ReadManga MintManga DoramaTV LibreBook FindAnime SelfManga SelfLib MoSe GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Резервация
Глава 3. Судьба, затянутая в узел

Едва только в бесконечной череде стремительно сменяющих друг друга событий возникла короткая пауза, как тотчас же из небытия всплыло привычное, повседневное сознание Стинова. Та его часть, что заставила его броситься в бой и вела, вопреки разуму и здравому смыслу, к цели, которой не существовало, не канула в небытие, но временно незаметно отошла на второй план, освободив место смятению и ужасу от содеянного, что тотчас же наполнили душу человека. Ему удалось ускользнуть от смертельной опасности, но надолго ли? Он осмелился бросить вызов Комендантскому отделу, одному из самых крупных и влиятельных в Сфере, контролирующему большую часть жилых секторов. У него теперь не было ни дома, ни работы, ни средств к существованию. И самое главное – он оставался в безопасности лишь до тех пор, пока двигалась кабина лифта и оставались закрытыми ее двери.

Стинов приказал лифту ехать вниз, не думая о том, куда направляется. Но бессознательно он сделал правильный выбор. Внизу, почти у самого основания Сферы, располагались Промышленная и Сельскохозяйственная зоны, не подконтрольные Комендантскому отделу. Но даже там не встретят с распростертыми объятиями беглеца без гроша в кармане. Перенаселенность, вынужденное обитание в плотно набитых коробках, разделенных на секции тонкими перегородками, сделало людей подозрительными и агрессивными. Чужаков не любят нигде, потому что они становятся лишними претендентами в борьбе за свободное пространство и место под осветительными панелями. На кредитной карточке Стинова денег почти не оставалось. Однако у него имелось нечто более ценное – секретная информация о проводимых Комендантским отделом испытаниях запрещенного в Сфере огнестрельного оружия. За такие сведения могли убить, но их можно было и выгодно продать – нужно было только найти человека или организацию, которых это могло заинтересовать. Но на поиск требовалось время, которого у него как раз-то и не было.

– Где мы сейчас? – спросил Стинов.

– Сельскохозяйственная зона, – ответил информат лифта. – Сектор Мичурина.

Спускаться дальше не имело смысла. Ниже Сельскохозяйственной зоны находился только сектор с реакторами силовых установок, обеспечивающими энергией поле стабильности. Для того чтобы попасть туда, нужен специальный пропуск Совета сохранения стабильности.

– Остановись, – приказал Стинов лифту.

– Сектор Мичурина, третий уровень Сельскохозяйственной зоны, – сообщил лифт, открывая двери.

Выйдя из кабины лифта, Стинов оказался в узком пластиковом пенале с прозрачными, чуть затемненными стенками и низким, едва не падающим на голову потолком. По другую сторону перегородки залитые ярким светом бестеневых софитов тянулись кажущиеся бесконечными плотные ряды ровных грядок с невысокими зелеными кустиками какой-то овощной культуры. В двух шагах от дверей лифта стоял легкий раскладной столик – плоскость на тонких ножках. За столом сидели двое молодых, крепких парней в коротких светло-голубых куртках с эмблемами Информационного отдела на карманах – три пересекающихся золотых кольца на черном фоне.

– Так-так, – произнес один из них, беря в руки электрошокер на длинной рукоятке, что лежал перед ним на столе. – И кто же это к нам пожаловал? Что за гость такой?

Голос второго был менее приветливым:

– Для входа в Сельскохозяйственную зону необходима отметка бюро пропусков Информационного отдела в удостоверении личности, – сообщил он. – Если у тебя ее нет – можешь проваливать.

– Отметки у меня нет, – честно признался Стинов.

– А дубинка у тебя откуда? – спросил его первый, который был поприветливее.

Его внешняя доброжелательность объяснялась только тем, что он отсидел на вахте уже несколько часов, изрядно утомился скукой и хотел поболтать с незнакомцем, прежде чем выставить его из сектора.

– Эта? – Стинов приподнял резиновую дубинку, которую держал в руке. – С комендантами подрался.

Он признался в содеянном легко, без каких-либо опасений. О том, что между двумя самыми большими и влиятельными кланами Сферы – Информационным и Комендантским отделами – идет скрытая, но от этого не менее жестокая борьба за раздел зон влияния, знали даже дети. Комендантский отдел ориентировал свое основное внимание на жилых секторах. Информационный, помимо всего, что связано со средствами связи и обработки информации, для чего, собственно, он и был в свое время создан, успел подобрать под себя Сельскохозяйственную зону и большую часть секторов, в которых располагались научно-исследовательские лаборатории.

– И что же послужило причиной ссоры? – поинтересовался мрачный информационник.

Стинов оставил вопрос без внимания.

– Я хотел бы встретиться с кем-нибудь из руководства Информационного отдела, – с вызовом заявил он.

– Если ты рассчитываешь получить убежище, то зря стараешься, – сказал охранник. – У нас хватает проблем со своими нарушителями порядка. Так что лучше будет, если ты сам отсюда уберешься.

– У меня имеется информация, которая может заинтересовать руководство вашего отдела.

– Тебе, наверное, известно, сколько банок пива выпивает за ужином старший комендант твоего сектора? – усмехнулся доброжелательный охранник.

– Это очень важная информация… – начал было Стинов.

– Послушай меня внимательно, – перебил его другой охранник. – Нажми кнопку вызова лифта и исчезни с глаз моих долой. Если через тридцать секунд ты все еще будешь здесь, я вызову патруль.

– Можешь сделать это прямо сейчас, – решительно заявил Стинов.

– Я тебя предупредил, – устало вздохнул охранник и развернулся к стойке терминала инфо-сети.

Набрав сообщение, он откинулся на спинку стула, сложил руки на груди и уставился на Стинова.

Переминаясь с ноги на ногу, Игорь ждал, что произойдет дальше. Руки он держал за спиной, сжав ладонями концы дубинки.

Дверь лифта за его спиной раскрылась, и из нее вышли трое охранников.

– Этот? – указав на Стинова, спросил один из них.

Охранник за столом лениво кивнул.

Двое человек схватили Стинова за плечи. Третий, оказавшийся за спиной, вырвал из его рук дубинку и защелкнул на запястьях наручники.

Не говоря ни слова, охранники втолкнули Стинова в лифт. Один из них провел по контрольной щели универсальной карточкой, позволяющей провозить в лифте неограниченное число пассажиров, и назвал место назначения:

– Сектор Эйнштейна.

Стинов облегченно вздохнул.

Никогда прежде ему не доводилось бывать в секторе Эйнштейна, хотя это и был обычный жилой сектор со стандартной планировкой. Единственное его отличие от остальных заключалось в том, что в секторе Эйнштейна располагалось правление Информационного отдела. Когда в сопровождении охранников Стинов ехал на ленте движущегося тротуара, он с некоторым удивлением отметил, что центральный проход сектора Эйнштейна был чист и ухожен, а на стенах зданий отсутствовали намалеванные краской призывы и лозунги, являвшиеся неотъемлемыми атрибутами пейзажа любого жилого сектора.

Они вошли в подъезд четырехэтажного здания, выходящего фасадом в центральный проход. Один охранник сразу же куда-то исчез. Двое других провели Стинова по длинному коридору и втолкнули в маленькую комнатку без окон, в которой не было ничего, кроме узкой кровати, застеленной серым одеялом. Здесь охранники быстро обыскали Стинова, забрав все имевшиеся у него документы. Стинов не сопротивлялся, полагая, что после обыска его начнут допрашивать. Однако, сняв с задержанного наручники, охранники, так и не сказав ни слова, вышли из комнаты.

Хлопнула дверь, щелкнул запертый замок, и Стинов остался в одиночестве.

Сделав пару кругов по камере, Стинов лег на кровать. Приподняв повыше подушку, он положил голову на согнутый локоть правой руки и прикрыл глаза. Он безмерно устал, но нервное возбуждение, усиленное неопределенностью положения, в котором он оказался, не давало уснуть. Почему его заперли в одиночке? Чего он здесь ждет? Вызова к руководству Информационного отдела или же комендантов, которые придут, чтобы забрать беглеца?

Кроме того, два момента, ускользавшие от понимания, беспокоили и даже в какой-то степени пугали Стинова.

Первый касался той части его сознания, что уже дважды проявляла себя в критических ситуациях. Тело его было неплохо сложенным, но атлетом он себя не считал. Спортивный зал посещал редко, обычно не по собственной инициативе, а за компанию с кем-нибудь из сослуживцев. Но, не имея абсолютно никаких навыков рукопашного боя, он дважды сумел выйти победителем из схваток с комендантами, превосходившими его как числом, так и умением. Случайностью назвать это было трудно, особенно если вспомнить то, как ловко обращался он с дубинкой, которую впервые в жизни держал в руках.

Второй момент был связан с появлением таинственного монаха-геренита и с тем, что каким-то непонятным образом о происшествии в секторе Ломоносова стало известно старику-соседу.

Орден геренитов контролировал сектор Паскаля. Прежде это был обычный жилой сектор, и, помня об этом, Комендантский отдел пару раз пытался взять его под свой контроль. Но каждая такая попытка заканчивалась кровавой резней. Проповедующие мир и любовь монахи-герениты, как выяснилось, умели неплохо обращаться с оружием. А организованность и выучка комендантов не смогли противостоять тотальному фанатизму монахов и их презрению к смерти. Орден геренитов не так явно, как Комендантский и Информационный отделы, но исподволь также стремился к расширению своего влияния в Сфере. Миссионеры и приверженцы церкви понемногу расползались по зонам, соседствующим с сектором Паскаля, и остановить это движение было невозможно.

Удивительным было не то, что монах-геренит наблюдал за тайными учениями комендантов, а то, что он, рискуя выдать себя, решил помочь Стинову. А старик-сосед, упомянув посланца Провидения, явно дал понять Стинову, что ему известно о встрече с монахом.

Клацнул дверной замок.

В комнату вошел высокий широкоплечий блондин примерно одного с Игорем возраста. На нем был легкий полуспортивный костюм изумрудно-зеленого цвета. На груди – крошечный золотистый значок с эмблемой Информационного отдела. В одной руке блондин держал стул, подхватив его за спинку, в другой – светло-серый планшет электронного блокнота.

При его появлении Стинов моментально вскочил с кровати.

Блондин поставил стул, сел на него, положил на колени электронный блокнот и смерил Стинова откровенно изучающим взглядом.

– Я вижу, отдохнуть вам так и не удалось? – спросил он после паузы.

– Надеюсь, у меня для этого еще будет время, – натянуто улыбнулся Игорь.

– Вы, должно быть, оптимист, – блондин растянул уголки губ в стороны, изображая ответную улыбку. – Я бы не хотел оказаться на вашем месте.

– Это я только хочу выглядеть бодрячком, – смутился Стинов.

– Есть хотите? – спросил блондин.

– Если это возможно, предпочел бы сначала разобраться с делами.

– Мне нравится ваш подход, господин Стинов, – одобрительно наклонил голову блондин. Коснувшись указательным пальцем кнопки на торцевой части электронного блокнота, он включил запись. – Меня зовут Петр Медлев. Я представляю службу безопасности Информационного отдела.

– Очень рад, что мое заявление наконец-то воспринято всерьез, – кивнул в ответ Стинов.

– Ну, допустим, пока еще никакого заявления не было, – Медлев откинулся на спинку стула и, придержав рукой электронный блокнот, положил ногу на ногу. – Проверив ваши документы, мы установили, что час назад Комендантский отдел объявил вас в тотальный розыск. И это пока все.

– Совершенно случайно… – от волнения Стинов запнулся, и прежде чем продолжить, кашлянул в кулак. – Совершенно случайно, – начал он снова, – я стал свидетелем события, которое высшее руководство Комендантского отдела намерено любой ценой сохранить в секрете. В данном случае такой ценой стала моя жизнь. Обо всем, что знаю, я готов рассказать руководству Информационного отдела в том случае, если в обмен мне будут гарантированы жилье и работа в любом из секторов, находящихся под вашим контролем.

– Это все? – спросил Медлев, внимательно выслушав Сти-нова.

Голос его был спокойным, лицо абсолютно ничего не выражало.

– Пока все, – ответил Стинов. – Остальное я расскажу только после того, как получу соответствующие гарантии.

– В таком случае ответь мне еще на один вопрос, – поставив обе ноги на пол и положив локти на крышку электронного блокнота, Медлев чуть подался вперед. – Кто ты такой?

Медлев смотрел в глаза Стинову не более десяти секунд – этого было довольно, для того чтобы его собеседник смог почувствовать и осознать всю свою ничтожность. Медлев не стал дожимать Стинова. Он снова выпрямился и небрежно закинул ногу на ногу.

– Нам про тебя все известно, – сказал он. – Всю свою жизнь ты проработал рядовым исполнителем в Архивном отделе. У тебя нет ни друзей, ни даже просто случайных знакомых во властных структурах Комендантского отдела. Откуда ты мог получить информацию, о которой твердишь? Логичнее предположить, что ты просто повздорил из-за какой-то ерунды с комендантами, подрался с ними, а теперь, пытаясь избежать ответственности за содеянное, выдумал историю о секретной информации, которой ты якобы обладаешь, – Медлев сделал короткую паузу. Он не давил на Стинова – в этом уже не было нужды, – а всего лишь констатировал факты. – Ты не сказал еще ничего, что могло бы нас заинтересовать, а уже выдвигаешь собственные условия. Если ты намерен продолжать в том же духе, то я не стану с тобой разговаривать и уйду. После этого не пройдет и полчаса, как за тобой явятся коменданты, и ты сможешь поведать свою невероятную историю им. Если же тебе действительно есть что сказать, выкладывай все, что знаешь. Я могу тебе обещать только то, что если достоверность твоей информации после тщательной проверки будет подтверждена и выяснится, что она действительно представляет для нас какой-то интерес, то это будет учтено при определении твоей дальнейшей судьбы. Я все сказал. Дальше думай сам.

Медлев с предельной откровенностью изложил возможные перспективы. Выслушав его, Стинов понял, что выбора у него нет. И он стал говорить.

Свой рассказ он начал с того момента, когда Марти предложил ему совершить прогулку в выгоревший сектор Ломоносова. Он говорил долго и подробно, стараясь не упустить никаких деталей. Умолчал он только о странных словах старика-соседа, сказанных им, когда его уводили коменданты. Закончил он свою историю тем, как, спасаясь от комендантов, оказался в падающем вниз лифте.

Медлев слушал его внимательно, не перебивая. Когда Стинов закончил, информационник попросил его подробно описать инструктора и оружие, которым пользовались упражнявшиеся в стрельбе люди. Про пистолеты Стинов ничего определенного сказать не смог, поскольку видел их только издалека. А вот инструктора описал подробно и точно. После чего Медлев открыл электронный блокнот, набрал код входа и развернул планшет экраном к Стинову.

– Это он?

С экрана на Стинова смотрело знакомое лицо инструктора, обучавшего комендантов стрельбе из пистолетов, только на фотографии он был без очков.

– Он, – уверенно кивнул Стинов.

– Отлично, – Медлев захлопнул планшет и, подхватив его под мышку, поднялся на ноги.

Подойдя к двери, он негромко стукнул в нее согнутым пальцем. Дежуривший в коридоре охранник отомкнул замок. Передав охраннику стул, Медлев обернулся.

– Я скажу, чтобы тебе принесли электронный блокнот и каталог книг из центральной библиотеки, – сказал он Стинову. – Если не можешь спать, повышай свой культурный уровень. Не скучай, я скоро снова к тебе зайду.

Покинув комнату, в которой был заперт Стинов, Медлев поднялся на этаж выше. Заняв бокс в кабинете службы оперативной информации, он в течение часа проверял то, что ему рассказал Стинов. Результаты проверки заставили его задумчиво прикусить губу. После недолгих раздумий Медлев распечатал некоторые документы, сложил их в планшет электронного блокнота и снова вышел в коридор.

На этот раз путь его лежал на третий этаж, в кабинет первого помощника руководителя Информационного отдела.

Миновав внушительных размеров приемную с двумя секретаршами и пятью охранниками, он оказался в небольшой комнате, обставленной более чем аскетично, – стол с терминалом инфо-сети, три полумягких кресла и занимающий всю стену стеллаж, часть секций которого были закрыты гофрированными жестяными шторками. Никаких украшений, никаких голографических картин, ни даже шторок, имитирующих окно, в кабинете не было.

В комнате находились двое.

За столом сидел первый помощник руководителя Информационного отдела Марат Шалиев. На нем был дорогой, но не броский темно-синий костюм. На вид ему можно было дать лет сорок или чуть больше – что соответствовало действительности. В густых каштановых волосах серебрились редкие пряди седых волос. Выражение лица, на котором выделялись большой, тонкий нос с горбинкой и густые черные брови, сходящиеся у переносицы, было спокойным и уверенным. Сам руководитель отдела Герхард Бермер прочил Шалиева в свои преемники. Будучи человеком далеко уже не молодым да к тому же еще и больным, Бермер последние два-три года фактически только представлял свой отдел в Совете сохранения стабильности. Все же властные структуры Информационного отдела находились в руках его первого помощника.

Второй сидел сбоку от стола, вжавшись в спинку кресла. На нем был серый костюм в мелкий рубчик. И сам он был весь какой-то маленький, ростом чуть более полутора метров, серый и неприметный. Одна его рука свисала, перекинутая через подлокотник кресла, другая была засунута глубоко в карман. Это был шеф службы безопасности Информационного отдела Гетри Стоянович. В свое время поговаривали, что после смерти Бермера руководителем отдела может стать он. Однако с появлением рядом с Бермером молодого и энергичного Шалиева разговоры эти заметно поутихли.

Увидев вошедшего, Шалиев приподнялся из-за стола и протянул ему руку.

– Рад вас видеть, Медлев.

– Добрый день, господин Шалиев, – Медлев неторопливо и с достоинством пожал протянутую ему руку.

Стояновичу, который являлся его непосредственным руководителем, Медлев только сухо кивнул. Стоянович в ответ даже бровью не повел – он держал дистанцию с подчиненными.

– Присаживайтесь, Медлев, – указал на свободное кресло Шалиев.

– Благодарю.

Медлев сел. Спина его при этом осталась прямой.

– Я проверил информацию, сообщенную перебежчиком из комендантской зоны, – начал докладывать он.

– Напомните, как его фамилия? – перебив его, щелкнул пальцами Шалиев.

– Стинов, – сказал Медлев. – Игорь Стинов.

Шалиев сделал отметку в лежащей перед ним записной книжке и подал Медлеву знак, что он может продолжать.

– Официально Стинов обвиняется комендантами в хранении нелегального эфимера и нападении на патрульных, – сказал Медлев.

Сидя в своем кресле, Стоянович иронично хмыкнул.

– И только по этой причине они объявили его в тотальный розыск? – произнес он ехидно. – Таких, как он, злодеев в Сфере пруд пруди. Если начать задерживать каждого, кто употребляет нелегальный эфимер, то придется арестовать не меньше трети всего населения.

– Совершенно верно, – наклонив голову, согласился с ним Медлев. – Определенно Стинов интересует комендантов по какой-то иной причине, которую они тщательно скрывают. Но ищут они его очень старательно. Был даже сделан запрос в Транспортный отдел относительно регистрации всех его передвижений по Сфере. Но то, что он спустился в сектор Мичурина, транспортники засечь не успели. Кстати, по внешнему виду Стинова и его поведению я бы не сказал, что он имел особое пристрастие к эфимеру.

– А вообще какое мнение у вас о нем сложилось? – спросил Шалиев.

Медлев ненадолго задумался.

– Стинов – человек довольно ограниченных интересов, – сказал он. – Его, как мне кажется, интересует в первую очередь только собственное благополучие. Жилье, безопасность и стабильный доход – вот и все, что ему нужно.

– Что удалось узнать по делу? – спросил Стоянович.

– Стинов утверждает, что был свидетелем подготовки боевых отрядов комендантов, – ответил Медлев.

– Тоже мне новость, – криво усмехнулся Стоянович.

– Коменданты были вооружены огнестрельным оружием.

В комнате повисла напряженная тишина.

Первым нарушить ее решился Шалиев.

– Этого не может быть, – произнес он негромко.

– Я бы не стал говорить это с такой уверенностью, – процедил сквозь зубы Стоянович.

– Удалось установить личность инструктора, проводившего занятия стрельбой в секторе Ломоносова. – Медлев достал из планшета фотоснимок и положил его на стол. – Стинов опознал его.

Взглянув на фотографию, Стоянович удивленно приподнял бровь.

– Юзас Галкин, – сказал он, передавая снимок Шалиеву. – Тот самый маньяк, который обращался к нам полгода назад, предлагая создать боевой отряд, вооруженный огнестрельным оружием.

– Выходит, получив отказ у нас, он нашел поддержку у комендантов, – сказал Шалиев.

Подождав какое-то время и не услышав новых вопросов или замечаний, Медлев продолжил доклад:

– Соседи Стинова, которые, по его словам, находились вместе с ним в секторе Ломоносова, по официальной версии комендантов, были найдены мертвыми в шахте лифта. Несчастный случай, связанный с передозировкой нелегального эфимера.

– Излюбленный прием комендантов, когда нужно избавиться от свидетелей, – усмехнувшись, прокомментировал Стоянович.

– И произошел этот «несчастный случай» именно в тот самый день, когда Стинов сбежал из зоны Комендантского отдела, – добавил Медлев.

– Что собой представляла эта парочка? – спросил Шалиев.

– Полнейшее ничтожество. Мартин Турин, сосед Стинова, работал подсобным рабочим на складах Производственной зоны. Дважды попадал в лечебницу в состоянии шока от передозировки эфимера. Его подружка, Карела Пассос, перебивалась случайными заработками.

– Никаких связей со спецслужбами?

– Абсолютно.

– А у Стинова?

– Также ничего не удалось обнаружить.

– Где сейчас находится Стинов? – спросил Стоянович.

– В отделении для временно задержанных.

– Переведи его в бункер, – приказал шеф службы безопасности. – И жди дальнейших распоряжений.

– Я могу быть свободен? – спросил Медлев.

Стоянович молча кивнул.

Медлев вопросительно взглянул на Шалиева.

– Можете идти, Медлев, – сказал тот. – Спасибо за работу.

Когда за Медлевым закрылась дверь, Шалиев повернулся к Стояновичу:

– Ну, что скажете, Гетри?

– Именно то, что вся эта история звучит чудовищно неправдоподобно, убеждает меня в том, что она не придумана, – сказал шеф безопасности.

– Серьезно? – удивленно поднял бровь Шалиев.

– Если бы парень участвовал в затеянной комендантами игре, то, несомненно, рассказал бы нам что-нибудь более складное и убедительное, – закинув руки за голову, Стоянович с наслаждением потянулся всем своим маленьким телом. – Придется заняться этим делом всерьез.

– Да уж, – кивнул Шалиев. – Появление в Сфере огнестрельного оружия чревато далеко идущими последствиями.

– Оружие будет уничтожено, – уверенно пообещал Стоянович. – И, уверяю вас, коменданты глубоко пожалеют, что связались с Галкиным. Ну, а что касается Стинова…

– Что делать со Стиновым, я сам вам скажу, – властно перебил шефа безопасности Шалиев.

Стоянович бросил на Шалиева быстрый, ненавидящий взгляд, который не остался незамеченным.

– Зачем вам нужен лишний свидетель? – сквозь зубы процедил Стоянович.

– Стинов от нас теперь уже никуда не денется, – сказал Шалиев. – Тем, что ему случайно стало известно, он оказался связан по рукам и ногам. Так почему же не использовать его по полной программе?

– Каким образом? – мрачно поинтересовался Стоянович.

– Есть у меня на этот счет одна задумка, – Шалиев лукаво улыбнулся и игриво погрозил своему собеседнику пальцем. – Только вам, Стоянович, я этого не скажу. Иначе вы меня опередите. А мне бы очень этого не хотелось.

Все это могло бы сойти за шутку, если бы не затаенная ненависть во взглядах обоих собеседников.

Читать далее

Фрагмент для ознакомления предоставлен магазином LitRes.ru Купить полную версию
Отзывы и Комментарии