«В тот день,
Под вечер
Закружился белый снег.
Скорбь
Осела на холме
В ожидании конца юности.
О вековой любви,
Рассказанной в полуночных фильмах,
Во мраке
Пел я для молодежи…»
В полностью забитом людьми Красодневе было очень тихо. Все спокойно слушали выступление Лу Чэня.
Они слушали новую песню, которую никогда раньше не слышали.
Хоть это уже была и другая мелодия, но она по-прежнему имела знакомый стиль. Гитара издавала переливчатый звук. Пока Лу Чэнь неустанно пел, не было никакого изнемогающего яростного рева, отсутствовал тот пафос, что заставлял кровь бурлить. Здесь было лишь нежное и романтическое повествование прошлого с некоторой долей грусти.
Написанная им песня напоминала стакан чистой прозрачной воды. Только медленно смакуя воду, можно было насладиться вкусом.
«Ступай,
Моя девочка,
Смотреть на алый рассвет.
Возьми
Мою песнь о любви
И пой ее на ветру.
Роса свисает с волос,
Полна она прозрачной скорби.
Это мое первое за всю жизнь смятение…»
Е Цзытун занимала неплохую позицию за барной стойкой и могла отчетливо разглядеть выступавшего на сцене Лу Чэня.
Она невольно уставилась на пока еще не особо знакомое лицо, на опрятное и привлекательное лицо с густыми, аккуратными бровями и твердой переносицей. Но больше всего запечатлелась пара ярких, одухотворенных глаз. Это торжественное спокойствие как будто включало в себя великое множество тайн, которые невольно хотелось изучить…
Милое личико Е Цзытун внезапно покраснело. Так покраснело, что она почувствовала небольшой жар.
Потому что взгляд Лу Чэня пробежался по ней. Казалось, будто он специально для нее пел песню!
«Когда годы
И красота
Превратились лишь во вздохи среди пыли,
Твои печальные глаза
Скорбят по прежним временам,
В том возрасте, что верила в любовь ты,
Не спел я песню для тебя,
Которую всю жизнь я вспоминаю!»
Послышались последние тихие звуки гитары, и песня закончилась.
Лу Чэнь отвел взгляд, поставил гитару возле ног и сказал в микрофон:
— Песня называется «Пыль суетной жизни». Это тоже мое оригинальное произведение. Надеюсь, всем понравилось.
Раздались уже без всякой неожиданности аплодисменты: длинные, пылкие и сердечные!
Несмотря на то что «Пыль суетной жизни» по мелодии и стилю не превосходила такие композиции, как «Ты мой сосед по парте» и «Золушка», да еще и являлась народной песней о ностальгии, однако, она все равно вызвала восхищение у публики.
Многие умелые и талантливые исполнители зачастую после создания одного-двух шедевров приходили в упадок. Последующие их произведения теряли энергию и настрой. Некоторые люди, удовлетворившись славой и прибылью, которые принесли их предыдущие произведения, далее уже создавали лишь показные, бессодержательные вещи.
Лу Чэнь явно не был таким. Он будто имел неисчерпаемое вдохновение. Все его то и дело создаваемые песни заслуженно можно было считать шедеврами и даже классическими произведениями. Не было никакого пренебрежительного отношения к словам и музыке композиций.
Пусть даже «Пыль суетной жизни» и не выделялась так, как остальные песни, но она и без того была хороша!
Когда любовь превращается в песню, когда исполняющий песню человек уходит, когда события минувших дней постепенно увядают — кто из присутствующих людей мог забыть такой трогательный любовный напев?
Поэтому людям только и оставалось, что аплодировать.
Цзо Синьтянь тоже аплодировала, хлопала так, что ее ладошки покраснели. Она придвинулась к уху Е Цзытун и произнесла:
— Е Цзы, старшекурсник Лу Чэнь пел именно для тебя. Ты ему должна!
Е Цзытун, скрежета зубами, ущипнула чрезмерно болтливую девчонку и сказала с упреком:
— Если тебе нравится, то ты и иди обниматься с ним, не надо меня за собой тащить!
Сегодня Цзо Синьтянь неоднократно подшучивала над своей подругой и Лу Чэнем, она прямо-таки работала свахой.
Цзо Синьтянь расплылась в улыбке:
— Я действительно пойду обниму, только не надо потом раскаиваться…
Е Цзытун вздохнула и произнесла:
— Да такую девушку, как я, мечтают миллионы парней заполучить!
Цзо Синьтянь ответила:
— Не искренние слова!
Е Цзытун замолчала.
А в этот момент стоявший на сцене Лу Чэнь не стал выполнять просьбу посетителей спеть еще, а поблагодарил всех и спустился со сцены. Лу Чэню очень нравилась атмосфера в Красодневе, но это место являлось лишь временной остановкой в его жизни. Здесь нельзя было оставаться навсегда, он все меньше и меньше проводил тут время.
Он отдал обратно гитару группе Блуждания и вернулся к барной стойке.
Цзо Синьтянь похвалила:
— Старшекурсник Лу Чэнь, отлично поешь, почему не стал дальше играть?
Лу Чэнь объяснил:
— Хватило и трех песен, потому что нужно беречь горло. Что будете пить? Я угощаю.
Цзо Синьтянь только хотела ответить, как Е Цзытун сказала:
— Спасибо, старшекурсник, но я хочу домой.
Цзо Синьтянь удивилась:
— Е Цзы, ты чего?
Лу Чэнь тоже слегка растерялся, после чего сообщил:
— Хорошо, тогда я провожу вас.
Е Цзытун, улыбаясь, кивнула.
Цзо Синьтянь была не очень рада, но она не могла здесь оставаться одна, ей только и оставалось, что без всякого желания следом за людьми покинуть бар.
Лу Чэнь проводил девушек до столичного педагогического университета.
Выйдя из такси, Е Цзытун сказала ему:
— Старшекурсник, сегодня я тебя потревожила немало. Спасибо за помощь.
Она неожиданно стала вести себя необычайно вежливо по отношению к Лу Чэню.
Лу Чэнь рассмеялся:
— Не стоит благодарности. Если возникнут какие-то проблемы с компьютером, можешь в любое время связаться со мной.
Е Цзытун:
— Договорились.
Цзо Синьтянь взглянула на Е Цзытун, затем взглянула на Лу Чэня, ее лицо было полно недоумения.
Лу Чэнь помахал ей рукой:
— Пока.
После того как он сел в такси и уехал, Е Цзытун и Цзо Синьтянь направились к университету. Цзо Синьтянь все колебалась, и когда они уже подошли к общежитию, она осторожно спросила:
— Е Цзы, ты сердишься?
Е Цзытун улыбнулась сказав:
— Да где уж там. Просто размышляла, как с тобой разобраться!
— Ха!
Цзо Синьтянь с пренебрежением ответила:
— Сейчас такая неприступная, а как на кроватку ляжешь спать, так еще неизвестно, кто с кем разберется… Ха!
Звонкий смех и веселые голоса обеих девушек разносились по всему университетскому городку.
К сожалению, Лу Чэнь этого не слышал. Он вернулся в свою новую квартиру, находившуюся в жилом комплексе Цзинчэнюань, первым делом вымыл руки, после чего включил компьютер и зашел на WhaleTV.
Только он приготовился открыть трансляцию, как неожиданно зазвонил телефон. Увидев высветившееся на дисплее имя, Лу Чэнь поспешно ответил на звонок.
— Сестра?
Лу Чэню звонила его старшая сестра Лу Си.
Лу Си была старше Лу Чэня на три года. Она тоже окончила Цзянхайский университет, и ее можно было считать коллегой по учебе. Но она училась на финансовом факультете, и уже прошло два года с окончания университета, в настоящий момент она подрабатывала в частном предприятии.
— Лу Чэнь, я слышала от мамы, что ты сейчас много зарабатываешь?
Голос Лу Си был все таким же знакомым, и все так же в нем слышалась издевка:
— Переслал домой 300 тысяч?
— Кхэ-кхэ! — Лу Чэнь прокашлялся и сказал. — Мне крупно повезло, записал две песни и продал их по высокой цене.
— Большие перспективы для зарабатывания денег. В таком случае тебе надо как следует трудиться! — Лу Си сказала. — А вот мои дела тебя не касаются, тебе за них не надо беспокоиться. Я не собираюсь сдавать вступительные экзамены в аспирантуру, следи за своей жизнью и все!
Только речь прервалась, как она повесила трубку.
Лу Чэнь недоумевающе молча слушал доносившиеся из трубки короткие гудки.
Его старшая сестра имела твердый характер, она унаследовала от родителей упрямство и упорность и была не в особо хороших отношениях с Лу Чэнем.
До рождения младшей сестры Лу Сюэ из-за того, что Лу Чэнь являлся мальчиком, в семье он был любимчиком, а потому в некоторой степени в нем развились своеволие и распущенность, которые обычно были присущи детям богатых родителей.
Ранее, когда бизнес Лу Циншэна еще не попал в тяжелое положение, Лу Чэнь проводил разгульную жизнь, учась в университете, относился безразлично к тому, что происходило в его семье, и только и знал, что клянчить деньги. И только когда отец заболел и скончался, он кардинально переосмыслил свою жизнь.
Пусть даже Лу Чэнь и стал проявлять усилия, это оказалось бесполезно. Лу Си упорно верила, что, если бы на Лу Чэня не тратилось так много денег, то Лу Циншэну не пришлось бы работать в поте лица.
До сих пор брат с сестрой не особо разговаривали друг с другом. Лу Чэнь испытывал стыд, поэтому после того, как он заработал деньги, он все время думал о том, как бы дать сестре возможность поступить в аспирантуру и тем самым исполнить ее мечту.
Он и не ожидал, что Лу Си не только его не отблагодарит, но еще и выскажет свое презрение по телефону.
Лу Чэнь выключил компьютер, который он только недавно включил.
Потому что после этого телефонного разговора он нехорошо себя чувствовал. Ему было бы крайне сложно улыбаться в камеру и делать вид, что у него все отлично.
А завтра вечером должно было проводиться тематическое шоу на WhaleTV. Лу Чэнь ради этого события так тщательно и долго готовился, а потому не хотел передать свои тоскливые переживания другим людям.
Лу Чэнь поставил себе цель попасть в тройку лучших!
Это звучало, как что-то невозможное. Следовало иметь в виду, что в настоящий момент среди 24 стримеров, участвовавших в конкурсе, он имел наименьшее количество подписчиков на своем канале. И в популярности он намного уступал по-настоящему популярным стримерам. Но Лу Чэнь ничуть не считал, что у него отсутствовала возможность попасть в тройку лучших, и твердо верил, что своими стараниями добьется успеха.
Он обязательно добьется успеха!
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления