Упаковки от бургеров покрывали поверхность всех четырех столов в комнате отдела уголовных расследований полицейского участка Хейлсовен. Ким купила еду по пути с места задержания.
Из всех присутствовавших только Доусон продолжал поглощать какую-то непонятную массу. Пластиковая ложка тщательно выскребла дно контейнера, прежде чем он удовлетворился.
– Вкусно, босс, – заметил сержант.
– Все привели свои записи в порядок? – спросила Ким и в ответ получила три утвердительных кивка. Все детали расследования были аккуратно записаны.
– Ну если ты закончил, Кев, то настало время очищения, и сегодня этим займешься ты, – объявила начальница.
– Минуточку, а почему именно он? – поинтересовался Брайант.
– Потому что он первым добрался до меня в том проходе, – ответила Стоун, бросая Доусону рулон бумажных полотенец.
Несмотря на то что было уже за полночь, Ким после задержания настояла на том, чтобы все они вернулись в участок. После такого напряжения не стоило сразу ехать домой – всех еще переполнял адреналин. Надо было слегка «прийти в себя», чтобы его содержание в крови вернулось на нормальный уровень. Своего рода декомпрессия.
Расследование завершено, и семь женщин, подвергшихся насилию, теперь уснут спокойнее, зная, что их насильник больше не бродит по улицам.
Доусон оторвал два полотенца и начал стирать написанное на доске. У них существовал ритуал – по окончании расследования полностью очищать доску. И кайфовать от возможности уничтожить все следы написанного. Сейчас каждое движение полотенца по доске означало, что на улицах города стало еще на одного ублюдка меньше. Ким смаковала символизм этого очищения.
Завтра ее команда займется бумагами и приступит к допросам – но сегодня они заслужили минуты наслаждения результатами своей работы.
Инспектор встала из-за свободного стола и принялась собирать обертки от еды. Брайант громко зевнул, и как раз в этот момент зазвонил телефон Стоун.
Увидев на экране имя Вуди, Ким вышла из комнаты в тускло освещенное соседнее помещение.
– Сэр? – произнесла она в трубку.
– Я же просил доложить мне, как только операция будет закончена, Стоун, – сердито проворчал звонивший.
– А я как раз собиралась вам позвонить, – ответила Ким, состроив гримасу. – Мартин Копсон уже взят под стражу и…
– Это я уже знаю, Стоун. Я переговорил с сержантом следственного изолятора. Не могу же я ждать всю ночь, пока вы соберетесь позвонить.
Ким нахмурилась. Если шефу все уже известно, то чего он к ней привязался?
– А еще Джек сказал мне, что на вашу физиономию стоит посмотреть, – добавил Вуди.
Инспектор застонала. Чтоб этот Джек из приемной под землю провалился! Теперь понятно, чего нужно ждать…
Она постаралась взять себя в руки.
– Мне казалось, что мы договорились о том, что роль приманки будет выполнять Стейси, а вы и все остальные будете ее страховать? – продолжал Вуди.
– Разве мы так договаривались, сэр? – переспросила Ким невинным голосом.
– Не прикидывайтесь дурочкой, Стоун. Вы прекрасно это знаете. – Старший инспектор тяжело вздохнул. – Она же не только молодая женщина, но и офицер полиции. Так что должна выполнять свою работу.
– Конечно, сэр, – заявила Ким. – Это просто недоразумение.
Установилась тишина, которую инспектор даже не пыталась нарушить. Она продолжала молча ходить по затемненному помещению. Если ее босс мог хоть на минуту представить себе, что она позволит двадцатитрехлетнему ребенку завлечь в ловушку жестокого и порочного насильника, то он знает ее гораздо хуже, чем она думала.
Просто Ким надеялась, что сможет избежать этой выволочки. Вуди сейчас находился в очередном отпуске, но он не смог не сделать последний проверочный звонок, прежде чем уехать на несколько дней вместе со своей внучкой. А она рассчитывала, что к тому моменту, как он вернется, все уже забудется.
– Мы обсудим это, когда я вернусь, – пообещал начальник.
А может быть, и нет.
– Я должна обратить на что-то особое внимание, сэр, пока вы отсутствуете? Например, поливать вашу кошку? Или выпускать ваши цветы на прогулку? – щедро предложила Ким.
– Знаете что, Стоун, вам бы я ни за что не доверил поливать или выгуливать что-то в моем доме. Благодарю за предложение, но моя уборщица держит все под контролем. И не забудьте ежедневно информировать суперинтенданта[4]Звание старшего офицерского состава полиции., пока меня нет.
– Так точно, сэр, – ответила инспектор, закатывая глаза.
– Я слышу, как вы вращаете глазами, Стоун, – сказал Вуди и, немного помолчав, добавил: – Даю вам… м-м-м… возможность потренироваться и научиться лучше управлять ими, пока меня не будет.
Ким открыла было рот, чтобы ответить, но ее шеф успел закончить разговор, хмыкнув на прощание.
Вздохнув, Стоун направилась к двери своего отдела, но остановилась в нескольких шагах от нее.
– Честно, Стейс, надо было видеть босса на этих шпильках, – донесся до нее голос Доусона. – Она…
– Что она, Кев? – спросила Ким, останавливаясь в дверях и облокачиваясь о притолоку. – Ну, продолжай, – поторопила она своего коллегу.
– Нет-нет, я уже закончил! – покачал головой Кевин. – Уже даже не помню, что хотел сказать.
Брайант, который знал начальницу лучше других, спрятал улыбку.
– Да неужели? – Ким сложила руки на груди. – Брайант, подай Кеву туфли.
Сержант пошарил у себя за спиной и выполнил ее просьбу.
– Стейси любит видеть все воочию, – сказала инспектор, склонив голову набок. – Уверена, что она с удовольствием посмотрит на твой показ…
Сержант посмотрел сначала на туфли, а потом на Стоун.
– Вы же не хотите, чтобы я…
– Ты сам начал, – ответила Ким.
Доусон оглядел присутствовавших в поисках поддержки. Стейси приподняла одну бровь, а Брайант откинулся на спинку стула.
– Черт побери, вы все сговорились! – Кевин снял ботинки и носки, и, опираясь на шкаф для бумаг, с трудом впихнул ноги в туфли – они влезли туда только наполовину.
– О-о-о… проклятье… – простонал сержант, попытавшись сделать шаг и все еще держась за шкаф.
Его вид напомнил Ким вид человека, пытающегося ехать на коньках, держась при этом за барьер.
– Пятерка, если сможешь добраться до меня, – предложил Брайант, доставая банкноту из кармана.
– Да за твою пятерку я прохожу в них целый день, – улыбнулся Доусон.
Неожиданно он выдвинул одну ногу вперед и чуть не полетел на пол.
Для Стоун Доусон выглядел, как персонаж третьесортного фильма о зомби. Руки сержант вытянул вперед, то ли для равновесия, то ли для того, чтобы смягчить падение.
Наконец, он упал грудью на стол Брайанта и протянул ему раскрытую ладонь.
– Что заслужил, то заслужил, – заметил сержант, шлепнув по ней банкнотой.
Доусон с умоляющим видом повернулся к Ким.
– Можешь снимать, – улыбнулась та.
– Черт, а мне он только начал нравиться! – заметила Стейси.
– Честное слово, респект и уважуха, босс. – Кевин протянул туфли Стоун, и она запихнула их под стол.
– Ладно, ребята, пора…
На столе зазвонил ее телефон. Нахмурившись, инспектор потянулась к нему.
– Стоун, – коротко произнесла она в трубку.
Слушая то, что ей говорили, инспектор хмурилась все больше и больше.
– Хорошо, все понятно, – сказала она, закончив разговор.
А потом глубоко вздохнула.
– Последнюю фразу можете забыть. По крайней мере, один из вас должен остаться. Пора готовить спички[5]Ким имеет в виду популярный способ бросать жребий: тот, кто вытянет короткую спичку, делает работу. – диспетчерская только что осчастливила нас новым трупом.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления