Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Попаданка по обмену, или Альма-матер не нашего мира
Глава 7. Порою удача стучится не в дверь, а молотком за стенкой

Вердж

Для того чтобы помочь Арине в разрешении ее проблемы, некроманту прежде всего необходимо было успокоиться. Получалось это с трудом: смех продолжал его душить. Стоило только вспомнить, как выглядело ее лицо при виде толпы поклонников… Она не была такой испуганной, даже когда познакомилась с трупом-Филандером. Неужели трупов боится меньше, чем живых, здоровых мужиков? Хотя с зомби Вердж, наверное, погорячился. Только вечером видела труп профессора, а потом он добавил еще и «полуночного певца». Вот только Рина на него ответила не истошным криком, а наковальней… Похоже, эта девушка из тех, кто не реагирует на обиды, а только нецензурно улыбается и готовит ответную месть.

В мужское общежитие женщинам приходить не полагалось. По какой уж причине – тайна, покрытая мраком. Может, некогда кто-то из руководства посчитал, что этот запрет уменьшит мужскую порочность, являющуюся меценатом женского разврата? Если так, то этот кто-то был весьма наивен. Конечно, особы женского пола посещали мужское крыло, но только с особого дозволения коменданта. У Верджила такого дозволения не имелось, поэтому нужно было провести Арину другим путем.

Жил некромант на третьем этаже. Для начинающего труповеда не проблема была забраться по водосточной трубе, используя карнизы и выступы: ему ночные вояжи по погосту приходилось устраивать почаще других. Эти прогулки романтичными не были, хотя некоторые некроманты-оптимисты, видящие в городе мертвых не кресты, а плюсы, и там устраивали свидания. Вердж же использовал кладбища только по профессиональному назначению. Ну а строгий комендант любого опоздавшего даже на минуту уже не пускал позже положенного времени. Вот и приходилось искать окольные пути. Оставалось только миновать охранки, навешанные на окна, – защиту от посторонних.

Иногда Верджу казалось, что эта самая защита – благовидный предлог руководства, позволяющий выловить «счастливчиков», которые будут трудиться на благо академии, выполняя очередной наряд. Например, опавшая листва сама себя не уберет. Хотя… можно было организовать какое-нибудь заклинание. Но дирекция академии предпочитала устраивать трудотерапию нерадивым студентам.

Вот и получалось, что каждый опоздавший искал способ, как обойти эти самые охранки.

Вердж, еще на первом курсе, придумал странный, но действенный способ. Специализация по некромантии начиналась с основ изучения постлетальной анатомии: студенты в теории разбирали, как можно «оживить» скелет. Однако не зря же говорят, что некромантическая теория суха, а практика запойна.

Мейнс предпочитал усредненную величину, экспериментируя. В качестве подопытного материала использовал скелет грызуна – крысы. В первый раз, разумеется, ничего не получилось – кости тварюшки не были скреплены. Потом путем несложных манипуляций он все же все их зафиксировал в энергетических лубках, призванных заменить суставные сумки. Правда, магические фиксаторы несколько раз нужно было все равно переделывать – опыт приходит с практикой. Спустя несколько дней скелетообразный зомбик был готов. Это был первый подопечный, которому Вердж присвоил имя – Алвилда, сокращенно – Аля. С тех пор Аля стала этаким домашним зверьком, а заодно и главным помощником в некоторых делах.

Вердж приспособил Алю как раз для обхода охранок. На грызуна он цеплял метку, которая для охранки выглядела так, как будто Аля была самим Верджем. При этом охранка пропускала умертвие без проблем – оно же хоть и мертвое, но безобидное. Защитное заклинание на пару мгновений подвисало, так как идентифицировало грызуна как вроде и живого студента, но в то же время и не совсем подающего признаки жизни. Вот этих нескольких мгновений Верджу и хватало, чтобы забраться в окно. Если у коменданта и возникали потом подозрения, ничего доказать он не мог – все списывалось на сбой заклинания. Рядом с магами такое часто случалось.

И вот теперь Вердж думал, как познакомить Арину и Алю. Вдруг эта девица боится крыс, правда, Аля уже и не совсем крыса…

– Крыс боишься? – повернулся Вердж к девушке, когда они приблизились к общежитию. Он, конечно, предполагал, что прижизненный путь Али пролегал через упавших в обморок или истошно верещавших дам, но не хотел, чтобы и посмертие грызуна было аналогичным.

– Нет, – удивленно ответила Арина, не понимая, к чему клонит некромант.

– Отлично! – бодро оповестил Мейнс, вынудив посмотреть девушку на него как на умалишенного. Хотя они часто кидали такие взгляды друг на друга.

Вердж достал из-за пазухи своего зверька.

Арина его обманула: визг подняла знатный.

Аля ловко перебралась некроманту на плечо, а ее хозяин успел подскочить к Рине и закрыть ей рот ладонью.

– Тише ты! – прошипел он на ухо Арине. – Сейчас еще кто-нибудь заметит.

Иномирянка притихла.

– Все, успокоилась?

– Да, – не очень уверенным голосом произнесла она и тут же вновь взвизгнула, но уже не так громко: – Убери эту гадость куда подальше!

Вердж и Аля переглянулись. Ну, как переглянулись, у крысы вместо глаз были черные бусины из блестящего камня. Но казалось, что зомбик и впрямь видит. И взгляд этот был крайне обиженным.

– Ты же утверждала, что не боишься грызунов, – укоризненно прошипел Вердж.

– Ну, так то живых! – Рина передернула плечами. – А скелетов все же предпочитаю в неподвижном и желательно разобранном состоянии.

– Алю прошу не обижать. Без нее ты не попадешь ко мне в комнату.

Судя по выражению лица иномирянки, такая перспектива ее однозначно не радовала.

– Алю?! – удивленно выдохнула Арина. – У этого ходячего сухофрукта есть еще и имя?

Вердж еле удержал вконец разозленного зверька, который даже успел клацнуть зубами.

– Я тебя предупредил, – сухо обронил некромант и пошел к нужной стене общежития.

Рине пришлось поторопиться за ним.

– И как эта Аля мне поможет?

– Всего лишь посидит у тебя на плече, пока ты будешь забираться ко мне в комнату по водосточной трубе.

– Ни за что!

– Ну, как хочешь. Только не забывай, что заклинание еще будет действовать гинка три, а ты в непосредственной близости от мужского общежития…

– Хорошо, я согласна! – И уже не слишком громко добавила в сторону: – Чертов шантажист.

Этот эпитет Верджил, увы, услышал.

Осталось только уговорить теперь и Алю. С ней все ж было проще – дать ночью побегать, погонять местных котов – и строптивая зомбочка уже была согласна на свою миссию.

– А что, другого способа нет? – безнадежно спросила Рина.

– Есть, но он слишком хлопотный, некогда этим заниматься.

Обреченный вздох, и иномирянка начала взбираться, стойко терпя цепкий хват умертвия, ну и вообще его присутствие в непосредственной близости.

Вердж стоял внизу и страховал Арину.

Уже следуя к центральному входу общежития, некромант не скрывал довольной улыбки, от которой почему-то все встречные шарахались. Может, это и было мелочно, но он вновь отомстил Арине за каверзу, хоть и неудавшуюся – разрешение на доступ в мужское общежитие, если бы Мейнс постарался, то обязательно достал бы. Да и к тому же открывшийся ему вид взбирающейся иноримянки был весьма приятен для мужского глаза… Наиболее радовала перспектива обзора той части тела, которая вечно молода, в том плане, что именно в ней у большинства детство играет всегда, без оглядки на возраст.

Придя в свою комнату, Вердж застал тоже отчего-то довольную Арину, щебечущую с Дейном. Первокурсник, под воздействием гламуреи, улыбался как идиот, в руки которому попал халявный кошель с золотыми, десяток из которых он уже прокутил, и подливал в чашку девушке чай. Аля же сидела накрытая непонятно откуда взявшейся банкой.

Единственное, крыса сидела не абы как, а с чувством, изображая бастующего арестанта. Привстав на задние лапы и уперев передние в стекло, Аля раскачивалась из стороны в сторону. Два передних резца грызуна противно щелкали о нижнюю челюсть, вызывая ассоциации с захлопывающимся капканом. Мелким таким капканом, но весьма болезненным. В покусательских намерениях зверька можно было не сомневаться. Причем метила она именно на должность дегустатора Рины.

Иномирянка же ее мужественно игнорировала и мило улыбалась этому надоеде Дейну. Причем искренне и задорно. Ее улыбка была настолько подкупающей, что ее можно было считать коррупционным правонарушением. Вердж за все время их знакомства впервые видел подопечную такой открытой, легкой, светящейся радостью.

– Я тут смотрю, вы хорошо устроились, – раздраженно протянул некромант.

– Хорошо – это зыбкое пограничное состояние между «уже не отлично» и «еще не плохо», – Отвечая на выпад, Рина назидательно подняла палец вверх. – А мы тут устроились просто замечательно.

– Ну да, ну да… – Вердж и сам не понимал, почему в его душе при виде этой идиллической картинки поднимается волна недовольства.

Рина

Появление некроманта в комнате у меня вызвало стойкую ассоциацию с бородатым анекдотом: «Возвращается муж пораньше с работы…» Во всяком случае выражение лица у него было соответствующим. А еще его: «Ну да…»

Во мне боролись воспитание и неприязнь. Победили пресловутые нормы этикета.

– Присоединишься? Дейн заваривает потрясающий чай.

– А действие гламуреи с тебя снимать уже не нужно? – Сарказм в голосе некроманта можно было резать ножом, настолько он был материален.

– Нужно, но это не повод вести себя невоспитанно с таким замечательным соседом.

Дейн, будучи лишь слушателем разговора, завороженно смотрел то на меня, то на своего кумира. Крысявка, в отличие от первокурсника, действию гламуреи не поддавалась и продолжала раскачиваться из стороны в сторону, как матрос на палубе, и расшатывать стеклянную тюрьму в надежде: «Авось перевернется».

– Вот сниму с тебя действие зелья, и тогда посмотрим, как на тебя, обычную, отреагирует Дейн.

Я задала не к месту мучивший меня вопрос:

– Дейн, кстати, а ты по расе кто?

Знаю, некультурно, спроси у нас в той же Америке у смуглокожего: «А у вас в роду, случаем, негров не было?» – запросто пятнадцать суток схлопочешь за разжигание межнационального конфликта (или как это сейчас называется?), но любопытство сгубило не одну Еву.

Парень, по-идиотски улыбаясь, ответил не сразу.

– Человек.

Надо заметить, что с первого мгновения нашей встречи он был такой – смущенный, краснеющий и какой-то располагающий. Простой такой парнишка. Его эмоции легко можно было понять: он переодевается, а в этот момент незнакомая девица со скелетом крысы на голове таранит его окно. Но вот что отличает природного интеллигента от «выдрессированного»: последний на нестандартные ситуации реагирует соответственно обстановке, а первый отвечает в соответствии с нормами этикета даже на посыл из трех великих (икса, игрека и переменной из высшей математики).

Дейн был интеллигентом природным, потому как на мое фееричное появление предложил выпить чашку чаю.

Я в первый раз проникала таким образом в мужское общежитие, хотя бы по той простой причине, что в университетской общаге деления на мужские и женские крылья не было. Зато были этажи. Этаж, где селили студенток, и этаж, где обитали парни. Впрочем, и это разграничение было условным. На общей кухне вечером собирались как те, так и другие. Поэтому-то, ввалившись в комнату, меньше всего ожидала получить приглашение на чай.

Я согласилась на предложение парня. Что еще оставалось делать в столь идиотской ситуации? Единственное, подопечная Верджа, Аля, в полном смысле этого слова выкрысилась сначала на парня, прыгнув с моей макушки в сторону Дейна. Метила она, похоже, ему в лицо, но потенциальная жертва вовремя успела увернуться. А потом я, перевалившись через подоконник в комнату, схватила первое, что попалось под руку, и накрыла этим разбушевавшуюся зомби.

Крысявка, угодив в стеклянную тюрьму, вызверилась уже на меня.

«Спасибо, на мою защиту еще ни разу не бросались такие красавицы», – смущенно произнес сосед некроманта. Пусть комплимент про «красавицу» был и заезженный не хуже трактора «Беларусь», пахавшего на полях со времен поднятия целины, но мне было приятно. Искренняя улыбка Дейна подкупала. Я просто не могла не ответить тем же.

Юноша быстро накинул рубаху и начал споро разливать по чашкам чай. Слово за слово, мы разговорились: я поведала ему о том, что являюсь студенткой по обмену, он рассказывал о том, как мечтал сюда поступить и его чаяние сбылось. Спросил про впечатления о первом дне учебы. Я тактично умолчала об основном из них – ненормальном некроманте со столь специфическим чувством юмора, что наши земные патологоанатомы курят в сторонке, а ограничилась парой фраз о нефилимах, демонессах и огненных волнах.

Дейн впечатлялся, но по мере нашего разговора его внимание становилось все более рассеянным – не иначе сказывалось действие магического «афродизиака».

Я уже начала было подозревать, что Вердж, благополучно запихнув меня в свою комнату, и думать забыл о своей подопечной, когда некромант появился на пороге мрачный, как тень понедельника, нависшая над беззаботным воскресеньем. Как и предполагалось, нянь от чая отказался, напомнив о цели моего здесь визита. Было жаль прерывать милую беседу с Дейном, но толпа огламуренных мужиков меня не вдохновляла, поэтому я понуро кивнула головой:

– Снимай.

В этот самый момент крысявка, чей свободолюбивый дух не удержать стеклянной банкой, опрокинула стены своей тюрьмы…

Как вы думаете, что за полминуты может натворить кучка костей, умещающаяся в разобранном виде в стакан? Как оказалось на практике – многое. Перевернутый чайник – раз, покусанный Дейн – два, напуганная я, взобравшаяся на Верджа, так, что мои коленки были в районе носа некроманта, – три. Это не считая разбитых чашек, опрокинутых табуреток и икающего специалиста по гламурее.

Крысявка выглядела довольной донельзя, вышагивая генеральской поступью по центру комнаты.

– Слезь с меня, ик. – В сдавленном голосе Верджа отчетливо слышались матерные нотки, перемежающиеся с приступами икоты.

Я инстинктивно продолжала цепляться за шевелюру некроманта, не желая покидать относительно безопасный участок. Мне казалось – спустись я только на пол, меня обязательно тоже цапнут, как и Дейна. Покусанный, кстати, лежал на кровати с мученическим видом и баюкал продегустированную Алей руку.

– Я боюсь!

– А прятать Алю, ик, в банку ты не боялась? Ик!

И как только в этом «Ик!» уместилось столько возмущений?

– Оно как-то само получилось…

– Вот теперь за «само» и отвечай… ик! Ик! И отцепись от меня, наконец! Ик!

Я же продолжала изображать детеныша шимпанзе, мертвой хваткой вцепившегося в свою родительницу. Конечно, увидь мой бывший тренер вариацию комбинированной поддержки в данном исполнении, его хватил бы удар. Но привет из прошлого – держалась я настолько крепко, что некромант, несмотря на все свои усилия, снять меня не мог.

– Хорошо, давай ты у Али попросишь прощения, и она не будет тебя кусать. Ик!

– Мне просить прощения у кучи скачущих по полу костей?

– Тогда спускайся, если это всего лишь кости, ик! – парировал Вердж.

Але первой надоело наше препирательство, и она ткнулась лобастым черепом в ногу некроманта.

– Ай, ик! – выдал хозяин, чей питомец решил освоить «таранную» технику.

– Проси прощения быстрее, пока и я не впал в немилость, – порекомендовал Вердж пошатываясь.

– Хорошо-хорошо, убедил. Многоуважаемая Аля, прошу простить меня за ваше невольное пленение. – И, переведя дух, спросила у своего «насеста»: – Достаточно?

Крыса выразительно задрала череп, сверкая черными глазницами, в глубине которых теплились красные огоньки.

– Еще, – перевел хозяин «зверушки».

Собрав все ошметки дипломатии, выдала:

– Я искренне сожалею о случившемся, прошу меня нижайше простить и обещаю, что впредь подобных инцидентов не случится.

Крысявка смилостивилась, перестав злобно щелкать зубами.

– Извинения приняты, можешь спускаться.

Я несмело начала сползать с Верджа. После того как мои ноги наконец-то коснулись пола, некромант издал скорбный стон радикулитной бабки, весь день подсматривавшей в замочную скважину.

Место моего бывшего насеста пустовало недолго. Крысявка, проявив немалую прыть, тут же взобралась на плечо Верджа, надежно там обосновавшись.

– Дай гляну, что у тебя с рукой – предложила я Дейну.

Парень, по-видимому, почувствовав себя неловко, сразу стушевался, лишь промямлив, что сейчас встанет с кровати и сходит в медпункт. Статься, он был из тех, у кого слова с делом не расходятся, потому как едва только окончил свою речь, начал сползать с койки.

Вердж в наш короткий диалог не вмешивался, лишь хмурился и периодически икал.

После того как дверь за Дейном закрылась, некромант обратился ко мне:

– Так на чем мы остановились?

– На снятии эффекта гламуреи, – напомнила я.

– Тогда давай побыстрее с этим закончим, и ты дашь мне возможность нормально отдохнуть. Идет?

– Идет, – подтвердила я.

– Мне нужно начертить на полу параграмму. И да, сейчас еще воду в тазик налью. Так что сиди смирно и не мешай.

«Да без проблем!» – подумала я, поднимая опрокинутый табурет и усаживаясь на оном. Не знаю даже, чего именно я ожидала от процесса: шаманских танцев с бубном, громов и молний, аномального ветерка, снующего по комнате. Не было ни того, ни другого, ни третьего. Вокруг меня начертили мелом какую-то кракозябру, сунули под ноги медный тазик с весьма прохладной водой и комментарием: «Разуйся и опусти туда ноги». Вердж же, выпрямившись в полный рост, лишь произнес что-то речитативом, даже руками для солидности не помахал.

– Все? – вопросила я минут пятнадцать спустя.

– Все-все! – заверил он меня с интонацией депутата накануне выборов. – Можешь быть свободна и счастлива.

Читать далее

Фрагмент для ознакомления предоставлен магазином LitRes.ru Купить полную версию
Добавить комментарий

Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. правила

Скрыть