Read Manga Mint Manga Dorama TV Libre Book Find Anime Self Manga Self Lib GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Мифы и сказки Древнего Египта
МИФЫ

ЛЕГЕНДА О СОТВОРЕНИИ МИРА

Откуда на земле появились люди и животные, деревья и кустарники, травы и злаки? Когда стало светить солнце — яркое солнце, рассеивающее мрак, прогоняющее ночные страхи? Кто зажег в небе звезды и поместил месяц, чтобы он ночью заменял солнце? Как появились на земле люди и что ожидает человека после смерти?

Эти вопросы волновали людей в самые далекие времена, много тысяч лет тому назад. Задумывались над этим и древние египтяне, обитатели Нильской долины, края Та-Кемет — «Черной Земли», как они ее называли в противоположность «Красной Земле» — мертвой пустыне.

Жители Та-Кемет построили города, воздвигли роскошные дворцы и храмы. Один за другим плыли караваны груженых товарами кораблей. В городах трудились искусные ремесленники, создающие прекрасные творения. Тысячи рабочих строили изо дня в день громадные пирамиды, которым суждено было простоять века.

Египтянам казалось, что вся окружающая их природа и небесные светила, растения, горы — одушевлены. Все это живые существа, могущественные боги, обладающие безмерной властью, и от них зависят благополучие и жизнь людей.

Богов древние египтяне представляли себе в образе сказочных героев и грозных чудовищ, они наделяли их мощью и способностью помогать или вредить людям. Всех богов было великое множество, ведь за каждым явлением природы стоял бог или демон.

Важную роль в Древнем Египте играл религиозный центр — священный город Иуну — Город Столбов (в этом городе в честь богов и фараонов египтяне воздвигли множество высоких четырехгранных столбов-обелисков). Греки дали этому городу свое название — Город Солнца — Гелиополь.

В городе Гелиополе рассказывали такую легенду о сотворении мира.

Не всегда цвела и благоухала Черная Земля. Давным-давно, много лет назад, на месте городов с их храмами и дворцами, шумными рынками и площадями, на месте орошаемых полей ничего не было. Именно — ничего. Не было даже земли. Повсюду простирались безбрежные воды — «великое озеро». Это не была нынешняя вода, а древняя, первозданная, вода бескрайнего и бездонного океана Нун.

Окаменевшие, холодные воды Нуна, казалось, навечно застыли в неподвижности. Не было ни воздуха, ни тепла, ни света: всюду царил мрак первозданный Хаос, и ничто не нарушало покоя.

Шли годы, проходили столетия, но еще не существовало времени, и не было никого, кто бы исчислил его. Долго, очень долго ничего не менялось в мире. Но вот однажды заколыхались древние воды, заплескались, и на поверхности их появился великий бог Атум-Ра.

— Я есть, я существую! — воскликнул он, и Хаос содрогнулся от громоподобного голоса, возвестившего начало жизни. — Я сотворю мир! Я сделаю это, ибо мое могущество велико — я сумел сам себя создать из вод океана! Нет у меня отца, нет матери; я первый бог во Вселенной, и я сотворю других богов!

А вокруг, как и прежде, все было объято непроглядным мраком и мертвенным безмолвием. В океане не было даже клочка твердой земли, на который могла бы ступить нога бога. Воспарил Атум-Ра над бездной, произнес заклинание, и вот среди волн и пенных брызг выросла первая суша — холм Бен-Бен.[1]Обелиски, в большом количестве возводившиеся в Гелиополе, символизировали собой первый холм, выросший из вод океана. На этом холме и был основан первый город людей Гелиополь. Прямоугольный, заостренный кверху монолит стал символом почитания солнца, первые лучи которого озаряли по утрам полированную верхушку обелиска.

Задумал в сердце своем Атум-Ра создать богов, представил он себе их образы… и выдохнул из своего рта первого бога Шу (Воздух) и выплюнул первую богиню Тефнут (Влага).

Но первые боги мгновенно потерялись в кромешной темноте, царящей вокруг.

Опечалился бог Атум-Ра. Может быть, Шу и Тефнут заблудились в океане, а может, и погибли в бездне.

В отчаянии Атум-Ра вырвал у себя глаз и повелел ему идти на розыски пропавших детей. Ярко светясь и словно солнце озаряя все вокруг, пошло божественное Око на поиски. Взамен этого глаза Атум-Ра сотворил себе новый.

Не скоро нашло Око потерявшихся во мраке детей и доставило их к отцу. Обрадовался Атум-Ра. И превратил он глаз свой в змею и поместил Солнечное Око себе на лоб. В честь этого с давних пор глаз-змей украшает короны богов и фараонов. Зовут этого змея Урей. Зорко смотрит Урей вдаль, и если замечает врагов, то уничтожает их лучами света, исходящими из его глаз.

Стали первые боги жить на холме Бен-Бен. И вот бог Шу женился на богине Тефнут. От этих двух богов, от соединения Воздуха и Влаги, родились Геб (Земля) и Нут (Небо), а они в свою очередь породили двух богов и двух богинь: Осириса, Сета, Исиду и Нефтиду.

Стало теперь богов всего девять. Так и возникла Великая Девятка богов — Эннеада, как ее называли греки.

Заплакал Атум-Ра от радости, видя творения рук своих, и оросил слезами землю. Возникли из слез люди и расселились по всему свету. И затем создал Атум-Ра многих других богов.

По другой легенде, первых людей вылепил из глины на гончарном круге бараноголовый бог Хнум. Его часто изображали на барельефах держащим перед собой станок с маленькой фигуркой человечка на гончарном круге.

Здесь же, в Гелиополе, существовало красивое предание о том, что бог Ра родился в облике прекрасного младенца из белого лотоса. Этот лотос вырос прямо из вод первозданного океана, бутон раскрылся, и Ра вылетел оттуда, неся миру долгожданный свет солнца. Первичный океан, Мрак и Хаос изображали в образе древнего старика Атума, в отличие от младенца-Солнца.

Так рассказывали о сотворении мира жрецы города Иуну. Город Иуну Гелиополь — был главным культовым центром солнечного бога Ра.

Однако в разных крупных городах были свои боги-покровители, и почитались они гораздо больше, чем в других городах Египта. Жрецы-служители таких богов стремились придать их культу как можно большее значение. В некоторых городах существовали свои версии возникновения мира и людей.

В древнейшей столице Египта городе Хи-Ка-Пта[2]Хи-Ка-Пта — «крепость души Пта». По-гречески «Айгюп-тос». По-видимому, от этого названия произошло и современное название всей страны «Египет». Сам город Хи-Ка-Пта греки называли Мемфисом. творцом мира считался бог Пта (или Птах), покровитель ремесел и искусств. Птах создал себя сам, затем создал Атума, — а уже Атум сотворил мир, действуя «по воле Птаха». Птах наделил богов могуществом, «вдохнул в людей жизнь», дал людям законы и письменность, сообщил им магические заклинания, научил их поклоняться богам, орошать поля, строить дома, высекать статуи и многому другому.

Мемфис по влиянию соперничал с Гелиополем и местные жрецы-богословы включили в свой миф о сотворении мира многих богов, принадлежавших разным религиозным центрам, и подчинили их Пта как творцу всего.

«Боги, возникшие из Пта:…

Пта-Нун, Отец, создавший Атума,

Пта-Наунет, Мать, родившая Атума,

Великий Пта — сердце и язык Девятки богов…

Она возникла из сердца, возникла из мысли в образе Атума. Велик и могуч Пта, давший силу свою всем богам и их божественным духам Ка через это сердце и язык.

И стали существовать Гор и Тот в образе Пта. И стало так, что сердце и язык завладел каждым членом, познав, что Пта — в телах и устах всех богов и людей, скота, пресмыкающихся и всех живых тварей, ибо все задуманное исполняется по желанию его…»[3]Текст со «Стеллы Шабаки» — около 710 года до н. э. Новое Царство.

В городе Шмуну или Гермополе, как его называли греки, учили по-другому. По красивой местной легенде, в первозданную тьму Хаоса влетела белая птица Великий Гоготун, и ее голос прорезал бесконечное безмолвие. Она снесла яйцо, которое раскололось, и оттуда излился свет и вышел воздух. Свет дал начало жизни на земле, а воздух разделил небо и землю.

Жрецы Гермополя утверждали, что их город стоит на самой древней земле. Именно на этом месте находился древний Остров пламени, на котором лежало первое яйцо, и скорлупа его зарыта в земле Гермополя. Здесь почитались и самые древние боги в Египте — боги первичного Хаоса. Богов было восемь, отсюда и название города Шмуну — город Восьми. Поэтому, считали местные жрецы, только Гермополю должна принадлежать ведущая роль во всей стране.

Самое замечательное — это то, что при таком обилии разных взглядов в Древнем Египте не было ни одного учения, вера в которое считалась бы обязательной и искусственно навязывалась. Люди, верящие и поклоняющиеся одному богу, не враждовали с теми, кто ставил выше других богов.

НЕБО И ЗВЕЗДЫ

Родили боги Шу и Тефнут Геба — бога Земли и Нут. Нут была богиней неба. И взял в жены Геб богиню неба Нут, дочь бога воздуха Шу. Вначале они очень сильно друг друга любили и всегда были вместе, крепко обнявшись. Небо и земля пребывали слитыми воедино.

И родилось у Геба и Нут множество детей-звезд.

Плывут ночью звезды по телу Нут до самого края неба. Они поднимаются вверх, и все их видят. И когда они плывут по небу, засыпают все люди в селениях, отдыхает и Ра (солнце зашло на западе за горизонт).

А днем звезды плывут внутри их матери богини Нут. Тогда не поднимаются они наверх, и никто не видит их. Каждое утро подходят звезды к голове Нут на западе, открывает богиня рот и проглатывает своих детей.

И вот разгневался Геб на супругу за то, что она пожирает своих детей, и хотел покарать ее.

Узнал об этом отец Нут, бог воздуха Шу, поднял дочь выше своей головы и стал поддерживать ее своими руками.

И сказал Шу Гебу: «Не ссорься с Нут за то, что она поедает детей. Она проглатывает их каждое утро на западе и рождает их каждую ночь на востоке. И никто из них не упал, никто не был сброшен на землю… Я все же пришел разлучить вас, так как не ужиться вам в мире».

Бог ветра взмахнул руками и произнес заклинание. Пронесся страшной силы ураган, и небо отделилось от земли. По всему океану зачернели маленькие острова и огромные материки, вздыбились горы, потекли реки, и люди с холма Бен-Бен стали расселяться по всей необъятной земле.

Прошло время, и они построили города, воздвигли величественные храмы для богов и дворцы для вельмож, стали обрабатывать пашни и собирать богатые урожаи. Вокруг холма Бен-Бен вырос город Иуну, а на самом холме соорудили святилище солнечного бога Ра.

Наступил золотой век — время, когда люди и боги жили на земле вместе.

Египтяне изображали небо и землю так: бог Геб лежит, а богиня Нут стоит над ним. Бог Шу, подняв руки, поддерживает Нут, а на груди и на животе ее — звезды.


ВОЗВРАЩЕНИЕ БОГИНИ ТЕФНУТ В ЕГИПЕТ

У солнечного бога Ра была любимая дочь — богиня Тефнут. В разных обличьях представала Тефнут в природе и перед людьми. Ее почитали как Сохмет — грозную богиню войны, а в другом случае ее звали Хатор или Хатхор, и она представала богиней пляски и веселья. Много разных легенд рассказывали об этой богине, и часто говорилось о том, как она побеждает чудовищ — врагов отца-Солнца, либо наказывает людей за неповиновение божественному царю. В облике божественного Ока — Уджат — она следит за проявлением в мире добра и зла, за тем, чтобы все шло, подчиняясь божественному предначертанию и закону.

Счастливо жили люди во время золотого века. Бог воздуха Шу собирал дождевые тучи, богиня влаги Тефнут поливала пашни, щедрый Хапи — бог Нила удобрял поля, а великий Ра согревал землю своими лучами. Всем казалось, что жизнь всегда будет такой радостной и сытой. Откуда было людям знать, что уже в недалеком будущем на них обрушатся величайшие бедствия — засуха и мор.

А причиной этому послужила ссора, неожиданно вспыхнувшая между Тефнут и Ра.

В то время солнечный бог Ра еще жил на земле и был царем Египта. Тефнут жила вместе с отцом. Была Тефнут своенравной и гордой богиней.

Любила гордая богиня дождя принимать от людей жертвенные дары и слушать хвалебные песнопения. Но вдруг однажды на холме Бен-Бен, в храме солнца, зазвучала громкая музыка. Это земледельцы благодарили лучезарного бога Ра за свет и тепло, которое он дарит Черной Земле.

Помрачнело лицо Тефнут. Ей показалось, что египтяне гораздо больше почестей воздают солнечному богу.

— Как же так! — солнце иссушает почву, и, если б не мои дожди, ни одно зерно, брошенное под соху, не проросло бы.

— Ты не права, — возразил ей бог солнца Ра, услышав ее слова. Посмотри на землю: по всей реке люди построили плотины и оросительные каналы. Они сами питают поля водой, даже если нет дождя. Но что бы они делали без моих лучей?

Так сказал Ра, и обиделась богиня:

— Если мои дожди никому не нужны, я навсегда покину землю Та-Кемет!

И вот обратилась Тефнут в львицу и ушла от Ра в Нубию, в далекую страну Бугем.

В образе львицы бродила она по пустыне, в ярости убивала людей, и кровь ее жертв наполнила все ущелья. Из глаз ее извергалось пламя, дыхание ее пасти было как огонь, и сердце ее пылало от гнева. Никогда не покидала она пустыни и уже совсем забыла Египет, родину своего отца Ра.

Солнце между тем палило все сильней, и вскоре сухая жара сделалась совсем невыносимой. Густой слой пыли покрыл сады, огороды, крыши домов. Плодовые деревья ссохлись и стали теперь словно мумии со скрюченными руками-сучьями.

Пожелал Ра вернуть Тефнут из Нубии, чтобы снова иметь ее близ себя. Тосковал Ра без дивного Ока своего. Тефнут была любимой дочерью Ра, и при виде ее сердце его охватывала радость.

Долго думал Pa, кого послать за дочерью в Нубию и наконец выбор его пал на бога мудрости и письма Тота.

Тот славился своей хитростью и ловкостью, и мог он волшебными словами помочь привести Тефнут в Египет. А без колдовства и без помощи волшебных сил нельзя было укротить грозную богиню.

Принялся бог за дело. Обратился Тот в павиана и отправился в Нубию на поиски богини. Он пересек воды Кенем и нашел Тефнут, которая охотилась в пустыне на юге в дальней стране Бугем.

Недружелюбно встретила львица бога. Она подняла хвост и свирепо зарычала на павиана. Прекрасна и грозна была в своем гневе богиня. Шерсть ее блестела и переливалась на солнце.

— Здравствуй, могучая львица! Ра и все боги пребывают в великой печали, ибо ты покинула Та-Кемет. Выслушай же мой совет: не держи в сердце гнева, забудь свою обиду и вернись домой…

— Убирайся прочь, ничтожный павиан! — зарычала Тефнут. — Я не желаю тебя слушать. Уходи, или я растерзаю тебя в клочья!

Понял Тот, что против ярости богини все разумные доводы бесполезны. «Кто очень силен, часто бывает очень глуп, — подумал он про себя. — А глупый охотно принимает любую льстивую ложь!.. Есть у меня хитрость и ум против твоих острых клыков и когтей…»

— Не трогай меня, о львица! — произнес он вкрадчиво. — Я знаю, что ты самая могущественная из богинь!.. Но объясни мне: почему ты, такая сильная, боишься меня — маленькую слабую обезьянку? Почему ты испугалась? Я не понимаю этого.

— Я?!. Тебя?!. Боюсь?.. — удивилась львица.

— Но, богиня, рассуди сама! Если попадает в дом человека скорпион, человек сразу спешит убить его. Потому что, хотя человек и сильней скорпиона, он все-таки боится его: боится, что скорпион его ужалит… Или змея: она боится, что ей причинят зло, и нападает на всех, кто подойдет близко, даже на безобидных коров и лошадей. И большая корова боится маленького слепня и убивает его хвостом, едва тот сядет ей на спину… И только владыка зверей лев, — вот кто воистину могуч! — если к его логову случайно приблизится шакал или обезьяна, он даже не взглянет на них; если он дремлет, то даже не подумает проснуться, услышав шум. Потому что он не знает страха. Ему не нужно убивать, чтобы доказать свое могущество. Убивает только тот, кто не уверен в своей силе и потому боится.

И стыдно стало Тефнут, когда услышала она слова павиана.

— Знай же: я не боюсь тебя, слабая обезьяна! Клянусь, я не трону тебя, потому что я — самая могущественная из богинь, и ты нисколько мне не страшен!

Поднял Тот кверху лапы и начал уговаривать ее отправиться с ним в Египет. Он говорил о красоте страны ее отцов, о прекрасном Ниле, дающем радость, обо всех чудесах «та мери» — «возлюбленной земли» (так называли египтяне свою страну).

— Вместо бесплодной пустыни, где ты обитаешь, — говорил Тот, — ты попадешь в страну, которая благодаря тебе будет цветущей: с великой многоводной рекой, с зелеными лугами, с многолюдными городами и селениями. Для тебя построят храм, — продолжал он, — и люди будут чтить тебя. Тебе не нужно будет совершать разбойничьи набеги на зверей и людей, чтобы добыть себе еду. Ежедневно будут приносить тебе в жертву газелей и антилоп, горных козлов и дичь пустыни. Каждый день тебе будут доставлять вино, и от глотка его печаль будет уходить из твоего сердца. Никогда не прекратятся музыка, пение и пляска в твою честь.

Тефнут, поначалу не желавшая слушать Тота, была растрогана его красноречием. И вот тогда хитрый Тот предложил богине-львице чашу вина и великолепное благоухающее кушанье — убитую газель, приготовленную особым образом, так, как умели готовить только в землях Египта. Нараспев воздавал он ей похвалу.

— Ради твоего прекрасного лика, ради красоты твоего тела, ради взгляда, который светится радостью, возьми кушанье, о котором я говорил… Во всем мире нет пищи лучше…

Тот, хоть и выступал в скромном облике павиана, был настоящим льстецом и знал, как обуздать своенравную богиню.

Тефнут подошла к еде и испытала то, что испытывают, вкушая прекрасную пищу. Лицо ее посветлело, взгляд стал радостным. Она обернулась к Тоту, сияя.

И стал утихать гнев богини.

«Ты победила собственное сердце.

Поистине, из всего, что существует на свете,

Ничего не любят больше родной стороны,

То есть места, где ты родился.

Когда стареет крокодил,

Где б ни случилось это,

Приходит умирать он в водоем свой,

Ведь город то его родной».

Такие стихи читал Тот богине. Он рассказал о печали Египта, оставленного своей покровительницей:

— Какой мрак кругом. Твои музыканты касаются струн, но не звучат они под их пальцами, твои певцы печальны, твои возлюбленные в трауре. Стар и млад ждут твоего совета, владыки и вельможи всего мира надели траур по тебе. Хаос царит с тех пор, как ты бежала из Египта; твои праздники не отмечаются более. В твоих храмах не устраивают торжеств, мужчины печалятся, красивые женщины уже не смеются…

Возвращайся, богиня, в землю, где ждет тебя отец, а я обещаю служить тебе и защищать от всех врагов!

— Как ты — маленький, беспомощный павиан, сможешь защитить меня сильную богиню? — вскричала удивленная Тефнут.

— Выслушай меня, могущественная богиня. Тебе странными кажутся мои слова, но послушай, я расскажу тебе притчу о льве и мыши.

Случилось так, что однажды попалась под лапу льва мышь, с виду хилая и совсем маленькая. Лев хотел уже ее раздавить, но мышь взмолилась:

— Не дави меня, господин мой! Если ты меня съешь, мною ты все равно не насытишься. Если же отпустишь, голод твой не станет сильнее. Но зато, если ты подаришь мне спасение, я тоже когда-нибудь подарю тебе жизнь. Не причиняй мне зла, я когда-нибудь спасу тебя от беды.

Лев посмеялся над мышью и сказал:

— Что ты можешь сделать? Ведь нет никого на земле сильней меня, никто не может причинить мне зла!

Но мышь поклялась ему:

— Клянусь, что избавлю тебя от гибели, когда придет для тебя черный день!

Лев принял это за шутку, однако подумал: «Если я съем эту мышь, сытым я и вправду не стану…» И он отпустил ее.

Прошло время, и случилось так, что один охотник, который ловил зверей в западни, выкопал яму как раз на пути льва. Лев провалился в яму и попал в руки охотника. Опутал его охотник сетью и крепко связал сухими ремнями, а сверху опутал ремнями сыромятными.

И вот связанный лев лежал и горевал. Но судьба пожелала, чтобы шутка мыши стала правдой. Захотела судьба посмеяться над надменными словами льва, сказанными когда-то, и ночью привела к нему маленькую мышку.

Сказала тут мышь льву:

— Разве ты не узнаешь меня? Я та самая маленькая мышка, которой ты подарил жизнь. Я пришла, чтобы сегодня отплатить тебе тем же. Попал ты в руки человека, но я избавлю тебя от гибели. Нужно быть благодарным к тем, кто оказал тебе благодеяние.

И вот принялась мышь грызть путы льва. Она перегрызла все сухие ремни и все ремни сыромятные, которыми он был связан, и освободила его от пут. Потом мышь спряталась в гриве льва, и он в тот же час отправился с ней в горы, подальше от опасных охотников.

Подумай о маленькой мышке, самой слабой из всех жителей гор, и о льве, самом сильном из всех зверей, живущих в горах!

Даже самый сильный может быть повержен, а самый слабый придет к нему на помощь и спасет…

Такими словами окончил свой рассказ маленький павиан.

Засмеялась нубийская львица, возрадовалось сердце ее словам Тота. Лесть маленького павиана и его разумные речи подействовали на своенравную Тефнут, и обратила она лик свой к Египту.

Она уже собиралась торжественно объявить свое решение Тоту, уже открыла рот, как вдруг замерла, пораженная внезапной мыслью.

— Как! — закричала она, бледнея от злости. — Я ведь поклялась не возвращаться! Я не послушалась бы даже самого Ра, если б он пришел за мной, — и вдруг какой-то маленький ничтожный павиан сломил мою непреклонную волю! Да я сейчас растерзаю эту наглую обезьяну!

Вздыбила она гриву, издала рычание, от которого содрогнулась пустыня и приготовилась к прыжку.

Маленького павиана охватил страх, ужасный страх, при виде ее силы… Съежился он и стал похожим на лягушку.

— Богиня! — закричал он. — Вспомни о своей клятве! Ведь ты поклялась не причинять мне зла!

Тефнут в нерешительности застыла.

— Хорошо, павиан, — прорычала она после некоторого раздумья. — Очень жаль, но мне придется сдержать свое обещание. Однако не смей думать, что ты взял надо мною верх! Это не ты заставил вернуться меня в долину Нила. Я сама решила так!

— О да, великая богиня! — подтвердил Тот. — Разве может быть иначе? Разве кто имеет власть над такой могучей богиней как ты? Ты решила вернуться на родину, и я восхищаюсь твоей мудростью! Я пойду впереди и буду развлекать тебя песнями и плясками.

Он взял в руки лютню и шел перед ней, танцуя, чтобы она с весельем явилась перед Ра.

Так достигли они границы Египта.

Не как дикая львица, а как кроткая газель пришла из пустыни богиня Тефнут и увидела красоту страны, о которой ей рассказывал Тот.

Быстро распространилась по всему Египту весть о приходе Тефнут.

Красивые девушки с цветами в распущенных волосах, с тамбуринами и систрами[4]Тамбурин — ударный музыкальный инструмент, напоминающий бубен. Систр — древний струнный музыкальный инструмент: состоял из дужки с ручкой, в дужке были просверлены отверстия, и через них протягивались три-четыре проволочки. Когда систр встряхивали, проволочки звучали. в руках вышли встречать радостное шествие. Жрецы играли на арфах и флейтах, они несли на плечах богатые жертвы; вино и гирлянды цветов подносили они богине; ее умастили благоухающим маслом и надели ей венок на голову.

Она омыла свое тело в озере Священного острова. И тогда превратилась львица в прекрасную юную деву Хатхор-Тефнут с сияющими глазами, с веселым лицом, с черными волосами, в деву с гордой осанкой, блистающую красотой.

Ра, узнав о возвращении дочери, пустился в пляс, и сердце его возрадовалось необычайно. Он почувствовал себя словно заново родившимся.

Увидел ее отец Ра, радостно заключил дочь в объятия и воскликнул: «Наконец-то ты пришла, и я обнимаю тебя, царица женщин, дочь моя любимая!»

В городе Филе, в первом месте, где остановилась богиня, был построен храм около святилища Исиды.

Отсюда процессия на судах поплыла вниз по Нилу. Девять дней длилось путешествие. И в каждом городе повторялась торжественная и радостная встреча богини — дочери Ра. Женщины пели и плясали, и вся страна ликовала и праздновала.

С приходом Тефнут кончилась засуха в Та-Кемет. Пошли дожди, и Нил разлился, напоив и удобрив иссохшую землю полей.

A Pa повелел считать праздником день прихода Тефнут в Египет и ежегодно устраивать торжества в честь его любимой дочери, его пламенного Ока.

С тех времен египтяне связывали окончание сухого периода года и разливы Нила с возвращением Тефнут на родину и отмечали особо эти дни.[5]Египтяне делили год на три равные части: ахет — «наводнение» начинался во время, соответствующее нашему июлю; перт — «прорастание» начало в ноябре; шему — «жатва» — период без дождей, начинавшийся в марте. В храмах богини разыгрывали целые священные представления-мистерии, в которых каждый раз снова изображался уход и возвращение Тефнут.

Тефнут была богиней добра и зла. Она могла смеяться от души, и сердце ее было сладостным. В это время она выступала в облике Хатхор — юной и прекрасной девы, богини музыки и танцев. Но могла она стать и гневной, как разъяренная львица, глаза ее могли наливаться кровью от гнева, извергая пламя на виновных, тогда ее называли Сохмет, отождествляя с грозной богиней мести. Тефнут-Сохмет — царица женщин и владычица злых духов, она украшала себя гирляндами цветов и красилась кровью своих жертв. Когда Тефнут-Хатхор утомляли пляски и музыка, влекло ее вновь в пустыню, и грозно рычала она в горах, и все дрожало от страха перед нею.

Художники изображали Тефнут-Сохмет в образе стройной женщины с головой львицы. На голове у нее диадема — круг со змеей. Это символ божественного Ока — Уджат.



КАК БОГ PA НАКАЗАЛ ЛЮДЕЙ

Прошло много времени с тех пор, как солнечный бог Ра создал всех богов, мир и живущих в нем людей.

Ра жил на земле и правил Египтом — землями Та-Кемет. Править государством Ра помогали две богини. Южная часть Египта находилась под покровительством богини-коршуна Нехбет. Имя «Нехбет» означает «розовый лотос». Этот цветок считался эмблемой южной части страны. Эмблемой же северного Египта был папирус, и покровительница севера, богиня-кобра, звалась по цвету папируса — Уаджет, что означало «зеленая».

Много-много столетий жизнь текла своим чередом, по раз и навсегда заведенному порядку, установленному всемогущими богами. Но время сделало свое дело: стал Ра старым и дряхлым. Кости его превратились в серебро, золотом стали его руки и ноги, а волосы окрасились в цвет лазурита.

И вот перестали люди бояться старого, когда-то всемогущего бога. Не страшен был больше Ра, бог солнца, владыка вселенной. И восстали люди против бога, стремясь свергнуть его власть. Они вооружились и пошли к дворцу Ра, желая убить его и захватить трон.

Прознал Ра о злых замыслах людей и решил наказать их за неповиновение. Но как это сделать? Ушла его былая мощь, нет больше сил у Ра расправиться с непокорными.

И придумал Ра созвать всех богов и решить всем вместе, как следует поступать.

Выбрал Ра надежных гонцов и приказал им:

— Идите к богам и созовите всех сюда. Пусть явятся ко мне Шу и Тефнут, Геб и Нут! Пусть придет Нун, из которого я сам вышел, пусть придут боги, которые были со мной вместе в Нуне, когда еще ничего не было на земле; боги, древнее которых нет на свете. И пусть с Нуном придет вся его свита!

Стали собираться в путь гонцы; на прощанье Ра предупредил их:

— Смотрите только, приведите всех богов ко мне так, чтобы никто не видел, чтоб люди ничего не узнали. Пусть придут они ко мне в Великий зал, и каждый скажет, что он думает. Пусть же это будет в глубокой тайне.

Привели всех богов, собрались они в Великом зале и приветствовали все бога Ра, царя вселенной, упав ниц перед ним.

А люди тем временем уже окружали дворец Ра и готовились к приступу.

И вот обратился Ра к собравшимся старейшим богам:

— Вы все, боги-предки! Вот смотрите — люди, которых я сам создал, восстали против меня, задумали злые дела. Скажите мне, что бы вы сделали с ними за это? Я не хотел их наказывать прежде, чем узнаю ваш совет!

Могучий бог воздуха Шу, его сын, сказал:

— О владыка наш, великий Ра, зачем тебе нужны наши советы? Беспощадная расправа — вот наказание, которого они заслуживают. Если бы ты даже собрал всех мудрейших богов во главе с Тотом, и они бы три года думали, как усмирить мятежников, все равно они не придумали бы ничего другого. Убей людей!

Так сказал Шу, и боги согласились. Поднялся Ра, произнес заклинание и кобра Урей, дремавшая на его короне, зашипела и сверкнула глазами. Из глаз змеи, подобно молниям, вылетели раскаленные лучи. Пущенные мятежниками стрелы вспыхнули и сгорели в воздухе, не долетев до дворца.

Но люди не кинулись врассыпную. Они отступили в пустыню и укрылись в горной расселине, куда не могли достать губительные лучи змеи Урея.

— Все люди убежали в пустыню и скрылись в скалах. Что делать? Как теперь достать мятежников? — снова спросил Ра.

Зашумели боги, совещаясь. Никто не хотел сам идти бороться со множеством злых людей. Тогда выступил вперед старейший бог Нун и сказал:

— Ты велик, Ра! Ты бог более великий, чем тот, из которого ты вышел. Крепок твой трон и велик страх перед тобой. Пошли усмирить мятеж. Пошли близкого твоего, самого любимого, того, кто ближе всех к тебе, как глаза твои и уши. Отправь твою дочь, Око твое, наказать тех, кто замыслил зло против тебя!

И боги повторили:

— Пошли Око свое, свою дочь Хатхор. Пусть она пойдет в пустыню и поразит там людей. Ведь нет никого сильнее Ока твоего, когда она превращается в богиню Сохмет.

Хатхор же имела облик юной девушки, она была богиней веселья, любви, пляски и музыки. Голову ее украшала корона в виде золотого диска и коровьих рогов. Эти рога символизировали небо — египтяне часто изображали небеса в виде коровы со звездами на животе. В руке она держала музыкальный инструмент систр с гирляндами бубенчиков. Когда богиня встряхивала систром, бубенчики издавали мелодичный звон.

Совсем не подобало такой богине творить возмездие и убивать людей.

Но вот воплотилась по приказу своего отца Хатхор в грозную и свирепую богиню Сохмет, чье имя означает «могучая». Гнев этой богини был страшен, он приносил засухи, эпидемии и мор. Египтяне боялись этой богини до ужаса и поэтому изображали ее как львицу или как женщину с львиной головой.

С кровожадным ревом ринулась Сохмет в пустыню, в горы, где спрятались люди, и принялась беспощадно их терзать за неповиновение великому богу. Горные склоны и равнины оросились кровью…

И вот увидел Ра, что люди уже достаточно наказаны, совсем мало осталось их в живых, уцелевших от лютой львицы.

И сжалился старый Ра над людьми, не пожелал их гибели и повелел богине прекратить истребление. Но Сохмет опьянела от крови и продолжала губить людей. Никакие увещевания не действовали на нее. Все посланцы Ра в страхе бежали от обезумевшей львицы.

Но решил Ра даровать жизнь оставшимся людям, чтобы не исчезли с лица земли те, кого он когда-то сам создал. По совету мудрого бога Тота он хитростью решил отвлечь гневную Сохмет от крови и убийств.

Ра позвал слуг и приказал:

— Приведите ко мне быстроногих гонцов. Пусть побегут они так же быстро, как тень за телом.

Гонцов немедленно привели к царю, и послал их Ра к южной границе Египта на остров Элефантину. Там в горах есть каменоломни, а в них добывают красный камень «диди».

Немедля отправились гонцы выполнять поручение его величества, и камень «диди» срочно был доставлен царю богов Ра.

Повелел бог Pa этот диди смолоть в порошок, а служанки в это время растерли ячмень, чтобы изготовить пиво.

Положили порошок диди в пивную массу, и получилось пиво красное, как кровь. В семь тысяч кружек разлили это пиво. Пришел Ра с богами и обрадовался, увидев, что напиток, приготовленный по его приказу, выглядит совсем как человеческая кровь.

Он позвал слуг и приказал:

— Снесите эти сосуды туда, где она убивает людей, и вылейте там пиво!

Пошли слуги ночью и выполнили приказ бога.

И разлилось пиво по полям и наполнило их красной влагой, как повелел его величество бог Ра. А утром пришла богиня, увидела поля, залитые кровью; обрадовалась она и стала пить эту кровь, захлебываясь от восторга. Много этой крови выпила богиня, но так как это было хмельное пиво, то она опьянела и перестала узнавать людей. В изнеможении лежала львица, и не было сил у нее гоняться за новыми жертвами.

Подошел к Сохмет бог солнца и сказал:

— Успокойся, любимая моя дочь. Прими свой прежний облик — облик юной богини Хатхор — и ступай отдыхать в мой дворец. Люди никогда не забудут, как жестоко поплатились они за свою дерзость.

Так и произошло. Сохмет обратилась в юную Хатхор, а Ра повелел ежегодно устраивать праздник в честь богини Хатхор и приносить ей в дар в храмы, посвященные ей, сосуды с пивом.

И стали люди ежегодно приносить богине пиво в дар в день ее праздника.

Так были спасены люди по велению Ра.

Сам же Ра устал управлять людьми и держать их в повиновении. Ослабел великий бог и не захотел он, чтобы узнали про это люди и боги, и решил удалиться от людей на небо.

Любимая дочь Ра, богиня неба Нут, превратилась в небесную корову, Ра сел ей на спину и сказал:

— Вознеси меня на небо! Там я буду царствовать над миром. Но пусть мои враги — крокодилы, змеи, гиппопотамы и злые люди — знают: хоть я и удаляюсь с земли, я все равно остаюсь властителем Вселенной. Я буду безжалостно пресекать любое зло, которое они замыслят. Земной же престол я передаю Гебу. Поклонитесь ему, боги: отныне он ваш повелитель и царь.

Сказав это, Ра вручил Гебу — богу земли — царский жезл.

И вот Нут стремительно взмыла ввысь, унося Ра на спине. Бог ветра и воздуха Шу сопровождал Ра в пути на небо.

Высоко над землей поднялся Ра. Задрожала Нут от вида такой высоты, заколебалась ее широкая спина. Тогда Ра обратился к богу воздуха Шу и повелел ему:

— Сын мой Шу, стань под дочерью моей Нут, поддержи ее головой своей!

И стоит Шу, подняв руки под небом, и поддерживает Нут руками и головой. Так обычно и изображали его художники Египта.

С тех пор бог солнца Ра живет на небе, где сияет и светит на весь мир Солнечный диск.



PA И ЗМЕЙ

Pa был великий бог. Он создал себя самого. Он сотворил небо и землю, воду и дыхание жизни, огонь, богов и людей. Он создал зверей, птиц и рыб и стал царем всех людей и богов. Велико было его могущество и много имен было у него.

И была Исида — мудрая богиня. Она знала многое о небе и о земле. Но ей было мало этого. Захотела Исида стать подобной самому Ра и получить власть даже над солнечным богом.

Много колдовских заговоров знала Исида, но не было в них никакой волшебной силы, пока она не произнесла имени того, над кем она колдовала. Ведь было известно, что у богов и людей есть несколько имен. Есть имена обычные, даваемые при рождении и служащие обычным образом. А есть имя тайное, заключающее в себе жизненную силу живущего. Знающий это тайное имя с помощью колдовства может получить полную власть над тем, кто это имя носит. Пока Исида не знала тайного имени Ра, не имело ее колдовство власти над великим богом. И задумала Исида узнать его тайное имя.

И вот состарился Ра, стали дрожать у него руки и ноги и стала спина гнуться к земле. Видела Исида, что ослабел некогда могучий бог, тогда подняла она с земли пыль, размешала ее со своей слюной и вылепила из этого змея. Колдовством оживила она этого змея, и был это могучий змей с ядовитыми зубами, от которого никто не мог уйти живым.

Положила Исида змея на дорогу, по которой совершал Ра обход всей земли.

И когда шел великий бог, как фараон — да будет он жив, здрав и невредим — впереди своих телохранителей, ужалил его змей, и словно огонь обжег ногу Ра.

И бог открыл рот и закричал, и голос его достиг неба, и боги удивились: «Что это?» — и стали расспрашивать Ра о том, что же с ним случилось.

А Ра упал на дорогу, и не было сил у него отвечать, он весь дрожал, и яд заливал его тело, как Нил заливает землю во время половодья.

Собрался бог с силами и сказал своим приближенным:

— Ужалило меня нечто смертоносное. Сердце мое чувствует это, но я не вижу ничего и не знаю, кто сделал это со мной. Никогда не чувствовал я подобной боли, и нет боли сильнее этой… Я вышел, чтобы осмотреть все, что мною создано, и когда я проходил через Египет, укусил меня змей, которого я не знаю. Мое сердце в огне, я весь дрожу и страшно болит мое тело. Пусть ко мне придут все мои дети, все боги, умеющие колдовать!

Пришли все и с рыданиями стояли около отца. И пришла Исида, великая волшебница, чьи чары исцеляют больных и возвращают жизнь умершим.

И спросила она бога, лицемерно глядя на него:

— Что это с тобой, мой божественный отец? Не змей ли ужалил тебя? Я околдую его своими чарами и заставлю его отпустить тебя!

Бог опять повторил свой рассказ о том, как его укусил змей:

— И вот теперь я холоднее воды и горячее огня, я весь в поту, все тело мое дрожит. Я не вижу неба, и жар на моем лице, как знойным летом.

Тогда сказала Исида:

— Скажи мне твое имя, божественный отец! Открой мне свое тайное имя, и я смогу тогда изгнать яд из тебя, ибо будет жить тот, чье имя я произнесу.

И ответил Pa:

— Я великий бог, у меня много имен. Я тот, который создал небо и землю, горы и все, что находится на них. Я открываю глаза — и становится светло, я закрываю глаза — и наступает мрак. Я тот, кто повелевает разливами Нила и кто сотворил пламя. Я — Хепри утром, Ра — днем и Атум вечером! Но одно имя тайное, и оно скрыто во мне. Никто не должен знать этого имени, чтобы не было ни у кого власти надо мной, чтобы никто не мог колдовать моим именем.

Но яд не выходил из тела Ра, и боль не утихала.

Тогда Исида сказала:

— Не произнес ты своего настоящего имени. Скажи мне его, и яд уйдет из твоего тела.

А яд все сильнее жег Ра, и жар его был сильнее, чем пламя.

Тогда Ра сказал Исиде свое тайное имя, и она стала произносить заклинание:

— Сказал бог свое имя. Пусть живет Ра, а яд пусть умрет.

Знала теперь Исида тайное имя и имела власть над Ра и над ядом, что был внутри него. Вышел после этого яд из тела Ра, и боль оставила его.

И была довольна Исида тем, что получила власть над Ра, и воскликнула:

— Знаю я Ра под его собственным тайным именем!

С тех пор почитают Исиду как великую колдунью, покровительницу магии и заговоров. В некоторых городах Египта ее считают не менее могущественной, чем сам великий солнечный бог. Ничто не может устоять против чар великой богини. При случае Исида даже может распространить свое колдовство на Ра и заставить его выполнить свою волю.

БОРЬБА РА С АПОПОМ

С тех пор, как солнечный бог Ра вознесся на небо, многое изменилось в мире.

Уже не видели люди великого бога рядом с собой и могли обращаться к нему со своими просьбами только с помощью жрецов, жертвоприношений и молитв.

Но, несмотря на это, солнце все так же продолжало сиять днем, гасло вечером и вновь вспыхивало утром. Боги — Ра и его свита — теперь перевозили Солнечный диск в Небесной Ладье.

Каждый день плывет Ра по небесному Нилу на дневной ладье Манджет. Ладья плывет с востока и достигает вечером Западных гор, где находятся ворота подземного царства.

Под звуки песни Ра выходит торжественно из ладьи Манджет, садится в ночную ладью Месектет и плывет под землей через Загробный Мир, даря тепло солнца мумиям, лежащим в саркофагах.

Путь по подземному Нилу проходит в длинной и узкой долине с двенадцатью воротами, расположенными по всей долине на одинаковом расстоянии друг от друга. Каждый час проплывает Ра мимо ворот, и выходят к нему обитатели подземного царства, чтобы приветствовать солнце и радоваться его свету.

На рассвете Ладья через пещеру в восточных скалах вновь выплывает на небосвод, и все повторяется сначала — изо дня в день, из года в год, из столетия в столетие.

Много опасностей подстерегают богов, плывущих в Небесной Ладье. Есть враги у светлого бога Ра. Это разные чудовища мрака, змеи, таящиеся во мгле ущелий или зарывающиеся в норах подземелья, крокодилы и гиппопотамы, живущие в водной пучине.

Медленно плывет по небу ладья Манджет. Ра, как и полагается великому богу, восседает на украшенном искусной резьбой золоченом троне. У трона, на камышовой циновке, скрестив ноги, сидит бог-писец Тот. Он держит на коленях развернутый папирусный свиток, справа от него, как у всех писцов, находятся приспособления для письма — дощечка с красками и несколько тростинок, служащих перьями.

Вся свита владыки находится здесь. На носу Ладьи стоят богини Маат и Хатхор. Головной убор Маат украшает пушистое перо, являющееся символом справедливости. Ведь Маат — богиня справедливых законов и мудрого миропорядка. Зорко глядит вперед Маат, следя за выполнением законов. В этом ей помогает Хатхор.

Крылатый Гор в образе сокола, сверкая разноцветными перьями, летит впереди Ладьи, готовый по приказу Ра ринуться в бой и сокрушить злых демонов.

Крокодилы, гиппопотамы и ползучие ядовитые твари всегда пытаются напасть на Ладью врасплох. Крокодилы с огромной пастью хотят проглотить Солнечный диск. Иногда им это удается, и тогда наступает солнечное затмение. Но борются слуги Ра с демонами, и в это время волнуется природа, дуют ураганы, и сотрясается земля. Неизменно побеждают боги, и Солнце продолжает свой путь по небу.

Впереди, в предзакатном мареве, чернеет силуэт западного горного хребта. За кормой остались города, селения, храмы, поля и полноводный Нил. Внизу теперь пустыня.

Увидев приближающуюся Ладью, священные горные павианы поют приветственный гимн:

Великий Pa!

Ты сотворил птиц, зверей и растения.

Мы воздаем тебе хвалу!

Мы услаждаем твой слух

Мелодичным пением

И пляшем для тебя…

Ладья подплывает к каменным воротам подземного царства и останавливается.

В новой ладье Месектет к Ра присоединяются змей Мехен, грозный Акер, Нехебкау, имеющий человеческое туловище и змеиную голову, и бог-волк Упуаут. Это привратники. Они охраняют вход в Загробный Мир.

Каждый из двенадцати участков подземного пути Ладья должна проплывать строго в определенный час. Врата между ними охраняются чудовищами-стражами. Для того чтобы неумолимые стражи пропустили Ладью, надо произнести магические заклинания. Эти тайные заклинания знает только Упуаут. Поэтому бога-волка называют «Открывателем Путей».

— Отверзни свой Загробный Мир для Ра! Открой врата Обитающему на горизонте! — воскликнул Упуаут и произнес священные слова, обращаясь к первому стражу Ворот — Стражу Пустыни.

Раздался оглушительный грохот. Каменные глыбы, преграждавшие вход в пещеру, разошлись в стороны, Ладья миновала вход в Преисподнюю, и врата опять захлопнулись.

Гребцы налегли на весла. Ставить парус не имело смысла. В Загробном Мире нет воздуха и нет ветров. Чтобы умершие не задохнулись в своих гробницах, им кладут маленькие деревянные фигурки бога воздуха Шу.

Когда Ладья миновала вторые ворота, навстречу солнечному богу, приветствуя его, вышел бог урожая Непри. Его тело с ног до головы обвито пшеничными колосьями. В загробном царстве Непри кормит души умерших, и на земле он также заботится о полях египтян и об урожае.

Вот и третьи врата остались позади. Ладья Месектет плыла теперь мимо гробниц и захоронений. Солнце осветило богато украшенные погребальные камеры вельмож с расписными стенами, гранитные и деревянные саркофаги и статуэтки богов — хранителей сна запеленутых мумий; и бедные погребения без золота и украшений. Оживленные сиянием солнца покойники встали, с молитвенно воздетыми руками вышли они навстречу Ладье и запели хором:

Слава тебе, Ра!..

Почитают тебя обитатели Дуата, [6]Дуат — одно из названий загробного мира.

Поклоняются тебе обитатели Преисподней.

Восхваляют они тебя, грядущего в мире.

Ликуют сердца подземных,

Когда ты приносишь свет обитающим на западе.

Полны радости их сердца,

Когда они смотрят на тебя.

Все спящие поклоняются твоей красоте,

Когда твой свет озаряет их лица.

Проходишь ты, и вновь покрывает их тьма,

И каждый вновь ложится в свой гроб… [7]Перевод стихов М. Э. Матье.

Ра взмахнул жезлом — знаком власти фараона, и гребцы остановили Ладью. Бог солнца повернулся к поющим и произнес:

— Знайте и помните! Вы все после смерти не превратились в прах, а воскресли к вечной жизни в Загробном Мире только потому, что о вас заботятся люди, которые остались на земле. Они чтут умерших, молят богов быть к ним благосклонными, приносят жертвенные дары в храмы и к вашим гробницам. Делая так, они спасают не только вас, но и себя. Ведь довольно скоро каждому предстоит переселиться сюда, и если они сейчас не научат детей заботиться об умерших, то сами будут после смерти забыты, брошены и не смогут воскреснуть для вечной жизни.

Сказал так Ра и умолк, обвел толпу умерших величественным взглядом и дал знак гребцам трогаться в путь. Мумии улеглись обратно в саркофаги.

Прошло немного времени, и на пути Ладьи вырос огромный дворец, окруженный гранитными колоннами. Это был Великий Чертог Двух Истин — зал, где собиралось Загробное Судилище. Здесь боги подземного мира в присутствии владыки Преисподней Осириса судят умерших египтян за их грехи. Анубис, бог с головой шакала, проводит умерших в зал. Мудрый Тот записывает приговоры на папирусе. У трона Осириса стоят Исида, Маат и другие боги и богини.

Так плывет Ладья по подземному Нилу. Ворота за воротами открываются перед ней, подчиняясь заклинаниям волка Упуаута.

Близится полночь. Солнце плывет по подземной реке на восток. По мере его движения бледнеет и гаснет за кормой световой ореол, и подземный мир погружается опять в темноту. Зато впереди мрак рассеивается. Вскоре лучи высвечивают круто вздыбленные скалы, между которыми, исчезая за поворотом, извивается подземная река, выходя вскоре на поверхность земли.

— Боги! Я вижу пещеру Апопа. Приготовьтесь к бою! — воскликнул Ра.

Глубоко во мраке подземелья в пещере живет дракон Апоп. Страшен огромный змей, большими кольцами выгибает он свое длинное тело, извивается и шипит отвратительное пятнистое чудовище. Огромен Апоп — его тело 450 локтей[8]Локоть — одна из самых древнейших мер длины, около 50 см. в длину.

И вот внезапно вода вспенилась, забурлила; река в одно мгновение превратилась в бешеный поток. Казалось, Ладья подплыла к водопаду. С ревом разбрызгивая пенные хлопья, поток несся вперед, увлекая все за собой. Гребцы вонзили в клокочущую воду лопасти весел и с трудом остановили Ладью.

Уровень воды стал быстро падать. Потом она совсем исчезла. Словно ее и не было: сухое каменистое русло напоминало о том, что еще минуту назад здесь текла полноводная река. Ладья проскребла речное дно и легла на днище.

За скалой раздалось рычание, от которого с уступов с грохотом повалились камни.

Это рычал Апоп — повелитель злых сил, враг солнца. Каждую ночь подстерегает он Ладью у подземных скал. Заметив ее, Апоп вылил всю воду подземной реки и улегся на образовавшейся при этом песчаной косе, поджидая прибытия Ра и оставаясь во мраке.

И каждую ночь бог Ра и его свита бьются с исполинским змеем, чтобы утром солнце снова взошло на небосвод.

Солнечная Ладья не может преодолеть мель иначе как при помощи колдовства. Читает заклинания Упуаут, начинает творить свое колдовство бог Тот.

Силой заклинаний Апопа лишают его могущества. Все боги помогают Ра в борьбе и пронзают копьями каждый изгиб тела Апопа.

— Дрожи, Апоп! Сгинь, Апоп! Пропади, Апоп! — кричат они, сражаясь с Апопом.

Но не сдается Апоп, мощным хвостом он сбивает с ног приближающихся к нему богов. Сражение идет с переменным успехом, на помощь к Апопу приходят чудища мрака и злые демоны.

И вот наступает полночь, то есть, по египетскому исчислению последний час перед рассветом.

Бой достигает своей кульминации. Мощным ударом хвоста Апоп выбивает Солнечному богу глаз и проглатывает его. И вот Ра обращается в кошку хитрое и ловкое животное — и та, вооруженная мечом, вскакивает змею на спину. Взмах меча — и отрубленная голова змея отлетает в сторону. Из побежденного безголового Апопа обратно вытекает вся проглоченная вода подземной реки. Тот возвращает глаз богу Ра и исцеляет его. Теперь Ладья снова может продолжить свой ход, неся всей земле солнечный свет и тепло.

Нелегкой была эта победа. Каждый раз отмечают в Египте самый длинный день года как праздник исцеленного глаза, а амулеты с изображениями глаза — Уджат считают дающими здоровье, силу и приносящими удачу во всех начинаниях.

Торжественно на Ладье плывет Солнечный Ра, и боги славят его:

Силен Ра

Слабы враги!

Высок Ра

Низки враги!

Жив Ра

Мертвы враги!

Велик Ра

Малы враги!

Вознесся Pa

Пали враги!

Есть Pa

Нет тебя, Апоп!

Плывет Ра по подземному Нилу и достигает он восточных гор. Открываются перед ним ворота горизонта, выходит Ра из ночной ладьи Месектет, умывается в водах прозрачного священного озера, надевает красные одежды и садится в дневную ладью Манджет, чтобы плыть по небесному Нилу и озарять землю своим сиянием.

А следующей ночью, когда гигантский змей Апоп с помощью темных сил и колдовства оживает, снова начинается борьба.



Священная кошка и все ее собратья с давних пор стали пользоваться в Египте особым почетом и уважением. Для них строили специальные храмы, в каждом египетском доме жило несколько кошек, которые чувствовали себя в нем полными хозяйками. Люди окружали их любовью и заботой, прощали им любые шалости, помня о той важной услуге, которую оказывает каждую ночь кошка всем на земле.

Кошки считались самыми красивыми животными. Египетские модницы наблюдали за повадками кошек и стремились перенять их грациозные движения.

Археологи раскопали священный древний город, в котором жили только кошки — несколько тысяч, и люди-слуги, специально за ними ухаживавшие.



РОЖДЕНИЕ ОСИРИСА

Еще до того, как Ра покинул землю и стал плавать в Ладье по небесам и по Царству Мертвых, богиня Маат создала времена года. Она разделила год на три равные части и дала им названия: время Разлива, время Всходов и время Урожая.

Затем Маат поделила все три времени года на месяцы, по четыре в каждом. Каждый месяц состоял из тридцати суток. Сутки же поровну делились между луной и солнцем. Таким образом, солнечный год был в точности равен лунному: и в том и в другом было по двенадцать месяцев и по триста шестьдесят дней.

Хранительницей этого порядка Маат назначила Луну.

Но Луна не справилась с доверенным ей делом. Богу мудрости Тоту удалось ее перехитрить и изменить существующий миропорядок.

А началось все с того, что Ра однажды разгневался на богиню неба Нут жену бога земли Геба — за непослушание. Разгорелась ссора. Ослепленный яростью бог воскликнул:

— Знай же, непокорная: страшное наказание ждет тебя! Отныне и навеки я обрекаю проклятию все триста шестьдесят дней года. Ни в один из них ты не сможешь рожать детей и навсегда останешься бездетной!

Нут ужаснулась. В отчаянии она пала перед владыкой на колени. Но было уже поздно. Проклятие уже было наложено, и пути назад не было. Великий бог Ра не отменял свои решения. На все дни года он наложил проклятие. В мире все подчинено воле Ра. Ей, Нут, не суждено иметь детей! Хлынул проливной дождь — это безутешно плакала убитая горем богиня неба Нут.

— И ничего нельзя поделать! Нет такой силы на свете, которая могла бы хоть что-то изменить! — печалилась богиня. К ней подошел бог Тот и спокойно сказал:

— Силы такой и вправду нет. Зато есть хитрость! Знай: ум — это нечто гораздо большее, чем сила. Там, где сила бесполезна, выручит ум. Ты скоро в этом убедишься.

Он превратился в ибиса, вспорхнул и скрылся с глаз.

Не веря ему вполне, Нут все же стала ожидать, что предпримет известный своей мудростью бог.

А Тот между тем прилетел на небо к хранительнице времени Луне. Добродушная Луна обрадовалась гостю. Ей было скучно одной среди неразговорчивых звезд. Редко случалось, чтобы кто-нибудь навещал ее.

Луна усадила гостя на циновку, расставила перед ним изысканные кушанья: финики, медовые лепешки, орехи и кувшин пальмового вина.

— Угощайся, любезный гость, а заодно расскажи, что нового происходит в мире, — сказала она, села напротив Тота и приготовилась слушать.

Тот отведал яства, выпил вина, вежливо похвалил их и рассказал хозяйке новости, умолчав только о ссоре Нут и Ра. Когда Тот умолк, Луна сказала ему:

— Давай теперь играть в шашки!

Ей очень не хотелось, чтобы гость уходил.

— Что ж, давай играть. А на что мы будем играть?

Луна растерялась:

— Не знаю… Что я сделаю ставкой в игре? Ведь у меня ничего нет, кроме света, которым я по ночам освещаю небо.

— Вот и хорошо. Сыграем на твой свет.

— Я не могу этого сделать, — возразила Луча. — Я хранительница времени, и я не вправе отдать ни одного дня из лунного года.

— Да и не надо целого дня, это слишком много. В лунном году триста шестьдесят дней. Убавь от каждого дня по несколько минут — никто и не заметит… А впрочем, как знаешь, — холодно добавил Тот, встал с циновки и сделал вид, что собирается уходить.

— Подожди! — остановила его Луна. — Так и быть. Сыграем на мой свет. Но учти: я убавлю от каждого дня очень маленькую часть, всего одну семьдесят вторую его часть. Если ты и выиграешь партию, то никто и не заметит, что дни стали короче.

Так сказала Луна, и Тот согласился на ее слова.

Но не знала Луна, что нет равных в любых играх умному и хитрому богу Тоту. Тот скоро выиграл партию, и Луне ничего не оставалось как сдаться.

— Возьми свой выигрыш, он причитается тебе по праву, — сказала Луна.

И тут выяснилось, что как ни мала доля суток, отданная Луной, в сумме ее проигрыш составил целых пять суток.

Тот получил свой выигрыш — пять дней — и прибавил их к солнечному году. С тех пор лунный год сделался короче: в нем осталось лишь 355 дней. А солнечный год увеличился, и дней в нем стало 365.[9]Египетский год состоял из 365 дней (високосных годов египтяне еще не знали) и распадался на три равных периода, каждый из которых состоял из четырех месяцев по 30 дней и имел свое название: ахет — примерно современные июль, август, сентябрь, октябрь; перт — ноябрь, декабрь, январь, февраль; шему — март, апрель, май, июнь. Пять дополнительных дней в конце года не относились ни к одному из месяцев и считались священными.

Но самое главное было в том, что на пять лишних дней солнечного года не распространялось проклятие Ра! Ведь когда владыка вселенной обрекал проклятию все дни года, их было только 360.

Правда, Ра немедленно проклял бы и эти новые пять дней и вдобавок наказал бы Тота за столь дерзкую проделку. Но мудрый и хитрый бог Тот все предусмотрел заранее. Пять новых дней, которые он прибавил к году, он посвятил богу Ра. Не станет же владыка проклинать дни, посвященные ему самому!

Как Тот и рассчитал заранее, так и вышло. Ра рассердился сначала, а затем, задобренный таким богатым подарком, смирил гнев и простил богу мудрости его поступок.

И вот прошло некоторое время, и в конце года, в те самые пять дней, которые были посвящены Ра, у Нут родилось пятеро детей — пятеро богов.

В первый день на свет появился прекрасный младенец, и было дано ему имя Осирис. Мальчик заплакал так громко, что земля задрожала, раздался голос с неба, который возвестил о рождении великого бога: «Только что родился могучий царь, творящий добро — Осирис! Он владыка всего, что существует на земле до границ ее!»

Услыхали этот клич все живущие на земле, и велика была их радость, повсюду люди ликовали и устраивали празднества.

Дошла эта весть и до бога Ра в его дворце в Дельте Нила. Взглянул Ра на младенца Осириса, увидел его прекрасное лицо, красоту его и доброту, и великая любовь к Осирису вошла в сердце Ра.

Действительно был прекрасен Осирис. Большие темные глаза сверкали на смуглом лице, а его волосы были блестящими и черными, как сама черная и плодородная земля.

Осирис был старшим сыном, наследником своего отца бога земли Геба.

Во второй день родился Гор с белым лицом, светлыми волосами и ясными, сияющими, как само солнце, глазами. Впоследствии Гор получил прозвище Гор Бехдетский по названию местности Бехдет, где он в сражении одолел врагов Ра.

В третий предновогодний день родился Сет. Он появился в неположенное время и не обычным образом, а выйдя из бока своей матери. Маленький и злобный, он был очень уродлив. Огненно-рыжими были его волосы и на красном лице узкие воспаленные глазки враждебно смотрели на мир. Он получил прозвище «красногривый».

Казалось, что он дышит злобой, горячей, как испепеляющий зной пустыни, и цветом своим он напоминал раскаленный бесплодный песок.

Этот третий день считался в Египте несчастливым. Фараоны и придворные сановники не занимались в этот день государственными делами, не принимали никаких важных решений и не допускали к себе иноземных послов, чтобы не накликать на все предстоящие дела несчастий.

В четвертый и пятый день родились две сестры, небесные богини Исида и Нефтида.

С тех пор в Египте каждому богу, родившемуся в предновогодние дни, был посвящен свой один день в году. У этих пяти дней не было числа, они не входили ни в один из двенадцати месяцев, на которые египтяне делили свой год. Обычно их вставляли между концом старого года и началом нового.

Когда старший сын Геба Осирис вырос, он унаследовал трон царя всей земли Та-Кемет.



ЦАРСТВОВАНИЕ ОСИРИСА

Старшие братья, родившиеся первыми — Осирис и Гор — были дружны между собой, и только младший, Сет, люто ненавидел Осириса. Он ненавидел его за то, что Осирис красив и все его любят, за то, что день рождения Осириса был счастливым и все дела, начатые в этот день, кончались успешно. А день рождения Сета считался несчастливым: в этот день нельзя было приступать ни к какому делу, так как оно никогда не приводило к добру. Но больше всего злился Сет из-за того, что Осирис родился первым и как старший сын должен был получить трон отца и власть над всей страной.

А Осирис ничего не замечал. Добрый и доверчивый, он любил всех, и все окружающие казались ему такими же хорошими, как он сам.

С тревогой следили за сыновьями Геб и Нут, их беспокоила злоба Сета, его коварные насмешки и злые шалости по отношению к старшему брату. Не раз говорил Геб жене: «Защити Осириса от Сета и охраняй его, чтобы он не погиб». И Нут зорко следила за сыновьями и не давала в обиду кроткого Осириса.

Выросли братья. Осирис женился на богине Исиде, а Сет взял в жены ее сестру Нефтиду.

Прошло много лет, и старшие боги состарились. Стал дряхлым и немощным Ра, люди перестали его почитать и бояться. Состарился и Геб и не мог уже управлять страной и держать в повиновении своих подданных. И решили боги удалиться от людей, подняться на небо и в солнечной барке днем объезжать землю по небесному Нилу, а ночью спускаться под землю и плыть в ночной барке по подземной реке. Царство свое Геб передал старшему сыну Осирису, мужественному и доброму юноше, и его верной подруге — жене Исиде.

Трудна была жизнь людей в то время. Египтяне были диким и темным народом. Они питались кореньями растений и плодами, которые находили в зарослях кустарников и тростников. Они ловили мелких животных, убегая со страхом от крупных хищников, а во время засухи, когда наступал страшный голод, они иногда набрасывались даже друг на друга.

Люди были невежественны — не знали целебных трав, не умели лечить самые простые болезни и часто умирали еще в молодости. У них не было ни письменности, ни законов. Селения враждовали друг с другом, и вражда эта то и дело выливалась в кровавые побоища.

Поэтому мудрый и добрый Осирис, став царем, решил, что прежде всего нужно дать народу знания.

Он разъяснил людям, какие поступки благородны, а какие нет, установил с помощью бога Тота справедливые законы. Осирис научил людей узнавать съедобные растения, он показал, как надо вспахивать землю, сеять ячмень и пшеницу, как уберечь посевы от засухи, поливая поля водой из Нила, как собирать урожай и сохранять его, чтобы не было голода. Осирис научил людей разводить сады и виноградники. Это избавило страну от засух и голода.

Мудрый Тот старательно помогал Осирису в его делах. Он дал людям письменность, обучил их медицине, астрономии — науке наблюдения за звездами, математике и другим наукам.

Жена Осириса Исида на глазах у всех взяла зрелые колосья и, растерев их меж камней, показала людям, как делать муку и печь лепешки. Осирис выдавил виноградный сок и сам выпил первую чашу вина, а там, где нельзя было разводить виноградники, он показал, как приготовлять пиво из ячменя.

Осирис запретил людям убивать друг друга; он научил их мастерить оружие для охоты и орудия для обработки земли. Во всем помогала Осирису Исида и его первый помощник — бог Тот, которому Осирис поручил творить суд и решать по справедливости все дела.

Эти боги научили людей музыке и танцам. В Египте наступила счастливая жизнь, это были лучшие дни золотого века. Любовь к Осирису, доброму и мужественному, наполнила сердца благодарных людей. Они прозвали его Веннофре, что значит прекрасный.

Отправился Осирис, сопровождаемый музыкантами и певцами, в путешествие и вскоре преобразил другие земли так же, как некогда преобразил Та-Кемет Египет. Ни разу не прибегнув к насилию, покоряя сердца людей только красноречием и добром, Осирис подчинил себе большинство племен. Даже старшие боги признали его мудрость и подчинились его власти.

Пока бог путешествовал, в Египте правила его жена Исида. Она была богиней колдовства и магии. Вместе с Тотом она учила людей совершать религиозные обряды, творить чудодейственные заклинания и делать амулеты, спасающие от бед. Кроме того, добрая богиня научила женщин вести домашнее хозяйство и стала покровительницей домашнего очага.

Шло время, и вот уже двадцать восемь лет минуло с тех пор, как Осирис стал царем. За годы его царствования Египет изменился до неузнаваемости. Появилось много новых городов, а старые увеличились во много раз, перекинулись с черной плодородной землей на пески, а окраины дотянулись уже до самого восточного предгорья. Там, на окраине, в тени высоких пальм, стояли роскошные усадьбы вельмож. Ближе к берегу Нила селился незнатный люд: тесно лепились друг к другу дворики с небогатыми лачугами из кирпича-сырца.

Жилые кварталы городов находились на восточном берегу Нила. А западная часть любого города принадлежала мертвым. Там египтяне хоронили тех, кто ушел в Дуат. Боги еще не научили людей делать мумии, поэтому тела, облаченные в погребальное убранство, просто клали в деревянные или каменные футляры — саркофаги и закапывали в песок. Только высекатели саркофагов и гробовщики жили за рекой, около своих мастерских. Суда доставляли им по реке гранит и песчаник из каменоломен и кедровые бревна из чужеземных стран. По ночам на западном берегу, в городе мертвых, уныло выли шакалы священные животные бога покровителя мертвых Анубиса.

В восточной же части города с раннего утра закипала жизнь. Многие люди спешили пораньше на рынок — купить и продать свои товары. Пчеловоды торговали на площадях медом, пекари — пышным хлебом и лепешками, пивовары разливали в кружки пахучее ячменное зелье; гончары, высекатели статуэток и другие ремесленники громко нахваливали свои товары. Кто-то возделывал деревья в саду, чинил запруды в оросительных каналах либо брал челнок и отправлялся на реку рыбачить.

Так продолжалось до полудня, пока Ладья Ра не достигала зенита. В полдень жара делалась уже невыносимой. Все живое пряталось в тень, люди отдыхали в тени домов или пальмовых рощ. К вечеру горожане вновь собирались в людных местах или принимались каждый за свою работу.

А вдали, у подножия гор, красовались дворцы, в которых жили боги…

Все жители Та-Кемет любили своего повелителя. Один Сет продолжал ненавидеть Осириса, и ненависть и злоба его становились все яростнее.

Чем больше почитали Осириса, тем сильнее становилась зависть Сета, и он вместе со своими друзьями, такими же злыми, как он сам, придумывал, как погубить Осириса, убрать его со своей дороги и воссесть на трон царем вместо него. Его жена Нефтида ничего не знала об этих замыслах, она нежно любила сестру свою Исиду и мужа ее Осириса и не позволила бы Сету выполнить его злодейские планы.

Зато Исида, помня заветы Нут и Геба, охраняла Осириса, оберегала его от Сета, защищала его от всего злого и враждебного. Исида была великой волшебницей, она останавливала кровь, заговаривала рану от укуса змеи, умела вылечить человека от болезни, она своими чарами прогоняла врагов Осириса и разрушала их злые замыслы. Ничего не мог поделать Сет со своим братом, пока тот находился под защитой Исиды.

Но вот как-то раз пришлось Исиде отлучиться на долгий срок. Этим воспользовался Сет. В одну из ночей, когда Осирис крепко спал на своей постели, Сет тихонько подослал к нему своих помощников, чтобы украдкой снять с Осириса мерку. По этой мерке был срочно сделан деревянный сундук-гроб. Сундук получился очень большим, так как Осирис был высокого роста, выше всех людей. Сет, держа в уме коварный план, велел богато украсить этот сундук.

Прошло некоторое время, и вот во дворец Осириса прибежал гонец от Сета.

— Слава царю всех людей, да будешь ты жив, здоров и благополучен. Мой хозяин Сет — твой брат — устраивает званый пир. Он смиренно просит тебя пожаловать сегодня в гости и занять почетное место за столом.

— Скажи своему хозяину, что я с благодарностью принимаю его приглашение, — ответил Осирис. — Ступай в сокровищницу: я велю слугам одарить тебя богатыми подарками.

Вечером собрал Сет своих друзей-демонов и устроил пир. Было их число семьдесят два. И была среди них кровожадная темнокожая царица Эфиопии Асо. Осирис, облаченный в праздничные одежды, ничего не подозревая, пришел один, без своих телохранителей и без Исиды.

Его встретила большая процессия музыкантов и рабов, несших опахала. Они сказали слугам Осириса, что те могут сейчас же, не дожидаясь своего господина, возвращаться назад и отдыхать, потому что пиршество затянется до утра. А утром рабы Сета сами доставят Осириса домой.

Носильщики ушли. Царя Египта торжественно, под музыку, проводили в зал, где в ожидании гостей сидел сам хозяин — красногривый бог пустыни.

— Привет тебе, любимый мой брат! — воскликнул Сет. — Благодарю тебя, ты оказал великую честь моему дому. Сам царь Та-Кемет, сам великий Осирис будет сегодня моим гостем!

Осириса усадили во главе стола на почетное место. Вокруг расселись заговорщики — друзья Сета, в сердце своем ненавидевшие его.

— Угощайтесь, дорогие гости! Отведайте вот этого ячменного пива. Более вкусного напитка вы не найдете во всей земле Та-Кемет!.. А вот пальмовое вино! Эй, слуги! Несите новые кувшины! — нахваливал яства Сет.

Вино действительно было вкусным. Гости — друзья Сета — наперебой расхваливали его, а потом, не скупясь на похвалы, стали превозносить самого Сета. Какой у него роскошный дворец! Какой вид открывается из окон! Чудесная мебель изготовлена искуснейшими мастерами, а каменотесы украсили стены великолепными рельефами!

— Да, — согласился Сет. — Я могу гордиться моими рабами-ремесленниками. Видите вы ту статую в саду? Они высекли ее за десять дней из цельной глыбы гранита. А недавно мне изготовили сундук — такой великолепный, что я не могу найти достойных слов, чтобы описать эту красоту! Посмотрите сами, что это за чудо. Эй, слуги! Принесите сундук!

Застолье возбужденно зашумело. Когда рабы принесли сундук, все вскрикнули от восхищения и повставали с мест.

Изделие было воистину достойно богов. По украшенной черным деревом поверхности сундука змеились золотые ленты. В центре полыхал огромный рубин, изображавший солнце. Его катил по небосводу лазуритовый жук-скарабей — символ Солнечного бога. Вокруг вспыхивали драгоценные камни — звезды. Сундук имел тяжелую крышку, украшенную орнаментом из золотых иероглифов, обрамленных кружевной резьбой.

— Великий Сет! — произнесла царица Асо, зачарованно глядя на сундук. Я согласна отдать все мои богатства, лишь бы только получить это сокровище.

— И я! И я! — закричали наперебой демоны, стараясь не смотреть на Осириса, чтобы по неосторожности как-нибудь себя не выдать.

— Великолепная работа, — вежливо сказал Осирис. Ему тоже очень понравился сундук. Но бог был спокоен. Он никогда не терял головы при виде богатств.

— Вижу, я угодил вам, дорогие гости! — воскликнул Сет. — Так и быть, я дам этот сундук одному из вас. Я подарю этот сундук тому, кому он придется впору, тому, кто ляжет в него, и заполнит его своим телом так, что не останется свободного места.

Слуги с трудом подняли тяжелую крышку и гости — а все это были друзья и помощники Сета — один за другим ложились в сундук, но он был слишком велик для них, ведь никто не был так высок, как Осирис; Сет заранее все предусмотрел.

Наконец дошла очередь до Осириса. Ничего не подозревая, он встал, спокойно направился к ящику и лег в него, вытянувшись во весь свой огромный рост, и сундук пришелся ему как раз впору, и в нем не осталось свободного места.

Сет только этого и ждал.

— Сокровище твое! — воскликнул он.

Это было сигналом заговорщикам — они захлопнули и приколотили крышку.

— Этот сундук теперь навеки твой! — кровожадно захохотал Сет. — Умри в нем! Это твой гроб!

Демоны обмотали сундук-гроб сыромятными ремнями и в темноте вынесли его из дому, спустились незаметными тропинками к Нилу и бросили саркофаг с Осирисом далеко в воду, на середину реки.

Течением подхватило гроб и понесло его вниз по Нилу до самого Танитского устья. А там волна вынесла его в открытое море. С тех пор это устье считается у египтян ненавистным и проклятым.

И случилось это на двадцать восьмом году земного царствования Осириса, в семнадцатый день третьего месяца Разлива, когда солнце проходило созвездие Скорпиона.



СТРАНСТВОВАНИЯ ИСИДЫ

Тихо под покровом ночи совершил Сет со своими помощниками злодеяние «красное дело», как называли египтяне злые дела и преступления. Убив своего старшего брата, он вернулся домой. Наконец-то исполнилась его заветная мечта: он избавился от своего соперника, и теперь сможет занять его трон и стать царем всей земли Египта.

Лесные существа паны, жившие неподалеку от дворца Сета, первыми узнали о случившемся и разгласили печальную весть. Услышали о злодеянии демонов жившие неподалеку люди и бросились бежать, боясь, как бы Сет не начал убивать всех подряд, мстя людям за их любовь к Осирису. Потому внезапную тревогу и волнение толпы до сих пор называют «паникой».

Рано утром, когда еще над берегами Нила стелился туман, в покои Исиды вбежал запыхавшийся слуга.

— Беда, великая богиня! Горе! Нет больше твоего мужа! Нет нашего любимого царя Осириса!

— Что случилось? — Исида побледнела, предчувствуя самое худшее, ведь Осирис не ночевал этой ночью дома.

— Не спрашивай, о богиня! Беги! Сюда идет Сет и ведет за собой целую армию злодеев. Он убил Осириса и хочет захватить трон, чтобы стать царем. Он не пощадит тебя! Спасайся!

Во дворе уже были слышны топот, громкие голоса и грубый смех. Дворец обступила толпа. Среди общего шума прозвучал самодовольный голос Сета:

— Вот дворец Осириса — теперь он принадлежит мне! Отныне я царь Египта, царь Севера и Юга!

Распахнулась дверь. Толпа заговорщиков ворвалась в тронный зал и застыла на пороге.

— Как! Ты еще здесь? — изумился Сет, увидев Исиду. — Известно ли тебе, что произошло сегодня ночью? Осирис мертв, и я теперь царь.

Исида молча смотрела на него, и Сет, не в силах вынести ее взгляда, отвел глаза.

— Убирайся! — крикнул он. — Теперь это мой дворец!

— Придет день, и ты дорого заплатишь за свои злодейства, — грозно проговорила Исида, с ненавистью глядя на Сета. — Где Осирис? Отвечай, что ты сделал с моим мужем?

— Твой муж умер, и я не желаю, чтобы ты нашла мертвое тело, похоронила его и воздвигла обелиск на месте погребения. Ведь тогда люди будут приходить к этому памятнику и поклоняться ему. Нет! Память об Осирисе должна быть стерта в людских сердцах. Люди скоро забудут его. Уходи, я не скажу, где искать его.

Исида встала. Злодеи расступились, освобождая ей дорогу, и богиня вышла из дворца.

И только оставшись одна, она дала волю своим чувствам и разрыдалась. Где искать Осириса? Куда идти? Сет погубил ее любимого мужа и куда-то далеко в неведомое место спрятал гроб с его телом.

Она обрезала волосы в знак своей скорби, надела траурные одежды и пошла искать Осириса по всему Египту. Она шла и горестно причитала:

Сливается небо с землею, тень на земле сегодня,

Сердце мое пылает от долгой разлуки с тобою…

О брат мой, о владыка, отошедший в край безмолвия,

Вернись же к нам в прежнем облике твоем!

Руки мои простерты приветствовать тебя!

Руки мои подняты, чтоб защищать тебя!

Сливается небо с землею,

Тень на земле сегодня,

Упало небо на землю.

О, приди ко мне!

Исида останавливала всех встречающихся на ее пути и спрашивала, не знают ли они что-нибудь об Осирисе.

И вот вскоре узнала она, что Сет положил тело Осириса в большой красивый сундук, а сундук бросил в реку. Дошла Исида до устья Нила достигла уже самого моря и в горе села на берегу. Невдалеке от нее играли дети. Она спросила их:

— Маленькие друзья мои, вы играете весь день на берегу. Ответьте, не видели ли вы саркофаг, не проплывал ли он мимо вас?

Дети обступили ее и ответили:

— Видели мы красивый и большой ящик, что плыл по реке мимо нашего города. Пока мы хотели достать его и искали лодку, ящик уплыл.

— Только это было очень давно, — добавил самый старший мальчик. Теперь его уже наверно унесло далеко в море.

Исида очень обрадовалась. Это была первая весточка об Осирисе за много дней. Желая отблагодарить ребятишек, богиня произнесла волшебное заклинание и навеки наделила всех детей вещим даром. С тех пор египтяне считают, что по крикам детей, играющих возле храмов, можно предсказывать будущее. Для этого надо мысленно о чем-нибудь спросить богов и сразу же выйти во двор, где слышны крики ребятишек. Первое, что удастся услышать, и будет ответом.

Исида была богиней колдовства, и с помощью заклинаний она узнала, что саркофаг с телом Осириса понесло морское течение, и волна выбросила его на берег у города Библа на восточном берегу Великого Зеленого Моря.[10]Великое Зеленое Море или Великая Зелень — египтяне так называли Средиземное море.

Волна бережно уложила сундук у самой воды под кустом вереска. Ветки его целиком закрыли гроб так, что он был совсем незаметен. И вдруг произошло чудо — куст начал быстро расти. Вскоре вереск превратился в высокое могучее дерево, ствол его окружил саркофаг и теперь саркофаг с телом Осириса был скрыт внутри ствола.

Богиня тотчас отправилась в Библ. Но когда она пришла туда, дерева уже не было. От него остался лишь уродливо торчащий пень. Она узнала, что царь Библа Малакандр гулял по берегу моря и увидел великолепное огромное дерево. Его прямой и гладкий ствол был так хорош, что царь приказал срубить дерево и сделать из него колонну, чтобы поддерживать крышу дворца.

— Я опоздала! Горе мне! — вскричала в отчаянии Исида, села на камень у родника и заплакала. — Никогда я не увижу своего возлюбленного супруга, не воздам ему погребальных почестей!..

— Отчего ты так убиваешься, прекрасная чужестранка? Тебя кто-то обидел? — произнес вдруг кто-то за ее спиной.

Исида обернулась. Возле родника стояли три женщины с расписными пузатыми кувшинами и дружелюбно улыбались.

— Мы служанки нашей госпожи Астарты, царицы города Библа, — сказали женщины. — А ты, видимо, пришла издалека? Сандалии твои стоптаны, одежда порвана, ноги исцарапаны терновником.

Исида приветливо отвечала:

— Да, я пришла издалека. Я здесь никого не знаю, но вижу, что люди здесь добрые и красивые. Какие у вас чудесные волосы. Дайте я причешу вас, и вы станете еще красивее, чем были.

Женщины удивились, но незнакомка смотрела так ласково и казалась такой доброй, что они согласились. Причесала их Исида своим волшебным гребнем, и волосы у них стали красивыми и блестящими.

И когда служанки вернулись домой, благоухание их волос наполнило весь дворец и удивленная царица спросила, каким образом их локоны приобрели такой изумительный запах.

— На берегу моря у родника сидит какая-то чужеземка, — ответили служанки, — она расчесала наши косы, и они стали благоухать.

Царица приказала немедленно привести Исиду во дворец, и так ей понравилась эта кроткая и добрая женщина, что царица оставила ее у себя в услужении. Она велела одеть Исиду в красивые одежды и поручила ей кормить и воспитывать своего маленького сына. Так осталась Исида жить во дворце, там, где стояла колонна, скрывающая саркофаг с телом ее убитого мужа.

Так прошло некоторое время. Исида нежно ухаживала за мальчиком, кормила его волшебным образом, давая ему сосать свои пальцы. В благодарность Астарте за ее доброту она решила сделать ее сына бессмертным. Для этого по ночам Исида зажигала огонь и опаляла им мальчика. Она произносила заклинания, и смерть, ожидающая в будущем сына царицы, должна была сгореть в священном пламени.

Богиня превращалась в ласточку и с криком летала вокруг колонны, поддерживающей крышу. Своим печальным щебетаньем она как будто хотела дать знать Осирису, что она близко, она спасет его.

И это продолжалось до тех пор, пока однажды царица не заметила случайно необыкновенный свет в комнате сына. Царица вошла в комнату и, увидев своего мальчика в огне, закричала от ужаса — огонь сразу погас.

— Хватайте ее, злодейку! — закричала Астарта.

Прибежали на крик рабы-телохранители, бросились к Исиде. Но Исида лишь посмотрела на них — и рабы тут же как подкошенные рухнули на пол. Богиня встала и повернулась к вошедшим лицом. Она произнесла волшебное заклинание и вдруг вся преобразилась на глазах у замершей толпы. Все увидели перед собой не простую служанку, а грозную богиню. От пальцев ее струился свет, а над головой золотом вспыхнул солнечный диск со змеей-уреем.

Испугались люди, попадали на колени и стали в один голос молить богиню о пощаде.

— Несчастная! — воскликнула Исида, гневно глядя на Астарту. — Зачем ты ворвалась сюда и помешала мне!? Знай же: я — Исида, великая богиня колдовства и магии. Я хотела сделать твоего сына бессмертным, но ты своими криками разрушила чары — и исправить этого нельзя. Теперь твой сын, как и все люди, состарится и умрет… Он может умереть и раньше от болезни или несчастного случая. Плачь, рви на себе волосы, несчастная! Ты сама во всем виновата!

— Ступайте все прочь! — приказала Исида толпе слуг, и все, кто был в комнате, в одно мгновение исчезли за дверьми. Только царь Малакандр и царица Астарта остались с Исидой. Исида взяла ребенка на руки и передала его Астарте.

— Вот твой сын! Он цел и невредим.

Затем одной рукой Исида без труда вынула колонну и разломила ее пополам. Внутри колонны был сундук.

Царь и царица отпрянули в изумлении.

А Исида, едва увидев сундук, встала перед ним на колени, обняла его, прижалась лицом и закричала от горя.

И был ее крик таким громким, что младший сын царя не вынес его и умер на руках у матери.

Так судьба наказала Астарту за то, что она помешала Исиде сделать царевича бессмертным.



ПОХОРОНЫ ОСИРИСА

Сундук с телом Осириса Исида отнесла в укромное место, находившееся в Дельте Нила. Забросав его ветками и прикрыв листьями пальмы, богиня отправилась к своей сестре Нефтиде.

Нефтида была женой Сета. Но после того, как всем стало известно о злодействе красногривого бога, Нефтида сбежала от него. Зная, что рассвирепевший Сет будет преследовать ее и безжалостно отомстит, если найдет, Нефтида скрылась в глухом уголке среди болот и жила там вместе с сыном — шакалоголовым богом Анубисом, втайне рожденным ею от Осириса.

К ним и направилась Исида. Она хотела вместе с сестрой оплакать убитого Осириса и с почетом его похоронить.

А в это время Сет охотился в тех местах на диких зверей. Ночь была лунная, светлая, и Сет заметил на берегу знакомый ящик. Он кинулся к нему, открыл крышку и увидел убитого брата. Даже мертвый Осирис был страшен Сету.

— Вот, оказывается, куда тебя прибили волны! — Сет не знал, что Исида нашла гроб. — Я вижу, ты до сих пор не похоронен! Но я похороню тебя по-царски, так, как никого еще не хоронили!

Он в ярости вытащил тело Осириса, разрезал его на четырнадцать кусков и разбросал их по всей египетской земле. Теперь-то уж не соберет Исида тело своего мужа и никаким колдовством она не сможет оживить его! Так вновь надругался Сет над своим братом.

Вернулась Исида вместе с Нефтидой и Анубисом к тому месту, где находился гроб.

— Здесь был Сет! — сказала Нефтида. — Смотри, сестра! Вот его следы!

Они бросились к сундуку и увидели, что он пуст. Безмерно было горе Исиды. Она лишь тихо промолвила:

— Скоро у меня родится сын. Он отомстит за смерть отца!

— Так пусть же скорей наступит этот день! — воскликнул Анубис. — А сейчас мы должны собрать тело Осириса по частям: я могу их срастить при помощи снадобий и целебных трав. Так не будем же медлить и отправимся на поиски. Пусть каждый из нас, найдя какую-либо часть, поставит в том месте надгробную плиту. Чем больше будет плит, тем потом труднее Сету будет найти настоящую могилу. К тому же эти плиты будут напоминать людям, какой добрый бог правил ими раньше и какой злодей царствует теперь. Люди перестанут приносить жертвы Сету и понесут их к надгробиям Осириса.

— Сын мой, ты изрек мудрые слова, — сказала Нефтида, — так мы и поступим.

И вновь пошли они бродить по всей стране, собирая разбросанные куски тела Осириса. В каждом месте, где они находили их, они устраивали гробницу и хоронили слепок то с руки, то с ноги, с груди, или головы. Вот почему жители разных городов — Абатона и Абидоса, Александрии и Саиса, Бусириса и Мемфиса, Филе и Коптоса, Пелузия и Навкритиса и других — спорили между собой о том, где похоронен Осирис.

Двенадцать дней продолжались поиски останков Осириса.[11]Двенадцать дней поисков частей тела Осириса праздновались в Египте ежегодно в четвертый месяц весны как Двенадцать дней Пахоты.

Анубис обошел пустыню, Нефтида — горы, Исида же в тростниковой ладье плавала по рекам и болотам. С тех пор крокодилы, живущие в воде, из уважения к богине не трогают тех, кто плавает в папирусных лодках.

И вот, когда собрали все части тела Осириса и сложили их вместе, Анубис погрузил тело покойного в благовонную смолу и пропитал его соком целебных растений, предохраняющих от тления. Он произнес заклинания, и разрозненные части срослись в тело, так, что не осталось швов. Исида завернула тело в чистые пелены, умастила благоухающим маслом. Умерший бог лежал на погребальном ложе. Это была первая на земле мумия. Именно с того дня среди людей Египта утвердился обычай мумифицировать своих покойников.

Анубис зажег волшебные факелы у входа, чтобы злейшие враги Осириса Сет и его друзья — не смогли сюда проникнуть.

А Исида рыдала над дорогим покойником, орошая его грудь горючими слезами.

О, прекрасный юноша, приди в свой дом!

Вернись ко мне поскорее!

Жажду я видеть лицо твое,

Тьма здесь предо мною,

Хоть Ра и находится в небе!

Сливается небо с землею,

Тень на земле сегодня.

Сердце мое пылает от долгой разлуки с тобою,

Сердце мое пылает, отвернулся ты от меня!

А ведь ты не нашел ни разу во мне вины!

Взрыты обе Страны и спутаны дороги,

В городе без валов крепостных.

А я все ищу, желая увидеть тебя,

Рыдаю о любви твоей ко мне!

Приди! Не будь одиноким! Не будь далеким!..

Брожу я одна, блуждая в болотах,

И много злобствуют на сына твоего.

Прошла я пути, свернула за тобою,

Напрасно покинувшим меня. [12]Перевод Р. И. Рубинштейн.

У изголовья стояла Нефтида: ломая руки, в отчаянии складывая их на груди, плакала она вместе с сестрой своей Исидой.

Плачем мы по владыке,

Не исчезла любовь к тебе среди нас!

О, владыка любви,

О, царь Севера, господин вечности,

Вернись к жизни.

О, владыка, отошедший в край безмолвия!

Вернись же к нам в прежнем образе твоем!

Вместе с двумя сестрами горевали духи гор, полей и городов. Услыхав причитания Исиды и Нефтиды, они слетелись к погребальному ложу и стали танцевать танец печали. Они ударяли в ладоши, избивали плетками свои тела и рвали на себе волосы.

Приближается Исида,

Приближается Нефтида,

Одна — справа,

Другая — слева.

Нашли они Осириса…

Спеши, спеши!

Плачь о брате твоем, Исида!

Плачь о брате твоем, Нефтида!

Плачь о брате твоем! [13]Перевод М. Э. Матье.

Так велика была скорбь Исиды, что услыхал Осирис плач жены своей, и начала пробуждаться в нем жизнь. Но не мог он совсем воскреснуть, так как жил еще на земле его обидчик Сет, не отомщено было зло, которое он причинил Осирису.

Четырнадцать надгробных плит установили Исида и Нефтида в Египте. И сбылись слова Анубиса: люди стали поклоняться этим надгробиям. Напрасно надеялся Сет, что египтяне, забыв Осириса, будут почитать лишь его одного. Люди помнили доброго царя, рассказывали о нем и всей душой ненавидели убийцу. Жители многих городов (там, где стояли плиты) спорили о том, где же находится настоящее захоронение — то, в котором находится мумия Осириса, но не могли придти к соглашению. Не знал об этом и Сет и не мог, пока еще царская власть была у него, разрушить могилу.

Прошло время. И у Исиды родился сын. Богиня назвала его Гором.[14]Не следует путать Гора — сына Исиды с Гором Старшим сыном Нут, рожденным во второй день перед Новым годом (после Осириса), — хотя египтяне часто объединяли этих богов, считая Гора Младшего воплощением Гора Старшего. Обычно, в современной литературе, когда речь идет именно о Горе-младенце, то его называют Хароерис или греческим именем — Гарпократ. И когда Гор вырос, он отомстил Сету за смерть отца и восстановил справедливость, став царем всей страны.



ДЕТСТВО И ЮНОСТЬ ГОРА

Расправился Сет с Осирисом и воцарился в земле Египта. И было его царствование недобрым для страны. Он не любил людей, а люди помнили об Осирисе и не приносили Сету жертв.

Но вот вскоре у Исиды родился сын — сын царя Осириса. Богиня назвала его Гором.

В тайне ото всех Исида растила малыша и с нетерпением ждала того дня, когда он окрепнет, возмужает и сделается непобедимым богатырем. Тогда отомстит он Сету за убийство отца и сядет на престол Та-Кемет. Никто другой из богов и людей не решался оспаривать трон у могущественного Сета.

Не знала Исида, что ей делать, как уберечь сына. Но вот однажды пришел к ней бог Тот и передал слова солнечного бога Ра:

— Иди, о божественная Исида, в Дельту, укройся со своим сыном от козней Сета, не оставит он в покое твое дитя! А когда вырастет Гор, станет мужественным и окрепнет его тело, ты поможешь вернуть ему царский трон, и станет он владыкой Обеих Земель.

Собралась в путь Исида, и темной ночью ушла тайком из дому. Никто не видел, как шла она своим путем, никто не узнал богини в бедно одетой женщине с ребенком на руках.

Так достигла она болот дельты Нила, и рыбаки перевезли ее на остров. На острове рос густой тростник-папирус и укрывал всякого, кто был там. Построила Исида шалаш из тростника. В нем кормила и воспитывала она своего сына.

Но однажды едва не настигла Гора беда. Опасно было для него знойное дыхание пустыни; подул страшный ветер Хамсин, ветер Сета, жар проник в заросли, и пламя охватило Гора.

— О горе, горе, — закричала Нефтида, — позовите Исиду!

Крик ее был так силен, что он разбудил Геба:

— Зачем ты кричишь? Зачем зовешь?

— Пламя накинулось на этого ребенка!

— Пусть отнесут мальчика к его матери, и она спасет его!

Прибежала Исида и потушила огонь молоком своей груди. Так вновь спасла богиня сына.

Прошло некоторое время, и как-то снова ушла Исида с острова далеко в город за едой, а Гор остался один играть рядом с шалашом. Весело резвился ребенок, как вдруг наступил на скорпиона. Ужалил скорпион Гора, и стало покидать его дыхание жизни.

А Исида, ничего не зная, шла домой. Но когда она вернулась, страшная картина предстала перед ней: ее Гор, ее золотой прекрасный младенец, лежал неподвижно на своем ложе, глаза его были наполнены слезами, руки опущены вниз, лицо искажено от страданий, а сердце почти перестало биться.

Бросилась Исида к ребенку и крикнула:

— Вот я! Сейчас я исцелю тебя! — и дала ему грудь. Но от волнения пропало у нее молоко, а Гор хотел есть, но ничего не было у матери.

Ужас охватил Исиду. Какой враг сделал зло ее сыну? Кто придет ей на помощь? Любимый муж в гробу, сраженный врагами, убитый тем, кто замышляет зло против ее младенца. Кто же придет к ней на помощь?

И закричала от нового горя Исида, и дошел ее крик до неба, и услыхали его боги. Повелел Ра богам исцелить Гора. Явилась богиня-владычица болот и стала успокаивать Исиду:

— Не бойся, не волнуйся за сына. Заросли тростника непроходимы смерть не пройдет через них; не сможет Сет войти сюда и настигнуть Гора. Ищи настоящую причину болезни; ребенка, вероятно, укусила змея или скорпион!

Тогда Исида наклонилась к ребенку, открыла его ротик и слушала его слабое дыхание. И узнала она болезнь своего божественного ребенка — он ужален скорпионом.

Заметалась Исида с Гором на руках, как рыба, брошенная на жаровню:

Ужален Гор! Ужален невинный младенец, сирота, отец которого убит врагами! Ужален сын мой, которого я лелеяла, которого я растила, как мстителя за отца!

А мальчик плакал и кричал от боли, и никого не было, кто бы мог ему помочь.

Тогда остановилась Солнечная Ладья, встало солнце и мрак спустился на землю.

Спустился из Ладьи к Исиде посланец богов, мудрый Тот.

— Я пришел к тебе из Солнечной Ладьи. Знай, что Ра ведает о твоем несчастье и пока не выздоровеет Гор, солнце не сдвинется с места — не рассеется тьма, не будет света!

Так сказал Тот, но Исида не могла больше видеть страданий своего ребенка.

— Что ты медлишь, Тот, — закричала она. — Ведь ты можешь исцелить дитя. Смотри, как мучительны его страдания от яда скорпиона! Он умрет, и тогда наступит мой конец! О, Гор! Гор! Останься на земле, — в отчаянии рыдала она, прижимая младенца к груди, и Нефтида — ее сестра — печально стояла рядом.

— Не бойся, не бойся, богиня Исида! Не плачь, Нефтида! Знаю я заклятие против яда, знаю слова, что изгонят смерть, — успокоил сестер Тот.

И произнес Тот над ребенком волшебное заклинание, сказал тайные слова, чтобы изгнать из его тела змеиный яд:

— Пробудись, Гор, защита твоя крепка! Обрадуй сердце своей матери! Ликуйте вы, находящиеся в небе, и ты, Гор, защитник своего отца! Удались же, яд! Будет бродить дух тьмы, не будет он видеть во мраке, пока не исцелится Гор для матери своей Исиды! Выйди же на землю, о яд, и обрадуются все сердца, когда разольется свет солнца!

Так говорил Тот, и по мере того, как он произносил заклинания, яд выходил из тела Гора, и ребенок стал оживать. И когда было окончено заклинание, исцеленный Гор снова стал весел и здоров.

— Яд умер! Погашено его пламя, пронзавшее сына Исиды. Идите в свои дома. Жив Гор для своей матери! — облегченно сказал Тот.

Когда Гор выздоровел, обратился Тот ко всем жителям Та-Кемет:

— Слушайте меня! Слушайте все и помните: все должны беречь Гора, заботиться о нем и спасать его. Гор — сын фараона Обеих Земель, да будет он жив, здрав и благополучен. И придет время ему стать царем и править людьми! Если же вы не будете делать этого, то земля не станет рождать, и придет голод, воцарятся мрак и запустение.[15]Египетские фараоны считались «земными воплощениями» Гора. Эти слова Тота, обращенные к египтянам, говорят им: если люди не будут заботиться о фараоне, боги в наказание обрушат на них смертоносные бедствия — засуху и голод.

И снова Небесная Ладья возобновила свой ход, засияло солнце и рассеялся мрак.

Прошло время. Гор — сын Исиды вырос и стал красивым юношей. Окрепло его тело, и достиг он большой силы.

Сет же узнал о сыне Исиды и помышлял о том, чтобы убить его.

И вот вышел Гор против Сета, открыто вызвал он его на бой.

Но недостало сил у юноши, слишком могуч был его враг. Сет вырвал у Гора глаз, упал Гор, и изрубил Сет поверженного на мелкие кусочки. На шестьдесят четыре части разрубил он Гора и разбросал их по всей земле.

На помощь Гору пришел бог Тот. Собрал он все части воедино, срастил их, и вот снова ожил Гор, только нет глаза у него.

— Вот тебе твой глаз. Ступай с ним к могиле Осириса и дай мумии отца твоего глаз. Проглотит мумия глаз и обнимешь ты отца своего, ибо будет отец твой жив, — сказал Тот юноше.

Гор так и поступил. Мумия проглотила глаз, ожил Осирис, и обнял отца своего Гор. Вот что произошло по колдовству Тота.

Воскрес Осирис, но не вернулся на землю, где правил красногривый Сет. Он удалился в Загробный Мир и стал там царем и судьей над всеми умершими.

Тогда пришел к отцу юный Гор и сказал ему:

— Я пришел, чтобы увидеть моего отца Осириса! Я отомщу Сету за злодеяние, за муки, которые он причинил тебе, за страдания матери моей Исиды.

— Сын мой! Ты проиграл первый бой с Сетом. Готов ли ты вновь встретиться с ним? Подумай: Сет могуч. Знаешь ли ты, как с ним сражаться?

— Я готов с ним биться! — отвечал Гор, не задумываясь.

— Ответь мне, какой из поступков ты считаешь самым благородным?

Отвечал Гор:

— Помочь тому, кто пострадал невинно.

Осирис понял, что сын его справедлив и добр. И спросил его вновь:

— Какое животное более всего может пригодиться воинам в бою?

— Больше всего пользы в сражении от коня, — сказал Гор.

И удивился Осирис, ведь самое могучее животное — это лев.

— Лев полезен тому, кто защищается, конь же преследует убегающего. Я собираюсь нападать в бою, а не защищаться!

Так ответил отцу Гор, и обрадовался Осирис. Увидел он, что силен его сын, храбр и готов к сражению.

И пошел Гор искать Сета, чтобы сразиться с ним и отомстить за отца.

СПОР ГОРА И СЕТА

Вырос Гор, стал сильным, храбрым юношей, могущественным богом.

Часто любил он расспрашивать мать об отце, о его жизни и смерти. И вот наступило время исполнить Гору свой сыновний долг — отомстить за отца. Никто не был страшен молодому сильному богу, и он отправился искать своего противника, убийцу отца — коварного Сета. Все любили Гора, и в этой любви была его сила.

— Я иду искать Сета, — сказал он матери, — я могуч, потому что все люди любят меня, и сердце мое спокойно. Пусть же трепещет сердце Сета! Я иду искать тебя, злодей, и как только ты будешь найден мною, я убью тебя.

Поднялся Гор вверх по Нилу, дошел до Сиута, и там нашел он Сета. Встретились противники, и начался между ними жестокий бой. Десять дней шла борьба между дядей и племянником, не могли они одолеть друг друга.

Вот уже, кажется, Сет начинает побеждать, слабеет Гор, но Исида своим колдовством вливает в Гора новые силы:

— Я говорю тебе, я — твоя мать Исида, ты победи свою слабость!

И с новым ожесточением вступает Гор в поединок. Падает духом Сет, но его помощники демоны поддерживают в нем бодрость.

Вот изловчился Сет, кинул острый камень и попал Гору прямо в глаз. Закачался Гор, и Сет вырвал глаз у юноши. С криком бросился Гор на Сета, нанес ему тяжкие раны и сломал ему бедро. Обессилел Сет от ран и от борьбы, и Гор крепко связал его толстыми веревками.[16]По другой версии, первый бой с Сетом Гор проиграл. Сет убил его и разрезал на шестьдесят четыре кусочка. Только после того, как бог Тот срастил все части и оживил Гора, ему удалось взять верх над убийцей своего отца.

Исида позвала бога-врачевателя Тота и с его помощью залечила Гору раны его, и он снова стал видеть, как прежде. Взял Гор свой вырванный глаз, чтобы отдать его отцу; пошел он к Осирису и повел с собой связанного Сета.

Пришел Гор к отцу со своим пленником. Взял он за руку Сета и подошел с ним к неподвижно лежащему Осирису.

— Встань! Проснись! Взгляни на твоего сына, посмотри, что он сделал для тебя! Он поразил твоего убийцу, он привел к тебе связанного Сета.

Гор снял сандалию с ноги отца, поставил ее на голову Сета в знак того, что он отдает Сета в подчинение отцу. И задрожал Сет под сандалией брата, страшна была ему власть Осириса.

Потом Гор открыл Осирису рот и положил в него свой вырванный глаз, говоря:

— Отец, вот я пришел к тебе! Я Гор, сын твой. Я отдаю тебе свой глаз, в нем твоя душа, твоя сила.

Осирис проглотил глаз и жизнь начала трепетать в нем. Он открыл глаза, вытянул руки, стер песок с лица своего. Потом приподнялся Осирис на левом боку, повернулся на правую сторону и овладел своим телом. Встал Осирис, проснулся, пробудился усопший бог. Ожил он и стал снова могучим и сильным, каким был прежде.

Ликуют все люди, радуются боги. Торжествуют Исида и Нефтида, обнимает Гор любимого отца.

Отдал Осирис свой трон Гору, своему сыну и наследнику, победившему врага его.

И стал Гор царем Египта. Радовалась вся земля. Зло исчезло, и правда утвердилась в стране.

А Осирис удалился в подземное царство и стал царем вечности, судьей над всеми умершими.

Но не сложил Сет своего оружия. Не сумел он погубить Гора в детстве, не одолел он юношу Гора в открытом бою, и задумал Сет обвинить Гора перед богами, сказать, что неправильно занял Гор отцовский престол. Ведь не сыну, а ему, брату, к тому же старшему возрастом, принадлежит наследство, и он, Сет, после Осириса должен править Египтом.

Обратился Сет к богам с просьбой рассудить его с Гором. «Незаконно занял Гор царский трон, — говорил он. — Я должен получить царский сан и править страной после Осириса».

Собрались боги на суд в Золотом Чертоге, чтобы решить спор Сета и Гора. Пришли оба противника в зал суда и сели перед владыкой всего мира, перед богом Ра. Здесь же находились бог мудрости Тот, бог воздуха Шу, богиня влаги Тефнут и другие — вся Великая Девятка собралась, чтобы рассудить спор богов.

— Владыка, — промолвил Тот, — мы должны решить, кто будет царем Севера и Юга.

— Справедливость — великая сила! — произнес Шу. — Сотвори же справедливость, великий Ра! Отдай достойному жезл и корону фараона.

Юный Гор, еще совсем ребенок в сравнении с Сетом, смело обратился к богам и потребовал отдать ему наследство после отца — право быть царем Египта.

— Это миллион раз истинно! — сказал Тот судьям. И решили боги, что Гор, верный сын, отомстивший за смерть отца и отдавший ему свой глаз, должен стать царем, и хотели одеть боги корону на голову Гора.

Обрадовалась Исида приговору богов и радостно воскликнула:

— Северный ветер, лети на Запад и обрадуй сердце Осириса — да будет он жив, невредим, здрав!

Однако ее радость была преждевременна — поднялся вдруг солнечный бог Ра и произнес:

— Почему это вы судите и выносите приговор, не спросив, что думаю я? Власть надо отдать Сету. Гор слишком молод, чтобы быть царем. Неверно отдавать царство сыну умершего царя, когда жив еще брат покойного.

Обрадовался Сет. Он даже не пытался скрыть свое торжество и начал восхвалять себя:

— Я Сет — могучий, самый сильный среди богов. Каждый день я убиваю врагов Ра. Никто из богов не сможет сделать этого. И я возьму трон Осириса!

Но тут выступил Гор с гневной речью:

— Нехорошо так поступать со мною. Нельзя отнимать у сына корону и царство отца!

Начался спор между богами. Одни боги считали, что надо сделать Сета царем, другие находили, что Гор прав. В волнении стояла Исида, ожидая решения суда, а Сет, чувствуя, что боги готовы уступить Гору, в злобе стал угрожать им:

— Вот схвачу я свою тяжелую палицу и буду убивать каждый день по одному богу. Власть — это удел сильных! Чем сильнее царь, тем могущественней страна.

— Нет! — возразил бог мудрости Тот. — Часто сила служит беззаконию. Перед судом прав не тот, кто сильней, а тот, на чьей стороне справедливость. А по справедливости, как издавна установлено в мире, имущество отца всегда наследует сын. Гор должен унаследовать трон Осириса, титул и корону царя.

Тогда решили боги устроить состязание между Гором и Сетом, пусть победителю достанется царство Осириса.

Но Сет боялся, что Исида своим колдовством поможет Гору, поэтому было решено переправится обоим противникам и девятерым богам на уединенный остров Срединный, и там решать спор. Анти — лодочнику на переправе — был дан строгий приказ не перевозить на остров ни одной женщины, похожей на Исиду.

Боги переправились на остров. Распря и спор всех утомили, поэтому они решили отдохнуть и устроили пир в пальмовой роще.

Но Исида перехитрила Сета и всех богов. Она обратилась в старуху и подошла, согнувшись, к перевозчику Анти, когда он сидел в своей лодке.

— Доставь меня на остров Срединный, — попросила она, — я везу еду юноше пастуху; он караулит там стадо, и вот уже пять дней, как он голодает![17]Здесь игра слов. Стадо по-древнеегипетски произносится как «иаут», и это слово означает одновременно «сан-титул». Поэтому Исиду нельзя обвинить во лжи, так как перед Анти она утверждает, что хочет проехать на остров, чтобы помочь юноше, защищающему свой сан.

Отказался Анти выполнить ее просьбу.

— Велено мне: не перевози никакой женщины, похожей на Исиду.

— То, что тебе велели, относится к Исиде. А я — старуха, разве похожа я на нее?

— Ты права, — сказал лодочник, глядя на старую женщину. — А что ты дашь, если я перевезу тебя?

— Возьми этот хлеб!

— Вот еще, что мне в твоем хлебе? Стану я нарушать приказ ради него. Ведь мне сказано «не перевози никакой женщины».

Тогда Исида сняла золотое кольцо с пальца и протянула его перевозчику:

— Вот возьми мое кольцо, оно золотое.

Жадно посмотрел Анти на золото и взял кольцо. После этого он усадил Исиду в лодку и перевез на остров.

И когда она, выйдя из лодки, шла по острову, увидела она издали пирующих богов и сидящего вместе с ними Сета. И вот захмелели боги. Тогда Исида произнесла заклинание и превратилась в молодую девушку, прекраснее которой не было на свете. В таком виде она приблизилась к богам.

Сет взглянул на нее со своего места и сразу же влюбился в нее, так она была прекрасна. Он встал из-за стола и пошел ей навстречу. Потом спрятался за дерево и подождал, когда она пройдет мимо. Когда Исида поравнялась с ним, он тихонько окликнул ее:

— Я тут стою, прекрасная девушка!

Но девушка-Исида отшатнулась от него:

— Не зови меня, великий господин! Я была женою пастуха, и у нас родился сын. Муж мой умер, и сын взял скот своего отца. Но вот пришел чужой человек, вошел в мой дом, прогнал сына и отнял у него скот. Я прошу тебя, вступись за моего сына, верни ему наследство. Сет возмутился:

— Неужели будет отдан скот чужому человеку, когда остался сын хозяина? Злодея, захватившего скот силой,[18]Сет, в свою очередь, не замечает двусмысленности фразы: он имеет в виду «скот», а получается, что вслух он произносит «сан». надо побить палкой и прогнать.

Тогда Исида превратилась в коршуна, взлетела на верхушку акации и сказала оттуда Сету:

— Оплакивай себя! Твои собственные уста сказали, и твой разум осудил тебя!

Заплакал от злости Сет и пошел к великому Pa — жаловаться на Исиду, как она, приняв образ красавицы, коварно обманула его.

— Что же ты ответил Исиде? — спросил Ра.

— Я сказал ей — пусть чужого человека побьют палкой, прогонят его, а сына поставят на место отца.

— Что же теперь делать, — вздохнул Pa, — ведь ты сам осудил себя!

Потом Ра велел привести перевозчика Анти и строго наказать его палочными ударами по подошвам за то, что он нарушил повеление богов и перевез на остров Исиду. С тех пор Анти проклял золото, на которое он польстился. Поэтому в городах и селениях Египта, где поклоняются Анти, на золото наложен запрет.

Но и тут не успокоился Сет. Он подошел к Гору и сказал ему:

— Неужели ты боишься состязаться со мной? Давай превратимся в двух гиппопотамов и нырнем в глубину Великой Зелени. Кто вынырнет до истечения трех месяцев с этого дня, тот не получит сана.

И стали состязаться Сет и Гор. Обернулись они оба гиппопотамами и бросились в море. Но и тут Гор одолел Сета. Сет не выдержал трех месяцев под водой. Вынырнул он из воды и спрятался в тростнике от взоров подальше. По истечении трех месяцев вынырнул Гор и ненадолго прилег отдохнуть под тенистым деревом.

Увидел Сет, что Гор обессиленный отдыхает под деревом, тихо подкрался к спящему и вырвал ему оба глаза из глазниц. Вырванные глаза он закопал на горе. Глаза Гора в земле обернулись луковицами и проросли потом цветами лотоса.

Сет затем пришел к Ра и сказал:

— Я вынырнул из моря и не нашел нигде Гора. Он не выдержал испытания и где-то прячется на берегу.

Тогда богиня Хатхор пошла на поиски, и нашла она под деревом ослепленного Гора. Хатхор поймала газель, подоила ее, и, велев Гору открыть незрячие глаза, влила в них свежее молоко, и зрение вернулось Гору, снова стал он здоровым.

Тогда Хатхор привела его к Ра и сказала:

— Вот я привела к тебе Гора. Сет ослепил его, но я вернула ему зрение!

Разгневался Ра на Сета и повелел прекратить вражду.

И крикнул Сет:

— Не будет сана царя Гору, пока ему не прикажут состязаться со мной. Мы построим каменные ладьи и оба поплывем наперегонки. Тому, кто одолеет соперника, будет дан сан Владыки, — да будет он жив, невредим и здрав!

— Я согласен, — отвечал Гор. — Но это состязание будет последним!

Состязание было назначено на следующий день. Сет пошел в горы, отколол дубиной вершину скалы и вытесал из нее громадную ладью. Была она 138 локтей длины.[19]Локоть — древнеегипетская мера длины, около 52,3 см.

А сын Исиды построил себе ладью из кедрового дерева и обмазал ее сверху гипсом. С виду его лодка тоже казалась сделанной из камня.

Наступил день состязания. Соперники уселись каждый в свою лодку и по команде взмахнули веслами. Лодка Гора легко заскользила по воде. Ладья же глупого Сета, едва отчалив от берега, сразу же с бульканьем ушла под воду.

Разъярился Сет, превратился он в гиппопотама и бросился за лодкой Гора.

— Я убью тебя! — хрипел он. — Никогда, никогда не быть тебе царем! Я переверну твою лодку и утоплю тебя!

Боги, наблюдавшие за состязанием с берега, переполошились. Один только Гор не проявлял ни малейших признаков волнения. С невозмутимым лицом он стоял в ладье и поджидал подплывающего Сета. И вот Гор поднял руку, и все увидели у него в руке блестящий медный гарпун.

В ужас пришел гиппопотам-Сет, и глаза его округлились от страха.

— Пощади меня. Гор! — закричал он. — Великий Ра, спаси меня! Я проиграл состязание, я сдаюсь и больше никогда не буду оспаривать у Гора власть!

Но никто на берегу не двинулся с места. Все смотрели на Ра, что скажет он.

— Пощади его, не бросай гарпун, — сказал Ра. — Пощади своего соперника, Гор. Ты — царь Египта! Ликуйте же, боги! — добавил он. — Ликуйте и падите ниц перед новым властелином!

Признал Сет свое поражение и сказал:

— Ты, могучий Гор, достоин быть царем Обеих Земель!

Связал Гор Сета веревками и привел к матери своей Исиде.

— Вот, Исида, враг твой. Исполнилось предсказание, я победил Сета и отомстил за смерть отца. Скажи слово, и я убью его.

Исида посмотрела на связанного Сета, и стало ей его жалко, ведь он ее брат. Не велела Исида убивать Сета и отпустила его с миром.

Узнал об этом Гор и рассердился на Исиду. Возмущенный, он схватил мать и сорвал с ее головы царский венец — недостойна быть царицей та, кто дает пощаду своим врагам. Однако Тот надел на нее вместо венца корону в виде коровьих рогов. С тех пор Исиду часто изображают в головном уборе с коровьими рогами, между которыми Солнечный диск.

Надели на Гора царскую корону и сказали ему боги:

— Ты — великий царь Египта, царь всей земли!

Так Гор одержал окончательную победу в споре и получил трон отца своего Осириса.

Обрадовался Ра, что окончилась тяжба. Сета, чтобы утешить его, взял Ра к себе, посадил рядом и велел ему грохотать с небес, чтобы люди боялись и поклонялись могуществу богов, обитающих на небе.

Все боги были рады, земля ликовала, когда увидели они юного Гора, сына Осириса, царем Египта.

Сын Исиды был последним из богов, царствовавших на земле. Процарствовав много лет, он вознесся на небо, присоединился к свите Ра в его Небесной Ладье и вместе с другими богами стал защищать солнце от демонов и гигантского змея Апопа.

С уходом Гора на небо кончился золотой век. Земная власть перешла к фараонам. И с тех пор каждый фараон Та-Кемет считался «земным воплощением Гора».



К БОГИНЕ[20]Стихи Древнего Египта в переводе Анны Ахматовой. Из книги «Поэзия и проза Древнего Востока» (Библиотека всемирной литературы. Изд. «Художественная литература», М. 1973).

О ты, шагающая так широко,

Сеющая смарагды, малахит и бирюзу, словно звезды,

Когда цветешь ты, цвету и я.

Цвету, подобно живому растению.

К УТРЕННЕМУ СОЛНЦУ

Золотая появляется на судне Солнца,

Ра любит ее.

Дневное судно могуче,

Ра любит ее.

Твоя сила достигает Средиземного моря,

Ра любит ее.

Ра вышел, чтоб узреть красоту ее,

Ра любит ее.

ПЕСНЬ СЕМИ ХАТХОР

Мерные наши удары — для тебя,

Мы пляшем для величества твоего,

До высот неба

Мы воздаем хвалу тебе.

Ведь ты владычица скипетров,

Владычица ожерелья и систра,

Владычица музыки,

Которая звучит для тебя.

Мы воздаем хвалу величеству твоему каждый день,

С вечера до той поры, когда заря встает над землей,

Мы ликуем пред ликом твоим, повелительница Дендера,

Мы чествуем тебя песнопеньями.

Ведь ты владычица ликованья, повелительница пляски,

Ты владычица музыки, повелительница игры на арфе,

Ты владычица хороводов, повелительница плетенья венков,

Ты владычица благовоний, повелительница танцев.

Мы славим величество твое,

Мы воздаем хвалу тебе,

Мы возносим твою славу

Над всеми богами и богинями.

Ведь ты владычица гимнов,

Повелительница книг,

Великая обладательница знаний,

Хозяйка дома писцов.

Мы радуемся величеству твоему каждый день,

Сердце твое ликует, когда внимаешь ты нашим песням,

Мы радуемся, глядя на тебя каждый день, каждый день,

И наши сердца ликуют при виде тебя.

Ты владычица венков, повелительница хороводов,

Владычица беспредельного опьянения,

Мы ликуем перед тобой, мы играем тебе,

И твое сердце радуется тому, что свершаем мы для тебя.

ПЛАЧ ИСИДЫ ПО ОСИРИСУ

Я — женщина, прекрасная для своего мужа,

Жена твоя, Сестра твоя,

Приди ко мне скорее!

Потому что я жажду узреть тебя

После того, как не видела лица твоего.

Тьма вокруг нас, хотя Ра в небесах.

Небо смешалось с землей. Тень легла на землю.

Сердце мое горит от злой разлуки,

Сердце мое горит, потому что стеною отгородился ты от меня,

Хотя не было зла во мне.

Оба наши города разрушены, перепутались дороги.

Я ищу тебя, потому что жажду видеть тебя.

Я в городе, в котором нету защитной стены.

Я тоскую по твоей любви ко мне.

Приходи! Не оставайся там один! Не будь так далек от меня!

Гляди, сын твой Гор гонит Сета к месту казни.

Я спряталась в камышах и спрятала твоего сына,

Чтобы отомстить за тебя.

Потому что так плохо пребывать вдали от тебя

И невыносимо для плоти твоей.

ТРИ ЖЕЛАНИЯ

1

О, торопись к Сестре,

Подобно посланцу,

Вестей которого в нетерпении ждет царь,

Потому что он желает узнать их как можно скорее.

Для него запряжены все упряжки,

Для него приготовлены лошади,

Всюду, где он находится, закладывают для него колесницы,

Он не должен отдыхать в дороге.

Кто достигает дома Сестры,

Сердце того начинает ликовать.

2

Ах, если бы ты примчался ко мне,

Как царский конь,

Выбранный из тысячи упряжек,

Украшение царских конюшен.

Его кормят отборным зерном,

Хозяин узнает его поступь;

Когда он слышит свист хлыста,

Его нельзя удержать.

Лучший возница

Не может обогнать его.

Сердце Сестры знает,

Когда он недалеко от нее.

3

Ах, если бы ты устремился к Сестре,

Подобно газели, мчащейся через пустыню,

Ноги ее устали, тело ослабело,

Всю ее охватил страх.

Охотники гонятся за ней, собаки окружили ее,

Она не видна в облаке пыли,

Место отдыха — только помеха в ее бегстве,

А река стелется дорогой перед ней.

Пусть ты достигнешь ее обиталища

Быстрее, чем твою руку четырежды поцелуют.

Потому что Золотая так велела, друг мой.

ВОСХВАЛЕНИЕ НИЛА

1

Слава тебе, Хапи!

Ты пришел в эту землю,

Явился, чтоб оживить Египет.

Бег его таится, подобно мраку

Среди дня, когда слуги его воздают хвалу ему.

Он орошает поля, созданные Ра,

Чтобы дать жизнь каждой козе;

Он поит и пустыню и сушь,

Ведь это его роса падает с неба;

Он любит землю,

Он правит Непра,

Он дарует процветание ремеслам Пта.

2

Владыка рыб, повелевающий им подниматься к порогам,

Нет птиц, кружащихся над теми,

Кто сеет зерно и сбирает полбу.

Когда же пальцы его пребывают в лени, а ноздри закупорены,

Нищают все люди.

Когда случается так, скудеет небо богов

И гибнут люди целыми народами.

3

Когда случается самое страшное, вся земля в бедствии,

Гибнут и большие и малые.

Но собираются в толпы люди при приближении его.

Когда Хнум сотворил его,

Когда появляется он — и земля ликует,

Всякая тварь радуется,

Каждый позвонок хохочет,

И все зубы обнажаются в смехе.

4

Приносящий пищу, богатый едою,

Творящий прекрасное.

Владыка силы, благоуханный,

Тот, кому радуются,

Кто родит траву стадам,

Кто сердцем помнит о жертвах богу,

Пребывающему под его покровительством,

Где бы ни был он: в преисподней, в небесах или на земле,

Он держит в своей власти Обе Земли,

Он наполняет житницы, и насыпает груды зерна,

И отдает добро беднякам.

5

Одаряющий деревья цветеньем,

Рождающий деревья в изобилье

Для всех, кто желает их видеть.

Строящий суда своей мощью,

Возлагающий на статуи белый венец

Без стараний каменотесов.

Незримый,

Он не держит слуг и сборщиков налогов.

Тайны сути его — непостижимы,

Никто не знает места, откуда он,

И, читая писания, не найти его пещеры.

6

Нет таких житниц, чтоб вместили твои дары,

Никому не надо повелевать твоим сердцем.

Тебе радуются юноши твои и дети твои.

Тебе воздают почести, как царю.

Законы при тебе непоколебимы.

Ты выходишь у Верхнего и у Нижнего Египта.

Каждый пьет очами воду твою.

Всем сердцем стремишься ты умножать прекрасное.

7

Когда о тебе возвещает глашатай,

Радость выходит наружу, каждое сердце веселится.

Крокодилы беременны, у Нейт начинаются роды.

Все твои десять богов Гелиополя — прекрасны.

Всходы на полях подобны излишкам чревоугодия.

Урожай делает людей сильными,

Одного насыщает, другого услаждает,

И нет между ними спора,

Готовящий дары кому-то, кого нет с ним рядом.

Люди ставят ему границы.

8

Все освещающий, выходящий из мрака,

Тучность стад своих,

Мощь, творящая все.

Нет среди живущих никого, кто бы не знал его.

Одаряющий людей, чтобы они выполняли его намерения,

Сердцем обращенный к работе на поле.

И вечером ласкающий свои поля.

Друг Пта,

Трудящийся с ним вместе,

Творец божественных писаний

И всего в Нижнем Египте.

9

Ты входишь с журчащей речью в середину земли,

Желанный, расстающийся с тайной.

Когда ты гневаешься, исчезает рыба,

Тогда ждут люди большой воды,

Тогда богатый подобен бедняку.

Тогда заметен всякий, идущий на поля с орудиями,

И нет друга, оставшегося ради друзей.

Нет тканей, чтобы одеться.

Нет украшений для детей из знатных семей.

Нет никого, ночью слышащего воду.

И нет в речах желанной прохлады.

Все люди умащивают кожу

На радости, что начинается половодье.

10

Утверждающий истину, которой алчут люди,

В изреченье: «Пребывай в готовности до тех пор,

Пока тебе ответят».

Тогда ответит о Ниле Великое Зеленое море.

Знатные следуют за бедняками,

Непра правит живущими,

Ему воздают хвалу боги.

Нет птиц, слетающихся из пустыни.

Руки твои помнят золото,

Когда льют серебро в формы.

Никто не ест лазурит,

Когда созревает зерно.

11

Для тебя звучит арфа,

Тебе рукоплещут.

Юноши твои и дети твои радуются тебе

И достойно воздают тебе, когда наступает урожай.

Когда приносит он ценности,

Земля украшается.

Суда его несут людям прибыль,

Он, дающий жизнь сердцам беременных,

Любящий бесконечные стада свои.

12

Когда вступаешь ты в город,

Торжествует владелец прекрасных вещей,

Бедняк говорит: «О, если бы был у меня лотос!»

Все на земле едино.

Все травы отданы детям его.

Если же вкушающие пищу забывают его

Довольство покидает дома

И земля впадает в бедствие.

13

Когда прибываешь ты, о Хапи,

Тебе приносят жертвы,

Приводят быков на закланье,

Откармливают птиц для тебя,

Ловят для тебя львов в пустыне,

Дарят тебе прекрасные вещи.

И так же, как приносят жертвы Хапи,

Приносят их каждому богу:

Небесные благовония, быки, скот,

Птицы, огонь.

Хапи прорыл пещеры в Фивах,

Но имя его неизвестно в преисподней.

14

Взывают люди к богам

Из страха перед могуществом Владыки всего земного

Моля о процветании для обоих берегов.

Процветай же, процветай же, Хапи.

Процветай же,

Дарами полей

Оживляющий людей и скот.

Процветай же, процветай же, Хапи,

Процветай, процветай, ты, прекрасный дарами.

Доведено до конца благополучно в мире

Трудами писца обоих домов серебра Кагабу.

Читать далее

Отзывы и Комментарии
комментарий