сначала надо решить проблемы «Наклонного Р».

На крыльце отеля они сбросили шляпы и дождевики. Войдя в тускло освещенный вестибюль, минуту подождали. Из конторы высунул голову заспанный клерк и сердито уставился на них.

— Номер десять. Возьмите ключ на стойке и не беспокойте меня.

Клерк закрыл дверь, но в постель не вернулся. Немного подумав, он натянул штаны и поспешил по коридору в комнату Пони Харпера.

Харпер уже целый час лежал без сна. Событий произошло много, а он толком ничего не знал. Он услышал легкий стук в дверь и приподнялся в кровати. Затем нащупал под подушкой револьвер и прислушался. Стук раздался снова.

— Кто там? — спросил он тихо, чтобы его слышали только за дверью.

— Это я, Джерри. У меня для вас новости!

Харпер выкатился из постели и как был в ночной фланелевой рубашке бросился открывать. Джерри вошел и быстро прикрыл за собой дверь.

— Я подумал, что вам будет интересно. В городе Хопалонг! Он и Коротышка Монтана! Приперлись минут пять назад, я дал им десятый номер.

— Кэссиди? Он что-нибудь сказал? Есть какие-нибудь новости?

— Ничего. Оба здорово потрепаны, но, похоже, целы.

— Ладно, иди спать. Утром постарайся что-нибудь выведать и дай мне знать.

К утру вести таинственным образом, как это и бывает, достигли города. Джона Гора убили, и кто — Боб Ронсон! Ковбоев «3 Джи» заманили в ловушку, угнали лошадей, и парни всю дорогу до самого ранчо брели пешком. А позже в город въехали два всадника.

Хэнкинс с Дреннаном оторвались от остальных, решили идти своей дорогой. Им тут же улыбнулась удача. Они нашли лошадей, оставленных пастись в боковом каньоне. Им и в голову не пришло сообщить ковбоям «3 Джи» о лошадях. Они забрались на коней без седел и направились в Семь Сосен.

На лицах солнечные ожоги, ноги — в ужасном состоянии, обоих покрывала корка щелочной пыли, и хотелось им только одного: убраться из этих мест подальше.

Кэссиди допивал вторую чашку кофе, когда Хэнкинс и Дреннан, шатаясь от усталости, ввалились в ресторан Кейти. Он посмотрел на них холодно и оценивающе.

— Кофе сегодня вкусный, ребята. Что будем делать? Завтракать или ссориться?

Хэнкинс угрюмо молчал, заговорил Дреннан:

— Мне нужны завтрак и ванна. А потом я уеду отсюда. Как ты на это смотришь, Хопалонг?

Руки Коротышки Монтаны были готовы схватить револьверы. Он ждал.

— И тебе, Хэнкинс, того же? — спросил Хопалонг.

Бандит хмуро кивнул, потом иронически усмехнулся.

— Ну и заварили же вы кашу, ребята, — сказал он. — И какую кашу! Если вся шайка добредет до «3 Джи», для меня это будет большим сюрпризом. Кона Гора впору было связывать, а Трой! — он покачал головой. — Вот уж крыса! Подлее хромого койота, можете мне поверить!

Кейти подала им кофе и завтрак. Пока Хэнкинс с Дреннаном ели, Коротышка, усевшись спиной к стене, рассказал последние новости. Харрис и Дьюсарк мертвы. Джон Гор убит Бобом Ронсоном, сам Боб ранен. А напоследок Коротышка сообщил самую большую новость: Бен Локк застрелил Ларами, а Кэссиди — Кларри Джекса.

В этот же день Дреннан с Хэнкинсом покинули город. К концу недели страсти улеглись. Корн-Пэтч сожгли дотла. Джона Гора похоронили рядом с братом в Семи Соснах. Боб Ронсон постепенно поправлялся.

Неугомонный Кэссиди работал наравне с ковбоями: они собирали стадо для продажи, очищали родники, укрепляли берега сухих русел, ставили изгородь для скота. Пора было ехать дальше, его ждал Гибсон с «3 ТЛ». Тем не менее Хопалонг тянул с отъездом, сам не зная почему. Пастбищная война началась внезапно и почти так же внезапно закончилась. Стало известно, что Кон Гор перегнал свой скот к востоку от Блю-Маунтинс и пасет его там.

Рохайд вернулся в город и ходил по пятам за Пони Харпером. Шериф Хэдли, наконец-то решившийся остановить кровопролитие, поехал на ранчо «3 Джи» с ультиматумом Боба Ронсона. Кон Гор молча выслушал его, затем повернулся к шерифу спиной и вошел в дом. Баучер продолжал работать на ранчо. Трой тоже нанялся туда. Дада Лимена видели в Юнионвилле, оттуда он уехал вместе с Даком Бейлом; никто не знал, куда и зачем.

Кэссиди был у Мандалей-Спрингс и поэтому узнал эту новость последним. Он уселся на крыльце и задумался.

Дад Лимен считался напарником Кларри Джекса, их почти всегда видели вместе. Дак Бейл не покидал убежища бандитов и наверняка остался жив. Относительно Ларами сомнений не было. Хопалонг сам видел, как тот получил пулю в грудь. Правда, Джекс тоже упал, но Хопалонг не стал бы утверждать, что Кларри Джекс мертв.

Странное чувство, которое беспокоило его последние десять дней, стало более определенным. Возможно, все это время Хопалонг подсознательно ощущал, что Джекс жив и представляет опасность. Хопалонг решил: надо ехать в убежище и самому во всем убедиться. Пока жив Кларри Джекс, миру здесь не бывать. Он и раньше был источником вражды, а сейчас опаснее во сто крат.

Это же беспокоило и его ковбоев.

— Ты или Хопалонг видели Джекса после того, как он упал? — спрашивал Рютерс Коротышку. — Может, он еще здесь?

— Я точно говорю вам — он мертв, — голос Коротышки звучал чересчур уверенно. — Он грохнулся на землю с окровавленной головой.

— Люди остаются в живых и после ужасных ран. Вспомни, как Карл Янгер ушел буквально изрешеченный пулями после норфилдского набега.

— Кстати, — Малыш Ньютон сдвинул свою шляпу на затылок. Лицо его с едва заметным юношеским пушком выглядело совсем по-мальчишечьи, но взгляд бы жесткий. — Я видел следы в тупиковом каньоне, что рядом с горой Сотус. Одинокий всадник как будто что-то искал или разведывал окрестности.

— А я видел такие же по эту сторону лавовых полей, — вставил Хартли. — Кто-то на гнедой лошади ночевал возле ручья.

Хопалонг добрался до Семи Сосен ближе к вечеру и сразу направился к Кейти. Она встретила его улыбкой.

— Вы видели Бена Локка? — спросил он.

— Да, он часто бывает здесь, но большую часть времени проводит в «Высокой пробе». Бен ничего не рассказывает даже мне, но по-моему, он за кем-то наблюдает. Может, за Пони Харпером.

Хопалонг задумался. Что замыслил Локк? Вероятно, он и сам не знал. Однако через некоторое время Хопалонг пересек улицу, вошел в салун и понял: Локк знает, что делает. Харпер выглядел ужасно и похудел фунтов на пятнадцать.

— Бен все время ездит, — отважилась сообщить Кейти. — Кажется, он не верит, что Джекс мертв. А вы?

Хопалонг пожал плечами.

— Он получил одну пулю, возможно две. Однако случалось, люди оставались в живых и после тяжелых ранений. Есть только один способ выяснить: съездить туда и посмотреть. Так я сделаю.

Дверь распахнулась, и в ресторан вошли Коротышка Монтана с Тексом Миллиганом.

— Как насчет кофе, Кейти? — весело потребовал Монтана. — У нас на «Наклонном Р» хороший повар, но кофе ты готовишь гораздо лучше.

— Послушай, Кейти, — прервал Миллиган. — Я хотел его увести, но это невозможно. Он прет сюда и все. Понимаю, когда тут появляются всякие койоты, — он с победным видом оглянулся, — престиж твоего заведения может пострадать, но я не смог его удержать.

— Меня удержать? — Коротышка свирепо посмотрел на Текса. — Ах ты, сморщенный пустоголовый стручок! Не родился еще человек, который смог бы меня удержать! А ты и подавно. А еще, тебя слишком мало, чтобы хватило на нормального человека. Таких тощих, как ты, надо ставить по двое в ряд, чтобы от них падала хоть какая-то тень!

— Ха! — проворчал Миллиган. — Не обращай на него внимания, Кейти. Монтана злится, потому что он такой маленький, и в седло забирается по лесенке.

Хопалонг знал: оба говорили только ради того, чтобы услышать собственный голос и постоянно посматривали на него. Хопалонг подозревал, что Коротышка с Тексом решили его охранять. Это показалось ему одновременно и забавным и приятным: от этого на сердце стало теплее — о нем беспокоятся. У Хопалонга и «Наклонного Р» осталось много врагов. Некоторые скотокрады и бандиты убиты, однако остальные еще рыскали поблизости, а владельцы ранчо, надеявшиеся поживиться за счет «Наклонного Р», вряд ли забыли горечь поражения.

Кон Гор в городе ни с кем не общался. Что у него на уме, никто не знал. Трой явно затаил обиду, а Рохайд, всюду следовавший за Пони Харпером, без особой радости вспоминал о стертых до крови ногах. Не проходило и дня, чтобы кто-нибудь не намекнул на его пристрастие к пешим прогулкам, Рохайда это раздражало, ущемляло самолюбие, и в один прекрасный день он мог от ярости потерять над собой контроль.

На следующее утро солнце едва поднялось над горизонтом, а Хопалонг уже оседлал Топпера и отправился на восток, в убежище бандитов, чтобы раз и навсегда разрешить все сомнения. Небо обложило тучами, собирался дождь. Твердой рукой направляя белого жеребца к каньону, Хопалонг внимательно оглядывал местность. Если Джекс жив и если с ним Дад Лимен и Дак Бейл, они могут устроить ему ловушку. Бандиты знают, что он пробирался в каньон по каменной осыпи, и если они в убежище, то наверняка приготовились к встрече.

Низкие облака цеплялись за высокие пики, а местами уже поглотили зубчатые вершины хребтов, проплывая ватной лавиной по горным склонам, опускаясь прозрачными хлопьями на кусты можжевельника. Вдалеке Хопалонг увидел койота, торопливо скрывшегося в кустарнике, испуганно выскочил длинноухий заяц и стремительными прыжками удрал в заросли шалфея. Природа застыла в тишине, в воздухе не чувствовалось даже легкого дуновения ветра. Топпер ходко шел по низкой поросли.

Хопалонг внимательно разглядывал землю, но никаких следов не обнаружил. Несколько раз он останавливался и прищуривался, изучая местность. Пустыня на всем своем протяжении казалась безжизненной, ничто не нарушало ее тревожного покоя. Вскоре начали попадаться одиночные скалы, заостренные глыбы, вытесненные страшным подземным давлением на поверхность. Хопалонг с тревогой думал о том, что ему предстоит. Попасть в каньон, образовавшийся в результате разлома земной коры, подверженный частым землетрясениям, — задача сложная, и он вынужден был признаться, что каждый раз приближался к этому месту с чувством благоговения.

Здесь таилось нечто большее, чего не может создать человек. Эти скалы были сотворены мощью самой природы, мощью, перед которой человек бессилен. Чудовищный катаклизм, раздробивший глубоко под землей и вытолкнувший на поверхность острые зубья гор, не был последним, силы природы лишь дремали, дожидаясь своего часа.

Над замершей землей царила непривычная тишина. В траве не слышалось звона цикад, в кустарниках не щебетали птицы. У Хопалонга возникло предчувствие надвигающейся опасности.

Топпер, навострив уши, замедлил шаг. Иногда конь сам останавливался и вглядывался вдаль. Кэссиди попытался стряхнуть гнетущее ощущение близкой беды. Он никогда не тревожился понапрасну, хотя и доверял своим предчувствиям. Нужно только правильно и вовремя в них разобраться.

Хопалонг — человек опытный и практичный, с уважением относился к дикой природе. При встрече с ней у него возникали странные ощущения, знакомые тем, кто уединенно жил на великих просторах Арктики, пустынь, океанов или в горах, за тысячи миль от жилья человека.

Большую часть жизни Хопалонг провел в таких краях, как эти, доверял шестому чувству, предупреждающему об опасности и никогда не умалял достоинств противника. Если Кларри Джекс жив, он смертельно опасен. Он хладнокровен и в то же время преисполнен жаждой мести, словом способен на все.

Каменная осыпь с виду казалась нетронутой, однако рельеф иззубренного гребня хребта изменился, а высившаяся над ним огромная гранитная скала рухнула в каньон. Хопалонг спустился вниз.

Ни во внешней, ни во внутренней части каньона признаков жизни не было, дом среди скал развалился. Стояли лишь две покрытые трещинами стены. Коррали пустовали. Хопалонг был уверен, что если Кларри Джекс жив, то здесь, в убежище, его нет.

Дно каньона превратилось в груду осыпавшихся камней, а земля у стен растрескалась и вздыбилась. В ущелье царила жуткая тишина, и ощущение мрачного одиночества заставило Хопалонга поежиться. В развалинах дома он никого не нашел, хотя на полу темнели пятна засохшей крови. Но возле корраля он обнаружил могилу.

ЛАРАМИ

1881

Он умер не в постели

Только одна могила! Кларри Джекс жив! Хопалонг бросился к хижине, в которой жил Дак Бейл. Здесь все говорило о том, что ее покинули в спешке. Хопалонг посмотрел на жеребца: тот настороженно озирался по сторонам. Кэссиди тревожно оглянулся, и вдруг перед его глазами все задрожало.

Стремительным прыжком Хопалонг вскочил в седло и перепуганный жеребец бешеным галопом понесся к устью каньона. Земля под копытами Топпера застонала, затем раздался ужасающий грохот трущихся друг о друга скал. Узкий вход в каньон, казалось, стал еще уже, но Хопалонг послал коня вперед. Вокруг трескалась земля, распространяя отвратительный запах серы, смешанный с запахом смерти. Наконец жеребец выскочил из расщелины на открытое пространство. И здесь были видны результаты землетрясения: всюду, насколько хватало глаз, в земле пролегли длинные трещины. Развернувшись на девяносто градусов Хопалонг вскоре выехал из зоны разлома и перевел Топпера на легкий галоп, затем на шаг.

Кларри Джекс жив. Так где же он? Корн-Пэтч сожгли дотла, а на ранчо «3 Джи» он едва ли поедет. Джекс привык командовать, а не подчиняться. С ним все это время был Дак Бейл, а теперь присоединился Дад Лимен.

Колесить по округе, высматривая отпечатки копыт бессмысленно. Вычислить бандитов можно с помощью логических рассуждений. Дада и Кларри знали в Юнионвилле, именно поэтому там они не появятся. Хопалонг полагал: Кларри Джексу выгодно, чтобы его считали мертвым.

Наступила ночь. Рощица тополей, росшая во впадине, обещала близость воды, туда и направился Хопалонг. Он внезапно почувствовал, что устал, да и силы Топпера тоже на исходе. Тополя не обманули: между ними поблескивал маленький пруд, питаемый грунтовыми водами. С одной стороны рощицы густо разрослась дикая яблоня, и Хопалонг разбил лагерь там, расположившись рядом с огромным стволом поваленного дерева. Продраться через кустарник, не подняв шума и треска, невозможно, а сзади его надежно прикрывало бревно. Хопалонг собрал немного сухой коры, веток и кусков полусгнившего дерева и разжег маленький костер, который не будет заметен.

Кэссиди наливал кофе, когда услышал, как стукнула о камень подкова, схватив винтовку, он откатился в кусты. Долгое время не было слышно ни звука, и он нетерпеливо пожирал глазами поставленную на землю кружку. И надо же кому-то появиться в тот самый момент, когда он собирался попить кофе!

Хопалонгу пришла неожиданная идея. Он с величайшей осторожностью вытянул руку с винтовкой, прицелом зацепил ручку кружки и медленно подтащил ее к себе. К счастью, пролилось совсем немного, и Хопалонг с наслаждением глотнул горячего кофе. Теперь пусть идут. Он готов к встрече.

Снова стукнуло копыто, на этот раз ближе. Всадник приближался очень осторожно. Послышались тихие голоса, и Кэссиди напряг слух, пытаясь уловить интонацию. Когда до него дошло, кто это, он усмехнулся и, обогнув бревно, пополз в густой траве. Хопалонг увидел на фоне звездного неба силуэты широкополых шляп и громко сказал:

— Вы, ребята, лучше кричите, когда подъезжаете к лагерю, иначе вас когда-нибудь подстрелят.

Коротышка с Тексом смущенно обернулись, услышав, как он выходит из кустарника.

— Мы думали, тебе одному скучно, — нерешительно произнес Текс.

— И поскольку уж оказались здесь, решили сообщить тебе новость.

— Какую новость? — подозрительно спросил Хопалонг.

— Ну, скоро Док с мисс Айрин собираются впрячься в одну упряжку.

— Знаю.

— А на «3 Джи» вроде как случилась заварушка. Хэнк Баучер сцепился с Коном Гором, а этот койот Трой взял и выстрелил Баучеру в спину. Док считает, что тот может выкарабкаться, но это еще вопрос.

— В этой команде люди не ладят даже друг с другом, — сказал Хопалонг. — Пошли к костру — пока кофе горячий, — и еще спросил: — Землетрясение почувствовали?

— Почувствовали?! — воскликнул Текс. — Я испугался чуть ли не до смерти. Мы были посреди пустыни, но видели, как осыпаются гребни хребтов. У плато, что к югу отсюда, обвалился целый угол.

За кофе Хопалонг поведал о событиях дня, о том, что нашел могилу Ларами, о своих догадках относительно того, что Джекс жив и скрывается вместе с Бейлом и Лименом.

— Мы слыхали, что он жив. Бен Локк отыскал следы трех всадников и среди них отпечатки копыт той пятнистой лошадки, которую ты заметил перед ограблением. Бен некоторое время шел по следу, потом потерял его. Позавчера в городе один парень рассказал, что эти трое его ограбили, отобрали всю еду. Он был страшно напуган, поэтому не сразу признался.

— По-твоему, куда направился Джекс? — спросил Миллиган.

— Трудно сказать. Может, на свой участок возле Стар-Пик?

— Едва ли, — возразил Монтана. — Теперь о нем знают слишком многие. Хотя там полно старых штреков, оставшихся от Стар-Сити, и нетрудно укрыться от посторонних глаз.

— На его месте, — сказал Текс, — я бы махнул на северо-запад, к пустыне Блэк-Сэндс, и затерялся бы там.

— Ну, — пожал плечами Хопалонг, — если бы он сбежал из здешних мест, я бы за ним не погнался. Мне уже пора двигаться дальше.

Текс подбросил в огонь веток и начал длинный рассказ о том, как пасут скот в районе Бразос, через пару минут они с Коротышкой горячо спорили о том, что лучше: набрасывать лассо или затягивать петлю.

Кэссиди прислонился спиной к бревну и рассеянно слушал. Он думал, что хорошо бы сейчас увидеться с Редом Коннорсом. Последний раз с Джонни и Меските он встречался в районе Джайлы. В тот раз они вовремя ввязались в драку и выручили его из беды. Это было в традициях старой доброй команды с «Тире 20» — стоять горой друг за друга.

Хопалонг усмехнулся, вспомнив в какие заварушки они с Меските попадали в Додже и Огаллале, но даже эти города были уже не теми, что раньше. Да и перегонять скот на север стало уже не так опасно. Сейчас самые «веселые» города — это Тумстоун и Дэдвуд. Но очень крутым ребятам осталось с полдюжины шахтерских поселков в Юте и Неваде, которые вполне могли потягаться со старыми городишками, располагавшимися на пути перегона скота из Техаса на север.

Бизонов сменили лонгхорны, которые, в свою очередь, уступили место беломордой породе. Еще немного времени, и по пастбищам пройдет плуг. Старый Запад менялся и приходилось с этим мириться.

— Что теперь? — вдруг спросил Коротышка. — Ты собираешься охотиться за Джексом?

— Возможно. — Кэссиди свернул самокрутку и вытянул онемевшие ноги. — Но он мог удрать. А что касается «3 Джи», надеюсь, они больше не будут зариться на чужое и не будут доставлять Ронсону неприятности. — Его глаза блеснули. — И мне, вроде бы, тоже.

Миллиган выглядел разочарованным.

— И это, когда драка только началась!

В 1863 году Юнионвилл процветал. В то время там было десять магазинов, шесть отелей, девять салунов, две почтово-дилижансные конторы, две аптеки, четыре конюшни и пивоварня. Каждый житель имел золотоносный участок — потенциально самый богатый. Люди без цента в кармане заключали сделки на тысячи долларов, меняли, покупали, продавали участки и богатые золотоносные жилы.

У старателей оптимизм в крови, и только оптимист может жить в землянке или шалаше, выкапывая в горе ямы в поисках призрачного счастья; однако в краях, где нашли серебряный самородок весом почти в тонну, а золотые кварцевые жилы приносили миллионы, оптимизм был в порядке вещей.

В радиусе двадцати миль от Юнионвилла возникло несколько деревушек. Некоторые просуществовали только месяцы, некоторые несколько лет, а в иных жили до сих пор. Одно из заброшенных поселений называлось Стар-Сити — хаотично разбросанные лачуги, выстроенные на склоне горы и защищенные от постороннего взгляда соседней вершиной.

Здесь в свое время нашли богатое месторождение золота. Его хватило почти на два года, а когда оно истощилось, старатели разбрелись кто куда — в Юнионвилл или в другие места. Лачуги остались. В них обитали полные надежд золотоискатели и несколько скваттеров. Оптимисты жили постоянно, а скваттеры менялись еженедельно.

Наконец разбежались даже самые упорные, и в деревушке поселились пустынные совы, крысы и летучие мыши.

Когда Дак Бейл приволок Кларри Джекса в поселок, тот едва дышал от большой потери крови. Они остановились в брошенной, но неплохо сохранившейся хижине, и Бейл, который неоднократно имел дело с огнестрельными ранениями, оказал Джексу первую помощь. Пуля рассекла кожу на голове и обнажила череп. Джек получил сотрясение мозга, но гораздо тяжелее была рана на теле. Через несколько дней Джексу стало немного лучше. Бейл смог на время уехать, чтобы связаться с Дадом, потом опять вернулся в хижину.

Целую неделю Джекс находился между жизнью и смертью, за ним ухаживал сам Дейл и Док Бентон, которого Дад Лимен, завязав ему глаза, тайком привез в поселок. Бентон, в прошлом армейский хирург, слишком пристрастившийся к бутылке, не разучился врачевать. Когда же он смог вернуться в салун Юнионвилла, Джекс уже выздоравливал. Но чем сильнее физически становился Джекс, тем раздражительнее делался его характер, наконец он стал совсем невыносимым.

Покинув Стар-Сити, бандиты устроились в одной из полудюжины хибар, расположенных в глубокой горной расщелине. Поселок некогда принадлежал «Горной Компании Хай-Корд». Похудевший, бледный и озлобленный Кларри Джекс расхаживал по комнате, еле сдерживая ярость. Дак Бейл с тревогой наблюдал за боссом. Даже флегматичный Дад Лимен посматривал на Джекса с опаской. То ли жестокое поражение, нанесенное Хопалонгом, то ли сотрясение мозга стало причиной ярости Джекса, — они не знали. Факт оставался фактом: натуру убийцы уже не скрывала завеса улыбчивости.

Дад Лимен молча жевал табак и размышлял. Можно сказать, что они с Кларри Джексом были друзьями, однако Джекс, попав в затруднительную ситуацию, хладнокровно застрелил Дакоту Джека. Лимен давно знал, что Кларри Джекс и Васко Грэхэм — один и тот же человек. Это Бейл, приятель Джекса по добрым старым временам в Болд-Ноб, открыл Лимену правду. И она не прибавила Даду уверенности в будущем.

— По-моему, — как-то раз отважился предложить он, — надо сматываться. Пока Кэссиди не уехал, нам тут делать нечего. А с Пони разберемся позднее.

— Забудь и думать об этом! — резко повернулся к нему Джекс, зло прищурив глаза. — Мы никуда не уедем, пока не умрут Кэссиди и Харпер! Мне нужно золото, но важнее покончить с Кэссиди!

— Босс, — спокойно возразил Лимен, — теперь против нас вся округа. Если останемся, то рискуем не выбраться отсюда живыми. Я говорю дело. Сейчас мы еще можем сбежать. Они не знают, что ты жив, но поверь, скоро начнут подозревать неладное. Кэссиди, — продолжил он, — объезжает местность. Бен Локк тоже, — а насколько я знаю, Ларами убил именно Локк. Вчера с вершины хребта два часа я наблюдал за Локком в бинокль. Он искал след, может быть, твой — не знаю. Он потерял его в долине, но все время смотрел на эти горы, словно собирался побывать и здесь. Точно говорю, Кларри: Локк не успокоился!

Глаза Джекса потемнели от ненависти.

— В чем дело, Дад? — презрительно усмехнулся он. — Струсил? Я не удивился бы, если бы запаниковал Бейл, но ты? — Он развернулся и пошел, но в дверях оглянулся и тихим, искаженным от злобы голосом сказал: — Никто от меня не уйдет! Поняли? Никто!

Джекс гордо шагнул за порог, и они услышали звук удаляющихся шагов. Бейл с побледневшим лицом посмотрел на Дада.

— Он и впрямь сошел с ума.

Лимен тревожно кивнул.

— Нет смысла оставаться, Дак! Никакого! Я тебе говорю, Бен Локк опасней гончей. Он не бросит взятый след! Этот парень похудел, почти не спит и все равно выслеживает нас, такой не откажется от начатого. А что касается Хопалонга, то я лучше сцеплюсь с пумой в ее логове, чем с этим хомбре. От смерти Кларри спасло только землетрясение.

— Что ты собираешься делать? — осторожно справился Бейл.

Дад Лимен не ответил. Он быстро и бесшумно встал, выглянул наружу, потом опять сел.

— Что делать? — громко сказал он. — Я от босса никуда не уйду. А что еще остается делать? Весь вопрос в том, как достать Кэссиди!

Бейл быстро взглянул на окно и притворно согласился:

— Ну да. Первым делом надо достать его, а потом отобрать золото у Харпера.

Неожиданно в комнату вошел Кларри Джекс и свирепо уставился сначала на одного, потом на другого. Бейл с Лименом поняли, что он, отойдя от дома, подкрался обратно, чтобы подслушать их разговор. Джекс прикурил сигарету, нетерпеливо затянулся и опять вышел, что-то бормоча себе под нос.

Дад Лимен посмотрел на его широкую спину. Не в его характере было стрелять исподтишка, но в этот момент выстрел в спину Джекса показался ему лучшим выходом. Может быть, это единственный шанс остаться в живых.

Кларри Джекс обернулся и пристально посмотрел на них. Взгляд был злобным и угрожающим. В его глазах появилось что-то еще, Дад Лимен понял: Кларри Джекс потерял рассудок.

Читать далее

Добавить комментарий

Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. правила

Скрыть