– Томас Элиот. «Бесплодная земля». Кто-нибудь уже прочел? – спрашивает миссис Поллак, моя новая учительница литературы. Никто не поднимает руку, включая меня, хотя я читала «Бесплодную землю» два года назад, в прошлой жизни. Мама любила поэзию, и томики стихов у нас были разбросаны по всему дому, как указатели в каком-то загадочном квесте, – россыпь замысловатых подсказок, ведущих даже не знаю куда. Когда мне было скучно, я брала книжку с маминой тумбочки или со столика в ванной, открывала ее наугад и читала. Мне нравилось искать строки, которые мама подчеркивала карандашом. Нравилось искать ее заметки, сделанные на полях неразборчивым почерком. Я часто задумывалась, почему мама выделила именно эту строку.
Но ни разу ее об этом не спросила. Почему я ее не спросила? Когда твой близкий человек умирает, ты потом еще долго терзаешь себя, вспоминая все те моменты, когда мог обратиться к нему с вопросом, но почему-то не обратился, все те случаи, когда ты сдуру решил, что у вас еще много времени впереди. А время – раз, и закончилось. И ничего не осталось. Только призраки воспоминаний, кадры на засвеченной пленке.
В «Бесплодной земле» мама подчеркнула первую строчку и поставила на полях два восклицательных знака: «Апрель – жесточайший месяц».
Почему апрель жесточайший месяц? Я не знаю. Теперь каждый из месяцев кажется по-своему жестоким. Сейчас сентябрь: заточим карандаши. Новый год и не новый. Слишком рано для подведения итогов, слишком поздно для новых свершений.
Мамины книги, упакованные в картонные коробки, плесневеют в камере хранения на складе в Чикаго. Запах бумаги сменяется запахом пыли и сырости. Я стараюсь об этом не думать, стараюсь не думать о разложении материи. О том, что все эти подчеркивания и заметки делались зря.
– Это поэма в четыреста тридцать четыре строки. По объему – как четыреста тридцать четыре твита, – говорит миссис Поллак, и класс смеется.
Она молодая – лет двадцать пять – двадцать семь – и красивая. Пятнистые легинсы под леопарда, кожаные ботильоны с открытым носком, шелковый топ на бретельках, выставляющий напоказ веснушчатые плечи. Миссис Поллак одевается лучше меня. Она из тех учителей, которыми искренне восхищаются ученики, потому что не настолько далека от них, чтобы между ними не было ничего общего.
В первый день она представила меня классу, но не заставила вставать из-за парты и рассказывать о себе, как делали все остальные учителя. Тактичная миссис Поллак спасла меня от унижения.
– «Бесплодная земля» – произведение непростое. Я бы даже сказала, сложное. Где-то на уровне первого курса колледжа. Но, я думаю, вы с ним справитесь. Ну что, замахнемся?
В ответ раздается несколько неуверенных, вялых «да». Я молчу. Чтобы никто не подумал, что мне больше всех надо.
– Нет, так не пойдет. Вы способны на большее. Ну что, замахнемся?
На этот раз класс взрывается бодрыми воплями, что меня приятно удивляет. Я думала, эти ребята проявляют восторг только по поводу модной одежды, гламурных журналов и дорогущих поездок по миру, чтобы собрать материал для вступительного сочинения в колледж. Может быть, я поспешила с выводами.
– Ладно, я расскажу, как мы будем работать. Вы разобьетесь на пары, и через два месяца каждая пара прочтет в классе доклад о своем видении «Бесплодной земли».
О нет! Нет. Нет. Новеньким в школе и так-то несладко. А когда тебе, новенькой, нужно найти напарника на проект, это уже совсем вилы. Черт.
Я смотрю по сторонам. Тео с Эшби на первой парте. Ясно, что Тео не собирается облегчать жизнь своей сводной сестренке в моем лице. Две блондинки, потешавшиеся надо мной на перемене, сидят справа через проход. Теперь я знаю, как их зовут. Кристель и Джем. Симпатичные имена. Вернее, были бы симпатичными, не будь их обладательницы такими грымзами. Смотрю налево, на девчонку в крутых очках «Уорби Паркер» в черной оправе и драных джинсах. Вроде нормальная. По крайней мере, похожа на человека. На человека, с которым можно подружиться. Но пока я собираюсь с духом, чтобы предложить себя ей в партнеры, она оборачивается к какой-то другой девчонке, и они обо всем договариваются без слов.
Вдруг выясняется, что все остальные уже разбились на пары. Я стараюсь не выдавать своего отчаяния, но понимаю, что дело плохо. Неужели придется поднимать руку и говорить миссис Поллак, что у меня нет партнера? Нет, только не это . А есть варианты? Я уже собираюсь сдаться и все-таки поднять руку, и тут кто-то стучит меня сзади ручкой по плечу. Я облегченно вздыхаю и оборачиваюсь. Мне все равно, кто это будет. Нищие не выбирают. Бери, что дают.
Не может быть. Бэтмен.
У меня внутри все сжимается. Бэтмен легонько кивает мне, и я вдруг понимаю, что он действительно предлагает работать с ним в паре. Он сверлит меня пристальным взглядом, словно смотрит не на меня, а в меня. Оценивает. Прикидывает, стоит ли тратить на меня время. Я моргаю, опускаю взгляд, киваю в ответ и пытаюсь улыбнуться. Улыбка выходит какой-то бледненькой. Потом я отворачиваюсь и сижу, глядя прямо перед собой и борясь с искушением поднести руки к горящим щекам, чтобы хоть чуточку их охладить.
Весь урок я пытаюсь понять, почему Бэтмен выбрал меня. Может быть, у меня умный вид? Значит ли это, что я выгляжу как лохушка? Мысленно инспектирую свой наряд: клетчатая рубашка, узкие джинсы с отворотами, черные кеды. В Чикаго я так всегда и одевалась. Минус теплая кофта. Нормальный вид, и особенно без «деревенской» бархатной резинки. Моя первая версия: он просто решил сделать доброе дело. Может быть, он увидел, как я отчаянно высматривала хоть кого-то, кто возьмет меня в пару, и «сердце его преисполнилось жалости». Тем более сегодня он был свидетелем, как на меня наезжала Джем. Даже Кен Абернати, у которого, по словам КН, большие проблемы с кишечными газами, и тот мгновенно нашел напарника.
Звенит звонок, мы убираем ноутбуки в сумки (разумеется, я единственная во всем классе таскаюсь с допотопным тяжелым ноутом; у всех остальных – тонкие «книжки» последних моделей). Бэтмен встает рядом с моей партой и смотрит на меня сверху вниз совершенно убийственным взглядом голубых глаз. Мне кажется или в нем действительно есть что-то от социопата? Наверняка он не такой уж плохой. Проявил великодушие, выбрал меня. Я сама, например, не спешила бросаться на помощь новеньким в моей старой школе. Красивый и добрый. Это. Может. Закончиться. Плохо.
Я понимаю, что надо хоть что-то сказать. Нельзя просто таращиться на него и молчать.
– Надо, наверное, обменяться номерами мобильных или типа того? – произношу я с наигранной бодростью и ненавижу себя за это. Я сейчас говорю в точности, как те девчонки, которые вьются вокруг него на переменах. Просто я одичала за этот месяц, отвыкла от разговоров с людьми. Со Скарлетт мы в основном переписываемся. Папа сейчас слишком занят: ищет работу и проводит все время с новой женой. Мы с ним почти и не видимся. Честно сказать, мне сейчас не особенно хочется с ним общаться. Это какой-то совсем другой папа, отрешенный, растерянный, женатый на посторонней женщине, затащивший меня в совершенно чужую жизнь, даже не потрудившись спросить, как я к этому отнесусь. Вот и все люди, оставшиеся в моем мире. Раз, два и обчелся.
– Не. Я все сделаю сам, а напишем, что вместе. – Он не ждет моего согласия. Он просто кивает, как будто я сказала «да». Как будто он задал вопрос и я ответила именно так, как и предполагалось.
Ладно. Может быть, не такой уж и добрый на самом деле.
– Но…
И что но? Мне так хотелось быть с тобой в паре? Мне нравятся твои глаза серийного убийцы? Или еще того хуже: Не бросай меня снова одну? Я так и не договорила. Не знала, что сказать. Просто сидела и смотрела на свой кожаный портфель, который казался мне стильным и очень крутым, пока я не пришла в эту школу.
– Не волнуйся. Получишь пятерку.
Потом Бэтмен уходит. Исчезает так быстро, как будто его и не было вовсе. Как будто он мне привиделся. Супергерой, только наоборот. А я сижу и гадаю, сколько мне еще ждать, пока со мной кто-нибудь заговорит.
Я: Все наладится, да? В конце концов все наладится.
Скарлетт: Даже жалко, что я не люблю ставить смайлики в разговорах. Ты вполне заслужила желтушную рожу с улыбкой. Да, все наладится.
Я: Гы. Просто я… Ладно, забей. Извини, что приходится слушать мое нытье.
Скарлетт: Для того я и нужна. Кстати, то мыло, что ты переслала. Думаю, это ТАЙНЫЙ ПОКЛОННИК.
Я: Кажется, ты обчиталась фантастики. Кто-то решил надо мной приколоться. И прекрати НА МЕНЯ ОРАТЬ.
Скарлетт: Я не сказала, что он вампир. Я сказала: тайный поклонник. Однозначно.
Я: Спорим?
Скарлетт: Ты уже должна знать, что спорить со мной бесполезно. Я всегда права. Это моя волшебная суперспособность.
Я: А у меня есть какая-то суперспособность?
Скарлетт: Пока непонятно.
Я: Большое спасибо.
Скарлетт: Шучу. Ты сильная. Вот твоя суперспособность, малышка.
Я: Да уж, я накачала руки, пока заедала стресс. СТОЛЬКО печенек. Берешь печеньку, подносишь ко рту. Повторить 323 раза. И не надо ходить в спортзал.
Скарлетт: Слушай, без шуток. Если ты сильная, это не значит, что ты не должна просить помощи. Помни об этом. Я на связи, ВСЕГДА, но если кто-то еще предлагает помощь, не надо отказываться.
Я: Ладно. Как скажешь. Спасибо, доктор Фил. Я по тебе жутко скучаю!
Скарлетт: Я тоже скучаю. Напиши КН. ПРЯМО СЕЙЧАС. И скажи мне правду. Там у вас в школе есть кто-то противоестественно бледный?
Кому: Кто-то Никто ([email protected])
От кого: Джесси А. Холмс ([email protected])
Тема: Вызываю своего духа-наставника
Взываю о помощи. Ты прав насчет зоны военных действий. Похоже, одной мне не справиться. Вопреки здравому смыслу я надеюсь, что тебе можно доверять. Твое предложение с «задавай мне любые вопросы» все еще в силе? (И если ты Дина, празднуй победу. Ты меня сделала.)
Кому: Джесси А. Холмс ([email protected])
От кого: Кто-то Никто ([email protected])
Тема: к вашим услугам, моя госпожа
вот теперь мне любопытно: что там за Дина, которая жаждет твоей крови? мое предложение все еще в силе.
Кому: Кто-то Никто ([email protected])
От кого: Джесси А. Холмс ([email protected])
Тема: Делаю виртуальный реверанс.
История с Диной совершенно банальная. Глупые девчачьи разборки. Кстати, ты говорил, есть коротенький список людей, с кем можно дружить. Не хочу показаться совсем отчаявшейся, но с удовольствием выслушаю советы знающего человека.
что такое День пользы и что случится с моими ногами, если я приду в босоножках?
эти странные карточки для оплаты обедов, как они действуют? На них уже есть какие-то деньги или что?
Кому: Джесси А. Холмс ([email protected])
От кого: Кто-то Никто ([email protected])
Тема: пальцы всмятку
начнем с Адрианны Санчес. она стеснительная и не заговорит с тобой первая. но она классная, умная и прикольная, когда узнаешь ее получше. почему-то мне кажется, вы с ней подружитесь.
день общественно-полезной работы под лозунгом «Жилье для человечества». упорный труд на благо общества с молотками наперевес. молоткам свойственно падать, отсюда закрытая обувь. твои кеды вполне подойдут. кстати, они крутые.
деньги на карточку кладешь сама. автомат у столовки принимает только десятки, двадцатки и кредитные карты.
Гм. Может быть, этот КН знает меня куда лучше, чем мне представлялось. Адрианна Санчес – та самая девчонка в очках «Уорби Паркер», которая сидит рядом со мной на уроках литературы. Которая напоминает моих подруг из Чикаго. Мне приятно, что он похвалил мои кеды. Какая я все-таки дура.
Кому: Кто-то Никто ([email protected])
От кого: Джесси А. Холмс ([email protected])
Тема: Один процент
Кредитные карты? Да ладно! Здесь все такие богатые?
Кому: Джесси А. Холмс ([email protected])
От кого: Кто-то Никто ([email protected])
Тема: не желаете ли прокатиться на моем личном вертолете?
ну, у нас учится пара ребят на дотации, но вообще обучение в СШВВ стоит бешеных денег, как тебе наверняка известно. такова горькая правда.
Пишем черным по белому: причина № 4657, по которой мне здесь не место. Мой папа не киношный магнат, а простой фармацевт. В Чикаго мы вовсе не бедствовали. Мы жили нормально. Но у нас не было кредитных карт. Я подрабатывала после школы, отоваривалась в «Таргете» или «Гудвилле», расплачиваясь наличными из своих сбережений, и, прежде чем заказать чашечку кофе за пять долларов, всегда прикидывала в уме, стоит ли тратить на это излишество сумму, которую я зарабатываю за час.
Моих родителей мало интересовали деньги, модные шмотки и прочие пафосные штуковины, без которых немыслима здешняя жизнь. Я не выпрашивала у родителей денег на дорогую дизайнерскую одежду. Во-первых, это совсем не мой стиль, а во-вторых, если бы я заикнулась о чем-то подобном, мама наверняка прочитала бы мне нотацию. Даже не потому, что нам это было не по карману – повторяю еще раз: мы вовсе не бедствовали, – а потому, что, по мнению мамы, именитые бренды были пустой шелухой. Глупые цацки для глупых людей. Деньги, которые удавалось откладывать им с отцом, они тратили на путешествия или благотворительность. Копить надо не вещи, а опыт , говорила мне мама и пересказывала какую-то большую статью по социальным исследованиям, где приводились убедительные доказательства того, что счастье не купишь за деньги. Я не всегда с ней соглашалась – помню, как мы поругались из-за вечернего платья за двести долларов, которое я хотела надеть на школьный бал, – но теперь горжусь тем, как меня воспитали, даже если из-за этого воспитания совершенно не вписываюсь в компанию в новой школе. Чужак в чужой стране, как он есть.
Моя признательность Бэтмену вдруг превращается в ярость. Не много ли он на себя берет?! В отличие от здешних богатеньких деток я надеюсь добиться бюджетного места в колледже. Он обещал мне «пятерку», но откуда я знаю, что ему можно верить? А если миссис Поллак узнает, что мы не работали вместе? При зачислении в школу я подписала бумагу, что ознакомилась со школьным кодексом чести и обязуюсь не нарушать здешних правил. Формально подобный обман можно расценивать как нарушение обязательств. С записью в личное дело.
Завтра мне нужно набраться смелости и сказать Бэтмену, что либо мы честно работаем вместе, либо я прошу миссис Поллак найти мне другого партнера. Меня бесит, что нам столько задают на дом. На выполнение всех заданий уходит часов пять каждый вечер, а мне еще нужно выкроить время, чтобы устроиться где-нибудь на подработку. Меня бесит, что Скарлетт так далеко. Меня бесит Тео, который только что вернулся домой и даже из вежливости не сказал мне «Привет», хотя я сидела в гостиной и он меня видел. Меня бесит даже отец, который притащил меня сюда и бросил на произвол судьбы. Мол, разбирайся сама. Ему сейчас не до меня.
Маму коробило, когда я говорила «бесит». В этом слове ей слышалась неблагодарность и мелочная придирчивость человека, считающего, что ему все должны. Представляю, как она рассердилась бы, если б узнала, что я так говорю об отце. Но, с другой стороны, мамы нет, папа женился на другой женщине. Старые правила утратили силу.
Кому: Кто-то Никто ([email protected])
От кого: Джесси А. Холмс ([email protected])
Тема: Маленькое наблюдение
Эй, дух-наставник. Не хочу показаться неблагодарной, но все-таки выскажусь: ПАРШИВАЯ У ВАС ШКОЛА.
Кому: Джесси А. Холмс ([email protected])
От кого: Кто-то Никто ([email protected])
Тема: а то я не знаю.
прямо открыла Америку. и не надо орать. у меня голова разболелась от твоих воплей.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления