Read Manga Mint Manga Dorama TV Libre Book Find Anime Self Manga Self Lib GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Сталь, пар и магия
Глава 4


Если дома стало чуть лучше, то в школе Молли пришлось солоно. Нет, не то чтобы от неё разбегались в ужасе, но сторонились, и не просто сторонились.

Личная, хоть и краткая беседа лорда Спенсера в сочетании с официальным посланием Особого Департамента, разумеется, произвели на бедную директрису, миссис Линдгроув, поистине неизгладимое впечатление – так, что её пришлось отпаивать валериановыми каплями, и Молли вернули в классы без единого писка. Естественно, у неё согласились принять экзамены экстерном, «когда мисс Блэкуотер будет благоугодно».

Девчонки же разбегались от Молли по углам, глядя на неё широко раскрытыми от ужаса глазами. Все как одна. Учительницы с трудом заставляли себя взглянуть на неё; никто не задал ей ни одного вопроса, и сидела она в середине пустого пространства – свободно было не только место рядом с ней, не только парты спереди и сзади, но даже и справа и слева через проходы!

С виду всё в школе было как и раньше. Краем уха Молли слышала разговоры о внезапно участившихся случаях сонной болезни, но в их школе, к счастью, все оставались здоровы. Говорили также, что заболевших отвозили в специальную лечебницу в главном здании Особого Департамента; эти вести разносила Рози Уайлер, чей отец как раз и числился там мелким канцелярским клерком. Особый Департамент, видать, неплохо платил, если даже мелкий клерк мог позволить себе отправить дочь в дорогую частную школу!..

Но все разговоры разом смолкали, стоило Молли оказаться рядом, и девчонки торопливо расходились в разные стороны.

Не утерпев, Молли уже на следующий день решила, что в обществе и смерть, как известно, алого цвета («Na miru i smert’ krasna»), и, подметив зазевавшуюся Кейт Миддлтон, известную гламурную задаваку, пошла на таран, словно паровой бронированный ползун.

Кейт узрела опасность слишком поздно, Молли уже отрезала все пути к отступлению из угла с фикусом подле окна, где означенная девица Миддлтон рассеянно глядела на медленно ползущую череду роскошных локомобилей – в город с весной вновь пожаловала изрядная депутация пэров.

– Кейти! Эй, Кейт! Привет, как дела?

– А-а-а-а-а…. – Рот у бедняги Кейт открылся, она попятилась, судорожно цепляясь обеими руками за подоконник, словно Молли собиралась её хватать и куда-то тащить. – М-моллинэ-э-эр…

– С каких это пор я – Моллинэ-э-эр? – передразнила одноклассницу Молли. – Кейти, ты что, привидение узрела? Бледная, аки кафель в медкабинете у мисс Найтуок!

Кейт вжималась поясницей в подоконник, а со щёк её и в самом деле сбежала вся краска.

– Что происходит? – напирала на неё Молли. – Это же я. Я вернулась. Особый Департамент агроменную бумагу написал, что всё в порядке! А все, на кого я ни гляну, трясутся, чуть из панталон не вываливаются!

– О-оста-авь меня-а, – простонала несчастная Кейт. – Я-а сейчас в о-обморок…

– Какие ещё обмороки, Кейти! – рассердилась Молли. – Что за чепуха, отвечай толком, не то…

– И-и-и-и, – тихонько завыла Кейт, сползая на пол, словно ей подрубили ноги. – Только… только не трогай меня!

– А ты дело говори, тогда и не трону!

– Ты была в Особом Департаменте-е… твою семью арестовывали… А вдруг у тебя… у тебя… она… эта самая…

– Ну, была я там! Они меня проверяли, если хочешь знать! И проверили, и отпустили! И нет у меня ничего, никакой «этой самой»! И сонной болезни нет тоже! Она вообще не заразная, папа мой говорит! А уж он-то знает! И вообще, перед ним даже Особый Департамент извинился!

– М-мало ли что извинился… – промямлила Кейти.

– Чего «мало ли»?

– А где ты вообще была? – вдруг выпалила Миддлтон.

– Как это «где»?! Была на бронепоезде, потом в лесах, потом меня егеря подобрали…

У Кейт забегали глаза.

– П-послушай, Моллинэр… а… а ты… ты и варваров небось видела?

Молли сощурилась. Кажется, это был её шанс слегка сбить спесь с любительницы великосветского гламура.

– Ну, видела! Чего их не видеть-то? И с бронепоезда видела, и когда с отрядом ходила!..

– А… а какие они? – с неожиданной жадностью спросила вдруг Кейти.

Она по-прежнему сидела под подоконником, но уже не съёживалась. И видно было, что «они» её занимают, весьма и весьма.

– Какие? – Молли пожала плечами. Хотела ответить: «Да такие же, как мы, две руки, две ноги, одна голова» – но вовремя остановилась.

– У-ух какие!.. Высокие, сильные!.. И у них кто с магией, – Кейт вздрогнула, – кто с магией случится, тот, когда его время приходит, прямо на наших бросается!.. И гибнет, представляешь? Вместе со всеми вокруг! Ужас ужасный!

Молли выпалила это единым духом и сразу же пожалела. А ну как лорд Спенсер решит, что она… занимается тут пособничеством врагу?

– Ага, ага, я слышала, – горячо зашептала Кейти. – Ещё когда «Геркулес» осенью подбили!..

– Ты? – Молли вытаращила глаза. Зазнайка и задавака Миддлтон сумела её-таки удивить. – Ты слышала? Да с каких это пор тебя бронепоезда интересуют?!

– У меня кузен на «Гекторе»! – обиженно задрала нос Кейти.

– А он что же, никаких варваров никогда не видывал? И тебе не рассказывал?

– Он младший механик на паровозе, не его дело на них глядеть! Ему нужно, чтобы машина работала!

– А-а… ну, тогда конечно. В общем, варвары – они, конечно, варвары, но… ничего себе так!..

Последнее Молли добавила специально для Кейти.

– Видела я там – издалека, конечно, – одного молодого мага, мальчика такого, тоже очень ничего себе так и вообще весь из себя!

У Кейти заблестели глазки. Верно, упоминание о «молодом маге», который «весь из себя», затронуло какие-то особенные струнки у неё внутри, потому что Кейти вдруг захлопала ресницами и почти что нормальным, хотя ещё и слабым голосом осведомилась:

– Что, правда? И в самом деле весь из себя?

– Весь, весь, – подбоченилась Молли. – Расскажи мне сперва, что тут творится, а я тебе расскажу, что ещё со мной было!

– Что ту-ут, что тут… Да ничего тут… Ты вон на бронепоезде каталась, варваров видела…

– Ну и что, что каталась?! Дальше давай, Кейти! Что из тебя каждое слово клещами тянуть нужно!

– Ты пропала… никто ничего не знал… – Кейти вдруг всхлипнула. – Многие думали – у тебя сонная болезнь… или ещё чего хуже… Полиция в школу приходила, опрашивали всех – тоже никто ничего не знает…

– Ну, так дальше-то что? – напирала Молли. – Ну, приходили, ну, расспрашивали. Мало ли про кого что расспрашивают!

– Так то ж полиция была! – Хорошенькое личико Кейти страдальчески сморщилось. – Слухи всякие пошли… что ты – в плохих кварталах… что ты… ой-ой, нет, я такого и выговорить не смогу!.. Что ты… с… с…

– Никаких «с… с…»! – сердито оборвала её Молли. – Ну, болтали, что я в Нижнем городе, в кварталах вдоль реки, так и что же? Там тоже люди живут, Кейт! Потом-то что?

– Потом уже не полиция пришла, а Особый Департамент, – округлив глаза, шептала Кейт, по-прежнему сидя прямо на полу. – Расспрашивали про тебя, опять же. Кто, чего, как. Не видели ль чего за тобой странного. Ну, все сказали, что странного в тебе видели столько, что хоть отбавляй…

– Н-да? Это чего ж такого странного-то?

– Н-ну-у… – замялась Кейт, – ты ж не как все… Тебе эти бронеходы подавай, корабли какие-то…

– Ну тебя, глупая, – рассердилась Молли. – Говори толком, что дальше было! Что Особый Департамент ещё про меня говорил?

– Чтобы мы следили, – выдавила Кейти. – Чтобы следили, если ты вдруг появишься, чтобы сообщили им немедленно, если кто тебя заметит… Ещё говорили, что у тебя… может… магия появиться, что ты в монстра превратиться можешь, в любой момент, ы-ы-ы-ы!

– Превратиться? Я? В монстра? Я? Вот просто так, в любой момент?! – Молли упёрла руки в боки. – А вы так и поверили, курицы безмозглые? Меня Особый Департамент проверял, дурочка ты с переулочка! Поняла, нет? О-со-бый Де-пар-та-мент! Чего ж тебе ещё надо?!

Обычно обидчивая Кейти словно и не заметила насмешек.

– Да-а, – протянула она, глядя на Молли и хлопая глазками, – у нас знаешь, что говорят? Что магик может очень-очень быстро оборотиться, вот только что был он как все, а в следующий миг всё уже горит и пылает, так что никакой Департамент не успеет!

– А-а, поняла, – медленно протянула Молли. – Вы, значит, боитесь, что магия во мне всё-таки есть и в любую секунду рвануть может?

Кейт быстро-быстро закивала.

– Уж не думаешь ли ты, что Особый Департамент ошибиться может? – Молли грозно нацелилась в одноклассницу пальцем.

– Всякое говорят, – отвернулась та. – Кузен мой рассказывал, про одного такого магика сообщали-сообщали в Департамент, а там только отмахивались, дескать, некогда нам. А потом тот магик ка-ак рванул! Сперва чудищем обернулся, с железными косами вместо рук, невесть сколько людей покалечил, а потом и вообще сгорел!.. И целая мастерская на Пятой Миле вместе с ним!..

– Ты кузену своему скажи, пусть не болтает лишнего, – прошипела Молли, понижая голос.

– А ты, Моллинэр, мне тут не указывай! – Кейти внезапно оправилась, вскочила на ноги. Молли быстро обернулась – точно, за спиной собиралась стайка подружек мисс Миддлтон. Явить перед ними слабость та никак не могла, сожрут без масла.

– И не воображай! – петушилась Кейт. – Я сама знаю, что магии в тебе ни на пенни! Подумаешь, фифа! Фр-р! – И мисс Миддлтон широким шагом почти что бросилась к подружкам, наблюдавшим за ней и Молли вылезшими на лоб глазами.

– Беги, беги, больно ты мне сдалась, ненормальная! – крикнула вдогонку Молли. Собственно, она и не собиралась хватать несчастную одноклассницу.

Тут как раз прозвенел звонок, и пришлось торопиться в класс.


…После школы Молли шла домой – всё как всегда. Уже несколько дней длилась её «свобода», а она по-прежнему решительно не знала, что делать.

Но с каждым не днём даже, а часом всё сильнее давило предчувствие готовой вот-вот разразиться грозы. А что гроза разразится, Молли не сомневалась.

Дома её встретила бледная, запуганная мама. Нет, ничего не случилось, она теперь всё время была такая. Вокруг мамы суетилась Фанни, залихватски подмигнувшая Молли.

– Крыса опять, мисс Молли, вот миссис Анна и испугалась. Эх, эх, где ж наша Диана-то потерялась…

Молли прикусила губу и отвернулась. Ди не возвращалась. Последний раз Молли видела свою кошку, когда та молнией метнулась прочь от вцепившихся в девочку департаментских – и с тех пор Диана как сквозь землю провалилась.

Молли не хотела верить, что её верная спутница окончила жизнь на рельсах паровика или под колёсами локомобиля. Нет, для этого Ди была слишком умна и хитра. Она не потерялась во время всей долгой дороги вместе с Всеславом и Волкой через горные леса, не стушевалась под обстрелом – и исчезла здесь, в родном Норд-Йорке?

Девочке хотелось верить, что кошка всё равно вернётся. В нужный момент.

Это помогало не разреветься всякий раз, когда Молли вспоминала о Диане.

– Мойте руки, мисс Молли, – чувствуя неладное, поспешно сменила тему Фанни, – и я буду подавать полдник.

– Спасибо, – выдавила из себя Молли. Есть ей не хотелось совершенно. – Мамá, как вы себя чувствуете?

– Плохо, Молли. – Мама даже опустила всегдашнее «мисс». – Давит в висках, голова кружится… в глазах всё двоится…

– Миссис Анне нужен отдых, – категорически заявила служанка.

– Нет, нет, я… я и так всё время отдыхаю… – прошептала мама, закатывая глаза. – Должно быть… я болею…

Молли стало нехорошо. А что, если мама от страха за неё и в самом деле заболеет? И… и… ой-ой… нет, про «и» лучше не думать!

– А папа? Что говорит папа? Он же доктор!

– Мистер Джон считает, что миссис Анне лучше всего помогло бы длительное морское путешествие или же пребывание на водах, – поджала губы Фанни. – Но, разумеется, миссис Анна никуда не собирается уезжать одна!

Мама закатила глаза и закинула ладонь тыльной стороной ко лбу. Наступило молчание.

Да, папа прав, думала Молли. На воды… или в путешествие… на огромном, словно настоящий замок, пароходе… с зимними садами, бассейном, танцевальным залом… просыпаться каждый день и видеть бескрайний простор тёплых ласковых морей… площади и крыши чужих городов Галлии, Иберии, Иллирии…

Ей вдруг очень-очень захотелось уехать. На мгновение, пока Норд-Йорк не потянул обратно, сильно и властно, напоминанием обо всём несделанном и незавершённом.

– Мойте руки, мисс Молли, – подвела черту служанка. – Жизнь не останавливается…

* * *

Жизнь не останавливалась. Молли, в любимых штанах и свободной рубахе – мама теперь вообще почти не обращала внимания, во что и как одета её старшая дочь, – сидела с книжкой под газовым рожком, искоса наблюдая за братцем Билли, опять устраивавшим грандиозное сражение посредством оловянных солдатиков подле жарко пылавшего камина.

Вся семья была в сборе.

Мама полулежала в кресле, а Фанни негромко читала ей вслух какой-то мелодраматический роман. У папы в кабинете весело стучала, пыхтела и фыркала паровая пишущая машинка; совсем недавно ушёл папин пациент, вышедший в отставку по ранению молодой офицер-механик.

Молли прислушивалась к их разговору. В конце концов, визит в Пушечный клуб только завтра, «правдивые сведения», кои сам лорд Спенсер велел ей добавлять к «донесениям», не помешают.

– Слышали о бедняге Листере, доктор? Да, да, о Крейге Листере, он был лейтенантом в пятом егерском батальоне?

– Я слышал, он пропал без вести, Пол. – У папы в кабинете зазвякали инструменты. – Прошу вас, посидите смирно… расслабьтесь… так, антисептик…

– Ну да, пропал без вести, доктор. Но как пропал?

– Не знаю, Пол. Я не так близко знавал пятый батальон, это ведь уотерширцы?

– Да, доктор Джон, они самые. На днях ко мне в мастерскую зашло их трое, выбирали новое снаряжение – говорят, весенняя кампания вот-вот начнётся…

Молли навострила уши.

Весенняя кампания? Вот-вот начнётся? Ка-ак интересно…

– М-м? – Папин тон был тоном настоящего доктора, обязанного поддерживать приятную беседу с пациентом, могущим заплатить за услуги. – Кампания? Весенняя? Вы так думаете?

– Да, доктор, но я сейчас не про это! Они мне рассказали про Листера… как он пропал…

– Значит, он не пропал без вести, получается?

– В том-то и дело, доктор! Один из егерей, Майкл Корс, купил у меня левое наручье с выстреливающимся шипом и выкидной нож, да и говорит, этак странно на меня глядя, – мол, не хотел бы я, чтобы мне таким голову отрезали, как бедолаге Крейгу. Я говорю, мол, он же пропал! А они мне все сразу: да ничего он не пропал! Голову ему отрезали! Я удивился, понятное дело, потому что тогда он и впрямь не «пропал», а «пал в бою», совсем другая статья, и родне пенсия. Неужели, думаю, скрысятничали наши полковники, позарились на вдовьи фартинги? А Корс мне и говорит – сам, мол, видел, попали Листеру в грудь из чего-то вроде дробовика, крупной сечкой, разворотило всего, не жилец был парень. Хотел он – Корс то есть – его вытащить… или, по крайней мере, мне сказал, что хотел. И тут – представляете, доктор? – откуда ни возьмись, старуха страшная из мглы – а там туман был – выступила, медведь с одной стороны, волк с другой…

Молли вся обратилась в слух.

– Надо же, – голос папы по-прежнему являл вежливую заинтересованность, – мне доводилось слышать сказки об этих якобы магических зверях. А третьей, медведицы…

– По прозвищу Седая? Нет, доктор, не было. Была старуха, жуткая, по словам Корса, такая страшная, что он, простите, доктор Джон, наделал в штаны. И вот якобы эта старуха поглядела на беднягу Листера и вдруг крикнула на нашем языке: «Он мне годится! Заберу себе его голову!»

– Солдатские истории обычно занимательны, Пол, но имеют мало общего с реальностью.

– Я, доктор Джон, знавал этого малого, Корса, ещё в пору лейтенантом действительной службы. Серьёзный парень, просто так заливать не станет. В общем, сказал он, что своими глазами видел, как ведьма варваров достала из-за пояса нож… и отрезала Листеру башку, пока он был ещё жив.

Читать далее

Фрагмент для ознакомления предоставлен магазином LitRes.ru Купить полную версию
Отзывы и Комментарии
комментарий

Комментарии

Добавить комментарий