Своими последующими словами он либо хотел предостеречь меня, так как всё ещё считал ребёнком, либо собирался прояснить ситуацию чтобы избежать недопонимания.
— Дядя считает, что Кэвелла слишком шокировало произошедшее на охоте. Это повлекло некоторые осложнения…
От неожиданной откровенности Юджина у меня засосало под ложечкой.
— Он ещё не смирился со смертью родителей, так что какое-то время хочет побыть один.
Кажется, теперь я знаю, почему Юджин был таким хмурым последнее время. Интересно, о чём вообще думал Кэвелл, когда говорил ему всё это?
— Поэтому я сказал, что ему лучше остаться у графа.
А о чём думал Юджин, когда разрешил ему это?
— Не думаешь, что было бы лучше встретиться и поговорить с ним лично?
— Я как раз собирался заехать туда на неделе. Скорее всего, время будет позднее, так что вряд ли я смогу взять вас с тобой.
— Ничего страшного, поезжай один.
После моих слов Юджин заметно расслабился и даже предпринял слабую попытку улыбнуться.
— А что с тётей? Она хорошо к тебе относится?
Я долго размышляла над этим вопросом.
Но для себя я уже твёрдо решила, что нужно ответить.
— Конечно. Не стоит за меня волноваться.
***
Хлесть! Хлесть!
Но в действительности всё обстояло совсем не так гладко, как я сказала Юджину.
Ау, интересно, чем питается маркиза, чтобы так больно меня лупить?
— Твои результаты продолжают меня огорчать. Сильно сомневаюсь, что ты стараешься.
А вот я сильно сомневаюсь, что ты отрабатываешь свой хлеб. Тебе ведь даже платят за это, так может, начнёшь работать?
Впрочем, я ведь даже не её настоящая племянница, она бы совершенно точно не стала обучать меня бесплатно. К тому же, она знает, что мне всего 9.
Желание бросить всё, развернуться и уйти возникало у меня по несколько раз в день, но каждый раз я вспоминала уставшее лицо Юджина.
Семья, которую он должен был тянуть на себе после того, как унаследовал место отца. Два младших брата, всё ещё нуждавшиеся в присмотре. Ещё и маленькая девочка, которую удочерили родители. Могу представить, какую ношу ему приходилось тащить.
Если подумать, я ему и впрямь никто. Возможно, он не выгнал меня лишь потому, что всё хотел сделать правильно.
Это могло быть связано с тем, что герцог с герцогиней заботились обо мне как о своей настоящей дочери, или, может, я просто напоминала ему погибшую сестру.
Или же для него что-то значило время, проведённое вместе со мной.
Как бы там ни было, я не хотела ещё больше усложнять ему жизнь. Он не плакал после смерти родителей, но мне было достаточно одного взгляда, чтобы понять, как тяжело ему приходилось.
Да и порка розгами – не такое уж большое дело. Это всё продлится всего 5 лет, можно и потерпеть. Блин, целых 5 лет… Что со мной будет!? Нужно срочно что-то придумать.
— Ну что за мерзкая тётка…
Потирая свои несчастные ножки, всё ещё зудящие от боли, я достала магический аппарат для связи. Давненько я им не пользовалась.
Естественно, всю магию из того аппарата, который мне подарил Йоханнес, я потратила почти сразу же, так что осенью пришлось купить новый. Правда, не мне, а супругам Эрнст.
От мыслей о герцоге и герцогине на душе стало очень тоскливо. Решив не тратить времени попусту, я уверенно нажала на выемку с задней стороны сферы.
[Хари!]
Не прошло и пары секунд, как из аппарата раздался знакомый голос.
— Привет, Йохан-оппа.
Как же давно мы не виделись.
[Это Хари? Я тоже, я тоже хочу!]
Судя по возне на заднем фоне, Йоханнес был вместе с Луизой. Впервые после смерти Эрнстов моих губ коснулась улыбка.
[Как ты? У тебя всё в порядке?]
Голос Йоханнеса звучал крайне обеспокоенно, наверняка он сильно волновался за меня всё это время.
— Да, всё нормально.
Видимо, он хотел увидеть моё лицо, но, когда сфера замигала голубым светом, я не стала принимать запрос.
Я вкратце рассказала ему о ситуации с герцогом и герцогиней, о том, что теперь за нами с Эрихом присматривает маркиза Рейнольд и о том, что с недавних пор её назначили на роль моей гувернантки.
[Гувернантки? А не слишком ли рано для этого?]
Окончание рассказа его удивило.
Его беспокоило столь преждевременное назначение гувернантки, впрочем, как и меня. Обычно после скоропостижной смерти родителей новые опекуны не торопились нагружать детей обучением.
Но вообще-то, я была единственной, кого заставляли заниматься, вокруг Эриха же маркиза ходила чуть ли не на цыпочках.
Когда я впервые узнала об этом, особое отношение маркизы к племяннику показалось мне чем-то постыдным. Но жизнь сама по себе довольно несправедлива.
К тому же, Эрих воспринял смерть родителей куда болезненнее меня, так что ему действительно требовалось особое внимание.
— Придётся постараться, раз уж так вышло.
Хотя какой в этом смысл, от розги мои старания всё равно не спасают.
[Можно и не стараться,] – тихо ответил Йохан, молча выслушав мой рассказ.
[Если будет тяжело, можно и не стараться, Хари.]
В этот момент мне захотелось увидеть его лицо. Но голубой свет, которым недавно мигала сфера, уже погас. Я не сомневалась, что Йоханнес принял бы мой запрос, стоило только нажать на кнопку, но почему-то я не стала этого делать. Ещё немного поразмыслив над его словами, я ответила:
— Спасибо.
***
В итоге Юджин так и не встретился с Кэвеллом.
Он отправился в поместье графа Шумахи поздней ночью, однако Кэвелл отказался спускаться. Уверена, отказ брата здорово шокировал Юджина.
Но днём позже состоялось открытое заседание аристократии, где граф Шумаха публично выразил свою поддержку молодому герцогу Эрнст.
— Мда, и чего это мне не спится? – тихо буркнула я, сдерживая зевок.
Маркиза Рейнольд не жила в особняке круглосуточно, а приезжала лишь в строго отведённое время. Поэтому я знала, что по ночам из спальни Эриха по-прежнему доносился слабый плач.
И ещё я знала, что именно случалось, когда плач стихал, и комнату заполняла оглушительная тишина.
Дверь щёлкнула, и в коридоре показался босой Эрих. С глухим скрежетом он волочил за собой игрушечного кролика.
Того самого кролика, которого я ему подарила. Сперва Эриху он не нравился, и он норовил избавиться от него при каждом удобном случае, но, судя по всему, по ночам он всё же не выпускал его из рук.
— Гав!
— Тсс. Пэнни, не шуми, – шикнула я собаке, выбежавшей из спальни вслед за Эрихом.
Эрих рассеянно шёл по коридору, волоча за собой игрушку. Я приподнялась с корточек и тихо последовала за ним.
У спальни родителей он остановился. Пустым взглядом Эрих уставился на закрытую дверь и какое-то время продолжал неподвижно стоять.
Усевшись на пол, я облокотилась о стену, обхватила колени руками и внимательно проследила за выражением его лица.
В прошлой жизни я узнала о лунатизме Эриха, когда вышла попить посреди ночи.
Правда тогда, увидев бледную фигуру напротив спальни герцога и герцогини, я решила, что это призрак. Но это был всего лишь Эрих. Однако, сколько бы я его ни звала, он меня не слышал, продолжая рассеянно таращиться на дверь.
В то время я ещё ничего не знала про лунатиков, и посчитала поведение Эриха странным, раз уж он не стал на меня орать. Поэтому я даже не сочла нужным рассказать об этом инциденте кому-нибудь из взрослых.
Я периодически натыкалась на босого Эриха посреди ночи, но для себя я объясняла это тем, что он просто слишком скучает по родителям, поэтому продолжает стоять у их спальни.
А ещё спустя какое-то время его обнаружил дворецкий Хьюберт. Он тут же доложил об этом Юджину, и на следующий день в особняк приехало несколько врачей. Все в один голос заверяли, что лунатизм исчезает естественным путём, сам по себе, так что нужно ждать.
После этого перед сном Эриха стали привязывать к кровати.
— Ну давай, пошли уже назад. Я тоже хочу спать.
Такой метод решения проблемы казался мне слишком радикальным, но я слышала, что Эрих сам на этом настоял. Несмотря на юный возраст, он очень стыдился своей болезни.
К тому же, тогда его особенно задело, что одним из свидетелей его ночных похождений была я.
— Ты хоть знаешь, как мало я из-за тебя сплю?
Поэтому в этот раз я не собиралась ничего ему говорить.
Я лишь продолжала тихо ворчать, наблюдая за ним. Понятия не имею, почему так сильно переживаю за этих мальчишек.
Если Бог действительно существует, зачем ему потребовалось возвращать меня в прошлое? Всё это ни капли не смешно, и совершенно меня не забавляет, так зачем же мне заново проходить через этот кошмар?
По большому счёту я могла бы уехать из особняка хоть завтра. Разумеется, побег маленькой бедной девочки - дело не лёгкое, и, скорее всего, он бы обрёк меня на голодное и одинокое существование. Но, во-первых, я уже не маленькая (разве что моё тело). А во-вторых, этот мир не без добрых людей, хотя вряд ли мне удастся найти кого-то столь же доброго, как супруги Эрнст.
Уверена, кто-нибудь в любом случае бы надо мной сжалился. Даже если и нет, я бы нашла способ выкарабкаться.
Но по какой-то причине я всё ещё сидела на полу посереди ночи и охраняла спящего Эриха.
Разве было бы не лучше просто уйти? Признаться, мысли о побеге посещали меня пару раз.
По-настоящему всерьёз я задумалась об этом прошлой зимой, когда Юджин бросил меня в толпе. Затем – после смерти Эрнстов, на похоронах. И вот снова.
— Всё же это не лучший поступок.
Я услышала звук своего собственного голоса, который почти сразу растворился в густой темноте.
— Но, Хари, ты ведь тоже моя малышка.
Этот голос. Словно тёплый луч весеннего солнца. Сидя на холодном полу, я чуть крепче прижала колени к груди.
Вы удочерили меня, но вас больше нет.
Мне не нравится, как тихо стало в этом доме. В доме на улице Мэлтингтон, откуда вы забрали меня, было так же. Он мне тоже не нравился.
Сейчас особняк мало чем отличается от того места. Поэтому я всегда могу отсюда уйти.
Боковым зрением я уловила, как Эрих, наконец, сдвинулся с места и прошёл мимо меня по коридору. Но я даже не подняла головы.
Его босые ноги касались пола совершенно бесшумно. Слышался лишь глухой скрежет игрушечного кролика, тянувшегося вслед за ним по полу.
Пэнни, лежавшая всё это время рядом со мной, облизнула мою ладонь и бросилась вдогонку Эриху.
— Спокойной ночи, Эрих, – прошептала я, поглубже зарываясь лицом в колени.
Разумеется, мне никто не ответил.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления