Read Manga Mint Manga Dorama TV Libre Book Find Anime Self Manga GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Под угрозой уничтожения мира
Глава 3

Проснувшись на следующее утро и обнаружив себя в ничем не примечательной гостиничной комнате, я испытала недолгое заблуждение, что все случившееся вчера было лишь безумным сном, не имевшим никакого отношения к реальности. Но нет – грязный платок, валявшийся на моем плаще, был самым что ни на есть настоящим. Поддавшись минутному порыву, я схватила тряпицу, так сильно испортившую мне жизнь, и за несколько секунд испепелила ее. Помочь это никак не могло, но зато я ощутила небольшое удовлетворение.

Одевшись, умывшись и причесавшись, я спустилась в общий зал на первом этаже и вместе с завтраком попросила собрать мне с собой каких-нибудь продуктов в дорогу. Постояльцев в трактире было немного, Адриан тоже не показывался, так что мне удалось спокойно поесть и заодно попытаться определиться с дальнейшей линией поведения. Правда, ничего дельного я так и не придумала и решила держаться так же, как и раньше, – спокойно, вежливо, корректно. Ну да, знаю, с корректностью у меня часто возникали проблемы, но ничто не мешало мне попробовать еще раз.

К слову сказать, сегодня я не стала ни надевать платье с передником, ни накладывать иллюзии, а облачилась в любимые штаны и куртку. Раз уж меня с сегодняшнего дня будет прикрывать архивампир, нет смысла переживать из-за маскировки – мы и так будем заметны издалека.

Адриан постучался в мою комнату, когда я уже надевала перевязь с сардами. Мы молча вышли на улицу, причем меня не покидало стойкое ощущение того, что меня ведут под конвоем. Во дворе увидела, что Адриан заранее подготовится к путешествию со мной, поскольку перенесся через портал в Селендрию верхом, как два года назад в Госфорд. Мальчишка-конюх помог мне закрепить чересседельные сумки с вещами, за что получил две медные монеты. Затем я вскочила в седло, и мы с архивампиром направились к городским воротам.

По городским улицам, а затем и по широкому тракту, начинавшемуся за стенами, мы ехали в глубоком молчании, пока город не остался далеко позади. Я внимательно изучала дорогу перед собой, хотя в ней не было решительно ничего интересного, и старательно не смотрела в сторону Адриана, который ехал сбоку. Тишина была гнетущей и не могла продолжаться вечно, ведь наш вчерашний разговор явно остался неоконченным. Адриан нарушил молчание первым, когда мы пересекли по мосту небольшую реку. Тот был узким, двое всадников одновременно там бы не проехали, и я выдвинулась вперед, продемонстрировав архивампиру спину с перевязью.

– И все-таки кто учил тебя обращению с сардами? – спросил он, когда река осталась позади и мы снова поравнялись.

Хорошо помня о том, что Люций оказался в Валенсии не по собственной воле, а именно по той причине, что не поделил что-то с архивампиром, я только нахмурилась.

– Не могу сказать.

– Ну хорошо, – внезапно не стал он настаивать. – Тогда как тебе удалось нейтрализовать действие «Кары Снотры»? Опять какие-нибудь особенности магии Этари?

Я открыла было рот и снова закрыла. Воспоминания о разговоре с богиней смерти и ее странных словах о том, что мне еще рано умирать, завертелись у меня в голове с такой четкостью, словно это было вчера. Момент, чтобы ответить положительно, был упущен, а я внезапно подумала, что Хель явно не хотела ставить вампиров в известность о своих планах – в противном случае не было бы таких сложностей с моим воскрешением и продолжением шпионских игр. В горле внезапно пересохло, и я повторно выдавила:

– Не могу сказать.

– Опасаешься, что я могу провести этот ритуал снова? – насмешливо осведомился Адриан, и я уловила в его тоне нотки недовольства.

– Нет, ваше величество, – говорить было по-прежнему физически тяжело, как будто язык отнялся. – Я правда не могу об этом говорить.

Должно быть, он услышал что-то странное в моем голосе, потому что взглянул на меня повнимательнее и не стал развивать эту тему, а я на самом деле ощутила, как пропадает непонятное онемение с языка. Что это было? Неужели Хель наложила на меня какое-то заклинание молчания, чтобы я никому не могла рассказать о случившемся?

А Адриан и впрямь удивительно спокоен. Почему? Два года назад той ненавистью, которую он испытывал к Этари вообще и ко мне в частности, можно было сжигать деревни. Сейчас же – я осторожно взглянула в его сторону – он выглядел замкнутым, но никак не озлобленным. Как так получилось?

– Хочешь что-то спросить? – Мое пристальное внимание от него не укрылось. Что ж, раз уж так вышло, что мы играем в открытую…

– Что изменилось? – прямо спросила я. – Два года назад вы были готовы отказаться от захваченных территорий только для того, чтобы лично вырвать мне сердце. Когда три недели назад в Оранморе я при вас упомянула принцессу Корделию, вы начали злиться, хоть уже давно считали меня покойницей. Но сейчас вы не похожи на того, кто ненавидит, однако знаете, что я притворялась другим человеком и открыто лгала вам. Почему?

Адриан усмехнулся, но не хищно, а с какой-то горечью.

– Теперь мне кажется, что я уже давно был готов к тому, чем все обернется. С каждой нашей встречей в общую картину добавлялись новые детали, но мне все не хватало времени и внимания, чтобы объединить их в одно целое. И прочитав твое письмо, я только получил подтверждение своим догадкам, ведь все было одно к одному: валенсийка, дворянка, которая явно привыкла к тому, что ее приказы исполняются. Полукровка с меткой воскресившего ее вампира. Отсутствие какого-либо страха передо мной. Сочувствие к принцессе Корделии. Изменение ауры – во время нашей встречи в Госфорде она была ничем не примечательной, а в Оранморе – аурой сильного темного мага. Ну и, наконец, олльфары, демон их подери…

Я нервно дернула уголком рта, вспомнив тот вечер в Атламли, а Адриан вдруг добавил:

– Однако, насколько я помню, в Валенсии на месте побоища все же обнаружили твой труп, не считая еще двух десятков тел. Кто это был?

Горло внезапно сдавил сухой спазм, и я крепче вцепилась в поводья, уставившись на гриву Скарлетт.

– Служанка из замка. – Мой голос звучал глухо, острое сожаление словно свернулось в тугой ком и мешало словам вылетать изо рта. – Я с самого начала знала, что отправляю этих людей на смерть, и тем не менее пошла на это. Когда меня заключили под стражу, у меня было достаточно времени, чтобы подготовиться. Я спланировала все так, чтобы мы взяли ту девицу с собой. Всем известно, что после встречи с олльфаром уцелеть невозможно. У капитана стражи был ключ от антимагических кандалов. Он освободил меня, надеясь, что я спасу их. Я этого не сделала. Все поверили, что тот женский труп – это я.

Фразы получались рублеными, слегка бессвязными, но я была не в состоянии поражать собеседника потоком красноречия. Боги, я и не думала, что это будет так тяжело, ведь я впервые говорила об этом вслух! Мне казалось, что я уже давно смирилась с происшедшим, но стоило разворошить эти воспоминания, как сразу на душе стало так же погано, как и два года назад. Адриан еще подлил масла в огонь, заметив:

– Смелое решение.

– Ох, замолчите! – вскинулась я. Мгновенная вспышка ярости заглушила все прочие мысли, и мой голос теперь напоминал злое шипение. – Что бы вы вообще понимали! Это не вы отдали свою жизнь за то, чтобы спасти родную страну. Не вас за это арестовали и собрались вручить в качестве трофея вашему главному врагу, чтобы только задобрить его, не от вас отвернулись те немногие, кого вы любили и уважали, и не вас лишили титула и изгнали, чтобы как-то оправдать этот поступок в глазах соседей!

Выплюнув гневную тираду, я глубоко вдохнула, пытаясь унять трясущиеся руки. Ну и к чему была эта прочувствованная речь? Показала, какая ты бедная, несчастная и обиженная миром? Или ты думаешь, что архивампира хоть сколько-нибудь беспокоят твои личные переживания из-за всего, что случилось тогда?

– Будешь мстить? – совершенно серьезно спросил архивампир. На его лице не было ни насмешки, ни иронии.

На секунду я даже задалась вопросом, с чего вообще так разошлась – злость пропала так же быстро, как и возникла, оставив после себя ощущение громадной опустошенности.

– Кому? Вам? – устало осведомилась я. – В своем письме я говорила, что больше не чувствую по отношению к вам ненависти, и я не врала. А мои близкие… Что с них взять? Это политика. – Я усмехнулась, вспомнив подслушанные в Бларни слова отца. – Я должна понимать, что у короля не было другого выхода.

– Должна понимать? – переспросил Адриан. – А на самом деле?

– А на самом деле я этого не понимаю, – отозвалась я и, пришпорив лошадь, выехала вперед.

Дальше мы ехали в молчании, обдумывая все услышанное. Пару раз останавливались на привалы, а пообедали мы в небольшой рощице, где было много поваленных деревьев. Говорили мало и то лишь о том, что касалось каких-то технических мелочей, вроде того где остановиться, чтобы передохнуть, или где напоить лошадей.

Ночевать нам предстояло в походных условиях, по пути никаких городов и деревень поблизости не было. Защитное поле, которое Адриан установил вокруг выбранной полянки, было гораздо мощнее того, которое умела ставить я, и потому чувствовала я себя спокойно. По моему настоянию мы остановились на ночлег недалеко от озера, и после ужина я отправилась туда искупаться и вымыть голову, а заодно немного побыть одной. Нет, с чисто бытовой точки зрения спутником Адриан был совершенно необременительным, но сегодняшний день дался мне нелегко.

Впрочем, вместе мы уже путешествовали, и в ночевке у костра уже давно не было ничего нового, так что заснула я быстро.


Покрасневшее лицо кудрявой эльфийки, в котором не осталось ничего красивого или благородного, кривилось в мученической гримасе, скрюченные пальцы напоминали лапы хищной птицы. Женщина бессильно привалилась к стене, в то время как ее младший сын лежал на земляном полу в шаге от нее и, хрипя, от удушья до крови расцарапывал себе горло. Лучины еле горели, сжигая последние капли кислорода, но я испытала малодушную радость от того, что света почти нет и я не могу видеть больше деталей этой жуткой картины. Несмотря на то что я была лишь наблюдателем, я буквально физически ощущала нехватку воздуха, эту безнадежность и панику, в которых можно было захлебнуться, и сама начала тяжело дышать, почувствовав удушье. Нет, нет, нет! Я не хочу этого, выпустите меня! Это все иллюзия, сон, это было сто лет назад!

Кто-то встряхнул меня за плечи, но видение не желало отпускать. Пытаясь вдохнуть, я только хватала ртом воздух, которого не было, удушливый смрад словно наполнил меня целиком и поглотил, грудь горела. Казалось, что я тону в каком-то вязком киселе, из которого уже не выбраться, и силы бороться стремительно заканчивались.

– Корделия, проснись! Это просто кошмар!

Смутно знакомый голос донесся до меня как сквозь затычки в ушах и звучал неясно, но зато я поняла, что из той бездны есть выход. В попытке выбраться я рванулась вперед, и внезапно меня затопили новые ощущения и звуки – ночной ветерок, шелест листьев, неровность елового лапника, на котором я лежала. Воздух внезапно вернул себе свою текучесть и разом заполнил мои легкие, так что я зашлась в припадке кашля. Кто-то продолжал удерживать меня за плечи, и, распахнув глаза, я начала вертеть головой по сторонам, убеждаясь, что все в порядке и подземная тюрьма мне только приснилась. Рядом я увидела Адриана, которого, похоже, разбудили мои либо крики, либо стоны, он и привел меня в чувство. Адриан выглядел встревоженным, и, увидев это непривычное выражение на его лице, я вспомнила о еще одной важной детали и в очередном приступе паники торопливо отвернулась в сторону.

– Нет, не смотри на меня, – голос звучал хрипло, и я еще раз закашлялась, чтобы прочистить горло, – тебе это неприятно, я знаю. Сейчас это пройдет.

Глаза-то у меня после кошмаров всегда светятся как темно-алые фонари, если таковые вообще бывают, и в темноте мной смело можно пугать слабонервных людей. Адриан к таким не относился, но какую реакцию вызывали у него красные глаза Этари, я помнила хорошо, так что надо было скорее взять себя в руки, чтобы вернуть им обычный цвет.

– Посмотри на меня, – ровным голосом сказал Адриан за моей спиной и мягко, но настойчиво дотронулся одной рукой до моего лица, вынуждая повернуться к нему. Я неохотно подчинилась и взглянула ему в лицо, с трудом удержавшись от соблазна зажмуриться, ибо знала, что красный огонь потухнет только тогда, когда я успокоюсь, а мне до этого еще было далеко.

Адриан внезапно приблизился вплотную ко мне, и одну руку он по-прежнему держал на моем плече, а второй все еще касался моего лица. Ненависти, отвращения или гнева, которых я так боялась, не было, он смотрел на меня с той же тревогой, которая удивила меня несколько минут назад.

– Что-то будет, – выдохнула я, вспомнив о подоплеке этих снов. – Завтра стоит опасаться чего-то плохого. Нападения или чего-нибудь в этом духе.

Он удивленно моргнул.

– С чего ты взяла?

– Эти сны, – я неопределенно помахала рукой в воздухе, – они никогда не бывают просто так. Это как предупреждение, что что-то должно произойти, причем всегда опасное. Наверное, это одна из особенностей Этари.

– И часто ты их видишь? – хмуро спросил Адриан. Я почувствовала, что он верит мне.

– Не очень. За прошедшие два года – три или четыре раза. Но каждый раз картина настолько яркая, что мне кажется, будто я не просто свидетельница, а участница происходящего! – Слова вырывались сами собой, выпуская с собой те страх и боль, что я чувствовала во сне. – Каждый раз я вижу, как они задыхаются в этой дыре, ничего не могу сделать и сама начинаю испытывать то же самое!

– Кого ты видишь?

Я зябко передернула плечами, хотя ночь выдалась теплой, да и костер еще не догорел до конца.

– Этель Этари и ее сына. Не знаю, как его зовут. После смерти Арлиона их двоих схватили и казнили. Похоронили заживо. Это тоже магия Этари, доставшаяся от предков…

– Общая память, я знаю, – кивнул Адриан. – Ты видишь воспоминания сына Арлиона.

– Да. Нам завтра стоит быть осторожнее. Может, это будет как раз то, о чем ты говорил.

Я уже во второй раз обратилась к архивампиру на «ты», но он снова не обратил на это внимания, обдумывая мои слова. Я молчала и постепенно приходила в себя. Поднеся через несколько минут руку к глазам, я убедилась, что красные отблески на нее не падают. Адриан тем временем осторожно обнял меня и сказал:

– Тебе нужно отдохнуть.

Я хотела возразить, но не успела – знакомое снотворное плетение, которое я не раз использовала сама, коснулось меня прежде, чем я успела отреагировать. Глаза закрылись сами собой, и я погрузилась в спокойный безмятежный сон.

Когда я проснулась наутро, Адриан уже поднялся. Под действием заклинания я проспала крепко весь остаток ночи и чувствовала себя отдохнувшей. О кошмаре ничто не напоминало.

Позавтракав, мы тронулись дальше. К ночному разговору не возвращались, но, хотя Адриан и выглядел спокойным, мне казалось, что он все время ожидал нападения. Я сама чувствовала себя неуютно, однако с той нервозностью, которая была в академии перед нападением умертвий Танатоса, не было никакого сравнения – что ни говори, а присутствие архивампира здорово успокаивало.

Все-таки приятно иногда чувствовать себя «дамой, попавшей в беду», и знать, что у тебя есть защитник. Пусть даже временный, действующий исключительно в собственных интересах и о чьих истинных намерениях остается только догадываться.

Магия Этари не подвела, и фигуры в плащах окружили нас во время одного из привалов. Мы как раз собирались трогаться дальше, когда неподалеку ощутился магический всплеск, который возникает после открытия портала, а затем из-за деревьев показалась группа магов в балахонах, закрывавших лица. Хотя нет, магом там был лишь один – предводитель, единственный, у кого капюшон не был надвинут на лицо. В нем я неожиданно узнала того самого некроманта, которого видела в Атламли в компании Танатоса. Проклятье, выходит, Адриан был прав – Арлиону и в самом деле нужна я!

Маг это подтвердил, когда в немом изумлении вытаращился на архивампира, явно не ожидая здесь встретиться с ним, а затем на его лице промелькнула неуверенность. Значит, изначальной целью все-таки была именно я. Впрочем, магистр быстро справился с собой, и удивление сменилось выражением отчаянной решимости.

Махнув рукой, он приказал своим сопровождающим заняться Адрианом, а сам целенаправленно двинулся в мою сторону. Преимущества такой тактики я поняла сразу же: некромант возглавлял группу не просто воинов, а той самой нежити, которую они все так любят использовать. Адриан молниеносно выхватил из-за спины сарды и встретил толпу вооруженных умертвий шквалом ударов и выпадов, так что разглядеть отдельные движения стало невозможно, а мне теперь предстояло иметь дело с магом-магистром, который и в прошлый раз победил бы меня, если бы не своевременное вмешательство олльфаров.

– Ваше высочество, – вежливо обратился он ко мне, не спеша нападать. Говорить ему приходилось на повышенных тонах из-за лязга оружия неподалеку. – Я предлагаю вам пойти со мной. Вам не причинят никакого вреда.

– Только через мой труп, – прошипела я, прикидывая шансы на победу. Демон, насколько я могла судить, именно этим все и закончится.

– Как пожелаете. – Он искривил губы в неприятной улыбке. – Мне было приказано только не убивать вас, а наши целители в случае чего вас подлатают.

Мы обменялись несколькими боевыми заклинаниями средней сложности, которые были моим потолком, в то время как маг явно просто развлекался. Швыряя плетения, мы кружили по поляне, отбивая удары друг друга, и долго продолжаться это не могло. Адриан был слишком занят – число зомби успешно сокращалось, но до того, чтобы уложить их всех, еще явно требовалось время.

Некроманту первому надоел такой стиль боя, и он решил сократить дистанцию. Метнул в меня какое-то незнакомое плетение, которое я не успевала отбить, и потому рухнула на землю, пропуская его над головой, а маг в это время стремительно приблизился ко мне, одновременно формируя что-то новое, судя по мерзкой ухмылочке, – особенно неприятное, – и запустил его в мою сторону, стоя буквально в метре от меня, а затем знакомым движением вытащил из-за ворота камешек с запечатанным порталом и активировал его.

Что произошло в следующий момент, я так и не поняла. В ту секунду, когда плетению оставалось долететь сантиметров двадцать, вокруг меня вспыхнула пленка защитного барьера. Почему-то она была темной, чего я никогда раньше не видела, так что весь мир вокруг внезапно стал на несколько оттенков темнее. Влетев в это поле, плетение не просто развеялось, нет, оно взорвалось с такой силой, что стоявшего рядом некроманта отшвырнуло на десяток метров в сторону, и я успела лишь увидеть безграничное удивление на его лице до того момента, как он исчез. Что-то подобное произошло полтора года назад в Госфорде, когда мы сорвали Раннулфу ритуал, только тогда столкнулись два плетения, а то, что окружало сейчас меня, было магическим щитом. Причем определенно не моим – подобное я видела впервые в жизни. Краем глаза заметила, как рассеивается открытый рядом портал, а, взглянув на структуру окружавшего меня магического поля магическим зрением, я поперхнулась – щит не был цельным, как я привыкла ставить, он словно был соткан из тьмы, которая тонким слоем клубилась вокруг меня.

Так, понятно, вопросов больше нет. Единственный, кто мог создать такую штуку, – это…

Однако, взглянув в сторону Адриана, я недоуменно нахмурилась. Архивампир расправлялся с последними двумя зомби и явно не был в состоянии заниматься одновременно еще и моей защитой. Будто в подтверждение этой мысли тьма вокруг меня развеялась, вернув миру привычные краски, в то время как Адриан продолжал сражаться не отвлекаясь. Тогда что это было? Я подобное в жизни бы не создала, архивампир слишком занят, тогда кто?

Добив последнее умертвие, Адриан, не убирая оружия, направился в мою сторону.

– Ты цела?

– Д-да, – неуверенно отозвалась я и указала пальцем на лежавшего в стороне некроманта. – Его здорово шарахнуло… не знаю чем.

Архивампир подошел поближе, взглянул, а затем наклонился и обыскал.

– М-да, допрашивать его уже поздно, – с неудовольствием протянул он. – И порталов при нем никаких. Как он намеревался вернуться к остальным?

– Он что, умер? – вскинулась я, а затем, сообразив, что вопрос был глупый, сообщила: – У него был портал. Он его открыл, но не успел воспользоваться. А если воскресить его?..

– Не выйдет. – На лице архивампира отразилось отвращение. – На нем провели ритуал, после которого вернуть человека к жизни невозможно. Арлион любил использовать этот трюк…

Я сделала попытку приблизиться, но Адриан меня перехватил.

– Не надо. После взрыва он выглядит… не очень. – Я послушно остановилась, разом потеряв желание лично удостовериться, а архивампир хмуро добавил: – Не рассчитал. Не думал, что отдача будет настолько мощной.

Я изумленно вытаращилась на него.

– Так это сделал ты?! – Подумав полсекунды, я торопливо поправилась: – Вы?

– Говори уж «ты», раз начала. – Адриан наклонился и принялся вытирать о траву клинки. – Да, я.

– Но как? Ты же был занят умертвиями!

Адриан убрал сарды в ножны и обернулся ко мне.

– Именно сейчас я этого не делал. Просто некоторое время назад я привязал к твоей ауре щит, чтобы какой-нибудь маг случайно тебя не убил. Как раз для подобного случая – когда возникает непосредственная опасность, он активируется и исчезает, когда угроза пропадает.

Я несколько раз вдохнула и выдохнула, не веря собственным ушам, и, в соответствии с женской логикой – самой логичной из всех известных логик – напрочь позабыла о нападении и его причинах. Он все еще считает нужным защищать меня?

– То есть ты создал для меня эту защиту уже после того, как узнал, кто я?

– Нет, – Адриан неожиданно улыбнулся, – я создал ее, когда зашел к тебе в Оранморе попрощаться. Подумал, что, раз ты твердо намерена заняться своими планами, защита тебе не помешает.

Так он сделал ее еще две недели назад? Да, я прекрасно помню наше прощание и наш разговор, но я даже не почувствовала никакого магического вмешательства!

– И ты оставил ее даже после того, как прочел мое письмо?

– Да.

Я шумно выдохнула, а Адриан хмуро сказал:

– Давай лучше отправляться. Скоро начнет вечереть, а до ближайшего города еще несколько часов ехать.

Читать далее

Фрагмент для ознакомления предоставлен магазином LitRes.ru Купить полную версию
Отзывы и Комментарии
комментарий

Комментарии

Добавить комментарий