Ван Баолэ согласился не из-за неполных партитур. По его мнению, он кардинально отличался от оригинала наличием принципов. В сравнении с ним истинная сущность была беспринципным, бессовестным человеком. Их даже нельзя сравнивать. Принципы являлись чуть ли не смыслом существования клона. Не зря он придавал им огромное значение.
Размышляя об этом, он про себя отметил, что уже достаточно долго прожил в Городе жаждущих слушать. Помимо секты Гармонирующий полумесяц он какое-то время проводил в гостинице, чей загадочный хозяин постоянно помогал ему с жильем, информацией и партитурами. А как известно, за добро надо платить добром.
Всё это было частью игры хозяина гостиницы, целью которой было заслужить расположение и наладить хорошие отношения. Ван Баолэ считал, раз ему протянули руку помощи, он тоже мог время от времени делать что-то в ответ.
«Истинная сущность сразу бы отказалась. Даже согласись он, это было бы сделано по каким-то низменным причинам. Пфф, такое достойно только презрения!»
Ван Баолэ охватило чувство превосходства, поэтому он горделиво задрал подбородок. Управляющий напротив не понял, почему гость ни с того ни с сего надулся от гордости. Правда его это не особо касалось, да и спрашивать он не рискнул. Получив согласие Ван Баолэ, он прогнал из головы сомнения и с благодарной улыбкой низко поклонился.
— Премного благодарен, ваше преподобие.
Он достал бездонную сумку из красной ткани, подходящую для хранения странных сущностей. Такие были и у Ван Баолэ, но обычно он ими не пользовался, предпочитай пожирать всех пойманных существ на месте. Положив сумку перед Ван Баолэ, управляющий убедился, что у него не осталось вопросов, а потом с уважением откланялся и осторожно закрыл за собой дверь. Такая учтивость очень нравилась Ван Баолэ.
«Помогу им собрать несколько рыбин».
Ван Баолэ закрыл глаза и воскресил в памяти место, где поймал Музыку индиго. Осталось дождаться темноты. С заходом солнца город вновь опустел. Шум на тёмных улицах стих. Ван Баолэ открыл глаза и достал кристальную пластину секты. Прядь божественной воли запустила телепортацию. Сначала он затуманился, а потом испарился.
Появившись у горных врат, он не стал заходить в секту. От врат он двинулся в противоположную сторону, дав волю свету собственной ноты. В ночи разгорелся факел. После нескольких месяцев исследований города он стал отлично ориентироваться в нём ночью. Ему не требовалось искать нужное место, потому что он точно знал, куда идти. Он направлялся к месту, где как-то поймал рыбу под названием Музыка индиго.
«Это место довольно далеко, но мне спешить некуда».
Быстро продвигаясь вперед, Ван Баолэ заставил ноту в своём теле засиять еще ярче. Вскоре он услышал отдаленный треск. К этому звуку примешивались другие. Судя по всему, к нему приближались какие-то незримые сущности мира звука.
Ван Баолэ никак на это не отреагировал. Он чувствовал себя здесь как рыба в воде. Любой другой человек, дерзнувший отправиться исследовать этот мир, столкнулся бы с множеством опасностей. Практики, культивирующие магический закон слуха, могли не зажигать свою ноту, дабы остаться в безопасности. В случае встречи с поистине могущественными созданиями… такая мера вряд ли поможет.
По пути в Город жаждущих слушать Ван Баолэ сталкивался с существами, которых предпочел обойти стороной. В самом городе такая встреча у него состоялась лишь единожды. Месяц назад он столкнулся с украшенным алым паланкином. После той злополучной ночи он больше ни разу не видел его.
Он не обращал внимания на снующих вокруг странных существ. Со временем их количество увеличилось, отчего он почувствовал затылком ветер, словно кто-то за спиной зачем-то дул на него. Ван Баолэ моргнул и огляделся. Убедившись, что всё было в порядке, он внезапно погасил свет своей ноты.
В этот самый миг следующие за ним создания ночи больше не могли сдерживать голод. Они незамедлительно набросились на него. Вот только их поджидал хищно ухмыляющийся Ван Баолэ. Его улыбка была какой-то карикатурной. Неестественной. Стоило ему сделать глубокий вдох, как со всех сторон послышался визг и рёв. Обступившие его сущности были мгновенно им проглочены.
Усердно работая челюстями, Ван Баолэ вновь разжег ноту и двинулся в путь. Магический закон обжорства медленно рос, а нарождающаяся нота глубоко внутри косвенно усиливала магический закон слуха. Это напоминало своего рода цикл, отчего Ван Баолэ всё больше нравилось это место. Час спустя он внезапно остановился и незаметно кивнул.
«Это здесь».
В этом районе он столкнулся с рыбой под названием Музыка индиго. Сейчас он просто заставил ноту вспыхнуть со всей возможной силой, чтобы привлечь на свет как можно больше мотыльков. Долго ждать не пришлось. Выражение его лица едва заметно изменилось. Он выбросил руку в сторону и почувствовал что-то склизкое между пальцами. Растопырив их, он схватил верткое создание и крепко сжал. Он поднёс добычу поближе и убедился, что это действительно была рыба.
«Попалась».
Ван Баолэ не мог увидеть пойманное существо. При этом он не хотел использовать свой неприятный звук, чтобы это проверить. Не став забивать себе этим голову, он забросил добычу в сумку, прошел еще немного, снова поймал что-то склизкое и тоже закинул в бездонную сумку.
После поимки шести рыб он всё же решил словить еще парочку на всякий случай. Ему показалось немного странным, что здесь водилось столько рыбы, но переживать по этому поводу он не стал. Нота внутри него светилась всё ярче.
Забравшись подальше, он заметил седьмую рыбу. Только он поднял руку, чтобы поймать её, как в ночи появился яркий свет. Причем сияние было намного ярче, чем у него. И оно быстро приближалось. До его ушей донеслось чье-то презрительное фырканье.
— Человек?
— Эм?
Ван Баолэ вопросительно приподнял бровь и посмотрел на свет. Впервые он повстречал ночью практика магического закона слуха.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления