Книга Ох уж, эти детки!

 

Обсудить

Другие произведения автора

Garaf
Garaf
Garaf
ОТ АВТОРА(содержит элементы ритуального проклятья святотатцам).

Итак, я не выдержал. Сорвался. Нарушил клятву, которую повторял… ммм… да, повторял двадцать четыре года, почти каждый раз, когда обдумывал новые и новые сюжет своих книг (которые начал писать класса со второго, беспощадно коверкая нравившиеся мне произведения!). Страшную клятву… Никогда не писать ничего о мире Джона Роналда Руэла Толкиена! НИ! КОГ! ДА!… Все знают, как твёрдо я соблюдал клятву. И в тяжкие, чёрные годы владычества графомана и плагиаторщика Перумова, чьи первые книги я сдуру купил в 95–м. И в ещё более тяжкие, хотя и не чёрные, а галлюцинаторно–розово–голубые годы тошнотного (увы — необходимого по профессии!) чтения опусов про добрых орков и пьяных эльфов (на тему: «Я там был, я всё видел, Профессор ошибался и всё было не так!»). Я держался. Я твёрдо не хотел осквернять страну, которая открылась однажды девятилетнему пацану на крыше сарая, где он, совершенно потрясённый, увидел перед собой мир (позже я узнал — значительно порезанный цензурой…) какого–то Толкиена, о котором я тогда ничего не знал толком, кроме того, что ТАКИХ книг я не читал ещё ни разу. Я принял Средиземье всё, целиком и мгновенно, чем поразил родителей (не нашедших в этой книге ничего интересного… впрочем, папа уже не первый год искал истину на дне стакана, а мама позже книгу всё–таки прочитала…), да и большинство друзей–приятелей (лишь позже, в подростковые годы, мне удалось совратить пару человек на те же тропы, которым и снова и снова отправлялся странствовать я (хорошо, что книги тогда издавали добротно!!!)…) Как же я жалел, что могу читать и перечитывать только ОДНУ часть… Короче, я был верен той клятве, не желая пятнать Средиземье своими следами…… Во всём виноват Пашка. Я повторяю это снова — во всём виноват Пашка, и прошу зафиксировать это для будущих поколений — во всём виноват малолетний (14 лет на момент того разговора) засранец (я не откажусь от своих слов даже под пыткой) Павел Зубков. Это поразительно начитанный и умный (даже по меркам моего детства, когда мальчишки читали в сто раз — без преувеличения — больше… да и умнее были значительно) мальчишка, которому я обязан кропотливой работой по перепечатке некоторых моих книг (и многочисленными опечатками в оных). Интересы Пашки в музыке и литературе до такой степени совпадали с моими, что я, поэкспериментировав, начал давать ему «потоком» всё, что читал и слушал сам……пока не споткнулся на Толкиене. Дж.Р.Р. Великом Профессоре. А ведь я был уверен — уверен! — что книга Пашке понравится!!! И добро бы он просто промолчал. Хотя бы из вежливости. Белобрысый потомок русских, немцев и скандинавов (в его жилах течёт именно эта жуткая смесь), экс–беженец из Казахстана и пр. и др — короче, Павел Зубков не пожелал щадить моих чувств. Правда, конспективно — весной 2008 года, отдавая мне первый том — он сказал просто: «Фиг–ня!» — именно так, раздельно. Я так очумел, что решил, будто ослышался и через какое–то время поинтересовался, нести ли вторую книгу. В ответ на что получил недоумённый взгляд и почти ласковое, как будто обращённое к умалишённому, пояснение: «Олег Николаевич, но это же правда фигня…» Я повторил вопрос с угрозой в голосе: нести или нет?! Павел огрызнулся: «Нет!» На майке у него в тот момент был изображён наш тамбовский символ, и вообще он сам сильно напоминал собирающегося тяпнуть надоедливую руку молодого волка. Я «отпал». Гнев бушевал в моей груди. Мне хотелось сказать то, что я никогда не говорил ни одному из своих подопечных — сакраментальное и очень обидное, но часто употребляемое многими моими коллегами: «Мал ещё рассуждать!» Но я удержался… Я ведь сам вызвал его на этот разговор. Толкиен всё написал не так, потому что не так пишет Пехов. А как пишет Пехов — это и есть правильно. Эльфы, орки, гоблины и вообще. У Пехова — правильно, у Толкиена — нет. Мне захотелось убить Пехова, которого я и раньше–то не любил. Но было уже поздно. Пашка получил сильнейшую дозу антитолкиеновской сыворотки — прочёл русского автора, пишущего фэнтэзи на западные темы. Причём автора совершенно не задумывающегося над категориями добра и зла, а просто гонящего острый сюжет. Смертельное и неотразимое блюдо даже для очень умного мальчишки, вовремя не прочитавшего Профессора. Я был бессилен. Спасать Пашку было поздно. Увы. И я решил отомстить. Совершенно недостойно отомстить четырнадцатилетнему подростку. Я сделал Пашку Зубкова главным героем этой книги. Всю тонкость моей мести вы поймёте позже……Хочу предупредить сразу — эта книга — книга правоверного толкиниста (хотя и не толкинутого). Любителям «смотреть на вещи с ТОЙ стороны» и вообще выискивать сложные объяснения простым вещам она покажется унылой и скучной, как Библия — завзятому атеисту. Те, кто захочет найти тут «новый подход, «оригинальное видение» или — не дай боги! — «революционные концепции» будут жестоко разочарованы. Всё очень традиционно. Во всём. От секса до политики. Увы. Но хочу предупредить так же, что, в отличие от «коренного» мира моя книга по изложению вовсе не эпична. Это не большое полотно величавого старинного гобелена, прекрасного и бесценного, с которым надо обращаться бережно (усердно пашущие толкиеновскую ниву об этом забывают…). Это — картина неореалиста–романтика, где видно, как конь роняет с губ пену, а из–под ногтей руки, сжимающей меч, выступает кровь… И конечно же, эта книга не была бы моей книгой, не стань её главным героем «наш человек там». Такой, какой он есть. Мой любимый «герой с улицы». Книга именно моя — о Добре и Зле, о выборе и страхе, о боли и любви… Ну и немножко всё–таки — см. строчку ниже. Месть! Смерть!! И преисподняя!!! Итак — от начала Третьей Эпохи прошло 1408 лет. У нас же было лето 200… года.

Похожее

"Привидения" древнего замка
"Привидения" древнего замка
"Привидения" древнего замка

Началась эта история в один из майских дней 1945 года. Война уже кончилась, но дивизия ещё какое-то время оставалась на рубежах, занятых в ходе майских боёв. Все солдаты отдыхали. На третьи сутки по окончанию войны, военного корреспондента Михаила Алексеева затребовал к себе редактор и, чтобы чем-то занять слоняющихся без дела солдат, поставил новую задачу: «Срочно написать приключенческую повесть с расчётом на десять номеров газеты. Через два часа первая часть должна быть написана».

О чём должна рассказывать повесть, редактор не уточнял. Но и так было понятно: по одну сторону — немецкий шпион, по другую — советский разведчик. Вот и незамысловатые персонажи будущего произведения. Не пришлось долго думать и над названием: сами собой пришли на ум слова: «По следам… волка». Оставалось лишь сообразить: какого волка? И тут вспомнилось, что все шпионы из популярных на то время детективов имели какую-либо отметину на челе. Почему же и этому шпиону не заиметь отметины? Так появилось, на тот момент, окончательное название шпионского детектива: «По следам Меченого волка».

Во общем, существенная часть дела была сделана, и стоило приступить к первой главе. Но в последнюю минуту писатель вспомнил, что любая приличная приключенческая повесть должна начинаться с пролога. А до этого предстояло назвать имена положительного и негативного героя повести. Аниканов! — словно вспышка озарила Михаила Николаевича, когда он думал о советском разведчике, которому предстоит изловить фашистского лазутчика. Аника-воин… — замечательная ассоциация! Немецкого «меченого волка» автор буквально пригвоздил к позорному столбу, дав ему фамилию Гроссшвайн — большая свинья! Итак, сержант Аниканов и барон фон Гроссшвайн приготовились вступить в поединок. А через час был написан уже и пролог…

# Меня зовут Лис
# Меня зовут Лис
# Меня зовут Лис
Ей двадцать пять, и она давно в бегах. Бежать как молния и быть незаметной, словно тень стало для нее второй натурой. Только так можно выжить. Сложности увеличиваются лавиной, когда в королевстве умер старый король. Между наследниками началась нешуточная борьба за престол, переросшая в гражданскую войну.

Тогда она берет себе имя Лис, туго перетягивает грудь, и вступает в самое сильное воинское подразделение – легион Алой Розы, в качестве простого солдата. Да только какой из нее солдат? Только привычка маскироваться и быть неприметной спасают на первых порах. Но такая ситуация не может продолжаться бесконечно. Набравшись смелости, Лис обращается за помощью к самому суровому воину – командиру Атосу. На удивление, тот соглашается из этого мальчишки, больше схожего с тонкой девушкой, сделать настоящего воина.
©MrsGonzo для LibreBook
Добавить похожее Похожее