– Тебе будет нелегко, но я буду рядом.
На мгновение Тундра замер как громом поражённый. «Что?» Девочка говорила странные слова. «Почему она…» Внезапно из глаз Тундры потекли слёзы, однако мальчик не знал для этого никакой весомой причины. Было ли ему легче из-за столь заботливых слов? Он не понимал. Однако фраза девочки показалась ему смутно знакомой. «Зачем она это говорит мне?»
Виола продолжала разговор с камнем на душе. Если бы они были в 21 веке, девочка относилась бы к Тундре ласковее. Но сейчас они находились в «Тени Веррату». Это мир, где доброта – верный способ умереть.
– Смотри на свою ситуацию трезво.
Она не хотела давать Тундре надежд, чтобы не мучить его.
– Твои отец и сестра мертвы. Я та, кто отомстил за тебя и спас твою жизнь. Ты понимаешь это?
Если подумать, девочка была права. Это он начал ей угрожать и взял в заложники. Но именно девочка отомстила его врагам, и благодаря ей он всё ещё жив.
– Теперь ты готов меня выслушать?
Виола начала медленно объяснять ситуацию.
– Во-первых, ты сейчас находишься в герцогстве Веррату. Я Виола Веррату, младшая леди этого дома. Меня удочерили несколько дней назад.
«Несколько дней назад? Как такое возможно?» Тундра был в шоке. По её поведению он подумал, что она была рождена Веррату. Но девочка сказала, что стала ею всего несколько дней назад. «Она хочет сказать, что стала младшей дочерью герцога после удочерения?»
Даже Тундра знал о Веррату. Цветы севера, обосновавшиеся в Зимнем замке. Герцогская семья, которая внушает всем страх. Глава этой семьи известен как Палач Косух. Тундра всё ещё не мог поверить, что девочку удочерили всего несколько дней назад.
Виола подошла ближе к мальчику и подняла руку. Тело Тундры вздрогнуло, его щека изнывала от боли. Виола осторожно ослабила ремни, которыми мальчик был связан.
– Сейчас тебе удобнее говорить?
– Да.
Виола говорила тихим голосом. Она начала с истории о том, как её удочерили, и рассказала об одиночестве, которое ей пришлось испытать.
– Мои мать и отец бросили меня.
А Рин оставили родители, Виолу тоже. А Рин выросла в детском доме, а Виола – в трущобах без взрослых. В голосе девочки слышалась искренность.
– Похоже, у тебя нет того, кто может за тобой присмотреть.
Виола, наконец, смогла освободить Тундру от ремней безопасности.
*Лязг*
Магические цепи смотались в клубок и исчезли сами по себе.
*Бум*
Тело Тундры упало на пол. На его запястьях и лодыжках всё ещё были ремни, но ему стало гораздо удобнее того, когда он висел в воздухе. Виола протянула руку Тундре.
– Я помогу тебе.
– Зачем?
– Что?
– Зачем ты хочешь мне помочь?
Даже если девочка его пожалела, то зачем захотела помочь? В этом не было никакого смысла.
Внезапно Тундре захотелось быть рядом с ней. Он был сбит с толку. Почему слова Виолы его успокоили?
– Как я сказала, меня удочерили. У меня нет семьи, которая могла бы меня поддержать. Поэтому мне нужны свои люди. Ты станешь одним из них.
– Почему?
– Мне нравится твой взгляд.
На самом деле взгляд ей не нравился. У Кан Джуна в нём читалась теплота и жизнерадостность. Это отличалось от безжизненного взгляда Тундры. Мальчики были так похожи, но одновременно были такими разными. Однако А Рин понимала, что Тундра – это не Кан Джун, даже если ей это не нравилось. Она утешила Тундру, только из-за того, что Кан Джун когда-то помог ей.
– Я буду рядом с тобой, – повторила Виола.
Это неразумно и совершенно необоснованно, но её слова могли придать сил тому, кто всё потерял. Фраза девочки эхом отдавалась в ушах Тундры.
– Я желаю, чтобы ты помог мне.
Виола протянула Тундре руку. Мальчик долго смотрел на неё, прежде чем протянуть свою.
***
Прошёл час.
– Ты пришёл в себя?
– Да.
Тундра кивнул головой. Его глаза начали светиться. Виоле стало любопытно. «Он действительно мужской главный герой?» Трудно было прийти в себя за час после тех ужасных событий. На самом деле, она не ожидала много от мальчика. Вопреки её ожиданиям, он продемонстрировал, что не зря зовётся главным героем. О чём бы Тундра ни думал, он выглядел так, будто ничего не произошло. В будущем этот мальчик станет намного сильнее Виолы.
– Я должен буду притворяться твоим псом.
Виола кивнула. Только так его признали бы игрушкой леди, и девочка бы больше не подвергалась проверке.
– Так и есть, моей собачкой или игрушкой.
Под таким предлогом Тундра мог остаться в Веррату.
Осознав ситуацию целиком, мальчик продолжил.
– Я на тебя напал. Неужели можно всё так оставить?
– Верно, тебя нужно наказать.
– Нужно проучить собаку, укусившую хозяина.
– А ты довольно умный.
Такими были Веррату. Они не прощали собаку, укусившую хозяина, или игрушку, напавшую на своего владельца. Просто простить было не похоже на Веррату.
– Так поступают Веррату?
– Такие люди и есть Веррату.
– Это печально.
Прощению Тундра научился благодаря своему отцу. Эта вещь была самой прекрасной и благородной в мире. «Прощение нужно другим, но оно также нужно и тебе самому, поэтому прости свою мать».
Однако прощение в понимании Веррату было другим. Человек должен был взять на себя ответственность, даже если на словах его простили.
– Почему?
– Неважно. В любом случае, тебе нужно наказать меня в стиле Веррату. Только так ты сможешь меня простить.
– Совершенно верно.
Она должна вести себя как Веррату. О любом человеке, находившемся в Зимнем замке, будет доложено, поэтому Виола не могла просто закрыть глаза на поведение Тундры и дать ему сбежать. Мальчик должен поплатиться за то, что посмел наставить нож на леди.
– Я готов к этому, – сказал Тундра.
Мальчик посмотрел на Виолу. «Выражение его лица, когда он смотрит на меня…» Тундра прочитал эмоции на лице Виолы, когда она взглянула на него. Это были раскаяние, гнев и тоска. «Почему на её лице так много эмоций, пока она на меня смотрит?» Казалось, противоположные чувства смешались. «Виола потеряла мать и отца». Даже после этого маленькая девочка казалась собранной. Она выглядела на пять лет, но взгляд был как у взрослого. «Это неправильно».
«Я помогу тебе, буду рядом с тобой». Тундра знал, что эти слова были сказаны, чтобы втереться к нему доверие. Он очень хорошо понимал, что так она склоняла его на свою сторону. «Должно быть, это ложь». Даже если головой понимал, сердце усмирить он не смог. Мальчик чувствовал, что должен взять её руку. «Это неправильно». То были единственные слова, которые приходили ему на ум. Тундра не мог понять, почему те фразы были особенными для него. Где-то он их слышал.
Виола подняла трость, сделанную из дерева Исилла. Она была очень гибкой. Её называли «исилла хичори» из-за того, что она изгибается как хлыст. Другое её название – хлыст Исилла.
– Тебе будет очень больно.
– Я готов.
Вдруг на неё нахлынули чувства, которые А Рин не могла понять.
«Она милая». Виола была не настолько мила, как кто-то мог подумать. Но эти ярко-фиолетовые глаза были красивы. В них читалось стремление и сострадание одновременно. По неизвестной причине подобное показалось ему знакомым.
– Мы раньше нигде не встречались? – спросил Тундра.
– Нет, это невозможно.
Виола чуть не ответила прямо противоположно, однако Тундра не мог быть Кан Джуном.
Долго размышляя, мальчик дал этому своё объяснение, а затем задал вопрос.
– Могу ли я интерпретировать твою решимость показать себя Веррату тем, что ты хочешь стать герцогиней? В ином случае нет никакого смысла делать из меня своего человека. Ты стала приёмной дочерью, поэтому я тебе, на самом деле, не так уж и нужен.
Слова Тундры были полны амбиций и жажды власти, но произносил он их добродушно.
Виола уклонилась от прямого ответа. Однако мальчик был умным, поэтому смог понять её намерения.
– Когда это закончится, мы можем вместе сходить в твой дом.
– В мою хижину?
– Мне сказали, что твой отец был там.
– …
– Мне не нужно, чтобы ты чувствовал сожаления.
После отмщения Тундра отправился в хижину своего отца, чтобы его похоронить, однако его труп был съеден дикими животными и начал гнить. Это было позором для мальчика.
– Я пойду с тобой.
– Спасибо.
Глаза Тундры покраснели. «Она странная».
Всё что он знал о девушках, это то, что они были милыми. Но когда он встретил Виолу, она такой не показалась.
Тундра посмотрел на трость в руке девочки. «Она будет бить меня этим». Это причинит боль, но мальчик не боялся.
– Бей сколько потребуется.
– Так и сделаю.
Она почувствовала присутствие Дженона, видимо он подслушивал из соседней комнаты. Она попыталась придумать слова, которые могла сказать Виола.
– Я заставлю тебя молить о прощении.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления