ReadManga MintManga DoramaTV LibreBook FindAnime SelfManga SelfLib MoSe GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Забытое дело The Closers
Глава 8

Через двадцать минут они оказались в одном из самых нелюбимых Босхом мест, Управлении отправления наказаний в Ван-Нуйс. Это было одноэтажное кирпичное строение, битком набитое людьми. Одни ждали здесь своего офицера по надзору, другие пришли сдать анализ мочи, третьи явились отметиться по приговору суда, четвертые готовились к расставанию со свободой, а пятые еще надеялись ее сохранить. Отчаяние, унижение, гнев и злость ощущались в самой атмосфере заведения. Это было место, где Босх предпочитал избегать визуального контакта с кем-либо.

Воспользовавшись тем, что было у них и чего не было у остальных – полицейскими жетонами, – напарники пробились через толпу и получили разрешение пройти к агенту, под надзором которого Роланд Маккей состоял после своего последнего ареста за непристойное поведение два года назад. Тельма Киббл сидела в крохотной стандартной кабинке в комнате, состоящей из примерно полудюжины таких же закутков. На столе и в шкафчике, шедших, по-видимому, в одном наборе с кабинкой, лежали папки с материалами на условно осужденных и освобожденных условно-досрочно, отданных на ее попечение. Тельма Киббл была среднего роста и с живыми, ясными глазами и темно-коричневой кожей. Босх и Райдер представились детективами из «убойного» отдела. Свободный стул в кабинке нашелся только один, так что они остались стоять.

– Что у вас, ограбление или убийство? – спросила Киббл.

– Убийство, – ответила Райдер.

– Тогда возьмите стул из соседней кабинки. Коллега ушла на ленч.

Босх принес стул. Они сели и рассказали, что хотели бы посмотреть материалы на Роланда Маккея. Босх заметил, что Киббл вспомнила имя, но, наверное, не более того.

– Два года назад ему дали условный за непристойное поведение, – пояснил он. – Состоял под надзором восемнадцать месяцев.

– Тогда его дело не здесь, а в архиве. Я сейчас принесу. – Она поднялась. – Не помню… ах да, Маккей! Вспомнила. Роланд Маккей. Как же, как же. Повеселил.

– А что такое? – поинтересовалась Райдер.

Киббл улыбнулась:

– Скажем так, у него были проблемы в общении с женщиной другого цвета кожи. Посидите здесь – я мигом.

Она записала имя на бумажку и вышла.

– Может, оно и к лучшему, – сказал Босх.

– Ты о чем?

– Если у него были проблемы с ней, то, возможно, возникнут и с тобой. Мы могли бы этим воспользоваться.

Райдер кивнула. Босх увидел, что она смотрит на газетную вырезку, пришпиленную к филенчатой перегородке. Бумага уже пожелтела от времени. Босх наклонился, но все равно смог прочитать только заголовок:

РАНЕНОГО ОФИЦЕРА ПО НАДЗОРУ ВСТРЕЧАЮТ КАК ГЕРОЯ

– Что там? – спросил он.

– Я знаю, кто она такая, – ответила Райдер. – Ее ранили несколько лет назад. Пришла в дом к бывшему зэку, а кто-то ее подстрелил. Тот, к кому она пришла, вызвал помощь, а потом скрылся. Что-то в этом роде. Ее наградили. Боже, как она похудела.

Что-то в этой истории показалось Босху знакомым. Заметку иллюстрировали две фотографии. На одной Тельма Киббл стояла перед зданием Управления по надзору, с крыши которого свешивался плакат с приветственными словами. Райдер была права. За прошедшее с тех пор время Тельма потеряла никак не меньше восьмидесяти фунтов. Босх сразу вспомнил, что видел этот самый плакат несколько лет назад, когда приезжал по какому-то делу в расположенный через дорогу от управления суд. Он кивнул и перевел взгляд на второй снимок.

Что-то всколыхнулось в памяти. На снимке, которому явно не хватало четкости, была запечатлена белая женщина, бывшая заключенная, которая проживала как раз в том доме, где ранили Киббл.

– Стреляла же не она, а? – спросил он.

– Нет. Она как раз и вызвала помощь. А потом исчезла.

Босх вдруг поднялся и, опершись на лежащие на столе папки, вгляделся в снимок внимательнее. Черно-белая фотография потемнела, но он все равно узнал лицо. Волосы и глаза были другие, как и имя под снимком. И все-таки Босх нисколько не сомневался, что видел эту самую женщину в прошлом году в Лас-Вегасе.

– Только не помните мне бумаги, – сказала, входя в комнатку, Киббл.

Он моментально вернулся на место.

– Извините. Просто хотел прочитать вырезку.

– О, старая история. С тех пор много воды утекло… и лишних фунтов тоже немало.

– Я присутствовала на том собрании, когда вас награждали, – сказала Райдер.

– Неужели? – Киббл расплылась в улыбке. – Да, приятный был вечер.

– А что сталось с той женщиной? – спросил Босх.

– С Кэсси Блэк? О, ударилась в бега. Только ее и видели.

– Ее в чем-то обвиняли?

– Самое странное, что нет. То есть если она в чем и виновата, то лишь в том, что сбежала с места преступления и нарушила правила условно-досрочного освобождения. Больше нам не в чем ее обвинить. В конце концов, стреляла же в меня не она. Кэсси спасла мне жизнь, и я только благодарна ей за это. Не исключаю, что парень, который меня ранил, мог потом найти ее, убить и закопать где-нибудь в пустыне. От всей души надеюсь, что этого не случилось. Кэсси оказала мне большую услугу.

Теперь Босх уже засомневался: а с этой ли женщиной он прожил несколько дней в мотеле около аэропорта, когда год назад навещал свою дочь в Лас-Вегасе. Звали-то ее точно не Кэсси Блэк. Он молча опустился на стул.

– Ну что, нашли? – спросила Райдер.

– Да, все здесь. Можете взять дело с собой. Если хотите расспросить о парне, то задавайте ваши вопросы прямо сейчас, потому что через пять минут мне надо взяться за свои дела. Если начну позже, то сломаю график на весь оставшийся день и выберусь отсюда только поздно вечером. А сегодня мне опаздывать никак нельзя – свидание.

Перспектива приятного времяпрепровождения добавила блеска в ее глаза.

– Хорошо. Тогда такой вопрос: что вы о нем помните? Вы заглянули вдело?

– Да, пробежала глазами, пока шла назад. Мелкий, но мерзкий поганец. Наркоман, но не активный. Повернутый на расовой религии. Ничего особенного. Мне даже доставляло удовольствие время от времени прижимать его к ногтю. Вот, пожалуй, и все.

Райдер открыла папку, и Босх наклонился взглянуть на фотографию.

– Непристойное поведение… В чем оно проявилось? – спросил он.

– Там все сказано. Наш герой хватил лишнего и сел за руль. Потом решил, что ему надо облегчиться. Остановился. Зашел в первый попавшийся двор, а во дворе тринадцатилетняя девочка бросала мяч в корзину. Мистер Маккей, наверное, подумал, что раз он выпустил петушка на волю, то было бы неплохо, если бы девочка с ним поиграла. Я еще не сказала, что ее отец служил в полиции? И случайно оказался дома? Он вышел, взял мистера Маккея за шкирку и опустил на землю. Впоследствии Маккей жаловался, что его положили в ту самую лужицу, которую он успел налить. Ему это сильно не понравилось.

Рассказывая, Киббл улыбалась. Босх кивнул. В деле вряд ли приводились столь живописные детали.

– И он признал себя виновным?

– Да. Получил условный срок. И попал ко мне.

– Проблемы с ним были за эти восемнадцать месяцев?

– Точнее сказать, у него были проблемы со мной. Маккей попросил назначить ему другого надзорного офицера, но получил отказ. Так со мной и остался. Приходил сюда и отмечался. Держался смирно, хотя я чувствовала – злость осталась. Мне трудно сказать, что его доставало больше – то, что я черная, или то, что я женщина.

При последних словах Киббл взглянула на Райдер. Та кивнула.

В папке находились материалы по прошлым делам Маккея, указывались его аресты и перечислялись наказания. Все это требовало внимательного изучения, а времени уже не оставалось.

– Мы можем снять копию? – спросил Босх. – И хотелось бы позаимствовать одну из ранних фотографий.

Киббл, прищурившись, посмотрела на него:

– Работаете над старым делом?

Райдер кивнула:

– Очень старым.

– «Висяк»?

– Да, только что открыли заново.

– Понятно, – задумчиво протянула Киббл. – Меня уже ничто не удивляет – я знала парня, который украл в магазине замороженную пиццу, получил четыре года и не дотянул до конца срока два дня. Но насчет Маккея скажу так – на мой взгляд, в нем нет того, что называют инстинктом убийцы. Он может быть вторым номером, но не первым.

– Мы пока еще ничего не знаем наверняка, – сказал Босх. – Известно лишь, что он имеет к убийству какое-то отношение. – Он поднялся. – Так как насчет фотографии? Фотокопия может оказаться недостаточно четкой.

– Возьмите, но только с условием, что вернете. Документы надо содержать в порядке. Такие, как Маккей, имеют привычку возвращаться. Понимаете?

– Понимаю. Вернем обязательно. И если вы не против, я бы скопировал ту газетную заметку. Хочу почитать.

Киббл посмотрела на приколотую к стене пожелтевшую вырезку.

– Только обещайте не смотреть на меня. Я теперь совсем другая.

Закончив дела в Управлении отправления наказаний, Босх и Райдер пересекли улицу и направились к муниципальному центру. Миновав здание суда, они оказались на площади и сели на скамейку у библиотеки. Следующим пунктом плана значилась встреча с Артуро Гарсией, офис которого располагался в одном из административных зданий, но до нее еще оставалось время. К тому же им не терпелось посмотреть материалы на Маккея.

В папке лежали подробные отчеты по всем преступлениям и правонарушениям, за которые Роланд Маккей арестовывался с тех пор, как ему исполнилось восемнадцать лет. Были здесь и отчеты офицеров по надзору, наблюдавших за ним на протяжении месяцев и даже лет. Босх занялся чтением первых, Райдер взяла себе вторые. Но едва Гарри открыл материалы по первому делу, связанному с ограблением, как Кизмин толкнула его в бок:

– Послушай, это интересно. Маккей получил общее образование в чатсуортской средней школе. Как раз летом восемьдесят восьмого.

– Если он получил диплом об общем образовании,[4]Диплом об общем образовании приравнивается к диплому о среднем образовании. Его может получить каждый, кто не окончил среднюю школу, но продолжил образование впоследствии. то ушел из школы раньше. Там сказано, из какой школы он ушел?

– Нет. Говорится лишь, что вырос в Чатсуорте. Неполная семья. Учился плохо. Жил с отцом, работавшим сварщиком на заводе «Дженерал моторс» в Ван-Нуйс. Пока ничего, что указывало бы на связь с хиллсайдской подготовительной.

– Проверить все равно надо. Родители всегда хотят для детей лучшего. Если Маккей учился там и знал ее, а потом ушел, это объясняет, почему в восемьдесят восьмом его так ни разу и не допросили.

Райдер кивнула и перевернула страницу.

– Парень ни разу не покидал Долину. Все адреса здешние.

– Какой последний?

– В Панорама-Сити. Тот, что выдал «Автотрек». Впрочем, не думаю, что он до сих пор еще там.

Босх согласно кивнул. Любой человек, знакомый с системой так же хорошо, как Маккей, знал, что по истечении срока условного наказания нужно первым делом сменить место жительства. И никому не оставлять свой новый адрес. В Панорама-Сити, конечно, съездить придется, но Босх не сомневался, что Маккея там уже нет. Он не обращался в бюро коммунальных услуг, не обновлял водительские права, не регистрировал новую машину. Похоже, Маккей старался не засветиться и не попасть в поле зрения полиции.

– Состоял в «Уэйсайдских белых», – заметила Райдер, переворачивая очередную страницу.

– Этим ты меня не удивила.

«Уэйсайдскими белыми» называла себя группировка, на протяжении нескольких лет существовавшая на территории Уэйсайд-Онор в северном округе штата. Сформированная по расовому признаку, она ничем не отличалась от других таких же, возникавших практически в каждом исправительном учреждении штата в качестве скорее средства защиты, чем расовой агрессии. Нередко членами «Уэйсайдских белых» становились скрывавшие свою национальность евреи. В тюрьме одиночке трудно. Принадлежность к той или иной группировке позволяла чувствовать себя в относительной безопасности. Это был способ выживания, и тот факт, что Маккей входил когда-то в тюремную банду, еще не подтверждал версии Босха о роли расового фактора в убийстве Ребекки Верлорен.

– Что-нибудь еще? – спросил он.

– Пока ничего.

– Там есть описание внешности? Особые приметы? Татуировки?

Перелистав страницы, Райдер нашла тюремный формуляр.

– Да, есть татуировки, – подтвердила она, пробегая взглядом по странице. – На бицепсе одной руки собственное имя, на другой – наверное, инициалы девушки: СРВ.

Босх оторвался от дела – его версия, похоже, все же начинала находить подтверждения.

– Я уже видел такие надписи. Это не инициалы девушки. Это аббревиатура. СРВ – священная расовая война. Наш парень один из тех, кто верит в такую чушь. Думаю, Грин и Гарсия пропустили эту деталь.

Он уже ощущал действие поступившего в кровь адреналина.

– Посмотри сюда, – сказала Райдер. – Еще одна татуировка. Число «восемьдесят восемь» на спине. Как напоминание о том, что он сделал в восемьдесят восьмом.

– Вроде того. Это шифр. Я как-то работал по делу одной группировки, из тех, что провозглашают лозунг «Власть белым», и помню все их шифры. Число «восемьдесят восемь» у них заменяет двойную букву «эйч», потому что «эйч» – восьмая буква в алфавите. Восемьдесят восемь означает «Heil Hitler». Встречается еще двести шестьдесят восемь – «Zeig Heil». Сообразительные ребята, верно?

– И все-таки я думаю, что восемьдесят восемь означает год. Напоминание о чем-то. Может быть, о том самом.

– Возможно. Там говорится, где он работал?

– Кое-что есть. Когда его арестовали в последний раз, за непристойное поведение, он как раз ехал на буксире. Машина техпомощи? Вот… указаны три предыдущих места работы – так и есть, служба техпомощи.

– Уже хорошо. Для начала.

– Мы его найдем.

Босх вернулся к чтению отчетов. В 1990-м подозреваемого арестовали за кражу со взломом. Маккей забрался в магазинчик при открытом кинотеатре «Пасифик». Сработала сигнализация. Он успел обчистить кассу и набить пластиковый пакет шоколадными батончиками. Возможно, успел бы и скрыться, но решил приготовить себе начос и включил микроволновку. Подъехавшие полицейские выпустили собаку. В отчете указывалось, что его отвезли сначала в медицинский центр, потому что после схватки с псом на левой руке и левом бедре задержанного обнаружились укусы.

Далее говорилось, что Маккей признал себя виновным и был приговорен к шестидесяти семи дням тюрьмы в Ван-Нуйс и двум годам условно.

Еще до истечения срока его снова арестовали, на сей раз за оскорбление действием. Босх только начал читать отчет, когда Райдер забрала у него документы и положила в папку.

– Пора к Гарсии. Сержант сказал, что если опоздаем, то его уже не будет.

Она поднялась. Босх тоже встал, и напарники направились к административному зданию, на третьем этаже которого находился кабинет коммандера Артуро Гарсии.

– В девяносто девятом Маккея арестовали за ограбление магазина «Пасифик», – сообщил на ходу Босх.

– И что?

– Это в Виннетке. Там сейчас большой развлекательный комплекс. От него до дома, где украли пистолет, всего пять или шесть кварталов.

– Что ты об этом думаешь?

– Две кражи в одном и том же районе. Может, Маккею нравится там работать. Думаю, оружие украл он. Или был с тем, кто украл.

Райдер кивнула. Они поднялись по ступенькам, вошли в вестибюль и проделали оставшуюся часть пути на лифте. Коммандер был занят, и их попросили немного подождать.

– Знаешь, а я помню тот кинотеатр, – сказал Босх, опускаясь на диван. – Ходил туда пару раз, еще в детстве.

– А у нас был свой, на южной окраине.

– Что там сейчас? Тоже какой-нибудь комплекс?

– Нет. Всего лишь парковочная стоянка. В тех краях большие деньги ни во что не вкладывают.

– А как же Мэджик Джонсон? – Босх знал, что бывшая звезда баскетбольного клуба «Лейкерс» инвестировал немалые суммы в развитие инфраструктуры южной окраины, включая и строительство открытых кинотеатров.

– Он единственный.

– Один – это уже начало.

К ним подошла женщина с нашивками сержанта на рукаве:

– Коммандер готов принять вас.

Читать далее

Фрагмент для ознакомления предоставлен магазином LitRes.ru Купить полную версию
Отзывы и Комментарии