Об авторе. Энциклопедия жизни ингушского народа

Онлайн чтение книги Из тьмы веков
Об авторе. Энциклопедия жизни ингушского народа

В литературе каждого народа есть имена, которые вписаны в ее историю золотыми буквами. В ингушской художественной литературе — это имя Идриса Муртузовича Базоркина.

Когда бы и кто не перечислял ингушских писателей или наиболее значимые их произведения, ему не обойтись как без имени Базоркина, так и без его романа-эпопеи «Из тьмы веков». Будут появляться новые талантливые мастера пера, выходить интересные произведения прозы, драматургии, поэзии, но неизменным останется среди них вписанное навеки в историю ингушского народа и его литературу слово и дело Идриса Базоркина.

Родился Идрис Муртузович Базоркин 15 июня 1910 года в своем родовом селении Базоркино Назрановского округа Ингушетии (ныне с. Чермен Пригородного района Северной Осетии). Основал это село родной брат деда писателя Мочко Байсагурович Базоркин, и ингуши до сих пор называют это село по имени основателя — «Мочкхой-юрт».

С самого раннего детства, с молоком матери впитывал будущий писатель основы западноевропейской, русской и ингушской культур.

Фамилия Базоркиных принадлежит к древнему роду Газдиевых из старинного ингушского аула Эги-кал, многие башни которого сохранились в горной части Ингушетии до сих пор. Дед писателя — Бунухо Байсагурович, был одним из первых ингушских генералов царского времени, храбростью и отвагой отличился во время русско-турецкой кампании 1877–1878 гг. Шестерых сыновей вырастил генерал. Все они были цветом интеллигенции своего времени. Все получили блестящее образование. Старший сын — Атаби — офицер, вместе со своим отцом участвовал в освобождении Болгарии. Второй — Асламбек — был первым юристом из ингушей, стал краеведом, написал немало интересных произведений о судьбах своего народа, четвертый — Ибрагим — работал инженером, стал наркомом железных дорог Терской области, строил мосты. Пятый — Мухтар — командовал партизанским отрядом ингушей в годы гражданской войны. Шестой — Крым-Султан — был штаб-ротмистром царской армии и погиб в первой мировой войне.

Отец писателя, Муртуз-Али Бунухоевич Базоркин, третий сын генерала, был офицером царской армии и, не желая присягать новому режиму, эмигрировал в годы гражданской войны в Персию, где и умер в 1924 году. Сын о смерти отца узнал лишь спустя почти полвека. Мать писателя, красавица Гретта, дочь швейцарца французского происхождения инженера де Ратце, работавшего в то время во Владикавказе, эмигрировать не захотела и осталась с двумя сыновьями — Мурадом и Идрисом. Но вскоре, в 1923 году, умерла. Будущий писатель рано узнал тяготы и лишения. Деникинцы в 1919 году разграбили его родное село Базоркино, сожгли их дом и растащили имущество. В 1920 г. в городе Владикавказе десятилетний Идрис в прямом смысле этого слова сидел под дулом ружья бичераховского белобандита в то время, когда другие бандиты грабили его квартиру. Но он еще не знал, что это не последние в его жизни лишения. Следующие пришлись на эпоху социализма и демократии… Но это будет потом, а пока…

Идрис учится в хужаре — мусульманском начальном учебном заведении, впечатления от которого легли потом в основу рассказа «Боны» («Капкан»). Затем следует младший подготовительный класс гимназии в г. Владикавказе, а в 1924 году — учеба на подготовительном отделении Ингушского педагогического техникума в том же Владикавказе. Здесь Идрис и приобщился к творчеству. Повезло с преподавателями. Через всю свою жизнь пронес Идрис Муртузович любовь и уважение к Виктории Константиновне Абрамовой, преподававшей русский язык и литературу. Двух своих преподавателей — ее и одного из основателей ингушской письменной литературы Тембота Дордагановича Бекова, считал он «виновными» в своем приобщении к литературе. Вместе с ним учились и другие будущие видные ингушские писатели: Багаудин Зязиков, Хаджи-Бекир Муталиев, Салман Озиев, Хамзат Осмиев, Джемалдин Яндиев, всемирно известный политолог Абдурахман Авторханов и другие.

Первые свои «пробы пера» будущие мастера слова печатали в рукописном журнале «Красные ростки». А когда написанный по заданию Виктории Константиновны рассказ Идриса Базоркина «Несчастье» понравился учительнице, и по ее рекомендации 7 января 1928 года он появился в ингушской национальной газете «Сердало» («Свет»), Идрис твердо решил связать свою жизнь с литературой. Уже в 12-м номере газеты «Сердало» появляется критическая статья известного ингушского писателя и исследователя Орцхо Мальсагова с характерным названием «Молодые побеги», в которой творчество начинающего писателя подвергается строгому, но доброжелательному анализу.

Одним из преподавателей был профессор-лингвист Немировский, знавший в совершенстве 11 языков. Почувствовав в молодом студенте навыки научного работника, он предложил Идрису Базоркину стать его учеником, наследником. И не только в научном смысле, но и в прямом. Будущий писатель вежливо отказался, так как ученый требовал невозможного: бросить литературное творчество и заняться всецело языкознанием.

В 1930 году, после окончания педагогического техникума, Идрис Базоркин поступает на только что открытое общественно-литературное отделение Северо-Кавказского педагогического института. Здесь в полную силу разворачивается художественное и общественное дарование писателя. Базоркин пишет стихи, рассказы, пьесы, статьи, участвует в художественной самодеятельности, играет в пьесе на Олимпиаде искусств горских народов Северного Кавказа в г. Ростове-на-Дону, где завоевывает призовое место.

Молодой Ингушетии не хватало учебников и, еще будучи студентом, Идрис Базоркин в соавторстве с Мухарбеком Шадиевым в 1932 году выпускает учебник ингушского языка для первого класса сельских школ. Характерно, что и рисунки к учебнику сделал Идрис Базоркин. Через год вместе с А. Ахриевым и А. Озиевым пишет букварь для сельских школ.

В 1932–1934 годах, являясь студентом, а затем и выпускником педагогического института, Базоркин учительствует в горной Ингушетии.

Судьбоносным для писателя явился 1934 год. В Ингушском национальном издательстве «Сердало» в г. Владикавказе выходит его первый сборник стихов и рассказов «Назманч» («Певец»), сразу вызвавший доброжелательный отклик у критиков и читателей. В своем предисловии к сборнику Орцхо Мальсагов назвал молодого Базоркина «одним из талантливых писателей Ингушетии».

В том же году Идриса Базоркина принимают в только что образованный Союз писателей СССР, и в августе 1934 года он участвует в работе Первого съезда советских писателей в качестве делегата от Чечено-Ингушской писательской организации. Идрис Базоркин по своей инициативе приветствует Максима Горького и приглашает его посетить Чечено-Ингушетию.

Увлечение театральным искусством требовало от начинающих литераторов профессиональных навыков, и в 1934–1935 гг. Базоркин вместе с Чечено-Ингушской театральной студией стажируется в Тбилисском государственном театре им. Ш. Руставели.

В 1935–1938 годах Идрис Муртузович работает завучем педагогического рабфака города Орджоникидзе (Владикавказа).

Профессиональный интерес молодого писателя к драматургии получил свое воплощение в пьесах, написанных им в 30–40-х годах. В 1937 году из-под пера Базоркина выходит первая в ингушской литературе многоактная пьеса «На заре», показывающая борьбу с белогвардейцами на Северном Кавказе в 1919 году и поставленная в 1938 году Северо-Осетинским государственным драмтеатром в переводе на осетинский язык А. Токаева.

В 1934 году в нарушение действующего законодательства и вопреки воле ее народа, путем опроса членов ВЦИК, Ингушетия была соединена с Чечней, а годом раньше родной для ингушей город Владикавказ, во всей своей истории являвшийся административным и культурным центром одновременно Северной Осетии и Ингушетии, был передан Северной Осетии. Практически вся ингушская интеллигенция вынуждена была перебираться в незнакомый для нее город Грозный. В 1938 году с болью в сердце сделал этот шаг и Идрис Базоркин.

В Грозном он вначале работает заведующим литературной частью Чечено-Ингушского государственного драматического театра. Здесь он начинает работу над новой многоактной пьесой «Тамара» на актуальную в то время тему — раскрепощение женщины-горянки. Но события в пьесе не ограничиваются этой проблематикой, они развиваются на фоне острой классовой борьбы в ингушском обществе того периода. Мастерски показанная в драме тема в силу своей актуальности и неподдельного интереса к ней на протяжении полувека не сходила со сцен профессионального и самодеятельных театров Ингушетии.

Буквально перед началом войны драма «Тамара» была поставлена на сцене Чечено-Ингушского драмтеатра и продолжала ставиться вплоть до высылки чеченского и ингушского народов.

С началом Великой Отечественной войны резко меняется тематика творчества писателя. Главной стала идея победы над врагом. Будучи штатным лектором обкома партии и корреспондентом республиканских газет и радио, он вместе с соратниками по перу ездит по городам и селам Чечено-Ингушетии, Кабардино-Балкарии, Северной Осетии, выступает перед бойцами и населением прифронтовых и тыловых населенных пунктов, по радио, пишет в прессе очерки и статьи, составляет акты о зверствах фашистов на родной земле. В виде маленьких книжек и больших статей в периодической печати появляются статьи Идриса Базоркина с характерными названиями: «Не простим!», «Лицо врага», «У открытой могилы», «Гнев народа», «Честь горянки», «Сын Родины», «Слово к чечено-ингушской интеллигенции», «Они не пройдут» и другие.

Активную работу писателя в дни войны отмечал в то время известный советский писатель Петр Павленко: «Имена Яндиева и Базоркина появлялись по радио, в печати и в устных выступлениях так часто, что казалось, они работали без отдыха».

Тем не менее Базоркин успевает писать и небольшие, но актуальные пьесы. В драмах «В эти дни», «Рождение ненависти», «Знамя победы» пророчески звучит голос писателя, утверждающий веру в победу над врагом. В пьесе «В эти дни» еще в ноябре 1941 г. впервые прозвучали слова о контрнаступлении советских войск. Долгое время считалось, что раз в некоторых мотивах, особенно в предвидении контрнаступления советских войск, пьеса Базоркина напоминает известные в военные годы пьесы К. Симонова и Л. Леонова, то тут налицо заимствование. На проверку оказалось, что пьеса ингушского писателя появилась раньше драматических произведений классиков русской советской литературы.

В 1943 году писатель решает перейти исключительно на литературную работу. Фашизм, дойдя до границ Чечено-Ингушетии, был отброшен назад. Надо было восстанавливать мирную жизнь и работать во имя окончательной победы над врагом.

Но у кремлевских стратегов были еще и другие задачи. Надо было на кого-то списать свои стратегические и тактические просчеты. Очередной жертвой такой политики стали ингуши и чеченцы. Народы, на территории которых фашисты практически и не побывали, были обвинены в пособничестве врагу и 23 февраля 1944 года, в день рождения Красной Армии, поголовно сосланы в Северный Казахстан и Среднюю Азию. В очередной раз Базоркин лишается имущества, в том числе библиотеки и писательского архива. В преддверии этого литератор жил творческими замыслами: что-то писал, что-то обдумывал, для чего-то готовил материал. Любопытно, что именно 23 февраля в местном драмтеатре должна была идти пьеса Базоркина «Тамара». И никто не знал, что другой, кремлевский режиссер кровавых спектаклей мирового масштаба подготовил одну из самых своих бесчеловечных постановок с вовлечением в ее действие целых народов… Разница была только в том, что в спектакле, поставленном тираном, по-настоящему убивали без разбора женщин, детей, стариков; тех, кто на фронте проливал свою кровь за родину, часто и с его именем на устах; тех, кто вырастил сыновей и дочерей для фронта и тыла и, не покладая рук, трудился во имя победы.

Идрис Базоркин попал в Киргизию. Первое время пришлось работать кладовщиком, затем администратором во Фрунзенском театре оперы и балета. Так как писать и печататься сосланным писателям было запрещено, материал накапливался подспудно. Только со смертью самого кровожадного и преступного диктатора всех времен и народов появилась возможность заняться литературным творчеством и активной общественной деятельностью.

Главным оставался вопрос возвращения на родину. Власть предлагала создать Чечено-Ингушскую автономию в местах выселения, в Средней Азии, и вела с этой целью пропагандистскую работу в массах.

И Идрис Базоркин инициировал общественное движение за возвращение домой, на Северный Кавказ. Вместе со своими единомышленниками он пишет в Москву письма и обращения с настоятельным требованием восстановить ликвидированную в 1944 году автономию чеченцев и ингушей, вернуть народы на историческую родину. В поддержку требования тысячами собираются подписи.

В 1956 году большая группа ингушской и чеченской интеллигенции, одним из основных организаторов и участников которой был Идрис Базоркин, едет в Москву, встречается с руководителями государства и добивается решения вопроса. В июле 1956 года с ингушей и чеченцев снимается ярлык спецпереселенцев, а в начале 1957 года восстанавливается ликвидированная 13 лет назад Чечено-Ингушская республика. Одну из важнейших ролей в этом процессе сыграл Идрис Базоркин.

Правда, несмотря на все старания, республика была восстановлена в усеченном виде. Пригородный район остался в составе Северной Осетии, и таким образом была заложена мина замедленного действия, давшая свой первый кровавый взрыв осенью 1992 года…

Восстановление исторической справедливости было встречено с большим ликованием и воодушевлением. Возвратившийся в Грозный писатель много ездит по селам и городам республики, пишет статьи, заметки в местной и центральной печати, готовит материал для будущих художественных произведений. Красноречивы названия статей писателя того периода: «Свет жизни», «Моя республика», «Сегодня в горах», «Любимый край», «Солнце в горах», «Черты новой жизни», «Солнце в каждом доме» и т. п.

Неожиданно для почитателей его творчества, Идрис Базоркин обращается к опять-таки новому для ингушской литературы жанру — литературной сказке. В 1958 году одна за другой выходят, как обозначает их сам автор, рассказ-сказка «Куни», а затем — «Куни и кот». «Куни» настолько понравилась детям, что в 1965 году была выпущена невиданным для чечено-ингушской литературы стотысячным тиражом. Всего же рассказ-сказка вышел тиражом 133 тысячи экземпляров. Детские письма к автору начинались со слов «Дорогой дедушка Идрис!», а педагоги отмечали исключительную роль сказки в воспитании детей.

Не забывает писатель и о большой художественной прозе. В 1958 году Базоркин пишет теперь уже первую в ингушской литературе приключенческую повесть «Призыв». В ее основу легли реальные события из истории гражданской войны в городе Владикавказе в начале 1918 года. Горстка ингушей из расформированной знаменитой «Дикой дивизии» в Доме Симонова в центре Владикавказа охраняет военное имущество своего полка от наседающих и в десятки раз превосходящих их по численности белогвардейцев. Только прибывший на подмогу отряд легендарного героя гражданской войны Хизира Орцханова спасает их от верной гибели в затопленном подвале дома. Через героику революционных боев и бескомпромиссность противостояния показывает автор весь трагизм тех лет, обреченность сил, делающих ставку на бесчеловечные методы достижения целей. В повести соседствуют как вымышленные, так и исторические лица, хотя и в вымышленных образах легко узнать реальных людей того времени. Повесть получила хорошие отзывы у профессиональных критиков в прессе, во многочисленных письмах читателей к автору.

Во время работы в Киргизском театре оперы и балета Идрис Базоркин наблюдал становление мастерства начинающего в то время, а впоследствии всемирно известного артиста оригинального жанра Махмуда Эсамбаева. Его жизненная и творческая биография стала основой большого очерка писателя «Путь артиста» («Труд и розы»), опубликованного во всех трех чечено-ингушских республиканских газетах на трех языках — ингушском, чеченском и русском. Очерк, вышедший отдельной книжкой, вскоре перерос в киноповесть. И снова это был совершенно новый для чечено-ингушской литературы жанр.

Тринадцать вариантов было у киносценария Идриса Базоркина, по которому на студии «Азербайджанфильм» в 1963 году был снят художественный фильм «Я буду танцевать!». Фильм вышел на всесоюзный экран и имел широкий успех у зрителя. Махмуд Эсамбаев сыграл роль главного героя Махмуда Ишхоева, прототипом которого и являлся. Кроме него в фильме играли такие известные артисты, как Владимир Тхапсаев, Лейла Абашидзе, Альви Дениев и другие. Власти придержащие, ревниво относившиеся к растущей славе Идриса Базоркина, группе артистов и киноработников присвоила почетные звания, а автора киноповести и киносценария наградила… почетной грамотой. Но писатель знал истинную цену творчества и отношения власти к себе.

Успех окрылил писателя, и вскоре он пишет новую киноповесть о тружениках села «Дота», переросшую потом в пьесу «Дороги любви». Снять фильм по нему, правда, не удалось. Затем пишется маленькая повесть «Партизанская быль».

Своеобразным промежуточным итогом творческой деятельности Идриса Базоркина явился выход в 1960 году, к пятидесятилетию со дня рождения писателя, двухтомника избранных сочинений на ингушском языке. Следом, в 1962 году, выходит однотомник избранных произведений писателя «Призыв» на русском языке.

Но время требовало поисков новых произведений, новых подходов.

В одной из записных книжек Идрис Базоркин пишет: «15 февраля 1963 г., закончив все со своим литературным „прошлым“, издав два тома на ингушском языке, один — на русском и завершив дело с созданием фильма, — приступил к систематизации накопленного для романа материала».

Около трех месяцев уходит на написание конспекта романа. Перечитаны тысячи записей, получены сотни ответов на запросы в государственные архивы, опрошены десятки живых свидетелей того времени. Роман разбит по главам, а их получилось 42. Предполагаются три книги в одном романе. Уединившись на казенной даче в Джейрахском ущелье, Идрис Базоркин в рекордно короткие сроки — за 152 чистых дня! — выдает роман-эпопею «Из тьмы веков» объемом 38 авторских листов!

Есть в литературе утвердившееся с легкой руки поэтессы Ольги Берггольц понятие о Главной книге писателя. Об этой книге писатель думает всю свою сознательную жизнь, непрерывно копит материал, порой ясно не осознавая, во что выльется его задумка, в нее он вкладывает весь свой талант, навыки и умение, выстраданную боль и душевные устремления. Именно такой книгой для писателя стал роман-эпопея «Из тьмы веков». Более того, он стала Главной книгой ингушской литературы.

Ко времени выхода романа в свет, в 1968 году, Идрис Базоркин возвращается на постоянное место жительства в свой родной город Орджоникидзе (Владикавказ).

Надо отметить, что романы в ингушской литературе стали появляться и раньше, но Идрис Базоркин своей работой «Из тьмы веков» придал этому жанру истинно масштабный, эпический характер.

Возникло мнение о романе как об энциклопедии жизни народа второй половины XIX века, хотя автор отказывался от такого определения:

«Книга эта не энциклопедия жизни ингушского народа за минувшее столетие. В ней пойдет речь о становлении личности, о борьбе характеров в условиях значительных исторических событий, о людях, создававших эту историю. Что побудило меня написать этот роман? Долгие годы накапливался материал. Тысячи людей вставали на моем жизненном пути. Участником или свидетелем многих событий нашей эпохи — беспокойной, трудной и романтической — мне пришлось быть самому. Все это заставило меня думать, что я должен всем этим поделиться с современниками и теми читателями, которые будут узнавать нас уже издалека».

Но именно из романа «Из тьмы веков» народ яснее увидел свою историю, сумел в художественных образах и символах познать весь трагизм и сложность своих устремлений к светлой жизни, и поэтому такая формулировка как нельзя лучше подходит для него.

Поразителен факт, когда выдающийся профессиональный историк, прочитав художественное произведение, вносит поправки в свою научную монографию. Лауреат Ленинской премии, автор монографий о древней истории Северного Кавказа Е. И. Крупнов писал автору «Из тьмы веков»: «Ваше незаурядное творение вызвало у меня специальный интерес в связи с тем, что я наконец подготовил к печати свою монографию „Средневековая Ингушетия XVI–XVII вв.“… Ваша книга очень знаменательна. Вы демонстрируете дальнейшее развитие феодализационного процесса у ингушей уже в XIX веке. И правильно! Ибо никакого „золотого века“ у ингушей не было. Ни в XVIII веке, ни еще раньше». И дальше ученый предлагает некоторые «названия и имена в рукописи изменить по Вашим образцам».

Это было признание самым компетентным в то время исследователем по истории Ингушетии исторической правоты отображения эпохи в романе.

Действия героев романа начинаются с 60-х годов XIX века, и в первых пяти главах не выходят за пределы горной Ингушетии, где на маленьком клочке земли стараются выжить братья Турс и Гарак из рода Эги. На их примере показана жизнь простых горцев, столкнувшихся с несправедливостью, борьба народа за свое физическое существование.

Но временные и географические рамки не ограничивают писателя. В шестой-девятой главах герои выходят за пределы Ингушетии и действия разворачиваются на широком, и в географическом смысле, поле: Владикавказ, Петроград, Пруссия и т. д.

В романе много сюжетных линий, судеб, характеров, и в нашу задачу не входит их подробная характеристика, детальный разбор. Прочитав роман, читатель вправе сам дать собственное толкование как их поступкам, так и авторскому мастерству, с которым они показаны.

К слову сказать, Идрис Базоркин скептически относился как к критическому разбору героев и персонажей, так и к иллюстрациям к произведениям. Он считал, что читатель сам должен создать свое видение образов героев и сам трактовать, с подачи автора, действия персонажей.

Хотя в романе исторических лиц немного (Зелимхан, Муса Кундухов, Георгий Цаголов, Сергей Киров и еще несколько), «Из тьмы веков» воспринимается как исторический роман. И это справедливо. Через во многом собирательные образы автор приводит читателя к исторической правде о времени, о судьбах как народа в целом, так и его отдельных представителей. По верному определению кандидата филологических наук Марьям Яндиевой, писатель «в совершенстве овладел сложнейшим искусством романного мышления» и показал «философско-нравственные уроки истории».

Познавательными не только для инонациональных читателей, но и для многих ингушей стали этнографические страницы романа, где Базоркин в характерном для него стиле подробно описывает быт, нравы, обычаи, ритуалы того периода, когда еще многие горцы жили по языческим обрядам, а Ислам только-только начал завоевывать сердца и умы ингушей.

Характерны в этом контексте образы жреца Эльмурзы и муллы Хасан-хаджи. Второй образ гораздо сложнее в силу не только своего положения проповедника новой религии, но и личной биографии, связанной с неразделенной любовью к красавице Наси, которую отнял у нее богатый старшина Гойтемир. При всем внешнем благополучии это глубоко трагичный образ.

Многие критики, да и читатели, в описании языческих обрядов увидели восхищение ими со стороны автора, чуть ли не их идеализацию. Вряд ли это справедливо. Просто Базоркин описал их такими, какими они были на самом деле. И вправду они восхищают своей красотой, поэтичностью и народным юмором. Не случайно один студент в своем письме к автору шутя выражал сожаление о том, что наши предки поменяли язычество с такими прекрасными обычаями…

Подробным описанием быта, действий писатель как бы вводит читателя в мир своих героев, заставляет быть если не соучастниками, то непосредственными свидетелями описываемых событий. И это ему удалось мастерски. Идрис Базоркин был предельно внимателен к мельчайшим деталям быта, поведения, речи своих героев. Свидетельство тому — многочисленные отклики ученых, рядовых читателей на роман. Один из них, врач по профессии, удивляясь точности описания Базоркиным течения болезни Матас, предполагал, что сам автор мог страдать этой болезнью. Хотя это было далеко не так. Другой читатель был поражен знанием автором военных терминов, формы обращений в царской армии и т. д. Профессиональная критика сравнивала батальные сцены Базоркина с толстовскими и находила в них высокий профессионализм автора романа «Из тьмы веков».

Центральная фигура романа — Калой. Через отношение к нему и его отношение к другим проверяется значимость большинства персонажей романа, показывается их характер. При всей кажущейся простоте и ясности, фигура Калоя во многом сложная, философски мыслящая, добродетель его не искусственная. Героя терзают мучения и раздумья, многое он осмысливает методом проб и ошибок.

В одной из своих рабочих дневниковых записей Идрис Базоркин написал:

«Всюду, где ингуши, народ делали те или иные хорошие поступки, — я покажу это через Калоя, Орци и их детей. Эгиевы — это народ». Так оно и вышло. Однако Калой, несмотря на всю свою положительность, не выглядит схематичным героем с искусственным характером и надуманными поступками. Даже былинность его имени, взятая из героического эпоса ингушей, в данном случае оправдана конкретной ситуацией его рождения и последующего поведения.

В романе мало незапоминающихся, проходных персонажей. В памяти читателей надолго остаются женские образы: Зору, Наси, Дали и другие. Их поступки, дела вызывают отчаянные споры, порой противоположные оценки читателей и критики, и это говорит об их жизненности, правдивости.

Внимательный читатель, и тем более критик, найдет в романе «Из тьмы веков» множество тем: родины и чужбины, добра и зла, честности и подлости, благородства и низости, любви и коварства, мужества и трусости, величественной природы и много других. И все-таки, на наш взгляд, главная тема романа — это оптимизм, вера в будущее. Для ингушского народа, только за последние век-полтора испытавшего не одну депортацию и переселение, это самое драгоценное, необходимое и по сей день чувство.

Роман, как и почти все произведения Идриса Базоркина, написан на русском языке. Можно спорить на эту тему бесконечно. Но ясно одно: даже написанный на русском языке он создает ощущение, что написан на ингушском. Это мнение было высказано многими читателями и критиками.

Позднее находились и те, кто на том основании, что все его произведения написаны на русском языке, пытался отказать великому писателю и одному из зачинателей ингушской литературы в праве именоваться ингушским национальным писателем. Но Идрис Базоркин одинаково в совершенстве владел и ингушским, и русским языками. Знаменательно, что вышедший в 1960 году двухтомник избранных сочинений писателя на ингушском языке был переведен с русского самим автором.

Писать на русском языке Идриса Базоркина заставляло желание, чтобы роман его быстрее дошел до широкого круга читателей. Рассказать правду о народе, лишь в силу исторических условий оказавшемся в теснинах гор Кавказа и только поэтому, а не из-за отсутствия творческого потенциала, не представленном в мировом сообществе, — такова была цель писателя, и он ее выполнил с честью. Это подтверждают и многочисленные отклики читателей на роман.

Приведем лишь два из них. Рабочий Московского шинного завода Анатолий Овчаров писал: «Сегодня я закончил „Из тьмы веков“ Идриса Муртузовича Базоркина. Отличная книга! В ней нашел я народность Шолохова, поэтичность „Песен“ Горького, гражданственность А. Толстого, лиризм Лациса, мужественность Гюго. Чудный народ! Очень многое можно позаимствовать нам, славянам, от ингушей, многому поучиться. Это роман-поэма в прозе! Поэма народу великолепному, стойкому, народу трудной судьбы и великой истории».

Другой читатель, инженер-строитель Пикман из Ташкента, говорит:

«Я не особенно восторженный человек, не помню случая, чтобы у меня от удивления „в зобу дыхание сперло“. Тут же — после третьей-пятой страницы забыл обо всем на свете. Не помню за мои годы такого увлечения».

А вот мнение профессиональных критиков.

Чингиз Гусейнов: «…автор достиг новой высоты в обрисовке человеческих характеров». Александр Власенко: «Из тьмы веков» — это значительное художественное явление в нашей многонациональной литературе.

Восторженные отклики писали Н. Джусойты и А. Хадарцева, Б. Кандиев и С. Асадулаев, Г. Ломидзе и И. Обносов, У. Далгат и И. Дзюба, не говоря уже об ингушских и чеченских критиках.

Триумфальное шествие романа по сердцам читателей было вполне заслуженным. Будучи изданным шесть раз общим тиражом в 250 тысяч экземпляров, книгу невозможно найти не то что в магазинах, но даже в частных библиотеках: ее зачитывают и бесконечно передают друг другу для чтения.

Писатели Северной Осетии как-то вели разговор о том, как сумел Идрис Базоркин написать такой роман. Большинство считало, что роман написан кровью сердца. Дискуссию разрешил сказавший, что роман написан не кровью сердца, а исключительно любовью к своему народу. Точнее не скажешь!

Много лет прошло со дня выхода романа в свет, но и сегодня он актуален и интересен тем, что самобытная жизнь народа в нем показана с поразительной любовью и мастерством.

Роман вошел в золотой фонд многонациональной литературы нашей страны и сегодня продолжает жить полнокровной жизнью.

Будучи в зените славы, Идрис Базоркин в конце 1972 года инициирует и организовывает коллективное письмо в ЦК КПСС, в котором ставится вопрос о равноправии наций, правах и свободах человека независимо от его национальной, расовой или религиозной принадлежности. В подтверждение изложенных в письме фактов в январе 1973 года в столице Чечено-Ингушетии городе Грозном был организован многотысячный мирный митинг ингушского народа. Хотя Идрис Базоркин не имел никакого отношения к организации митинга, тем не менее ему и нескольким из тех, кто подписал коллективное письмо, вменили в вину антипартийность, национализм и все сопутствующие этим понятиям грехи.

Комиссия ЦК партии применила к участникам и «организаторам» акции поистине драконовские меры, но одновременно вынуждена была негласно признать объективность обращения интеллигенции. Были приняты решения на уровне кадровых перестановок, несколько уравнен дисбаланс в представительстве национальных кадров и т. п.

Базоркина исключают из членов КПСС, его книги изымаются из библиотек, имя вычеркивается из учебников и хрестоматий, из критической литературы, в печати начинается травля по всем канонам партийно-политической пропаганды.

Но писатель не сломался, хотя и был надолго выбит из привычного ритма литературного творчества. Не охладела лишь любовь народа. К нему шли за советом и поддержкой те, кого не смогла сломать система.

А рядовой читатель с нетерпением ждал продолжения романа. Все чувствовали, что не может писатель оставить героев без дальнейшего развития сюжета. Так оно и было.

По плану писателя роман-эпопея должен был состоять из трех книг. Первая — «Из тьмы веков» — заканчивалась 1918 годом. Вторая, под условным названием «Обитатели башен» («Галахой»), должна была довести читателя до 1941 года, а третья — «Тайна замка Ольгетты» — до 1958 года, до возвращения народа домой из высылки и возрождения республики.

Были готовы заготовки к второй и третьей книгам, очерчены основные сюжетные линии, написаны характеристики, некоторые диалоги и т. п.

Две главы второй книги романа под названием «Великое горение» автор успел напечатать в сентябре 1982 года в газете «Грозненский рабочий».

История с публикацией начальных глав второй книги и во многом затормозила работу над продолжением «Из тьмы веков».

Если в первом романе без ведома автора, не допускавшего в освещении исторической правды компромисса, цензура не вычеркнула ни одного слова, то главы «Великое горение» подверглись самой настоящей экзекуции и партийно-пропагандистской проверке. Общеизвестно, что для описания в художественной форме деятельности вождя мирового пролетариата Ленина требовалось особое разрешение партийного руководства. В романе Базоркина описывалась встреча Председателя Совнаркома России В. И. Ленина с Магомедом Яндаровым, направляемым вместе со своим братом Османом на Северный Кавказ в качестве Чрезвычайного комиссара Юга России (еще до сменившего его Серго Орджоникидзе). Было доказано, что мандат Чрезвычайного комиссара подписал сам Ленин, а вот встреча его с Яндаровым документально зафиксирована не была. Писатель чисто логически предполагал, что не мог глава государства сам не переговорить с направляемым на такой важный участок своим личным представителем. Приходилось доказывать очевидные вещи, убеждать непреклонных «хранителей» чистоты образа вождя в том, что автор имеет право на художественный вымысел, если он не противоречит логике истории. Многие советовали Базоркину вовсе отказаться от освещения образа вождя в романе, хотя роль Ленина в направлении Яндарова на Северный Кавказ и была очевидна.

И Базоркин тогда принял «соломоново решение»: встреча Ленина с Яндаровым была описана не напрямую от автора, а в пересказе Магомеда Яндарова своему брату Осману. Поняв, что писатель не смирится с требованием полностью отказаться от этого важного эпизода романа, публикация глав была разрешена.

История с первыми главами второй книги романа стала определяющей в практическом отказе писателя от активной работы над продолжением произведения. Предстояло описывать запрещенные страницы истории гражданской войны, коллективизации, перегибов в советизации края, военных лет, и, самое главное, высылки 1944 года и жизни народа в изгнании. Писатель ясно представлял себе, что может быть с его романом, если даже такой безобидный эпизод с Лениным подвергся жесточайшей цензуре. Мечта о выходе романа, правдиво описывающего жизнь ингушского народа 1918–1957 годов, была слишком иллюзорной. А писать в стол Идрис Базоркин не умел… Тогда автор и решил не писать продолжение романа до лучших времен.

Мне посчастливилось познакомиться с рукописями и заготовками ко второй и третьей книгам романа и поэтому свидетельствую, что две остальные книги романа обещали быть не менее интересными, чем первая.

Но не суждено читателям было прочитать продолжение так полюбившегося им романа. Трагические события осени 1992 года убили и роман и автора…

Во время этнической чистки, проведенной в Северной Осетии в октябре-ноябре 1992 года, 82-летний писатель с семьей был захвачен в заложники, вывезен в глубь республики, квартира занята другими, а его богатый писательский архив, в том числе заготовки и рукописи к роману-эпопее, рабочая библиотека, раритетные книги и фотографии и многое другое — вывезено местными властями. Но несмотря на неоднократные обращения представителей федеральных органов, власти Республики Ингушетия, общественных организаций, их судьба до сих пор неизвестна.

Писатель через неделю был вывезен в Ингушетию.

Но даже крепкое сердце Идриса Муртузовича не выдержало очередной депортации и ограбления, и 31 мая 1993 года его не стало…

Похоронили его в родовом ауле Эги-кал, там, где жили, трудились, любили и страдали герои его изумительного романа «Из тьмы веков»: Турс и Гарак, Калой и Иналук, Дали и Зору, Наси и Хасан-хаджи, и многие другие.

Идрис был честолюбив, но не тщеславен. При желании он мог бы купаться в лучах славы, пожинать лавры, пользоваться всеми благами. Но он никогда и ничего не просил для себя. Идрис всегда был ходатаем за других.

Идрису Базоркину были глубоко чужды конформизм, приспособленчество, угодничество перед кем бы то ни было. Впрочем, в этом и причина всей его жизненной неустроенности. Никогда и ни в чем он не поступался совестью и честью. Сам жертвовал, но никогда не требовал от других подобного.

При том, что имя Идриса Базоркина было известно каждому в родном краю и многим далеко за его пределами, а слава о нем и его книге давно перешагнула границы страны, он был обделен вниманием властей. И тому были причины. Перед ним никогда не стояло вопроса: на чью сторону стать — народа или власти. Он, не раздумывая, шел с народом. За всю его долгую жизнь не было ничего такого, что испытал бы его народ, а Идриса обошло бы стороной. Разделять судьбу народа для него было также естественно, как жить, дышать, есть. Как идущему впереди, ему часто доставалось больше, чем любому другому соплеменнику.

Власть предержащие никогда не прощали Идрису его голоса в защиту народа, в защиту униженных и обездоленных, страждущих и ищущих. Его поносили и оскорбляли, запрещали его книги и статьи, лишали всего и вся. Но чем больше озлоблялись власть и прислуживавшая ей часть интеллигенции, тем больше его любил народ, тем быстрее росла его слава. И в то же время, в трудные моменты, когда не могли найти контакта с народом, власть имущие шли к Идрису и просили помочь, просили его совета, предлагали обратиться к народу, зная, что к его голосу народ прислушается. Им, вероятно, казалось, что они спускались со своего партийно-государственного Олимпа к Идрису Базоркину, а на самом деле они поднимались к нему, живущему на Олимпе мудрости и чести.

Он никогда намеренно, из тщеславия не вырывался вперед, не ступал по чужим судьбам. Но в силу своего таланта, мудрости, честности всегда был впереди. Литературная сказка, многоактная пьеса, приключенческая повесть, киносценарий, роман-эпопея — направления, основоположником которых в ингушской литературе является Идрис Базоркин. По сути дела, Идрис Базоркин не так уж много произведений и написал. Но каждое его творение было явлением в родной литературе.

Идрис Базоркин — это целый мир во всей его многогранности и многокрасочности, и нам еще предстоит по достоинству оценить его Великий Труд.

Якуб Патиев.


Читать далее

Об авторе. Энциклопедия жизни ингушского народа

Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления

закрыть