Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Синдик The Syndic
Глава 22

— Мне не понравилась его реакция, — сказал ей Чарлз в приемной Ф.У.Тэйлора. — Я недолго переговорил с ним по телефону, и его реакция мне вовсе не понравилась. Он, мне показалось, подумал, что я преувеличиваю. Или пьян. Или ребячусь.

— Я смогу его убедить, что ты — ни то, ни другое, — тепло проговорила Ли Фалькаро. — Положись на меня.

Он послал ей улыбку, но слегка обеспокоенную. Тут открылась дверь, и они вошли.

Дядя Фрэнк взглянул на них. — А мы уж почти было вас обоих списали. Ну, как там?

— Плохо, — сказал Чарлз. Хуже, чем можно было себе представить. Да, все верно, там имеется подполье, и они используют покушения.

— Это очень плохо, — проговорил старик. — Нам придется перетрясти всю систему телохранителей. Мы заставим их отнестись к этому со всей строгостью, просветим их как следует, и тогда они действительно узнают, как здесь стрелять. Ненавижу вмешиваться не в свое дело, но мы не можем позволить Правительству уничтожать наших людей.

— Все гораздо хуже, — вмешалась Ли. — Правительство и Крими между собой сговорились. Мы бежали из Ирландии на скоростном катере, но нас захватил рудовоз с озер Крими. Он переправлял Правительству топливо и взрывчатку. Возглавлял все это Джимми Риган. Мы спрыгнули в озеро Мичиган и пробрались обратно сюда. Мы были на территории Крими — недостаточно долго, чтобы предпринять что-либо серьезное, но вполне достаточно, чтобы понять, что Крими и Правительство — это как рука в перчатке. Когда-нибудь они на нас набросятся.

— Да-а-с, — протянул Тэйлор. — Я уже давно думал, что это так.

Чарлз взорвался. — Тогда, ради бога, дядюшка, почему же вы ничего не предприняли? Вы даже не представляете себе, что там творится! У них рабы. А Крими недалеко от них ушли. Персональные идентификаторы личности! Ограничения! Пропуска! Паспорта! Причем они не только об этом думают, они все это уже практикуют!

— Они сошли с ума, — вмешалась Ли. — Точно, сошли. И я это утверждаю, как специалист. На территории Крими по улицам ходят сплошные невротики и психи. Правительство — само собой, но Крими — это удар! Мы должны быть начеку, мистер Тэйлор. Каждый псих или невротик здесь, в Синдике, — это потенциальный их агент.

— Ты только не сбрасывай со счета Правительство, дорогая, — напряженно проговорил Чарлз. — Их необходимо стереть с лица земли. От них не может быть никакой пользы ни им, ни кому-либо другому. Жизнь там — это тяжкое бремя, если они вообще знают, что такое жизнь. А с аборигенами они обращаются со страшной жестокостью.

Тэйлор уселся в свое кресло и спросил:

— Что вы посоветуете?

Чарлз ответил:

— Военный флот и сухопутные силы.

Ли сказала:

— Массовые проверки лиц с неустойчивой психикой. Диспансеризация и, при необходимости, лечение. Ривередж, должно быть, это прикрытие для их агентов!

Тэйлор покачал головой и проговорил:

— Все это не сработает.

Чарлз был поражен. — Не сработает? Дядюшка Фрэнк, что, черт подери, вы имеете в виду — не сработает? Разве мы неясно объяснили? Они хотят напасть на нас и поработить!

— Не сработает, — еще раз повторил Тэйлор. — Военно-морского флота у нас нет. Можно только вооружить наши торговые суда и надеяться на лучшее. Регулярной армии у нас тоже нет. Мы можем собрать только нечто вроде народного ополчения. Нет и диспансеризации людей с неустойчивой психикой.

— Но почему? — недоумевала Ли. — Мои сотрудники разработали очень эффективные технологии…

— Позволь мне договорить! У меня такое ощущение, что из всего этого ничего не выйдет, но дай мне договорить.

Сначала немного о вашей черной магии. Ли. Я немного занимался историей. Для историка ваша работа представляет большой интерес. Вывод отсюда таков: изучение психологии было свернуто после открытий Либермана, благодаря же вам она выжила, причем вы опровергли эти его «открытия». Мне же кажется, что Либерман и его последователи были правы — и вы правы тоже. Думаю, что изменился сам народ, его внешняя оболочка. Это значит, что до Либермана было много психически ненормальных и невротиков, которых следовало изучать, что во времена Либермана их было уже так мало, что ранее сделанные обобщения были сведены на нет, а сейчас, Ли, количество психов и невротиков среди нас снова стало значительно увеличиваться.

Девушка раскрыла рот, снова его закрыла и задумчиво принялась изучать свои ногти.

— Я не могу быть равнодушным, — продолжал Тэйлор, — к вопросам всеобщей регистрации, угнетению масс и другим невыносимым для самого духа Синдика вещам.

Чарлз не выдержал:

— К черту все это, ведь здесь вопрос о самой жизни или смерти Синдика!

— Нет, Чарлз. Ничто для Синдика не может быть вопросом жизни или смерти. Когда что-либо становится для Синдика вопросом жизни или смерти, то Синдик уже мертв, нравственные устои его размыты, кредит доверия исчерпан. Остается не Синдик, а только его мертвая оболочка. Я не настолько осведомлен, чтобы сейчас объективно заявить, мертв или жив Синдик сейчас. Боюсь, он умирает. Симптомом тому все возрастающее число невротиков. Ваше предложение, предложение тех, кто еще охвачен старым, скрывающимся под корыстью «вперед, да здравствует, мы не должны терять душу Синдика!», вместо того, чтобы верить людям, создавшим нас — это еще один тревожный симптом. Возрастание влияния Дика Рейнера, стремящегося возродить Правительство — это следующий симптом.

Я уже сказал, что черта с два мы знаем, что делать. Пока что имеется статус кво, хотя у меня есть причины бояться, что почва уходит из-под наших ног. Если это так, то это может только ускорить наш конец. Вооружением наших коммерсантов и созданием народного ополчения мы еще больше его приблизим. Если народ по-прежнему с нами, как он был всегда, — тогда да. Черт возьми, мы ведь не знаем, во что мы превратимся, если радикально изменим образ жизни и отношения в Сиггдике.

Я — не сторонник создания военно-морского флота. Я — не сторонник создания регулярной армии. Я не могу поддержать ограничение свободы любого человека, за исключением уголовника. Учите историю! Она научила меня не лезть не в свое дело, она научила меня, что никто не должен считать себя слишком умным или способным.

Кто может знать, что ему делать, если он даже не знает, почему он это делает? Ты можешь благословлять кроманьонца за то, что он изобрел охотничий лук, и проклинать его за изобретение ядерного оружия. Можешь благословлять древних шумеров за ту красоту, что они создали, и проклинать их за то, что они заживо хоронили прислугу их умерших цариц. Ты будешь благословлять Ши Хуан Чи за строительство Великой Китайской Стены, разделившую северных варваров и южную культуру, и проклинать его за то, что он сжег все книги в Китае. Можешь благословлять царя Миноса за его великолепные кносские туалеты и проклинать его за ежегодные человеческие жертвоприношении. Можешь благословлять фараонов за мир и проклинать за их рабовладельческий строй. Благословлять греков за то, что они ограничили рождаемость настолько, что те, кто мог хорошо питаться, зажгли на Западе маяки, и проклинать их за проституцию, содомию и колониальные войны, которыми они достигли своих успехов. Благословлять римлян за их усилия устранить все преграды на пути их строительного гения и проклинать за их слабость, не позволившую сбросить кровавое наследие этрусского варварства. Благословлять евреев, открывших Божественное Начало, и проклинать их за то, что они распространяют его только на тех, кто подвергся хирургической операции. Благословлять христиан, презревших эти хирургические ограничения, и проклинать их за то, что они свели это Божественное Начало к тысячам обрядных условностей. Благословлять Юстиниана за создание Свода Законов и проклинать его за бесчисленные предательства, ставших прототипом для византийского средневековья. Благословлять церковников за их проповеди и поучения и проклинать их за то, что они установили некую линию, за которой только они имеют право поучать и проповедовать.

Можешь благословлять мореплавателей, открывших старушке Европе новые земли, и проклинать их за сифилис. Благословлять краснокожих, выращивавших кукурузу, спасшую огромное количество жизней, и проклинать их за нее же, уничтожившую верхний слой почвы. Благословлять плантаторов Вирджинии за их табак и проклинать их же за те красные пустыни, которые остались на месте старых лесов. Благословлять акушерок со щипцами, облегчающими страшные боли, и проклинать их за то, что с их помощью на свет появляется огромное количество уродов. Благословлять парней с Четвертой Станции, уничтоживших на Цейлоне малярийных комаров, и проклинать их за то, что они тем самым позволили рождаться стольким сингалам, сколько не могут прокормить цейлонцы. Благословлять отцов-основателей, создавших поистине ньютоновски четкую Конституцию, и проклинать их за необходимость внесения в нее всех тех неработающий красивостей XIX, XX и XXI веков.

«Кто знает, что он творит, почему творит или какие будут последствия творения его?»

Пусть ученые-гуманитарии развлекаются со своими теориями, если этого им хочется; сам я люблю поэзию. Факт тот, что они до сих пор не решили проблему, которую я называю проблемой двух миллиардов тел. Некоторые ив них с великолепным чувством твердят, что до нас исчезли во тьме веков больше дюжины цивилизаций. Я не вижу причин, почему бы и нашей не отправиться туда вслед за ними, как не вижу причин, почему бы нам тем временем не доставить себе удовольствие так, что будет столь приятно вспоминать в старости. Нет; я не агитирую за насилие над Правительством и гегемонию над Крими. Подобная политика автоматически, немедленно принесет с собой горе, смерть и ранения в огромное количество семей. Это неправильное понимание удовольствия. Я буду рекомендовать со страхом и дрожью создание народного ополчения — но чисто оборонительного, и буду молиться богу, чтобы это не втянуло нас в агрессивную войну.

Он взглянул на двоих своих гостей и пожал плечами:

— Ли так подавлена, Чарлз так хмур. Полагаю, что теперь вы во все посвящены. У меня есть огромное желание взять из ящика стола пистолет и застрелить вас обоих. Я предчувствую, что вы почти созрели отправиться в поездку по городам и весям Синдика поднимать народ гга борьбу с его врагом. Вы уверены, что судьба цивилизации зависит от вас. Да, вы, конечно, правы. Судьба цивилизации зависит от каждого из нас, причем всегда, в каждый данный момент времени. Все мы — частички этой проблемы двух миллиардов тел. Каким-то образом за сто лет мы в Синдике достигли почти для всех гражданских свобод, мира в душе и такого жизненного уровня, которым наслаждался средний класс до 1914 года — плюс большей продолжительности жизни, более крепкого здоровья, большей нравственности, большей власти над природой, минус служебные проблемы и некоторые суеверия. Череда очень приятных десятилетий. Когда окинешь взглядом историю, то удивляешься, кто бы в здравом уме хотел желать большего. Удивляешься, кто отважился бы покончить с этим.

Он помолчал и внимательно посмотрел в искренние молодые лица. Сказать он мог гораздо больше — но он снова пожал плечами.

— Благословляю вас, — произнес он. — Храните свои впечатления, пока можете. Каждый ошибается по-своему. А сейчас идите и занимайтесь своим темным и кровавым ремеслом — мне нужно работать.

На самом деле работать он не стал. Оставшись один, он откинулся на спинку кресла и долго, долго смеялся.

Будь то победа, поражение или ничья, эта парочка далеко пойдет и будет на своем пути радоваться друг другу…

Читать далее

Добавить комментарий

Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. правила

Скрыть