«Сяо Фэн, это Сун Чжэ, это Лю Дао Юань, это Хуа Цзы Чэнь…» Фан Цюн стала представлять Чэн Фэну. Она говорила только их имена, но не говорила их положение и историю. Очевидно боялась, что все они окажут давление на Чэн Фэна. Ведь Сун Чжэ и другие — исключительные люди Нанкина. Все старшие сыны или наследники могущественных кланов города. У них есть то, что обычные люди не добиваются, за сотни лет. «Я Чэн Фэн, друг Фан Цюн.» Чэн Фэн ответил, кивая головой. Сун Чжэ и другие тепло улыбнулись. И, словно старшие братья впустили младшего брата в их компанию. Однако Чэн Фэн, мог увидеть своим зорким взглядом, что за их теплой улыбкой скрывается пренебрежение. «Цзюнь Вэн, что с тем мальчиком?» Спросил удивленно Сун Чжэ, когда сел в машину. Все знали, Шэн Цзюнь Вэн уже 5-6 лет гонится за Фан Цюн. И теперь, внезапно появился этот Чэн Фэн. К тому же, по состоянию Фан Цюн, можно понять, что она благосклонна к нему. «Это хороший друг Сяо Цюн из Чунциня. Оба, в детстве, договорились вместе поступать в Нанкинский университет.» Говорил, холодно улыбаясь, Шэн Цзюнь Вэн. «Не придавайте значения, у него нет возможности быть моим соперником.» «Конечно, ты же Шэн Цзюнь Вэн.» Сун Чжэ поощрительно кивнул головой. Он в их круге считается самым старшим. 2-3 года назад, он уже начал управлять компанией, и теперь, он — уже видный человек. Занимает директорскую должность в компании, под его началом несколько тысяч человек. Но Сун Чжэ испытывал страх, перед рядом сидящим молодым человеком, которому еще нет и 20 лет. Могущественный Шэн Цзюнь Вэн — по характеру был хитрым и расчетливым человеком. Сун Чжэ часто ощущал себя перед ним, как перед своим отцом, который в мире бизнеса, на протяжении стольких лет, чувствует себя как крокодил. ……………… Машины очень быстро прибыли к месту назначению. Ползучий плющ находился как раз на загородном поле, около озера Цин-лун. Вокруг, там были насажены деревья, а на разукрашенных стенах, повсюду тянулись девичьи винограды. Под ногами были уложены отшлифованные каменные плиты, и у больших тёмно-золотых ворот стояли древние стражи-львы. И, именно там, стояла красавица Цзяньнаня в белом ципао. Этот вид, словно переносил во времена Китайской республики (1912-1949 гг). Хозяйкой этого заведения была женщина с конским хвостом, которая носила белый длинный халат. Ее черты были прелестны, однако сложно было определить ее возраст. Она, словно была 17— летняя девочка, и в то же время, казалась старше 20-летней девушки. В то же время, она казалась кокеткой, которой уже было за 30. Время не оставляло на ее лице отпечаток. «Сестра И Фэй, давно не виделись.» Чжун Яо Яо набросилась на эту девушку и, положив руки ей на плечи, сказала. «Недавно, в Учжоу были дела, пришлось задержаться.» Сказала улыбаясь, девушка. И, уже заранее, слуга принес несколько ковров, раскраской времени династии Тан, в номер. Посередине стояли несколько столиков из черного дерева, а на них чайная посуда и большая чаша. Посмотрев на них, казалось, что это была посуда высшего качества. Как только они зашли внутрь, эта девушка стала себя профессионально вести, как прозренный гуру. Сразу было видно, что она незаурядная девушка. Эти несколько молодых людей, которые могут вызывать дождь в Нанкине, в этот момент, перед этой девушкой вели себя довольно почтенно, как служащие перед своим директором. Даже Шэн Цзюнь Вэн вел себя тактично с ней. Потому что, эта девушка, в обществе Нанкина, относится к высшему слою, и даже некоторые считают ее исторической личностью. Тан И Фэй — единственная дочь Тан Юань Чина из Цзяньнаня! Тан Юань Чин, он, можно сказать — управляет половиной провинции Цзяньнань. Клан Тан в Нанкине, уже на протяжении нескольких десятков лет, заложил свою основу. И теперь, его связи, положение и силу — обычному человеку сложно представить. Это девушка может кажется слабой, но Шэн Цзюнь Вэн и другие знают, что в последнее время, И Фэй стала созерцанием ума и духа. Она отлично справлялась с делами бизнеса. Бизнес клана Тан и подпольный мир, в основном, был под ее присмотром. Много времени, она представляла интересы клана Тан и являлась королевой подпольного мира Цзяньнаня. Как только все уселись, И Фэй стала плавно заваривать заварочный чайник. «Чай высшего сорта, Бай Хао Инь Чжэнь, это, можно сказать, источник сил тигра. А посуда из фарфора Цзиндэчжэнь, в руках И Фэй, словно находится в руках знатока китайской чайной церемонии. Все это — придает сдержанный и исключительный вкус.» Говорил Шэн Цзюнь Вэн, после того, как он понюхал чашу чая из белого фарфора. (П.п Цзиндэчжэнь (городской округ провинции Цзянси КНР; также именуется столицей фарфора)) «Конечно, наша И Фэй — знаток чая. Она достойна высших похвал.» Чжун Яо Яо восхищенно добавила. «Господин Сяо Фэн, прошу вас.» Тан И Фэй подняла маленькую чашу чая и поднесла Чэн Фэну. «Большое спасибо.» Чэн Фэн спокойно ответил. Словно для него, этот чай, лист которого стоит миллионы, был обычным чаем. Хоть И Фэй улыбалась, но в душе, она была недовольна. Будучи хорошей подружкой Фан Цюн, она знала, что у нее в сердце был только один человек. Но она думала, что это, для Фан Цюн, просто нелепое воспоминание детства. Как и для многих, казалось, что первая любовь — самая лучшая, но на самом деле. Первый возлюбленный оказывается обычный человек. Какой гений мог появиться из уездного городка Чунциня? Но теперь, когда она увидела, какой Чэн Фэн внешне, решила, что он — довольно простой человек. Однако, у И Фэй довольно зоркий взгляд. Она ощутила, что что-то не сходится. Слишком спокойно и уверено вел себя Чэн Фэн. *Либо этот человек имеет за собой поддержку, либо он просто слепой. * И Тан И Фэй склонялась к первому. *Неужели, у Чэн Фэна есть опора?* Тан И Фэй немного нахмурила брови и потом расслабила. Даже если Чэн Фэн будет из большого клана, что ей от этого? Здесь Нанкин, Нанкин клана Тан. Даже все эти молодые люди, если собрать все их силы или мэра Цин Хуа, они не смогут противостоять клану Тан. Зачем ей опасаться молодого человека из крошечного городка. «Господин Сяо Фэн, не стесняйтесь.» И Фэй сказала, и потом все стали общаться между собой. В этом кругу главной была И Фэй. Она была самая старшая и высокая по положению. Что касается Фан Цюн и Цзюнь Вэна, в частности Цзюнь Вэн, то они негласно соперничали. «В недавнюю программу развития Нанкина, войдет ли Учжоу?» «Я думаю, что Учжоу очень близок к Жонхаю, а к Нанкину довольно далек. Вряд ли.» «Государственная политика сейчас стимулирует рынок недвижимости. Моему дяде нужно…» Их тема разговора была не такой, как у Чэн Сюйя и его друзей — о машинах, девушках и так далее, а направлена, на политику, экономику, и другое. Вассалы постоянно работают, высокие статусы постоянно говорят и судят о всем. Лю Дао Юань подавал тему. Су Чжэ говорил свою точку зрения, и так они начинали спорить. Фан Цюн и Цзюнь Вэн, в основном молчали. Временами, они вставляли несколько слов. Как правило, рисуя дракона, пририсовывают и глаза. (п.п. нарисовав дракона, пририсовать ему зрачки (обр. в знач.: добавить решающий штрих, завершающий штрих)) Но высказывания обоих, часто не совпадали по мнению. И Фэй постоянно молчала и слушала их. Временами появлялась новость, которую она не слышала. Это расположение их ступеней. Фан Цюн хоть и молчала, но она постоянно думала. Она хорошо разбиралась в капиталах и финансовом развитии. Она была особенно в этом одарена. Все что-то обсуждали, и только Чжун Яо Яо и Чэн Фэн молчали и отчужденно смотрели на все это. «Что, ощущаешь на себе давление?» Чжун Яо Яо спросила, соблазнительно улыбаясь. От нее исходил аромат орхидей. Этот запах Чэн Фэн сразу ощутил. «Нет.» Чэн Фэн ответил равнодушно. «Кто-то в чем-то силен, а в чем-то нет. В чем я силен, они вовсе не поймут.» «Кто-то вырос, чтобы выгуливать кошек и собак, кто-то хорош в развлечениях. Но все ощущают взлеты и падения. Разве нет у всех ступеней?» Сказала улыбаясь, Чжун Яо Яо: «Тогда, в чем силен ты?» «Я, в рукопашном бою.» Ответил спокойно Чэн Фэн. «Рукопашный бой? Сражения?» Чжун Яо Яо застыла. В ее глазах, появилось пренебрежение. Для людей ее мира, бойцы — не стоят упоминания. Даже выдающаяся личная охрана короля, никому не известна — они только для того, чтобы охранять и только. Взять даже И Фэй. Она сама, даже курицу не сможет задушить, но в ее хрупких руках половина подпольного мира Цзяньнаня. Она, можно сказать, его королева. «Если ты любишь сражаться, сестра знает некоторых хороших мастеров саньда в провинции. Когда придет время, если ты победишь, то сестра поощрит тебя.» Чжун Яо Яо приблизилась и стала говорить Чэн Фэну на ухо. Она, словно соблазняла его. Только Чэн Фэн и виду не подавал, в его глазах только промелькнул смех. «Чжун Яо Яо!» Фан Цюн повернулась и, увидев эту ситуацию, нахмурив брови, неожиданно крикнула. «Хаха, я только спрашивала у него, про забавные истории с тобой. Сяо Цюн, не нужно злиться.» Чжун Яо Яо, улыбаясь, отстранилась, но бесшумно проговорила Чэн Фэну: «Не забудь о нашем договоре.» *Эта чертовка. * Чэн Фэн улыбаясь, покачал головой. Все разговаривали, и стало темнеть. Как только они вернулись ко входу Нанкинского университета, Фан Цюн отвела Чжун Яо Яо и потом спокойно посмотрела на Чэн Фэна. Она немного задумалась и потом сказала: «Уже поздно, куда ты пойдешь? Давай, я устрою тебя в отель?» «Не стоит. Я вернусь в общежитие.» Чэн Фэн сказал улыбаясь, и, показывая на школу бизнеса, сказал. «Я теперь там учусь, и хоть я не прошел вступительные экзамены в университет Нанкина, как и обещал. Но плохо или хорошо, мы, все же, можем каждый день видеться.» «Правда?» Глаза Фан Цюн загорелись радостью. «Общежитие скоро закроется. Тебе нужно быстрее возвращаться. Потом, у нас будет еще много времени для разговоров.» Чэн Фэн сказал, улыбаясь. И затем, провел девушку до входа женского общежития. Там, два человека еще долго стояли и общались. И только потом, Фан Цюн неохотно стала подниматься по лестнице. Эту сцену, неизвестно как много людей увидело. А на второй день, по всему университету уже ходили слухи, что новая богиня Нанкинского университета уже обзавелась парнем!
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления