Read Manga Mint Manga Dorama TV Libre Book Find Anime Self Manga Self Lib GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Им равных нет
Глава 6

Все пройдено не раз. Немного суетные, как всегда, сборы. Выстроившаяся в полном боевом оснащении группа. Ник ничего не пускал на самотек, он со всей тщательностью проверил оснащение и вооружение каждого. Вещей привычно было, как у беженцев, бегущих от Мамая. И ведь все необходимо, каждая финтифлюшка может стать при случае жизненно важной.

– В машину, – кивнул Ник, оставшись удовлетворенным состоянием группы.

Санитарный «уазик», зеленый, с красным крестом, – такие вояки прозвали «таблетками» – доставил десантников до аэродрома и застыл на бетонной полосе аэродрома. Боевая старенькая, латаная-перелатаная ездовая кляча – вертушка-«Ми-8» отдыхала на отведенном ей на полосе месте, устало опустив натруженные лопасти.

Моросил мелкий противный дождь, и ветер налетал порывами, резко и агрессивно. Около вертушки толпился народ, кто в форме, кто в гражданке, что не лезло ни в какие ворота. Непорядок – разведывательно-диверсионные группы не возят в общих вагонах. Но на правила давно все плюнули. Вояк много, а вертушек мало. Поэтому десантники могли насладиться зрелищем, как летчики облаивают журналистов «Известий», которых черт несет в Моздок. Фотокорреспондент хотел запечатлеть на навороченный цифровой фотоаппарат своего коллегу в салоне боевого вертолета. И нарвался на командира экипажа.

– Что, хотите, чтобы навернулись, да?! – орал капитан в светлом комбезе, лицо его наливалось кровью.

– А что? – хлопал наивными глазами незадачливый фотокорреспондент.

– Нельзя фоткаться перед вылетом!

– Примета, что ли?

– Примета! – гаркнул летчик. – Из жизни! Бывали случаи, что после этого сбивали… Принес вас леший на мою голову!

Потом привычный взлет переполненной машины. Проплывали внизу под брюхом редкие леса и озера, игрушечные машины, здания, дороги, пересекающие южную русскую степь и квадратики полей. В открытый иллюминатор врывался ветер. Трясучка. Грохот винтов…

Десантники подремывали, кроме Фауста, который что-то сосредоточенно жевал. Он вечно что-то поглощал – в него влезало огромное количество еды и выпивки и закуски. Он постоянно был озабочен одним – едой… Коллеги посмеивались, что ему и оружия не надо давать. Забросить в тыл врага, и супостаты с голоду сдохнут – Фауст их обожрет…

Через полтора часа посадка. Удар колес о бетонку. Прибыли. Здравствуй, Моздок.

Моздок – столица группировки,

Казбек маячит вдалеке.

А мы опять в командировке

С солдатским скарбом налегке…

Бизон начал насвистывать известную еще с первой войны песню.

Когда-то здесь был аэродром морских ВВС. Здесь же располагалась бомбардировочная авиация, имелись и стратегические бомбардировщики, порезанные в конце восьмидесятых автогеном в рамках капитулянтского разоружения России. Когда Кавказ в девяносто четвертом вспыхнул, Моздок, прилично захиревший, стал главным плацдармом для ведения боевых действий на мятежных территориях.

Вертолет с рокотом вырулил на стоянку и встал в рядок со своими собратьями – еще семью такими же побитыми жизнью и душманами транспортными «восьмерками» и вертолетами огневой поддержки с характерным хищным профилем – «Ми-24», в просторечии «Крокодилы».

Десантники неторопливо выбрались из вертолета, лениво потягиваясь. Огляделись на до боли знакомый пейзаж. Здесь дождя не было, притом давно – пыль стояла столбом. Как всегда, на аэродроме царила суета и неразбериха. На бетонке застыл недавно приземлившийся здоровенный военно-транспортный «ИЛ-76», по наклонной рампе хвостового грузового люка спускались и выстраивались солдатики – свои, десантура. Выруливал, ревя турбинами, с взлетно-посадочной полосы только что приземлившийся небольшой «Ан-72» – это завсегдатай Моздока, давно знакомый самолет внутренних войск. За капониром маячил остов стратегического бомбардировщика, давно выпотрошенного, – памятник временам, когда в стране все шло путем, притом верным, и все были озабочены защитой от внешнего, а не внутреннего агрессора. По полю метались озабоченные военные. В «Корову», самый большой транспортный вертолет в мире «Ми-26» (американцы, впервые увидев его, заявили, что эта штука летать не может, это против законов природы), с криками, шутками и прибаутками загоняли боевую машину пехоты.

Суета царила здесь нетипичная. Не надо иметь большого опыта, чтобы понять – идет переброска войск.

– Да, все по-взрослому, – оценил Цыган.

Десантники ждали недолго. К Нику подошел двухметровый подполковник, шишковатая лысая голова делала его похожим на жабу. На нем ладно сидела полевая зеленая форма.

– Подполковник Грачев, – козырнул он молодецки – сразу видно, штабная крыса, а не полевая мышь. – Разведотдел группировки.

Он пожал всем руки и кивнул на машину – черт знает откуда взявшийся у военных просторный «Джип Чероки»:

– Домчим с ветерком.

– Трофей, что ли? – заинтересовался Цыган источником такого богатства.

– Ну что-то типа того, – кивнул Грачев.

За джипом пристроился еще один «уазик», просевший после того, как туда запихали вещи и экипировку десантников.

Наконец суетный день, состоящий из передвижений, представлений, решения множества мелких служебных и бытовых проблем, подошел к концу. Группа устроилась на постой в расположении группировки – настоящем городе из вагончиков и палаток. Боевая техника, оборонительные сооружения, колючая проволока – всего этого добра было в избытке. Десантникам выделили душный вагончик с марлевыми сетками на окошках – в такую погоду, когда то сырость, то духота, замучивает комарье. Хозяйственный и умеющий влезть в душу Фауст за считаные часы добыл одеяла, чистое белье, электрический чайник и еще кучу всяких нужных вещей, которые можно найти на складах и о которых широкой военной публике ничего не известно. Прапорщик прапорщика всегда поймет. Распечатал вещи, навел порядок, и вагончик приобрел вполне жилой вид. А с приближением темноты, когда жара отступила и спустилась долгожданная прохлада, пришло время визитов. Нужно было выведать горячие новости, напитаться сплетнями. Просечь ситуацию, прикинуть перспективы, просчитать, к чему готовиться.

В группировке было несколько человек из их десантной дивизии – два офицера из штаба и еще несколько из третьего десантно-штурмового батальона. Спецназовцы отправились к ним в гости.

– Ну, это смазать надо, – обрадовался прибытию сослуживцев майор из штаба дивизии, копаясь в рюкзаке и извлекая одну за другой бутылки водки. Благо водки в Республике Осетия залейся – стоит она чуть дороже молока и к тому же вполне приличная.

– Нам бы чайку, – хмыкнул Ник.

– Ну, вы вообще, – разочарованно произнес майор, но бутылку все-таки раскупорил и разлил по стаканам своих соседей по вагончику – офицеров из Псковской дивизии ВДВ.

Цыган вздохнул, глядя на это пиршество. В группе сухой закон царил строжайший. Зато, к ожиданию Фауста, жратвы было завались – стандартные армейские сухпаи, жареная картошка, купленные недалеко от расположения части зелень, помидоры и абрикосы.

– Ну, за встречу, – штабной майор поднял стакан.

После второго стакана, тоже пролетевшего мимо спецназовцев, Ник как бы невзначай бросил:

– Ну что, братки, будем воевать?

– А как же, – икнул штабной майор, занюхивая стопку половинкой свежего помидора.

– По-взрослому? – спросил Цыган, это была его любимая фраза, которая прочерчивала раздел между праздным бесполезным времяпровождением и настоящей работой.

– А это вопрос…

Спецназовцы привычно вросли в быт группировки. О полноценных тренировках речи здесь не могло идти – не было подходящей материально-технической базы. Но Ник поддерживал группу в боевом состоянии. Часы пролетали за изучением вероятного театра военных действий, хотя его все и так знали отлично, особенностей рельефа местности, ее характерных ориентиров. Ну а также повторяли в сотый раз необходимые премудрости из взрывного дела, работу со средствами связи. Ну и отработка навыков рукопашного боя, психотренинг – куда же без них!

Потянулось ожидание. В группировке напряжение все росло. Один за другим садились транспортные самолеты с войсками. Приходили составы с боевой техникой. Войсковые подразделения рассредоточивались вдоль границы с Ичкерией.

У квартировавших рядом офицеров-связистов был телевизор с выведенной наверх антенной. Все ждали новостей, но телевизор давал их весьма дозированно. Поэтому их заменяли слухи. Притом самые невероятные, из которых тот, что начинается третья ичкерская война с участием вооруженных сил третьих стран, – самый безобидный.

И вдруг неожиданно будто плотину прорвало. Новости посыпались как из рога изобилия. Десантники сидели у связистов в палатке и смотрели репортаж, как Верховный Совет Ичкерии объявляет независимость от России и взывает к международному сообществу: «Спешите признать новое государство и образумить Россию во избежание большой крови. Северный сосед готов нарушать любые международные нормы, в том числе о праве наций на самоопределение. Однако вайнахский народ готов полечь до последнего, но не допустить, чтобы сапог захватчика топтал земли предков».

– Все, доигрались, суки, – воскликнул Цыган, подавив желание врезать кулаком по экрану телевизора. – Что и требовалось доказать…

– Ничего, ядрён-батон, – отмахнулся Фауст, проглотив кусок серьезного бутерброда. – Всех замочим.

– Ага. Сейчас вот пожрем и всех их по кочкам разнесем. И вообще, если… – Акула не договорил, его прервал зазвонивший в кармане мобильник.

– Светулик, дорогая, – фальшиво воодушевленным голосом воскликнул он. – Я в командировке. В Москве. Мы получили новую партию товара. Какого товара? Да нет, я имею в виду исковое заявление…

С утра до вечера Акуле звонили девки. Он расписывал в красках причину своего срочного отъезда, а так как он всем врал о роде своей деятельности – то он бизнесмен, то юрист, – в результате порой окончательно запутывался, что и кому врать.

– Блин, выброшу телефон! – отложив видавший виды надежный «Сименс», с чувством произнес он. – Денег не напасешься.

– Юрист, – усмехнулся Цыган.

– Не воякой же представляться. Не котируется…

– Не котируется…

– Ну да, – улыбнулся Акула. – Я гляжу на мир через прорезь автомата. А гражданские недомерки – через щель банкомата.

Двое связистов с интересом смотрели на это театральное представление.

Не успел Акула дать отбой, как телефон зазвонил снова. Но тут лицо его расплылось в блаженной улыбке.

– Как там моя лапочка? Как там моя маленькая? Ну, дай ей трубку… О, голос подает.

Это звонила очередная его любовница. Но многообещающее слово «лапочка» относилось не к ней, а к Клеопатре – любимой длинношерстой таксе Акулы. Уезжая в командировки, он оставлял ее на очередную свою особо приближенную любовницу.

– Ты ее сухим кормом не перекармливай… Свежее мясцо давай… И с поводка не спускай… Слышишь, с поводка не спускай… Поняла, Риточка? Я тебя целую… Дай Клепе трубочку, пускай еще в нее порычит…

На третью ночь Ника вызвали в разведотдел. Там он поприсутствовал при беседе офицеров из разведотдела группировки с капитаном внутренних войск, тем самым, который с остатками солдат со своего блокпоста вышел к Дагестану.

– Можете меня судить, – все время повторял капитан. – Но я не мог удержать блокпост.

– Никто вас не собирается судить, – говорил начальник разведотдела, седой полковник. – Вспомните еще один момент…

С него выцеживали информацию уже по капельке. Все было важно, каждая деталь. И Ник вникал в детали, впитывая информацию, как губка.

Из рассказа капитана он понял больше, чем изо всех информационных сообщений, справок, сплетен и слухов. Ему стало совершенно ясно, что мятеж был не только заранее спланирован, но и готовился долго с привлечением хороших специалистов. Слишком слаженно и четко у них все прошло. Ощущалась легкая рука мастера.

Еще Ника волновала цель, с которой его пригласили на эту беседу. Вывод напрашивался однозначный – группу готовят к заброске и вводят в курс происходящего на вражеской территории. Притом заброска будет в самое ближайшее время…

Как в воду глядел. К пятнадцати часам следующего дня всю группу вызвали в штаб. Встретил их тот самый лысый здоровенный подполковник, с которым они познакомились на взлетной полосе по прилете в группировку.

– Товарищи офицеры, – поднялся подполковник и вытянулся по струнке.

Спецназовцы поднялись и тоже вытянулись по стойке смирно, не особо рьяно, более вальяжно – положение псов войны обязывает.

В комнату вошел заместитель командующего группировкой генерал-лейтенант Суриков. Цвет лица у него был нездоровый, сам осунувшийся – видимо, со сном и здоровым образом жизни ему в последнее время не особо везло.

– Ну что, орлы, десантники, – не слишком радостно улыбнулся генерал. – Готовьтесь к глубокой заброске…

Он встал перед группой, покачиваясь с носков на каблуки. Обвел всех тяжелым взором. И отчеканил:

– Группа, слушай боевой приказ…

Читать далее

Фрагмент для ознакомления предоставлен магазином LitRes.ru Купить полную версию
Отзывы и Комментарии
комментарий