3. Драгоценные шалости Ханны

Онлайн чтение книги Милые обманщицы Pretty Little Liars
3. Драгоценные шалости Ханны

– И, похоже, они занимались сексом в спальне родителей Бетани!

Ханна Марин уставилась через стол на свою лучшую подругу, Мону Вондервол. До начала занятий в школе оставалось два дня, и они сидели во французском открытом кафе «Рив Гош» в молле «Кинг Джеймс», попивали красное вино, сравнивали журналы «Вог» и «Тин Вог», сплетничали. Мона была любительницей обливать людей грязью. Ханна глотнула вина и заметила мужчину лет сорока, который пожирал их плотоядным взглядом. Тоже мне, местный Гумберт Гумберт [21]Герой романа В. Набокова «Лолита»., подумала Ханна, но промолчала. Мона все равно не поняла бы этой литературной отсылки, но то, что Ханна была самой популярной девчонкой в школе, отнюдь не означало, что она не заглядывала в рекомендуемый список книг для чтения на лето, особенно когда валялась у своего бассейна, маясь от безделья. К тому же «Лолита» давно манила ее своей восхитительной непристойностью.

Мона обернулась посмотреть, на кого это пялится Ханна. Ее губы дернулись в озорной усмешке.

– Надо бы вогнать его в краску.

– На счет три? – Янтарные глаза Ханны расширились.

Мона кивнула. На счет «три» девушки медленно подняли подолы своих и без того неприлично коротких мини, показывая трусики. У Гумберта глаза едва не выкатились из орбит, он опрокинул свой бокал с «пино нуар» на брюки цвета хаки, заливая пах.

– Проклятие! – вскричал он и метнулся в сторону туалетной комнаты.

– Отлично, – сказала Мона. Они бросили салфетки в тарелки с несъеденными салатами, собираясь уходить.

Они подружились летом, между восьмым и девятым классами, когда обе провалились на отборе в новую команду чирлидеров роузвудской школы. Поклявшись пройти конкурс на следующий год, они решили сбросить тонны веса, чтобы стать изящными задорными девчонками, которых ребята подбрасывают в воздух. Но, как только они отощали до модельных параметров и оценили свои перспективы, чирлидинг был объявлен отстоем, а чирлидеры – лузерами, так что попыток пробраться в команду они больше не предпринимали.

С тех пор Ханна и Мона делились друг с другом всем – ну или почти всем. Ханна так и не рассказала Моне, как ей удалось так быстро похудеть – говорить об этом было не совсем удобно. Да, «голодная» диета казалась сексуальной и достойной восхищения, но когда ты наедаешься до отвала жирной, масляной, сдобренной сыром всякой всячины, чтобы потом сблевать все это в унитаз, тут уж никаким гламуром не пахнет. Впрочем, Ханна давно избавилась от этой дурной привычки, так что теперь о ней можно было и не вспоминать.

– Знаешь, у этого парня встал, – прошептала Мона, собирая со стола журналы. – Что подумает Шон?

– Посмеется, – ответила Ханна.

– Хм, я так не думаю.

Ханна пожала плечами:

– Может быть, ты и права.

Мона фыркнула:

– Да уж, заголяться перед незнакомыми мужиками – это как-то не вяжется с обетом целомудрия.

Ханна оглядела свои фиолетовые туфли на высокой танкетке от «Майкл Корс». Обет целомудрия. Невероятно популярный, самый сексуальный бойфренд Ханны, Шон Эккард – парень, по которому она сходила с ума с седьмого класса, – в последнее время вел себя немного странно. Его не зря называли Мистером Бойскаутом всей Америки – он работал волонтером в доме престарелых, разносил индейку бездомным в День благодарения, – но вчера вечером, когда Ханна, Шон, Мона и прочая мелкота тусовались в горячей кедровой ванне у Джима Фрида, тайком потягивая пивко, Шон задрал свою бойскаутскую планку еще выше. Он объявил, даже с оттенком гордости, что дал обет целомудрия, поклявшись не заниматься сексом до брака. Все, включая Ханну, онемели от такого заявления.

– Это он не всерьез, – уверенно сказала Ханна. Да разве могло быть иначе? Какая-то детская клятва; Ханна рассудила, что это просто модный тренд, вроде браслетов Лэнса Армстронга[22]Очень модный и популярный браслет среди фанатов велосипеда. Лэнс Армстронг (1971) – легендарный американский профессиональный велогонщик. или йогалатеса[23]Направление спортивной тренировки, которое сочетает в себе элементы пилатеса и йоги..

– Ты думаешь? – ухмыльнулась Мона, откидывая с глаз длинную челку. – Посмотрим, что будет на вечеринке у Ноэля в следующую пятницу.

Ханна стиснула зубы. Мона как будто смеялась над ней.

– Я хочу пройтись по магазинам, – сказала она, вставая из-за стола.

– Как насчет «Тиффани»? – спросила Мона.

– Отличная идея.

* * *

Они прогуливались по недавно открытой роскошной галерее молла «Кинг Джеймс», где разместились бутики «Барберри», «Тиффани», «Гуччи», «Коуч»; где пахло новейшим ароматом духов от «Майкл Корс»; и где уже толпились маленькие модницы, собирающиеся в школу, со своими элегантными мамашами. Несколько недель назад, когда Ханна бродила здесь одна, она заметила свою давнюю подругу Спенсер Хастингс, которая проскользнула в новый бутик «Кейт Спейд», и вспомнила, как та выписывала себе целую коллекцию нейлоновых сумок этой марки из Нью-Йорка.

Ханне и самой стало смешно, что она помнит такие подробности о бывшей подруге. И, наблюдая за тем, как Спенсер внимательно разглядывает кожаные багажные сумки от «Кейт Спейд», Ханна вдруг поймала себя на мысли, не думает ли сейчас Спенсер о том же, о чем думает она: что это новое крыло молла непременно пришлось бы по вкусу Эли ДиЛаурентис. Ханна часто задумывалась о том, как много всего интересного пропустила Эли – прошлогодний костер перед началом учебного года, караоке-вечеринку в особняке Лорен Райан по случаю ее шестнадцатилетия, возвращение моды на обувь с круглым мысом, кожаные чехлы для «айпод нано» от «Шанель»… да и сам «айпод нано». Но самое главное, что пропустила Эли? Разумеется, преображение Ханны – и это такая досада. Порой, когда Ханна крутилась перед зеркалом в полный рост, она представляла себе, что рядом сидит Эли, привычно критикуя ее наряды. Столько лет Ханна потратила впустую, прозябая пышкой и лузером, вечно заискивая перед другими, но теперь все круто изменилось.

Они с Моной зашли в бутик «Тиффани» – весь из стекла и хрома, залитый белым светом, в котором еще ярче сверкали безупречные бриллианты. Мона прошлась вдоль витрин и, вскинув брови, посмотрела на Ханну.

– Может быть, ожерелье?

– Как насчет браслета с шармами? – шепнула Ханна.

– Точно.

Они подошли к витрине и уставились на серебряный браслет с подвеской в форме сердечка.

– Какая красота, – с придыханием произнесла Мона.

– Заинтересовались? – спросила элегантная пожилая продавщица.

– О, даже не знаю, – сказала Ханна.

– Он вам пойдет. – Женщина отперла витрину и полезла за браслетом. – Эта модель во всех журналах.

Ханна локтем подтолкнула Мону.

– Давай, ты примеришь.

Мона застегнула браслет на запястье.

– Очень красиво. – Тут продавщица отвернулась к другой клиентке. В следующее мгновение Мона стянула браслет с запястья, и он упал прямо в ее карман. Вот и весь фокус.

Ханна надула губки и остановила другую продавщицу, медовую блондинку с коралловой помадой.

– Могу я примерить вон тот браслет с круглым шармом?

– Конечно! – Девушка открыла витрину. – Я и сама ношу такой же.

– Может, еще и сережки к нему покажете? – Ханна ткнула в них пальцем.

– Конечно.

Мона тем временем переместилась к бриллиантам. Ханна держала в руках серьги и браслет. Вместе они стоили триста пятьдесят долларов. Вдруг, откуда ни возьмись, налетела шумная компания японок, которые облепили витрину, показывая на другой браслет с круглым шармом. Ханна незаметно оглядела потолок и двери, проверяя наличие камер видеонаблюдения и детекторов.

– О, Ханна, иди, посмотри на «Люциду»![24]Знаменитое кольцо для помолвки от «Тиффани» с бриллиантом уникальной огранки «Люцида», названным в честь самой яркой звезды. – окликнула ее Мона.

Ханна замерла. Время как будто замедлилось. Она надела браслет на запястье и затолкала его под рукав. Серьги она запихнула в свой кошелек от «Луи Виттон» с монограммой и вишенками. Сердце бешено колотилось. Это был самый волнующий момент аферы: предвкушение. В ней просыпалось живое и пьянящее чувство.

Мона, уже с бриллиантовым кольцом на пальце, помахала ей рукой.

– Правда, здорово смотрится?

– Пошли. – Ханна схватила ее за руку. – Заглянем в «Коуч».

– Ты не хочешь ничего примерить? – надулась Мона. Она всегда начинала тормозить, зная, что Ханна уже сделала дело.

– Нет, – сказала Ханна. – Цены кусаются. – Она чувствовала, как нежно впивается в кожу серебряная цепочка на ее руке. Нужно было выбираться отсюда, пока японки еще суетились у прилавка. Продавщица даже не оглянулась в ее сторону.

– Ну ладно, – театрально вздохнула Мона. Она протянула кольцо продавщице, взявшись за камень, чего нельзя было делать – это даже Ханна знала. – Слишком мелкие бриллианты, – сказала она. – Извините.

– У нас есть и другие, – взялась уговаривать ее продавщица.

– Пойдем, – сказала Ханна, хватая Мону за руку.

Ее сердце готово было выпрыгнуть из груди, пока они шли через торговый зал к выходу. Подвески звякнули на запястье, и она потянула рукав вниз. Ханна была профи в этом деле – начинала с развесных конфет в гастрономе «Вава», потом перешла к компакт-дискам из магазина «Тауэр» и детским футболкам от «Ральф Лорен» – и с каждым разом чувствовала себя все более уверенной и смелой. Она закрыла глаза и переступила порог, внутренне съеживаясь в ожидании рева сирены.

Но сигнализация не сработала. Они спокойно вышли из магазина.

Мона сжала ее руку.

– Ты тоже прихватила?

– Конечно. – Ханна похвасталась браслетом на запястье. – И вот еще. – Она открыла кошелек и показала Моне серьги.

– Черт. – Мона округлила глаза.

Ханна улыбнулась. Иногда так приятно заткнуть за пояс лучшую подругу. Чтобы не сглазить удачу, она прибавила шагу, быстро удаляясь от «Тиффани» и прислушиваясь, не бежит ли кто за ними. Но слышен был лишь шум фонтана, и фоном звучала приглушенная запись песни Бритни Спирс «Упс! Я снова это сделала».

О да, это про меня, – подумала Ханна.


Читать далее

Фрагмент для ознакомления предоставлен магазином LitRes.ru Купить полную версию
3. Драгоценные шалости Ханны

Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления

закрыть