Мэри Лу здесь уже три дня. Первые два она спала до полудня, с вечера попросив ее не будить. Утром я работал с фильмами. В них были голые по пояс мужчины, и они жили на больших лодках, парусных, которые могли пересечь океан. По большей части эти мужчины дрались на ножах и на саблях. Они говорили слова вроде: «Каррамба!» и «Я – властелин морей!». Это было интересно, но мои мысли целиком занимала Мэри Лу, и я не очень всматривался в фильмы.
В эти два дня я работал только по утрам, чтобы она не увидела меня за работой. Точно не знаю, отчего так, но мне не хотелось, чтобы она узнала про чтение.
А на третий день Мэри Лу вошла ко мне с книгой в руках, в пижаме, которую я ей дал. Она выглядела потрясающе. Верх пижамы был расстегнут, я видел ложбинку между ее грудями. У нее был на шее крестик. И я видел ее пупок.
– Только глянь, что я нашла! – сказала она и протянула мне книгу.
От движения пижама распахнулась еще шире, и на мгновение показался сосок. Я смутился. Наверное, я выглядел как дурак, когда стоял и старался не смотреть. Я заметил, что она босая.
– Возьми, – сказала Мэри Лу и практически впихнула книгу мне в руки.
Я неуверенно взял книгу. Она была маленькая, без твердого переплета, какой, я думал, бывает у всех книг.
Картинка на обложке оказалась непонятной: узор из темных и светлых квадратов, а на них какие-то странные фигурки. Называлась книга «Основные эндшпили», автор Ройбен Файн.
Я раскрыл ее. Страницы были желтые, заполненные схемами из черных и белых квадратов и непонятным текстом.
Я немножко успокоился и снова посмотрел на Мэри Лу. Она, наверное, заметила мое смущение, потому что застегнула пижаму. И провела рукой по волосам, чтобы их пригладить.
– Где ты это нашла? – спросил я.
Она поглядела на меня задумчиво:
– Это… Это книга ?
– Да, – ответил я. – Где ты ее нашла?
Она долго глядела на книгу в моих руках, потом проговорила:
– Господи Исусе!
– Что-что?
– Это просто выражение. – Мэри Лу взяла меня за руку и сказала: – Идем. Я покажу тебе, где ее нашла.
Я пошел за ней, как ребенок, держась за руку. Мне было неловко от ее прикосновения, хотелось высвободиться, но я не знал как. Она была такая решительная и сильная, а я чувствовал себя совершенно растерянным.
Она провела меня по коридору дальше, чем я когда-либо заходил сам, свернула за угол, прошла через двустворчатую дверь и двинулась по другому коридору. Там было много дверей, некоторые открытые. Комнаты казались пустыми.
Мэри Лу как будто догадалась, о чем я думаю.
– Ты заходил так далеко? – спросила она.
Мне почему-то стало стыдно. Но у меня и мысли не было осмотреть все комнаты. Мне чудилось в этом что-то неприличное. Я не ответил, и Мэри Лу сказала:
– Я потом закрою все эти двери, – и добавила: – Мне вчера не спалось, так что я встала и принялась исследовать. – Она рассмеялась. – Саймон всегда говорил: «Изучай обстановку, милая». Так что я стала бродить по коридорам, как леди Макбет, и открывать двери. Комнаты в остальном пустые.
– Кто такая леди Макбет? – спросил я, чтобы не молчать.
– Та, кто ходит по ночам в пижаме, – ответила Мэри Лу.
В конце коридора была большая красная дверь, открытая настежь. Мэри Лу провела меня в нее и, когда мы вошли в комнату, отпустила наконец мою руку.
Я огляделся. Вдоль стальных стен шли стеллажи, видимо предназначенные для книг. Я видел такую комнату в фильме, только там были большие картины на стенах и столы с лампами, а в этой – только стеллажи. Почти все они были пустые и покрыты толстым слоем пыли. На красном ковре темнели пятна плесени. Но на стеллаже вдоль одной стены, дальней, стояло не меньше сотни книг.
– Гляди! – воскликнула Мэри Лу.
Она подбежала к стеллажу и бережно погладила полку.
– Саймон рассказывал мне про книги, но я и не думала, что их было так много.
Поскольку я уже знал про книги, то чувствовал себя спокойнее. Увереннее. Я медленно подошел, оглядел их, потом взял одну. На обложке у нее был другой вариант узора из черных и белых квадратов и поверх него заголовок: «Пол Морфи и Золотой век шахмат». Внутри много места занимали схемы, но попадался и обычный текст.
Я держал книгу открытой, пытаясь угадать, что значит «шахматы», когда Мэри Лу заговорила:
– А что именно делают с книгами?
– Их читают.
Она ойкнула, потом спросила:
– Что значит «читают»?
Я кивнул и начал листать книгу, которую держал в руках.
– Некоторые из этих значков обозначают звуки. Звуки составляются в слова. Ты смотришь на значки, у тебя в голове возникают звуки, и, если долго тренироваться, ты слышишь, как будто кто-то говорит. Говорит, но бесшумно.
Мэри Лу долго смотрела на меня, потом неловким движением взяла с полки другую книгу и открыла. Ей было сложно держать книгу, как мне еще совсем недавно. Она смотрела на страницы, трогала их пальцами, потом протянула книгу мне и сказала:
– Не понимаю.
Я начал объяснять заново, и тут мне пришла мысль.
– Я могу говорить вслух то, что читаю. В этом и состоит моя работа – читать и говорить вслух.
Мэри Лу нахмурилась.
– Не понимаю, – повторила она.
Потом глянула на меня, на стальные полки с книгами, на заплесневелый ковер.
– Твоя работа… читать? Книги?
– Нет. Я читаю другое. Нечто под названием «немые фильмы». Я буду говорить вслух, что читаю. Если сумею. Может, так будет понятнее.
Она кивнула. Я открыл книгу посередине и стал читать:
– …и затем вариант Ласкера, поскольку выигрыш пешки не дал бы тактического преимущества для атаки. Это станет видно после девятого хода белых, когда будет достигнута хорошо известная позиция, которая, по мнению большинства, благоприятна для белых.
Мне кажется, я читал хорошо, почти не спотыкаясь на незнакомых словах. Я понятия не имел, что это значит.
Пока я читал, Мэри Лу подошла поближе, прижалась ко мне и стала смотреть на страницу. Потом она поглядела на меня и спросила:
– Ты говоришь то, что слышишь у себя в голове просто оттого, что смотришь в книгу?
– Да, именно так.
Ее лицо было неприятно близко к моему. Она как будто забыла правило личного пространства – если вообще его когда-нибудь знала.
– А сколько надо времени, чтобы сказать вслух всё… – Она стиснула мой локоть, и мне пришлось перебарывать инстинктивное желание вырваться. В ее глазах появилась та пронзительность, которая иногда пугала меня раньше. – Чтобы сказать вслух все, что ты услышишь у себя в голове, глядя на все страницы этой книги?
Я прочистил горло и чуть-чуть от нее отодвинулся.
– Целый день, наверное. Когда книга простая и не говоришь вслух, получается быстрее.
Мэри Лу взяла у меня книгу, поднесла к лицу и пристально уставилась на страницы. Я почти ждал, что она начнет произносить слова просто за счет мощи своей сосредоточенности. Но нет, сказала она другое:
– Господи Исусе! Это же столько… столько часов ББ-записей? Столько… информации?
– Да.
– Господи, нам надо все их… как ты сказал?
– Прочитать.
– Да. Нам надо прочитать их все.
Она начала сгребать книги в охапку, и я боязливо к ней присоединился. Мы отнесли книги ко мне в комнату.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления