Все обитатели Гномьих лесов знали, что от Реки мертвецов лучше держаться подальше, если дорога жизнь.
Каждое полнолуние, в полночь, ведьмы из здешних лесов и соседних королевств собирались возле реки. На эти шабаши дозволялось приходить только ведьмам, а тех, кто осмеливался нарушить их покой, они без сожаления убивали.
Река мертвецов как нельзя лучше подходила для ведьминских сборищ, потому что была овеяна мрачной загадкой. Время от времени, без объяснения и предупреждения, река вдруг начинала течь вспять. И всякий раз, как такое случалось, неизвестно откуда приплывали гробы.
Трупы в этих гробах было не опознать, равно как и не понять, кто или что спустило их по реке. Впрочем, времени на расследование этих необычных происшествий не было: как только покойников находили, ведьмы набрасывались на них, словно стервятники, расчленяли и уносили с собой части тел, чтобы пополнить свои запасы для зелий.
Полуночные шабаши ведьмы проводили в старой хижине, целиком построенной из сучьев и грунта и стоявшей посреди реки, будто огромная бобровая плотина. Из единственной печной трубы поднимался столб дурно пахнущего дыма – он служил сигналом для ведьм, добиравшихся до реки, что встреча вот-вот начнётся.
Обычно собрания проходили скучно, и многие ведьмы их не посещали, однако из-за недавних событий, нарушивших мирный ход жизни, на сегодняшнюю встречу захотели явиться почти все.
Одни ведьмы шли до хижины пешком или ехали верхом на мулах. Другие, завидев столб дыма, летели к нему на мётлах. Некоторые плыли на лодках или самодельных плотах. Иные даже добирались вплавь, извиваясь в воде, словно змеи.
К полуночи в хижине яблоку было негде упасть. Около сотни ведьм сгрудились вокруг громадного котла в центре хижины, а опоздавшие стояли позади них.
Как водится, тёмная магия оставляет отметины на тех, кто её использует, потому внешность всех женщин изменилась до неузнаваемости. У некоторых ведьм от колдовства появились бородавки, носы раздулись, плоть начала гнить, а глазные яблоки выпадали из глазниц. Другие лишь отдалённо напоминали людей и больше походили на зверьё: у них были рога и копыта, хвосты и оперение, а у иных даже пятачки и клювы.
Приземистая тучная ведьма с окаменевшей кожей подошла к котлу и бросила в него пригоршню булыжников. Варево вспыхнуло, осветив комнату зловещим зелёным светом. Шабаш начался.
– Добро пожаловать, сёстры, – просипела ведьма. – Я Горгулья, Каменная госпожа Гномьих лесов. Полагаю, мы все собрались сегодня по общему делу, так что не будем терять времени.
Ведьмы переглянулись и кивнули. Быть может, у них каждый был сам за себя, но, если им грозила опасность, они объединялись.
Первой взяла слово Змеина, ведьма с чешуйчатой зелёной кожей и длинным раздвоенным языком.
– Мы с-с-собрались, чтобы обс-с-судить пропавш-ш-ших детиш-ш-шек, – прошипела она. – Разреш-ш-шите с-с-сказать: ведьма, которая их-х-х пох-х-хищ-щ-щает, должна перес-с-стать, пока нас-с-с вс-с-сех-х-х не убили!
Многие ведьмы возмутились её высказыванием. Уголина, ведьма, покрытая пеплом и сажей, так сильно ударила рукой по камню, на котором сидела, что от её кулака откололся кусок угля.
– Да как ты смеешь нас обвинять! – завопила она на Змеину, и изо рта у неё посыпались тлеющие угольки. Чем сильнее она распалялась, тем больше на её коже появлялось трещин, сквозь которые будто просачивалась лава. – Нас всегда обвиняют во всех бедах! Уж от одной из нас такого точно не ждёшь!
Древина, ведьма с волосами из прутьев и телом, покрытым древесной корой, поддержала Змеину:
– Двенадцать детей из Углового королевства и двенадцать детей из Прекрасного бесследно исчезли, – проскрипела она. – На такое злодеяние могла решиться только ведьма, и, скорее всего, она сейчас среди нас, в этой хижине!
Паучина, крупная ведьма с клыками, четырьмя волосатыми руками и такими же ногами, спустилась с потолка на паутине из своей слюны.
– Раз вы так уверены, что детей похитила ведьма, значит, это одна из вас! – прорычала она, тыча в них всеми четырьмя руками.
Хижину огласили громкие крики, потому что каждая ведьма желала высказать своё мнение. Горгулья швырнула в котёл ещё камней, и ослепительная зелёная вспышка приглушила вопли ведьм.
– Молчать! – выкрикнула Горгулья. – Неважно, какая ведьма это сделала, – королевства обвинят в этом всех нас! До меня дошли слухи, что в деревнях собираются устроить охоту на ведьм. Мы должны быть к этому готовы!
Вперёд вышла ведьма в бордовом одеянии.
– Можно кое-что предложить? – спокойно спросила она и сняла капюшон. Несколько ведьм ахнули: она выглядела как обычная женщина средних лет, причём весьма привлекательная.
– Агетта! – свирепо посмотрев на неё, воскликнула Горгулья. – Почтила-таки нас своим присутствием спустя столько лет.
– Ей здес-с-сь не мес-с-сто! – прошипела Змеина.
– Позор на всё сообщество настоящих ведьм, – добавила Уголина.
Все ведьмы принялись дружно порицать Агетту, но та явилась сюда не для того, чтобы устраивать склоки.
– Хоть я и занимаюсь светлой магией, я такая же ведьма, как и вы, – сказала Агетта. – И уверяю вас: если пропадёт ещё больше детей, никто не станет разбираться, какой вид магии я использую. Разъярённая толпа ринется в Гномьи леса и не остановится, пока не отловит всех ведьм до последней. Нас всех поймают и сожгут на костре. Так что, в отличие от вас, я пришла сюда предложить решение, которое поможет предотвратить охоту на ведьм.
Ведьмы заворчали и принялись осыпать Агетту бранью. Горгулья бросила ещё одну пригоршню камней в котёл, чтобы утихомирить товарок.
– Никто из нас не хочет попасть под травлю, а посему, если Агетта знает, как этого избежать и спасти нас, пускай говорит, – сказала она. – Но поживее: у меня камни заканчиваются.
Агетта обвела взглядом собравшихся, посмотрев почти на всех ведьм. Она знала, что убедить их будет непросто, но решила стоять на своём до конца.
– Давайте перестанем обвинять друг друга, а лучше постараемся найти зачинщика. Нас всех всегда винили за проступки, которые совершил кто-то один. Будь это одна из вас, вы бы сюда не пришли, так что давайте объединимся и найдём виновного. Мы докажем свою непричастность, если поможем королевствам узнать, кто похитил детей и куда они пропали.
– Мы не можем сдать одну из наших! У нас же сестринство! – вскричала Уголина.
– Ес-с-сли вс-с-сех-х-х нас-с-с убьют, не будет никакого с-с-сес-с-стринс-с-ства, – заметила Змеина.
– Очень нужна людям помощь ведьм! – заспорила Древина.
Ведьма с толстым пузом и носом-морковкой, стоявшая у стены, вдруг бурно разрыдалась, и все к ней повернулись.
– Извините, – сказала она. – Просто мне очень близко то, что сказала Агетта. Я не без греха, но меня всю жизнь обвиняли в том, чего я не делала.
– НЕВИНОВНЫХ ВЕДЬМ НЕ СУЩЕСТВУЕТ! – раздался вдруг чей-то громкий голос.
Неожиданно двери в хижину распахнулись, и все ведьмы вздрогнули. Внутрь по-хозяйски вошёл человек с мешком на голове, которого сопровождала дюжина солдат в красно-белых мундирах. Ведьмы вскочили со своих мест, возмущённые вторжением на их шабаш.
– Прошу прощения, что прерываю вас, дамы, – если вас можно так называть, – сказал Человек в маске, нахально ухмыляясь. – Я весь вечер слушал ваши споры и не могу больше молчать.
– Да как ты смеешь нам мешать! – завопила Горгулья. – Никому не дозволено лезть в наши дела и остаться при этом в живых…
Человек в маске вскинул руку, заставляя ведьму замолкнуть.
– Прежде чем вы превратите нас в мышей и скормите своим фамильярам, позвольте представиться. Меня прозвали Человеком в маске – и понятно почему. Люди, что пришли со мной, – это те, кто остался от Великой армии, которая пять месяцев назад почти захватила этот мир. Возможно, вы о нас слышали?
Хотя никто из ведьм не участвовал в сражениях, они прекрасно знали о хаосе, учинённом Великой армией.
– Этот человек – посмешище, – бросила Агетта. Она поняла, что лучше вмешаться в разговор, пока ведьмы не проявили любопытства. – Он забьёт вам головы своими байками о том, как он командовал армией и вырастил дракона, но на самом деле он сбежал с поля боя, чтобы спастись от умирающей старой феи.
Человек в маске резко повернул к ней голову.
– Значит, вы всё-таки обо мне знаете, – проговорил он, окидывая Агетту взглядом, – она показалась ему знакомой.
Он был уверен, что в прошлом их пути пересекались, но вспоминать было некогда. Человек в маске пришёл сюда с определённой целью, и времени у него было в обрез.
– Я пришёл не хвалиться своими подвигами, а заключить с вами союз, но, в первую очередь, хочу вас предупредить, – сказал Человек в маске.
– Не нужны нам никакие союзы с типами вроде тебя, – заявила Горгулья.
Несмотря на нежелание ведьм его слушать, Человек в маске продолжил:
– Вы правильно делаете, что волнуетесь. Многие уверены, что за похищениями детей стоит ведьма, и жители деревень не намерены с этим мириться. Я несколько месяцев был в бегах, но до меня всё равно дошли слухи об их планах. Они хотят не охотиться на ведьм, а совсем их истребить!
Эта новость была тяжёлым ударом для ведьм. Может, Человек в маске пытался их застращать? Или же дело и правда приняло плохой оборот?
– Вот поэтому нужно найти ведьму, которая похитила детей, пока ещё есть возможность, – сказала Агетта.
Человек в маске покачал головой.
– Боюсь, вам никак этого не избежать. Даже если вы докажете, что вы тут ни при чём, они всё равно устроят бойню. Они хотят поквитаться не только за пропавших детей, но и вообще за все ваши преступления. Эти дети – лишь повод свести с вами счёты и утолить многовековую жажду мести!
Ведьмы притихли. Люди всегда недолюбливали их, а после исчезновения детей и вовсе обозлились.
– Где бы ты ни появился, всюду стремишься развязать войну, – сказала Агетта, отчаянно пытаясь умалить его слова. – Не слушайте этого человека! Он не успокоится, пока весь мир не сгорит дотла!
Человек в маске ухмыльнулся.
– Нас ждут битвы и сражения, однако вы слишком много о себе возомнили, раз считаете, что будет война, – издевательски заметил он. – Как только вас окружат, вам конец – вас слишком мало! И оглянуться не успеете, как превратитесь в вымерший вид вроде драконов.
Ведьма-плакса, стоявшая у стены, снова разрыдалась, а потом согнулась пополам, и её обильно стошнило на пол.
– Простите, – пролепетала она. – Я очень впечатлительная.
Полковник Рамбер, который был среди солдат Великой армии, посмотрел на неё, вздёрнув брови. Что-то с этой ведьмой было не так.
– Я считаю, что за похищениями стоит Содружество «Вечно и счастливо»! – выкрикнул Человек в маске. – Феи всегда хотели избавиться от ведьм, а если спровоцировать массовое истребление, они добьются своего! Не удивлюсь, если детей похитила новая Фея-крёстная!
– Фея-крёстная ни за что не похитит две дюжины детей, – послышался голос одной из голов двуглавой ведьмы.
Крыса-Мэри, похожая на крысу ведьма с густыми лохматыми волосами и крупными передними зубами, встала на стул, чтобы привлечь внимание всех присутствующих.
– Даже если детей похитили не феи, уверена, что они этому поспособствовали! – высказалась она.
– Они хотят жить в мире без ведьмовства! – выкрикнула Древина.
– И ч-ч-чтобы только они пользовалис-с-сь магией! – вторила ей Змеина.
Ведьм легко удалось убедить в том, что пропажа детей была подстроена, чтобы свести с ними счёты, и вскоре все разразились гневными криками и проклятьями в адрес фей. Человек в маске добился, чего хотел.
– Ведьмы должны дать отпор! – сказал он.
Ведьмы одобрительно заголосили, но тут Горгулья покачала головой, призывая их одуматься:
– Да это же верная смерть! Ты ведь сам сказал, что нас слишком мало, а если к этому причастны феи, то мы и вовсе в меньшинстве.
Человек в маске довольно потёр руки.
– Нет, если вы заведёте нужных друзей, – с коварной улыбкой сказал он. – С моей помощью мы соберём другую армию!
Ведьмы издевательски загоготали, подняв на смех его предложение.
Агетта тут же выступила вперёд.
– Армия? И из кого же будет состоять эта армия? – рассмеялась она. – У тебя уже была армия, и ты проиграл войну. Кто тебе теперь поверит, что с другой армией ты победишь?
Человек в маске резко повернул к ней голову. Очевидно, Агетта задела его за живое.
– Я НЕ ПРОИГРЫВАЛ! – заорал он. – Я всю жизнь искал способ уничтожить фей! И пока что каждый этап моего плана осуществился! Великая армия, дракон, нападение на дворец – всё это было проделано не с целью победить, а просто ослабить их силы! Они сочли, что сражение закончилось, а я тем временем пробрался во дворец и похитил зелье, за которым охотился с самого начала! И теперь, когда оно у меня в руках, начнётся настоящая война!
Человек в маске так разволновался, что пот катился с него градом, проступая сквозь мешковину. Он несколько раз глубоко вздохнул, чтобы успокоиться.
– Но прежде чем я перейду к следующему этапу своего плана, мне нужна ваша помощь. Во дворце осталось то, что я должен был украсть вместе с зельем, – некая коллекция. Но покойная Фея-крёстная, видимо, куда-то её спрятала. Я хочу, чтобы вы помогли мне её найти. Как только найдём и воссоединим с зельем, я смогу собрать новую армию.
Горгулья скрестила руки на груди.
– И что это за армия такая? – спросила она. – Раз Великая армия и дракон не сумели одолеть фей, то кто сможет?
– Армия, которую вы не представите себе даже в самых смелых мечтах! – всплеснув руками, воскликнул Человек в маске. – Армия, по сравнению с которой Великая армия покажется лишь горсткой детишек! Я желал этого и строил планы с самого детства, и с вашей помощью задуманное получится осуществить. Мы вместе соберём армию и захватим этот мир!
Ведьмы никак не могли понять: то ли Человек в маске обезумел, то ли в его словах был смысл.
Ведьма-плакса не сдержалась после этой речи и снова бурно разрыдалась.
– Простите, просто так приятно, когда кто-то горит своим делом, – сказала она, заливаясь слезами.
Полковник Рамбер подозрительно покосился на ведьму. Пока она плакала, нос-морковка сполз с её лица – это была маскировка!
– Господин, думаю, здесь находятся не только ведьмы! – крикнул полковник Человеку в маске, поспешно доставая револьвер и целясь в ведьму.
Внезапно ведьма-плакса высоко подскочила и, перекувырнувшись в воздухе, попутно вытащила из-под накидки длинный меч. Приземлившись рядом с Рамбером, она одним махом отсекла дуло направленного на неё револьвера. Но вдруг застонала и схватилась за живот.
– Тяжело делать сальто при беременности, – проговорила она.
Человек в маске во все глаза смотрел на неожиданное перевоплощение ведьмы – она оказалась вовсе не ведьмой!
– Златовласка! – закричал он.
– Златовласка, что ты тут делаешь? – спросила Агетта.
– Здравствуй, Агетта. Мы за тобой проследили. Поняли, что Человек в маске не удержится и придёт вербовать ведьм.
– Мы? – переспросила Агетта.
Человек в маске ударил Рамбера по лицу.
– Ах ты болван! Ты завёл нас в западню! – заорал он. – Схватить её!
Солдаты Великой армии бросились к Златовласке с мечами.
– ДАВАЙТЕ! – выкрикнула она.
Четыре фигуры сзади сбросили маскировку: всё это время среди ведьм находились ещё и Джек, Красная Шапочка, Фрогги и Третий Поросёнок. Двуглавая ведьма помчалась к Человеку в маске, на бегу распадаясь на два человека – Алекс и Коннера Бейли. Вдвоём они окружили злодея, и Алекс подняла хрустальную палочку, а Коннер меч.
– Не ты один носишь маску, чувак, – сказал Коннер.
Алекс не проронила ни слова. Она так сильно стискивала палочку, что боялась её сломать. Спустя несколько мучительных месяцев бесплодных поисков они наконец-то поймали Человека в маске. И теперь, когда Алекс снимет её с него, все узнают, кто он на самом деле.
– Всё кончено, – сказала Алекс. – На этот раз ты не уйдёшь!
Девушка взмахнула палочкой, и на каждом окне и двери появились железные решётки. Близнецы, их друзья, ведьмы, солдаты и Человек в маске оказались взаперти.
– Это Фея-крёстная! – вскричала Крыса-Мэри, и ведьмы забегали по хижине кругами, будто там разгорелся пожар. Выхода не было, и волнение росло. Близнецы потеряли из виду солдат и Человека в маске, которых загородили мечущиеся в панике ведьмы.
Алекс переполняли эмоции, сердце колотилось всё быстрее и быстрее. Нельзя было снова упустить Человека в маске – ведь она подобралась к нему так близко!
– ХВАТИТ! – заорала Алекс. В тот же миг глаза у неё засветились, а волосы поднялись над головой. Она даже не взмахнула палочкой, а из земли вдруг вырвались ползучие растения, схватили всех солдат и ведьм и прижали их к полу.
Испуганный Коннер огляделся.
– Алекс, возьми себя в руки! – прошептал он сестре. – Не теряй голову, контролируй свои силы!
Алекс помотала головой, и буря бушевавших в ней чувств улеглась. Волосы опали, глаза перестали светиться. В последнее время ей с трудом удавалось контролировать свою волшебную силу, но сейчас было не важно, как она наколдовала ползучие растения – осознанно или нет. Единственное, что её волновало, – это поимка Человека в маске.
– Ты могущественная фея, но если будешь обращаться так с ведьмами, сильно их разозлишь, – сказал Человек в маске, озираясь по сторонам в поисках выхода.
– Я рискну, – ответила Алекс.
– Прекрасно… я тоже!
Человек в маске прыгнул к котлу и перевернул его. Жидкость пролилась на пол, погасла, и в хижине стало непроглядно темно. Алекс взмахнула палочкой, и на стенах появились факелы, залившие комнату светом, но Человек в маске как сквозь землю провалился.
– Алекс, смотри! – завопил Коннер, показывая на очаг. – Он ушёл через трубу! На крышу полез!
Алекс посмотрела вверх как раз в ту секунду, когда в печной трубе мелькнула и исчезла нога Человека в маске. Фея бросилась за ним в погоню.
Ведьмы вовсю сопротивлялись ползучим растениям, скрутившим их по рукам и ногам. Змеина, Паучина, Крыса-Мэри и Уголина в конце концов высвободились и окружили Коннера и остальных.
– Мы не потерпим такого неуважения к нам в собственной хижине! – завизжала Крыса-Мэри. Она вытянула руку, и к ней подлетела метла. Запрыгнув на неё, ведьма принялась кружить над Коннером, осыпая его ударами.
– Ай! – кричал Коннер. – Отстань от меня, крыса!
Он ухватился за древко метлы, и теперь они уже вдвоём летали по хижине, врезаясь в потолок и стены и отскакивая от них, как теннисный мячик.
Змеина заползла на стену, будто ящерица, и кинулась на Златовласку. Будущая мать взмахнула мечом и отсекла ведьме левую руку, а потом, посмотрев на упавшую на пол конечность, разревелась.
– Ох, мне так жаль! – всхлипывая, проговорила она, но слёзы у неё тут же высохли. – Так, минуточку, и вовсе мне не жаль! Дурацкие гормоны!
Златовласка вовремя пришла в себя: на месте отрезанной руки у Змеины тут же выросла новая. Она выпустила изо рта язык и скрутила им Златовласке ноги, словно скользкой красной лентой, повалив девушку на землю.
Джек бросился на помощь жене, но путь ему преградила Древина. Из щелей и трещин в её коже-коре выползли сотни насекомых и накинулись на Джека, кусая и жаля его. Он рухнул на пол и стал кататься, отчаянно пытаясь стряхнуть их с себя.
Паучина нацелилась на Фрогги. Она гоняла его по всей хижине, на бегу плюясь в него сгустками паутины.
– Ненавижу пауков! Ненавижу пауков! – вопил он, отпрыгивая от ведьмы подальше. – Поверить не могу, что согласился сюда пойти! Мне надо королевством управлять!
Вместо того чтобы помочь друзьям, Красная Шапочка села рядом с Третьим Поросёнком и положила на колени толстую папку.
– Раз все сейчас заняты, предлагаю не терять времени и обсудить последние приготовления к свадьбе, – радостно заявила она, перебирая листы в папке.
– Конечно, ваше бывшее и будущее величество, – кивнул Поросёнок.
– Дорогая! Думаю, сейчас не самое подходящее время для планирования свадьбы! – крикнул Фрогги, с трудом увёртываясь от летящей в него паутины.
– До свадьбы считаные дни, Чарли! – возразила Шапочка. – Мы столько времени потратили, пока помогали близнецам выслеживать Человека в маске, что мне было совсем некогда готовиться к свадьбе! Так, поглядим… Ах да, надо выбрать нужную ткань для скатертей… – Она вытащила из папки три аккуратно сложенных кусочка красной ткани. – Что скажешь, дорогой? «Рубин», «Пунцовый румянец» или «Кровавый закат»? – спросила она, поднимая вверх образцы, чтобы показать Фрогги.
Тут в Шапочку полетел плевок паутины и задел один из кусочков ткани. Зацепившись за липкую нить, он приклеился к стене.
– О, славный выбор! Пусть будет «Рубин»!
– Да, госпожа, – сказал Поросёнок, делая пометку в блокноте.
Коннер не мог больше держаться за метлу. Он отпустил древко, и они с Крысой-Мэри разлетелись в разные стороны. Мэри врезалась в Паучину, когда та приготовилась прыгнуть на Златовласку, и обе ведьмы грохнулись на пол.
Коннер же упал на Уголину. Ведьма взревела, и всё её тело засветилось оранжевым: в ней закипала лава. Затем она открыла рот и выпустила огненную струю, словно дракон. Коннер метнулся в сторону и спрятался за котлом, еле увернувшись от пламени.
– Мне тут помощь не помешает! Обстановка накаляется! – крикнул парень друзьям.
Агетта присела на корточки, прижала ладонь к полу и, закрыв глаза, сосредоточилась. Земля у неё под ногами задрожала, рокот подбирался всё ближе к Уголине, и тут из пола вырвалась струя воды и отбросила ведьму в другой конец хижины. Агетта направила воду к Древине, и та тоже улетела вверх тормашками к противоположной стене.
Златовласка подбежала к Джеку и помогла ему стряхнуть с себя насекомых. Но вдруг она согнулась от внезапной боли.
– Златовласка, всё хорошо?
– Ребёнок толкается. Думаю, ему тоже хочется в драку. Мальчик это или девочка, но удар у него сильный.
– Прямо как у матери, – улыбнулся Джек.
В другом конце комнаты Шапочка, терпение которой было на исходе, пыталась обсуждать с Фрогги свадебные дела.
– Что поставим в центре столов? Свечи или цветы?
Ответа не последовало. Фрогги продолжал увёртываться от плевков Паучины. Он задыхался и с трудом держался на лапах. С каждым разом ведьма была всё ближе и ближе к цели.
– Чарли, у меня такое чувство, что только мне есть дело до свадьбы! Меньшее, что ты можешь сделать, – это ответить хоть что-нибудь.
Шапочка обернулась и увидела, что Фрогги прилип к стене, оплетённый сетью паутины, а Паучина ползёт к нему, щёлкая клыками. Бедный Фрогги побледнел до нежно-салатового оттенка.
– Я невкусный! – завопил он.
– Неплохая попытка, но лягушатину я люблю больше всего! – прорычала Паучина.
И как раз когда ведьма собралась впиться во Фрогги клыками, Шапочка ударила её стулом по голове. Паучина упала на пол без движения.
– Молодец, дорогая! – похвалил Шапочку Фрогги.
Девушка пододвинула стул к нему поближе и села.
– Чарли, раз уж я наконец-то припёрла тебя к стенке, думаю, самое время обсудить список гостей.
Фрогги тяжко вздохнул. Подготовки к свадьбе было не избежать, как ни пытайся.
Тем временем Человек в маске выбрался из печной трубы на крышу и побежал вдоль края, ища какой-нибудь спуск. Алекс лезла за ним, но, пытаясь протиснуться через узкое отверстие трубы, не могла достать палочку, потому что руки были плотно прижаты к бокам.
Человек в маске опустился на четвереньки и стал осторожно спускаться с крыши на землю.
– НА ЭТОТ РАЗ ТЫ НЕ УЙДЁШЬ! – выкрикнула Алекс.
Как и в прошлый раз, глаза у неё снова засветились, а волосы поднялись над головой. Неожиданно хижина задрожала, качаясь из стороны в сторону, а потом вдруг снялась с воды и взлетела в воздух, словно огромный воздушный шар.
– Алекс! Надеюсь, ты знаешь, что творишь! – воскликнул Коннер. Не услышав от сестры ответа, он полез за ней в трубу.
Хижина поднималась всё выше и выше над Гномьими лесами, устремляясь к облакам. Печная труба развалилась на кирпичики, и Алекс выбралась на крышу.
Человеку в маске было некуда бежать. Алекс наконец-то могла спросить его о том, что мучило её несколько месяцев.
– Просто скажи мне: почему?! Почему ты нам лгал? Почему притворялся умершим?
– Если б мы знали ответы на все вопросы, жизнь была бы нестерпимо скучной, – ответил Человек в маске, поглядывая на стремительно удалявшуюся землю.
– Как ты мог поступить так с собственной семьёй? – спросила Алекс. – Мы же любили тебя!
Человек в маске рассмеялся.
– Ты учишься на горьком опыте, прямо как я. Любви не существует. Семья – это лишь группа незнакомцев одной крови. Они клянутся, что любят тебя беззаветно, а потом предают, как никто другой. Моя мать преподала мне этот урок, теперь твоя очередь узнать это от меня.
Алекс покачала головой.
– Ты не в себе. Не знаю, как ты до такого дошёл, но мы с Коннером можем тебе помочь! – Алекс протянула ему руку, но Человек в маске ответил ей гневным взглядом.
Коннер выкарабкался из разрушенной трубы и с опаской приблизился к сестре.
– Алекс, ты на луну решила улететь? – спросил он.
Хижина поднялась уже на тысячи футов над землёй, под самые облака. Алекс даже и не заметила, что хижина взлетела так высоко, – ей было плевать.
– Сознайся, выбора у тебя нет, – сказала Алекс. – Вниз можно спуститься только с нами!
Человек в маске залез в карман и достал небольшую книгу в золотистом переплёте и синюю бутылочку с зельем, в которой Алекс сразу узнала украденный им из дворца флакон.
– Ты не права, – тихо проговорил он. – Выбор есть всегда.
Человек в маске скатился с крыши и камнем полетел к земле. Близнецы заорали и, бросившись к краю, посмотрели вниз: Человек в маске провалился сквозь облака и исчез.
– Поверить не могу! – воскликнул Коннер. – Он покончил с собой!
Алекс неверяще качала головой.
– Нет! Не так всё должно было закончиться! Мы же должны были помочь ему!
Алекс обуревали такие сильные чувства, что она не могла ни на чём сосредоточиться. Волосы упали ей на спину, свечение в глазах угасло.
Неожиданно хижина начала падать, стремительно набирая скорость.
Близнецы и все, кто находился внутри, закричали от страха. Коннер одной рукой ухватился за сломанную трубу, а другой вцепился в сестру. Падая, хижина разваливалась на части. От крыши отвалился большой кусок, и близнецы увидели своих друзей, которые держались за всё что можно, чтобы не вылететь наружу.
– Я хочу дожить до свадьбы! – орала Красная Шапочка.
– Алекс, сделай что-нибудь! – кричал сестре Коннер.
В полёте Алекс было сложно достать палочку, но в конце концов она подняла её над головой и переломила, как прутик, за миг до крушения. На несколько секунд хижина повисла над землёй, будто на невидимой нити, а потом рухнула в Реку мертвецов грудой сучьев и грунта.
– Все живы? – спросил Коннер, выбираясь из-под обломков.
Друзья близнецов, солдаты и ведьмы в ответ застонали: всех засыпало сломанными ветками, оставшимися от хижины. Златовласка кое-как села, и её стошнило.
– Это из-за ребёнка или после падения? – спросил Джек.
– Не знаю, – ответила Златовласка.
Горгулья вопила, всё ещё пытаясь избавиться от опутывавших её ползучих растений.
– Вы разрушили нашу хижину! Вы за это поплатитесь!
– Счёт выставь, – сказал Коннер, помогая встать сестре и друзьям.
– Что случилось с Человеком в маске? – спросил Фрогги.
Коннер взглянул на Алекс, но она не могла ответить. Несколько долгих месяцев её друзья, забыв о собственных делах, помогали ей выслеживать Человека в маске, но всё было зря. Алекс терзало чувство вины, ей казалось, что её жизнь рухнула, словно эта хижина.
– Его больше нет, – наконец ответил Коннер. – В смысле, совсем нет.
Спустя час к разрушенной хижине подошёл сэр Лэмптон с небольшим отрядом солдат Прекрасного королевства. Они ждали в лесу неподалёку на случай, если Алекс и Коннеру понадобится подмога. Окружив солдат Великой армии и ведьм, они заковали их в кандалы.
Алекс присела на камень возле реки, пытаясь собраться с мыслями после всего, что случилось. Коннер подошёл к сестре и приобнял её за плечи.
– По крайней мере, теперь мы знаем, что детей похитили не эти ведьмы, – сказал Коннер.
Алекс ни за что бы в этом не призналась, но о пропавших детях она сейчас не думала вообще.
– Я не ожидала, что он решит покончить с собой, только бы не встретиться с нами лицом к лицу, – сказала она. – Я бы не стала поднимать хижину в воздух, если бы знала, что он спрыгнет.
– А ты её сама подняла, или так получилось? В последнее время частенько что-то так получается .
Алекс закатила глаза и, встав с валуна, отошла от брата, но Коннер пошёл за ней.
– С того дня, как ты увидела лицо Человека в маске, ты стала часто терять контроль над своими силами, – заметил Коннер. – А с этим надо быть поосторожнее…
– Почему ты продолжаешь звать его Человек в маске? – закричала Алекс. – Он наш отец, Коннер! Я своими глазами его видела! Почему ты мне не веришь?!
– Если б я не верил, что ты что-то там видела, я бы не мотался с тобой последние пять месяцев, разыскивая его. Просто я не могу полностью поверить, что он наш отец, пока сам не увижу его лицо.
Алекс вздохнула.
– Что ж, он умер, так что больше не о чем волноваться. Я только жалею, что не нашла его раньше и не успела помочь, чтобы он стал прежним.
Коннер кивнул.
– Теперь можешь подумать о том, как помочь себе.
Коннер не расстроился так сильно, как Алекс: по правде говоря, он и не верил, что Человек в маске – их отец. Сколько бы раз сестра ни пересказывала историю о том, как увидела его лицо, Коннер был уверен, что их папа никогда не поступил бы со сказочным миром так, как Человек в маске. Однако Коннер так и не набрался духу сказать сестре, что он на самом деле думает на этот счёт.
– Как поступим с солдатами и ведьмами? – крикнул близнецам сэр Лэмптон.
– Посадите солдат Великой армии в тюрьму Пиноккио, – велела Алекс. – Но ведьм отпустите – пусть знают, что я не желаю им зла.
– Да, Фея-крёстная, – кивнул Лэмптон.
Тут из леса выбежал солдат из отряда Прекрасного королевства и подошёл к Лэмптону.
– Сэр, мы обыскали лес, но Человека в маске не нашли, – доложил он. – Мы проверили там, где он должен был упасть, но нет ни тела, ни следов.
Алекс и Коннер потрясённо переглянулись.
– Что? – спросила Алекс. – Он выжил?
– Как он мог выжить после падения с такой высоты? – удивился Коннер.
Алекс огляделась и, переведя взгляд на полковника Рамбера, бросилась к нему. Неожиданно её глаза снова засветились, а волосы поднялись над головой. Ею снова овладел гнев.
– Алекс, что ты делаешь? – спросил Коннер, подбегая к сестре.
Но остановить её он не успел: деревья возле берега вдруг ожили и, схватив всех, кроме Алекс, ветвями, прижали к стволам. Коннер, их с Алекс друзья, ведьмы и солдаты Великой армии и Прекрасного королевства – все стали жертвами её неосознанного гнева.
Дерево, державшее полковника Рамбера, выдрало корни из земли и, подняв пленника в воздух, приблизилось к Алекс.
– Как он выжил? Ты должен знать! – заорала она.
– Уверяю вас, мадемуазель, я ничего не знаю, – сказал полковник.
Дерево сжало Рамбера крепче, и не только оно – все деревья стали сдавливать своих пленников.
– Алекс! Успокойся! Нам же больно! – пытался достучаться до сестры Коннер.
Но Алекс полностью отрешилась от происходящего, Коннер никогда не видел сестру такой разгневанной. Она не замечала ничего вокруг – только полковника Рамбера, от которого хотела добиться ответа.
– Что делает зелье, которое он украл из дворца? – спрашивала Алекс. – И что ещё ему нужно, чтобы завербовать армию, о которой он говорил?
– Он нам ничего не рассказывал! – воскликнул Рамбер. – Он был очень скрытным!
Ветви стиснули Рамберу горло и начали его душить.
– Ты должен знать, куда он делся! – закричала Алекс. – Говори!
Рамбер задыхался и не мог выдавить ни слова.
– Я… не… знаю… – Он закашлялся. – Клянусь!
– АЛЕКС, ПРЕКРАТИ! – заорал Коннер.
Алекс пришла в себя, деревья разжали ветви и бросили пленников на землю. Девушка в ужасе озиралась: ей не верилось, что всё это – её рук дело. Она словно превратилась в другого человека.
Коннер с друзьями потрясённо смотрел на Алекс. Никто из них, включая её саму, даже не подозревал, что она на такое способна.
– Простите меня! – сказала Алекс, чуть не плача. – Не знаю, что на меня нашло!
Сгорая со стыда, она закрыла лицо руками и убежала в лес. Коннер не стал её догонять: было очевидно, что сестра хочет побыть одна.
– Боюсь, наши поиски Человека в маске закончены, – сказал Фрогги, прерывая напряжённое молчание.
Коннер кивнул, но понял, что все боялись не продолжения поисков Человека в маске, – они боялись его сестру.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления