Read Manga Mint Manga Dorama TV Libre Book Find Anime Self Manga GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Артемис Фаул. Ответный удар The Opal Deception
Глава 3. На краю гибели


Полис-Плаза, Гавань, Нижние Уровни


Капитан Элфи Малой ждала присвоения очередного звания. С точки зрения ее карьеры, это было сюрпризом века. Не прошло и года с тех пор, как ее дело дважды разбирал отдел внутренних расследований, и вот, после шести успешно проведенных операций, она стала лучшей сотрудницей ЛеППРКОНа. Очень скоро Совету предстоит решить, станет ли она первой женщиной-майором в истории полиции Нижних Уровней.

Положа руку на сердце, ее саму нисколько не радовала такая перспектива. Майорам редко выпадает шанс надеть крылья и полетать между землей и звездами. Большую часть времени они только и делают, что посылают своих подчиненных выполнять опасные задания. Элфи уже приняла решение отказаться от повышения, если, конечно, оно будет ей предложено. Она готова была согласиться даже на более низкое жалованье, лишь бы не терять возможность регулярно подниматься на поверхность.

Элфи решила, что стоит сообщить о принятом решении своему непосредственному начальнику, Джулиусу Круту В конце концов, именно Крут поддерживал ее во время расследований, именно он представил ее к присвоению очередного звания. Крут вряд ли примет новость с радостью. Он вообще новости никогда не жаловал – хоть хорошие, хоть плохие. Даже те, кто приносил самые приятные известия, удостаивались лишь грубоватого «спасибо» и захлопнутой перед носом двери.

Тем утром Элфи стояла у двери в кабинет Крута и набиралась смелости, чтобы постучать. Ростом она была лишь чуть-чуть ниже среднего (для эльфийки, разумеется) и потому радовалась, что упругие пряди ярко-рыжих волос добавляют ей хотя бы несколько сантиметров.

Прежде чем она успела постучать, дверь с треском распахнулась, и в проеме появилось розовощекое лицо Крута.

– Капитан Малой!!! – взревел он так зычно, что постриженные ежиком седые волосы на его голове задрожали. – Ко мне!!!

Только тут он заметил стоявшую рядом Элфи.

– А, ты уже здесь. Заходи в кабинет, нам нужно решить одну странную загадку. Она касается наших друзей-гоблинов.

Элфи вошла вслед за Крутом в его кабинет. Там уже находился технический советник полицейского управления Жеребкинс. Он стоял так близко к настенному плазменному экрану, что было удивительно, как он не опалил волосы на носу.

– Видеозапись из «Гоблинской тишины», – пояснил Крут. – Генерал Кривец сбежал.

– Сбежал? – переспросила Элфи. – Известно, как ему это удалось?

Жеребкинс щелкнул пальцами.

– Д'арвит! Вот об этом мы сейчас и должны думать, вместо того чтобы ходить вокруг да около и делать вид, что мы играем в шпионов.

– У нас нет времени на пустую болтовню, Жеребкинс! – оборвал его Крут, и его лицо приобрело оттенок бургундского вина. – Это происшествие нанесет непоправимый ущерб нашей репутации в глазах общественности. Кривец – враг общества номер два, страшнее его только сама Опал Кобой. Если журналюги пронюхают о его побеге, мы станем посмешищем для всей Гавани. Не говоря уже о том, что Кривец может найти своих старых друзей и возродить триаду.

Элфи подошла к экрану, отодвинув по пути круп Жеребкинса. Она решила, что разговор насчет звания может подождать. Сейчас есть срочная полицейская работа.

– Что мы здесь видим?

Жеребкинс выделил часть экрана при помощи лазерной указки.

– «Гоблинская тишина», исправительное учреждение для гоблинов. Камера наблюдения номер восемьдесят шесть.

– Что она показывает?

– Помещение для свиданий. Кривец вошел в него, но так и не вышел.

Элфи быстро пробежала взглядом список расположения камер наблюдения.

– В самом помещении камер нет?

Крут закашлялся – возможно, для того, чтобы сдержать рычание.

– Нет. В соответствии с третьей Атлантической конвенцией по правам подземных жителей находящиеся под стражей имеют право на уединение в помещении для свиданий.

– Значит, мы не знаем, что там произошло?

– Честно говоря, нет.

– Кстати, какой гений придумал эту систему?

Несмотря на серьезность ситуации, Крут не удержался от смеха. Он не упускал ни малейшей возможности поиздеваться над самоуверенным кентавром.

– Наш непарнокопытный друг лично разработал всю систему безопасности «Гоблинской тишины».

Жеребкинс надулся, а в этом состоянии нижняя губа кентавра отвисала почти до подбородка.

– Дело не в системе, – заявил он. – Сама система защищена от случайных ошибок. В голову каждого заключенного вставлен жучок-шпион. Даже в том случае, если гоблину каким-то чудом удастся сбежать, мы всегда можем лишить его сознания и найти.

Элфи развела руками.

– Тогда в чем проблема?

– Проблема в том, что жучок-шпион не передает сигнал. Или мы не можем его обнаружить.

– А вот это уже действительно проблема.

Крут закурил зловонную грибную сигару. Система фильтрации воздуха, расположенная на его столе, мгновенно принялась всасывать дым.

– Майор Келп с мобильным отрядом пытается обнаружить сигнал.

Труба Келп совсем недавно был назначен заместителем Крута. В отличие от своего младшего брата капрала Шкряба Келпа, который был готов отдать все за то, чтобы ему позволили сидеть за столом до самой пенсии, Келп просиживать штаны не любил. Элфи надеялась, что, если ей все же придется согласиться на повышение, она станет майором, похожим на Трубу.

Она снова повернулась к плазменному экрану.

– Итак, кто навещал генерала Кривца?

– Один из тысячи племянников. Гоблин по имени Бун. Не удивлюсь, если это означает «благородное лицо» на гоблинском жаргоне.

– Я его помню, – сказала Элфи. – Бун. Отдел таможни и акцизов считает, что именно он заправлял контрабандными операциями Б'ва Келл. В нем нет ничего благородного.

Жеребкинс открыл лазерной указкой папку на плазменном экране.

– Это список посетителей. Бун зарегистрировался в семь пятьдесят по среднему времени Нижних Уровней. Это, по крайней мере, я могу показать на видео.

На экране появилось зернистое изображение коренастого гоблина. Гоблин стоял в коридоре тюрьмы и нервно облизывал глазные яблоки, пока его сканировал лазер системы безопасности. Как только было подтверждено, что Бун не пытается пронести ничего незаконного, дверь в помещение для свиданий распахнулась.

Жеребкинс пролистал список.

– Взгляните на это. Он отметился на выходе в восемь пятнадцать.

Бун уходил поспешно, на территории тюрьмы ему явно было не по себе. Установленная на стоянке камера показала, как он на четырех конечностях несется к автомобилю.

Элфи внимательно просмотрела список.

– Ты говоришь, что Бун вышел из тюрьмы в восемь пятнадцать?

– Я только что сказал об этом, не так ли? – раздраженно произнес Жеребкинс. – Могу повторить по слогам, если тебе так будет понятнее: в во-семь пят-на-дцать.

Элфи вырвала лазерную указку из его руки.

– Если твои слова соответствуют истине, как он мог выйти из тюрьмы еще раз, только в восемь двадцать?

Ее слова истине бесспорно соответствовали. Через восемь строчек ниже по списку вновь значилось имя Бун.

– Я уже видел, – пробормотал Жеребкинс. – Обычный глюк системы. Он не мог уйти дважды. Это просто невозможно. Иногда такое случается, обычный вирус, ничего больше.

– А если во второй раз уходил не он?

Кентавр сложил руки на груди, явно не собираясь сдаваться.

– Неужели ты считаешь, что я не подумал об этом? Любой входящий в «Гоблинскую тишину» или выходящий из нее сканируется не менее дюжины раз. При каждом сканировании мы учитываем по крайней мере восемьдесят точек на лицах. Если компьютер говорит, что это был Бун, значит это был он. Гоблин не мог обмануть мою систему! У гоблинов едва хватает мозгов на то, чтобы идти и говорить одновременно!

Элфи указкой еще раз включила запись входа Буна в тюрьму. Она увеличила изображение его головы и при помощи программы обработки фотоизображений повысила резкость.

– Что ты пытаешься найти? – спросил Крут.

– Не знаю, майор. Что-нибудь, что угодно…

Через несколько минут Элфи нашла то, что искала. Она мгновенно поняла, что была права. Интуиция назойливо жужжала пчелиным роем у основания черепа.

– Посмотрите на это, – сказала капитан Малой, увеличивая изображение лба Буна. – Пузырек на чешуйке. Этот гоблин меняет кожу.

– Ну и что? – с мрачным видом спросил Жеребкинс.

Элфи открыла файл с записью выхода Буна из тюрьмы.

– А теперь посмотрите на это, никакого пузырька нет.

– Значит, лопнул. Большое дело.

– Нет, дело не в этом. На входе кожа Буна была почти серой, а здесь она – ярко-зеленая. Даже с камуфляжным узором на спине.

Жеребкинс презрительно фыркнул.

– Зачем ему камуфляж в городе?

– Капитан, к чему ты клонишь? – спросил, потушив сигару, Крут.

– Бун сбросил кожу в комнате для свиданий. Где теперь эта кожа?

Воцарилась долгая тишина, пока все пытались понять, в чем заключался скрытый смысл заданного вопроса.

– Такое могло быть? – нетерпеливо спросил Крут.

Жеребкинс едва не потерял дар речи.

– Клянусь богами, думаю, могло.

Кентавр выдвинул клавиатуру, и его толстые пальцы забегали по клавишам с изображением букв гномьего алфавита. На экране появился еще один сектор. В нем был изображен покидающий помещение для свиданий гоблин. Он был очень похож на Буна. Очень, но не совсем. Что-то было не так. Жеребкинс увеличил изображение головы гоблина. При таком увеличении было очевидно, что кожа сидела на гоблине плохо. Некоторые участки просто отсутствовали, кроме того, гоблин явно сжимал складки кожи на животе.

– Он это сделал! Поверить не могу…

– Все было тщательно спланировано, – сказала Элфи. – Время визита они выбрали не случайно. Бун подождал, пока не начнет линять. Генерал Кривец надел на себя его кожу и просто вышел из тюрьмы, обманув все твои сканеры. Когда в списке еще раз появилось имя Буна, ты списал это на компьютерный глюк. Просто, как все гениальное.

Жеребкинс рухнул в специально сконструированное для него офисное кресло.

– Невероятно. Разве гоблины способны на это?

– Ты шутишь? – спросил Крут. – Умелая швея-гоблинша может снять кожу без единого надреза. Они носят одежду из собственных шкур – когда вообще что-то носят.

– Я знаю. Я имею в виду, могли ли гоблины додуматься до этого самостоятельно? Я так не думаю. Мы должны поймать Кривца и выяснить, кто стоит за этим побегом.

Жеребкинс установил соединение с камерой наблюдения за Кобой Опал в клинике Аргона.

– Хочу проверить, остается ли Опал Кобой по-прежнему в коме. Только она способна придумать подобный план.

Через минуту кентавр развернулся вместе с креслом лицом к Круту.

– Она все еще в царстве грез. Не знаю, хорошо это или плохо. Мне совсем не хочется, чтобы Опал оказалась на свободе, но в этом случае, по крайней мере, мы знали бы, с кем имеем дело.

В голову Элфи вдруг пришла мысль, от которой кровь отхлынула от лица.

– Вы же не думаете, что это сделал он, верно? Не думаете, что за всем этим стоит Артемис Фаул?

– Определенно нет, – уверенно произнес Жеребкинс. – Только не вершок. Это невозможно!

Крут был менее убежден в этом.

– На твоем месте я не стал бы так часто бросаться словом «невозможно». Элфи, как только мы поймаем Кривца, я хочу, чтобы ты, вооружившись следящим оборудованием, в течение пары дней приглядывала за мальчишкой. Так, на всякий случай.

– Слушаюсь, сэр.

– Теперь ты, Жеребкинс. Я даю разрешение на усиленное наблюдение. Не стесняйся, делай все, что понадобится. Я хочу услышать каждый разговор Артемиса, увидеть каждую букву в его сообщениях.

– Джулиус, я лично контролировал стирание его памяти. Работа была выполнена безупречно. Я высосал из него воспоминания о волшебном народце чище, чем гоблин высасывает ракушку улитки. Он не вспомнит нас, даже если мы начнем отплясывать канкан у его двери. Чтобы его память восстановилась хотя бы частично, необходимо что-то вроде скрытого детонатора.

Крут очень не любил, когда ему перечат.

– Во-первых, не называй меня Джулиусом. Во-вторых, делай, что сказано, жеребчик, или я урежу твой бюджет. И в-третьих, во имя Фронда, скажи, что такое канкан?

Жеребкинс закатил глаза.

– Забудь. Я организую усиленное наблюдение.

– Мудрое решение, – сказал Крут, снимая вибрирующий телефон с ремня.

В течение нескольких секунд он слушал собеседника, лишь изредка бурча что-то утвердительное в микрофон. Окончив разговор, майор снова обратился к Элфи и Жеребкинсу:

– Пока забудьте о Фауле. Труба нашел генерала Кривца. Он в шахте Е37. Элфи, пойдешь со мной. Жеребкинс, догоняй нас на техническом шаттле. Похоже, генералу захотелось поговорить.

Гавань уже начинала просыпаться для утренней торговли. Хотя называть это время утром не совсем точно, потому что под землей есть только искусственное освещение. По человеческим стандартам Гавань можно считать поселком, население которого не превышает десяти тысяч жителей. По стандартам подземных жителей Гавань была огромной метрополией со времени существования первой Атлантиды, большая часть которой сейчас была погребена под трехэтажной пусковой площадкой шаттлов в новой Атлантиде.

Полицейская машина майора Крута продиралась сквозь пробки часа пик, излучаемое машиной магнитное поле автоматически перемещало стоявшие на пути машины на полосы более медленного движения. Элфи и Крут сидели на заднем сиденье и старались не думать о предстоящем путешествии. Ситуация с каждой минутой становилась все более загадочной. Сначала Кривец сбежал из тюрьмы, потом его жучок-шпион вдруг включился, и, наконец, генерал изъявил желание поговорить с майором Крутом.

– Что ты об этом думаешь? – спросил Крут.

Он был хорошим командиром, в частности благодаря тому, что с уважением относился к мнению подчиненных офицеров.

– Не знаю, – ответила Элфи. – Возможно, это ловушка. Что бы ни случилось, вы не должны идти туда один.

Крут кивнул.

– Я знаю. Я не настолько упрям. В любом случае Труба, скорее всего, разберется с этим гоблином раньше, чем я подоспею. Ему не нравится торчать без дела и ждать появления начальства. Он тебе никого не напоминает?

Элфи то ли улыбнулась, то ли поморщилась. На нее не раз налагали взыскания за то, что она не выполняла приказ и не ждала прибытия подкреплений.

Крут поднял звуконепроницаемый барьер между ними и водителем.

– Элфи, нам нужно поговорить. О твоем майорстве.

Элфи посмотрела начальнику прямо в глаза и увидела в них едва заметную печаль.

– Звание мне еще не присвоено, – выпалила она, с трудом скрывая облегчение.

– Присвоено. Вернее, будет присвоено. Официально об этом будет объявлено завтра. Первая эльфийка-майор в истории Корпуса. Небывалое достижение.

– Но, командир, я не думаю, что…

Крут заставил ее замолчать, пригрозив пальцем.

– Элфи, я хочу рассказать тебе кое-что. О своей карьере. На самом деле она во многом напоминает твою, поэтому слушай внимательно и постарайся меня понять. Много лет назад, когда ты еще носила детский комбинезончик с подбитой ватой задницей, я был самым отчаянным офицером Корпуса. Мне нравился запах свежего воздуха. Я ценил на вес золота каждый миг, проведенный под лунным светом.

Элфи без труда представила себя на месте командира. Она к путешествиям на поверхность относилась точно так же.

– Я старался делать свою работу хорошо, насколько это было возможно. Как оказалось, иногда я делал ее слишком хорошо. Настал день, когда я был представлен к очередному званию.

Крут надел фильтрующий шар на дымящийся конец сигары, чтобы не провонять салон машины. Так он поступал крайне редко.

– Майор Джулиус Крут. Этого мне хотелось меньше всего, поэтому я направился в кабинет начальника и сказал ему об этом. Сказал, что я – боевой офицер. Заявил, что не хочу сидеть за столом и заполнять электронные бланки. Можешь верить, можешь не верить, но я был вне себя.

Элфи попыталась изобразить удивление, но ей это плохо удалось. Командир большую часть времени был вне себя, а стоило ему разволноваться, лицо у него становилось красным, из-за чего к нему давно прицепилась кличка Помидор.

– Но командир сказал нечто такое, что заставило меня передумать. Хочешь знать, что именно он сказал?

Не дожидаясь ответа, Крут продолжил:

– Мой командир сказал: «Джулиус, это повышение – не для тебя, а для волшебного народца». – Крут поднял одну бровь. – Понимаешь, что я пытаюсь тебе втолковать?

Элфи понимала, что он имел в виду. Это было самым слабым местом в ее доводах.

Крут положил руку ей на плечо.

– Народцу нужны хорошие офицеры, Элфи. Ему нужны такие, как ты, чтобы защититься от людей. Хотел бы я носиться под звездами так, чтобы свежий ветер раздувал мои ноздри? Да. Принес бы я в этом случае больше пользы? Нет.

Крут глубоко затянулся, и конец сигары заставил очистительный шар светиться.

– Ты – отличный офицер разведки, Элфи. Одна из лучших на моем веку. Иногда чересчур импульсивна, не слишком уважительно относишься к начальству, но тем не менее интуиции тебе не занимать. Мне и в голову не пришло бы забирать тебя с переднего края, если бы я не знал, что под землей ты принесешь больше пользы. Ты меня понимаешь?

– Да, командир, – печально ответила Элфи.

Он был прав, хотя эгоистичная часть ее души еще не готова была признать это. Оставалось утешаться тем, что, прежде чем новое назначение прикует ее к столу на Нижних Уровнях, ей предстоит немного пошпионить за Фаулом.

– Быть майором не так уж плохо. Есть свои преимущества. Иногда, чтобы не сдохнуть от скуки, ты сможешь придумать себе задание, требующее отправки на поверхность. Может быть, на Гавайях или в Новой Зеландии. Посмотри на Трубу Келпа. Он принадлежит к новому поколению майоров, которое не сидит целыми днями в кабинетах. Может быть, корпус нуждается именно в таких.

Элфи понимала, что командир пытается смягчить удар. Как только майорские желуди окажутся на ее лацкане, она уже не сможет бывать на поверхности так часто, как сейчас. Даже если ей повезет.

– Элфи, представляя тебя на присвоение звания майора, я кладу голову на плаху, – продолжал Крут. – Твоя карьера до настоящего момента была, мягко говоря, богата событиями. Если ты намереваешься отказаться от повышения, скажи сейчас, и я вычеркну тебя из списка.

«Последний шанс, – подумала Элфи. – Сейчас или никогда».

– Нет, – сказала она. – Я не буду отказываться. Разве я могу так поступить? Кто знает, когда объявится новый Артемис Фаул…

Собственный голос показался ей незнакомым, словно говорил кто-то другой. Она слышала в каждом слове звон колокольчиков пожизненной скуки. Канцелярской крысой, вот кем ей предстояло стать.

Крут похлопал ее по плечу, едва не вышибив дух огромной ладонью.

– Не вешай нос, капитан. Знаешь, под землей тоже есть жизнь.

– Знаю, – согласилась Элфи безо всякой уверенности.

Патрульная машина остановилась рядом с шахтой Е37. Крут открыл дверь и начал было выходить из машины, но вдруг остановился.

– Если это имеет для тебя значение, – тихо, как-то неловко произнес он, – я горжусь тобой, Элфи. – Он поспешно вышел из машины и скрылся в толпе офицеров полиции, стоявших, наведя оружие на вход в туннель.

«Это имеет для меня значение, – подумала Элфи, наблюдая, как Крут орет и расставляет всех по местам. – Еще как имеет».


В качестве шахт подземные жители используют естественные выходы магмы, протянувшиеся от ядра Земли. Большинство из них оканчиваются под водой, обеспечивая теплые течения, необходимые для развития глубоководной жизни, но некоторые выводят раскаленные газы сквозь лабиринт трещин и каверн на сушу. Корпус использует энергию потоков магмы, чтобы посылать своих офицеров на поверхность в титановых капсулах. Можно было совершить и более комфортабельное путешествие в шаттле по бездействующей шахте.

Шахта Е37 вела в самый центр Парижа, и до недавнего времени гоблины переправляли по ней контрабанду. Закрытая в течение многих лет для использования обычными пассажирами, она пришла в упадок. Последними терминал Е37 посетили члены съемочной группы, пытавшейся воссоздать на пленке мятеж триады Б'ва Келл. Роль Элфи исполняла трижды удостоенная премии подземной киноакадемии звезда Летуния Торфф, образ Артемиса Фаула создавался исключительно компьютерными программами.

К моменту прибытия Элфи и Крута майор Труба Келп уже позаботился, чтобы вход в терминал шахты был окружен тремя отрядами быстрого реагирования.

– Майор, введи меня в курс дела, – приказал Крут.

Келп показал на вход.

– Один вход и ни одного выхода. Все вспомогательные туннели давно завалены, таким образом, если Кривец там, домой вернуться он сможет, только миновав нас.

– А мы уверены, что он там?

– Нет, – признался майор Келп. – Мы засекли его сигнал. Но тот, кто помог ему сбежать из тюрьмы, мог извлечь передатчик. Мы уверены только в том, что кто-то решил поиграть с нами. Я послал туда двоих лучших спрайтов, и они вернулись с этим.

Труба передал Круту звуковую капсулу. Такие капсулы, размером с ноготь большого пальца, в основном использовались для записи коротких поздравлений с днем рождения. Эта капсула была сделана в виде именинного пирога. Крут сжал капсулу в руке. Тепло его ладони должно было привести в действие микросхемы.

Раздавшийся из крошечного динамика шипящий голос казался совсем змеиным из-за дешевых схем.

– Крут, – произнес голос. – Я хотел бы поговорить с тобой, открыть страшную тайну. Возьми с собой ту девчонку, Элфи Малой, больше никого. Если появится кто-нибудь другой, многие погибнут. Мои друзья позаботятся об этом… – Сообщение закончилось традиционным именинным перезвоном, который совсем не соответствовал тексту.

Крут нахмурился.

– Гоблины. Не могут без дешевых эффектов.

– Командир, это ловушка, – выпалила Элфи. – Именно мы проникли в «Лаборатории Кобой» год назад. Гоблины винят нас в том, что их мятеж провалился. Кто знает, что ожидает нас там?

Крут одобрительно закивал.

– Теперь ты размышляешь как майор. Нас нужно беречь. Итак, Труба, какие варианты?

– Если вы не пойдете туда, многие погибнут. Если пойдете, погибнуть можете вы.

– Варианты не из лучших. А хороших новостей у тебя нет?

Труба опустил стекло шлема и посмотрел на мини-экран на плексигласе.

– Нам удалось подключить сканеры системы безопасности и произвести сканирование. Мы обнаружили единственный источник тепла во входном туннеле, таким образом Кривец там один, если, конечно, это он. Понятия не имею, что он там делает, но при нем нет никаких известных видов оружия или взрывчатки. Есть только несколько брикетов прессованных насекомых и немного воды.

– Выбросов магмы не ожидается? – спросила Элфи.

Труба провел указательным пальцем по планшету на левой перчатке, пролистывая экран на щитке шлема.

– Ничего не ожидается в ближайшие два месяца. В этой шахте редко случаются выбросы. Кривец явно не рассчитывает вас зажарить.

Щеки Крута раскалились, как спирали нагревателя.

– Д'арвит! – выругался он. – Я думал, все беды с гоблинами давно позади. У меня возникло желание послать туда отряд и проверить, не блефует ли Кривец.

– Я советую именно так и поступить, – сказал Труба. – У него нет ничего, что может причинить вам вред. Дайте мне пять полицейских, и Кривец окажется в тюремном фургоне, не успев понять, что его арестовали.

– Насколько я понимаю, часть жучка-шпиона, при помощи которой его можно вырубить, не работает? – спросила Элфи.

Труба пожал плечами.

– Скорее всего, не работает. Жучок-шпион снова стал подавать сигналы незадолго до того, как мы обнаружили эту звуковую капсулу. Кривец знал, что мы придем. Он оставил нам сообщение.

Крут ударил кулаком по ладони.

– Я должен пойти туда. Непосредственной опасности в туннеле нет. Кроме того, мы не знаем, нашел ли Кривец способ осуществить свои угрозы. На самом деле у меня нет выбора. Капитан Малой, я не могу приказать тебе идти вместе со мной.

Элфи почувствовала, как у нее все сжалось внутри, но поборола страх. Командир был прав. Другого выхода не было. В этом заключался смысл службы офицера Корпуса. В защите волшебного народца.

– Вам не придется приказывать, сэр. Я пойду добровольно.

– Отлично. Труба, пропусти шаттл Жеребкинса через заслон. Мы пойдем туда, но никто не говорил, что мы должны идти безоружными.


Жеребкинс умудрился запихнуть в задний отсек шаттла больше оружия, чем имеется в арсенале большинства человеческих подразделений полиции. Почти на каждом сантиметре поверхности стен было расположено гнездо для подключения кабеля питания или торчал крюк, на котором висела винтовка. Кентавр сидел в центре отсека и настраивал «Нейтрино».

Он бросил его вошедшей в шаттл Элфи.

Она ловко поймала пистолет.

– Эй, поосторожней с оружием!

Жеребкинс хихикнул.

– Не волнуйся. Курок еще не закодирован. Никто не сможет стрелять из этого «Нейтрино», пока компьютер не зарегистрирует владельца. Оно будет совершенно бесполезным, даже если попадет в руки гоблинов. Это одна из моих последних разработок. После мятежа Б'ва Келл я решил, что настало время повысить нашу безопасность.

Элфи сжала пистолетную рукоятку. Красные огоньки сканера пробежали по пластмассовому корпусу и сменились зелеными.

– Вот и все. Ты стала владельцем. Теперь этим «Нейтрино-3000» можешь пользоваться только ты.

Элфи взвесила пистолет в руке.

– Слишком легкий. Я предпочитаю двухтысячный.

Жеребкинс вывел на настенный экран технические характеристики оружия.

– Легкий, но ты быстро привыкнешь. К преимуществам относится отсутствие металлических частей. Питание кинетическое, от движений твоего тела, предусмотрена и миниатюрная атомная батарейка в качестве резервного источника. Естественно, он связан с системой наведения твоего шлема. Практически не разрушаемый корпус. Лично я назвал бы его отличным оружием.

Жеребкинс передал более крупный вариант пистолета Круту.

– Каждый выстрел регистрируется компьютером полицейского управления, поэтому мы всегда сможем определить, кто стрелял, когда и в каком направлении. Это позволит отделу внутренних расследований сэкономить уйму компьютерного времени. – Он подмигнул Элфи. – Уверен, ты рада это слышать.

Элфи попыталась прожечь кентавра взглядом. В отделе внутренних расследований ее хорошо знали. Ее дело рассматривали уже дважды, и отдел с радостью взялся бы за нее в третий раз. Элфи предвкушала удовольствие полюбоваться на их лица, когда командир прикрепит майорские желуди к лацкану ее формы. Пожалуй, это будет одним из немногих плюсов повышения в должности.

Крут убрал оружие в кобуру.

– Ладно, стрелять у нас есть из чего. А что мы будем делать, если стрелять будут в нас?

– В вас стрелять не будут, – возразил Жеребкинс. – Я подключился к системе сканеров терминала и установил пару датчиков. В туннеле нет ничего, что может причинить вам вред. В наихудшем случае кто-нибудь из вас споткнется и растянет лодыжку.

Лицо Крута побагровело до самой шеи.

– Жеребкинс, я должен еще раз напомнить тебе, что твои датчики не раз подводили нас? Именно в этом терминале, насколько я припоминаю.

– Хорошо, успокойся, командир, – смиренно произнес Жеребкинс. – Я ничего не забыл. Разве возможно забыть о том, что произошло в прошлом году, если Элфи напоминает об этом каждые пять минут?

Кентавр водрузил на верстак два закрытых чемодана. Набрав код на клавиатуре замков, он откинул крышки.

– Перед вами разведкостюмы нового поколения. Я намеревался рассказать о них на конференции сотрудников полиции Нижних Уровней через месяц, но решил передать их вам сейчас, раз уж на задание отправляется целый начальник полиции.

Элфи достала из чемодана комбинезон, который, сверкнув, приобрел цвет стен шаттла.

– Материя соткана из волокон камуфляжной фольги, благодаря чему вы будете оставаться невидимыми столько, сколько захотите, что освобождает вас от необходимости использовать магический защитный экран, – объяснил Жеребкинс. – Эту функцию, естественно, можно отключить. Крылья встроены в костюм. Складная бесшумная конструкция, совершенно новая концепция изготовления крыльев. Крылья получают питание от аккумулятора, расположенного на поясе, кроме того, каждое крыло покрыто миниатюрными солнечными батареями для полетов на поверхности. Костюмы оборудованы компенсаторами давления, таким образом, вы сможете перемещаться непосредственно из одной среды в другую, не страдая от кессонной болезни.

Крут держал перед собой второй костюм на вытянутых руках.

– Должно быть, они стоят целое состояние, – сказал он.

Жеребкинс кивнул.

– Ты даже представить себе не можешь, сколько они стоят. Половина моего бюджета на исследовательские работы ушла на разработку этих костюмов. Старую экипировку разведчиков удастся заменить не раньше чем через пять лет. Эти два являются единственными действующими моделями, поэтому я буду весьма признателен, если вы вернете мне их в исправном состоянии. Они ударопрочные, огнестойкие, невидимые для радара и непрерывно передают диагностическую информацию на Полис-Плаза. Применяемые сейчас полицейские шлемы регистрируют лишь основные параметры состояния организма, а новый костюм посылает второй поток информации, сообщая о закупорке артерий, переломах костей и даже об обезвоживании кожи. Это настоящая летающая клиника. Грудь защищена пуленепробиваемой пластиной на тот случай, если вы подвергнетесь обстрелу из человеческого оружия.

Элфи поднесла костюм к зеленому плазменному экрану. Камуфляжная фольга мгновенно стала изумрудной.

– Так-то лучше, – сказала Элфи. – Зеленый – мой любимый цвет.


Труба Келп реквизировал несколько оставленных съемочной группой прожекторов и направил их свет на нижний уровень терминала шаттлов. Яркие лучи выхватывали из темноты парящие в воздухе пылинки, так что вся зона отправления смахивала на подводное царство. Крут и Элфи вошли в помещение с оружием в руках и опущенными щитками шлемов.

– Что вы думаете об этих костюмах? – спросила Элфи, машинально проглядывая информацию на дисплеях на щитке шлема.

Неопытные офицеры часто испытывают трудности – не могут одновременно следить за происходящим вокруг и экранами шлема. Нередко от этого их даже рвет прямо в шлем, что на полицейском жаргоне называется «залить вазу».

– По-моему, весьма неплохие, – ответил Крут. – Легкие как перышко, ты даже не замечаешь, что на тебе надеты крылья. Только не говори Жеребкинсу, что я так сказал, у него и так голова пухнет от гордости.

– А мне и не нужно ничего говорить, командир, – услышал он голос Жеребкинса. В шлем были встроены новейшие гелевые наушники, и майору казалось, будто кентавр хихикает прямо у него в голове. – Я слежу за каждым вашим шагом – естественно, оставаясь в безопасности.

– Естественно, – мрачно произнес Крут.

Они осторожно прошли вдоль линии кабинок регистрации пассажиров. Жеребкинс заверил их, что в этой зоне терминала нет никакой опасности, но кентавр не раз ошибался. А ошибки в боевых условиях нередко стоят жизней.

Кинокомпания решила, что грязь в туннеле выглядит недостаточно убедительно, и разбросала по углам кучи серой пены. На одной из таких куч красовалась оторванная голова куклы. По мнению киношников, это придавало сцене остроты. Стены и эскалатор были испещрены пятнами – якобы от лазерных выстрелов.

– Отчаянная была перестрелка, – заметил с ухмылкой Крут.

– Киношники слегка перестарались. Выстрелов было пять-шесть, не больше.

Они прошли по погрузочной платформе к зоне стыковки. На стыковочной площадке они увидели восстановленный шаттл, который гоблины использовали для доставки контрабанды. Чтобы он выглядел более зловеще, киношники выкрасили его глянцевой черной краской, а на носу нарисовали гоблинские узоры.

– Еще далеко? – произнес Крут в микрофон.

Через несколько секунд на экранах их щитков появилась схема. Она была несколько запутанной, потому что они смотрели на самих себя сверху. В помещении было три источника тепла. Два, находившиеся рядом, медленно двигались к шахте. Элфи и ее командир. Третий источник был неподвижным и находился во входном туннеле. В нескольких метрах за третьим источником сканер не мог ничего засечь из-за тепла, излучаемого шахтой Е37.

Они подошли к огнеупорным дверям, которые двумя метрами сплошной стали отделяли входной туннель от остальных помещений терминала. Шаттлы и титановые капсулы к шахте подъезжали по магнитному рельсу. Двери были закрыты.

– Жеребкинс, ты можешь открыть их дистанционно?

– Конечно, командир. Мне удалось, проявив немалую изобретательность, подключить мою операционную систему к старым компьютерам терминала. Это было не так просто, как может показаться…

– Готов поверить тебе на слово, – перебил его Крут. – Нажми кнопку, пока я не притащил тебя сюда и не нажал ее твоей лошадиной мордой.

– Вот так всегда, – пробормотал Жеребкинс, нажимая кнопку.

Во входном туннеле воняло, как в доменной печи. Со стен свисали застывшие еще в древности сосульки расплавленной руды, пол под ногами был потрескавшимся и ненадежным. При каждом шаге нога пробивала корку сажи, оставляя глубокие следы. Они увидели другую цепочку следов, которая вела к сгорбившейся у стены фигуре, совсем рядом с самой шахтой.

– Вот он, – сказал Крут.

– Вижу, – сказала Элфи, наводя прицел лазера на фигуру.

– Держи его под прицелом, – приказал Крут. – Я спускаюсь.

Крут пошел дальше по туннелю, стараясь держаться подальше от линии огня Элфи. Если Кривец попытается что-нибудь предпринять, Элфи не должна промахнуться. Но генерал – если, конечно, это был он – оставался неподвижным. Он сидел сгорбившись и прислонившись спиной к стене туннеля. Все его тело было закрыто длинным плащом с капюшоном.

Крут включил внешний громкоговоритель своего шлема, чтобы его голос был слышен, несмотря на завывание ветра от центра земли.

– Эй, ты. Встать лицом к стене. Руки на затылок.

Фигура, как и ожидала Элфи, не шелохнулась. Крут осторожно подошел ближе и остановился, согнув ноги в коленях, готовый в любой момент отскочить в сторону. Он коснулся плеча фигуры стволом своего «Нейтрино-3000».

– Встать, Кривец.

Даже такого слабого толчка было достаточно, чтобы фигура свалилась на бок. Потом гоблин перевернулся и замер вверх лицом на полу туннеля. Частички сажи порхали вокруг него, как встревоженные летучие мыши. Капюшон свалился, открыв лицо и, что было более важно, глаза.

– Это он, – воскликнул Крут. – Его загипнотизировали!

Глаза генерала были налиты кровью и ничего не выражали. Это о многом говорило, так как подтверждало тот факт, что кто-то другой спланировал его побег из тюрьмы и заманил Элфи и Крута в ловушку.

– Я считаю, что нам нужно убраться отсюда, – сказала Элфи. – Немедленно.

– Нет, – сказал Крут, склонившись над гоблином. – Раз уж пришли, можем забрать Кривца с собой.

Он схватил гоблина за воротник, чтобы поднять его на ноги. Потом, в своем рапорте, Элфи укажет, что именно с этого момента события приняли непредвиденный оборот. Рутинная, пусть и немного странная, операция за один миг превратилась в кошмар.

– Не прикасайся ко мне, эльф, – раздался голос.

Шипящий, гоблинский голос. Голос Кривца.

Но как это могло быть? Губы генерала не шевелились.

Крут попятился назад, но мгновенно взял себя в руки.

– Что здесь происходит?

Солдатская интуиция гудела, как рассерженная пчела у основания черепа Элфи, предупреждая об опасности.

– Какая разница, командир? Нам просто следует убраться отсюда и побыстрее.

Крут задумался.

– Мне показалось, что голос доносился прямо из его груди.

– Может быть, он перенес операцию, – сказала Элфи. – Пора уходить.

Крут наклонился и отбросил полу плаща Кривца в сторону. К груди генерала была привязана металлическая коробка площадью примерно тридцать квадратных сантиметров с небольшим экраном по центру. На экране они увидели нечеткое, расплывчатое изображение лица, и это лицо говорило.

– А, Джулиус, – сказало лицо голосом Кривца. – У меня не было сомнений, что ты придешь. Знаменитое самомнение майора Крута никогда не позволяет ему остаться в стороне. Очевидная ловушка, и ты сам, по собственной воле, шагнул прямо в нее.

Голос определенно принадлежал Кривцу, но было что-то необычное в построении фраз, в ритме. Они были слишком утонченными для гоблина. Утонченными и пугающе знакомыми.

– Ты еще ничего не поняла, капитан Малой? – спросил голос. Он стал изменяться, переходить на более высокий регистр. Он перестал быть гоблинским и мужским.

«Это говорит женщина, – поняла Элфи. – И я ее знаю».

Лицо на экране стало отчетливым. Оно было красивым и злобным, глаза сверкали ненавистью. Это было лицо Опал Кобой. Ее голова была забинтована, но узнать ее все равно не составляло труда.

Элфи быстро заговорила в микрофон шлема:

– Жеребкинс, ситуация усложнилась. Опал Кобой на свободе. Повторяю, Опал Кобой на свободе. Мы попали в ловушку. Оцепить зону в радиусе пятисот метров и вызвать бригаду медиков-кудесников. Возможны жертвы.

Лицо на экране расхохоталось, обнажив сверкающие, как жемчужины, белоснежные зубы пикси.

– Говори сколько хочешь, капитан Малой. Жеребкинс тебя не услышит. Мои приборы заблокировали связь между вами так же просто, как я заблокировала жуков-шпионов и сканеры материи, которые, я не сомневаюсь, вы пытались задействовать. Впрочем, ваш ничтожный кентаврик может вас видеть. Я сохранила его драгоценные линзы.

Элфи мгновенно навела объектив шлема на зернистое изображение лица Опал. Если Жеребкинс увидит лицо пикси, он поймет, что происходит.

Кобой снова расхохоталась. Она явно наслаждалась ситуацией.

– Великолепно, капитан. Ты всегда отличалась сообразительностью. Впрочем, смотря с кем сравнивать. Хотела показать Жеребкинсу мое лицо, чтобы он объявил тревогу? Элфи, к сожалению, мне придется тебя разочаровать: это устройство изготовлено из металла-невидимки и практически неразличимо для наблюдательных приборов. Жеребкинс увидит лишь вызванное помехами мерцание.

Металл-невидимка использовался в производстве космических кораблей. Он поглощал любые волны и сигналы, известные подземным жителям или людям, и, соответственно, был заметен только невооруженным глазом. Кроме того, он был невероятно дорог в изготовлении. Даже то небольшое количество, которое потребовалось для прибора Кобой, было равно по стоимости целому складу золотых слитков.

Крут быстро выпрямился.

– Обстоятельства – против нас, капитан. Пора отступать.

Элфи даже не попыталась обмануть себя – Опал Кобой не отпустит их так просто. Уйти им не удастся. Если Жеребкинс смог подключиться к компьютерам терминала, значит это смогла сделать и Кобой.

Смех Опал превратился в почти истерический визг.

– Отступать? Ты говоришь как настоящий военный. Пора расширять словарный запас. Что предложишь еще? Ползти в укрытие?

Элфи дернула клапан на «липучке», открыв гномью клавиатуру на рукаве костюма. Она быстро получила доступ к базе данных преступников и открыла файл Опал Кобой на экране шлема.

– Опал Кобой, – услышала она голос капрала Фронды.

Полицейское управление всегда использовало голос Лили Фронды для записи звукового сопровождения, особенно фильмов, призывающих служить в полиции. Сама Лили была обаятельной и элегантной, с длинными светлыми волосами и наманикюренными длиннющими ногтями, которые в боевых условиях ей бы только мешали.

– Опал Кобой. Враг полиции Нижних Уровней номер один, – говорил голос Лили. – В настоящее время находится под стражей в клинике Ж. Аргона. Опал Кобой – признанный гений с коэффициентом интеллектуального развития выше трехсот по стандартизованной программе тестирования. Страдает манией величия, одержима навязчивыми идеями. Исследования показали, что Кобой, возможно, является патологической лгуньей и страдает легкой формой шизофрении. Более подробную информацию вы можете получить в центральном архиве полиции Нижних Уровней, расположенном на втором этаже здания на Полис-Плаза.

Элфи закрыла файл. Одержимый гений и патологическая лгунья. Как раз то, что надо. Информация не очень помогла, большую ее часть Элфи уже знала. Кобой на свободе, она хочет их убить, и у нее определенно хватит ума, чтобы придумать, как это сделать.

Опал по-прежнему наслаждалась своим триумфом.

– Вы даже не представляете, как долго я ждала этого дня, – сказала пикси. – Впрочем, нет, вам это прекрасно известно. В конце концов, именно вы расстроили мой план. А теперь вы оба в моей власти.

Элфи насторожилась: что-то было не так. У Опал, возможно, серьезные проблемы с психикой, но глупой ее никто бы не назвал. Почему она болтает? Пытается их отвлечь? От чего?

Эта же мысль пришла в голову командиру.

– Элфи! Двери!

Элфи резко развернулась и увидела, как закрываются огнеупорные двери. Ветер в шахте завывал так громко, что начисто заглушал все прочие звуки, и Элфи с командиром ничего не слышали. Если двери закроются, они окажутся полностью отрезанными от полиции Нижних Уровней и во власти Опал Кобой.

Элфи навела свой «Нейтрино» на магнитные ролики на верхней кромке дверей и начала посылать в механизм заряд за зарядом. Двери содрогались от ударов в раме, но не останавливались. Два ролика были разрушены полностью, но массивные створки закрылись по инерции со зловещим грохотом.

– Наконец-то мы остались одни, – сказала Опал тоном невинной выпускницы на первом свидании.

Крут навел оружие на привязанный к груди Кривца прибор, словно мог каким-то образом навредить Кобой.

– Что тебе нужно? – спросил он.

– Ты знаешь, что мне нужно, – ответила Опал. – Вопрос в том, как я это получу. Какая месть доставит мне наибольшее удовольствие? Вы, естественно, погибнете, но этого недостаточно. Я хочу, чтобы вы страдали, как я, почувствовали себя униженными и опозоренными. По крайней мере один из вас, второго придется принести в жертву. Честно говоря, мне наплевать, кого именно.

Крут начал отступать к взрывостойким дверям, подав Элфи знак следовать за ним.

– Варианты? – прошептал он, повернувшись спиной к прибору Кобой.

Элфи подняла щиток шлема и вытерла пот со лба. Шлемы были оборудованы кондиционерами воздуха, но в некоторых ситуациях потливость совершенно не зависит от температуры.

– Мы должны выбираться отсюда, – сказала она. – Шахта – единственный выход.

Крут кивнул.

– Согласен. Мы поднимемся на достаточную высоту, чтобы заблокировать помехи Кобой, и предупредим майора Келпа.

– А как поступим с Кривцом? Он загипнотизирован по самые жабры и совершенно беспомощен. Если нам удастся уйти, Опал не оставит его в живых в качестве улики.

Это обычная логика преступника. Злодеи, вознамерившиеся завоевать весь мир, нередко предпочитают устранить некоторых своих соучастников, чтобы остаться безнаказанными.

Крут зарычал от досады.

– Мне совсем не хочется подвергать нас опасности ради какого-то гоблина, но работа есть работа. Придется взять Кривца с собой. Я хочу, чтобы ты выпустила несколько зарядов в эту штуку у него на поясе, а когда действие зарядов прекратится, я заброшу его на плечо, и мы поднимемся по Е37.

– Понятно, – сказала Элфи и переключила мощность своего оружия на минимальную.

Некоторая часть заряда распространится по телу Кривца, но большого вреда не нанесет, у него лишь на пару минут пересохнут глазные яблоки.

– Не обращай внимания на пикси, что бы она ни говорила, думай о работе.

– Слушаюсь, сэр.

Крут несколько раз глубоко вздохнул. Элфи почему-то успокоилась, увидев, что командир взволнован не меньше ее самой.

– Начали.

Они резко повернулись и зашагали к бесчувственному гоблину.

– Придумали какой-нибудь хитроумный план? – насмешливо спросила Кобой. – Надеюсь, нечто хитроумное, что я не смогла предусмотреть.

Элфи пыталась не слушать ее, но слова неумолимо проникали в сознание. Нечто хитроумное? Едва ли. У них просто не было другого выхода. Кобой не смогла это предусмотреть? Сомнительно. У Опал был целый год на разработку плана. Неужели они собираются сделать именно то, что она ожидает?

Читать далее

Фрагмент для ознакомления предоставлен магазином LitRes.ru Купить полную версию
Отзывы и Комментарии
комментарий

Комментарии

Добавить комментарий