Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Крампус. Повелитель Йоля The Yule Lord
Глава четвертая. «Черти»

Санта-Клаус покосился через плечо. Двое парнишек на BMX-байках все так же тащились за ним. Этим утром, ближе к полудню, Санта наткнулся на линию электропередач, и теперь он шел вдоль нее на запад. Недавно он миновал двойной трейлер; те ребята прыгали на своих байках на рампе, когда он проходил мимо. Уставились на него и смотрели, пока он не скрылся из виду. И вот теперь, пару миль спустя, они здесь – прячутся за кустами, следят за каждым его шагом.

«Их придется отвадить. Все-таки не годится, чтобы дети видели, как старый добрый Санта кромсает на куски Крампуса и его кощунственных созданий».

Издалека до него долетел хриплый крик – то, чего он так долго ждал. Он обшарил взглядом небо, но увидел только серые, тяжелые тучи. Снял с пояса рог и дунул – одна короткая, мощная нота. Секундой позже он был вознагражден: опять крик и два черных силуэта, летящие к нему сквозь плотные тучи.

Спустившись, они сели на искривленную ветвь поваленного дуба – два великих ворона, Хугин и Мунин. Каждый был величиной с орла, с черными, гладкими, блестящими перьями. Сложив крылья, они с любопытством уставились на Санту своими умными глазами.

– Помните Крампуса? Да, знаю, вы помните. Похоже, он не погиб во тьме, как ему было до́лжно. Каким-то образом он выполз из-под камней обратно на свет, чтобы творить бесчинства – и натворил. Теперь мой Рождественский мешок утерян – где-то здесь, в ближайшем городке.

Огромные птицы вопросительно склонили головы набок.

– Ищите его тварей, его кощунственных отродий, Бельсникелей. Потому что они тоже будут охотиться за мешком. Когда вы их найдете, следуйте за ними неотвязно, как дурные предзнаменования, и укажите мне на них своим криком… Ибо мой меч жаждет испить их крови.

Вороны, хрипло заклекотав, кивнули – совершенно по-человечески.

– Летите же, птицы мои, и поспешите. Найдите их и укажите мне путь.

Гигантские вороны, подпрыгнув, взвились в воздух, разметав подмерзшие листья, и полетели куда-то вниз, вдоль склона.

Металлический звон. Санта обернулся и увидел, что те ребята подобрались к нему совсем близко – гораздо ближе, чем это было бы благоразумно. Сидели на своих велосипедах и таращились на него во все глаза. Санта подошел к ним. Тот, что помладше, тревожно взглянул на старшего: казалось, он готов был в любой момент сорваться с места. У старшего – подростка лет тринадцати – тоже был неуверенный вид, но отступать он явно не намеревался.

– А чё это вы так одеты? – спросил подросток.

– Ага, – поддакнул мелкий. – Чё это вы Санта-Клаусом одеты?

– Потому что я – Санта-Клаус.

Старший парнишка фыркнул:

– Ага, и моя задница тоже.

Младший тоже поспешно фыркнул.

Санта вспомнил, почему он так ненавидит подростков – они так усердно стараются ни во что не верить. И делают все, чтобы испортить волшебство всем остальным.

– Идите домой.

Подросток моргнул.

– Эй, это свободная страна. Вы не можете указывать нам, куда идти.

– Что, новый велосипед?

– Ага, – ответствовал парнишка с очевидной гордостью. – На Рождество подарили. Отпадная вещь!

– Не мог бы ты слезть? Пожалуйста.

– Э… Чё? Зачем это?

– Что бы тебя на нем не было, когда я спущу его под откос, – Санта кивнул в сторону обрыва, по которому шла тропа. Дно ущелья было усеяно обломками скал.

Санта схватил велосипед за руль и пнул колесо в бок, вышибив разом почти все спицы. Обод немедленно пошел «восьмеркой».

– Эй!  – заорал парень. – Эй, вы не можете так делать!

Он вскочил на ноги, и, когда он это сделал, Санта выдернул из-под него велик. Поднял над головой и бросил вниз. Велосипед несколько раз подскочил, перевернулся в воздухе и грохнулся на камни внизу.

Мальчишки стояли, разинув рты, и глядели на то, что осталось от велосипеда.

– Думаю, вам больше не стоит за мной ходить. Как вам кажется?

Ответа Санта дожидаться не стал – торопили дела. Повернувшись, он быстро зашагал дальше.

* * *

Стиснув зубы, Джесс мчался по шоссе к дому Дилларда. Не отрывая взгляда от дороги, он наклонился, открыл бардачок, порывшись, нашарил там пистолет и положил на сиденье рядом с собой.

– Заберу дочь, – сказал он вслух, потому что хотел слышать, как это звучит. – А если кто попробует помешать – застрелю.

Милю спустя он остановился у заправки.

– Твою мать! – Джесс взял револьвер и впился в него взглядом. У него в ушах опять зазвучал голос Дилларда: «Ты не сделаешь этого, Джесс. Уж я-то знаю. Если я в чем и хорош, так это в том, что я всегда знаю человеку цену» .

Джесс посмотрел на дыру у себя в ладони.

– И Генерала тоже застрелю! – прорычал он. – Всех их застрелю на хрен!

Слова прозвучали как-то жалко, и ему стало только хуже.

Он заглушил пикап, вышел и прошел через заправку в туалет. Включил теплую воду и промыл рану на руке – как сумел. Рука онемела, плоть вокруг раны потемнела и начала опухать. Оборачивая руку бумажными полотенцами, он задумался, сможет ли еще он когда-нибудь играть на гитаре. «Может, Генерал мне услугу оказал? Может, будет только лучше, если я не смогу играть. Просто брошу музыку, и все».

Джесс забрался обратно в пикап и решил, что пока лучше всего будет поехать домой и подумать. «А о чем думать-то?» – тут же спросил он себя, и опять у него в голове зазвучал неотвязный голос Дилларда: «Я бы его застрелил, без вопросов. Потому что настоящий мужик поступил бы именно так» .

Джесс выехал обратно на шоссе и через несколько минут уже заезжал на территорию Кингз-Касл, разбрызгивая натекшую в выбоины мерзлую жижу и изо всех сил стараясь прочистить голову. Уже вечерело; через пару часов Чет будет ждать его позади начальной школы, и если Джесс там не появится, дела сразу же обернутся к худшему. «Ну не могу я и дальше делать для них ходки. Рано или поздно в тюрягу загремлю. Что бы я ни сделал, все к худшему. Что же мне делать? Что же мне, на хрен, делать?..»

Он выудил из нагрудного кармана пачку сигарет, пошарил в ней, но пачка была пуста. Джесс шлепнул картонкой о приборную доску, и оттуда выкатилось несколько крошек табака.

– Прекрасно. Просто прекрасно. – Он скомкал пачку и кинул на пол. – Вот дерьмо, вы только посмотрите на это!

Над его трейлером кружили две огромные птицы. Сначала Джесс подумал, что это какие-нибудь канюки, но, подъехав поближе, разобрал, что птицы были похожи скорее на ворон – или на воронов. Он бросил взгляд на трейлер.

– А это что еще за херня?

Дверь трейлера была открыта нараспашку. Внутри что-то явно двигалось: какая-то сгорбленная фигура, копошившаяся в сваленных у двери коробках, спиной к нему. На незваном госте была темная куртка с поднятым капюшоном. И, хотя лица Джесс не видел, ему сразу стало понятно, кто это.

Он проехал мимо, даже не притормозив, будто его дом был дальше по дороге, надеясь изо всех сил, что его не заметили. Дорога заканчивалась тупиком, и у него не было выбора, кроме как, развернувшись, двинуться в обратную сторону. Джесс сдал задом на подъездную дорожку Такеров и развернулся, стараясь не привлекать к своим маневрам ни малейшего внимания. И тут заметил еще одну фигуру в капюшоне. Незнакомец бродил по кустам позади его трейлера, низко пригнувшись к земле, будто что-то вынюхивая. Джесс покосился на мешок Санты, лежавший на полу, и принялся гадать, не могут ли эти создания каким-то образом чуять мешок. Он подхватил мешок, намереваясь выкинуть его в окно и уехать подальше, но тут существо выпрямилось, поджав когтистую руку, точно собака – лапу, понюхало воздух, а потом голова твари резко дернулась в его сторону. На лице у этого красовались солнечные очки, хотя день выдался пасмурным, солнца не было и в помине. Оно подняло очки, и тут Джесс увидел его глаза: горящие, оранжевые, они были устремлены прямиком на Джесса, провожая взглядом ползущий по дороге пикап.

Джесс сунул мешок обратно в ноги перед пассажирским сиденьем, борясь с желанием втопить педаль газа в пол.

– Спокойно, – прошептал он. – Только спокойно.

«Черт» тем временем направился к дороге. Джесс старался на него не смотреть, но все время чувствовал на себе взгляд этих горящих оранжевых глаз – особенно когда проезжал мимо. «Еще чуть-чуть. Еще совсем чуть-чуть». В зеркало ему было видно, что «черт» выбрался на дорогу и быстро направляется в его сторону. Поглядев опять вперед, на дорогу, Джесс вскрикнул: прямо перед ним, посреди дороги, стоял еще один – тот, который побольше, с рогами, весь покрытый мехом, и с копьем.

– Вот дерьмо! – заорал Джесс, и крутанул руль влево.

«Черт», шлепнув пятерней по стеклу с противоположной от Джесса стороны, побежал рядом, заглядывая внутрь и улыбаясь. Зубы у него были очень грязные.

Джесс дал по газам. Колеса провернулись, буксуя на смеси гравия со снегом, и какую-то секунду он отчаянно жалел, что заложил хорошую резину, но тут шины наконец зацепили землю, и пикап сорвался с места, быстро набирая скорость, подпрыгивая и переваливаясь на ухабах. Джесс глянул в зеркало – никого. По крыше кузова вдруг что-то тяжело ударило, а потом послышались шаги – уже по крыше кабины.

Тварь соскользнула по лобовому стеклу прямо на капот, и вновь одарила его кривоватой улыбкой. При виде мешка глаза твари широко распахнулись – и загорелись, в буквальном смысле, будто кто-то поднес к дровам спичку. Откинув голову, существо завыло – долгий, переливчатый вопль, почти рыдание, так, что у Джесса волосы встали дыбом. Повсюду вокруг зазвучали ответные вопли. Существо откинулось назад и с размаху всадило кулак в лобовое стекло, пробив дыру. По стеклу побежали трещины. Высвободив кулак, существо вновь откинулось для очередного удара, но тут Джесс резко вывернул руль влево, потом вправо, пикап рыскнул из стороны в сторону, и существо сорвало с капота. Оно ухватилось за дворник, сползая все ниже и ниже. Впереди показались еще двое «чертей» – они длинными прыжками неслись к нему прямо дороге.

– Господи, да они повсюду!

Тот, что висел на капоте, начал подтягиваться обратно. Джесс опять рванул руль, нарочно проехав по рытвине. «Черта» подбросило в воздух, и он улетел с капота, по-прежнему сжимая в руке дворник. Приземлился он в сугроб на обочине и тут же исчез из вида, скатившись в кювет.

Те двое, что были впереди, быстро приближались – наперерез. Джесс продолжал что есть силы давить на газ. Старый восьмицилиндровик надсадно ревел, и пикап ходко шел вверх, в горку.

– Давай же!  – орал Джесс. – Давай!

Он уже было решил, что ему удалось прорваться, когда то чудище, что бежало впереди, прыгнуло, перелетев через сугроб, и врезалось в дверцу со стороны пассажирского сиденья. Пикап заходил ходуном. Существо уцепилось за боковое зеркало, потом схватилось за ручку и распахнуло дверь.

Впереди показались мусорные баки и ковчег Милли. Джесс резко дернул руль вправо, к бакам, впечатал в них дверцу вместе с повисшим на ней «чертом». Следующие несколько секунд время словно замедлилось, будто кто-то нажал на паузу, и Джесс ясно увидел парящих в воздухе «черта», Иосифа, Марию и младенца Иисуса – в сопровождении мусора Милли.

«Черт» врезался в белый заборчик Милли и покатился по ее двору.

А Джесс уже мчался вниз, под горку, к шоссе. Пикап бросало из стороны в сторону на рытвинах и ухабах, водило от кювета до кювета. Он прошелся по ряду почтовых ящиков, стоявших у подножия холма, потом въехал в кювет, а из кювета – прямо на шоссе. Джесс ударил по тормозам, и задние шины занесло – в кювет на другой стороне дороги. Пикап развернуло в противоположную сторону, и Джесс увидел всех пятерых – они неслись длинными, стелющимися прыжками, быстрые, как олени, а их глаза – их страшные, горящие глаза – были устремлены прямо на него.

– М-м-мать! – он нажал на газ, колеса провернулись в грязи вхолостую, и какую-то секунду ему было предельно ясно, что он застрял и все кончено, но старик «форд» справился, шины зацепили асфальт, и, визжа покрышками, он понесся прочь.

Джесс в последний раз поймал «чертей» взглядом в зеркале заднего вида – далеко позади, на шоссе. Они и не думали останавливаться, сдаваться. И в этот момент Джесс понял: как бы далеко он ни убежал, эти существа будут преследовать его в кошмарах всю оставшуюся жизнь.

* * *

Джесс двигался на юг со скоростью почти восемьдесят миль в час, даже не замечая пронизывающего ветра и снега, забивавшегося в кабину сквозь дыру в лобовом стекле. Старенький восьмицилиндровик выл и стонал, угрожая заглохнуть от натуги. Сердце у Джесса все еще стучало, как бешеное. От города его отделяло уже десять миль; он скоро уже должен был выехать на федеральное шоссе – и это его вполне устраивало. Джесс не планировал останавливаться, пока не окажется в Кентукки, или, может быть, в Мексике.

Он зло покосился на мешок Санты, будто тот его каким-то образом предал. Не снижая скорости, перегнулся через пассажирское сиденье и опустил окно. Потом одним движением выдернул мешок из-под приборной доски и выкинул его в окно. Мешок запрыгал по асфальту и шлепнулся в кювет.

Все, довольно с него Гудхоупа, довольно Западной Вирджинии, довольно сумасшедших «чертей» и их горящих оранжевых глаз, довольно с него Генерала и всей этой мутоты. «И если Линде так уж, на хрен, невтерпеж выйти за этого ублюдка Дилларда, если ей так уж нужен его большой, дорогущий дом и большая, дорогущая тачка… пусть оно ей и достанется. Пусть ей достанется всё!»

Джесс попытался ухватиться за эту мысль, не думать больше ни о чем, но ведь это было не все, было еще кое-что, от чего он не мог отмахнуться, и в глубине души он это знал. Он сосредоточился на дороге, на мелькающих под колесами желтых полосках, только бы не слышать ее имя, ее голос… «Папа». Джесс стиснул зубы и вцепился в руль так, что дыра у него в руке запульсировала болью.

«Ты же слышал, что сказал Генерал. Прекрасно слышал. Он посадит Эбигейл в ящик».

– Не сделает он этого. Не может такого быть.

«А что, если сделает? Сможешь ты с этим потом жить?»

Джесс отпустил газ. Пикап сбросил скорость до сорока… тридцати… двадцати… десяти миль в час.

«Сбежать не получится. Только не тебе, Джесс. Как всегда».

Впереди показалась пустая стоянка, где когда-то торговали подержанными тачками, и он остановил машину под потрепанными рекламными баннерами. Выцветшая надпись «Ликвидация бизнеса» поперек витрины провозглашала финальную распродажу. Джесс вышел из машины, захлопнул дверцу. На дверце со стороны пассажира красовалась вмятина, боковое зеркало отсутствовало, из двух дворников остался только один, и, конечно, была еще дыра размером с кулак в лобовом стекле. Тут он заметил малютку Иисуса из вертепа Милли Боггз – пластиковая фигурка застряла между кабиной и кузовом пикапа. Казалось, Спаситель смотрел прямо на него. И улыбался.

– Что, весело тебе?! – заорал на куклу Джесс.

Иисус безмолвствовал.

– Не знаю, что я тебе такого сделал, но, судя по всему, это было что-то ужасное, – Джесс пнул дверцу. – Знаешь, в моей жизни и так было предостаточно дерьма.

Его взгляд упал на дыру в лобовом стекле, и он вздохнул.

– С этим надо что-то делать.

Он обошел вокруг пикапа, опустил задний борт и поднял дверцу. Отодвинул в сторону гитару, мешки с игровыми приставками, и забрался внутрь. В дальнем конце кузова, у кабины, были свалены в кучу его спальный мешок, брезентовая сумка с рабочей одеждой и какие-то мелочи, которые остались еще от отца да так и валялись в пикапе. Всякое старье, которое невозможно было уже продать или заложить. Джесс отодвинул в сторону ящик с инструментами, удочку, и вытащил на свет отцовскую охотничью винтовку. Он хранил ружье завернутым в промасленные тряпки, чтобы оно не заржавело, и сейчас подумал, что тряпки сгодятся на то, чтобы заткнуть дыру в стекле. Он снял с ружья тряпки, складывая их себе на колени, а потом взял винтовку в руки. Рычажная перезарядка, двадцать второй калибр. Джесс провел рукой по потертому прикладу, по гладкому дулу. Он будто встретил старого друга, будто вернулся опять в леса своей юности, где, бывало, бродил целыми днями в поисках кроликов, и единственной его заботой было не наткнуться на лесника из Охотничьей комиссии.

Мимо по шоссе прогрохотала фура, и Джесс поднял взгляд. Заметил, что день уже клонится к вечеру, и в груди у него что-то сжалось. Скоро его будут ждать у школы, и, если он не появится, «черти» станут только частью его проблем.

– Что ж тебе делать, Джесс? – он погладил винтовку.

«Просто приехать обратно и перестрелять всех к чертовой бабушке. И все будет кончено».

Он улыбнулся, но улыбка вышла безрадостная, потому что он знал, что́ на самом деле ему надо будет сделать, знал, что сделать это будет нелегко.

«Тебе придется вернуться, забрать Эбигейл, а потом валить отсюда на хрен – вот и все, что тут можно поделать. Уехать в Мексику, или, может, в Перу – куда-нибудь, где Генерал и его команда никогда до нас не доберутся».

Он потряс головой, отложил винтовку, и тут до него дошло, что, может, Генерал и был решением проблемы. Когда Джесс делал ходку, он обычно и деньги забирал, оплату за товар. Обычно в районе от двух до трех тысяч долларов.

«Тупо забрать деньги и дать деру. – Он кивнул. – Пока до Генерала дойдет, времени должно хватить. Нужно только, чтобы Дилларда точно не было дома. – Джесс прикусил палец. – Это устроить несложно. Поджечь где-нибудь помойку, или, еще лучше, расколотить витрину». Он почувствовал, как в нем оживает надежда. Шанс, каким бы ничтожным он ни был, лучше, чем ничего. «Увезти Эбигейл, пока Диллард гоняется за призраками».

– А Линда? – он нахмурился.

«Линда – это проблема. Самая большая» .

Он потряс головой.

– Может, если я расскажу ей все, она все поймет. Она просто обязана понять.

Тут ему в голову пришла еще одна мысль: «Может, если я сумею найти то фото с Эллен. – Он кивнул, и его сердце забилось чаще. – Если она увидит ту фотографию, может, она даже поедет с нами».

Вот только…

– Вот только что?

«Что же ты будешь делать, когда доберешься до Мексики?»

Джесс взглянул на два мешка с приставками. «Наверное, загнать это барахло в Мексике будет нетрудно». Он подумал о мешке, который валялся где-то на обочине – просто валялся, как на блюдечке, бери, кто хочет.

– Черт, надо мешок забрать.

Джесс выкатился из кузова, захлопнул дверцу, обежал пикап и запрыгнул в кабину. Сунул скомканные тряпки в дыру в лобовом стекле, завел мотор и вновь выбрался на шоссе.

Через минуту он уже вытаскивал мешок Санты из грязного кювета, причем грязи на мешке не было совсем, он даже не намок. Резкий птичий крик заставил задрать голову; в небе кружили две крупные черные птицы. Только через секунду до Джесса дошло, что это были такие же птицы, как те, что кружили над его трейлером. Может быть, даже те же самые . Он бросил мешок на пассажирское сиденье, и птицы принялись хрипло орать. Надвигались сумерки; тени между деревьями становились все гуще. Джессу пришли на память «черти», их глаза. Он торопливо забрался в пикап и направился к городу.

* * *

Джесс миновал дорожный знак «ЗОНА БЕЗ НАРКОТИКОВ», притормозил, въехал на парковку младшей школы «Санни Хиллз», обогнул кафетерий и припарковался у помойных ящиков. Заметил, что на приборной панели горит лампочка – бак был почти пуст. Джесс постучал по лампочке, которая неуверенно замигала, и мысленно сделал себе пометку сказать Чету, что, если тот хочет, чтобы Джесс мотался в Чарльстон и обратно, ему лучше бы отстегнуть денег на бензин.

Джесс заглушил двигатель и принялся разглядывать лесенки на детской площадке. Сколько часов он провел на этой площадке, еще когда ходил в «Санни Хиллз», когда у него еще были мечты куда-то пробиться. Дурачок с гитарой…

Он глянул на дорогу. «Черт, где же Чет?»

Джессу не слишком улыбалось торчать подолгу на одном месте, когда где-то поблизости шляются эти твари. Ему страшно хотелось курить, хотелось хоть чем-то успокоить нервы. Он оглянулся на деревья – не видно ли этих их оранжевых глаз. Уже почти совсем стемнело, и ему казалось, каждый куст, каждая тень пытаются к нему незаметно подкрасться. Он взял с сиденья пистолет, открыл барабан и дважды убедился в том, что оружие полностью заряжено. Мимоходом задумался, сгодятся ли обычные пули против таких, как эти, или нужны серебряные, ну, или вода святая, или что там еще. Джесс с щелчком вернул барабан на прежнее место, и сунул револьвер в нагрудный карман. Заметил, что мешок Санты торчит из-за сиденья, и попытался запихать его поглубже под приборную доску.

«Только бы у меня получилось, – подумал он. – Вызволить отсюда Линду и Эбигейл, и тогда все может обернуться к лучшему. Поселиться в каком-нибудь местечке потеплее, у моря, где ребенку будет хорошо. Может, даже открыть заведение, где я мог бы играть свои песни. Это будет, конечно, не Мемфис – но и не округ Бун. Моя семья будет со мной, и в этот-то раз я уже не облажаюсь. Нет, сэр, только не в этот раз».

Он откинулся на сиденье, закрыл глаза и сделал то, что не делал с тех пор, как был еще ребенком.

– Господи, если у тебя есть минутка, выслушай меня, пожалуйста. Знаю, я твоего внимания не заслужил. Но если бы ты дал мне маленькую поблажку, только на этот раз, ради Эбигейл, я был бы страшно тебе благодарен. И если ты это сделаешь… клянусь, я этого не забуду. Уж как-нибудь, когда-нибудь, но я тебе за это отплачу. Клянусь.

И тут сверху до него донеслось карканье. Джесс открыл глаза, выпрямился. Сердце у него колотилось, как бешеное. Вороны – они оба были здесь – наворачивали круги у него над головой.

– Черт, плохи дела. Совсем плохи.

Он потянулся к ключу зажигания и тут заметил приближающиеся фары – две пары. Патрульная машина заехала на школьную парковку и остановилась у самого въезда – видно, Диллард приехал, чтобы приглядеть за тем, чтобы все прошло хорошо, и чтобы никто не помешал. Четов «Шеви Аваланш» последней модели, черный, с тонировкой на окнах, въехал через нижние ворота и припарковался рядом с пикапом Джесса.

Джесс сквозь зубы втянул в себя воздух.

– Сыграй, как по нотам, Джесс. Не облажайся.

* * *

Широким, пожирающим расстояние шагом Санта пересек парковку у методистской церкви Гудхоупа. Он был рад надвигающимся сумеркам, постоянно ощущая спиной удивленные взгляды. Когда он проходил мимо церкви, из-за угла быстрой походкой вышла молодая женщина с картонной коробкой в руках. Коробка совершенно закрывала ей обзор, и она врезалась прямо в Санту, отчего коробка вылетела у нее из рук. На дорожку посыпались упаковки с новогодними шляпами и дуделками.

– О, господи, – сказала она. – Простите, пожалуйста, я…

Тут женщина осеклась – казалось, у нее внезапно кончились слова. Она бросила взгляд через плечо на человека, который шел следом за ней – пожилой, жилистый мужчина со строгим, пронизывающим взглядом. У него в руках тоже была коробка со снаряжением для новогодней вечеринки. Санта наклонился, сгреб рассыпавшиеся предметы обратно в коробку, подал ее женщине и направился дальше.

– Мистер! – окликнула его женщина. – Простите! Вы что-то уронили. Вот это.

Санта обернулся. Женщина протягивала ему рог. Он вернулся, забрал рог, сказал: «Спасибо», и развернулся, чтобы идти.

– С Рождеством, – сказала она.

Он невольно улыбнулся:

– С Рождеством.

Человек, стоявший рядом с ней, нахмурившись, разглядывал его костюм. Потом покачал головой:

– Сегодня – день рождения Иисуса. Так, напоминаю на всякий случай, брат мой, потому что бывает, люди в это время года сбиваются с толку, – улыбаясь, он положил руку Санте на плечо. – Думают, это день Санта-Клауса.

Санта посмотрел ему прямо в глаза.

– Ваше преподобие, – сказала женщина, – ну не начинайте, пожалуйста, – она виновато взглянула на Санту. – Не обращайте на него внимания. Когда речь заходит о Рождестве, он бывает немного непрактичен.

– Да уж, а как иначе. Санта-Клаус и его подарки – вечно они встают на пути у Слова Божия.

– Как и религия, – был ответ Санты.

Преподобный сощурился.

– Ну, думаю, вам сложно будет поспорить, что миру нужно больше Иисуса и поменьше Санты.

– У Господа много слуг.

Пастор повернулся к женщине:

– Видите, как раз об этом я вам и говорил. Люди сбиты с толку. Особенно дети. Санта-Клаус – это сказка. И если люди говорят своим детям другое – что ж, они им просто-напросто лгут.

– Почему вы думаете, что Санта-Клауса не существует? – спросил Санта.

– А вы его когда-нибудь видели?

– А вы когда-нибудь видели Иисуса?

Преподобный заколебался.

– Иисус – у меня в сердце.

– Найдется ли в вашем сердце место для обоих? И тот, и другой несут мир, милосердие и добрую волю.

– Только Иисус может спасти твою душу от вечного проклятья, – преподобный торжествующе ухмыльнулся. – Может ли Санта это сделать? Что-то сомневаюсь.

Санта вздохнул:

– Все мы служим Господу по-своему. – Потом, очень тихо, будто про себя: – Иногда – вне зависимости от того, хотим мы этого или нет.

Пастор метнул на него озадаченный взгляд и продолжил говорить что-то о спасении души, но Санта уже его не слышал. Вместо этого он вслушивался в отдаленное карканье. Окинув взглядом небо, он заметил воронов – они кружили над чем-то в той стороне, куда он шел, очень далеко. «Они нашли! Они нашли мешок!»

Санта быстро пошел прочь, оставив пастора и женщину обмениваться недоуменными взглядами.

* * *

Изабель откинула капюшон, сняла темные очки и оглядела небо. Воронов не было и в помине. Бельсникели – все пятеро – стояли на гребне холма, обозревая долину. Внизу, под ними, раскинулся городишко Гудхоуп. Из-под тяжелых низких туч расползалась вечерняя мгла. Они надеялись, что человек в пикапе далеко не уехал. Всем было понятно, что, если он оставил город, у них было очень мало шансов найти его прежде, чем его найдут чудовища Санты или Санта собственной персоной.

Маква указал на запад, и все посмотрели в ту сторону.

– Ты их видишь? – спросил Вернон.

Маква нетерпеливо ткнул пальцем опять, в ту же сторону. По-английски он говорил – им владели все трое шауни, но этот язык их бесил. Маква называл английский «языком-уродом». Изабель отчаялась выучить язык шауни, решив, что, раз уж за все эти годы в ее голове ничего не задержалось, то вряд ли это когда-нибудь случится вообще. Так что, лавируя между индейским упрямством и ее полной неспособностью к языкам, они изъяснялись в основном жестами и междометиями.

– Ну, я ничего не вижу, – раздраженно сказал Вернон. Изабель тоже ничего не видела, но это не значило, что птиц нигде не было. Маква знал Крампуса уже очень давно, по догадкам Изабель – около четырех сотен лет, а чем дольше ты отирался возле Крампуса, тем больше магии тебе доставалось.

Маква посмотрел на них, на слабоумных, а потом пустился вниз по тропинке; двое братьев – Випи и Нипи – последовали за ним. Пожав плечами, Изабель и Вернон отправились следом.

Все пятеро мчались по лесу. Уже темнело, им не было нужды скрывать лица, и Изабель наслаждалась зимним ветром, пляшущим у нее в волосах. Кровь Крампуса текла у них в жилах, даря всем пятерым силу и стойкость. Изабель могла бежать быстрее и прыгать дальше любого человека, могла часами мчаться без устали – но это было еще не все; его кровь отворяла их чувства дикой природе, позволяя видеть и слышать ее так, как не дано было ни одному смертному. Изабель чуяла запах прелых листьев под слоем снега, чуяла рыбу в ручье, слышала, как устраивается на ночлег семейство белок – там, высоко, среди верхушек деревьев. Чувствовала пульс жизни, бьющийся под поверхностью вещей. «Древние силы, – подумала она, – древнее, чем сама земля». И когда она бежала вот так – прыгала, как олень, мчалась сквозь лес с открытой хранителю этой земли душой, – она почти забывала о том, что было у нее отнято.

Вместе с ручьем они поднырнули под шоссе, обогнули несколько домов, и выбежали из-под деревьев на поле позади старшей школы. Школа была все та же – по крайней мере, на вид – как тогда, когда она туда ходила, уже больше сорока лет назад. Она посмотрела на темные окна и задумалась, ходил ли в эту школу ее сын.

Маква поднял руку, и они остановились. Он указал вверх, на низкие тучи. В этот раз Изабель разглядела два пятнышка, круживших где-то в миле отсюда, над младшей школой, расслышала далекие крики воронов. Ее сердце заколотилось сильнее.

– Он все еще здесь!

Изабель почувствовала, как внутри нее вновь оживает надежда. В этот раз они знали марку пикапа и видели, как выглядит тот человек. Ему не уйти.

Маква покачал головой. Вид у него был неуверенный.

– Что? – спросила Изабель. – Что теперь не так?

– Они зовут его. Зовут Санта-Клауса. Он уже должен быть близко.

Двое братьев согласно кивнули.

– О, это чудесно, просто чудесно, – сказал Вернон. Судя по голосу, он был близок к истерике. – И что же нам теперь делать?

– Мы его опередим, – уверенно сказала Изабель.

– Это, конечно, прекрасно и удивительно, но что, если мешок уже у него?

– Тогда мы его отнимем, – сказала она, не испытывая ни малейшей радости по этому поводу.

Прибавить к этому было больше нечего; все они понимали, что она имеет в виду. Крампус дал им прямой приказ. Они полностью принадлежали ему; та же кровь, что позволяла Бельсникелям бегать, подобно оленям, полностью подавляла их волю. Потребуй Крампус, чтобы они зубами перегрызли себе вены, напевая при этом песенку, они ничего не смогли бы с этим поделать. Им было приказано принести мешок – любой ценой, так что они будут пытаться это сделать, до последнего вздоха, даже если для этого придется пойти прямиком в пасть чудовищам Санты.

– Мы тратим время зря, – сказала Изабель, и бросилась вперед. Остальные Бельсникели последовали за ней.

Она бежала так быстро, как только могла, и на бегу впитывала в себя окружающую красоту – тысячи оттенков пурпура и синевы, шелковый покров сумерек, накрывающий горы, – зная, что, может быть, больше она этого не увидит.

* * *

Чет выбрался из пикапа.

– Ну, я ж знал, что на тебя можно положиться, парень. – Он подошел к Джессу и похлопал его по спине. – Наш человек. – Чет присмотрелся к машине Джесса и склонил голову на бок. – Что за херня приключилась с твоим пикапом?

Линэрд вылез из Четового «Шеви» с другой стороны и, подойдя к Джессу сзади, схватил его за шкирку.

– Эй! – вскрикнул Джесс. – Убери от меня свои чертовы лапы!

– Охолони, – сказал Линэрд и принялся охлопывать Джесса со всех сторон. Обнаружил в кармане куртки пистолет и извлек его оттуда.

– Что? Вы у меня пушку хотите забрать? Какого хрена?

– Да успокойся уже. Как закончим, получишь свою пукалку обратно, – Линэрд положил пистолет на капот Джессовой машины. – Просто хочу быть уверен, что ты не выкинешь ничего, о чем потом будешь жалеть.

– Как рука? – спросил Чет и улыбнулся.

– Давайте уже с этим поскорее покончим.

– Да, с энтузиазмом у него плоховато.

– У меня есть чем заняться, кроме как слушать вас, придурков.

Чет посмотрел на Линэрда, подняв брови.

– Джесс, я это пропущу мимо ушей, потому как ты чересчур туп, чтобы разговаривать по понятиям.

Джессу показалось, он уловил движение в кустах позади Линэрда.

Чет проследил за его взглядом.

– Расслабься, – сказал он. – Никого там нет. Кроме того, твой дружок Диллард нас прикрывает.

Джесс, втянув воздух сквозь зубы, попытался привести нервы в порядок, и изо всех сил постарался не думать о горящих оранжевых глазах.

– О, чуть не забыл, – сказал Чет. – Думаю, тебе это понравится… Племянник мой чуть не двинулся от счастья, когда я ему ту твою приставку подарил. Аж весь посинел. Я уж думал, сейчас обделается, прямо на ковер.

– Я охренительно рад это слышать, – прервал его Джесс, натужно улыбаясь во весь рот.

– Чё? – Чет поглядел на Линэрда. – Мне это кажется, или Джесс сегодня какой-то чудной?

– Джесс всегда чудной, – ответствовал Линэрд.

Чет, сощурившись, опять посмотрел на Джесса – изучающе, будто тот только что сбежал из зоопарка.

– Н-да, тут ты прав, – Чет выудил из кармана жестянку жевательного табака, открутил крышку, достал щепоть и сунул за щеку. Джессу казалось, что двигается он будто в замедленной съемке.

– Ладно, сладкий ты мой, – продолжил Чет. – План таков. Как я уже говорил, нужно по-быстрому смотаться в Чарльстон. Все туда же, ничего не изменилось. В этот раз встречать тебя будет Джош – братан его опять в тюряге, за вождение в нетрезвом. Жена его залог платить отказалась, – Чет фыркнул. – Честно, мне кажется, за решеткой он ей нравится больше. Ну, короче, Джош будет ждать тебя к девяти. Сделай нам всем одолжение, будь там вовремя. Не хочу, чтобы он мне потом мозг полоскал. Зуб даю, Джош этот иногда нудит, как старая баба. Так что не…

– Я буду там вовремя, – сказал Джесс, рыская взглядом по кустам.

– Дааа… Ну ладно тогда, – Чет помолчал. – Ты что, под кайфом, что ли?

– Нет.

Сомнения у Чета явно остались. Он кивнул Линэрду, и тот, расстегнув куртку, вынул из-за пазухи большой коричневый пакет, обклеенный скотчем.

– У Джоша будет для тебя шесть кусков.

– Шесть тысяч? – вырвалось у Джесса.

Чет внимательно оглядел Джесса, сплюнул табак в снег.

– Ага, шесть. Ты смотри только, без шуток. Помни, что сказал Генерал насчет твоей дочки. Я серьезно, Джесс. Ради нее – смотри, не сбейся с пути.

Джесс стиснул зубы.

Чет ткнул большим пальцем в сторону патрульной машины Дилларда.

– Поедешь за Диллардом до самого Ливуда. Мартин сказал, он сегодня на дежурстве, так что с федеральным шоссе проблем не будет. Как выглядит твоя машина, он знает. Так что, если заметишь у себя на хвосте патрульную машину, не бзди, – Чет хлопнул Джесса по плечу. – Видишь, гитарист, задницу твою мы прикрыли. И Генерал увеличил твою долю до трех сотен – ну, чтобы было без обид насчет дыры у тебя в руке. Три сотни – практически ни за что. Можешь послать ему благодарственную открытку, если хочешь.

Линэрд шагнул к пикапу Джесса и открыл дверцу со стороны пассажира. Мешок Санты вывалился прямо на землю. Откуда-то сверху послышалось громкое карканье.

Линэрд нагнулся поднять мешок.

– Эй, не смей это трогать! – заорал Джесс и прыгнул к мешку.

У Линэрда в руке немедленно появился большой охотничий нож, и нацелен он был прямо Джессу в сердце. Линэрд был не самым крупным из Боггзов, но он был быстрый, очень быстрый. Джесс остановился, подняв руки.

– Просто хотел мешок из грязи поднять.

– Почему бы тебе не оставить его, пока я не закончу, – сказал Линэрд. Джесс отступил.

– Черт, Джесс, – сказал Чет. – Тебе надо перестать, на хрен, так дергаться.

Линэрд сунул пакет под сиденье Джесса.

– И что за херня такая сегодня с этими птицами? – спросил Чет, ни к кому в особенности не обращаясь.

Линэрд поднял мешок Санты и забросил обратно в кабину, даже не поглядев.

– Э-эй, – протянул Чет. – Это что, мешок Санта-Клауса? Да, точняк. Что за черт, Джесс? Ты что, в Санту решил поиграть?

– Оставь мешок в покое, – сказал Джесс.

– Никому не нужен твой дурацкий мешок, – тут Чет еще раз поглядел Джессу в лицо и явно задумался. Сощурившись, посмотрел на мешок. – Да что там у тебя такое? – Чет похлопал по мешку. – Странно, – сказал он. Ткнул в мешок пальцем. Понаблюдал, как тот медленно восстанавливает форму. – Линэрд, ты это видел?

Боггз только хмыкнул.

Чет опять вытащил мешок из машины. Карканье стало громче.

– Чертовы птицы, они что, совсем долбанулись?

– Не трогай мешок, – сказал Джесс, делая шаг вперед.

Линэрд схватил его, толкнул на капот и сунул под нос нож.

– Ничему ты не учишься, парень.

Чет присвистнул.

– Ты только посмотри на него! Как раздухарился. Там, должно быть, что-то хорошее лежит. – Он развязал золотой шнур и глянул внутрь.

– Ну? – спросил Линэрд.

У Чета был озадаченный вид.

– Что? – спросил Линэрд.

– Не, это реально странно. Там как будто какая-то…

Из-за деревьев выскользнула тень и прыгнула на Чета. Это был один из этих – один из «чертей». Он вырвал мешок у Чета из рук, толкнув его при этом так, что тот полетел в снег.

Линэрд среагировал немедленно, без колебаний. Он бросился на тварь, неистово полосуя ножом, и таки зацепил ее плечо. «Черт» повернулся – неестественно быстро – и, размахнувшись мешком по широкой дуге, точно обезумевший боец на подушках, хватил Линэрда точно в грудь, да так, что тот повалился на капот Джессова пикапа. Боггз схватил с капота валявшийся там пистолет Джесса, и, еще в развороте, начал стрелять. Первая пуля ушла «в молоко», но вторая зацепила «черта» за щеку. Тварь пошатнулась, упала, но мешка не выпустила.

Прежде чем Линэрд успел спустить курок в третий раз, из темноты вылетело копье и вонзилось ему в грудь, а следом из кустов вынырнуло еще двое «чертей». Они врезались в Боггза, толкнув на пикап с такой силой, что машина так и запрыгала на рессорах. Один из них быстрым движением ножа вскрыл Линэрду горло, а другой в то же самое время вырвал у него из рук пистолет. Линэрд, хватаясь за копье, повалился на землю. Из широкой раны на горле хлестала кровь.

Подбежали еще двое адских созданий и остановились, переводя взгляд горящих оранжевых глаз с мешка на истекающего кровью Линэрда. Один из них подхватил раненого «черта» и помог ему подняться на ноги, другой забрал мешок.

– Кто вы, на хрен, такие? – заорал Чет из сугроба. Он с яростью поглядел на Джесса. – Ты нас подставил! Ты, на хрен, всех нас подставил! Считай, ты труп! Вся твоя семья – трупы!

Вороны были теперь у них прямо над головами, они прыгали по веткам и каркали, каркали, каркали.

– Санта-Клаус. Он здесь, – сказал один «черт» – высокий, в лохматой шкуре. И указал через дорогу на поле, полого спускавшееся к обочине. Джесс тоже туда посмотрел, но ничего не увидел.

– О, господи, боже мой! – закричал другой «черт». При себе у него был сделанный из винтовки обрез, но вид у него был донельзя испуганный.

Чет воспользовался этим моментом, чтобы вскочить и броситься бегом к машине Дилларда, вопя при этом изо всех сил: «ЭТО ПОДСТАВА! ПОДСТАВА!». «Чертей» это, казалось, нимало не обеспокоило: их оранжевые глаза были устремлены на что-то по ту сторону дороги – казалось, они боялись даже пошевелиться.

– В пикап, быстро! – заорал один из них, тот, что с пистолетом. Судя по голосу и хрупкому телосложению, это была женщина или, может быть, девушка.

«Черти» задвигались.

Женщина навела пистолет на Джесса.

– Ты! Поведешь. – И, сочтя, что Джесс двигается недостаточно быстро, она впихнула его в кабину через дверь со стороны пассажирского сиденья, а потом скользнула следом. – Вытащи нас отсюда, или все мы, считай, мертвы.

Джесс покосился на тело Линэрда, лежавшее в окровавленном снегу. Ясно было, что эти существа, кем бы они ни были, шутить не собирались. Он завел мотор, а остальные «черти» набились в кузов, прихватив с собой мешок Санты. Включив фары, Джесс увидел плотную фигуру, которая бежала по направлению к ним через детскую площадку. Выглядела она как-то знакомо.

– Езжай! – заорала женщина-«черт». – Езжай!

Джесс нажал на газ, думая выбраться отсюда через нижний выезд со школьной парковки. Навстречу ему, слепя, вспыхнули фары. Это был Диллард. Послышался рокот мощного мотора – шеф погнал патрульную машину им наперерез.

– Твою мать! – вскрикнул Джесс. Его план катился псу под хвост.

Грохнул выстрел, потом еще один, и последнее оставшееся у пикапа зеркало разлетелось на куски. Джесс втопил педаль в пол – глубже не получалось – да что толку: Диллард все равно выиграл бы эту гонку.

Джесс увидел безумную ухмылку соперника, увидел дуло пистолета. Вспышка. В двери появилась дыра размером с палец, и выходное отверстие – в лобовом стекле. Мгновение спустя пулю догнал звук выстрела. Джесс прекрасно понимал: это было именно то, чего хотел Диллард, о чем тот мечтал – шанс его пристрелить.

На дорогу перед пикапом, прямо в лучи фар, выскочил человек. Это был тот тип в костюме Санты: зубы оскалены, на лице – злобная гримаса, в руке – меч. Человек бежал прямо на них.

– Эй! – заорал Джесс и вывернул руль, отчаянно пытаясь избежать столкновения. «Санта» взмахнул мечом и опустил его на капот, начисто срезав одну из фар. Лезвие проскрежетало по крылу автомобиля; посыпались искры. «Санту» развернуло и он оказался прямо на пути у набирающей скорость патрульной машины. Раздался глухой, но очень громкий звук: столкновение развернуло машину Дилларда так, что она съехала кювет, а человек в костюме Санты, кувыркаясь, покатился по парковке.

Джесс вывернул на дорогу, ударил по тормозам и обернулся, молясь про себя, что вот сейчас он увидит мозги Дилларда, размазанные по лобовому стеклу патрульной машины. Всё и без того хуже некуда, и будет только справедливо, если хоть что-то пойдет так, как нужно. Джессу случалось видеть, что делает с машиной сбитый олень, но автомобиль Дилларда выглядел так, будто сбил по меньшей мере корову. Джесс заметил раздувшуюся подушку безопасности, и у него упало сердце.

– Вот дерьмо.

– Он мертв? – спросила женщина-«черт». – Да ведь?

До Джесса вдруг дошло, что она имеет в виду «Санту», а не Дилларда.

– Нет, – ответил один из «чертей». – Мне так не кажется.

Джесс покрутил головой, ища взглядом неподвижное тело, но, к своему удивлению, увидел поднимавшегося на ноги «Санту», который с виду нисколько не пострадал. Вверху, над их головами, кружили и каркали вороны. «Санта» повернулся и посмотрел куда-то вдаль, на дорогу.

– Они идут, – сказал высокий «черт». – Посмотрите… Посмотрите, вот они!

И Джесс увидел две тени, что неслись по шоссе галопом, по направлению к ним. Джесс сначала даже не понял, что это перед ним такое. Выглядели они как какие-то лохматые собаки, или, может, волки, только огромные – размером почти с быка. Они были меньше чем в сотне ярдов, и расстояние это стремительно сокращалось.

–  Езжай!  – заорала женщина, и все «черти» подхватили: – Езжай! Езжай! Езжай!!!

Джесс прекрасно их понимал: кем бы те лохматые ни были, сводить близкое знакомство с этими тварями он не собирался. Он решительно нажал на газ, и пикап тронулся с места. Восьмицилиндровик кряхтел и стонал, и стрелка спидометра медленно ползла вверх: двадцать… тридцать… сорок.

– Ну, давай же! – заорал он на старенький «Ф-150». – Давай, детка! Ты можешь!


Читать далее

Фрагмент для ознакомления предоставлен магазином LitRes.ru Купить полную версию
Добавить комментарий

Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. правила

Скрыть