Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Дракон в море The Dragon in the Sea
3

Доктор Оберхаузен пришел к Рэмси на четвертый день подготовки. Помятая одежда делала его похожим на вытащенного из постели раввина. Он зашел тихо и уселся рядом с Рэмси, у которого на голове был учебный автомат с автоматической быстрой сменой слайдов.

Рэмси отнял плотно прилегающую к лицу маску аппарата от глаз и повернулся к Оберхаузену.

– А, верховный инквизитор.

– Вам здесь удобно, Джонни?

Слепые глаза глядели сквозь собеседника.

– Нет.

– И хорошо. Вы сюда не отдыхать прибыли.

Стул под доктором затрещал, когда тот переместил свое тело.

– Я прибыл по поводу Гарсии, офицера по техническому обеспечению в нашем экипаже.

– С ним что-то не так?

– Не так? Разве я сказал, будто что-то не так?

Рэмси снял свой слайдопроектор и уселся поудобней.

– Переходите к сути.

– Ах, нетерпение юности. У тебя есть досье на Гарсию?

– Вы же знаете, что есть.

– Достань его, пожалуйста, и прочти, что у тебя имеется.

Рэмси повернулся направо, взял папку с нижней полки кофейного столика и открыл ее. Фотография на внутренней стороне обложки представляла худощавого коротышку – около пяти футов семи дюймов. Латиноамериканская внешность, со смуглой кожей. Черные вьющиеся волосы. Сардоническая полуусмешка. Про таких говорят: в нем что-то от черта. Под фотографией заметка, сделанная почерком Рэмси: «Член команды по водному поло Истонского университета, выигравшей первенство. Увлекается гандболом».

– Читай мне, – сказал доктор.

Рэмси перевернул страницу и начал:

– Возраст – тридцать девять лет. Начинал с рядового состава. Бывший оператор ЭВМ. Лицензия радиолюбителя. Родился в Пуэрто Мадрин, Аргентина. Отец, Хозе Педро Гарсия и Агуинальдо, крупный скотовод, владелец ранчо. Мать умерла при родах, когда Гарсии было три года. Вероисповедание: католик. Носит на шее четки. Перед каждой операцией просит благословения у священника. Жена: Беатриса, тридцать один год.

– У тебя есть ее фотография?

– Нет.

– Жаль. Могу сказать, она довольно красива. Продолжай.

– Учился в Нью-Оксфорде. Это объясняет его британский акцент.

– Я весьма сожалел, когда Британские Острова были уничтожены, – сказал Оберхаузен. – Такая по-настоящему приятная культура. Солидная в своих основах. Нерушимая. Хотя это тоже признак слабости. Продолжай, пожалуйста.

– Играет на волынке, – прочел Рэмси. Он поглядел на доктора. – А вот это уже странно: латиноамериканец, а играет на волынке!

– Я не вижу в этом ничего плохого, Джонни. В некоторых случаях ничто так не успокаивает, как игра на волынке.

Рэмси поднял глаза горе.

– Ничего себе, успокаивает!

Он снова поглядел на руководителя ПсиБю.

– Зачем я читаю вам все это?

– Мне хотелось бы создать о Гарсии полное представление перед тем, как включить в мозаику последний фрагмент, полученный от Безопасности.

– Какой именно?

– Что Гарсия может быть одним из тех самых «спящих» агентов, что задали Безопасности так много бессонных ночей.

Рэмси фыркнул.

– Гарсия! Да ведь это же безумие! Точно так же можно подозревать и меня!

– А они все время следят и за тобой , – ответил Оберхаузен. – А что касается Гарсии – возможно; но может и нет. Контрразведка склоняется к тому, что «спящие» агенты могут быть на буксировщиках. Это подозрение касается и Гарсии. Безопасность уже собралась было отменить операцию. Я предложил им продолжать при условии, что ты будешь присматривать за Гарсией.

Рэмси вернулся к фотографии на обложке папки и поглядел на сардоническую полуусмешку.

– Могу сказать, мы все станем там шпионить друг за другом. Возможно, это «восточным» и нужно. Если же довести это до логического конца – у Безопасности развилась паранойя типа мании преследования.

Доктор Оберхаузен поднялся с ротангового стула, который ответил скрипом облегчения.

– Только не говори об этом джентльменам из Безопасности, когда они придут натравлять тебя на Гарсию. Да, и еще одно. Коммодор точит на тебя нож, которым и прирежет, если в операции произойдет какая-нибудь ошибка.

– Я должен буду благодарить за это вас.

– О себе я забочусь сам, – отвечал Оберхаузен. – Дело не в страхе. – Он указал на устройство для просмотра слайдов. – Продолжай заниматься, а у меня есть своя работа.

Рэмси подождал, пока дверь не закроется, сунул папку опять под кофейный столик, сделал двадцать глубоких вдохов, чтобы успокоить нервы. Но потом он достал папки с делами двух других членов экипажа и просмотрел их.

«Коммандер Харви Эктон Спарроу». Сорок один год. Фотография высокого худощавого мужчины с редеющими волосами песочного цвета, резкими чертами лица, сутулится.

«Выглядит, как преподаватель заштатного колледжа, – размышлял Рэмси. – Может, это потому, что ранее он собирался преподавать математику? Возмущал ли его факт, что семья, вросшая корнями во Флот, заставила его пойти по стопам предков?»

Отец: контр-адмирал Эптон Орвелл Спарроу, погиб 16 октября 2018 года в битве в Ирландском море. Мать: Дженнин Коуб Спарроу. Сердечница, проживает в Правительственном Доме престарелых «Уотерз Пойнт». Жена: Рита, тридцать шесть лет. Блондинка? Детей нет.

«Знает ли Спарроу, что жена ему изменяет, – спросил Рэмси сам себя. – Многие друзья его предупреждали об этом».

Квалификации: судовождение – высший балл; вооружение и стрельбы – высший балл; медицинские знания (первая помощь, включая и кессонную болезнь) – отлично; оборудование подводных судов – высший балл.

Рэмси взялся за вторую папку.

«Лейтенант-коммандер Лесли Боннет». Тридцать восемь лет. Фотография крепко сбитого мужчины (чуть ниже шести футов) с каштановыми вьющимися волосами (химическая завивка?), орлиный нос, нависшие брови, взгляд задумавшегося ястреба.

Сирота-подкидыш. Вырос в Доме для невостребованных детей в Кейп Нестоне.

«Для невостребованных детей!» – подумал Рэмси.

Был женат четырежды. Двое детей – по одному от первых двух жен. Сохраняет брачные отношения с Элен Дэвис Боннет, двадцать девять лет. «Мисс Джорджия 2021 года».

«Невостребованный! – размышлял Рэмси. – Подсознательно он желает мстить всем женщинам, включая и бросившую его мать».

Квалификации: судовождение – хорошо; снабжение – отлично; вооружение и стрельбы – высший балл (лучший торпедист в командах подводных буксировщиков в течение четырех лет); оборудование подводных судов – высший балл с плюсом.

Рэмси ознакомился с замечанием психолога: «Удержан от служебного продвижения в силу неадекватной реакции на опасность при глубоководных погружениях».

«Невостребованный, – продолжал размышлять Рэмси. – Скорее всего, Боннет и не желает продвижения по служебной лестнице. Здесь командир восполняет недостаток отцовского авторитета, которого не хватало в детстве».

Рэмси забросил папки опять под кофейный столик и откинулся назад, продолжая размышлять:

«Ассоциации по прямым и косвенным связям.

Спарроу и Боннет – протестанты. Гарсия – католик.

И никакой видимости религиозных трений.

Эти люди стали тесно сработавшимся экипажем. Свидетельство тому – факт, что их буксировщик имеет наивысший рейтинг в Службе.

Каким будет эффект утраты Хеппнера, офицера-электронщика? Как отреагируют они на замену?

Черт! Случай Хеппнера сюда совершенно не вписывался! Спокойное детство. Спокойная семейная жизнь. Всего два неприятных факта: разбитая любовь в двадцать четыре года и нервный срыв в тридцать два. Такое могло произойти с Боннетом: невостребованный! Или с капитаном Спарроу – неудавшийся математик».

– Вы спите?

Это был Рид, куратор.

– Сейчас три часа, – сообщил он. – Я принес развернутые схемы электрической мастерской на «Хеллс Дайверах». – Он вручил Рэмси распечатки и отмечал то, о чем говорил: – Здесь рабочий стол. Тут тиски. Гаечные ключи. Миниатюрный токарный станок. Вакуумный насос. Разъемы тестера.

– Я умею читать.

– Вы должны уметь подключаться к тестеру в полной темноте, – заметил Рид. Он уселся в кресло, которое перед тем занимал доктор Оберхаузен. – Завтра мы начнем подготовку и тренировку на макете.

– Но ведь завтра же суббота, Клинт, – уставился на него Рэмси.

– Вы не выйдете отсюда до 18:00, – ответил Рид. Он нагнулся вперед. – А теперь сконцентрируйтесь на расположении разъемов. Вот здесь выключатель аварийного освещения. Вам надо находить его сразу.

– А если вы дадите мне две попытки?

Рид откинулся в кресле, окинув Рэмси жестким взглядом.

– Мистер Рэмси, кое-что вы должны усвоить настолько, чтобы это вошло в ваши плоть и кровь.

– Да? И что же?

– На подводных судах не бывает мелких аварий.

Читать далее

Добавить комментарий

Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. правила

Скрыть