У реки мертвых в центральном домене альянс Бесконечного клана сражался с армией Тёмной секты. Поле боя заливала кровь и озаряли вспышки божественных способностей. Пространство пронизывали эманации даосской магии.
Когда Ван Баолэ сделал шаг, разум Монаршей горы, даоса барана, матриарха Сообщества колдовского ока и Погребального духа из Тёмной секты дрогнул. Все четверо сейчас смотрели в одну точку. В отличие от трех экспертов Бесконечного клана Погребальный дух ощущал всё намного острее, ибо его тело являлось деревом, которое сажают на могилах, а значит на него влияло древесное дао.
Пусть дао дерева Ван Баолэ накрывало только Святой домен еретического дао, дошедшая до Погребального духа аура дао всё равно сильно подавила его. Это не стало для него сюрпризом. Как ни странно, но на свете жило не так уж много людей, кто бы распознал исток еще во время стычки Ван Баолэ с Черным цветком. Другие божественные императоры ничего не почувствовали, потому что не культивировали дао дерева. А вот древесное дао Погребального духа помогло ему сразу понять причину столь спешного бегства Черного цветка. Потому что Черный цветок тоже культивировал древесное дао!
Черный лотос с пятнадцатью лепестками, несмотря на свою причудливую природу, не мог просто взять и изменить свою эссенцию. Черный цветок находился на стадии Вселенной, но столкновение с Ван Баолэ потрясло его до глубины души. Такое не могли почувствовать и тем более понять люди, никак не связанные с этой стихией.
Погребальный дух, понимая это, ни секунды не колебался. С появлением ауры дао он немедленно отступил. Инстинкты кричали ему не приближаться к Ван Баолэ. Вместо человека он видел вихрь. Если подойти к нему слишком близко, тебя засосет. Причем в этом вихре скрывалась аура истока его дао.
Такое давление было естественным, как некая верховная сила. Находясь по иерархии ниже, он чувствовал бессилие. Из этой ситуации было два выхода: либо он предаст своё дао, либо Ван Баолэ должен умереть. В противном случае это давление не только не исчезнет, но и со временем станет только сильнее.
«Думаю, Черный цветок чувствовал себя точно так же!»
Пока он отступал, Монаршая гора с недобрым блеском в глазах взирал на звездное небо. В месте, куда он смотрел, пространство пошло рябью, а потом оттуда неспешно вышел длинноволосый человек, облаченный в белый халат. Сначала все увидели лишь размытый силуэт, но, стоило ему ступить на поле боя, как они увидели Ван Баолэ кристально ясно.
Его аура дао разошлась во все стороны. Солдаты армий по обе стороны поля боя, несмотря на разницу в Небесном Дао, поменялись в лице и начали отходить. Несмотря ни на что, пять элементов являлись частью фундаментального мироустройства. Погребальный дух просто чувствовал всё это намного отчетливее. Увидев всё собственными глазами, его охватило неконтролируемое желание выразить почтение. К счастью, глубокая культивация и помощь Тёмной секты помогли подавить этот порыв. Он полетел еще быстрее.
При виде этого Монаршая гора слегка нахмурился. Что до барана и матриарха, у них сузились зрачки. Появление Ван Баолэ было не таким уж и странным. Но по прибытии сюда пространство затопили могучие эманации… ни баран, ни матриарх не были способны на такое.
Еще больше этих двоих и Бесконечный клан потрясло то, что произошло пару вдохов спустя. Звездное небо прорезал печальный вой. Этот звук эхом отозвался в головах всех участников сражения. Пустота стала искривляться. Из ряби выбрался огромный золотой жук, источающий чудовищную мощь. Его сила была настолько велика, что у всего живого задрожали души. Ибо это было Небесное Дао Бесконечного клана.
Оно прибыло в ответ на появление Ван Баолэ. Глаза жука безумно поблескивали. Насекомое буквально излучало ненависть и злобу. Жук зажужжал на Ван Баолэ, словно обвиняя его в похищение у него власти над древесным дао.
— Расшумелся! — холодно сказал Ван Баолэ, при этом на его лице не дрогнул ни единый мускул. Оглядевшись, он поднял руку и указал пальцем на жука.
Небесное дао, которое другие воспринимали чуть ли не как бога, для Ван Баолэ было не более чем вскормленным кем-то питомцем. Другие ничего не могли ему сделать, однако это не относилось к нему. Древесное семечко в плане статуса подняло Ван Баолэ на небывалую высоту. Одно движение его пальца, и тут же появилось давление, вынудившее Небесное Дао отступить. Жук продолжал жужжать, но его глаза затравленно бегали.
Эта сцена произвела глубокое впечатление на практиков двух армий. Особенно на барана и матриарха Колдовское око. Они не могли понять, почему в присутствии этого человека у них, квазибожественных императоров, бешено застучало сердце. Даже перед лицом Монаршей горы они не чувствовали себя подобным образом. Во всём Бесконечном дао домене такую реакцию вызывали у них только Чэнь Цинцзы и высокочтимый Бесконечность.
Пока они пытались успокоить бешено бьющееся сердце, Монаршая гора с кровожадным блеском в глазах сделал шаг вперед и затуманился. В следующий миг он возник перед Ван Баолэ и нанес удар ладонью. У него за спиной возник высокий горный пик. Культивация рокотала. Во все стороны ударила воля дао стадии Вселенной, казалось, они изолировала это место от остального звездного неба. Здесь дао Монаршей горы достигало предела, а дао остальных оказывалось под сильнейшим гнётом.
— Желторотый юнец!
Ван Баолэ спокойно посмотрел на противника. Он не стал уворачиваться от атаки. Вместо этого он взмахнул правой рукой. За пределами его тела трансформировалось древесное дао. Его влияние распространилось на окрестности. Несколько сотен тысяч практиков задрожали. Из них стали выделяться зеленые нити.
Даосская магия дерева. Поскольку дерево являлось одним из пяти основных элементов, большинство практиков за свою жизнь так или иначе сталкивались с ним. Любое соприкосновение с дао оставляет следы, если, конечно, полностью не обрезать с ним связь, как произошло в случае Ван Баолэ. В противном случае он мог поставить эти клейма древесного дао себе на службу.
Стоило немного потянуть, как зеленые нити сотен тысяч практиков начали стягиваться к Ван Баолэ. Перед ним они закрутились в вихрь, который попытался оплести ладонь Монаршей горы и огромный горный пик у него за спиной. На какое-то время Монаршая гора оказался скован. Холодно фыркнув, он испарил гору и приготовился к очередной атаке, но тут Ван Баолэ, сделав один шаг, растворился в пустоте.
Баран и матриарх в панике бросились бежать, вот только они спохватились слишком поздно. Ван Баолэ материализовался у места, где недавно находился баран и равнодушно указал пальцем на пустоту. Там никого не было, пока с губ Ван Баолэ не сорвались два слова:
— Тающее время.
У барана сердце ушло в пятки. Несмотря на огромнейшую культивацию, сейчас она ощущалась какой-то скованной. Вокруг него время исказилось и начало двигаться в обратную сторону, неся его на место, где он находился несколько дюжин вдохов назад!
Палец Ван Баолэ продолжал опускаться вниз, пока не коснулся лба барана!
Бах!
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления