Со всеми волнениями Маргарита Валерьяновна начисто забыла о странной девчушке. И вдруг в дверь медпункта просунулась знакомая голова.
– Маргарита Валерьяновна, здравствуйте!
– Ой, здравствуй, тезка! Ты что ж это в гости не пришла?
– Я записочку с адресом потеряла!
– Безголовая ты, тезка, хоть и молодая!
– А когда теперь можно прийти?
Но в этот момент в комнату ввалился парень с окровавленным лицом.
– Батюшки-светы! Как это ты умудрился? – всплеснула руками Маргарита Валерьяновна и захлопотала вокруг парня.
– Да головой треснулся, мамаша!
– Не умеешь кататься, не берись! – посоветовала медсестра, промывая ссадину на лбу у парня.
– А научиться-то надо! Я уже неплохо катаюсь, но вот в поворот не вписался!
– Ничего страшного, сейчас обработаем тебя и пойдешь домой!
– Маргарита Валерьяновна, можно я завтра приду к вам? – напомнила о себе Даша.
– Да нет, чего откладывать, я через часок освобожусь, вместе и поедем!
– Вот здорово! – обрадовалась Даша.
– А дома-то у тебя волноваться не будут?
– Нет, мама допоздна на работе!
– Ты что, только с матерью живешь? – поинтересовалась Маргарита Валерьяновна.
– С мамой и сестрой, они с отцом в разводе!
– Ты сюда, ко мне, прямо из школы? Голодная небось?
– Нет, спасибо, я не голодная.
И вдруг Дашу посетила мысль, от которой она похолодела.
– Маргарита Валерьяновна, я вас лучше на улице подожду!
– Тебе от вида крови плохо?
– Да! – простонала Даша.
– Ладно, погуляй, а через час подходи сюда, вместе поедем!
Даша пулей выскочила из медпункта и бросилась к телефону-автомату.
– Петька! Это я!
– Лавря, привет! Какие новости?
– Петька, умоляю!
– О чем, чудачка?
– У меня с собой портфель с тетрадками Дарьи Лаврецкой! Через час мы едем к ней! Вдруг она сунется?
– Понял! Надо забрать портфель?
– Не только!
– Понял! Жди меня у входа через сорок минут!
И он первый бросил трубку. «Вот это друг! – подумала Даша. – С полуслова меня понял».
Ровно через сорок минут Петька примчался к входу на каток. В руках он держал сумку.
– Привет, Лаврецкая! Ну, я и бежал, аж дух захватило! Вот, держи! – Он вручил Даше две тетрадки и дневник, на которых аккуратными печатными буквами было выведено: Маргарита Артемьева.
Дашины тетрадки перекочевали в Петькину сумку, а в ее портфель были положены новые.
– Представляешь, прибегаю к киоску, а он как раз закрывается, я буквально в ножки киоскерше падаю, продайте, мол, хоть две тетрадки! Долго унижался, пока она сжалилась! Гляжу, а у нее еще дневник, ну я и купил на всякий случай! А пока в метро ехал, кое-что заполнил!
Действительно, несколько страниц дневника были заполнены Петькиной рукой.
– А чего ты мне столько троек наставил? – засмеялась Даша.
– Для правдоподобия!
– Голова! – восхитилась Даша. – Все, Петюня, мне пора!
– Пока, Лаврецкая! Как вернешься, звони!
– А то!
– Ну что, тезка, как тебя дома-то кличут? – осведомилась Маргарита Валерьяновна, вместе с Дашей направляясь к метро.
– Ритой кличут!
– И меня – Ритой! – засмеялась Маргарита Валерьяновна. – Только теперь и кликать некому, одна я осталась. Муж умер, дети разъехались… Дочка в Австралии живет, а сын в Таллине.
Даша мучительно раздумывала, не сказать ли ей, что их вчера обокрали, но решила, что это уж слишком.
– Знаешь, – начала Маргарита Валерьяновна, – я тут с одной знакомой насчет тебя посоветовалась… Так она говорит, что мы с тобой – звездные близнецы!
– Звездные близнецы? – удивилась Даша. – Никогда про таких не слыхала…
– А кстати, у тебя вчера вечером ничего необычного не случилось? – спросила Маргарита Валерьяновна.
– Нет, я только бумажку с вашим адресом искала, как ненормальная, а больше – ничего. А что?
– Меня, понимаешь ли, вчера ограбили.
– Как ограбили? Какой ужас!
– Да вот, вообрази, все кончилось благополучно, вора сразу поймали со всем награбленным!
– Повезло! – выдохнула Даша.
– Не говори!
Больше ни о чем интересном по дороге они не говорили. И вот наконец они в квартире Маргариты Валерьяновны. Однокомнатная квартира – большая комната и крохотная кухонька. Все чисто и очень уютно.
– Милости прошу в мои хоромы! – сказала хозяйка. – Вот тебе тапочки, курточку повесь в шкаф, а я на кухню пойду! Вчера к твоему приходу пирог испекла, надо его подогреть. Вышла в магазин за сахаром, а в это время вор и забрался ко мне!
– А вор – знакомый?
– Нет, тут скорее наводка была!
– А кто навел, вы знаете?
– Откуда? Меня не было всего минут двадцать, а вор-то все самое ценное нашел! Выходит, кто-то, кто в доме у меня бывает!
– А вор ничего не говорит?
– Нет, конечно! Уверяет, что у него чутье! Он, дескать, всегда знает, где деньги лежат! Да ладно, все хорошо, что хорошо кончается, тезка! Уж не обессудь, что я тебя на кухне приму!
– Что вы! У вас кухонька такая уютная!
– Именно что кухонька, повернуться негде! – проворчала Маргарита Валерьяновна. – Ничего, сейчас пирог разогреем в духовке, как новый будет!
Пирог с капустой оказался ужасно вкусным, бульон крепким и наваристым, так что Даша с удовольствием налегла на угощение, а Маргарита Валерьяновна с умилением на нее глядела.
– Вкусный пирог?
– Не то слово! – с полным ртом ответила Даша. – Меня научите печь?
– А ты умеешь готовить?
– Умею! У нас обычно я готовлю, мама целыми днями на работе.
– Умница, помогаешь матери!
На второе были картофельные котлеты с грибной подливкой, а на третье клюквенный кисель.
– Маргарита Валерьяновна, я у вас все рецепты запишу и маме такую вкусноту приготовлю! Я никогда раньше не ела картофельных котлет с такой подливкой! Ее трудно готовить?
– Да нет, чего там трудного! Были бы грибы!
– А какие грибы нужны? Шампиньоны подойдут? – со знанием дела спрашивала Даша.
– Нет, что ты! Какой в них вкус, в шампиньонах, одно звание, что грибы. Нет, милая, тут белые нужны, сушеные или, на худой конец, подберезовые с подосиновыми!
Даша так вдохновилась кулинарными перспективами, что почти забыла о цели своего визита.
Когда с едой и рецептами было покончено, они перешли в комнату. В глаза Даше сразу бросился портрет военного.
– Это ваш муж? – спросила она.
– Нет, отец!
– А в каком он звании?
– Здесь он – полковник, а вообще-то до генерала дослужился, а потом… уже в пятидесятых годах его арестовали!
– За что?
– А ни за что! Донес кто-то. Слыхала небось, какие тогда времена были!
– А он потом вышел?
– Нет, где там, погиб! С такой высоты падать больно. Он у меня самым главным в городе был.
– В каком городе?
– Городок-то, сказать по правде, захудалый, папа мой все старался обустроить его, как мог, но… Кто-то, видать, позарился на его кресло. А места там красивые! И городок красивый, Братушев называется.
– Братушев? – воскликнула Даша.
– Неужто ты тоже из Братушева? – всплеснула руками хозяйка.
– Я – нет, но один мой друг, он живет со мной на одной площадке, даже историю Братушева пишет!
– Как это? – недоуменно спросила Маргарита Валерьяновна.
– Его предкам принадлежало раньше село Братушево, из которого потом город сделали!
– Это при моем отце было, – гордо заметила Маргарита Валерьяновна. – Если бы он еще несколько лет городом руководил, Братушев многого добился бы. А так… – Она только рукой махнула. – Ты была в Братушеве?
– Была! На лыжах каталась, очень красиво там! А вы давно там были?
– Очень давно! Почитай что с тех пор, как отца посадили, и не была. Мы сразу оттуда уехали… Мать моя… Она боялась там оставаться, говорила: люди – скоты, они нам все припомнят… А что припоминать…
«Неужели она не знает? – подумала Даша. – Даже не подозревает, как ее матушка над людьми издевалась? Как заставляла работать на себя и подавала конверты, где вместо денег зачастую были бумажки с нарисованным кукишем? Портнихе, водопроводчику, врачу… А пожаловаться было некому – ее муженек был в городе главным. Интересно, он-то знал о художествах своей женушки? Да и мы мало что знаем. Только вершки, а корешки… Но как подвести Маргариту Валерьяновну к разговору о школе, о кладе?»
– Маргарита Валерьяновна, а вы учительницу Кострову знаете? – решилась наконец Даша. – Из старой школы?
– Марью Семеновну? Еще бы мне ее не знать! Я у нее училась! Хорошая женщина… Она, стало быть, жива, ты ее тоже знаешь?
– Жива, жива!
– Вот и славно, дай ей бог здоровьичка! Что-то, тезка, мы с тобой от нашей темы уклонились!
– От какой?
– Да вот от совпадений этих странных!
– Ах да, – с некоторой досадой вспомнила Даша.
– Ты вот скажи, сестра твоя Лариса моложе тебя или старше?
Ох, черт, еще и сестра, Даша совсем о ней забыла.
– Моложе, на два года! – ответила она.
– И моя моложе, на три года. Надо же!
– А ваша сестра в Москве живет? – поинтересовалась Даша.
– В Москве. Только мы с ней не встречаемся!
– Почему?
– Гордая она, знать меня не хочет. Богатая, боится, что я свою долю потребую.
– Долю чего? – насторожилась Даша.
– Ой, не хочу я на эту тему даже говорить! Пусть живет как хочет!
– А мама ваша жива?
– Нет, давно уже померла, царство ей небесное! Только она нехорошим человеком была, и Лариска вся в нее! Может, грешно так говорить про мать родную, но много я с ней горя хлебнула. Ну все, закрываем эту тему.
– Маргарита Валерьяновна, а можно, мой друг придет к вам?
– Какой друг? Зачем?
– Ну, тот, который историю Братушева пишет? Вы ему про Братушев расскажете?
– Сколько лет твоему другу-то?
– Пятнадцать.
– Историю, говоришь, пишет? В пятнадцать-то лет? А как его фамилия?
– Смирнин.
– Ишь ты, Смирнин. Братушевский барин был Смирнин… Если бы не Смирнин, неизвестно, где сейчас была бы Лариска…
– Почему?
– Да так, случилась там одна история…
Даше безумно хотелось выспросить у Маргариты Валерьяновны все до последней мелочи, но она боялась выдать себя. Ничего, решила девочка, пусть Стас сам придет сюда и как потомок Смирнина обо всем разузнает. Во всяком случае, дорожку она ему протоптала.
– Вот что, тезка, хватит нам про прошлое разговаривать, я-то ладно, я уже старая, а ты? Тебе вперед смотреть надо, а не назад. Ты как к сериалам относишься? «Новую жертву» смотришь?
– Смотрю!
– Вот мы сегодня пропустили серию, а фильм ведь скоро кончится. А я там ко всем героям привязалась…
И дальше разговор пошел о самых разных вещах.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления