Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Ликвидатор, или Когда тебя не стало
Глава 4

На следующий день я рассчиталась с няней, домработницей и поваром.

Держать столько прислуги в доме больше ни к чему. Отправив всех на вольные хлеба, я наконец-то осталась одна. Я хорошо понимала, что присутствовать на похоронах Матвея опасно. На них мы с ребенком будем совершенно беззащитны.

Матвея проводят в последний путь служащие банка. Сейчас самое главное – это отвезти мою девочку в безопасное место. Нужно исчезнуть из города и придумать схему ответного удара. Здесь, в этом особняке, я уязвима, как нигде. Пройдя еще раз по комнатам, я с болью в сердце осознала, что каждый предмет здесь напоминает о Матвее. В доме еще витал запах его дорогого парфюма, повсюду были разбросаны его вещи.

Зайдя в кабинет мужа, я открыла сейф и достала содержимое. Пять тысяч долларов, двадцать тысяч рублей – негусто… В принципе хватит, чтобы отправиться в бега. В крайнем случае можно заложить свои драгоценности. Собрав в сумку необходимые вещи и достав пистолет, принадлежавший Матвею, я разбудила малышку, и мы поехали в аэропорт.

Оставив машину на стоянке, я спустилась в камеру хранения, положила в ячейку пистолет и взяла билет в далекое Приморье. В самолете, уложив ребенка на пустое кресло, я заказала двести грамм коньяка и принялась размышлять. Самое главное, что малышка теперь в безопасности. Эти бандитские морды поймут, что я исчезла, только на похоронах Матвея, поэтому у меня еще есть немного времени, чтобы как следует подготовиться к возмездию.

Прибыв в Артем, я добралась до дома своей матери и нажала кнопку звонка. Дверь распахнулась. Мама изумленно взглянула на меня, затем на ребенка и заплакала:

– Что случилось, Жанна? Ты стала такая старая… Почему у тебя седые волосы?

Я передала дочь в руки матери и зашла в квартиру.

– Матвея убили.

– Как? Почему? За что?!

– Я его убила, мама!

– Что ты такое говоришь, доченька…

– Я убила Матвея.

– Как, сама? Своими руками?

– Ну, не своими, а чужими.

– Господи, доченька, да что же это такое делается! Ты киллера заказала, что ли?

– Нет! Просто все, что я делала в последнее время, привело к тому, что Матвея убили.

– Значит, ты и не виновата вовсе. И зачем так пугаешь?

– В том-то и дело, что очень даже виновата! Настолько виновата, что ты себе и представить не можешь! Завтра я улетаю обратно. Береги внучку.

Я достала сумочку и высыпала все деньги, которые в ней были, оставив себе совсем немного.

– Что это?

– Это тебе. Больше нет. Я могу больше не вернуться, понимаешь?

– Что ты такое говоришь, Жанночка?

– Бог даст, я обязательно прилечу за дочерью, но, может, будет и так, что мне больше никогда не придется ее увидеть.

– Не надо, не летай никуда.

– Не могу, мама, прости. Я должна.

– Но ведь Матвея теперь не вернешь, подумай о ребенке.

– Именно о нем я больше всего думаю.

Весь день прошел в слезах и уговорах никуда не лететь, но остановить меня было просто нереально. Я оставила ребенка матери и полетела обратно.

В Москве я обратилась в риэлторскую фирму, надо было снять себе какой-нибудь угол. Чтобы сэкономить средства, пришлось выбрать небольшую квартирку в Медведкове. Я отчетливо понимала, что в нашем особняке мне больше показываться нельзя, по крайней мере сейчас. Квартирка оказалась довольно грязной, со старой, обшарпанной мебелью и целой оравой проворных тараканов. Они ползали повсюду, чем приводили меня в ужас.

Еще в самолете я заметила, как реагирует на меня публика. Люди перешептывались, оглядывались и показывали пальцами мне вслед. Молодая женщина и седые волосы. Я бы тоже десять раз оглянулась, увидев такую. Нужно что-нибудь придумать, дабы не шокировать окружающих и не привлекать к себе внимание. Может быть, стоит надеть кепку или панаму, ведь лето же на дворе? Ну, панама – это слишком заметно, а вот кепка в самый раз.

Джинсы, футболка и кепка, надвинутая на глаза, – да, это то, что нужно! Я собрала волосы в пучок, спрятала их под кепку и посмотрела в зеркало. Вот так-то лучше всего!

Первым делом предстоит выяснить, кому принадлежит та самая квартира, в которую притащил меня «влюбленный» блондинчик. Как я и думала, хата оказалась съемной. Хозяйка сдала ее квартирному бюро, а сама уже год с лишним жила за границей. Оказывается, это «холостяцкое убежище» не было собственностью этого красавчика. Он обманул меня, как последнюю дуру!

Скромно одевшись, я выскользнула из моего нового «дома» и отправилась в район Выхино. Я поставила перед собой цель сыграть роль скромной студентки, экономившей каждую копейку, и у меня, кажется, получалось. Моя машина по-прежнему ждала меня на стоянке, но в моих же интересах было кататься на метро. Когда я спустилась по эскалатору вниз, мне показалось, что я вновь вернулась в свои далекие студенческие годы. Много лет назад я с удовольствием ездила на метро и даже мечтать не могла о том, чтобы сесть за руль шикарной иномарки.

Добравшись до нужного места, я села на лавочку напротив интересовавшего меня дома. Рядом со мной две маленькие, опрятно одетые девочки играли с Барби и Кеном. На глаза навернулись слезы. Как там моя доченька? Будучи реалисткой, я прекрасно понимала, что вряд ли ее когда-нибудь увижу.

А еще я жалела о том, что слишком мало денег оставила матери. Мне всегда хотелось, чтобы мой ребенок жил не просто в достатке, а в роскоши. Такие условия моя бедная мамочка создать не сможет. Успокаивало только то, что после моей смерти единственной наследницей особняка останется наша с Матвеем дочь.

Пройдет время, все успокоится, мать прилетит в Москву и сможет продать особняк. Стоит он дорого, и это должно хоть как-то скрасить жизнь моей малышки.

– Как ты думаешь, зачем тетя кепку на глаза натянула и лицо прячет? Может, она шпионка? – спросила одна девочка другую.

– Нет, мне кажется, она лысая. Видишь, волос совсем не видно.

– Тогда почему она не носит парик? – не унималась первая.

– Скорее всего, у нее нет парика, а только кепка.

– А отчего она облысела?

– Не знаю, может, она больна.

Я улыбнулась и сделала вид, что не слышала их разговор. Объектом моего внимания были окна на третьем этаже. Из этих окон я часто выглядывала в этот двор, особенно после бурных и страстных занятий сексом. Валера подходил сзади и с благодарностью целовал меня в шею. Нет, лучше об этом не вспоминать!

Противно, хоть волком вой! Прошло полчаса, но никого из интересовавших меня людей я так и не увидела. В подъезд заходили и выходили из него обычные жильцы.

Неожиданно меня осенила мысль: а вдруг в квартире никого нет?! Нужно срочно позвонить из автомата и проверить, снимет ли кто-нибудь трубку. Я нашла телефонную будку и набрала номер. Послышались длинные гудки. По всей вероятности, там действительно пусто. Это был шанс! Другого может не предвидеться. Ключи у меня были. Они сохранились у меня еще с тех пор, когда я приезжала сюда на эти дурацкие свидания. Валерий сам дал мне их на тот случай, если вдруг я не застану его дома. Наверное, он про них забыл. Я как будто чувствовала, что ключи мне когда-нибудь пригодятся, поэтому постоянно носила их с собой.

В подъезде с бешеной скоростью заколотилось сердце. Оно готово было выпрыгнуть из груди. У меня закружилась голова и потемнело в глазах, но я сумела справиться с собой. Подойдя к двери, я прислушалась. Тихо. Дрожавшими руками открыла дверь и зашла в квартиру. Бог помнил обо мне – там никого не было. К моему великому удивлению, везде была идеальная чистота, словно вернулось то время, когда мы встречались здесь с Валерием. На стуле висела тщательно выглаженная рубашка моего бывшего «возлюбленного». На диване лежали его брюки и твидовый клетчатый пиджак. Да, сколько его помню, он всегда классно одевался. Большой специалист в области моды. Ему бы манекенщиком работать, а не на бандитов.

Я подошла к дивану, взяла пиджак и вывернула карманы. Пусто. Идеальная чистота в квартире говорила о том, что братки здесь, судя по всему, пока не появлялись. Скорее всего, Валерий опять прикидывается менеджером и раскручивает какую-нибудь несчастную женщину.

Сегодня же надо поехать в камеру хранения и достать пистолет. С ним намного спокойнее. Посмотрев на часы, я принялась шарить по шкафам, полкам и всевозможным ящикам. Хотелось найти любую зацепку, чтобы понять, к какой именно преступной группировке относятся эти люди. Ничего особенного найти не удалось.

В шкатулке, стоявшей на телевизоре, лежала пара тысяч долларов. Не раздумывая, я сложила баксы пополам и сунула их в карман. Деньги мне сейчас необходимы, как никогда.

Увидев полку с кассетами, я кинулась к ней. Надо обязательно разыскать ту, на которой эти гады засняли меня. Кассеты были совершенно одинаковые, без надписей и каких-либо опознавательных знаков. Пришлось включить видео. То, что я увидела, потрясло меня. Это была жуткая порносъсемка. Мужик с куполами и его напарник в извращенной форме насиловали молодую симпатичную женщину. Она теряла сознание и молила о помощи. Боже мой, а ведь то же самое они проделывали со мной. Грязные, вонючие ублюдки!

Я включила вторую кассету. На ней мой блондинчик занимался любовью с незнакомой женщиной. Я посмотрела на полку. Кассет штук пятьдесят, не меньше. В любой момент в квартиру могут войти. Может, сложить эти кассеты в сумку и увезти? В любом случае среди них должна быть моя. Выключив телевизор, я принялась искать сумку. Неожиданно услышала, как в замке поворачивается ключ.

Входная дверь распахнулась, и в коридоре раздались шаги. Времени на раздумья не было. Я подбежала к окну и встала за длинную бархатную штору.

– Если бы ты знала, как я ждал этого дня!

Вне всякого сомнения – это голос блондинчика. Посмотрев в щель, я увидела Валерия, который выглядел, как всегда, сногсшибательно. В одной руке он держал букет орхидей, а в другой вазу.

– У тебя так уютно.

В комнату вошла приятная женщина, лет на пять постарше меня. Я прижалась к стене и молила Бога только об одном, чтобы ни блондинчик, ни его новая пассия не услышали, как громко стучит мое сердце!

– Это и есть мое холостяцкое гнездышко, про которое я столько тебе рассказывал.

– У тебя шикарное гнездышко.

– Это точно, только в нем не хватает хозяйки.

– Не торопи меня, Валера, я еще не готова. Ты же знаешь, что я замужем. Мой муж сделал для меня очень много, и я обязана ему. Он влиятельный человек. Дай мне время во всем разобраться.

– Боже упаси, Марина, не подумай предвзято. Я ни на чем не настаиваю. Просто мне приятно видеть тебя рядом. Ты превращаешь мою жизнь в сказку. У меня еще никогда не было столь изысканной и шикарной женщины.

Марина захихикала, а блондинчик, небрежно сунув цветы в вазу, опустился перед своей пассией на колени.

– Обещай мне, что, как бы ни складывались наши дальнейшие отношения, ты никогда меня не оставишь…

Женщина покраснела до самых ушей, прижала голову блондинчика к своему животу и еле слышно произнесла:

– Знаешь, с тех пор как мы познакомились, моя жизнь обрела смысл. Я влюбилась, как глупая дурочка, и ничего не могу с собой поделать. Мой муж постоянно занят, редко бывает дома, и я стала сомневаться в целесообразности своего брака.

Валерий достал коньяк, наполнил бокалы, поставил на стол нехитрую закуску и включил медленную музыку. Все это он когда-то проделывал со мной…

Сомневаться не приходилось – он действует по четко отработанной схеме. Я почувствовала, как дрожат мои ноги. Господи, сколько же мне понадобится простоять за шторой.

– За нас!

Блондинчик и его новая жертва, осушив бокалы, слились в горячем поцелуе. Мой бывший «возлюбленный» стал аккуратно расстегивать пуговицы на платье Марины. Вскоре парочка упала на диван и активно занялась сексом. Стоять и смотреть на все это было не только невыносимо, но и противно до тошноты.

Страшная злоба к Валерию, смешанная с жалостью к невинной женщине, овладела мной. Несчастная, она еще не знает, что ждет ее впереди!

Через несколько минут парочка переместилась на кухню варить кофе. Я думала, что уже никогда не дождусь, когда они уйдут из квартиры. Не знаю, сколько часов мне пришлось простоять за шторой, но наконец наступил момент, когда Валерий пошел провожать свою новую пассию. Как только входная дверь захлопнулась, я схватила большую черную сумку, лежавшую в углу комнаты, и принялась лихорадочно запихивать в нее кассеты. Когда полка опустела, я с трудом закрыла сумку и, убедившись в том, что забрала все, выскочила на лестничную площадку, закрыв входную дверь.

Добравшись до Медведкова, я бросила сумку в прихожей и побежала в ближайший магазин покупать видик. Вернувшись домой, высыпала кассеты из сумки и принялась искать свою. К моему глубокому сожалению, я напрасно старалась.

Кассеты, на которой были запечатлены надругательства надо мной, среди них не оказалось. Только бы она не попала в руки к моей матери… Мама не перенесет такого позора.

Следующим этапом была поездка в камеру хранения. Открыв ячейку, я достала пистолет Матвея и сунула в сумочку. Так спокойнее. Теперь можно и с блондинчиком «пообщаться»!

С трудом дождавшись следующего дня, я отправилась на прежнее место.

Двор был полон ребятишек и сидевших на скамейках бабушек. Опустившись на вчерашнюю лавочку, принялась смотреть на Валерины окна.

– Смотри, опять тетя лысая пришла, – прозвучал детский голосок.

Оглянувшись, я увидела своих вчерашних знакомых.

– Да не лысая она вовсе. Просто она кепку так надела.

– А зачем она каждый день в наш двор приходит?

– Наверное, кого-нибудь ждет?

– Давай спросим кого?

– Зачем, пусть сидит. Она никому не мешает.

Я еще раз посмотрела на девочек и, мило улыбнувшись, произнесла:

– Привет, подружки! У вас очень симпатичные куклы.

– Здравствуйте. Скажите, а правда, что у вас волос нет?

– Есть. Просто они старые.

– Это как?

– Ну, как у бабушек.

– Белые?

– Белые.

– Как снег?

– Точно.

– Тогда сколько же вам лет?

– Много, – засмеялась я. Я подошла к девочкам и взяла в руки одну из кукол.

– Нравится?

– Очень.

– Это мне мама купила.

– А хочешь, чтобы мама купила тебе еще одну красивую Барби?

– Хочу.

– Тогда давай ты мне сделаешь одно маленькое одолжение, а я за это дам тебе денежку. Ты отдашь ее маме, она пойдет в магазин и купит тебе куклу. Договорились?

– Договорились. Только нам надо две Барби, нас же двое, – сказала вторая девочка.

– Хорошо.

– Что мы должны сделать?

– Самую малость. Вон там, – я показала рукой в сторону Валериного подъезда, – живет мой очень хороший знакомый. Его мама не хочет, чтобы мы с ним встречались, поэтому у меня нет возможности подняться и проверить, дома он или нет.

– Нам нужно позвонить в квартиру и попросить вашего знакомого спуститься вниз?

– Нет, я была бы вам очень признательна, если бы вы поднялись на третий этаж, позвонили в нужную мне квартиру и проверили, есть в ней кто-нибудь или нет.

– А если ваш знакомый дома и откроет дверь?

– Ничего страшного, вам нужно просто сделать вид, что вы ищете свою подружку и ошиблись дверью.

– Ладно. Тогда мы побежали?

– Давайте, а я вас буду ждать.

Девочки вприпрыжку помчались по указанному адресу, а я напряглась и стала с нетерпением ждать их возвращения.

Мне показалось, что с тех пор, как они ушли, прошла целая вечность. Наконец из подъезда выскочили мои новые знакомые и с радостью бросились ко мне.

– Там никого нет, мы минут десять звонили, бесполезно. Ну что, вы нас не обманете, дадите на Барби?

– Конечно, вы честно заработали эти деньги, – улыбнулась я и протянула девочкам бумажку достоинством в сто рублей.

Девочки дружно прокричали «спасибо» и бросились в сторону ближайшего магазина. А я, не теряя времени, направилась к злосчастному подъезду. Пистолет приятно грел мое тело, а в голове было одно-единственное желание – УБИТЬ!

Сейчас я зайду в квартиру, спрячусь за шторкой, дождусь прихода этого донжуана, припугну пистолетом, получу достоверную информацию о местонахождении изнасиловавших меня мужланов и тех, кто стрелял в Матвея. А потом я прострелю блондинчику его никчемную башку и мужское достоинство, которое он сует направо и налево. От сумбурных мыслей стучало в висках, голова кружилась. Трясущимися руками я открыла входную дверь и зашла внутрь.

Зловещая тишина… Одной рукой держась за пистолет, а другой вытирая пот со лба, я прошла в зал. Картина, представшая моему взору, привела меня в состояние дикого ужаса и заставила закричать.

На полу, лицом вниз, лежал блондинчик. Его руки были связаны толстой веревкой. Под ним растеклась большая лужа крови. Я сняла пистолет с предохранителя и поставила палец на курок. Мне показалось, что в квартире кто-то есть. К счастью, мои подозрения не подтвердились. В комнатах никого не было. С трудом преодолев собственный страх, я подошла к распростертому Валерию, взяла его руку и попыталась нащупать пульс. Рука оказалась холодной. Пальцы неестественно вытянуты. Схватив Валерия за плечи, я постаралась перевернуть его лицом вверх. Тело оказалось довольно тяжелым. Когда мои попытки увенчались успехом, я не смогла удержаться от крика. Лицо блондинчика напоминало сплошное месиво. Кто-то хорошо постарался. Перед тем как убить, его, судя по всему, долго пытали. Это было видно по большому количеству ссадин, ножевых ранений и телесных повреждений. Находиться рядом с трупом, а тем более оплакивать своего бывшего «возлюбленного» у меня не было желания. Я посмотрела на свои руки.

Кругом мои отпечатки пальцев. А что, если сюда заявится убийца или приедет милиция? Я постаралась привести свои мысли в порядок. Увы, но эта задача оказалась мне не под силу. Перед глазами все плыло, в ушах звенело. Блондинчик лежал, открыв рот, а его глаза, такие холодные и безжизненные, казалось, смотрели на меня. Вот сейчас встанет и вцепится мне в волосы. Нет, так можно дойти до сумасшествия! Еще немного, и я потеряю сознание. Нужно срочно убираться из этой проклятой квартиры! Я стремглав бросилась к входной двери, но тут же остановилась как вкопанная. За спиной раздался пронзительный телефонный звонок. Он звучал так громко, что мне захотелось заткнуть уши.

Наверное, то самое неведомое шестое чувство, о котором столько говорят, подсказало мне, что это звонят по мою душу. Не ожидая от себя такой решительности, я подошла к телефону и сняла трубку.

– Привет, мочалка! А мы думали, ты тихушница, да ошиблись…

Я сразу узнала голос. Вне всякого сомнения, он принадлежал тому, с куполами.

– Подойди к окну и посмотри вниз, дура! К тебе направляется наша доблестная милиция. Убила ты все-таки своего «возлюбленного»! Наверное, из ревности? А может, из-за того, что он тебя так подставил?!

– Я никого не убивала, – прошептала я в трубку.

– Не дури! Ты попалась, сучка, и тебе не выкрутиться…

– Я не убивала.

– Закрой свой поганый рот и слушай… В этой хате даже у стен есть уши и глаза! Немедленно сдавайся ментам и не брыкайся. Иначе отправишься следом за своим муженьком и любовником! Будешь послушной девочкой – мы оставим тебя в покое, а станешь перечить, так мы тебя, сука, из-под земли достанем и ляльку твою найдем!

В трубке послышались короткие гудки. Я подошла к окну и увидела, как к подъезду подъехали сразу три милицейские машины. Инстинкт самосохранения заставил меня броситься к входной двери и выбежать на лестничную площадку.

Бежать вниз бессмысленно. С первого этажа доносились голоса. Это менты… Смахнув рукавом пот со лба, я поняла, что в ловушке. У меня был один выход – подниматься наверх. Не понимая, зачем и куда бегу, я точно знала одно: что должна убежать от этой квартиры как можно дальше.

Поднявшись на последний этаж, я толкнула чердачную дверь. К моему изумлению, она оказалась открытой. Мне ничего не оставалось, как юркнуть в полутемную щель. Я бежала по чердаку, спотыкаясь о какие-то выброшенные доски.

Царапая колени и не обращая внимания на боль, перешагивала через горы хлама и выброшенных бутылок. Впереди уже показалась дверь, ведущая в последний подъезд. Я с облегчением перевела дух, но вдруг неожиданно почувствовала резкий удар в спину. Обернувшись, я увидела снайперскую винтовку с оптическим прицелом, нацеленную мне в грудь. Винтовку держал в руках молодой человек в черной вязаной шапочке, натянутой на самые глаза.

– Ты что здесь делаешь? – спросил он сурово.

– Убегаю.

– От кого?

– От ментов. Они через секунду будут здесь.

– А что ты натворила?

– Там мужчину убили, но я его не убивала, клянусь. Получилось так, что все факты против меня. Послушай, будь человеком, отпусти меня. Я же тебе говорю, что сейчас сюда придут менты.

– Что ж, может быть.

Молодой человек убрал винтовку, положил ее в чехол для скрипки, затем надел лежавшее на бревне черное драповое пальто, достал из кармана сверкающий пистолет и направил на меня.

– Пойдешь со мной, и не вздумай делать глупости. Запомни, я очень хорошо стреляю. Так ты говоришь, в какой подъезд менты приехали?

– В первый.

– Что ж, тогда следуй за мной, иначе будет поздно.

Молодой человек схватил меня за руку и вытащил на крышу. Мы подошли к самому краю и посмотрели вниз. Там, далеко внизу (все-таки десятый этаж!), я разглядела милицейские машины и большое скопление народа.

– Только этого мне еще не хватало, – присвистнул молодой человек и презрительно взглянул на меня. Затем он ткнул мне пистолетом в спину и зло произнес: – Давай, дура, ногами шевели.

Добравшись до противоположного края крыши, мы с надеждой посмотрели на крышу соседнего дома. Чтобы туда попасть, необходимо было перепрыгнуть пару метров. Я попятилась назад, чувствуя, что запросто могу свалиться в обморок в эту не такую уж и маленькую щель.

– Давай прыгай, не стой как вкопанная!

– Я не смогу.

– Сможешь! Я кому сказал, прыгай!!!

Незнакомец ударил меня по шее пистолетом, я вскрикнула и сжалась в комок.

– Последний раз говорю, прыгай!

– Хочешь, убей, но я прыгать не буду.

Незнакомец толкнул меня вперед, я пролетела положенные метры и сползла вниз, чудом зацепившись за карниз.

– Держись… – донеслось до меня. Стараясь не смотреть вниз, я попробовала подтянуться, но последние силы покидали меня.

Незнакомец перебрался на соседнюю крышу, положил скрипичный футляр и протянул мне руку.

– Держись крепко, сейчас я тебя вытащу.

Я закрыла глаза и приготовилась к самому худшему.

– Я сейчас упаду вниз.

– Не упадешь! Помогай мне хоть немного! – Он схватил меня за руки, а я постаралась, собрав волю в кулак, еще раз подтянуться. К моему удивлению, чудо произошло, и я очутилась на крыше.

– Спасибо. – Голос мой дрожал, а из глаз текли слезы.

– На здоровье.

Незнакомец снова достал пистолет и направил на меня.

– Давай двигай ногами быстрее!

– Да убери ты свою пушку! Я и без нее все сделаю!

Незнакомец положил пистолет в карман и пошел следом. Дойдя до края крыши, я остановилась и вопросительно посмотрела на него. До следующей крыши метров десять. Не допрыгнуть при любом раскладе.

– Куда дальше? Такое расстояние я не перелечу!

– А тебя никто и не заставляет.

Незнакомец открыл чердачную дверь, и мы с трудом протиснулись внутрь. Из чердака вышли на лестничную площадку и спустились на лифте на первый этаж.

– Ну что, приятно было познакомиться. – Я улыбнулась. – Давай прощаться, может, еще свидимся?

– Ты куда это собралась?

– На улицу.

– Ты ведь и двух шагов не пройдешь. У тебя же все руки и футболка в крови.

Я посмотрела на свои руки и тяжело вздохнула. На футболке – брызги крови.

– Давай в подвал, там отсидимся. Мне сейчас тоже на улице светиться нежелательно.

Мы спустились в подвал и сели на небольшое бревно. Незнакомец подошел к маленькому окну и стал смотреть на улицу.

– Отсюда не видно, но думаю, что к нам никто не должен сунуться.

– Дай бог.

Неожиданно незнакомец резко развернулся, подошел ко мне и с размаху ткнул пистолетом в живот. Я закрыла глаза и сморщилась от боли.

– Говори, сучка, кто тебя подослал, иначе пристрелю как собаку.

– Куда подослал? – выдавила я из себя.

– Ко мне, дрянь!

– Никто, я сама по себе…

Незнакомец снял с меня кепку и присвистнул от удивления.

– Я думал, ты молодая. Морда молодая, а волосы седые. Такого я еще не видел. Сколько же тебе лет, старушка?

– Еще и тридцати нет.

– Выглядишь ты на пятьдесят.

– Спасибо. Я приму это как комплимент.

– А я тебе комплименты говорить не собираюсь. Уродина!

Я еще раз посмотрела на незнакомца, и вдруг меня осенило: а ведь он и есть убийца! Это он убил Валерия и спрятался на чердаке! Как же я сразу не догадалась? Иначе что ему делать на чердаке с винтовкой и пистолетом?

– Это ты убил блондинчика?

– Какого блондинчика?

– Того самого, к которому сейчас приехала милиция.

Незнакомец с явной неприязнью взглянул на меня, и я почувствовала, как холодный ветерок пробежал по моей спине. Зачем я сказала это?! Кто тянул меня за язык?! Наверное, у меня не осталось никаких шансов выжить.

– Я не знаю, про какого блондинчика ты говоришь, но если кто-то из нас и есть убийца, то это ты! У тебя все в крови, кроме твоей седой башки!

– Отпусти меня, зачем я тебе сдалась? Я старая больная женщина. Меня ребенок дома ждет.

– Разжалобить хочешь? Никакая ты не старая, просто башка у тебя седая. Можно сказать, почти блондинка, – засмеялся он. – Так кого ты там замочила?

– Я в отличие от некоторых никого не мочила. Отпусти меня, я, честное слово, никого не убивала, нигде не была и тебя никогда не видела. Мне даже приятно, что это сделал именно ты, по крайней мере, грех снял с моей души.

– Ладно, хорош мне здесь тележить! Думаешь, свободные уши нашла? Если ты не расскажешь мне, кого ты убила и как вышла на меня, то я изрешечу твой живот целой кучей пуль.

– Люди услышат выстрелы и спустятся в подвал.

– Я всегда стреляю с глушителем, запомни это.

– Ладно, буду знать, – всхлипнула я.

– Я жду…

– С тобой я встретилась случайно, клянусь. Я убегала от милиции и забежала на чердак. Смотрю, а там стоишь ты.

– А почему ты убегала от милиции?

Я услышала, как незнакомец привел пистолет в боевую готовность, и почувствовала, что это может закончиться для меня плачевно. Дрожащим голосом я произнесла:

– Я убегала от милиции, потому что убила человека.

– Кого именно?

– Моего бывшего любовника.

– За что?

– Из ревности.

– Он что, тебя бросил? – усмехнулся незнакомец.

– Да, он нашел себе другую женщину.

– Понятно. Будем надеяться, что ты не врешь. Дождемся ночи и пойдем к моей тачке. Она припаркована за несколько кварталов.

– Ты меня отпустишь?

– Я этого не сказал.

– Но ведь ты же поверил, что мы встретились случайно и я не имею к тебе никакого отношения.

– Я этого не сказал.

– Но почему?

– Потому что я вообще никогда и никому не верю.

– Зачем я тебе нужна?

– Сам пока не знаю. В моей работе не нужны и не должны быть такие случайные встречи.

– Кем ты работаешь?

– Тебе необязательно знать. Ты и так слишком много видела.

– Я ничего не видела и не знаю, клянусь.

– Для меня это больше чем достаточно.

Наконец-то сгустились сумерки. Незнакомец подтолкнул меня в спину, и мы вышли из подвала. Пройдя несколько кварталов, мы подошли к одиноко припаркованной «восьмерке». Незнакомец открыл багажник и положил туда скрипичный футляр. Затем достал канистру и намочил полотенце.

– На, вытрись, а то с тобой ни один пост ГАИ не проедешь.

Я взяла полотенце и принялась тщательно тереть руки, в надежде смыть с себя кровь.

– Лицо тоже протри, бытовушница проклятая!

– Кто?

– Бытовушница, а как тебя иначе называть?

– Называй как хочешь, мне все равно.

Сев на заднее сиденье машины, я откинула голову и закрыла глаза.

– Куда мы едем?

– Заткнись и не задавай лишних вопросов!

Я не заметила, как задремала. Проснулась оттого, что кто-то похлопал меня по плечу.

– Нервы у тебя – класс! Замочила любовничка и еще спишь после этого.

Я открыла глаза и увидела незнакомца.

– Это от переутомления и нервного напряжения, – ответила я ему.

Мы вышли из машины и направились к стоящему на отшибе частному дому.

– Это твой дом?

– У меня нет ничего постоянного. Это мое временное пристанище.

– Понятно, значит, и мое тоже.

– Я этого не сказал, – усмехнулся незнакомец.

Я зашла в дом и присела на ближайшую табуретку. Молодой человек снял свое длинное драповое пальто и аккуратно повесил на вешалку. После снял шапочку. На меня смотрел симпатичный парень лет двадцати восьми, с правильными чертами лица, только скулы, пожалуй, были немного широковаты.

– Может, познакомимся? – улыбнулась я. – Даже не знаю, как тебя называть – спаситель или похититель?

– Наверное, спаситель. Если бы не я, то ты бы никогда не смогла прыгнуть на соседнюю крышу.

– Учитывая то, что я чудом зацепилась за ее край…

– Кто виноват, что ты так хреново прыгаешь? Что ж, давай знакомиться.

Незнакомец грубо схватил меня за руки и связал запястья плотным жгутом.

– А это зачем? – прошептала я.

– Для профилактики. Меня зовут Павел, – представился он.

– Очень приятно. Жанна.

– Мне тоже. Так приятно, что приятнее не бывает.

Незнакомец сел за стол, открыл банку тушенки, отрезал ломоть хлеба и принялся аппетитно поглощать вкусно пахнущее мясо.

– Есть хочешь?

– Не отказалась бы, – вздохнула я. – Как-то не очень приятно сидеть с завязанными руками.

– Не получишь. Не заслужила! – цинично процедил этот странный тип.

– Очень остроумно!

– Так, может, Жанна, ты все-таки признаешься, как очутилась на чердаке? Кто тебя послал?

– Я уже устала объяснять, что встретила тебя случайно, о чем теперь сильно жалею.

– Придет время, и ты пожалеешь еще больше.

Павел доел тушенку. Затем налил полстакана водки и выпил до дна.

– Водочкой могу угостить. Хочешь чуть-чуть пригубить?

– Я не пью водку.

– Так ты что, особенная, что ли?! Или тебе западло со мной водки выпить?

– Я просто не пью водку.

– Ну и сиди, дура!

Павел подошел ко мне, схватил за шиворот и потащил волоком в соседнюю комнату. Как оказалось, это был самый настоящий чулан, без окон и освещения.

Прижавшись к стене, я поджала под себя коленки.

– Сегодня тебе придется ночевать здесь.

– А если я захочу в туалет?

– Вон ведро стоит.

– Ты думаешь, у меня получится делать это с завязанными руками?

– Не знаю, не пробовал.

– Может, все-таки развяжешь?

Павел злобно взглянул на меня и на минуту задумался.

– Ну что тебя смущает?! Все равно никуда не убегу. Здесь даже окон нет. Или ты меня боишься? – жалобно протянула я.

– Вот еще. Ладно, твоя взяла, иди сюда.

Павел развязал мне руки. Я с благодарностью кивнула и стала растирать затекшие кисти. Когда дверь захлопнулась, я положила голову на колени и заплакала. Перед глазами проплыл образ Матвея, такого родного и любимого. Затем вспомнилась дочь, мама, но вскоре все затмила страшная картина распростертого тела убитого блондинчика.

Меня затрясло, и я зарыдала в голос. Неожиданно дверь открылась, и на пороге появился Паша. На нем были длинные семейные трусы и белая майка. На плече красовалась красочная татуировка в виде злобного дракона.

– Что ревешь? – прикрикнул он на меня. Я заревела еще громче. – Я тебя спрашиваю, что ревешь?

– Тебе какое дело?

– Да мне в принципе все равно, просто спать мешаешь.

– Извини, – произнесла я почти шепотом и вытерла слезы.

– Да ладно, плачь, только потише. Может, водки хочешь?

– Хочу.

– Ты же не пьешь водку?

– Не пью, но сейчас выпью.

– Тогда пойдем.

Паша помог мне подняться и повел на кухню. Я села на стул и с интересом стала рассматривать парня.

– Что уставилась, понравился, что ли?

– Вот еще, такие, как ты, вообще не в моем вкусе.

– Мне тоже никогда не нравились седые бабы.

– А я и не горю желанием тебе понравиться.

– Да ты с такой башкой не то что мне, ни одному бомжу не понравишься. – Паша налил стакан водки и поставил его перед моим носом. Я наклонилась и понюхала прозрачную жидкость. Затем сморщилась и отодвинула стакан.

– Зачем так много?

– Давай пей, тебе в самый раз будет.

– А что за водка?

– Водка как водка.

– Я имею в виду, как называется?

– «Столичная», – усмехнулся он и бросил на меня злобный взгляд. – А может, тебе все-таки западло со мной пить?

– Нет. Просто я не пью дешевые напитки.

– Что ж, здесь тебе выбирать не приходится.

– А может, закусить дашь?

– Может, и дам, если хорошо попросишь.

– Вот еще!

Я взяла стакан водки и стала пить, морщась и преодолевая тошноту. Затем я поставила стакан на стол и тяжело задышала.

– Ну, ты даешь! А говоришь, водку не пьешь, – с удивлением протянул Павел и дал мне ломоть черного хлеба.

Выхватив хлеб, я с жадностью его проглотила и тут же почувствовала, как начинают переплетаться мои мысли. Перед глазами все закружилось, и мне захотелось только одного – лечь на теплую и мягкую постель.

– Я хочу спать.

– Что-то быстро тебя повело.

Встав из-за стола, я направилась в чулан, который уже не казался мне тюремной камерой. Не раздеваясь, я плюхнулась на раскладушку и крепко уснула.

Читать далее

Фрагмент для ознакомления предоставлен магазином LitRes.ru Купить полную версию
Добавить комментарий

Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. правила

Скрыть