Большая белая сова с черными глазами уселась на дерево и громко заухала. Из хаты под деревом ей ответили потусторонние стоны. Охраняющие хату мужчины невольно отступили на несколько шагов. Даже в слабом свете луны выражение ужаса на их лицах было хорошо видно.
Магнус решил, что ждать больше нечего, спрыгнул со своего наблюдательного пункта на дереве и двинулся в сторону охранников. Тех было пятеро, разного возраста, вооруженных палками и ножами. Они испуганно вслушивались в доносящиеся из дома звуки и не заметили Серого Стражника, пока он не оказался среди них. Бой вышел коротким, Магнус даже не доставал меча. Первого противника свалил ударом в затылок, второму досталось локтем в лицо; нос с хрустом сломался от удара. В этот момент третий из охранников пустился наутек, а двое оставшихся запаниковали. Один попробовал еще ударить палкой, но не хватило ни скорости, ни уверенности. Магнус вырвал у него оружие и тут же съездил им владельцу по морде. С последним охранником мерили друг друга взглядами, но тот долго не выдержал. Здоровенный агрессивный мужик, возникший откуда ни возьмись среди ночи, да еще ужасные звуки, что прошивают воздух, – для парня оказалось чересчур. Бросил нож и удрал со всех ног.
«Теперь будет настоящая работа», – подумал Серый Плащ. Отбросил дурацкую палку и вынул меч. Потом коротко помолился Господу и пинком выбил старые трухлявые двери. Внутри халупа выглядела именно так, как можно было ожидать от логова лесной ведьмы, – мерзкое, вонючее, заполненное странными зельями и скелетами мелких животных помещение. Посреди комнаты находился очаг, а на нем котелок с бурлящим содержимым. Сама колдунья танцевала вокруг огня, бубня древний ритуальный напев, но при виде незваного гостя остановилась. Магнус заметил, что она была на удивление молодой и привлекательной в сравнении со своими коллегами по профессии. С другой стороны, это могло быть всего лишь иллюзией. Эти твари любили такого рода фокусы.
– Я ждала тебя, – заявила женщина. Несмотря на эту привычную формулу, по лицу ведьмы было видно, что она огорошена.
– Ясное дело, вы всегда меня ждете, – скучающим тоном ответил Серый Стражник. Стоны, как он заметил, оборвались. – А я всегда прихожу. Кажется, я прервал твой ритуал.
– Дурацкий ритуал, не жалко. Ты добыча намного лучше, хорошо, что ты здесь. – Ведьма постепенно вновь обретала уверенность. Поправила на себе залатанное черное платье и украдкой потянулась к предмету, лежащему на соседнем столе.
– А ты знаешь, кто я. – Магнус продолжал разговор, делая вид, что ничего не заметил.
– Само собой! – чародейка засмеялась театрально, но неискренне. – Знаменитый Серый Стражник Магнус, герой стольких баллад, Охотник на Чародеек, Сокрушитель Ведьм, Защитник Границы…
– Вот последнего я еще не слыхал. Слишком пафосно, на мой вкус, – прервал он ее. Игра начинала его утомлять.
– Но жизнь не одна из тех баллад, что так любят петь ваши барды. – Она не обратила внимания на его слова.
«Один бард», – подумал Магнус. Но у женщины наготове явно была целая тирада.
– Твоя слава выросла на костях таких женщин, как я. Но сейчас ты чересчур прославился, не к добру для себя. Ты и впрямь думал, что тебе удастся остаться незамеченным? Одинокому Серому Плащу, да к тому же такому высокому и статному, как ты? Мои слуги донесли мне о твоем присутствии задолго до твоего прихода. И сейчас ты заплатишь за всех моих сестер, которых ты убил! За каждое из своих преступлений! – Ведьма быстрым движением подняла соломенную куклу, которую умыкнула со стола, и вонзила в нее большую иглу.
Магнус не пошевелился. Просто стоял и наблюдал, как победная улыбка исчезает с лица чародейки. А когда заметил в ее глазах панику, двинулся вперед.
– Я позволяю себя заметить только тогда, когда этого хочу, – пояснил он. С усмешкой присматривался к тому, как игла раз за разом впивается в голову куклы. – А тебе стоит лучше подбирать сотрудников. Тот, которого ты послала за моей кровью, был не только бесталанный, но и на редкость трусливый. Мы с ним серьезно побеседовали, и он согласился, что лучше дать тебе кровь свиньи. Свинья, впрочем, оказалась действительно вкусная. – Магнус вонзил меч в руку ведьмы, пригвождая ее к стене хаты. – Это чтобы ты не пробовала бежать, – пояснил он, игнорируя отчаянный вскрик боли. – Теперь поговорим на моих условиях. Начнем с чего-нибудь простого. Кто такой Антум? Эй, слышишь меня? Соберись.
Чародейка задергалась, пытаясь вырваться, но боль и страх наконец победили.
– Ничего тебе не скажу, – ответила она ломающимся голосом.
– Да все ты скажешь. – Он обвел глазами комнату. – С вами, ведьмами, проблема одна – все вы любите держаться своих старых методов. Иногда мне кажется, что никто из вас за века ничего нового не выдумал. – Прошел вдоль стены, ища нужную руну среди многочисленных символов на ней. Обнаружив знак, стал простукивать пол. Быстро обнаружил маленький тайник в полу, а в нем письма.
– Ты все равно прочитать не сможешь, – злорадно заявила ведьма.
– Поскольку ты использовала один из ваших Тайных Магических Языков? – в голосе Стражника зазвучала ирония. – Ты уже наверняка умрешь здесь. Вопрос только – как. – Он медленно достал стилет и начал нагревать его над очагом. – Можешь умереть быстро и с достоинством, а можешь очень медленно, умоляя о смерти меня и всех богов, о которых когда-либо слышала. Выбор за тобой. Подумай хорошенько, потому что это последний выбор в твоей гнилой жизни. Я уже много таких, как ты, тварей перебил; знаю точно, как все это закончится. И знаю, что открывается, когда с вас сдерешь эту маску гонора и загадочности.
– Всех нас не перебьешь! – крикнула она отчаянно.
– Ну, всех нет, но сегодня как минимум еще одну. А теперь, во-первых, что ты знаешь про Антума, а во-вторых… – Серый Стражник пнул котелок, вонючая жидкость разлилась по полу, а пальцы, глаза и язык доплыли до ног чародейки, – …где ты спрятала остальных детей?
Магнус в очередной раз уверил благодарящих его крестьян в том, что лишь выполнял свои обязанности. Ему всегда было не по себе в подобных ситуациях. Ситуациях, когда тебя окружает толпа благодарных людей, упорно зовущих тебя героем и норовящих всучить еду, мелкие монеты и другие предметы, что составляют для них ценность.
– Сокрушитель Ведьм! – выкрикнул кто-то.
Еще кто-то затянул одну из глупых баллад Эдвина. Несколько девок зазывно поглядывали на солдата. Магнус все это проигнорировал. Еще раз повторил формулу о выполнении своих обязанностей, сел на коня и двинулся в путь. Ночь была ясной, а до ближайшей командории далеко. Йорин ждал его в условленном месте, на перекрестке. Мужчина сидел на опрокинутом памятнике из ансамбля какого-то старого разрушенного дворца.
– Ну, ты достал ее? – спросил он боязливо.
– Да, достал.
– Это, с кровью… получилось?
– Да, все по плану.
– И она… это, не успела навести на меня какое-то проклятие или чего еще… правда?
– Нет, не успела.
– Ну и отлично, – мужчине явно полегчало. – Так ей и надо. Проклятая ведьма. Даже трахаться с ней было паршиво, просто лежала как бревно и ждала. А еще говорят, что чародейки…
Магнус одним движением повалил мужчину наземь и приставил ему к горлу нож.
– Она послала тебя за моей кровью. Что ты еще для нее делал?
– Что? Ничего, я… я, ну, разные вещи делал. Приносил…
– Детей?
– Что?.. Нет, я с этим ничего общего…
– Пять детей были похищены в одну ночь. Она точно не могла сделать этого одна.
– У нее подручные были. Те, что охраняли ее хату.
– И только они?
– Я ничего… Клянусь.
– Брешешь ведь. Ты знаешь, что я успел спасти только четверых? Одного ребенка четвертовала и сварила. Стоило оно того, за немножко паршивого траха?
– Слушай, я ничего не знаю про детей. Клянусь. – Мужчина плакал. В воздухе запахло мочой. – Я только приносил разные вещи. Но никому не навредил. А что мне было делать? Ведьмы страшные.
– Да, страшные. А я профессионально их убиваю. Так кто страшнее?
– Ты! Ты!
– Запомни. – Магнус отпустил Йорина и вернулся к своему коню. Продолжил холодно, отъезжая: – Сегодня тебе повезло. Но если я еще когда-нибудь услышу твое имя рядом со словом «ведьма», то утоплю тебя в твоей же крови.
Близ догорающей ведьминой хатки он заметил на ветке все ту же сову. Большая белая птица с черными глазами явно к нему приглядывалась, но Магнус проигнорировал это. Ему нужно было как можно скорее доставить письма Люциусу, чтобы тот их прочитал, и сдать рапорт Натаниэлю. К Границе вновь подступала война, но на сей раз с ней двигалось что-то, что было даже хуже нее. И мрачнее.
Стук в дверь разбудил Натаниэля посреди ночи. В этом не было ничего необычного. С тех пор как он стал начальником Командории 42, высыпаться ему доводилось нечасто.
– Кто там? – спросил он устало.
– Нашли Эрмину, – в голосе Флавиуса прозвучало извинение. – Убита.
– Отнесите тело в лекарскую, сейчас спущусь.
– Есть. – Из-за двери послышались удаляющиеся шаги.
Натаниэль Эверсон с трудом победил тяжесть своих век, медленно осознавая смысл слов подчиненного. Погиб один из его людей. Он встал и спокойно зажег свечу. Начал одеваться, старательно отстраняясь от того, что бушевало в его мыслях. От командира в такой ситуации ожидались некие стандарты поведения, и он намеревался им полностью соответствовать. Выходя из комнаты, он оглянулся еще на каскад черных волос на соседней подушке. Брюнетка сладко спала; он подумал было разбудить ее, но сдержался. Пусть хоть она этой ночью выспится.
Тихонько вышел из своей комнаты и двинулся по ступеням вниз. Как командир, он жил на самом верху высочайшей из пяти башен, что располагались под защитой стен замка. Днем отсюда была отлично видна вся округа – шесть деревень, принадлежащих Страже, поля, лес и дальние городки и села, управлявшиеся местными магнатами. Конечно, их резиденции не шли в сравнение с Командорией 42. Главный оплот Ордена на востоке, она представляла собой крупнейшую и старейшую крепость на Границе, да и в Империи была одной из крупнейших. Мощные стены защищали сложный комплекс построек, способный вместить тысячи людей. Однако сейчас тут проживало лишь немногим более сотни человек. Слуги и охранники, десятка рекрутов и десять Серых Плащей. С этой ночи – девять.
Натаниэль спускался, этаж за этажом, один крутой коридор за другим. В первую неделю в замке он постоянно терялся в этом внутреннем лабиринте. Да и до сих пор иногда обнаруживал входы в скрытые, а то и просто заброшенные коридоры.
Лекарская находилась на первом этаже второй башни. Когда Натаниэль добрался до нее, Люциус и Эдвин уже ждали его. Зютек и Флавиус как раз вносили укрытое серым плащом тело.
– Еще одна ночь на боевом посту, – мрачно отметил Эдвин. Квартирмейстер, как всегда, выглядел так, будто сию секунду собирался на бал в одном из Вольных Городов Запада. Его модный шелковый костюм решительно не подходил к этой части света. Как, впрочем, и все остальное, что касалось Эдвина.
Когда рекруты уложили тело на стол, Люциус надел фартук и вынул из ящика стола ножи. Подошел к телу и начал методично его вскрывать. Тех колебаний и страха, что Натаниэль помнил в нем со времен, когда все трое были рекрутами в Командории 54, сейчас совершенно не осталось.
– У нее ведь сегодня выходной был? – спросил командир.
– Да, – подтвердил Эдвин. – Насколько я знаю, она весь день провела в Остроборе. Должна была вернуться к вечеру, но зачастую появлялась лишь к утреннему патрулю.
– Кто обнаружил тело?
– Городские стражники из Остробора, – ответил Эдвин. – Она лежала в проулке, у внутренних стен города. И похоже, что у нее ничего не украли. Кошелек, правда, был открыт, но содержимое его просто высыпали на землю.
– Кто-то что-то искал, – понял Натаниэль. – Эти стражники монет себе не прихватили?
– Воровать у Серой Стражи дураков нет, – заверил Зютек.
– Так кто же тогда ее убил? – спросил командир. Судя по выражениям лиц, Зютек и Флавиус не поняли, что вопрос был риторическим. Однако хорошего ответа оба найти не смогли.
– Кто-то, кого она знала, – вмешался Люциус. – Нет следов борьбы. Одна колотая рана, и прямо в сердце. Клинок был узкий и длинный, двусторонней заточки, скорее всего стилет. Типа тех, что используют в Вольных Городах. Убийца подошел близко, ударил быстро и точно. Думаю, она умерла, не успев даже понять, что происходит. Следов изнасилования нет, но жертва была с мужчиной за несколько часов до этого. От себя могу добавить, что уже несколько месяцев она приходила ко мне за противозачаточными зельями.
– Ну, значит, навещала любовника… или любовников, – предположил Эдвин. – Вот уж чему меня баллады научили, так это тому, что самая частая причина преступлений – ссора между любовниками. Так что если ее убили в порыве страсти, то виновный, скорее всего, сам объявится. Ну, или уж он бежал и никогда сюда не вернется, и это уже проблема Жнецов.
– Интересно, отчего мне кажется, что это слишком простой ответ? – спросил Натаниэль.
– Потому что это ранение явно не выглядит как нанесенное в гневе, – заметил Люциус.
– Вот именно. Кто бы ее ни убил, он знал, что поднимает руку на члена Ордена и что если мы достанем его, то сам Император не спасет от смерти. А это значит, что убийца либо рисковал в расчете на многое, либо боялся потерять еще больше.
– Преступный заговор, – заявил Эдвин. – Отлично, в балладах они всегда к месту. Когда вы с ним разберетесь, с удовольствием выслушаю всю эту историю. А пока что…
– А пока что завтра поедешь со мной в Остробор, чтобы увидеть место, где нашли тело. И поговорить с твоими информаторами, – постановил Натаниэль. – И с самого утра пошлешь за Вульфом. Он уже наверняка закончил работу в Командории 32, а пугало мне тут может пригодиться, так что прикажи ему быть здесь самое позднее послезавтра.
– Можно, я это как-то иначе сформулирую? Ты же знаешь, как он раздражается, когда ты отдаешь ему приказы. И как сильно я пугаюсь, когда он раздражается…
– Формулируй как хочешь. – Натаниэль слишком устал, чтобы выслушивать типичную клоунаду своего квартирмейстера. – Отнесите тело в часовню, пусть священники займутся им завтра. Вещи Эрмины вышлем семье, когда закончится следствие.
– У нее не было семьи, – поправил Люциус. – Все погибли в какой-то войне, еще до того, как она вступила в Орден.
Натаниэль только сейчас взглянул на женщину. Эрмина служила под его началом пять месяцев, но он толком ничего о ней не знал. Кажется, он даже никогда не разговаривал с ней на внеслужебные темы. Может, оно и к лучшему. Люди под его началом будут погибать, это факт. А сохраняя с ними дистанцию, легче смотреть на ситуацию трезво. И все же, наверное, следовало бы чувствовать печаль. Глядя на симпатичное лицо девушки, он пожалел, что ничего не чувствует.
– Завтра выезжаем после завтрака, – сказал он Эдвину и отправился в сторону своих комнат.
Во всем замке, казалось, царила тишина, столь нетипичная для этого места. Когда Натаниэль вернулся в спальню, то с огорчением обнаружил отсутствие брюнетки. Он улегся на ее подушку и с минуту пробовал заснуть. Но, несмотря на усталость, заранее знал, что не выйдет. Его мысли уже пустились вскачь на тему смерти Эрмины и возможного заговора, стоящего за этим преступлением. Он недолго полежал лицом в подушку, вдыхая запах женщины. Потом встал и подошел к письменному столу. Его ждала еще одна рабочая ночь. В конце концов, кому он нужен, этот сон?..
Магнус ехал целую ночь, но могучие стены Командории 42 показались лишь незадолго до рассвета. Он миновал мостик надо рвом и проехал вдоль укреплений, вплоть до первых ворот. Для порядка показал охране перстень, хоть и видел, что его и так сразу узнали. Проехал несколько метров туннеля за первыми воротами, повернул в закоулок между стенами, ведущий ко вторым воротам. Только тут был въезд внутрь крепости, на первый двор. Магнус проехал хозяйственные постройки и снующих между ними слуг, затем направил коня выше, на тропинку, ведущую к внутренним стенам. Остановился лишь на верхнем дворе, у конюшен для членов Ордена. К своему удивлению, обнаружил тут старых друзей, собирающихся в дорогу.
– Сокрушитель Ведьм собственной персоной, – приветствовал его Эдвин, кланяясь в пояс. – Что за честь нам выпала. Но что-то рановато ты вернулся пополнять запасы. Соскучился по нам или недобрые вести? Умоляю, скажи, что соскучился. – Выразительное молчание было ему ответом. – Ну почему это всегда недобрые вести?..
– Нет, ну и соскучился немного тоже, – признал Охотник на Чародеек.
– Князь, – поздоровался он с Натаниэлем.
– Великан, – ответил начальник командории, садясь в седло.
– Я гляжу, мы разминемся?
– Вчера у нас погибла Стражница, едем на расследование. К обеду, думаю, вернемся. А ты какими судьбами?
– Эдвин верно угадал, недобрые вести.
– Совсем плохие?
– Ну так, насчет пожирающих души демонов, которым ведьмы приносят в жертву маленьких детей.
– А, ну стандартного рода, – успокоился квартирмейстер.
– Боюсь, что на этот раз может быть чуть похуже обычного. Но сперва хотелось бы поговорить с Монахом. Удостовериться. Он у себя?
– Лучше не ходи туда, – посоветовал Эдвин. – Между маленьким Дунканом и утренней тошнотой Амелии лучше дай бедняге спокойное утро.
– Съешь что-нибудь и отдохни, – распорядился Натаниэль. – Люциус вскоре спустится в свою мастерскую. Когда я вернусь, надо будет многое обсудить.
– Как всегда. – Магнус спешился и оставил коня мальчишке-конюху. Проводил уезжающих товарищей кивком головы и отправился на завтрак в большой зал.
Зал находился в главном здании, которое связывало три из пяти башен командории. Помещение было рассчитано на сотни гостей и выглядело пустым с горсткой рекрутов внутри.
Магнус подозвал слугу и попросил завтрак. Как Серый Плащ, он мог расположиться за главным столом, на возвышении. Вместо этого он незаметно присел в конце зала. Ожидая завтрак, Магнус присматривался к украшающим стены барельефам и гобеленам. Они явно относились к разным периодам. Одни из них изображали Стражников, другие – легионеров и легендарных воинов. Третьи дошли до такого состояния, при котором даже приблизительно было трудно угадать, что на них изображено. Разумеется, в конце зала, над главным столом, располагался огромный барельеф, на котором Первый Император убивал дракона. Событие, повсеместно признаваемое за начало Империи.
– Говорю вам, это он, – долетел до Магнуса чей-то шепот. Обернулся и заметил группу молодых рекрутов, которые как раз выходили из помещения. Было их пятеро. Невысокий рыжеволосый парень, остриженный по уставу Легиона. Одетая в обноски девушка с волосами, уложенными в цветной чуб. Голубоглазый блондин, который даже на завтрак спустился с двумя короткими мечами, скрещенными за спиной. Высокая брюнетка, одетая в дублет из звериных шкур. И пятый, мальчишка с отдаленно знакомым лицом. Все они украдкой глазели на Магнуса, очевидно, что-то обдумывая.
– Привет, Магнус, – поздоровались, проходя мимо, два других рекрута.
– Привет, Зютек, привет, Флавиус, – поздоровался Стражник.
– Я же говорила, что это он, – шепнула с победной улыбкой девушка в кожаном дублете.
После чего четверка вытолкнула вперед мальчишку со знакомой физиономией.
– Извиняюсь, – выдавил из себя тот, собрав всю свою смелость. – Это ведь ты?.. То есть это ты Магнус, да? В смысле ТОТ Магнус?
– Ну да, я Магнус. Не знаю уж, тот или не тот, который вам нужен.
– Извиняюсь, понятно… Но ты ведь Номад. И ты тот, из баллад? Защитник Границы?
– Да, так меня тоже называют. А ты?
– Я? В смысле… А, извиняюсь. Адрикарус, но все меня называют просто Адрик. Я рекрут.
– Да, я заметил. Садись. И вы тоже можете.
Остальные отреагировали не сразу, но подошли быстро, кланяясь и представляясь. Рыжего звали Септимус, девушку с цветными волосами – Мойра, блондина с двумя мечами – Родерик, а брюнетку – Заря. Все расположились вокруг Магнуса, но, очевидно, всё еще боялись что-либо сказать.
– Откуда вы родом? – спросил Серый Стражник, чтобы как-то завязать разговор.
– Я местная, с Границы, – ответила девушка в кожаном дублете. – Септимус – с Центральных Территорий…
– Из Самнии, – уточнил юноша.
– Родерик – из Спорных Земель…
– Конкретнее – из Калет.
– Мойра – из Вольных Городов…
– Тонущий Порт.
– А Адрик… – Она заколебалась.
– Отовсюду, – помог ей мальчик. – Я воспитан в Ордене. Собственно, ты знал моего старшего брата, – добавил он несмело.
– Ах, конечно! Твое лицо сразу мне показалось знакомым. Дункан был добрым другом и лучшим командиром, который у меня когда-либо был.
Парнишка стеснительно улыбнулся.
– Так это правда, что ты знал командира Эверсона, еще когда он был рекрутом? – спросила Мойра.
– Да, в Командории 54.
– Я просто так подумала… Ведь Эдвин и Люциус все время зовут его Князем. И будто бы он и в самом деле князь.
– В самом деле, – подтвердил Магнус. – Он сын лорда Терила.
– Я же вам говорил, – несмело сказал Септимус.
– Что тут делает настоящий князь с Центральных Территорий? – не поверила Заря.
– Вот кстати да, – вмешался Адрик. – Я слышал, что он мог командовать буквально любой командорией на Центральных Территориях. У себя в Териле, а то и в самом Драконьем Логове. А он выбрал Границу. И я так думал, что особенно после того, что случилось с Командорией 54… Извините, я забываюсь.
– Все в порядке, – успокоил его Магнус. – Это прошлое.
– Это правда, что говорят? Что там погибла половина рекрутов? – спросил Родерик.
– Почти половина, но да, правда, – признал Номад.
– Кто бы захотел сюда вернуться после такого?
– Ну, некоторые из нас тут живут, – напомнила Заря. Родерик, похоже, не принял близко к сердцу ее слова.
– Насчет ваших командиров ничего говорить не буду, – сказал Магнус.
– У них были свои причины.
– А ты? – спросил Септимус.
– Здесь мой дом. Я пробовал служить в Вольных Городах, но там для меня слишком тесно, слишком громко, и приходится слишком много разговаривать по работе. Так что через год я перевелся назад, сюда. А потом стал Номадом. И теперь у меня столько пространства, сколько я захочу.
– И ты герой, – добавила Заря.
– Ну, не надо преувеличивать.
– Нет, на самом деле герой, – настаивала девушка. – На Границе все слышали про Сокрушителя Ведьм. Ты меня наверняка не помнишь, но я здесь именно из-за тебя. Ты побывал в нашей деревне года три назад, у нас маленькая деревушка, в лесу. Волк-оборотень у нас троих убил, а потом ты появился и за одну ночь с ним расправился.
– Помню. Ничего особенного, волк, одержимый каким-то из малых демонов. Всего и надо было зарубить его мечом да присыпать раны солью с примесью серебра.
– А мы-то откуда это могли знать? К тому же посреди леса, вдали от Командории Стражи. Мы бы еще много людей потеряли, пока кто-нибудь бы не объявился. И поэтому я, когда получу плащ, тоже хочу стать Номадом. Странствовать по лесам и помогать людям.
– Не стоит пренебрегать крышей над головой и горячей пищей. – Магнус указал на свою тарелку гуляша с хлебом. – И поверь мне, командории нужнее, чем Номады. Я могу иногда наткнуться на какую-то отдаленную деревушку, которой нужна помощь, но эти крепости представляют собой нечто более значительное. Символ. Сообщают всем вокруг, что мы существуем и стоим на страже. Что… – Колокольный звон прервал речь Магнуса.
– Утренняя тренировка! – крикнул Адрик, и рекруты вскочили из-за стола. Однако тут же остановились и неуверенно посмотрели на Магнуса.
– Бегите уже, в этой профессии пропуск тренировок может и убить, – с усмешкой разрешил он.
Рекруты поклонились и побежали. Через минуту из зала выбежали также Флавиус и Зютек. Охотник на Чародеек остался один. Он громко зевнул и понемногу закончил завтрак. Потом двинулся на поиски Люциуса. Расшифровка записей ведьмы займет у того несколько часов, а тем временем можно будет искупаться и выспаться в настоящей постели. От такого отказываться нельзя никогда.
По стандартам Границы Остробор был крупным городом. Конечно, с городами Центральных Территорий, к которым привык Натаниэль, он ни в какое сравнение не шел, но, с населением под тысячу человек, в этой части света Остробор был практически столицей. Не все из жителей помещались под защитой мощных земляных валов, на которых вдобавок возвышалась выкрашенная в белый цвет деревянная стена. Снаружи эта более чем десятиметровая преграда выглядела столь же внушительно, как и стены самой столицы Империи. Но внутри город страдал явной нехваткой места. Дома явно налезали друг на друга, как будто сжатые гигантской рукою. Узкие улочки давно превратились в настоящий лабиринт грязных переулков и крохотных площадей с колодцами на них. Сейчас Стражники как раз стояли на одной из таких маленьких площадей у подножия земляного вала, в окружении нескольких разваливающихся домов и свиты местных военных.
– Да, место полностью затоптано, – оценил Эдвин, глядя себе под ноги.
– Ну, так с полсотни людей из этого колодца воду набирает, – поспешил с объяснением Борис, командир остроборской стражи. – Вот и затоптали. Но смотреть тут не на что было. Только труп.
– Как твои люди ее обнаружили? – спросил Натаниэль.
– Ну, на обходе были. И услыхали, как кто-то ссорится, какие-то громкие голоса, два, мужские. Ну и подошли проверить. Но видно, те услышали и начали убегать. Мои парни как вышли из-за поворота, так уж только бегущие фигуры в темноте увидели.
– Гнались за ними?
– Ну нет. – Старый усатый воин несколько смутился. – Должен признать, что мои тут не проявили себя, но они сперва думали, что это содомиты между собой ругаются или что-то в этом роде. А когда заметили тело за колодцем, тех уж давно след простыл. Вздрючить я их уже вздрючил, да что толку-то сейчас.
– Никто не покидал город ночью?
– Нет, это уж точно, я свою работу знаю, – заверил Борис, потирая покрытую шрамами голову. – Как только труп нашли, я сразу ворота перекрыл и к вам гонца послал.
– В последнее время чужаки в городе были?
– Да уж и не один. Может, Остробор и не такой большой, как западные города, но гостей у нас много, десятки, а то и сотни человек в день. В основном, конечно, из окрестных сел, но некоторые аж из Красного Двора приезжают. Особенно в торговые дни.
– А сама Эрмина что тут вчера делала, знаешь? – спросил Эдвин.
– На пиру была, во дворце. – Солдат указал на единственное каменное здание в городе.
– Весь вечер?
– А, ну да, сидела за главным столом, рядом с нашим дорогим наследничком. Ну и будто бы соседством за столом все не ограничилось.
– Будто бы или точно?
– Я сам сплетен не люблю, – твердо заявил Борис. – Но чтобы за порядком хорошо следить, надо слушать, что говорят.
– Понятно, – успокоил собеседника Натаниэль.
– Достойно уважения, – добавил Эдвин.
– И вот слухи ходят, что Эрмина эта и наш князь Одон уж какое-то время… ну, было промеж них что-то. И не раз она во дворце на завтраке в гостях была. Если понимаете, о чем я.
Оба Серых Стражника кивком подтвердили понимание.
– А вчера? – продолжил расспросы Натаниэль. – Кто-то видел, как она с наследником ушла?
– Ну да, видели. Часа за два-три, как мы ее нашли. Но что там делалось, то не мне знать, – быстро добавил солдат. – А, и сразу скажу, что моего суверена без поводов очернять не дам, ни в этом городе, ни где еще.
– Спокойно, никто никого не очерняет и не обвиняет, – заверил бард. – Вовсе наоборот, чем скорее найдем виновного, тем быстрее погасим возможные сплетни.
– Так, ну, тут мы больше ничего не узнаем, – решил Натаниэль, напоследок еще раз осмотрев грязную затоптанную площадь. – Пошли во дворец. Спросим твоего суверена, при каких обстоятельствах он расстался с Эрминой. До того, как она повстречала своего абсолютно с этим знакомством не связанного убийцу.
Дворец в действительности был старой имперской виллой в стиле, типичном для Центральных Провинций. С упором на слово «был». На текущий момент то, что осталось от мраморных стен, многочисленных колонн и барельефов, исключительно удачно сочеталось с деревянными пристройками, дубовыми скамьями и шкурами.
Когда Серые Стражники вошли в помещение, льстиво именуемое тронным залом, по их обонянию сразу ударил запах дыма, алкоголя и жареного мяса. Слуги еще только прибирались после вчерашнего пира. Несмотря на то что полдень уже миновал, под столами все еще кое-где виднелись задержавшиеся гости. Князь Ульрик восседал на массивном троне у главного стола. При виде Стражников поднял руку в приветственном жесте, но подниматься не стал. В последнее время он вообще редко поднимал свою тушу из кресел.
– Привет отважным Плащам. Что привело вас в мой дворец? – спросил князь весело. Судя по голосу, он был нетрезв.
– Служба, о могучий князь Ульрик, – ответил Натаниэль, учтиво кланяясь. – Возможно, ты не слышал, но в твоем городе убили Серую Стражницу.
– А, это. Да, Борис говорил что-то. Выражаем глубокое сожаление. Безусловно, можете рассчитывать на помощь и все такое. Ну, как обычно. – Владыка громко икнул.
«Да он совсем пьян», – подумал Натаниэль.
– Я так понимаю, Эрмина была частым гостем в твоем дворце. В том числе и вчера.
– Ну да. Красивая девчоночка. Попка такая, эх, на мой вкус, им бы всем штаны носить. Понятное дело, случись чего, юбку-то легче задрать, но в моем возрасте это уж все реже бывает, а посмотреть всегда приятно… Может, я смогу закон какой ввести, что ли, со штанами этими. Ты ж, Натаниэль, лучше разбираешься с этим всем княжением – как думаешь, смогу?
– Безусловно, – вставил Эдвин. – А заодно еще можно в указе упомянуть, чтобы в этих штанах сзади были вырезы, ну, чтобы лучше был вид на помянутые ягодицы.
– О-ох, какая хорошая идея, сударь бард. И еще, может, такие вырезы в рубашках, чтобы сиськи были сверху. – Ульрик неуклюже схватился за свой – немалых, кстати, размеров – бюст.
– Настоящий реформатор, – отпустил Эдвин почти искренний комплимент.
– Возвращаясь ко вчерашнему приему, – прервал Натаниэль, остановив размышления собеседника по поводу ограничений своей законотворческой деятельности. – Я так понимаю, Эрмина в нем участвовала?
– А, ну да, с сыном моим сидела, вон там. – Ульрик указал кресла справа от себя. – На первом кресле был мой сын, потом она и этот слуга твоего отца.
– Спуриус, – уточнил Натаниэль.
– Во, вот именно, он. И так сидели и болтали. А потом они с моим сыном пошли, трахаться небось, разве что…
– Отец. – Воздух рассек острый голос Одона. – Я вижу, у нас гости. – Молодой князь энергично вступил в зал. Выглядел он как много младшая и несравненно лучше сложенная версия своего отца. Могучий бородатый воин, у которого тяга к битвам еще не погасла под влиянием реальной войны и спиртного.
– Князь Одон, мы как раз обсуждали вчерашний пир, и…
– Я слышал, о чем вы разговаривали, и я не потерплю никаких сплетен и намеков.
– Очень кстати, что я как раз не занимаюсь ничем из этого. – Натаниэль постарался сохранить спокойствие. Терпеть подобный тон от людей, что правят куском пастбища из своего вонючего амбара, было с самого начала для него труднейшей частью работы. – Но тем не менее я понял так, что ты вчера покинул пир вместе с Эрминой?
– Да, так и было. Мы оба взрослые люди. – Агрессивности наследника все хуже удавалось скрывать его неуверенность.
– Ты знаешь, что позже ее нашли мертвой?
– На что ты намекаешь?!
– Это был не намек, а вопрос, – поправил Серый Плащ. – А следующий вопрос такой – когда ты в последний раз видел ее живой?
– Ты не имеешь права так со мной разговаривать!
– Строго говоря, имеет, – вмешался Эдвин. – Согласно Закону Мести, Серая Стража может допрашивать даже самого Императора, если речь идет о плащеубийстве.
– Как ты смеешь меня поучать! Ты…
– Извините, господа, – прогремел голос Ульрика. – Мой сын трезв. И к тому же проводит слишком много времени с тем слугой твоего отца, – обратился правитель к Натаниэлю. – Начинает набираться дурных манер.
– Действительно, ведение дел с моей семьей оказывает на людей такое влияние, – подтвердил начальник командории.
Ульрик рассмеялся.
– Ты мне нравишься. Может, ты и богатый фанфарон с другого конца света, но у тебя хотя бы есть чувство юмора, и в лицо нам не куражишься. А теперь, сынок, перестань дурить и расскажи им все, что они хотят услышать. Утомляет меня этот разговор, а мне еще надо новый закон обдумать. – Он подмигнул Эдвину.
Одон гневно сжал губы, но подчинился отцу.
– Мы зашли после полуночи в мою комнату. Она дала мне, чего я хотел, а потом оделась и ушла. Сказала, что у нее какое-то дело, связанное со Стражей.
– Какое?
– Я не спросил. Что-то еще?
– Сколько времени она провела в твоей комнате?
– Много. – Одон оскалился. – Когда она вышла, я уснул. Не знаю, сколько было времени.
– И она оставила у тебя платье?
– Что?
– Предполагаю, что на пиру она была одета более женственно. Не в том костюме, в котором мы ее нашли.
– Может быть… Да, она оставила платье. И что с того?
– Значит, планировала вернуться.
Одон беззвучно подвигал губами, явно не зная, что на это ответить.
– Может быть, не знаю, я спал, – выдавил он из себя наконец.
– Благодарю, это все, что я хотел узнать, – сказал Натаниэль, даря собеседнику свою тщательно отработанную, наименее искреннюю из всех улыбку. – Князь. – Он поклонился Ульрику и направился к выходу, оставляя старика со смелыми реформаторскими планами.
В мастерской Люциуса царили тишина и спокойствие. На верхушке башни звуки, долетающие со двора, казались приглушенными и далекими. Свет падал внутрь через большие, заполненные цветными витражами окна, деля все помещение на разноцветные зоны. Магнус вошел через двери, залитые красным, и медленно прошел мимо погруженных в глубокую зелень стеллажей. Самого Люциуса удалось найти в синем районе склоненным над огромным рабочим столом. Стол был завален десятками книг.
– Садись. – Ученый указал на ближнее кресло, не отрывая глаз от книги. – Уже заканчиваю.
Магнус не ответил, чтобы не нарушать спокойствия этого места. Тихо уселся в указанном кресле и стал присматриваться к другу. Монах, как его называли в те времена, когда все они вместе сражались в Командории 54, изменился просто до неузнаваемости. Само собой, изменились все, но не до такой степени, как Люциус. Натаниэль оставался гордым аристократом, Эдвин – броско одетым бардом, а сам Магнус – скупым на слова Великаном. А вот Люциус из испуганного ребенка в потрепанной рясе превратился в настоящего ученого, уверенного в себе и повсеместно уважаемого. Он первым и пока единственным из их группы сумел вступить в одно из элитарных Братств Ордена, в знак чего сменил обычный бронзовый перстень платиновым, с изображением ворона. Символом Братства Мудрецов, занимающегося сбором знаний и использованием их для борьбы с силами тьмы.
– Я закончил, – объявил Люциус.
– Расшифровал письма?
– Прости?.. А, ты об этом. Да, это как раз было несложно. Написаны на варианте того, что Орден определяет как код ведьм номер четыре. Исключительно частый на Границе и почти не изменившийся за столетия. Я уже столько раз разгадывал его варианты, что теперь делаю это без усилий. Труднее было собрать информацию о самой Антум. Я помнил, что в какой-то книжке уже видел подобное имя, но разница в написании привела к тому, что найти все ссылки удалось лишь за несколько часов.
– Часов? – удивился Магнус. – Я уже месяцами выпытываю у ведьм информацию, чтобы узнать хоть что-то.
– Вот достоинство командории с приличной библиотекой. – Ворон усмехнулся.
– Ну да… Ладно, так что было в этих письмах?
– Все по очереди. Сперва я должен тебе объяснить, с чем мы тут столкнулись.
– С демоном. Я уже это знаю.
– Отлично, и ты в курсе, как именно Стража победила его в последний раз? Что? Ты даже не слышал про последний раз? Я так и думал. Так что садись поудобнее и позволь человеку знаний рассказать тебе историю.
– Ты становишься похож на Эдвина.
– Да, знаю, меня тоже это тревожит. Но давай вернемся к теме. Антум, Аманту, Анатум, Анат, Анатх, Анти, Анту, Ананит и наверняка еще с дюжину имен, до которых мне не удалось докопаться. В странах за Великой Пустыней ее почитают как богиню войны, хотя размах культа остается нам неизвестен. Группы, почитающие ее, попадались также и среди склавян, хотя никогда не пользовались большим влиянием. В самой Империи имя появляется крайне редко, я нашел всего три упоминания в истории Границы. Первое относится ко времени Восстания Эртена на переломе четвертого и пятого веков предыдущей эры. Это был крупный бунт против имперской власти. Здесь, на Границе; начался в 396 году…
– К делу, – поторопил Магнус.
– Ну да, – вздохнул Люциус. – Командир восставших, Эртен, имел в качестве личной гвардии группу фанатиков, поклонявшихся богине, которую называли Анти. Это было младшее божество войны и резни. Клыки богини, как они себя называли, насчитывали около сотни самых рьяных и жестоких воинов. Доклады об их преступлениях ужасают, хотя, возможно, они и преувеличены, чтобы оправдать ту жестокость, с которой поступили с повстанцами по окончании боев. Так или иначе, Клыки никогда не сдавались в плен. Те немногие, которых удалось захватить, сгорели на кострах, поэтому информации об их богине из первых рук не сохранилось никакой. Никакой иконографии и вообще ничего.
– Но то, что приверженцев культа перебили, все же остановило влияние демона?
– Да, судя по всему. Следующее упоминание уже из восьмого века, из записок Серого Плаща по имени Омпарус. Он был Номадом и провел несколько лет, путешествуя по Великой Чаще среди склавян. В какой-то момент он попал в деревню, жители которой вели войну с другим племенем. Целью войны было завоевание милости богини Ананит, та якобы должна была послать победителям свое благословение. По описанию Омпаруса, на сражающихся нашло, как он выразился, кровавое безумие. Обе стороны буквально вырезали друг друга в жесточайшей схватке, а выживших взяло в рабство соседнее племя. Спустя некоторое время Омпарус услышал, что именно жрец этого третьего племени наслал Ананит на те две деревни, чтобы занять их землю. Подтвердить это, естественно, невозможно, сам Номад отнес историю к разряду слухов, однако же не исключено, что в этом что-то есть.
– То есть Антум пожертвовала собственных почитателей? А что же получила взамен?
– Неизвестно, ведь я уже говорил, что это лишь слух. Но, возможно, она именно это и получила; возможно, она действительно питается массовыми убийствами, и ее не волнует дальнейшая судьба верующих в нее. Так или иначе, мы подходим к последнему упоминанию. И это рапорт начальника нашей командории от 981 года Эры Империи, или, следовательно, седьмого года Периода Империи в Войне. Это период непосредственно перед Чумой, когда Империя погрузилась в гражданскую войну…
– Да, я слышал о Великой Анархии, – прервал объяснения Магнус. – Все знают о Великой Анархии.
– Я так, чисто удостовериться. Ну, в общем, тогдашнего начальника командории звали Дардиан. Согласно рапорту, он получил информацию о том, что в ближайшем лагере Имперского Легиона происходит нечто странное. Будто бы солдаты начали почитать некую женщину. Высланная на место группа Стражников установила, что живущая в лагере проститутка оказалась одержима демоном, который представлялся как Анатум. С ее помощью демон получил власть над целым подразделением и повел его в атаку на ближайший город, Орлов. Самое плохое, что девушка оказалась Видящей, соответственно ее одержимость превратила ее в исключительно мощные Врата, притягивающие огромное количество малых демонов в наш мир. В конечном счете Страже удалось убить девушку и таким образом изгнать Анатум. Это, в свою очередь, вернуло солдатам рассудок и спасло город. Хотя всей округе еще несколько лет потом пришлось бороться с призраками и другими проблемами, вытекающими из сильного заражения местности духами и демонами.
– Ну, то есть мы имеем дело с демоном, который очень любит убийства и резню, – резюмировал Магнус. – Честно говоря, уж это я понял и сам.
Люциуса это явно задело.
– Я еще не закончил. Теперь что касается этих ведьминых писем. Как я уже сказал, расшифровать их оказалось нетрудно. Согласно этим письмам, где-то с полгода назад чародейки каким-то способом получили информацию о том, что Антум должна прийти. Что любопытно, сперва они пришли к выводу о том, что демон будет слишком мощным и неконтролируемым, так что пробовали ослабить его силу и воздействие, когда он появится. Упомянутая попытка стоила жизни двум из них и закончилась полным фиаско. Сами ведьмы решили, что некая сила активно мешала их попытке задержать демона. Кто конкретно стоял за этим, им установить не удалось, но подозревали либо склавянских жрецов, либо чернокнижников с запада. Так или иначе, после этого они решили действовать по заповеди «если не можешь победить кого-то, присоединись к нему». Ну и стали приносить жертвы Амант в надежде задобрить. И тут появился ты и начал их убивать. Остальные письма уже фактически длинный перечень твоих преступлений против ведьминого рода. Включая убийство их лидера, какой-то Раганы.
– Я в курсе своих, как ты неудачно выразился, преступлений против ведьм.
– Это их слова, а не мои, – подчеркнул ученый.
– Вернемся к теме. Это значит, что демон уже тут?
– Нет. И это как раз одно из немногих добрых известий. На самом деле он тут появится лишь через несколько месяцев, может, даже через полгода. К сожалению, ведьмы считают, что его появление задержать уже не получится, поздно – и это плохая новость. К счастью, изгнать Амант, похоже, достаточно легко. Достаточно перебить его последователей или уничтожить его физическое тело, если в кого-то вселится. К несчастью, мы не знаем, кто эти последователи и что, собственно, планируют. Ну и плюс вопрос кровавого безумия и склонности к вызыванию войн. А поскольку на Границе, чтобы вызвать войну, многого не нужно… Натаниэль наверняка захочет об этом узнать, как только…
Двери в мастерскую легко скрипнули, тут же им отозвался пол. Магнус глянул в ту сторону и увидел маленького мальчика, бегущего в их сторону через красную и зеленую зоны.
– Ядя Агнус! – закричал малыш.
– Привет, Дункан. Вот это ты растешь, скоро будешь выше меня, – похвалил Магнус ребенка, поднимая его. – Сколько тебе уже лет?
– Тли, – мальчик поднял три пальца.
– Почти четыре, – добавила Амелия, осторожно входя в мастерскую.
Люциус тут же вскочил и подбежал к ней.
– Тебе нельзя ходить так далеко, – обеспокоенно сказал он. – В твоем состоянии…
– Я могу ходить по лестницам, – твердо оборвала его женщина. – Я беременна, а не парализована. Вдобавок срок еще не настолько большой.
– Все же, как твой лечащий врач…
– Муж. Всё, возвращайся к своим книгам. А ты, Магнус, подойди, обними меня и отвечай, почему я должна была аж сюда добраться, чтобы ты со мной поздоровался.
– Ну, я хотел сперва помыться и отдохнуть с долгой дороги, – попробовал защищаться Магнус.
– А что, поздороваться со мной слишком бы тебя утомило?
– Ох, я и правда вонял с дороги, вон и Люциус подтвердит.
– Меня в это не впутывай, – предостерег тот. – Я сегодня уже получил. Отбивайся сам.
– Бросаешь товарища по оружию?
– Эй, я охотно помогу тебе сражаться с демоном, но вот с моей женой, пожалуйста, справляйся сам.
– Вы ужасные, – заявила Амелия, изображая укоризну, но не смогла больше сдерживать смех.
Магнус тоже рассмеялся и приветственно обнял ее.
– Надеюсь, на этот раз ты останешься подольше.
– Это зависит от Натаниэля, но думаю, что уеду вскоре. Как упомянул Люциус, у нас проблема с демоном.
– У вас все время проблемы с каким-нибудь демоном, работа такая у вас. А сейчас собирайтесь, пора обедать. И это будет приличный обед с культурной беседой. И никаких отговорок я слышать не желаю, миру придется потерпеть часок без вашей помощи.
– Выходит, князь Одон либо козел, либо убийца… И, строго говоря, одно другого не исключает, – подвел итог Эдвин, когда они вышли из дворца. – К сожалению, пока он предоставил нам улики только к одному из двух.
– День только начался, – ответил Натаниэль, следя за тем, чтобы наступать на обозначающие мостовую доски, а не в грязь. – Так или иначе, тут мы уже больше ничего не узнаем. Как вернемся, обыщи комнату Эрмины.
– Ковыряться в женских вещах, м-да. Чувствую себя вернувшимся к прежней жизни преступлений и правонарушений. Того гляди прикажешь мне шпионить за аристократами на модном приеме.
– Не знаю, насколько эти термины подходят для описания местных пиров… или местных властителей.
– Я так понимаю, что аристократы из Центральных Территорий не тратят времени на обдумывание законов, что позволили бы им пялиться на женские ягодицы?
– Не при всех, – ответил Натаниэль с усмешкой.
– Так я и думал. Кстати, раз уж пошла речь о гордой аристократии из цивилизованных мест, что там было насчет слуги твоего отца? Как бишь его?
– Спуриус, – ответил Князь, явно не в восторге от новой темы разговора. – Это слуга и представитель моего отца. Судя по всему, благородный род Эверсонов в последние годы решил почтить этот клочок земли своим вниманием. Пока в основном идет подготовительная работа. Рассылка представителей в разные города, заключение мелких договоров. Ничего конкретного. Однако я уже видел такие ситуации, и уж если здесь Спуриус, то вскоре прибудет и кто-то из моих братьев, а тогда… Слушай, вон тот человек нас зовет, что ли? – Он указал на невысокого мужчину, который, похоже, подавал им какие-то знаки из ближайшего переулка.
– Кажется, да. Думаешь, ловушка?
– Среди бела дня, в центре города? С этим оборванцем в качестве приманки?
– Ну, я и не сказал, что это должна быть хорошая ловушка.
Натаниэль все же свернул. Подошел к одетому в лохмотья плюгавому мужичонке. Уже с нескольких метров от того донесся смрад, смесь мочи и перегара.
– Господа из Серой Стражи, – не то спросил, не то поздоровался пьянчужка. – У меня есть информация. Я Гнида, работал на Эрмину.
– Каким образом работал? – спросил Эдвин, неуверенно оглядываясь.
– А всяко. Информацию приносил, за людьми следил. А госпожа Эрмина всегда хорошо платила, – подчеркнул он со значением. – Так я как услышал, что вы убийц ищете, так и подумал, что подойду к вам поговорить. Рассказать, что я вчера видел. – Он перешел на шепот.
– Вчера?
– Дак да, вчера, ночью. Шел я себе по городу, ну поддатый немного, не без этого. И она мимо меня пробежала, явно от кого-то убегала. И сказала, чтобы я задержал погоню, а она мне деньжат подкинет. Ну а потом ее мертвую нашли, так что и не подкинула…
У Натаниэля никогда не хватало терпения на таких типов, а жуткая вонь в переулке еще более склоняла его к быстрейшему завершению разговора. Поэтому он сразу достал из кошелька серебряную монету, надеясь, что торговаться уже не придется. Гнида при виде монеты громко и жадно сглотнул.
– Ну и я, конечно, тут же героически наперерез. Пробовал этих двух типов задержать, прям как герой какой. И за свою смелость лишь по морде схлопотал, а потом еще и пинка, – пожаловался он.
– Преследователей было двое? – уточнил Эдвин.
– Ну, ага, двое. Один и второй.
– Ты бы смог их узнать?
– Да какой там, ночь была, а они в плащах, да с капюшонами поднятыми, да и я поддатый был, вроде говорил уже.
– Что-то еще видел? – спросил Натаниэль, уже жалея впустую потраченную монету.
– Вчера нет.
– А раньше чем ты для Эрмины занимался?
– Ну, как сказал уже, информацию приносил, за людьми следил.
– Какую информацию, за какими людьми?
– Ну, разную информацию, о городе. Что тут делается и такое все. А люди, ну люди. Те, на кого она указывала. Не местные то есть. Кто такие, я не знаю, она мне показывала и велела следить, ну, я и следил. Наблюдал, ходил за ними. А как уезжали, так я рапорт сдавал, где были и с кем говорили. И все.
– А в последнее время за кем следил?
– Да за одним таким. Издалека откуда-то приехал, высокий такой, лысый…
– Со шрамом под левым глазом, – закончил за него Натаниэль.
– Точно, он, – подтвердил Гнида. – Три дня я за ним шастал, но он мало что делает. Сидит только у себя в трактире да иногда во дворец выбирается, только меня туда не впускают.
– Сделаем так, – решил начальник командории, вручая информатору сребреник. – Будешь за ним следить и дальше, но рапорт теперь будешь сдавать нам двоим, понял?
– Все понял, господин, все понял.
– Отлично, теперь дуй да все сразу не пропей.
– Ясен-красен, ясен-красен, – радостно заверил Гнида, исчезая в глубине переулка.
– Дай угадаю, – предложил после паузы Эдвин. – Этот тип со шрамом под глазом и есть твой Спуриус.
– Он самый, – неохотно отозвался Натаниэль, направляясь в сторону конюшен.
– И «слуга» явно не исчерпывает описание его функций?
– Еще грязной работой занимается.
– Такой, что с ножами, а не с метлой?
– Со стилетами. Такими, какие используют в Вольных Городах.
– Отлично. Ну, значит, он и есть наш главный подозреваемый.
– Я Спуриуса с детства знаю… – начал было Натаниэль.
– И можешь подтвердить, что он был бы не способен на убийство? – с надеждой в голосе закончил Эдвин.
– И могу подтвердить, что он запросто способен на убийство, если будет считать, что делает это в интересах моего отца.
– Тогда выходит, что главным подозреваемым является твой отец… известный также как один из могущественнейших людей в Империи?
– Нет, – резко ответил Натаниэль. – Не знаю, – добавил он через минуту, уже спокойнее. – Верных доказательств у нас нет. Только несколько улик, и те основаны на словах какого-то Гниды.
– Да, это факт. Получается, сейчас нужно будет допросить этого Спуриуса?
– Не сейчас. У нас нет ничего, что официально связывало бы его с убийством. Если его сейчас допросить, он поймет, что мы что-то подозреваем.
– Думаю, подозреваем побольше, чем что-то.
– Но он об этом не знает. И пусть так и будет. На неделе повстречаюсь с ним под предлогом разговора о семейных делах, тогда и прощупаю вопрос.
– Конечно, сходи… – Бард поколебался. – Потому что, знаешь ли, кто-то, кто не знает тебя так хорошо, как, например, я, мог бы предположить, разумеется, абсолютно неверно, что могло бы создаться впечатление, совершенно ошибочное, само собой…
– Закончи сегодня, – поторопил Натаниэль.
– Что здесь возникает конфликт интересов. Понимаешь, ты расследуешь убийство, в котором может оказаться замешан твой род.
Натаниэль громко вздохнул. Откуда-то с затылка начала подкрадываться мигрень.
– Не знаю, мне надо собраться с мыслями. Вернемся, посмотрим на все свежим взглядом, вызовем Люциуса… да и Магнуса, пока он тут. Обсудим ситуацию, и если придем к выводу, что я не смогу быть объективным, то я передам расследование одному из вас. Доволен?
– Я всегда доволен, – уверил Эдвин. – К тому же я сказал «кто-то, кто не знает тебя так хорошо, как я».
Пока они шли до конюшни, на западе начали собираться грозовые тучи.
– Вот что меня еще удивляет, – прервал тишину Эдвин. – Эрмина бежала от погони, знала, что ей что-то угрожает. Но когда ее догнали в том проулке, она даже не выхватила меча. Никаких следов борьбы. Она что, просто позволила им подойти и вонзить себе стилет в сердце?
– Одно только слово, – сказал Натаниэль, садясь на коня. – Чары.
– Проклятая магия. Ну почему это всегда магия?
– Может, потому, что мы профессионально занимаемся ее истреблением?
– Н-да, – вздохнул Эдвин. – Если бы не эта мелкая деталь, была бы прекрасная работа.
Был уже вечер, когда они собрались в кабинете Натаниэля. Командир налил своим подчиненным вина, а потом уселся за рабочий стол.
– Ну что, нашел что-нибудь? – спросил он.
– Больше, чем мне бы хотелось. – Эдвин показал плоский ящичек, заполненный бумагами. – Я обыскал комнату Эрмины, и вот это было спрятано в двойном дне ее ящика с одеждой.
– У ее ящика с одеждой было двойное дно? – удивился Магнус.
– Само собой. А у твоего что, нет? Возвращаясь к теме, на этих карточках записаны в четыре колонки даты, места, имена и суммы. Плюс к этому последняя карточка имеется в двух экземплярах. Я присмотрелся к датам, с которых начинаются страницы, и обнаружил интересную систему в них. – Эдвин выдержал театральную паузу. – Каждая новая страница начинается с даты, следующей за отправкой почты в Черную Скалу. Вот тогда-то я и понял…
– Копии своих записей она посылала кому-то в Командории 1, – прервал Натаниэль. – Или у нее там был сообщник, или она отсылала доклады кому-то из членов Совета, что может означать…
– Дашь мне закончить? – обрезал прервавшего Эдвин. – Было бы меньше поводов строить домыслы, если бы ты дал мне договорить.
– Да, слушаю.
– Так вот, в ящике также находилось письмо, написанное и запечатанное лично Гроссмейстером. Адресованное тебе.
– И ты открыл его и прочитал.
– Разумеется. В интересах следствия.
– Разумеется. И что же написал Гроссмейстер?
– Что Эрмина его агент, что все преступления, которые она совершила, были для блага Ордена и что ты обязан помогать ей во всем.
– Ты не мог начать с этого? – спросил с упреком Магнус.
– Я хотел взвинтить напряженность.
– Если Эрмина выполняла задания лично для Гроссмейстера и при этом совершала преступления, то это значит, что наверняка была двойным агентом, – сказал Натаниэль.
– У кого? – удивился Люциус.
– У чернокнижников. Серая Стража уже много лет выслеживает их сеть, которая занимается переброской людей на восток. Люди, преследуемые Орденом, внезапно исчезают и месяцы спустя появляются на Границе. Наилучшим примером был Эстилиус.
– Вот уж приятное воспоминание, – прокомментировал Монах.
– Таких, как он, намного больше. Что еще хуже, в последние годы на западе появилось много магических артефактов склавянского происхождения. Слишком много, чтобы объяснить это случайностью.
– Перебрасывают людей в одну сторону, а артефакты в другую. Так и написано в этих колонках, – сообразил Эдвин. – Даты, места, имена и суммы, которые они заплатили. Ты полагаешь, что ее убили, поскольку догадались, кто она?
– Вполне возможно. Что значительно усложняет наше расследование, особенно если мой род в этом каким-то образом принимал участие. – Натаниэль подошел к окну и посмотрел на заходящее солнце. – Завтра я напишу письмо Гроссмейстеру, проинформирую его о ситуации и попрошу инструкций. До момента их получения будем вести дело как обычное расследование. А сейчас, Магнус, – ты утром что-то говорил о демоне.
– Да, хотя я думаю, что проблему лучше изложит Люциус. И уж точно с большим числом дат.
Совещание закончилось поздно. Натаниэль попрощался с друзьями и поднялся по лестнице в свою комнату. Медленно открыл дверь, зажег свечу на столе. С надеждой глянул в сторону постели, но та была пуста и холодна. Он устал, и не мешало бы поспать, но вместо этого сел за стол и начал просматривать почту. В основном она состояла из рапортов окружающих командорий да нескольких писем от местных властителей, ничего интересного. Натаниэль уже собирался заканчивать, когда в самом низу стопки обнаружил письмо, которое действительно привлекло его внимание. Конверт был запечатан фиолетовым воском с оттиском символа глаза на нем. Открыв письмо, Натаниэль увидел колонку текста, окруженную наивными, будто бы детскими, рисунками. В основном там были звери, несколько цветков, радуга и две фигуры – женщины, стоящие с обеих сторон текста. Слева девушка в костюме клоуна, а справа воительница с ураганом волос на голове.
Здравствуй, Натан!
Привет, Дорогой Комендант Натаниэль!
Пишу, потому что Морган мне велел. Ну, знаешь, Великий Ворон. И пишу, потому что он велел мне написать, что приезжаю, значит, к вам. В командорию. И с заданием, но таким очень-преочень секретным, что даже не могу написать каким. И так, по правде, и сама не знаю, с каким, кроме того, что поедем в такой город, где есть магия, потому что Морган боится, что я слишком много разболтаю. И я даже получила собственного охранителя. Риа, Риу, Рию, ее имя просклонять страшно трудно. Но я нарисовала ее справа, чтобы ты знал, о ком речь. Так что до свидания через три недели. То есть, значит, когда я это пишу, но ты будешь это читать в будущем, поэтому до свидания, наверное, через две недели. Напиши, как выглядит будущее. Хотя когда ты это будешь читать, то и я уже тоже буду в будущем. Время страшно сложная штука.
Пока. Касс.
Натаниэль взглянул на рисунки еще раз и улыбнулся.
– Хорошие вести? – шепнула ему на ухо брюнетка. Он почувствовал, как ее волосы падают ему на плечо.
– Скорее всего, трагичные, – признал он честно. – Но, однако же, подняли мне настроение.
– Пойдем. – Он почувствовал ее губы на шее. – Пора отдохнуть после долгого дня.
– Безусловно, – согласился он и задул свечу.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления