Перевертыш не рычал, лишь ощетинился, припадая на передние лапы и прижимая уши к голове. После чего угрожающе оскалился.
– Надо же, – охнул Моховой и рефлекторно сделал два шага назад. После чего вдруг остановился и криво ухмыльнулся: – Кто бы мог подумать, Снежный собственной персоной… Я знал, что на поиски молокососа отправят лучших, но не думал, что им окажешься именно ты. Напомни мне, Сомс, – он повернулся к одному из застывших рядышком звероловов. – Сколько дают за его шкуру Верховный маг и его помощники?
– Около ста золотых, – пробормотал длинный и тощий Сомс и сглотнул.
Если главаря эта киса не испугала, то остальные звероловы малость струхнули.
Услышав озвученную сумму, я с трудом сдержалась, чтобы громко не охнуть. Великие боги, да что ж он такого сделал, если за его поимку дают такую баснословную сумму?
– Да, девяносто восемь, если быть точным. И ты все-таки рискнул отправиться на поиски этого сучонка? Силен…
– Отпусти их, – неожиданно мягким, я бы даже сказала, бархатным голосом произнес барс.
В этот раз сдержаться не получилось. Судорожно выдохнула и прикрыла рот рукой. Слава богам, на меня внимания пока не обращали, сосредоточившись на барсе. Я понятия не имела, что во второй ипостаси они могут разговаривать. Нам ведь всегда внушали, что, обращаясь, перевертыши становятся похожими на животных не только внешне, но и действуют на звериных инстинктах.
А какой у него был тембр! У меня внутри как будто весна началась, с резким потеплением. Может, благодаря этим свойствам голоса перевертыши и заманивают юных магов, после чего похищают?
– А то что? – расхохотался глава. Его разговорчивость кисы совсем не удивила. – Ты один на моей территории, ведьма уже выдохлась… Тебе не кажется, что ты немного не в том положении, чтобы мне указывать?
Я бы на его месте не была столь самоуверенна, потому как бойко завершала плетение мощной сети. Так просто им не дамся. Теперь, когда мне дали такой небольшой, но необходимый отдых, готова была ринуться в бой с новыми силами.
– Правда? – промурлыкал кот, и в тот же миг из темноты стали выступать перевертыши.
Их было особей шесть-семь, все в человеческом обличье. Но сомневаться в том, что это были именно перевертыши, было невозможно. У каждого из них желтым огнем горели глаза, а движения были настолько плавными и быстрыми, что явно указывало на их животное происхождение.
– Расстановка сил поменялась, – барс приподнялся и постучал хвостом о деревянный пол. – И вы к тому же измотаны борьбой с ведьмой. Сдавайся, Моховой, и никто не пострадает.
Лицо главаря побагровело. Было видно, что такой исход его совершенно не устраивал, и неизвестно, что было бы дальше, если бы события вдруг не стали развиваться по совершенно иному сценарию, и не произошло нечто совершенно неожиданное.
Бочком, крадучись, к Моховому придвинулся тот самый громила Варг, который вдруг резко обхватил того за плечи и, лишая возможности двигаться, приставил нож к горлу. Какой-то театр абсурда – говорящие кошки гигантского размера, звероловы, нападающие на граждан, и громила, что идет против своих, чтобы защитить врага.
Нет, этого точно не может происходить в нормальной жизни.
– На твоем месте я бы не дергался, – тем временем тихо произнес Варг.
– Варг, ты чего творишь?
– Исполняю свой долг. Так что, если не хочешь захлебнуться собственной кровью, советую тебе опустить оружие и приказать остальным, – взгляд в сторону застывшего перевертыша. – Ты чего так долго? Я весточку три часа назад кинул.
Вот после этих слов громилы я окончательно растерялась, просеменила в сторону стены и медленно сползла по ней вниз, прямо на пол. Но сеть не убрала. Она так и продолжала сверкать и переливаться на пальцах, готовая в любой момент прийти на помощь. Только я уже не знала, кто друг, а кто враг.
Боги, что такое происходит в нашем мире?
– Спешили, как могли, – ответил перевертыш и вновь повернулся в сторону Мохового. – Но нас сюда привел зов. Прикажи своим людям сложить оружие. Немедленно.
– Вы мне за это ответите, – прохрипел тот, но спорить не стал и сделал знак рукой.
Звероловы нехотя побросали оружие и застыли. К ним тут же подскочили перевертыши, отшвыривая ногами оружие, и принялись быстро связывать людей.
Громко взвыла на постаменте всеми забытая Милолика, закричала, заголосила и забилась в истерике. Прижимая руки к лицу, девушка и смеялась, и плакала одновременно, сотрясаясь крупной дрожью.
– Ведьма, – повернулся ко мне барс. А глазищи… Не желтые, как у остальных, а светло-серые, прям под стать его серебристому меху. – Усыпи ее.
– Я?
– Здесь есть еще одна ведьма? Ты что, не видишь, совсем плохо девке?
Видела. Милолика уже принялась биться затылком об алтарь, при этом продолжая громко завывать. Глядишь, такими темпами и череп себе разобьет…
Медленно поднялась и по дуге обошла барса, правда, сделать это было проблематично. Стараясь не приближаться к нему, я была вынуждена подходить к другим перевертышам, что уже заканчивали связывать звероловов.
Сонного порошка в кисете почти не осталось, все израсходовала на охотника. Пришлось изрядно потрясти, чтобы набрать щепоточку. И все это под пристальными взглядами перевертышей, что уже свалили связанных звероловов в центре Храма на пол и теперь молча смотрели на меня вместе с Варгом.
Подойти вплотную к девушке было трудно, она громко верещала, дергая себя за волосы и колотя кулаками по алтарю, извивалась ужом. Я все никак не могла понять, почему она не слезет с этой каменной глыбы, но, обойдя по кругу алтарь, увидела артефакт. Эти твари просто сделали маленькую темницу, из которой Милолика не могла выбраться, а войти туда мог каждый.
Порошок легко слетел с моих пальцев прямо в ее личико, стоило ей на мгновение повернуться ко мне. Пара секунд – и она затихла.
– Говоришь, это она бурю вызвала? – спросил барс, подходя ко мне сзади.
Я резко обернулась на голос и застыла.
Уже не барс, а перевертыш.
Обнаженный по пояс.
И его мощная грудная клетка с налитыми мышцами и крепким торсом стала тяжелым испытанием для моей психики и воображения. Я не могла не признать, что он хорош – широкие плечи, узкие бедра. Высокий, крепкий и очень опасный. Жемчужно-пепельные волосы чуть ниже плеч. Пара прядей ниспадала на лоб и глаза, делая его необычайно привлекательным. Глаза – пронзительно серые, внимательные и хищные. На губах – кривая улыбка, и легкая щетина на подбородке.
Да, он был красив, этот хищник в человеческом обличье. Красив и опасен одновременно.
Перевертыш быстро затянул ремень на штанах, смотря при этом только на меня. В тот момент я не разобралась, какие чувства испытываю – страх или предвкушение… Или, может, все вместе?
– Она. – Варг подошел с другой стороны.
Эти двое своими огромными тушами стали меня подавлять, и без того расшатанная нервная система дала о себе знать. Я рефлекторно сделала шаг назад и уперлась бедром в алтарь. Это даже хорошо, на него можно слегка опереться, ребра не так болеть будут. Со всеми этими потрясениями я даже как-то забыла, что меня хорошенько приложили о стену и попали парочкой заклинаний. Сейчас, пока шок не прошел, чувствовала себя более-менее нормально, но потом раны дадут о себе знать.
– Мы уловили эхо, когда шли за вами. Сильна… Скольких вывела из строя? – продолжал расспрашивать зверолова, он рассматривал меня.
– Троих насмерть, пятеро раненых, плюс еще сегодня многих вывела из строя.
Молчал, только глазищами своими позыркивал, словно насмотреться не мог.
– Где он?
Довериться? Или схитрить? А ведь в жизни все – и плохое и хорошее – начинается с того, что кто-то или когда-то… кому-то… просто поверил.
Ведь еще неизвестно, для чего им нужен лисенок. Вдруг этому коту тоже доверять нельзя?
Но легенды гласят, что перевертыши, как заправские хищники, чуют ложь. Тогда первое впечатление будет сильно подпорчено.
– Что с ними будет? – я указала взглядом на связанных звероловов.
– А ты как думаешь? – равнодушно пожал плечами хищник. – Тебя бы они не пощадили, как и всех жителей деревни.
– А вы, значит, добрые?!
– Хочешь сохранить им жизни? А ты уверена, что они оценят столь благородный поступок и, после того как ты отвернешься, не всадят тебе нож в спину?
Я взглянула на Мохового, чей полный ненависти взгляд не оставлял никаких сомнений в том, что именно так он и сделает. Видимо, закон – выживает сильнейший – работает как никогда точно. Перевертыш прав, если я хочу выжить, то должны погибнуть они. Другого не дано.
– Надеюсь, вы не собираетесь оставлять тела прямо тут? Это же Храм Всех Богов.
– Еще и щепетильная к тому же, – оскалился этот нелюдь. – А тебя не смущает, чем они тут занимались и что собирались сделать с этой девчонкой на алтаре ваших богов?
– А разве у вас нет Бога, которому вы служите? Или Богини?
Есть. Я же помню, о чем рассказывал мне посол там, в тюрьме. Как сильно ценят и почитают они ее, раз не могут причинить вред беременной женщине.
– А какое это имеет значение?
– Религия каждого священна. Зачем гневить чужих богов, находясь на их территории, когда можно привлечь их на свою сторону?
Промолчал, с такой серьезностью глядя на меня, что от этого нечеловеческого взгляда я мысленно заметалась и как-то по-детски стала разглаживать подол платья в какой-то непонятной попытке сгладить первое впечатление о себе.
– Я тебя услышал, ведьма. Но ты так и не ответила, где он?
Знаю, что не сказала. Тянула время, пыталась увернуться, а от ответа уйти так и не смогла. Нет у меня выхода, придется признаваться. Да и сдается мне, перевертыш и так знает, где его искать. Дело только во времени и защите, что окружает мой дом.
– У меня дома, в яме.
– Веди, – перевертыш повернулся к одному из своих и коротко бросил: – Девчонку – родителям, и уберите здесь.
Быстрый кивок.
И я не сомневаюсь в том, как будет происходить эта уборка. Быстрый взгляд в сторону звероловов, а внутри огнем горит жалость. Как бы сильно я их ни ненавидела, какую бы боль они мне ни причинили, смерти я им не желала. Хотя и понимала, что по-другому и быть не может… Но внезапно я понимаю и другое.
– А где маг? – я оборачиваюсь в сторону Варга и перевертыша.
Мужчина подходит ближе, внимательно осматривая бывших подельников:
– Его здесь нет. Сбежал и, скорее всего, Пыль использовал.
– Найти, – коротко бросил перевертыш. – И как можно быстрее. Маг не мог далеко уйти… Быстрее, ведьма, быстрее.
Мог хотя бы спасибо сказать, ведь это именно я заметила отсутствие мага. Хотя отсутствие благодарности полностью покрывается их своевременно подоспевшей помощью.
Выйдя на морозный воздух, я чуть не упала. Голова в одно мгновение закружилась, перед глазами все заплясало и засверкало. Слегка качнулась назад и, наверное, упала бы, не подхвати меня огромный Варг.
– Осторожнее, – тихо произнес он и подтолкнул меня вперед.
Защита дома легко впустила меня и сопровождающих внутрь. Киан все так же мирно спал на печке. Лишь голенькая розовая пяточка торчала из-под одеяла. Райе при нашем появлении вскочила и испуганно замерла, не зная что делать дальше и как себя вести. Я прекрасно понимала ее страх, поэтому по-быстрому решила выпроводить из дома.
– Милолике нужна помощь. Звероловы ее физически не тронули, но психологически надругались. Сейчас она спит… С ней надо побыть, боюсь, как бы очнувшись, она не наложила на себя руки.
Старая знахарка кивала и внимательно рассматривала двоих за моей спиной.
– Миа…
– Иди, Райе, иди, – я мягко улыбнулась старушке, лишь приподняв уголки губ.
Но она прекрасно поняла меня. Кивнула и осторожно двинулась к выходу. Лишь только дверь за ней закрылась, как я бросилась к яме.
Лисенок ждал меня. Стоило мне только раскрыть тайник и слегка отступить в сторону, он тенью метнулся наружу, кутаясь в плед.
И только рыжик вступил на пол моего домика, как эти двое почтительно склонили головы и проговорили в унисон:
– Мой лорд.
Та-а-ак. Вот тебе и маленький, щупленький лисенок. И кого это я спасла?
Малыш замер на секунду, сделал неуверенный, совсем крохотный шаг вперед… Затем второй… Громко всхлипнул и бросился к перевертышу.
– Ирбис… они… всех… и Ляльку… и Кайла… Всех… а я… и этот… бежал… и вот… Ведьма, – бормотал он сквозь громкие рыдания, пряча лицо на груди у барса и сотрясаясь всем телом.
А тот надежно и в то же время неожиданно мягко прижал его к себе и гладил по рыжим спутанным кудрям.
Я бы еще долго смотрела на них, пытаясь понять, что же связывает этих двоих, какая история. Но Варг сделал шаг по направлению ко мне и сухо произнес:
– Собирай вещи, ведьма.
Сердце сделало кульбит и ухнуло вниз. Я рефлекторно сделала шаг назад, к сыну, словно в отчаянной попытке защитить и спрятать его ото всех.
– Зачем?
– Ты хочешь остаться здесь? – громила склонил голову, внимательно рассматривая своими пустыми, я бы даже сказала, мертвыми глазами.
– Пошли с нами, – лисенок оторвался от перевертыша, бросился ко мне, отчего плед чуть съехал с худеньких плеч, и крепко схватил меня за руки.
С трудом удержалась, чтобы не шарахнуться от него. После всех потрясений я стала опасаться собственной тени. Стремясь уговорить, мальчишка быстро затараторил:
– Дед поможет устроиться на первое время… У нас хорошо, правда-правда. А ты к тому же ведьма, а это знаешь как почетно. Никто не посмеет обидеть или навредить тебе или твоему сыну…
– Подожди, подожди… А кто у нас дед?
– Посол перевертышей в Империи, – ответил мне барс. Все это время он очень внимательно наблюдал за нами и следил за реакцией на титул дедушки.
– О-о, – только и смогла выдавить я, выдергивая руки из его болезненного захвата, и по-новому взглянула на лисенка. И кстати, давно хотела у него узнать: – Тебя как зовут?
– Кристофер, можно просто Крис, – щербато улыбнулся он.
А я смотрела на его улыбку и старалась не думать о том, почему у него нет двух передних зубов – сами выпали или помогли?
– Миа, – кивнула в ответ.
Я ведь помнила посла. Та единственная встреча навсегда осталась в моей памяти. Но чем больше я смотрела на лисенка, тем отчетливее понимала, что он совершенно не похож на деда. Посол был скорее волком – седым и матерым.
– Если ты хочешь сохранить свою жизнь и жизнь своего ребенка, то тебе стоит начать собирать вещи, – произнес Снежный.
– Из-за мага?
– Если он использовал Пыль, то найти его будет очень трудно. Скорее всего, у него были накопители, много накопителей… Он перенесется к ближайшей деревне, пусть не сразу, а несколькими прыжками, но утром будет уже в столице. Сообщит о случившемся, и тогда…
– Тогда меня спасет только чудо, – я тяжело вздохнула и села на лавку. Покалеченное тело заныло, в боку опять остро кольнуло и заставило быстро выпрямиться. Как бы не было трещины в ребре. – С чего вдруг такая трепетная забота обо мне? Разве вы не должны ненавидеть магов?
Не знаю, на что я рассчитывала, произнося эту фразу. Видно, стресс сказался на степени моей разумности. А может, хотела пробить его хоть на какие-нибудь эмоции. И было бы неплохо выяснить его истинное отношение ко мне. Потому что как будет реагировать он, так на меня будут реагировать и остальные.
А Снежный лишь криво усмехнулся:
– Не разочаровывай меня, ведьма. До этого момента ты проявила невероятную сообразительность.
Как будто мне есть дело до его впечатлений.
– Мне надо подумать…
– Времени на это у тебя нет, – перебил меня он. – Либо вы идете с нами, либо остаетесь здесь.
– А что это даст? Есть ли смысл идти?
– Мой дед, – начал лисенок, но Варг перебил его, молча положив свою ладонь ему на плечо.
Глупый. Слово лорда, сказанное простолюдинке, легко дается и легко забирается. Он еще слишком мал и наивен, считая, что достаточно только его просьбы, и дед все сделает… Если бы все было так легко в нашей жизни.
Снежный равнодушно пожал плечами:
– Здесь тебя точно ждет смерть. Звероловы не простят предательства.
– А как же быть с другими жителями деревни? Что будет с ними, когда звероловы придут за ними? – Я резко вскочила и тут же скорчилась от жуткой боли, что огненной волной пробежала по всему телу и раскаленной острой иглой впилась в бок. Совсем забыла… – Ох…
– Мы не сможем забрать всех.
– И как быть? Если я уйду, они всех перебьют.
– Если ты останешься, то они всех уничтожат как пособников, – отрезал тот. – Если ты уйдешь с нами, то не только получишь шанс на новую жизнь, но и спасешь жизни остальных. Звероловы оставят их в покое и ринутся за тобой… Именно ты, ведьма, для них желанная добыча, а не горстка жалких людишек.
Внимательно осмотрела каждого из них – невозмутимого Варга, рыжего Криса, преданно глядящего в мою сторону, и мощного и величественного барса. После чего осторожно повернулась в сторону печки, где, несмотря на шум, продолжал спать мой сын.
– Сколько времени на сборы? – в конце концов тихо спросила я.
– Час, – бросил перевертыш и обратился к лису: – Милорд, идемте, вам надо переодеться.
Уходили мы на рассвете. Когда солнце еще не взошло над Заречьем и было еще темно. Мягкий туман клубился у ног, вызывая легкую дрожь… Холодно. Я сильнее запахнула одеяло, в которое укутала Киана. Малыша вынуждена была усыпить. Не стоило ему видеть всего. А так – проснется, и будет ему новое интересное приключение.
– Присаживайся, – Варг покидал мои хилые пожитки в небольшую крытую кибитку, внутри которой уже сидел переодетый лисенок. – Давай возьму ребенка.
– Нет, – поспешно покачала головой и прижала сына к себе. И пусть тело протестующе заныло, а в глазах на мгновение все помутнело от боли, отдавать этому громиле ребенка я не хотела. – Не стоит.
Во дворе вновь жалобно залаял Полкан, омрачая и без того паршивое настроение. Прости, дружочек, я не могу взять тебя с собой. Райе позаботится о тебе намного лучше.
– Быстрее, – Снежный, верхом на сером красавце коне липицианской породы, под стать его внешности, подъехал ближе. – Не стойте, госпожа ведьма, и так задержались. Нам надо уходить.
Вторя Полкану, во дворах завыли собаки.
Поздно, родимые… Смерть уже уходит из этого края, оставив после себя лишь горе и металлический запах крови… Я не спрашивала, что стало со звероловами, мотивов для ночных кошмаров у меня и так было предостаточно. Осознание того, что все они мертвы, было для меня пусть и неприятным, но успокаивающим фактом.
– Можешь не переживать, в Храме все чисто, – словно прочитав мои мысли, заметил перевертыш. – И перестань казнить себя, тебя бы они не пощадили.
– А маг? – прошептала я.
– Ушел.
Я еще раз оглядела сонное Заречье. Спасет ли их мое бегство? Или, наоборот, только усугубит положение?
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления