– Ну?! – Мужчина смотрел на меня в упор нереально-изумрудными глазами.
Находился сей индивидуум так близко ко мне, что мы едва не соприкасались носами. И как мне удалось не заорать и не отшатнуться – тайна, покрытая мраком.
Ну, положим, орать мне ой как нежелательно, а то разбужу кое-кого. И потом этот кое-кто мной пообедает. А отшатнуться… Сложно реализовать такое, если висишь, прилипнув к центру паутины. Причем не просто висишь, а вверх тормашками.
– Али-и-иса, – дурашливо протянул мой мучитель и удрученно качнул головой, отчего его огненно-рыжие волосы на миг показались мне язычками пламени. – Это же так просто! Включи свою хорошенькую головку и подумай, – сказал он и нараспев проговорил несколько фраз, которые я уже успела возненавидеть до глубины души: – Когда ты пристально смотришь, ты его не видишь. Если ты видишь его, то не можешь больше видеть ничего. Иногда он говорит правду, но чаще ложь. Он может заставить тебя гулять, даже если ты этого не хочешь. Его видят все люди, но не все помнят.
И уставился на меня с таким выражением лица, будто ответ на его дурацкую загадку известен даже самому последнему идиоту.
– Да не знаю я! – прошипела я, дернувшись на паутине. – Не знаю!
– Опять ты начинаешь. – Уголки губ этого полностью обезбашенного мужчины печально опустились, и он нежно провел когтистым пальцем по моему лицу. – Не хочешь думать… Может, я тебя отвлекаю? Наверное, стоит тебя оставить…
Легко перевернувшись в пустоте, он повис вниз головой, многообещающе мне улыбнулся и пропел:
– Два часа, Алиса, у тебя осталось два часа!
И исчез.
А вместе с ним пропал и единственный островок света в этой странной пустоте.
Никогда не боялась темноты, но эта тьма… Мне чудилось шуршание и казалось, будто кто-то плотоядно смотрит на меня. А может, так оно и было, кто его знает? Ведь во всех легендах Сфинкс обязательно съедает того, кто не ответит правильно на его заумный вопрос.
А вообще дурацкая получилась история. Дурацкая, печальная, но поучительная.
У меня были жуткие проблемы с дипломом в универе. Вероятность того, что я позорно завалю защиту, стремилась к единице. Да, я сама была в этом виновата: надо на лекции ходить, а не с подружками гулять. И то, что я даже близко не была технарем и, если бы не отец, на пушечный выстрел не подошла бы к политеху, – меня не оправдывало. Высшее образование надо получить, и точка (раз уж кое-как доплелась до пятого курса)… Но вот все было против меня: мало того что я совершенно не понимала, с какой стороны подступиться к теме, так успела еще насмерть разругаться со своим руководителем по диплому. И сие тоже как бы намекало на исход этого безнадежного мероприятия.
Ну вот я и притащилась в библиотеку в надежде найти в архиве что-нибудь похожее на мою идиотскую тему. И застала там какой-то литературный кружок.
Сухонькая старушка лет семидесяти, с добрым морщинистым лицом и абсолютно седыми волосами, забранными в аккуратный пучок, бойко рассказывала группе, судя по всему первокурсников, какую-то историю. Почему я остановилась послушать – сама не знаю.
А вещала бабушка божий одуванчик вариацию легенды о Сфинксе. Дескать, если чего-то сильно хочешь, надо пройти у него пять испытаний, и мудрый Сфинкс исполнит твое желание. Ну и дальше шла история про очередного самоубийцу, который ради сомнительного счастья получить власть в своем королевстве сунулся в пасть льву. Или кем там был этот мифический зверь?
В общем, я зачарованно дослушала историю до конца, а потом… Кто меня дернул за язык, не знаю, но я выпалила:
– Скажите… а это было на самом деле?
Старушка тогда рассмеялась и, лукаво посмотрев в мою сторону, обронила:
– Такая большая девочка, а в сказки веришь!
Ой, как мне было стыдно! Выставила себя полной дурой. Скомканно извинившись, я моментально сбежала из библиотеки, сгорая от стыда.
Но эта история так плотно засела в голове, что через три дня мне приснился незнакомец – высокий, худощавый рыжий мужчина, который скучающим тоном поинтересовался, не нужна ли мне помощь Сфинкса. Вспомнился диплом, будь он неладен, и то, что накануне мой руководитель ехидно так сообщил мне, что допуск к защите я получу только при наличии идеальной работы… Короче, я согласилась… Ведь все равно это всего лишь сон, не так ли?
Ага, разбежалась…
И вот он, результат неправильных выводов: я вишу в непонятной пустоте, на паутине, и, если не отвечу на вопрос, меня попросту съедят. Какая «заманчивая» перспектива…
Надо бы думать над ответом, но страх накатывал волнами, и я потихоньку начала паниковать. Мне казалось, что два часа давно уже истекли, и вот сейчас явится хозяин этой паутины. И ждет меня медленная, мучительная смерть.
– Али-и-иса, – раздался мурчащий голос у меня над ухом, и я едва сдержалась, чтобы не завизжать от неожиданности. – Как тебе не стыдно! Я оставил тебя одну, чтобы не отвлекать своим лучезарным присутствием! А ты! Вместо того чтобы хорошенько поразмыслить над простенькой загадкой, выдумываешь всякие ужасы!
Прямо рядом с моей головой появилась широкая кошачья улыбка, а вскоре проявился и сам кот. Ядовито-фиолетовый в кошмарную салатовую полоску. А на лукавой морде усатого сверкали знакомые изумрудные глаза.
Я тоскливо вздохнула – какой-то мне неправильный Сфинкс попался. Мало того что облики меняет как перчатки, так еще и издевается. Съел бы уже, что ли?
Кот размером с доброго теленка сел в пустоте на задние лапы и мазнул по моему лицу хвостом. Сразу засвербело в носу, и, к своему ужасу, я все-таки оглушающе чихнула. Вот теперь в темноте точно что-то заворочалось, и я тоненько запищала от страха.
– Шеххес, спать, – лениво бросил Сфинкс во тьму, даже не оборачиваясь. – Еще рано…
Кот потянулся, прогнув спину, и зевнул во весь рот, показывая мне внушительный комплект острых треугольных зубов. Я тяжело сглотнула, с содроганием рассматривая ненормальный оскал.
– Я жду варианты, – напомнил он мне и принялся рассматривать свою лапу, то выпуская, то пряча острые когти. – Так и быть, учитывая мою симпатию к твоей особе, даю тебе три попытки.
– А может, если я тебе так симпатична, ты меня просто отпустишь? – с надеждой еле слышно проговорила я.
Кот вытаращился на меня круглыми глазами, затем его силуэт размыло, и через мгновение передо мной опять висел рыжий мужчина. Он упал на тьму, как на диван, и от души рассмеялся, колотя по пустоте ладонью.
– Ой, не могу, – хохотал Сфинкс, утирая слезы. – Насме-э-эши-и-ила!
Я насупилась, но промолчала. Ну да. Надежда умирает последней. Моя, кажется, вот только что сдохла.
– Такая большая девочка, а в сказки веришь! – вдруг ну очень знакомым тоном заявил мой кошмарный сон.
Меня будто с размаху в грудь кулаком ударили.
– Ты!.. – просипела я, чувствуя страстное желание с визгом вцепиться в его лицо. – Это был ты!
– Ну я, – спокойно подтвердил этот гад и иронично заломил светло-каштановую бровь. – И что теперь?
Так я не случайно сюда попала… Угодила в ловушку этого грохнутого на всю голову мифологического персонажа.
– Зачем? – набрав в легкие воздух, заорала от всей души я, совершенно не заботясь о том, что могу разбудить паука. Я о нем в тот момент вообще не думала. – Зачем ты прикинулся этой старушкой?! Чтобы заманить в сети хоть кого-нибудь из тех ребят, что тебя тогда слушали?! А когда они не повелись, ты ко мне в сон заявился, да?!
И опять этот издевательский хохот!
– Маленькая, наивненькая Али-и-иса, – ласково пожурил меня этот интриган. – Я тебя сейчас, наверное, ошарашу, но те ребята – это тоже был я!
– И на кого тогда была засада? – Злость рвалась из меня, и я очень жалела, что мои руки не свободны. Уж я бы ему!..
Лицо моего мучителя стало хищным. Он плавно поднялся и, приблизившись ко мне вплотную, интимно выдохнул:
– На тебя!
Улыбка рыжего мерзавца превратилась в торжествующий оскал, а зрачок в изумрудных глазах вдруг стал вертикальным, потом перевернулся в горизонтальную полоску, а после этого медленно расширился, закрывая собой почти всю радужку.
Не сдержав порыва, я все-таки дернулась, отчего паутина затряслась.
Весь запал злости схлынул, будто и не было ничего. Я ощущала себя потерянной и раздавленной.
– За что? – прошептала обессиленно. – Почему я?
– Ты забавная, – равнодушно пожал плечами Сфинкс. – А мне скучно.
– Псих, – выдохнула я, пытаясь не разреветься.
Я-то считала себя случайной жертвой, а вышло… То, что вышло. Ловушка сработала – и в сетях Сфинкса запланированная игрушка.
– Псих, – безмятежно согласился он, улегшись прямо на тьму. – Попробуй прожить столько, сколько живу я, и тогда посмотрим, насколько ты останешься в своем уме… Хотя о чем это я. Тебе столько не светит. Кстати, у тебя осталось полчаса. – Он одарил меня очередной очаровательной клыкастой улыбкой. – Думай, моя хорошая.
Я вздохнула, но повторять ставший уже сакраментальным ответ не стала.
А все-таки Сфинкс красивый, зараза. В нашем мире, конечно, эталоном он не стал бы, слишком лицо хищное и нос длинноват, но… Блин, да о чем я думаю?! Он меня через полчаса своей зверушке скормит, если я ответ не придумаю, а мне его красотой полюбоваться приспичило!
– Мне, конечно, весьма лестно, что ты тоже считаешь меня неотразимым, – хмыкнул Сфинкс, а я себе дала мысленную оплеуху (надо же, забыть, что он мысли читает!). – Но, милая, ты опять не о том думаешь!
– Я же сказала, что не знаю, – буркнула в ответ.
– Печально, печально, – грустно вздохнув, покачал он головой. – Мне что, звать Шеххеса?
Я молчала. Пусть ответа на загадку я не знала, но приближать смерть не стала бы ни при каком условии. Кажется, надежда все-таки еще недоубилась.
– Скучно, – пожаловался Сфинкс, видя, что ни слова от меня не добьется. – Я тебя так придирчиво выбирал… А ты взяла и сдулась на первом же задании.
– Ну прости. – Язвительные слова почти что сами сорвались с языка.
– Прощаю, – царственно кивнул он, а потом горестно вздохнул: – И что мне теперь делать? Убивать тебя, а потом искать новую игрушку? Скучно…
Мужчина прищурил глаза и окинул меня странным взглядом.
– А если я поменяю правила игры? Из века в век одно и то же – надоело! Алиса, сыграешь со мной? – Он подался ко мне, сияя проказливой улыбкой.
– Во что? – осторожно спросила я, памятуя, какой он хитрый и бессовестный тип – обманет не задумываясь.
– Соглашайся, девочка моя, будет весело, – ласково пропел Сфинкс, перемещаясь ко мне поближе. – Побегаем, поиграем… Я тебе даже жизнь оставлю, если хорошо себя вести будешь.
– Вслепую ни на что не соглашусь, – предупредила я, опасливо наблюдая за его перемещениями.
– Упрямая, – вздохнул мой безумный мучитель и щелкнул пальцами.
Паутина вокруг меня исчезла, и я начала падать.
От ужаса все слова застряли где-то в горле, а сердце забилось быстро-быстро, грозя проломить грудную клетку.
– Далеко собралась? – промурлыкал мне на ухо вкрадчивый голос, и я с удивлением поняла, что уже не падаю, а вишу в пустоте в объятиях этого мерзавца.
– Ты псих! – В голосе прорезались истерические нотки.
– Ничего нового, – фыркнул Сфинкс, устраивая меня у себя на коленях. – Готова слушать правила игры?
– Я еще не соглашалась, – попыталась отодвинуться, но у меня не очень-то получилось.
И это было очень плохо, так как в такой близи от его тела мысли почему-то путались. А еще этот запах… Этот чертов запах, который у меня стойко ассоциировался с солнцем и ветром. Он так и искушал забить на всю настороженность и уткнуться носом в голую грудь Сфинкса. Та-а-ак! Успокоилась и вернулась на грешную землю! Иначе все закончится плохо!
– А у тебя выбора нет, Али-и-иса, – рассмеялся мой мучитель и вдруг легко пробежал подушечками пальцев по моей шее, не задевая кожу острыми когтями.
Я чуть язык не прикусила, сдерживая просившийся наружу стон. Да что же за реакция у меня на него такая?! Это ведь ненормально!
– Вредная ты. – Сфинкс разочарованно вздохнул, а потом как ни в чем не бывало принялся меня просвещать: – Ладно, тогда к правилам. Игра называется «Найди меня». Я перемещаю тебя в какой-нибудь мир и ограничиваю поиски. Для начала возьмем один город. Задача, понятное дело, найти меня.
– Я что, совсем на дуру похожа? – буквально зарычала я. – Ты же внешность меняешь быстрее, чем я успеваю моргнуть! Да я тебя даже в одном несчастном городе века буду искать!..
– Мне приятно, что ты так высоко оцениваешь мои способности, девочка, – промурлыкал мне на ухо этот змей. – Не беспокойся, я дам возможность меня узнать.
– Как? – кротко поинтересовалась я, отчаянно пытаясь сохранить голову холодной. Получалось, скажем прямо, так себе.
– Ну-у-у, – протянул мужчина, и его руки на моей талии немного сжались. – Например, если ты со мной переспишь…
– Нет! – рявкнула я, дернувшись.
– Я ж и говорю – вредная, – грустно прошептал Сфинкс, прижимая меня плотнее. – Ладно. Ограничу превращения. Скажем, я всегда буду мужчиной, и от твоего поцелуя приму свой настоящий облик. Так пойдет?
– Ты мне предлагаешь перецеловать всех мужчин в том городе, куда ты меня отправишь? – спросила скептически я, отстраняя его руку, которая все норовила залезть мне под футболку.
– Хорошо, последняя уступка: мои глаза останутся без изменений, – недовольно прошипел он. – Теперь-то твоя душенька довольна?
По спине пробежал холодок. Ой, кажется, он злится… Боюсь, про то, что целовать его мне не хочется никаким образом, лучше не заикаться, а то порвет тут же.
– Да, спасибо. – Я постаралась сделать свой голос как можно более нейтральным. – Если не ошибаюсь, отправляюсь я так, как есть, в джинсах и футболке, а денег мне не положено вообще?
– Почему же. – Я поняла, что настроение Сфинкса опять изменилось к лучшему, и едва сдержала облегченный вздох – пронесло! – Одеждой и деньгами я тебя обеспечу.
– Ладно, тогда я согласна, – решительно кивнула я, мысленно махнув на все рукой.
Ой, надеюсь, не пожалею… Но разве у меня есть выбор? По крайней мере, теперь появился шанс выбраться из этой передряги. Пусть и призрачный, но он есть!
– Умница, – обрадовался этот рыжий безумец и слегка укусил меня за плечо.
И я сразу же отрубилась.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления