Книга Бруклинские глупости | The Brooklyn Follies

 

Обсудить
Фрагмент для ознакомления предоставлен магазином LitRes.ru Купить полную версию

Другие произведения автора

4321
4321
4321
Почти на две недели раньше срока, 3 марта 1947 года, в родильном отделении больницы Beth Israel в Ньюарке, штат Нью-Джерси, родился Арчибальд Айзек Фергюсон, первый и единственный ребенок Роуз и Стэнли Фергюсон. С этого самого начала жизнь Фергюсон пойдет по четырем одновременным и независимым вымышленным путям. Четыре идентичных Фергюсона из одной и той же ДНК, четыре мальчика, которые один и тот же мальчик, продолжают вести четыре параллельных и совершенно разных жизни. Семейные судьбы расходятся. Спортивное мастерство и сексуальная жизнь, дружба и интеллектуальные увлечения совершенно различны. Каждый Фергюсон попадает под чары великолепной Эми Шнейдерман, но каждая Эми и каждый Фергюсон имеют отличные от других таких же пар отношения. Мчится вперёд смертный сюжет жизни Фергюсонов, и читатели будут разделять и наслаждения, и боль каждого из них.

Изобретательно и искусно выстроенный роман Пола Остера написан со страстью к реализму, большой нежностью и сильнейшей любовью к истории и к самой жизни. Читатели раньше никогда не видели такого Остера.

© Перевод аннотации pigle
The Brooklyn Follies
The Brooklyn Follies
The Brooklyn Follies
Nathan Glass has come to Brooklyn to die. Divorced, estranged from his only daughter, the retired life insurance salesman seeks only solitude and anonymity. Then Nathan finds his long-lost nephew, Tom Wood, working in a local bookstore - a far cry from the brilliant academic career he'd begun when Nathan saw him last. Tom's boss is the charismatic Harry Brightman, whom fate has also brought to the "ancient kingdom of Brooklyn, New York." Through Tom and Harry, Nathan's world gradually broadens to include a new set of acquaintances - not to mention a stray relative or two - and leads him to a reckoning with his past. Among the many twists in the delicious plot are a scam involving a forgery of the first page of The Scarlet Letter, a disturbing revelation that takes place in a sperm bank, and an impossible, utopian dream of a rural refuge. Meanwhile, the wry and acerbic Nathan has undertaken something he calls The Book of Human Folly, in which he proposes "to set down in the simplest, clearest language possible an account of every blunder, every pratfall, every embarrassment, every idiocy, every foible, and every inane act I had committed during my long and checkered career as a man." But life takes over instead, and Nathan's despair is swept away as he finds himself more and more implicated in the joys and sorrows of others. The Brooklyn Follies is Paul Auster's warmest, most exuberant novel, a moving and unforgettable hymn to the glories and mysteries of ordinary human life.

Похожее

Белый квадрат
Белый квадрат
Белый квадрат
Владимир Сорокин с холодным расчетом хирурга, пытливостью первооткрывателя и фантазией художника препарирует действительность, извлекая на свет основные противоречия и философские дилеммы современного общества. Как появляются новые мифы и видоизменяются старые, какое влияние классическая литература и, шире, культура, оказывают на нашу жизнь, где проходят границы между прошлым и настоящим, настоящим и будущим, и существуют ли вообще такие границы? Сорокину очень точно удается определить те мелкие и кажущиеся современниками незначительными детали, анализируя которые потомки будут судить о нашей эпохе. В его художественном мире на равных соседствует высокое и низкое, трагическое и смешное, фантастический рассказ и эротическая новелла, его персонажи то пускаются в по-настоящему глубокие философские размышления, то совершают дикие, вульгарные поступки. Эта вдумчивая, хулиганская, изобретательная и стилистически безупречная проза описывает наше время словно с дистанции литературы будущих эпох. Так о проблемах современного общества не писал еще никто.

В новый сборник короткой прозы Владимира Сорокина вошли тексты последних лет - большинство из них публикуется впервые. Фирменный прием писателя - когда посреди чинного застолья с оливье и хрусталем "что-то пошло не так" - получает новое развитие. Если раньше застывшая языковая, жанровая или поведенческая модель, которую ломает вырвавшееся наружу подсознание героев, относилась скорее к прошлому, то теперь автор препарирует настоящее, в котором модели прошлого актуализируются, слом традиции и возвращение к ней меняются местами, а обломки перемешиваются в психоделической мозаике, детально отображающей реальность.



Добавить похожее Похожее