Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Месть Мутушими
Глава II. Спасение Ника Картера

– Ну так вот, генерал, говорите все совершенно откровенно, – сказал Ник Картер после того, как все они удобно расселись в каюте, – в чем, собственно, дело?

– Дело в том, – ответил Лакатира, – что вашей жизни угрожает опасность и что мне совместно с другими лицами дан приказ ехать с вами, чтобы охранять вас.

– Это мы уже знаем. Кто именно покушается на мою жизнь?

– Мутушими!

– Позвольте, ведь его уж давно нет в живых.

– Совершенно верно, но дух его жив в его приверженцах-самураях.

– Я был бы вам весьма благодарен, генерал, если бы вы дали более подробные сведения о самураях. Хотя я хорошо знаком с японскими нравами, но все-таки не совсем уяснил себе данный вопрос.

– Извольте! Настоящие самураи давно уже перестали существовать. Во времена шогунов, феодальных владетелей Японии, самураи были обыкновенными профессиональными воинами, которые шли в бой за своего владетеля и вели за него войны. Они были фанатически преданы своему владетелю и оставались ему верны до самой смерти. Мутушими и его предки с незапамятных времен принадлежали к числу таких феодальных владетелей, а самураи, которые до последнего времени были ему преданы, происходят от воинов, много веков служивших роду Мутушими. В наш век чисто феодальные отношения прекратились и самураи теперь являются лицами, обязанными своему владетелю только потому, что они живут на его земле.

– До сих пор я все хорошо понимаю, – заметил Ник Картер.

– Я рассказал все это для большей ясности. Третьего дня вечером ко мне домой явился один из прежних самураев Мутушими. От него я узнал, что вы ему оказали большую услугу.

– Услугу? Какую? – удивился Ник Картер.

– Так он говорит.

– В чем же состояла эта услуга?

– Неужели вы забыли, – ответил генерал и улыбнулся, – что дней пять тому назад вы спасли от верной смерти ребенка, схватив его в последний момент из-под колес быстро мчавшегося автомобиля?

– Ах да, помню, помню.

– Ну так вот, ребенок этот – внук того самурая, который явился ко мне, – продолжал Лакатира, – из чувства благодарности он сообщил мне, что против вас организован заговор. Этим он нарушил клятву, данную своему владетелю, но он не мог спокойно предоставить своей участи человека, спасшего его внука. Вы еще больше оцените принесенную этим человеком жертву, если я вам скажу, что он, открыв мне заговор, отправился к себе домой и наложил на себя руки.

– Что вы! – воскликнул Ник Картер.

– Я полагал, что вам известно, как свято у нас в Японии исполняется данная клятва, – пояснил генерал.

– Конечно, знал. Стало быть, этот самурай пожертвовал для меня своей жизнью?

– Совершенно верно и притом вполне хладнокровно, так как он знал, что должен убить себя, если выдаст мне тайну. Ему ничего другого не оставалось после того, как он нарушил клятву. Уж таковы правила чести у этих людей. Он не мог жить с запятнанной честью, но, с другой стороны, он и не мог предоставить своей участи человека, рисковавшего жизнью для спасения его родственника. Эти принципы представляют собой частицу религиозного верования самураев.

– Бедняга, – проговорил Ник Картер, – я искренне сожалею, что он добровольно пошел на самоубийство из-за меня.

– Не печальтесь о нем, – возразил Лакатира, – тот, кто совершает геройский подвиг, будет вознагражден за это в лучшем мире. Вы не думайте, что он умер из-за вас: он только остался верен своему принципу, не допускавшему иного исхода, кроме самоубийства. Убивая себя, он оказал услугу не вам, а только своей собственной совести, предписывавшей ему поступить именно так, а не иначе.

– Сообщил ли вам этот самурай, сколько мстителей натравлено на меня и как их зовут?

– Сообщил. Я только что собирался вам рассказать, какие оригинальные распоряжения барон дал своим слугам. Какими-то таинственными путями ему удалось принять у себя в тюрьме трех вполне преданных ему самураев и побеседовать с ними. Сделал он это вот как: сначала он всем троим вместе дал общие указания, потом – каждому поодиночке, причем каждый должен был поклясться, что не скажет своим товарищам того, что ему было сказано бароном с глазу на глаз. Один из этих самураев и был тот самый Логи, который явился ко мне. Для большей наглядности я вам дословно передам сообщение Логи о том, что ему сказал Мутушими. "Твоя задача, – сказал ему Мутушими, когда они остались вдвоем, – начнется там, где кончится задание твоих товарищей. Я оставил на твою долю наиболее легкую часть всей работы, так как по всей вероятности тебе даже не придется действовать, ибо твои товарищи справятся и без тебя. Ты неотступно будешь следить за этим американцем. Когда он будет возвращаться на родину, ты поедешь с ним на одном и том же пароходе и будешь следить за каждым его движением, но ты ничего не должен предпринимать против него прежде, чем он прибудет в Нью-Йорк. Если он вернется туда живым, что маловероятно, то твоя работа начинается. Я дам тебе записку к моим наследникам и они снабдят тебя деньгами в достаточной мере, чтобы ты не был стеснен в своих действиях. Более подробных инструкций я тебе дать не могу, да ты и сам знаешь, как быть дальше. Убей этого американца каким хочешь способом, каким угодно оружием. Кроме того, тебе ведь помогут твои товарищи".

– Приятная перспектива, нечего сказать, – саркастически заметил Ник Картер, – но позвольте, генерал, каким образом они будут действовать в Нью-Йорке вместе? Ведь им приказано орудовать независимо.

– Это вначале, – пояснил Лакатира, – если же первому в течение определенного промежутка времени не удастся исполнить свою задачу, он сообщает об этом второму, тем самым предоставляя ему право распоряжаться как и его, первого, услугами. Тогда второй уже должен сообщить первому, какие именно особые инструкции он получил от Мутушими.

– Понимаю! – воскликнул Ник Картер. – Стало быть, если первому не удастся укокошить меня, то за дело берется второй совместно со своими товарищами. В случае неудачи второго – третий вместе с обоими первыми продолжает дело. Так ведь?

– Не совсем!

– Как так?

– Вопрос не исчерпывается только тремя мстителями. Каждый из них может нанять себе еще несколько помощников и таким образом в настоящее время на пароходе имеется двенадцать человек, намеревающихся убить вас.

– Чрезвычайно приятно, – заметил Ник Картер, – но по моему расчету дело все-таки обстоит не совсем так: ведь одного из трех мстителей уже нет в живых?

– Тем не менее, их все-таки трое, так как оставшиеся двое на место Логи привлекли другого. Они, конечно, слышали, что Логи покончил жизнь самоубийством и догадались, по какой причине. Это ухудшает ваше положение, мистер Картер, так как заговорщики примут все меры к тому, чтобы поскорее покончить с вами. Единственная выгода ваша в том, что вы знаете о существовании заговора.

– Пассажирский пароход размерами не превосходит хорошую гостиницу, – спокойно сказал Ник Картер, – причем пока никто не может никуда уйти отсюда. Казалось бы, нетрудно обнаружить заговорщиков во время перехода через океан.

Генерал пожал плечами. Видно было, что он сомневался в том, что говорил сыщик.

– Попытаться можно, – сказал он, – но я опасаюсь, что это ни к чему не приведет.

– Сколько японцев, по вашему мнению, находится на пароходе? – спросил Ник Картер.

– Среди пассажиров первого класса имеется человек тридцать японцев. Команда численностью человек в двести вся японская. Больше всего японцев между пассажирами второго и третьего классов, а всех их, я полагаю, наберется с полтысячи. Сами видите, что среди такого множества людей трудно будет отыскать мстителей, если они не произведут открытого покушения на вас.

– Но вы полагаете, что они именно так и сделают?

– Я в этом убежден.

– Скажите, пожалуйста, каким образом об этой истории узнал микадо? Вероятно, вы сами ему сказали все?

– Да! Когда Логи ушел от меня, я велел заложить карету и поехал во дворец, где сейчас же и был принят его величеством.

– И он вам после этой аудиенции приказал ехать вместе со мной в Сан-Франциско?

– Совершенно верно!

– Это очень милостиво со стороны его величества, но каким же образом он полагал предотвратить покушение?

– Послушайте, Картер, – улыбнулся Лакатира, – неужели вы думаете, что кроме меня и Гарнета никого больше нет? Под моим начальством состоят десять тайных агентов, которые следят за каждым вашим шагом.

– Еще чего не хватало! – с недовольным видом воскликнул Ник Картер. – Это весьма любезно со стороны его величества, но ведь это положительно стеснительно и мне неприятно сознавать, что меня окружает конвой из двенадцати человек. Я уже говорил, что до сих пор охрана других лежала на моей обязанности, а тут впервые со мной происходит обратное. Впрочем, вот еще что: как, по вашему, все три мстителя находятся на пароходе?

– Возможно, но маловероятно. Не думаю, чтобы они поступили так. Один из них несомненно находится на пароходе, быть может, даже и двое, но возможно, что двое из них избрали другой путь в Сан-Франциско. Словом, ничего достоверного об этом сказать нельзя.

– Допустим, – сказал Ник Картер, – что вместе с нами едет только один заговорщик с тремя или четырьмя помощниками. Не знаете ли вы, каким именно образом они собираются выполнить свою задачу? При помощи ли револьвера, ножа или отравы? Или они предпочтут бросить меня за борт в море?

– Я полагаю, что они попытаются отправить вас. Выстрел из револьвера произведет переполох, а бросить вас за борт можно было бы только в том случае, если бы вы имели неосторожность ночью стоять у борта. Но больше всего я опасаюсь "несчастного случая".

– Что вы этим хотите сказать?

– Я говорю о покушении, которое на непосвященного должно произвести впечатление, будто вы сделались жертвой несчастного случая.

– Интересная история, – проговорил Ник Картер, – знаете, генерал, что я сделаю? Я возьмусь за расследование моего собственного дела и посмотрю, что можно будет сделать в защиту интересов мистера Ника Картера. До сих пор я работал всегда для других, посмотрю, каких успехов я достигну для себя самого.

Читать далее

Добавить комментарий

Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. правила

Скрыть