Read Manga Mint Manga Dorama TV Libre Book Find Anime Self Manga Self Lib GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Любовница египетской мумии
Глава 5

Я проводила гостей и поняла, что расхотела спать. Вместо того чтобы лечь в кровать, я распахнула окно, навалилась грудью на подоконник и начала всматриваться в сад, откуда доносился аромат незнакомых растений. Пахло ванилью, корицей, фруктами – если закрыть глаза, то покажется, будто стоишь в кондитерской, где пекут пирожные. История Зарины напоминала сказку из «Тысячи и одной ночи». Король, его младший брат, королева, дворец, верная служанка, обмен невестами. Думаю, многие вчерашние школьницы согласились бы принять участие в этом безумном приключении. Маленькая деталь: никакой гарантии на благополучный исход нет, пока Хайбековым просто везет. Охранники Зарины могли оказаться профи, они бы скрутили Лейлу с Фатимой, и неизвестно, что случилось бы потом. Конечно, власти государств, чья экономика базируется на туризме, весьма толерантно относятся к отдыхающим, но попробуйте побаловаться в Таиланде наркотиками или пристать в Эмиратах к местной девушке на улице. В обоих случаях вам будет грозить смертная казнь, и адвокаты смогут вызволить нарушителя не сразу. Насидитесь в местной тюрьме, проведете в ней не один год, а знающие люди утверждают, что острог в Бангкоге – это ад на земле, наш Бутырский изолятор в сравнении с ним просто пятизвездочный отель!

Но Фатима обожает дочь, она решилась на разрыв с мужем, готова убежать с девушкой на край света, лишь бы у той была возможность стать свободной. Интересно, Фатима хорошо понимает последствия своего поступка? Как только правда выплывет наружу, Рашид лишится контракта, его объявят на Пхасо персоной нон-грата, выдворят с острова и не вернут бизнесмену денег, вложенных в проект. Фатиме с Зариной придется жить под чужим именем за пределами России. Айлин, упустившей невесту, с большой долей вероятности могут отрубить голову, да и Лейлу накажут по всей строгости местных законов. Но, похоже, Фатима не мучит себя мыслями о грядущих неприятностях. Сейчас она счастлива. А вот Зарина показалась мне не очень веселой, наверное, она, в отличие от легкомысленной матери, сообразила, чем аукнется опрометчивая затея.

Зазвонил телефон. Я удивилась, но сняла трубку местного аппарата.

– Мадам Васильева, – произнес на безукоризненном французском языке мужской голос, – вас беспокоит Азамат, старший портье. В холле вас ожидает посетитель.

Я изумилась:

– Меня? Наверное, вы ошиблись, я никого на Пхасо не знаю.

– Данный месье россиянин, – продолжил Азамат. – Если не желаете с ним общаться, я могу ему сказать, что госпожа Васильева легла спать и не реагирует на вызов.

– Спасибо, сейчас спущусь, – ответила я и поспешила к двери.

На беду, я крайне любопытна. Вот и сейчас я испытывала жгучий интерес: ну кто может искать со мной встречи?

Уже подходя к стойке рецепшен, я испугалась. Господи, вдруг это Бурдюк надумал свалиться на мою голову? Или «сюрприз» организовал Назар? Ярик не мог прилететь туристом на Пхасо, у аспиранта элементарно нет денег на полет и пребывание в экзотическом месте. А вот хирург и глава охраны крутой фирмы запросто могут позволить себе такой расход. Понимаете теперь, почему я обратилась к портье, забыв украсить личико даже формальной улыбкой:

– Меня кто-то ищет?

Симпатичный парень за стойкой указал на толстяка в мятых льняных брюках. Несмотря на поздний, почти ночной час, «пончик» не удосужился снять широкополую панаму и выглядел, мягко говоря, идиотом. Я сделала пару шагов к дивану, на котором устроился пузатый мачо, тот вскочил и, широко раскрыв объятия, кинулся вперед, выкрикивая:

– Дашута! Сколько лет, сколько зим!

– Здрассте, – ошарашенно ответила я, уворачиваясь от его потных рук.

– Ты меня не узнала! – загрустил «пончик» и спросил у Азамата, который не сводил с нас глаз: – Где тут у вас тихое местечко с хорошей выпивкой?

Портье непонимающе заморгал.

– Он не говорит по-русски, – пояснила я, – внизу есть чайная комната.

– Вот обезьяна, – обозлился толстяк, – раз в отеле работает, должен по-нашенски балакать. Я Никита Фролов.

– Очень приятно, – машинально ответила я, – Даша Васильева.

– Это я отлично знаю, – хохотнул пузан, с трудом втискиваясь за хлипкий столик, – ты меня не вспомнила? Эй, мартышка, неси нам чаю, пирожных и всякого такого.

Хрупкая официантка кивнула и испарилась.

– Сделайте одолжение, не хамите обслуживающему персоналу, – сердито одернула я Фролова, – кое-кто из служащих хорошо понимает по-русски!

– Во! Совсем не изменилась! – заржал Фролов. – И в школе такая же была! Борец за правду и справедливость! Защитница сирых и убогих!

– В школе? – переспросила я. – Мы вместе учились?

На секунду мне стало страшно: неужели я выгляжу так же, как этот толстяк? Фролов стянул панаму, показалась плешь, чуть-чуть прикрытая редкими кустиками волос.

– Ну да, – кивнул толстяк, – я, правда, моложе, но отлично тебя помню.

Я впала в ступор. Моложе? То есть я старше этого потного, смахивающего на бильярдный шар субъекта? Внезапно на ум пришло воспоминание. В прошлом году, летом, мы с Дегтяревым сидели в кафе, и вдруг он ринулся к симпатичной женщине. Ситуация до дрожи напоминала ту, в которой очутилась я сейчас. Александр Михайлович завопил: «Натка, узнаешь меня?» «Нет», – честно призналась дама. «Ну как же, – расстроился полковник, – школа номер три! Мы там вместе десять лет провели. Я Дегтярев». Женщина с трудом изобразила радость. «Да-да! Точно! Дегтярев! Неужели я могла вас забыть! Конечно, нет! Вот только выпало из памяти, какой предмет вы вели? Труд или физкультуру?»

Я постанывала от смеха, полковник спешно ретировался за наш столик и, наблюдая, как Натка, помахав ему на прощанье рукой, уходит, обиженно протянул: «Да мы с ней в параллельных классах учились. Наташа в «Б», а я в «А». Что, я совсем плохо выгляжу?»

Целых полгода после того случая я поддразнивала полковника, называла его «физрук» или «трудовик», просила передать привет ученикам, в общем, забавлялась, как могла. Александр Михайлович дулся, фыркал и по-детски обижался, чем вызывал у меня веселый смех. И вот сейчас я понимаю, какие эмоции испытывал бедняга. Я старше лысого пузана? Быть того не может!

– Ешь пирожные, не стесняйся, – гудел тем временем Никита, – ну рассказывай, как живешь?

– Нормально, – коротко ответила я, – и ты, похоже, вполне благополучен.

– Не жалуюсь, – хохотнул Никита.

– Да, вот так приятный сюрприз – неожиданно встретить на другом конце света человека, который учился с тобой в одной школе, – улыбнулась я. – Сразу в голове оживают воспоминания. У вас ведь географию тоже Аргентиныч вел?

– Точно, – кивнул Никита, – такой прикольный мужик. Аргентиныч! Надо же! Совсем про него забыл! Вот почему надо ходить на встречи выпускников! Снова становишься ребенком!

Я продолжала сладко улыбаться.

– Верно, Аргентиныч всем ставил тройки. Он постоянно повторял: «Географию на пять знает лишь природа, на четыре я, а вам и трояка сверхдостаточно!»

– Да-да-да, – словно китайский болванчик закивал Никита, – у меня еще отец ходил к нему разбираться! Аргентиныч мне тройбаном весь аттестат портил.

Я с неподдельным интересом взглянула на собеседника.

– Ну и как? Договорился?

Никита погладил толстой рукой живот.

– А то! Мой папахен мог тигра усмирить.

– Твой отец был и впрямь незаурядной личностью, раз сумел договориться с никогда не существовавшим педагогом, – мрачно сказала я.

– Эй, ты о чем? – заморгал Никита.

Я оперлась локтями о стол.

– В моей школе не преподавал учитель по прозвищу Аргентиныч. Он работал в институте, где училась Даша Васильева. Маленькая деталька – Аргентиныч трудился на кафедре физкультуры, а кликуху он получил за привычку постоянно повторять: «Ну и дела, Аргентина в ход пошла». Что мужчина имел в виду, не знал никто, но Аргентинычем его звал даже ректор. В другой раз придумайте более правильный ход, желая навязаться незнакомой женщине. И уж совсем гадко утверждать, что я вас старше! Когда вы заканчивали школу, я еще даже не ходила в первый класс.

– Ну ладно, – забормотал Никита, – чего уж так злиться?

– Что вам надо? Кто вы? Представьтесь, – потребовала я.

– Никита Фролов, – повторил толстяк.

Я встала.

– Прощайте, хочу спать.

«Мачо» вынул из кармана телефон.

– Пожалуйста, подождите. Вот, поговорите.

Я взяла протянутую трубку и услышала голос Дегтярева:

– Даже умотав из дома, ты ухитряешься вляпаться в неприятности!

– И тебе приятного вечера, – ехидно ответила я, – надеюсь, в Ложкине льет дождь!

– У нас майское солнечное утро, – заявил Александр Михайлович, – поговори с Фроловым.

– Он твой знакомый? – уточнила я.

– В некотором роде, – разозлился полковник, – но я работаю в Большом доме на Петровке, а Никита – в «Детском мире». Еще вопросы есть?

– Нет, – вздохнула я и отдала трубку «мачо».

«Детским миром» столичные жители издавна называют здание комитета госбезопасности, ой, простите, ФСБ, здоровенный мрачный дом, находящийся в шаге от самого крупного магазина для малышей.

– Нам лучше сразу перейти на «ты», – предупредил Фролов, – бывшие ученики одной школы не могут друг другу выкать. Ок?

– Мне будет приятнее думать, что ты старше меня, – обиженно сказала я, – лет эдак на двадцать.

Никита засмеялся:

– Признаю, не очень хорошо придумал, но времени на лучшую легенду не нашлось.

– Тогда сразу переходи к делу, – буркнула я.

– Ты слышала про осмий? – спросил Фролов.

Я удивилась.

– Это фамилия, название животного или местное экзотическое блюдо?

– Металл, – пояснил Никита, – очень редкий, может использоваться в разных областях техники, в том числе и при производстве атомной бомбы. У нас есть точные сведения, что один из членов вашей тургруппы привез на Пхасо осмий и собирается его продать. Наша задача – помешать сделке.

Я отхлебнула чаю.

– Мешайте на здоровье.

Фролов положил руки на стол.

– Мы пока не знаем, кто вывез осмий.

– Неужели разучились ловить мышей? – фыркнула я. – Навряд ли этот человек таскает с собой булыжник. Группа постоянно будет уезжать на экскурсии, обшарьте в отсутствие людей их номера, найдите металл и спокойно уносите его с собой. Сомневаюсь, что барыга поднимет вопль и бросится в местную полицию с криком: «Меня обокрали!»

Никита аккуратным, каким-то женским движением разгладил скатерть.

– Если б все было так просто! Осмий очень дорогой, один грамм металла на черном рынке стоит двести тысяч долларов. По не совсем проверенным данным, у продавца на руках пятнадцать граммов порошка.

Я попыталась произвести в уме подсчеты.

– Следовательно, он ожидает прибыль в три миллиона американских рублей. Интересно, почему для совершения сделки выбрали Пхасо?

Фролов взял из хрустальной подставки салфетку и начал складывать из нее кораблик.

– Покупатель не россиянин, и в законодательстве Пхасо нет ни слова о незаконности операций с радиоактивными веществами. Вот если тебя тут с порцией марихуаны на одну затяжку поймают, тогда кирдык. Местному жителю просто отрубят голову, да и иностранцу мало не покажется. Здесь с наркоманами не церемонятся. Не пыталась в местной аптеке купить аспирин?

– Нет, – помотала я головой.

– И не пробуй, – отрезал Никита, – провизор без рецепта даже капли в нос не отпустит. Любые медикаменты, включая витамины и биологически активные добавки, продают только по предписанию врача. Разве тебя в Москве туроператор не предупредил? Не сказал: «В случае хронических недугов берите необходимые таблетки с собой и обязательно запаситесь бумагой, что они вам требуются по жизненным показаниям»?

– Нет, меня просто спросили, нуждаюсь ли я в каждодневном приеме пилюль, – пояснила я, – ответила отрицательно, и тема была исчерпана.

– Одурманивающие вещества и педофилия – это на Пхасо удачно победили, – вздохнул Фролов, – на остальные пороки Званг смотрит сквозь пальцы. Проституция разрешена официально, ночные бабочки стоят на учете, им вменяется в обязанность раз в месяц посещать врача, поэтому со СПИДом, сифилисом и прочими «прелестями» здесь покончено. Алкоголь продают свободно. Но вот про торговлю радиоактивными материалами местные парламентарии не подумали, а что не запрещено, то позволено. Ясно?

– Понятно, – подтвердила я, – и что от меня нужно?

Фролов отложил бумажный крейсер и вытащил из подставки новую салфетку.

– Надо вычислить продавца, он очень осторожен. Скорее всего, продажа осмия произойдет не в отеле, а за его пределами, во время очередной экскурсии. В гостинице все постояльцы на виду, постороннего человека портье к лифтам не подпустит, в ресторане слишком много обслуживающего персонала, добрая часть официантов и горничных – полицейские осведомители. На Пхасо платят премию тому, кто сдал наркомана или любителя детей в лапы закона.

– Здесь поощряют стукачей? – возмутилась я. – Разве можно подглядывать за гостями?

– Для нас поход в милицию стукачество, а для пхасца – выполнение гражданского долга и возможность умножить свой бюджет, – парировал Никита. – Учитывая желание хозяев и управляющих отелей доказать свою лояльность закону и получить бонус, осмий в отеле толкать не станут, хотя он вроде бы и не запрещен. А вот во время экскурсии – милое дело. Тебе надо лишь внимательно приглядеться к участникам группы.

Я попыталась избавиться от навязываемой роли:

– Почему бы тебе самому не проследить за москвичами?

Никита погладил ладонью лысину.

– Если я буду везде кататься с вами, то вызову подозрение, и осмий уедет назад непроданным. Преступник очень осторожен. Но мы считаем, что это его первая сделка. Он специально приехал в составе группы, потому что она формируется в Москве, количество ее членов на Пхасо не изменится, и продавец легко заметит постороннего. Пойми, на кону большие деньги и чья-то свобода.

– Ну и как вы собираетесь арестовать человека, если на острове можно проворачивать подобные сделки? – резонно удивилась я.

– Никто не собирается брать пакостника с поличным, – пояснил Фролов, – нам надо лишь выяснить, кто он. Более того, я обязан обеспечить беспроблемное возвращение гаденыша в Москву, лично присмотрю, чтобы он спокойно границу пересек.

Вот тут я окончательно перестала разбираться в происходящем.

– Ты собрался взять шефство над преступником?

Никита опять погладил себя по лысине.

– Продавец всего лишь мелкая сошка. Он работает за процент – отдал осмий и отвалил.

– А деньги? – подскочила я.

– Переведены на Каймановы острова, – нахмурился Фролов, – отследить отправителя и получателя невозможно. Выйти на основное действующее лицо, организатора сделки, можно лишь через его шестерку. Пятнадцать граммов осмия – первая, пробная партия. Если все прокатит успешно, в следующий раз повезут больше. Нам надо не партию взять, а найти организатора. Поэтому, уточнив личность прихвостня…

– Дальше можешь не продолжать, – кивнула я. – Последний вопрос: почему вы не отправили из Москвы вместе с группой своего человека? Неужели у мощного ведомства не оказалось денег на покупку путевки на Пхасо? Оформили бы тебя под видом отдыхающего, и никаких проблем!

Читать далее

Фрагмент для ознакомления предоставлен магазином LitRes.ru Купить полную версию
Отзывы и Комментарии
комментарий