Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Дело беззаботного котенка The Case of the Careless Kitten
Глава 16

Элен Кендал с сухими глазами сидела в приемной больницы. Ей казалось, что она находится здесь целую вечность. Она так нервничала, что не могла усидеть на месте, но в то же время чувствовала себя настолько усталой, что у нее не было сил подняться с места и немного походить. Она то и дело поглядывала на свои часики, каждый раз говоря себе, что время не может тянуться так долго.

Наконец в коридоре послышались чьи-то торопливые шаги. Измученная ожиданием, она вообразила, что это спешат позвать ее к постели умирающего. Сердце у нее сжалось при мысли о том, что, если бы все было в порядке, не стоило бы так бежать. Эти быстрые, легкие шаги могли означать только одно: это идут за ней и дорога каждая секунда.

Побледнев, она вскочила со скрипучего плетеного кресла и бросилась к выходу из приемной. Шаги замерли на пороге. В дверях стоял высокий мужчина в пальто и дружелюбно улыбался.

— Хэлло, мисс Кендал. Вы меня помните? Ее глаза широко раскрылись.

— Ох, лейтенант Трэгг, скажите, вы что-нибудь… знаете о нем…

Лейтенант покачал головой.

— Его еще оперируют. Операция затянулась, потому что искали донора, чтобы сделать переливание крови. По-моему, теперь уже скоро закончат. Я разговаривал по телефону с сестрой.

— Скажите же мне, как он? Есть ли надежда? Или же…

Трэгг положил руку на ее худенькое плечо.

— Успокойтесь, прошу вас. Все будет хорошо.

— Они… они не потому послали за вами, что это последний шанс поговорить с…

— Послушайте, — сказал Трэгг, — постарайтесь держаться. За сегодняшний день вам пришлось столько пережить, что вы попросту не владеете собой. Операция протекает нормально, во всяком случае, мне так сказали. Я же приехал сюда, чтобы забрать одну вещь.

— Какую?

— Пулю. И получить его показания, если он сможет говорить. Это не то, что называется «предсмертное заявление»?

Трэгг усмехнулся.

— Это все нервы. Вы просто долго сидели здесь одна со своими переживаниями, вот и довели себя до такого состояния.

— Я все выдержу, — сказала Элен, — но я хочу знать, как он. Это же естественно. Вы все равно не поверили бы, если бы я стала вас уверять, что ни капельки не боюсь. Но я не собираюсь сходить из-за этого с ума. Понимаете, мы все считали! что рождены для счастья, что это само собой разумеется… А теперь люди по всему миру погибают…

— Я вижу, вы не плакали? — сочувственно заметил Трэгг.

— Нет. И не заставляйте меня плакать… Не жалейте меня и не смотрите на меня такими глазами. Но, ради Бога, если вы имеете хоть малейшую возможность узнать, как он, какие у него шансы, сделайте это.

— Вы обручены? — вдруг спросил Трэгг. Элен потупилась и залилась краской.

— Честно говоря, я не знаю. Он никогда по-настоящему не просил меня стать… Но по пути сюда, в машине… Наверное, только тут он понял, как мне дорог.

Я была слишком испугана, чтобы скрывать свои чувства. Конечно, мне не следовало быть такой откровенной.

— Почему? Ведь вы же любите его.

Девушка вскинула голову и с некоторым вызовом посмотрела на лейтенанта.

— Да, я люблю его. Я так ему и сказала. Я принадлежу ему, и так будет всегда, что бы ни случилось. А еще я ему сказала, что готова выйти за него прямо сейчас.

— И что же он ответил?

— Ничего… он потерял сознание.

С трудом сдерживая улыбку, Трэгг попытался ее успокоить:

— Вы же знаете, Джерри потерял много крови. Так что это естественно. Скажите, мисс Кендал, сколько времени вы находились дома, до того как появился Джерри?

— Не знаю. Не очень долго.

— Как случилось, что он заглянул так поздно? Элен нервно засмеялась.

— Он сказал, что несколько раз звонил в течение дня, но меня не было дома. Вечером ему случилось проезжать мимо, он заметил в окнах свет и решил заглянуть на минутку. Мы разговаривали, и вдруг в спальне тети Матильды что-то упало…

— Вы говорили, что такой звук бывает обычно при падении тяжелого предмета. В комнате было темно?

— Да.

— Вы в этом уверены?

— Да.. Если только у этого человека не было при себе фонарика. А он, наверное, был, потому что попугайчики начали чирикать.

— Но когда вы открыли дверь, фонарик не горел?

— Нет.

— А в коридоре свет горел?

— Да. Мне даже в голову не пришло зажигать там свет. А ведь разумнее было бы погасить его в коридоре, а в спальне сразу зажечь.

— Конечно, но ведь теперь уже ничего не поделаешь, — заметил Трэгг, — так что не стоит об этом и говорить. Меня интересует вот что: свет был зажжен в коридоре и выключен в спальне вашей тетушки, ведь так?

— Так.

— Кто открывал дверь, вы или Джерри?

— Джерри.

— Ну и что было потом?

— Мы понимали, что в спальне кто-то есть. Джерри стал нащупывать на стене выключатель, но не мог его найти. Я вдруг сообразила, насколько важно зажечь свет, проскользнула у него под рукой и потянулась к выключателю. Вот тут все и случилось.

— Два выстрела?

— Да.

— Свет вы так и не успели зажечь?

— Не успела.

— Скажите, ваша рука была уже возле выключателя, когда выстрелили в первый раз?

— Наверное, но я точно не помню. Первая пуля просвистела у меня прямо над головой и вонзилась в деревянный косяк двери. Мне в лицо полетели не то щепки, не то куски штукатурки — какие-то кусочки с острыми углами. Я отпрыгнула назад.

— А второй выстрел последовал сразу же вслед за первым?

— Почти сразу.

— Что было после этого?

Она еще больше побледнела и покачала головой.

— Простите, я мало что могу вспомнить… Я услышала такой характерный звук пули… Она попала в Джерри.

— Вы храбрая девочка, — сказал Трэгг. — Не думайте сейчас о Джерри. Вспомните, как все было. Не забывайте, нам важно все это знать. Значит, этот, второй, выстрел последовал сразу за первым, почти мгновенно, и он поразил Джерри?

— Да.

— Он сразу упал?

— Сперва он как-то странно повернулся, знаете, будто его ударили в бок.

— А после этого упал?

— Я почувствовала, как у него подкосились ноги и как он всей своей тяжестью повис на мне. Я хотела осторожно опустить его на пол, но мне это оказалось не под силу, и мы оба упали, потеряв равновесие.

— Что же случилось с человеком, который скрывался в комнате?

— Не знаю. Я видела только, как Джерри странно побледнел. Я дотронулась до его бока, и рука была вся в крови. Он был без сознания. Я решила, что он умер. Сами понимаете, тут уж мне было ни до чего. Я стала окликать Джерри, говорить с ним… И тут он приоткрыл глаза, улыбнулся мне и сказал: «Давай-ка, крошка, посмотрим, смогу ли я удержаться на собственных ногах или нет».

Трэгг нахмурился:

— А вам не приходило в голову, что человек в спальне стрелял вовсе не в Джерри?

— Что вы имеете в виду?

— Он стрелял в вас. Первый раз он лишь чудом не попал вам в голову, потом вы отпрянули назад и очутились позади Джерри. И когда он выстрелил в вас второй раз, он попал в Джерри. Не забывайте, что человек этот вас отлично видел на фоне освещенного коридора.

Она испуганно смотрела на Трэгга широко раскрытыми глазами.

— Я не думала об этом. Мне казалось, этот человек в комнате просто не хотел, чтобы мы его обнаружили, и поэтому…

— И вы не имеете ни малейшего понятия, кто бы это мог быть?

— Нет.

— Кто-нибудь, кому было выгодно убрать вас с дороги?

Она покачала головой.

— А если умрет ваша тетя?

— Почему вы задаете такой вопрос?

— Потому что за несколько часов до этого была предпринята попытка отравить миссис Шор. Возможно, у преступника есть основания считать, что эта попытка удалась, и она умирает или уже умерла. Вот он и явился в дом, чтобы разом покончить и с вами.

— Нет, я не могу даже представить, кто бы это мог быть.

— Вы не знаете никого, кому могло бы оказаться выгодным, если бы…

— Нет.

В этот момент они услышали, как по коридору кто-то идет в туфлях на резиновой подошве.

Шурша накрахмаленной формой, в дверях появилась улыбающаяся медсестра.

— Его уже перевезли из операционной, мисс Кендал, — сообщила она. — Вы ведь мисс Кендал?

— Да, да… Скажите, он будет жить? Он в сознании? Он…

— Конечно да. Если хотите, можете подняться к нему.

Трэгг двинулся вместе с Элен Кендал, и медсестра вопросительно посмотрела на него.

— Лейтенант Трэгг. Полиция. Я пришел за пулей, — объяснил он.

— Вам нужно поговорить с доктором Рослином. Он сейчас должен спуститься из операционной.

Трэгг обратился к Элен:

— Мне страшно не хочется мешать вам, но я обязан задать ему несколько вопросов, если, конечно, разрешит врач.

— Он в сознании, — пояснила сестра. — Его оперировали под местной анестезией.

Элен Кендал умоляюще посмотрела на него, когда они подошли к лифту.

— Наверное, вам важнее сначала получить пулю, лейтенант? Это же страшно важно. Врачи такие рассеянные. Пулю могут выбросить или потерять, если вы замешкаетесь…

Трэгг от души рассмеялся.

— Ладно, вы победили. Идите одна. Но не переутомляйте его, потому что я приду через минуту поговорить с ним.

Медсестра возразила:

— Он еще не отошел от наркоза, лейтенант, сознание у него притуплено, так что на его слова нельзя особенно полагаться.

— Все понимаю, сестра. Я просто хочу задать ему парочку простых вопросов. Так на каком этаже операционная?

— На одиннадцатом. А мистер Темплер — на четвертом. Я провожу вас, мисс Кендал.

Чуть заметно подмигнув Элен, Трэгг обратился к сестре:

— Вы не могли бы проводить меня к хирургу? А мисс Кендал сама отыщет нужную палату.

— Да, конечно. Мисс Кендал, его палата номер 481, в самом конце коридора.

— Не беспокойтесь, она найдет.

Элен одарила Трэгга благодарной улыбкой.

— Спасибо, — выдохнула она и поспешила в конец коридора.

Дверь лифта закрылась, и кабина поползла вверх.

— Каковы его шансы на выздоровление? — спросил Трэгг.

Медсестра пожала плечами.

— К сожалению, я не знаю.

На одиннадцатом этаже она проводила его в операционную. Доктор Рослин, голый по пояс, вытирался полотенцем.

— Лейтенант Трэгг, — представила сестра.

— Ага, понятно, лейтенант. Я приготовил вам этот кусочек свинца. Черт побери, куда он девался? Мисс Дьюэр, вы не видели пулю?

— Вы положили ее на поднос, доктор, и предупредили, чтобы мы до нее не дотрагивались.

— Черт бы ее побрал, наверняка сверху ее завалили бинтами. Одну минуточку… вот сюда, прошу вас.

Он провел лейтенанта в комнату, примыкающую к операционной. В нос Трэггу ударил характерный больничный запах. Сестра вытащила кучу окровавленных тампонов из эмалированного контейнера и пододвинула их доктору. Вооружившись хирургическими щипцами, он быстро разгреб остатки операционного материала и вытащил окровавленный кусочек металла.

— Получите, лейтенант.

— Большое спасибо. Впоследствии вам придется подтвердить под присягой, что это именно та пуля, которую вы извлекли из тела Джерри Темплера.

— Конечно. Это именно она.

Трэгг осторожно покрутил пулю в руках.

— Сделайте на ней какую-нибудь заметку, доктор, чтобы впоследствии вы могли ее узнать.

Доктор вытащил перочинный ножик и нацарапал три параллельные черточки у основания пули, а потом перечеркнул каждую. Поблагодарив, Трэгг спрятал вещественное доказательство в жилетный карман.

— Каковы его шансы на выздоровление? — спросил он.

— Пока все в порядке. Здоровый, крепкий организм. Армейская закалка делает чудеса, лейтенант. Этот парень вынослив, как черт. Отлично перенес операцию.

— Вы разрешите поговорить с ним несколько минут?

— Пожалуйста, но учтите, что он накачан лекарствами. Не утомляйте его и не задавайте слишком сложных вопросов. Ему нельзя напрягаться. Что-нибудь простое, на чем он сможет сосредоточиться. Если вы дадите ему возможность говорить самому, он непременно начнет путать. Но на простые и четко сформулированные вопросы ответит. Не вздумайте брать с собой стенографа. Речь его будет путаной, и какие-то ответы могут оказаться неточными.

— Прекрасно, договорились. Теперь, если будут изменения его состояния, немедленно поставьте меня в известность. Если дело пойдет плохо, я хочу получить его предсмертное заявление.

Доктор засмеялся:

— Сомневаюсь, чтобы вам представилась такая возможность. Этот малый хочет жить. Он по уши влюблен в какую-то девушку. Пока я не дал ему наркоз, он все бормотал, как он счастлив, что его подстрелили, потому что это дало ему возможность узнать, как она его любит. Представляете? Единственное, о чем он жалел, так это о том, что упустил стрелявшего в него негодяя… Ладно, лейтенант, дайте мне знать, когда я вам понадоблюсь в качестве свидетеля для идентификации пули.

Лейтенант спустился на четвёртый этаж, прошел на цыпочках до палаты 481 и осторожно открыл дверь. В дальнем конце комнаты стояла медсестра. Элен Кендал, немного растерянная и смущенная, сидела на стуле у кровати больного.

— Я так рада… — говорила она в тот момент, когда Трэгг отворил дверь.

Джерри Темплер встретил хмурым взглядом еще одного свидетеля их свидания.

Но Трэгг ободряюще улыбнулся ему.

— Хэлло! Я понимаю, вы не слишком расположены сейчас вести серьезные беседы, но мне необходимо задать вам несколько вопросов. Я лейтенант Трэгг из отдела насильственных преступлений.

Темплер закрыл глаза, часто-часто заморгал, словно ему было трудно сфокусировать их на лице Трэгга, потом усмехнулся и сказал:

— Валяйте!

— Отвечайте как можно короче, чтобы не утомляться.

Джерри кивнул.

— Кто стрелял?

— Не знаю.

— Вы вообще что-нибудь видели?

— Легкое движение, смутные контуры человеческой фигуры.

— Высоко или низко?

— Трудно сказать… В углу комнаты что-то шевельнулось, и раздался выстрел.

— Мог ли этот человек стрелять в Элен, а не в вас? От этого вопроса Темплер мгновенно возбудился.

— То есть как это? Стрелять в Элен?

— Могло быть так?

— Не знаю. Не могу представить… Да… да, мог… Я никогда…

— Простите, но пациента нельзя волновать, — негромко вмешалась сестра из угла палаты.

Лейтенант Трэгг посмотрел на Элен Кендал, гордо выпрямившуюся на стуле, вспомнил растерянное, озадаченное выражение лица Темплера, когда открылась дверь палаты, улыбнулся сестре и сказал:

— Сестра, я говорил с доктором и могу вас заверить, что, хотя в целом вы правы, но кое в чем ошибаетесь. Эти таинственные выстрелы все же помогли прояснить некоторые, более важные вещи. И сейчас тут все выяснится раз и навсегда, если только вы позволите себе отдохнуть, выпить чашечку кофе. Конечно, в медицине я профан, но зато разбираюсь в человеческой натуре, поэтому с полной ответственностью заявляю, что, если вы оставите эту парочку на пять минут, это принесет вашему пациенту гораздо больше пользы, чем любое лекарство. Ведь он все рассказал доктору во время операции. Почему бы не дать ему теперь повторить то же самое своей девушке?

Сестра взглянула на Трэгга, поднялась со стула, зашуршав накрахмаленной формой, и поплыла к двери.

ПК

— У вас есть одна минута, — предупредила она Элен. Пропустив вперед сестру и прикрывая за собой дверь.

Трэгг попросил ее:

— Дайте ей побольше времени.

— Ну, вы сделали свое дело, — сказала сестра, идя за ним к лифту.

— Пришлось, — ухмыльнулся Трэгг. — В любовных делах гордость иной раз приносит больше вреда, чем ревность. Парень не хотел говорить ей о своих чувствах, потому что он в армии. По дороге в больницу девушка признается ему в своих чувствах. Ну, а потом, естественно, она смущается и ждет, чтобы он сделал следующий шаг. Но он боится, что она могла передумать. Ни один из них не хочет первым начать говорить, а тут еще вы стоите…

— Я тихо стояла в углу и не мешала, — возразила она.

— Ну что ж, — с улыбкой заметил Трэгг, — что-то теперь будет.

Насвистывая какую-то мелодию, он спустился вниз, прошел длинным больничным коридором и вышел на прохладный ночной воздух. Сев в полицейскую машину, Трэгг быстро поехал в управление.

В лаборатории раздраженный шотландец сказал ему:

— Надо полагать, ваше дело не терпит отлагательства до девяти часов утра?

— Верно, не терпит… Скажите, та пуля, которую извлекли из тела Генри Лича, у вас?

— Да.

Трэгг вынул из жилетного кармана две пули и протянул ему, поясняя:

— Пуля, помеченная тремя параллельными царапинами, извлечена при операции из тела Джерри Темплера. Вторая вонзилась в косяк той двери, возле которой стоял он со своей девушкой. Сколько времени вам потребуется, чтобы определить, не выпущены ли все три пули из одного и того же револьвера?

— Не знаю, — ответил шотландец со своим неподражаемым пессимизмом, — все зависит от обстоятельств. Иногда уходит много времени, иногда нет…

— Постарайтесь, чтобы на этот раз времени ушло как можно меньше, — попросил Трэгг. — Я спущусь к себе в кабинет. Позвоните мне. Только не перепутайте пули! Защитником выступает Перри Мейсон, а с ним шутки плохи! Как он проводит перекрестный допрос, вы, наверное, знаете.

— Не боюсь я его перекрестных допросов, — сердито огрызнулся эксперт, регулируя окуляр микроскопа. — У него не будет случая ко мне придраться. Я сделаю микрофотографии, и пусть за меня говорит фотоаппарат. Нужно быть болваном, чтобы трепать языком, когда можно предъявить убедительные документы.

Трэгг, задержавшись у порога, возвестил:

— Я объявил войну Перри Мейсону. Собираюсь отучить этого парня переть на рожон.

— Тогда вам стоило бы купить будильник, — проворчал Ангус Макинтош, приступая к работе. — Вам придется раненько подниматься, мистер лейтенант.

— Уже купил, — буркнул Трэгг на пороге и осторожно прикрыл за собой дверь.

Войдя к себе в кабинет, он невольно поморщился: там стоял тяжелый запах табачного дыма. Пришлось раскрыть окна, и лейтенант поежился от хлынувшего в комнату холодного предрассветного воздуха. Устало проведя рукой по лицу, он обнаружил отросшую щетину и пот, смешанный с пылью. Лейтенант чувствовал себя вспотевшим, грязным и усталым.

Он отправился в туалет, где был умывальник с горячей водой, и с удовольствием принялся мыть лицо и руки. Когда он уже вытирался полотенцем, раздался телефонный звонок.

Подбежав к аппарату, лейтенант поднял трубку:

— Да?

Эксперт-шотландец из лаборатории ворчливым тоном доложил:

— Я пока не сумел разложить их так, чтобы сделать фотографии в подходящем ракурсе, но одну вещь точно могу сказать. Все три пули выпущены из одного револьвера. А теперь, когда вы хотите фотографии?

— Чем скорее, тем лучше.

Шотландец недовольно вздохнул.

— Вечно вы не можете подождать, — заметил он и повесил трубку.

Снова зазвонил телефон. Трэгг услышал торопливую речь дежурного на коммутаторе:

— Анонимный звонок вам, лейтенант. Ни с кем другим говорить не желает. Говорит, что ровно через шестьдесят секунд повесит трубку и чтобы мы не пытались выяснить, откуда он звонит.

— Можете подключиться и слушать наш разговор?

— Конечно.

— Давайте, соединяйте.

Раздался щелчок, и голос оператора объявил:

— Лейтенант Трэгг на линии.

— Хэлло! — Голос звучал неясно и глухо. По-видимому, собеседник Трэгга говорил, держа у рта руку, сжатую в кулак. — Это лейтенант Трэгг?

— Это Трэгг. Кто со мной говорит?

— Не важно. Я просто хочу вам кое-что сообщить насчет Перри Мейсона, адвоката, и девушки, которая привезла его к дому Шоров вскоре после полуночи.

— Говорите, что вам о них известно.

— Они подобрали там человека. Он важный свидетель, который вам нужен. Они его похитили и прячут.

— Кто этот человек? — нетерпеливо спросил Трэгг. — И где он?

— Кто он — не знаю, но мне известно, где он находится.

— Где?

Человек вдруг стал говорить очень быстро, будто ему не терпелось поскорее закончить разговор.

— Отель «Марпл-Лир». Зарегистрировался как Томас Триммер примерно в четверть пятого сегодня ночью. Он в номере 376.

— Одну минуточку, — быстро сказал Трэгг. — Мне нужно уточнить вот что: вы совершенно уверены, что Перри Мейсон, адвокат, привез этого человека в отель? И он все это организовал?

— Черт побери! Мейсон приехал вместе с ним в отель, он же нес его дорожную сумку. Но девушки с ним не было.

Внезапно на противоположном конце провода повесили трубку. Разговор прервался.

Лейтенант быстро спросил оператора:

— Установили, откуда звонили?

— Да. Телефон-автомат в квартале от отеля. Туда направлены две радиофицированные машины с инструкцией задержать всех людей в радиусе трех кварталов от этого места и допросить. Минут через пятнадцать мы узнаем результаты.

В глазах Трэгга сверкало нетерпение охотника, вышедшего на след.

— Ладно, пятнадцать минут я на всякий случай подожду.

Через двадцать минут поступило сообщение. Две радиофицированные машины прибыли на место. Это был ночной ресторан с телефонной будкой у входа. За стойкой находился один бармен; он обслуживал клиентов и не следил за тем, кто говорил по телефону. Он мельком заметил в будке какого-то мужчину, но описать его не мог. Патруль задержал двоих прохожих в радиусе четырех кварталов, и хотя было сомнительно, что Трэггу звонил кто-то из них, полиция на всякий случай записала их имена и адреса из водительских удостоверений. Еще выяснилось, что некто Томас Триммер действительно прибыл в отель «Марпл-Лир» примерно в четыре часа утра. Это слегка сутулый мужчина около шестидесяти, вес — сто сорок фунтов, рост — примерно пять футов шесть дюймов. Одет в изрядно поношенный, но чистый костюм. С высокими скулами, седыми обвислыми усами. Его багаж состоял из видавшей виды матерчатой дорожной сумки, довольно тяжелой. Триммера привез высокий, хорошо одетый мужчина.

На лбу у лейтенанта Трэгга запульсировала жилка.

— Пусть обе машины продолжают патрулирование, — приказал он. — Следите за тем, чтобы Триммер никуда не сбежал. Я немедленно выезжаю.

Читать далее

Добавить комментарий

Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. правила

Скрыть