Отправляя Бетси Грант домой на машине, Роберт Мейнард сказал:
– Я заеду за тобой завтра в восемь утра, а сегодня вечером тебе лучше немного отдохнуть и успокоиться.
– Да, я так и сделаю, – тихо ответила Бетси и, лишь захлопнув дверь, обратила внимание на окруживших машину фоторепортеров. Откинувшись на спинку сиденья, она закрыла глаза. Весь этот проведенный в суде день казался нереальным. Неужели кто-то всерьез верит, что она могла пожелать Теду зла? В памяти одно за другим всплывали воспоминания об их первых днях. Они познакомились, когда она стала его пациенткой, – каталась на коньках, упала и сломала ногу. Перелом был тяжелый, и врачи в отделении неотложной помощи послали за доктором Грантом.
Тед пришел и одним своим присутствием как будто заполнил всю комнату.
– Ну вы и постарались, Бетси. Это же надо так ухитриться, – бодро сказал он, держа в руке перед собой рентгеновский снимок ее ноги. – Но мы вас починим, будете как новенькая.
Ей было тогда двадцать пять. Она преподавала историю в средней школе в Хиллсдейле и жила в нескольких милях от места работы, в Хакенсаке. Вскоре Бетси узнала, что ее врач – вдовец и живет не так уж далеко от нее, в Риджвуде. Их потянуло друг к другу, сразу и сильно. А через год они поженились.
Алан, бывший тогда на первом курсе в Корнелле, встретил ее с распростертыми объятиями. « Ему, конечно, недоставало матери, но он знал, что отец будет счастлив со мной , – с горечью подумала она. – Однако, как только я убедила Теда сократить финансовую помощь Алану, парень меня возненавидел».
Бетси бессознательно покачала головой. Во рту вдруг пересохло, и она потянулась к стоявшей в держателе бутылке с водой. И снова вспомнился день, когда Тед взял ее с собой посмотреть дом в Алпайне. Услышав предложение заплатить наличными, риелтор ответил, что владелец готов выехать через две недели. Двенадцать дней спустя, чудесным весенним утром они вошли в свой новый дом.
Восемь лет они были счастливы. А потом началось. Сначала мелкие, едва заметные признаки. Они появились примерно в то время, когда Теду исполнился пятьдесят один год.
Забывчивость. Потом раздражительность. Когда пациент просил изменить время уже согласованного приема, Тед буквально выходил из себя. Он стал забывать о каких-то мероприятиях, жалуясь, что ему приходится слишком о многом помнить. Было очевидно, что им все сильнее овладевает депрессия. Но лишь когда Тед не смог вспомнить дорогу домой, хотя они находились всего лишь в соседнем городке, Бетси поняла – случилось что-то ужасное…
Машина свернула на Пэлимейдс-паркуэй. С каждой минутой они приближались к Алпайну. Бетси знала, что Кармен готовит обед к ее приезду, и с нетерпением ожидала возможности побыть наконец одной, но в доме уже ждали три бывших коллеги из школы. Каждая обняла ее, а Джинн Коэн, недавно ставшая директрисой, с чувством заявила:
– Хоть бы скорее все закончилось. Ужас, через что только тебе приходится пройти. Все же знают, как ты заботилась о Теде.
– Надеюсь, – негромко ответила Бетси. – Послушать, что говорят в суде, так получается, я просто чудовище.
Подруги сидели в го́стеной. Сколько счастливых часов и дней она провела здесь с мужем… За окном уже вытягивались тени. Казалось, они окружают ее. Взгляд остановился на клубном кресле, в котором так любил сидеть Тед.
В последний раз он сидел там в последний вечер своей жизни. Но когда все собрались здесь перед обедом, муж поднялся, подошел к ней и, потянувшись к ее руке, жалобно попросил: «Бетси, помоги мне найти их».
Часом позже, за столом, Тед снова вышел из себя, но тогда в короткий миг прояснения, Бетси показалось, что он пытается сказать ей что-то.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления