Прошлая ночь не была ошибкой.
Это она повторяла себе, когда встала пораньше и отправилась в аэропорт после того, как попрощалась с родителями, и пока дремала во время довольно быстрого перелета. Прошлая ночь была особенной и закончилась несколько странно, но она точно не была ошибкой. Джулия понятия не имела, почему он ушел после того, как довел ее до пика, но не получил того же сам, но не собиралась зацикливаться, потому что ее невротичное сознание извратило бы это во что-то, что негативно отразилось на ней самой.
И то, что этот красивый мужчина сделал с ней, было слишком удивительно, чтобы портить все сомнениями.
Перед тем как сесть в самолет, она быстро поделилась новостями с Анной. Она не стала вдаваться в детали, к большому неудовольствию подруги, но спросила Анну, называла ли та ее фамилию. Когда самолет приземлился, она получила ответ. Насколько та могла вспомнить, не называла.
Это было невероятно странно, но у Джулии не хватало сил задумываться еще и над этим. Родители так прожужжали ей все уши, что она сделала неправильный жизненный выбор. Может быть, ее решение принять вакансию медсестры в штате за тысячу миль от них действительно было огромной ошибкой. Кто знает? Это определенно одна из самых безумных вещей, которые она совершала когда-либо.
Ну, а прошлой ночью случилась, очевидно, вторая.
Самым далеким путешествием, в которое она когда- либо отправлялась, был перелет из ее родного Чемберсберга в Кливленд. С бывшим мужем Адамом они летали в гости к его родителям лет пять назад.
Принять работу, которая вынуждала ее переехать, даже временно, в маленький город на задворках Нового Орлеана, о котором она никогда не слышала, было буквально полной противоположностью тому, что она обычно делала.
Даже название города казалось ненастоящим – Ла-Плас? Джулия слегка встряхнула головой, спускаясь на эскалаторе к багажной ленте, где, по словам мистера Бессона, ее встретит водитель, который отвезет ее к дому.
Мистер Бессон запретил ей нанимать машину самой, заявив, что дом будет слишком сложно найти, даже используя навигатор.
Ободряющая новость.
Если бы мистера Бессона не проверило агентство, она бы подумала, что преподносит себя на блюдечке серийному убийце.
Она вдохнула затхлый воздух, который, казалось, проник во все углы аэропорта. Ну, ладно, она все-таки немного беспокоилась. Выглядело так, будто ее собирались отвезти к заболоченной реке, что, как она недавно узнала, было совсем не одно и то же, что болото. Кто бы мог подумать?!
Крепко сжав ручку чемодана, который побывал с ней всюду, Джулия заправила за ухо прядь каштановых волос и оглядела толпу людей, скопившихся у багажной ленты.
Дойдя до конца, она шагнула в сторону и с трудом сглотнула. Девушка явно нервничала. Осматривая людей в темных костюмах с именными карточками, она убеждала себя, что уже поздно волноваться, если совершила ошибку.
Она оставила свою стабильную работу в доме престарелых. Расторгла договор аренды. Продала машину и перевела деньги на сберегательный счет, который твердо решила не трогать, поскольку мистер Бессон заверил ее, что на время работы ей предоставят автомобиль.
Путей назад не было, и это хорошо, потому что ей нужно изменить свою жизнь. Анна понимала это, но ее собственная мать понимать отказывалась.
Дрожь прошла, но ей не стало легче. Она не будет думать об Адаме. Не сейчас. В лучшем случае – никогда. Выдергивая из-за пояса бледно-голубую блузу, она пошла к багажной ленте, но остановилась и вновь оглядела зал. Недоверие наполнило ее, когда она увидела «ДЖУЛИЯ ХЬЮЗ» на экране одного из планшетов, мелькнувших в толпе встречающих.
Молодой человек, одетый, словно он сопровождает дипломата на важное мероприятие, ждал ее. Он был в идеально скроенном черном костюме и туфлях, сиявших, словно бриллиант. Он просто не мог быть водителем. Должно быть, случилась какая-то путаница…
– Мисс Хьюз? – спросил человек, взяв планшет подмышку и шагнув к ней. Его взгляд переместился на ее чемодан. – Это весь ваш багаж?
Как он ее узнал? Она испытывала неприятные ощущения, когда оглянулась, не уверенная, кого или что она ищет.
– Да. Это… это единственный мой чемодан. Я…
– Большая часть ваших вещей была отправлена вперед, – ответил он за нее, что несколько ее приободрило. – Меня зовут Брет, и я ваш водитель сегодня. Вы позволите?
Джулия тупо моргнула.
Он улыбнулся, потянувшись за ее багажом, и ловко забрал его у нее из рук.
– Вам не нужно посетить дамскую комнату перед тем, как мы поедем? Дорога займет примерно час.
– Спасибо, я в порядке, – поправилась она и почувствовала, как вспыхнули щеки. – Прошу прощения. Просто немного не в себе. Утро выдалось трудным.
– Понимаю, – сверкнул он мимолетной, но теплой улыбкой. – Прошу следовать за мной.
Так она и поступила, последовав за юрким молодым человеком мимо багажной ленты, испытывая благодарность за то, что сегодня надела балетки, а не каблуки. Не уверенная, как ей следует выглядеть на первой встрече с работодателем, она надела черные брюки, которые не сковывали движений. Хотя для полета она бы предпочла удобные леггинсы.
Теплый густой воздух ударил в лицо, когда они вышли из здания аэропорта.
– Вау, – сказала она, придерживая ремешок сумочки. – Довольно душно.
– Это еще ничего. Погодите, пока придет лето, – ответил Брет, выуживая ключи из кармана брюк. – Вы будете молить о температуре ниже тридцати.
Джулия читала о печально известном жарком климате Нового Орлеана. Она не была слишком худой и поэтому не замерзала даже при десяти градусах. У нее было немного лишнего жирка. Окей. Его было чуть больше, чем немного, и не было ни диеты, ни физических упражнений, которые могли изменить размер ее бедер, так что она уже практически смирилась с тем, что растает тут, словно ведьма из страны Оз.
Фары включились, и Брет остановился перед… Это был… мерседес?
Джулия изумленно смотрела на черный гладкий кузов. Боже правый.
За всю свою жизнь она никогда не ездила на такой машине. Джулия стояла как вкопанная, пялясь на авто, которое стоило, вероятно, больше, чем все ее сбережения, что даже не увидела, как Брет прошел к задней двери и открыл ее, приглашая внутрь.
– Мисс Хьюз?
Чувствуя себя невероятно глупо, она поспешила вперед и скользнула на заднее сиденье. Не так изящно, как того заслуживал мерседес, но она смогла сесть, не выставив себя растяпой.
Затем она огляделась в восторге, едва удерживаясь от того, чтобы не погладить мягкую обивку. Машина пахла так, как в ее представлении должна была пахнуть новая машина: сосной и кожей.
Все это казалось нереальным.
Брет сел за руль и завел двигатель. Через несколько секунд они выезжали из гаража, и она не могла отвести взгляда от тонированных стекол, пока они двигались от аэропорта к главной автостраде, о которой она раньше слышала лишь в новостях.
Ее никто никогда не возил за исключением семьи и друзей, молчание заставило ее напряженно сцепить пальцы.
– Так вы, хм, вы часто возите мистера Бессона.
Брет хохотнул.
– Не часто, слава богу.
Глаза ее распахнулись.
– Они обычно занимаются своими делами, он и его жена, а я никого не вожу. Отец возит, но у него сегодня деловая встреча, – объяснил он. – Наши семьи работали вместе целые поколения.
Поколения? Откинувшись на сиденье, она свободно опустила руки на колени, подумав, что это, должно быть, южные традиции или что-то вроде того.
– Я учусь на дневном в Лойольском университете, так что лишние деньги не помешают.
Он свернул на магистраль.
– О, и что вы изучаете?
– Бизнес-менеджмент, но, может, позже поменяю специальность. Я всего лишь на втором курсе, так что еще не выбирал специализацию.
Они болтали о том о сем, пока разум Джулии несся со скоростью миллионы миль в секунду. Она не много знала о мистере Бессоне, кроме срочности вызова и платы, которая была выше стандартной за подобного рода работу. Откровенно говоря, она откликнулась на заявку, полупьяная от бутылки вина, съев почти полную сумку шоколада «Дав», в одну из тех ночей, когда ее внутренний голос не хотел заткнуться, а она не могла заснуть. Она не думала, что действительно примет предложение или пойдет на собеседование. И чуть не упала, когда агентство позвонило ей через два дня, предложив телефонное интервью с мистером Бессоном. Она была дипломированной медсестрой, имевшей опыт работы в приемном покое, но переориентировавшейся за последние пару лет на работу по уходу за лежачими больными. Тем не менее она знала, что были и другие медсестры, которые отвечали этому запросу, гораздо опытнее нее. Но предложение получила она, и вот уже едет бог знает куда в мерседесе .
Если ее убьют, она, по крайней мере, сможет вычеркнуть мерседес из списка желаний, которые никогда не сбудутся.
Она сжалась на заднем сиденье. Все происходило так быстро. С того момента, как она спьяну искала работу, прошло чуть больше полутора недель. Никогда в своей жизни она не принимала такие судьбоносные решения так внезапно и необдуманно.
Пути назад нет .
Она просто продолжала напоминать себе об этом.
Брет был прав, оценивая время поездки. Примерно через час он свернул на дорогу, где не было видно никаких дорожных знаков. Заинтересовавшись, Джулия выглянула в окно и сразу же пришла в восторг. Высокие дубы выстроились вдоль широкой асфальтированной дороги. Такие деревья, насколько она знала, росли веками, может быть, они были тут задолго до того, как сюда пришли люди. Испанский мох окутывал деревья, создавая теневой полог, и она сомневалась, что солнце способно пробить его даже в самые ясные дни.
Дорога шла все дальше и дальше, даже деревья пропали, покатились зеленые холмы. А Брет все ехал, пока дорогу снова не скрыли деревья и они не оказались возле больших ворот, которые примыкали к маленькому зданию, выглядевшему пустым.
Это была закрытая община? Она все еще гадала, когда ворота широко распахнулись, после того как Брет тронул что-то на солнцезащитном щитке. Они снова поехали, медленно скользя по извилистой дороге. А потом она увидела его… Чудовищных размеров дом.
Джулия открыла рот от изумления, наклонившись между передними сиденьями, пытаясь охватить жилище взглядом.
Его даже нельзя было назвать домом. Скорее походило на особняк. Основная часть здания была трехэтажной, с каждой стороны располагалось по двухэтажному крылу. Все строения соединялись балконами и крытыми переходами на каждом уровне. Из машины она видела многочисленные вентиляторы, тут и там крутящиеся под потолками.
Большие колонны обрамляли фронтон дома и продолжались по всему фасаду, создавая впечатление, будто весь периметр окружен ими.
Ставни были черными, яркие цветы свисали через кованые решетки на втором и третьем этажах, весь дом увивала лоза.
Джулия и представить себе не могла, как такое возможно, ведь дом выглядел отреставрированным не более десятилетия назад. Конечно, она не знала, как быстро растет лоза, но тут не было ни фута пространства, которое не покрывали бы чернильно-зеленые листья.
Откуда она вообще появилась? Дом окружали большие дубы, и со своего места девушка не могла рассмотреть всего, но как лоза сумела так разрастись? Это казалось ненормальным, но обвитый этим растением дом казался еще красивее, оно придавало ему почти древний вид.
– Это точно тот дом? – спросила она.
Брет засмеялся, взглянув на нее в зеркало заднего вида.
– Надеюсь на это, потому что будет очень неловко, если мы ошиблись.
Она была уверена, что он пошутил, но все равно испытывала беспокойство.
– Это… это, должно быть, ошибка. Я хочу сказать, у меня сложилось впечатление, что мистер Бессон живет не в таком месте.
Во взгляде мужчины появилось понимание, он сбросил скорость на кольцевом подъезде к дому, миновав черный джип и другой фантастический автомобиль из тех, в которых она никогда не сидела раньше.
– Все встанет на свои места, когда вы познакомитесь с мистером де Винсентом.
– Мистером де Винсентом? Я говорила с мистером Бессоном, – сказала она, вцепившись в спинку переднего сиденья. Мозг ее не слушался. Хотя имя де Винсент казалось смутно знакомым. Причина крутилась на кончике языка. – Прошу прощения, но кому принадлежит этот дом?
На какое-то мгновение ей показалось, что он не ответит, но он ответил.
– Это основная резиденция семьи де Винсент. Той, на которую вы будете работать. – Машина остановилась, и Брет развернулся, посмотрев на нее. – Вы разговаривали с мистером Бессоном, потому что де Винсенты очень заботятся о конфиденциальности и требуют определенного уровня свободы действий при решении вопросов о персонале.
Она подписала много документов о неразглашении, законно запрещавших ей раскрывать рот обо всем, что касается семьи больного, иначе следовали серьезные финансовые штрафы, но агентство заверило ее, что это распространенная практика. Большая часть семей, которая могла позволить себе такой уход за больным на дому, вынуждены оберегать свой имидж, и кроме того, она не… И тут до нее дошло. Джулию словно током ударило, когда она поняла, почему имя де Винсент казалось ей знакомым.
О боже, она знала, кем были де Винсенты.
Все это знали.
Застыв на заднем сиденье, она так вцепилась в спинку переднего кресла, что заболели суставы пальцев. Де Винсенты были одной из самых богатых семей в Штатах. У них было невообразимое количество денег. Сумма, которую Джулия, как и девяносто девять процентов населения страны, просто не могла осмыслить.
И это была не единственная причина, по которой она слышала о них. Джулия читала не так уж много желтой прессы, но время от времени брала один журнал в продуктовом, и там всегда была короткая заметка об одном из братьев, почти всегда – о старшем.
Отпустив спинку кресла, она схватила с сиденья сумочку и вытащила свернутый в трубочку журнал, который взяла в аэропорту Филадельфии. Пролистав страницы, она остановилась на статье, которую недавно прочла.
«Самый завидный холостяк нашего времени намерен жениться на богатой наследнице».
Она просматривала эту статью раньше, больше заинтересовавшись фотографией старшего брата Девлина и его невесты, чем текстом. Кто бы ее осудил. Он был темноволосым великолепием, а она – прекрасной блондинкой: пара, которую не увидишь в реальной жизни, лишь на фотографиях или в кино.
Ее сердце забилось в груди. Это не могло быть правдой.
Не могло.
На юге де Винсенты были известны так же широко, как Кеннеди. Американская аристократия, по крайней мере, так их называли таблоиды, и их постоянное участие в политике и скандалах – в большей степени во втором, чем в первом, – в основном благодаря сыновьям. Какие у них были прозвища? Если она правильно помнила, их было трое. Прозвища были какими-то болезненными и странными, их дали им за дикое, почти невероятное поведение. Сердце едва не выскочило из груди. Она вспомнила, как их называли.
Люцифер.
Демон.
Дьявол.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления